Читать книгу: «Ричард Лорд Грэй»

Глава 1

Пролог

Эльфы из портала шли ровными рядами.

Взрыв…

Голова болела невыносимо. Я открыл глаза. По привычке потянулся к источнику —

убрать боль, — но не почувствовал присутствия магии.

«Перебрал с магией», — мелькнуло в голове.

Острый камень упёрся под рёбра. Почувствовал, как сломанные рёбра скрежещут.

— Зараза, — только не закашляться, — просипел я.

Надо мной было бурое небо, искажённое разрядами молний. Они били рядом со

мной, в портал. Грохот стоял ужасный, на лицо лил дождь. Рядом спиной ко мне

сидел маг. Его седые волосы выбились из-под шляпы и мокрыми верёвками свисали

ниже плеч.

— Кириус, — тихо прошептал я. — Кира, что с ней?

Шум сражения медленно удалялся от нас, но всё равно было шумно. Я не ожидал,

что старый маг меня услышит.

— Очнулся? — надо мной нависло встревоженное лицо архимага.

— Кира…

Я помнил бой, умирающую Киру, кровь, Лиа, изломанную на парапете, Дайну,

сидевшую с обломком копья в груди… Лицо Сатаны. Мне сдавило грудь, и стало

страшно за них.

«Я, конечно, привык к этому миру за полтора года, но очковать так и не

отучился. Человек из двадцать первого века, привык телик смотреть про это».

— Я успел, не переживай, — торопливо ответил он и влил мне в рот какую-то

дрянь.

— Ты добить меня решил, старик? — ухмыльнулся я.

Я был рад услышать, что Кира жива.

— А Лиа, с ней что?

— С ней хуже, но она в безопасности, — архимаг посмотрел мне в глаза. Там было

что-то, от чего я встревожился.

— Да что с Кирой! Хватит ходить вокруг! — зашипел я и закашлялся.

— С ней всё будет хорошо, но не о ней речь, — Кириус выглядел виноватым.

— Что молчишь, ты мне хрен, что ли, отрезал? — испуганно спросил и потянулся к

штанам.

— Намного хуже, — обречённо ответил он. — Ты больше не маг.

— Фууу, напугал, — облегчённо вздохнул я.

«Бой ещё идёт, значит, мы ещё на этой чёртовой горе», — пронеслось в голове.

Я повернул голову и посмотрел вниз. Там плотные ряды эльфов слаженно громили

орков, которые потеряли строй. Из середины войска светлых маги наносили

заклинания, выкашивая десятками воинов противника.

— А где девушки? Дайна?

— Их я телепортировал сразу, — медленно проговорил маг. Он был удивлён моей

реакцией.

— Ты слышал, что я сказал? — переспросил он.

— Да, я не маг, — безразличным голосом ответил ему.

«Нихрена мне не безразлично!» — заорало внутри меня.

С одной стороны, от меня все отвяжутся с их долбаной миссией, а с другой… Я

вздохнул.

«— Ну что, допрыгался, дурак? — зло прошипело мне второе „я“. — Теперь нам без

магии конец, нас убьют, — обречённо сказал трусливый пацан, сидевший во мне. —

Кто тебя просил геройски умирать, можно было сдаться оркам, а потом нас бы

выручили! Дурак!»

— Не ной, а? — вполголоса ответил второму «я».

— Я-то не ною, — покачал головой Кириус, подумав, что это я ему сказал. — Но

вот что с Вельдорой теперь?

— Пусть спит дальше, — буркнул я в ответ и отвернулся.

Левая рука горела огнём, она была перемотана. Я удивился, что не магией лечили.

— Эх… — Кириус покачал головой, поднялся и оглянулся.

— Что тут было? — он смотрел на меня испытующе. — Я почувствовал древнее зло,

зло не нашего мира, — Кириус ещё что-то хотел сказать, но ждал от меня

пояснений.

— Аа, это что ли, — стараясь казаться пофигистом, махнул я кое-как

раздолбанной рукой. — Старый знакомый, можно сказать друг детства, — попытался

пошутить, но архимаг моё веселье не разделял.

Он строго смотрел на меня.

Я решил сказать правду — всё равно старый маг знал, что я не из этого мира,

так что хуже уже не будет.

— Это тёмный бог из моего мира, — ответил я Кириусу.

— Ты его сюда притащил?

— Сдурел! — задохнулся я от его предположения.

— Ты сам сказал, что он твой друг.

«Млять, язык мой — враг мой», — поздно подумал я.

— Я пошутил, — и тупо улыбнулся.

Архимаг впился в меня глазами и придвинул своё лицо к моему впритык. Его

борода противно щекотала мне лицо.

— Простите, — промямлил я, — но ваши волосы лезут мне в рот.

Маг не обратил на мои слова внимания.

— Ты не врёшь, — резюмировал он и отодвинулся от меня.

Я вытащил волос изо рта и сплюнул ему под ноги.

«Я же кинул под ноги себе заклятие, — вспомнил я. — Как мы живы остались?»

— Я слышал взрыв!

— Вот именно — слышал, а не почувствовал, — пробурчал архимаг. — Я успел в

последний момент отклонить его, оно ушло в сторону орков, — хмыкнул старый маг.

— Дурак же ты, молодой человек, — сказал он и с уважением посмотрел на меня.

Я не боялся быстрой смерти, а вот плен… Коленки затряслись позже, когда я

прочувствовал, что могло случиться.

— Ты почему не поднял ключ? — вспомнил маг.

— Да какой блин ключ? — голова трещала как с глубокого похмелья, я непонимающе

уставился на него.

Я вспомнил, что Кириус говорил, чтобы я какой-то ключ взял.

— Да вот, — он достал из кармана маленькое золотое кольцо с голубым камешком.

— Это кольцо… Бабское, — ляпнул я.

Я не знаю, что он хотел от меня услышать, но я просто хотел полежать.

— Бабское, — проворчал он. — Это кольцо самой Вельдоры! Его хранила богиня

морей Марелл! — пафосно произнёс старик и поднял палец для убедительности

вверх. — Оно и ключ.

— Ну и? — не вытерпел я и приподнялся на правом локте.

«Левая рука скулила страшно».

— Без него мы не пройдём к Колыбели мира! — Кириус посмотрел мне в глаза, ища

понимания сказанного.

Но увидел мои глаза, деловито разглядывающие свою повязку, из-под которой я

пытался сковырнуть запёкшуюся болячку.

Кириус скривился и безнадёжно махнул рукой.

— Да что с тобой!

«Чё со мной… пиз…ц что со мной!» — я был в панике. Магии нет, как жить-то в

этом мире?

— Простите, архимаг, задумался я, — извиняющимся тоном ответил я и щелчком

пальца скинул прилипшую корочку болячки с ногтя на лоб Кириуса.

«Ой», — подумал я.

Кириус не заметил. Я вздохнул.

— Если Совет светлых узнает, что ты лишён магии… — Кириус многозначительно

посмотрел на меня.

— Убьют, что ли, за ненадобностью? — мрачно спросил его.

— Нет, конечно, — отмахнулся снова он.

— Не вставай, тебе перенесут к порталу, — маг увидел, что я попытался встать.

— Я ещё попробую тебе помочь.

Но в глазах его я увидел безнадёжность.

— Ладно, — ответил я как можно ровнее.

Эльфы возвращались колонной по четверо. Я заметил, что их стало на треть

меньше. Кто-то сооружал мне носилки, и я сразу заволновался за своё здоровье.

Я потянул Кириуса за рукав, он нагнулся к моему уху.

— Господин маг, что блять со мной? — тихо шепнул ему на ухо.

Он вежливо вытер ухо от моего «шипения».

— Ричард, ты использовал немыслимое заклинание, — тихо сообщил мне он. — Таких

не бывает. — Он был в замешательстве. — Ты какую-то гремучую смесь сотворил, я

еле отвёл от тебя.

Он вздохнул.

— Ты сжёг все каналы полностью.

Пот прошиб меня.

— Ну вы же попробуете?

— Попробую.

И та же безнадёжность в глазах.

— Я тебя не лечил магией, — ответил он мне на немой вопрос. — Ты бы умер.

Мази, лекарства.

— Спасибо.

Эльфы подошли ко мне с носилками. Лица одинаковые, отстранённые, как с

картинки.

«Интересно, они эту мимику лица перед зеркалом тренируют?» — зачем-то подумал,

и Кириус влил мне в рот ещё порцию гадости, которая меня отрубила.

— --

Глава 1. Королевство лесных эльфов

Я проснулся от яркого луча Саи, свет которого пробивался из-за неплотно

прикрытой полупрозрачной, лёгкой шторки.

Чувствовал себя неплохо, но вспомнил вчерашний день (или не вчерашний?) — и

настроение упало ниже плинтуса.

Я лежал на широкой кровати, прикрытый мягким пледом, который откинул здоровой

рукой.

Это была не комната, а скорее всего резная деревянная беседка, вокруг которой

были редкие зелёные деревья и где-то неподалёку журчал то ли ручей, то ли

фонтанчик.

— Я что, до лета проспал? — удивился и тихонько свистнул.

Покряхтел, сел на край кровати и свесил ноги.

На мне была белая шёлковая рубашка или сорочка, до колен.

Что у эльфов, тут и гадать нечего, вычурно больно.

Ноги коснулись меха, и я поглядел вниз.

Под ногами лежала какая-то здоровенная кошка.

Сердце замерло, пропустив удар.

Тихонько стал поджимать ноги обратно, забылся и опёрся левой, раненой рукой о

край кровати.

— Баляяя! — заорал я от боли, и тут же резко поджал ноги, катнулся по кровати

к стенке подальше от зверя.

Барс от моего крика подпрыгнул, зашипел и, задрав хвост, удрал из беседки.

Я уже стоял на кровати, широко расставив ноги, и держал угрожающе подушку

перед собой.

— Ричард? Ты как?

Из-за шторы торчала голова Дайны.

— Дайна! Быстро ко мне на кровать! Там кошка!

— Хорошо тебе прилетело по голове, если уже кошек боишься, — рассмеялась

девушка, проходя внутрь беседки.

— Она только что выбежала отсюда, здоровенный барс, — я быстро убрал из голоса

панические нотки и небрежно бросил подушку рядом.

— Ты про Найду? Она муху не обидит, она сама всего боится! — Дайна улыбалась

во весь рот.

— Кира, как она?

— Она в порядке, её осматривает Кириус, скоро придёт.

Девушка села на край кровати и откинула со лба прядь цвета спелой пшеницы.

— Дай одежду.

Дайна подала свёрток и вышла из беседки, при этом немного прихрамывая.

«Видно, кроме копья в плечо, и ноге досталось», — догадался я, провожая

взглядом её упругий зад.

Я с трудом оделся. Левая рука уже не болела, но если заденешь её — боль адская.

Пошарив ногой, вытолкал из-под кровати свои начищенные сапоги. Я знал привычку

своих девушек — они всегда их засовывали туда, чтобы я не искал долго.

Оружия не нашёл, только кинжал, который прицепил к поясу.

— Балда, — проворчал себе под нос, — меч я сломал в том бою.

Тяжело вздохнул и тихонько потопал в сторону выхода.

На мне была одежда эльфов. Проходя мимо зеркала, мельком взглянул в него.

На меня смотрел хиппи в каком-то платье, с какой-то вязью.

— Тьфу блять, — скорчился на своё отражение и смачно плюнул в горшок с

цветком. Откинул полог, вышел.

— Ого! — Я вздохнул полной грудью и огляделся.

Внизу, между гор, лежал сказочный город.

Он был длинным, по обе стороны текли неширокие реки. Стен у города не было,

были башенки, отдельно стоящие.

Город был не красочный — много зелени и серебра. Сочеталось здорово.

По городу много узких домов с высоченными шпилями, дороги на улицах не

геометричные, но «стекались» все в центр.

Большая площадь кольцевалась вокруг дворца неправильной формы. Дворец был

белый, обвитый ползучим плющом на стенах, шпили и башенки разной высоты и с

треугольными вымпелами.

Перед дворцом — большущее дерево, напоминающее баобаб, но листья на нём

странные, как бы зелено-серебряные.

Оно было увешано ленточками и пестрело, как новогодняя ёлка.

— Я думал, эльфы живут на деревьях, — тихо сказал сам себе.

— Мы же не белки, — засмеялся за спиной серебряный голосок.

— Кайра? — Я обернулся на голос.

Дочь лорда-хранителя Жизни выглядела потрясающе.

Её талию облегало короткое воздушное платье светло-голубого цвета,

напоминающее ручеёк. Оно скользило по телу, выгодно описывая стать молодого

тела.

Девушка смешливо смотрела на меня, в глазах скакали бесенята.

Невольно вздохнул и неуклюже поклонился ей, зачем-то выставив левую ногу

вперёд и оттянул свой зад назад для противовеса.

Кайра залилась смехом.

— Ричард, ты такой смешной!

— Че это? — Обиделся вмиг.

— Прости, ты же из другого мира, — девушка откинула волосы назад и

приблизилась ко мне.

Она была ниже меня на полголовы, волосы цвета меди, как у Киры, то же лицо,

тот же взгляд, но не тот, не родной.

«Красива», — восхитился молча.

Кайра догадалась, о чём я подумал, и улыбнулась.

— Ты любишь Киру. — Она не задала вопрос, а подтвердила очевидное, я это понял

по её глазам.

— Зачем этот вопрос?

— Она твой якорь в этом мире.

Девушка задумчиво смотрела на меня.

— На что ты готов ради неё?

Я нагло ухмыльнулся.

Человек двадцать первого века на такой развод не клюнет.

— Могу суп сварить, но стирать носки не буду, — ответил ей и подмигнул.

— Как там было? — Кайра тронула меня за руку.

— Нормально, как всегда, — улыбнулся ей. — Кира где?

— Идём за мной.

Я галантно пропустил девушку вперёд и не галантно упёрся взглядом в нижнюю

часть её спины.

Мы прошли по петляющей каменной дорожке, обошли небольшое озеро и на его

берегу я увидел небольшой деревянный домик.

— Ричард, через час ты должен быть на совете.

— А где это? — рассеянно спросил её.

— В городе, на площади, вас встретят, — ответила девушка.

— Меня отец ждёт, увидимся на совете.

Я кивнул ей и двинулся к домику.

Кира спала, укрытая простынкой. Её волосы как ураган были рассыпаны по подушке.

Её точёная ножка выглядывала из-под покрывала и манила меня своим изяществом.

Я вздохнул от восхищения.

«Вот повезло мне, дураку, с такой девушкой!»

Тихонько присел у кровати и положил ей свою голову на руку.

— Рич? — Девушка распахнула глаза.

В её голосе было столько любви и тревоги.

— А куда я денусь? — буркнул в ответ.

— Ты как?

— А что со мной будет, ты как?

— Ты как всегда меня спас, — Кира отбросила покрывало и спустила ноги с

кровати.

Я не сдержался и поцеловал её колено.

— Щекотно! — Девушка захихикала и обняла меня за шею.

— Задушишь же! — проворчал ей улыбаясь.

— Рич, — Кира отстранилась и взяла в ладошки моё лицо.

— Ты потерял магию…

— Да и хрен с ней!

Я дёрнулся как от удара, вспыхнул и затих.

— Прости, — прошептала она.

— Да за что?

— Может, это к лучшему, а? — Кира тронула меня за руку и села рядом со мной на

пол.

— Домой поедем, хватит уже с нас, — тихо сказал и отвернулся.

— Они не отстанут от тебя.

Девушка вздохнула и положила свою голову мне на плечо.

— На совет звали, неохота, — я демонстративно зевнул, хотя был напряжён как

струна.

— Ты как? — Я волновался.

— Кириус подлечил, поправил источники, сказал, у меня зачаток нового источника

появился, огня…

Кира смутилась, поняла, что тронула болезненную тему для меня.

— Я рад, солнышко, — улыбнулся ей.

«Конечно рад, но блин обидно… А я как лох почтовый, бесполезный. — Заскулил

молча, но вида не показал».

— Дайна пока не оправилась, Кириус смотрит за ней, я благодарна ему, он

столько для нас сделал…

— Сделал? — Я поднялся рывком.

— Они нас используют по полной!

— Домой, едем домой! Хватит с нас.

— Как скажешь, любимый, — в глазах Киры я увидел радость.

— Там у нас поместья, нам хватит. Я схожу на совет, а ты Дайну и Лиа проверь.

Принял решение, и от сердца отлегло.

Поцеловал Киру в лоб, как покойника, и направил стопы в город.

Каменная дорожка вывела меня к широкой дороге, которая вела прямо в город.

На улицах было людно, эльфы сновали туда-сюда со своей нарочитой степенностью.

Главная улица вывела меня на площадь города, она же и рынок.

Всё работало как часы. Лавки торговцев были однотипными и стояли ровными

рядками — это были даже не лавки, а деревянные беседки.

С другой стороны площади рядами стояли швейные, ювелирные, скобяные и другие

мастерские.

Что меня удивило — это наличие купцов разных рас. Их было не так много, но всё

же были.

Я думал, эльфы никого не пускают к себе в королевство, но ошибся. Зря я

поверил господину Толкину.

— А пиво тут есть? — спросил какого-то эльфа, разглядывающего на витрине

сапоги.

Тот медленно повернулся, осмотрел меня с ног до головы и кивнул головой в

другой конец рынка-площади.

— Спасибо, — буркнул ему и пошёл в другую сторону.

— Не до пива сейчас, — решил я, рассматривая дворец короля.

Вблизи дворец был ещё красивее. По стенам, меж вьющегося плюща, проглядывал

орнамент.

В толстом розовом мраморе были вырезаны симметричные линии какого-то вьюна. На

углах строения стояли высокие статуи наподобие атлантов, поддерживая плиты, на

которых крепились карнизы.

— Вот деньги девать некуда, — завистливо промычал я, жуя пирожок, купленный

рядом с дворцом.

За пирожок рассчитался двумя красными тинами, жёлтые не взял торговец.

— Милейший, — я подошёл к стражнику, стоявшему у резной металлической калитки.

— Мне, наверное, сюда?

Стражник посмотрел на меня, и его красивое лицо скривилось.

— Проходи мимо, человек.

— Да пошёл ты, — ухмыльнулся ему в лицо.

Стражник и бровью не повёл, демонстративно глядя мне выше головы.

— Господин Дэй Грэй! — кто-то окликнул меня.

Я обернулся на голос и увидел невысокого, прилично одетого старого эльфа.

— Никогда не видел старых эльфов, — зачем-то сказал вслух и пошёл навстречу

ему, походя сунул в руку стражника недоеденный пирожок.

— Совсем оборзел, — тихо пробурчал стражник и выбросил пирожок в урну,

стоявшую у входа.

Старик выглядел подтянутым. Поверх белого кожаного доспеха на левом плече

висел красный бархатный плащ, отороченный узкой полоской рыжего меха.

На голове — берет, лихо сдвинутый на бок, тоже красного бархата.

Эльф был подпоясан тонким недлинным мечом, на другой стороне пояса была

прикреплена небольшая фляжка.

— Я лорд Аэлион, Хранитель Жизни и отец Кайры, — представился эльф и протянул

мне свою руку.

Я удивлённо посмотрел на него и пожал ему локоть.

«Че за привычка в этом мире локти жать, а не, например, колено? — подумал я и

улыбнулся, представив это».

— Мне вас Кайра точно описала, — улыбнулся он мне.

— Деревенщиной? — улыбнулся в ответ.

— О, нет! — засмеялся непринуждённо лорд Аэлион.

— Идёмте, нас уже ждут. — Он пошёл первым, я за ним.

Знакомый стражник вежливо открыл калитку перед хранителем, а меня одарил

злобным взглядом.

Проходя мимо стража, хлопнул его по плечу и шепнул ему в ухо:

— Не переживай, куплю тебе целый пирожок.

Стражник покраснел и что-то тихо пробурчал мне не лестное.

Я думал он проведёт меня во дворец, но повёл меня мимо входных дверей, мы

пошли по узкой тропинке, петлявшей среди деревьев.

Это был небольшой утёс над шумной, быстрой речкой. Внизу вода бурлила по

камням, брызги долетали до края обрыва. Не было здесь строений — только фонтан

с широкой каменной чашей, из которого лилась вода, прозрачная и чуть

светящаяся. На поляне, по окружности, стояли каменные табуреты — тяжёлые, с

вырезанными на спинках рунами. В воздухе пахло мокрым камнем и чем-то

горьковатым, какими-то травами. На табуретах сидели гномы, эльфы, люди и даже

циклы.

— Братство кольца, — тихо сказал я, и сам зачем-то стал искать глазами Фродо.

— Фууу, нету Фродо! — вздохнул я чуть громче.

Отец Кайры подошёл к какому-то эльфу, сидящему на табурете с высокой спинкой,

и чинно поклонился ему. С минуту что-то шептал ему на ухо, тот только один раз

кивнул.

«Правитель», — догадался я.

Я сделал шаг вперёд и поклонился ему.

— Господин дэй Грэй! — Король эльфов поднялся со своего табурета-стула и

подошёл ко мне.

Он был выше меня на полголовы. Длинные волосы — ослепительно белые, как первый

снег — падали на плечи и спину. На голове — диадема с крупным синим сапфиром,

который, казалось, слабо пульсировал в такт его дыханию. Одет был просто —

белая туника, поверх лёгкий серебристый плащ, но каждое движение было настолько

уверенным, будто он не ходил, а заставлял землю подчиняться шагу. От него

разило мощной магией. Я потерял магию, но искру нет, она сейчас бешено плясала

в груди от силы стоящего передо мной эльфа.

— Вы очень помогли миру, мы признательны вам, Ричард.

— Да пожалуйста, — промямлил я, робея перед властителем этих земель.

— Здесь собрались представители светлых рас, которым небезразлична судьба

мира, — эльф обвёл рукой присутствующих.

Из присутствующих я только знал Кириуса, Кайру и лорда Аэлиона.

— Прошу. — Король Наниэль показал мне на каменный табурет рядом с его.

Я уселся и вопросительно посмотрел на короля эльфов.

— Твоя задача состоит в следующем, — король перестал обращаться ко мне на вы и

перешёл к делу.

— Простите, ваше величество, — аккуратно перебил могущественного правителя.

— У меня нет никаких задач, я еду домой. — Сказал твердо и встал.

Лицо Наниэля не изменилось, оно выражало нейтральность и немного

снисходительности.

— Ваше величество, — с места обратился Кириус к королю Наниэлю, — Ричард ослаб

после этого похода и множества схваток, нужно дать ему время…

— Ослаб? — хмыкнул бородатый гном, сидевший по левую руку от короля. —

Человек, что с него взять.

— Я не человек, — буркнул я.

— Знаю, — отрезал гном. — Полуцикл. Магии нет, ещё хуже.

— Какое ещё время? — Наниэль возвысил голос, и в нём появились стальные нотки.

— Мы тысячи лет ждём, тьма поднимает голову.

— Пора будить богиню! Мы долго ждали, слишком долго!

— Ждали, ещё подождёте! — не выдержал я.

Глаза у Наниэля на мгновение вспыхнули, и я за доли секунды увидел в них

смерть.

— Я магию потерял! — крикнул им, решился сказать и надеясь покончить со всем

этим.

Присутствующие и ухом не повели.

— Жаль конечно, но это поправимо, так Нандиль? — сказал король, обращаясь к

эльфийке, которая только что подошла и стояла за моей спиной.

Я вздрогнул, почуя мощь больше, чем у короля, и обернулся. За моей спиной

стояла эльфийка — невысокая, в сиреневом шелковом платье, на шее висел круглый

медальон, с крупным ограненным рубином.

Волосы тёмные, почти чёрные, заплетены в тугую косу, лицо гладкое, молодое, но

глаза выдавали прожитые эры. От неё веяло не жаром, как от Наниэля, а чем-то

глубоким и тихим, как течение подлёдной реки.

— У него нет магии, вернее, есть сжатые источники, а каналов я не вижу, —

сказала Нандиль и коснулась моего плеча.

— Ричард, идём со мной, — она подошла к фонтану и окунула свои ладони в чашу,

в которую лилась вода из источника.

— Опусти свою раненую руку в воду, — тихо приказала она.

Я растерянно поглядел на эльфийку, затем на перевязанную руку и, долго не

думая, сунул её вместе с бинтами в воду.

Боли не было. Вода окрасилась красным, забурлила, и бинты стали отслаиваться,

расщепляться.

Медленно вынул руку из чаши и присмотрелся.

Кожа была розовой, как у младенца. Сжал, разжал пальцы — не болит.

— А магию тоже вернёшь? — сразу спросил чародейку, но та только улыбнулась.

— С этим не скоро, возможно, и никогда, — печально добавила она.

— Тебе нужно побыть здесь, я посмотрю, что смогу сделать.

— Спасибо, Нандиль! — у меня появилась надежда, и я улыбнулся.

— Хорошо! — Король эльфов поднялся и обратился к присутствующим.

— Ричард пусть восстанавливается. Если магию ему не вернём, всё равно он

продолжит путь. Не сейчас, на следующий год, время терпит.

Кириус мне одобряюще подмигнул.

Меня отпустили, а члены странного братства ещё о чём-то долго разговаривали и

спорили.

Я их уже не слушал.

Меня проводила до «дома» Кайра, сказала, что завтра за мной придёт посыльный,

и я встречусь с глазу на глаз с королём Наниэлем.

Попрощавшись с леди Кайрой, я вернулся к Кире, где застал её с Дайной — они

играли в какую-то настольную игру.

Увидев меня, лицо Киры озарилось счастьем, Дайна тоже улыбалась мне.

Я рассказал им о совете светлых, о моём будущем лечении и сказал, что скоро мы

поедем домой.

— Домой? — Кира улыбнулась, но в глазах мелькнул страх.

— Сначала Нандиль, потом король, потом домой, — ответил я.

Дайна убрала с доски фигурки и посмотрела на меня внимательно.

— А если король не отпустит?

— Отпустит, — сказал я и сам себе не поверил.

Неделя лечения прошла как в тумане. Нандиль что-то делала с моими источниками,

с каналами, вернее, с тем, что от них осталось. Я не чувствовал ничего. На

седьмой день она посмотрела мне в глаза и просто покачала головой.

— Источники я восстановила, но каналы…

Нандиль сочувствующе улыбнулась мне.

— Время, нужно время, — она подумала и добавила:

— Я скажу королю, тебе нужен покой и уход мага. Лучше с этим справится Кириус

или Джазл.

— Тебе нужно домой, Ричард.

Я кивнул. Всё понял.

Утром восьмого дня посыльный постучал в дверь домика.

— Господин дэй Грэй, король ждёт вас.

Я поднялся, поправил эльфийскую рубашку, которую терпеть не мог, и посмотрел

на Киру.

— Я скоро.

Она сжала мою руку и не отпускала. Потом всё-таки отпустила.

Конец 1-й главы.

Глава 2. Король Наниэль

Через час я был возле дворца, где меня ждал лорд Аэлион, он сидел в тени

дерева и пил что-то из фужера.

— Рад видеть тебя, Ричард, ничего, что я так, просто? — сказал старый эльф и

поднялся мне навстречу.

— Да, так лучше, — согласился я.

— Пойдём.

Пройдя сквозь длинный зал, мы прошли через маленькую дверцу, спрятанную за

гобеленом, и узким коридором вышли к кабинету короля.

— А что, нельзя было через парадный вход? — спросил хранителя Жизни, отдирая

от волос липкую паутину.

— Везде есть уши тьмы, — серьёзно ответил он.

Стукнув в дверь, мы стали ждать.

Дверца отворилась, и мы вошли.

Кабинет был истинно эльфийским — но без показухи.

Узкие окна резали комнату полосами бледного света. По стенам шли резные полки,

на них — свитки в серебряных обмотках, хрустальные сосуды с мерцающей пыльцой,

каменные диски с рунами. Никакой лишней красоты — только нужное.

В углу шевелился живой плющ: листья отливали синевой, время от времени тускло

вспыхивали.

Стол из полупрозрачного кварца. На нём — стилус из чёрного металла, чаша, где

кружились золотые искры, плоский камень, ловивший тень от окна.

У стены — шкаф с матовыми стеклянными дверцами, за ними угадывались склянки и

костяные пластинки с мелким почерком.

Каждая вещь лежала под рукой.

Король сидел в мягком глубоком кресле и читал какой-то свиток.

— Проходи, Ричард, присядь, — не отвлекаясь от чтения, сказал Наниэль.

Я утонул в кресле, и мне захотелось спать.

— Ричард! — Пересядь в другое, — рассмеялся король, — это кресло для другого,

сейчас уснёшь в нём.

Еле выкарабкался из этого странного предмета, зевнул и взглядом нашёл простой

стул.

Владыка эльфов отложил чтиво и воззрился на меня.

— Значит, твоя магия не восстанавливается. — Король задумался, наморщил лоб.

— Ваше величество, — встрял в разговор Аэлион, — леди Нандиль сказала, что

вероятность есть восстановления, она «заложила» в Ричарда «начало».

— Она сказала мне, но сколько на это время нужно? И поможет ли это?

— Только богам известно, — ответил лорд хранитель.

— Какое Начало? — не удержался спросил их.

— Это заклятие на рост, но не во всех случаях помогает, — пояснил Наниэль.

— Вырастить энергоканалы? — хмыкнул я.

— Да.

— Тебе положена награда.

Король встал с кресла и подошёл к шкафу, открыл ключом нижний шкаф и достал

оттуда шкатулку.

Поставил на стол и открыл её.

Там лежала горка чёрного жемчуга.

— Аэлион, достань остальное, — сказал через плечо лорду хранителю.

От увиденного у меня радостно заколотилось сердце, и я уже в мыслях гонял по

морю на собственной яхте.

Тут Аэлион поставил на стол ещё два сундучка, один с золотом, от эльфов,

другой с самоцветами от гномов.

— Ты пойми правильно, мы не хотим тебя оскорбить этим, хотя я предлагал всем,

что лучше тебе подарить перевязь с орденом Вельдоры…

«На фиг нам его побрякушка! — завопило во мне второе „я“. — Забирай все и

уматываем отсюда».

Я был полностью согласен с этим придурком.

Чинно встал со стула, крякнул в кулак и рассыпался в благодарностях словами и

действиями.

Преклонил колено, посмотрел на золото, преклонил второе, потом подумал, как

буду строить свой родовой замок, стукнулся лбом в пол.

«Хватит уже! — зашипел малец во мне. — Переигрываешь!»

Встал, отряхнул колени.

Король не выдержал, и на его лице поплыла улыбка.

Аэлион издал нервный смешок.

— Я недостоин носить перевязь Вельдоры, мне достаточно этого низменного золота

и остального, — пафосно толкнул речь.

— А перевязь отдайте, ну, вон Аэлиону, ему точно она к лицу.

Наниэль не выдержал и засмеялся.

— Мне про тебя много чего рассказывали, я знал, что тебе перевязь не к чему,

просто хотел посмотреть на твою реакцию.

Я галантно поддержал короля смехом, издав ржание молодого жеребца, и заткнулся.

— Езжай к королю Тариону, он тебя ждёт, ну и к Ричарду в Лавенсию.

Вступай в свои наследства, восстанавливайся, позже тебя призовут.

— Ваше величество, а тёмные? — Они же меня…

Забеспокоился я, вспомнив о Сатане и прочей дряни.

— Тебя теперь они не отследят, ты без магии, — усмехнулся король, — хотя и с

магией тебя трудно было увидеть, даже Нам.

Я ещё раз поклонился.

— Меч.

Наниэль снял с пояса свой клинок и передал мне.

— Ты свой сломал, держи мой.

— Спасибо, мой король!

Взяв в руки это грозное оружие, я почувствовал силу его, она была не злой, не

доброй, но какой-то страшной.

«Он нас не примет! — затрусил малец внутри».

Я крепче стиснул рукоять. Металл тихо звякнул, будто усмехнулся.

«Примет. Должен принять», — буркнул себе под нос, и малец затих.

Король прочитал на моём лице смесь чувств и сказал:

— Этот клинок с разумом, ты должен с ним поладить и стать другом. Его нельзя

забрать, его можно подарить.

— Ты потерял магию, ты уязвим, а я не хочу, чтобы мир потерял надежду, ты

нужен живым.

— Ещё раз спасибо за этот бесценный дар, — льстиво вставил свои пять копеек.

— Но помни! — Королю понравился мой ответ. — Как призову, придёшь.

— Конечно, ваше величество, — ответил ему, держа за спиной кукиш, который

увидел лорд Аэлион.

Он улыбнулся и спрятал улыбку.

Мы с лордом хранителем вышли в сад.

— Ричард, пройдёмся? — предложил Аэлион.

— Да, — согласился с ним.

У меня было много вопросов, и они не давали покоя.

— Как ты относишься к моей дочери? — спросил в лоб меня Аэлион.

Я пожал плечами и недоумённо взглянул на лорда.

— Тебе она нравится?

— Нууу.

— Ричард.

— Ну, она хорошая, — промямлил я, не понимая, что он хочет от меня.

— Ты её любишь? — спросил напрямую меня.

— О. — Нет! — У меня есть невеста, Кира.

Аэлион облегчённо вздохнул.

— Тут такое дело…

— Кайра влюбилась в меня? — просто спросил его.

Мне надоело играть в загадки.

— Да, но мы древний род…

— Я понимаю, — перебил его, — смешение крови и всё такое, потом полуэльфы

появляются и выгоняют в баронство, — закончил за него, чтобы он не тянул кота

за хвост.

— Всё верно.

Старый эльф вздохнул.

— Вы не беспокойтесь, мы скоро уедем, но!

— Я слушаю.

— Ответьте мне правдиво на мои вопросы, идёт? — Я с улыбкой взглянул ему в

глаза.

— Согласен.

Он протянул мне руку.

Я попросил его рассказать, что он знает о портале, о моём участии во всём этом.

Лорд Аэлион предложил посетить таверну, которая принадлежала ему, там мы

уединились в комнате, куда нам принесли вина и лёгких закусок.

— Лорд Аэлион, почему в вашем королевстве лето, а везде зима? — спросил эльфа,

пока тот разливал янтарное вино в серебряные кубки.

— Это магия альвов, — улыбнулся он, — эти земли и леса принадлежали

королевству равнинных альвов, они наши далёкие предки.

— Когда-то прогремели великие войны, битвы с внешними богами, потом битва тьмы

и света, ну и битва полубогов.

Аэлион вздохнул.

Много королевств и царств тогда было уничтожено.

— Расскажу тебе, что знаю о портале, ты участник событий, так что это не будет

изменой, — улыбнулся старый эльф.

— Когда сошлись две богини, Вельдора и Пантида, в смертельной схватке, богиня

тьмы была повержена, но Пантида успела нанести богине-создательнице такой удар,

который грозил развеять её.

— Но вмешались боги света, остатками своей божественной силы они усыпили

Вельдору, сохранив её существование. Сейчас она спит в Колыбели мира, это

северный полюс.

— Астания, богиня нашего материка, поставила защиту с помощью кольца Вельдоры,

чтобы силы зла из других галактик не смогли добраться до неё.

— Чтобы снять чары защиты, нужно это кольцо, благодаря тебе оно теперь у нас.

Графин с вином опустел, и Аэлион позвонил в серебряный колокольчик, нам тут же

принесли другой.

Я слушал его и не перебивал.

— Кольцом мы можем снять защиту, но разбудить не сможем. Тальдэ, мать

Вельдоры, лорд созвездия Идриссиль, тоже не может, её вмешательство разрушит

наш мир.

— Поэтому нужен я, не из магического мира, — сказал за него я.

— Всё верно, ты один из народа, который создала когда-то Тальдэ на планете

Земля, в тебе есть крупица силы богини-создательницы того мира.

— Ясно, а если я не смогу, да и нет во мне теперь магии.

— Тут магия не нужна, — усмехнулся он, — нужен Ты, а тебя можно сопроводить.

— Но. Всё-таки лучше тебе вернуть силу, она у тебя уникальна.

— Последний вопрос, кто такая Нандиль?

— Она архимаг наш, — ответил лорд хранитель Жизни.

Мы допили кувшин, и я поднялся.

— А мои сундуки? — не удержался я, моя душевная жаба постоянно напоминала мне

о моём сокровище.

— Они уже у тебя, я их отправил сразу.

— С тобой отправятся мои лучшие воины, они сопроводят вас до Варии.

Мы тепло попрощались, и я вернулся к Кире.

Девушка подошла ко мне и прижалась.

— Что, соскучилась? — улыбнулся ей.

— Ага.

— Меч? Откуда? — у Киры расширились зрачки, она понимала толк в оружии.

— Я тебе всё расскажу, обещаю.

— Рич, тут воины привезли два сундучка и шкатулку, они сложили у тебя в

комнате, оставили одного воина сторожить, что происходит? — с тревогой спросила

девушка.

— Ааа, это свадебный подарок нам, — я улыбался во весь рот.

Девушка услышала про свадьбу, расцвела и, потянувшись, поцеловала меня в губы.

— А кто?

— Да все кому не лень, — небрежно ответил ей. — Пошли посмотрим? — предложил

ей.

Мы прошли в комнату, воин сделал приветствие и удалился.

— Можно я открою? — стеснительно попросила медноволосая красавица.

— Че спрашиваешь? Это же наше с тобой!

Кира открыла шкатулку и ахнула.

В ней лежали крупные чёрные жемчужины.

— Ты уверен, что это нам подарили? — с подозрением спросила девушка.

— Нет, блин, я их спёр! — обиделся на неё.

— Рич, посмотри на меня, — девушка заволновалась, — ты на что-то согласился?

— Да нет же, это русалы подарили за этот чёртов портал, — я честными глазами

посмотрел на неё.

Я ей сказал правду, но она так смотрела серьёзно и со страхом за меня, что я

не выдержал и засмеялся.

— Ты врёшь! — Глаза девушки заметали молнии. — Верни и поехали домой!

— Да не вру! Вон, записка лежит в шкатулке!

Я только что сам заметил её.

Девушка сорвала печать и пробежалась глазами, её лицо изменилось с фурии на

счастливую кошечку.

— Ты хоть представляешь, сколько это стоит, — выдохнула она, — её лицо было

раскрасневшееся.

— Неа, много, что ли? — беззаботно спросил я.

— Очень много, Рич, очень.

— Что в письме?

— Царь русалов благодарит тебя и всех нас за неоценимую помощь, но не пишет

какую.

— Прости, Рич, что не поверила, — жалобно мяукнула девушка.

— А там, наверное, золото и камни. — Я открыл оба сундучка.

— Они не отстанут от нас, — печально проговорила Кира.

— Мне дали время восстановиться, вроде год у нас есть, а там пошлём их

подальше, — убедительно, как показалось мне, ответил ей.

Девушка лишь тихонько вздохнула и прижалась ко мне.

Я тихонько её отстранил, снял с шеи отцовский кошель и наполнил его золотом.

— Нам придётся потратиться, — объяснил ей, девушка кивнула.

— Дайна, возьми золото, обменяй на серебро, купи в дорогу лошадей и повозку, —

дал команду воительнице. — Посмотри припасы в дорогу, и овса для лошадей.

— Я мигом! — Дайна весело подмигнула мне.

Кира и Лиа занялись сборами, я же сел пересчитывать наше богатство.

Золотых драконов было пятьсот монет, за минусом двадцати, которые отдал Дайне,

жемчужин ровно сто, а камни я просто убрал, не знал, как их считать.

Учитывая, что лошадки здесь стоили дороже, чем в Лавенсии, пришлось изрядно

раскошелиться.

Одна простая скаковая лошадь обошлась в двенадцать серебряных оленей, Дайна

купила шесть и одну тягловую за восемь.

Повозка обошлась за шесть серебряных оленей. Один дракон равен десяти оленям.

Восемь полновесных золотых драконов и шесть оленей ушли только на наш скромный

отряд, а ещё нужно было купить припасов, овса для лошадей, да и наши доспехи

пришли в негодность, так что я запланировал поход к броннику.

— Ты припасы не купила? — спросил воительницу.

— Дорого на рынке, посоветовали купить в дороге, дешевле выйдет. — Молодец! —

Похвалил я девушку, и моя внутренняя жаба довольно заурчала.

— Собирайтесь, идём к кожевнику, а потом к броннику, Лиа зовите, — дал команду

девчонкам.

До рынка мы дошли бодро, но оказалось, что хорошие доспехи лучше брать на

улице кожевников, а здесь обычное барахло втридорога втюхивали приезжим.

Мальчишке-эльфу я дал серебряную монетку за подсказку, и он нас сопроводил

прямо к мастеру, а не купцу.

Улица кожевников была на северном конце города, близ речушки. Здесь работали

эльфийские мастера, цены очень кусались, но качество было отменное.

Эта улица была не похожа на «эльфийскую», не было орнаментов, завитушек и

прочей вычурности. Стоял устойчивый кислый запах, доносившийся с соседней улицы

дубильщиков.

— Уважаемый, — почтительно позвал мастера, — что предложите на этих девушек?

Мастер держал в руках лёгкий гамбезон, аккуратно отложил его в сторону и

оглядел девушек.

Кожевнику хватило мимолётного взгляда, как он сразу что-то черканул на

пергаменте и вышел за занавеску.

— Смотрите. — Он положил перед нами два доспеха, лёгкий и средний.

Кира взяла лёгкий и повертела в руках, передала Дайне.

— Не пойдёт, — девушка вернула его мастеру.

Тот усмехнулся.

— Простите меня, дурацкая привычка проверять другие расы, это у нас в крови, —

стушевался он.

— Ясно, эльфы самая древняя и самая лучшая? — усмехнулся я.

— На самом деле я так не считаю, — мастер смотрел спокойно, — есть и у людей

чему поучиться.

— Но мы не люди, как ты видишь, — ответил ему в тон. — Ты не смотри так, я

только похож на человека, я полуцикл.

— Полукровка?

— Нет, я многокровка! — ответил важно ему.

— Аа? Простите…

— Ладно, проверяльщик хренов, тащи нормальный доспех.

Кожевник притащил намного лучше первого, кожа была мягкая на ощупь, но

чувствовалась в ней тягучесть, такая не сильный удар остановит.

— Покажи мне средний и тяжёлый доспех, — попросил эльфа.

После долгих примерок мы выбрали себе средние доспехи, кожа не была тяжёлой,

если сравнить с доспехом людей или циклов, то доспех эльфа был намного легче,

чем доспехи, которые мы носили раньше.

А носили мы всегда облегчённые.

Доспехи эльфа были с металлическими вставками на плечах, груди и спине.

Мастер ловко их вшил под кожу так, что даже внимательный взгляд их не заметит.

Мастер за четыре доспеха просил двадцать золотых драконов, сторговались на

восемнадцать.

На это денег мне не было жаль, тем более я остался без магии, значит, наш

отряд серьёзно ослабел.

Мастер раздобрел и достал бутылку отменного эльфийского вина, я выпил только

один кубок, девушки отказались.

По дороге домой мы прикупили зимнюю одежду, сапожки и тёплые плащи, Кира

выбрала нам тёплые сапожки.

Рано утром нас разбудил Кириус.

— Ричард, я буду в Равене, ты долго в Варии не задерживайся, я буду тебя

ждать, ты понял? — Архимаг строго смотрел на меня.

— Профессор, я понимаю важность, я буду у вас, обещаю.

Я не терял надежду вернуть магию, тем более мне помощь обещал сам архимаг

Лавенсии!

— Спасибо вам, господин архимаг, вы спасли жизнь девушкам и мне, я не забуду

этого, — сказал серьёзно старому магу.

В его глазах я увидел мимолётную теплоту, которая, мелькнув, исчезла.

Он просто улыбнулся.

Девушки проверяли подпруги у лошадей, я укладывал наш скарб в повозку, как

пришли воины от лорда Аэлиона.

Старший эльф представился Тариэлем, с ним было четверо. По выправке в них

угадывались гвардейцы, чему я был рад.

Через час наш небольшой обоз тронулся в путь.

Конец 2-й главы.

Глава 2

Глава 3. Дорога в Варию

Из королевства эльфов мы двинулись на северо-запад, в Свободные земли. После

той встречи с Тенью лезть в Проклятое ущелье больше не хотелось. Я смутно

догадывался, почему меня искала Тень.

— Рич, мне Лиа рассказывала о вашей схватке с Тенью, — будто прочитала мои

мысли Кира.

— Да, было дело, — нехотя ответил я.

— Родовое кольцо тогда помогло… Интересно, оно теперь будет работать? —

вздохнул я.

— Не переживай так, — тихо сказала девушка. — Кириус мне говорил, тебя теперь

ни Тень, ни любая тьма не сможет почуять.

— У меня же искра осталась!

— У всех искра есть! — возразила девушка.

— А маги? — громко спросил я, пригнувшись, чтобы погладить коня.

— Магов в мире не так много, — подала голос Дайна, ехавшая рядом. Она

прислушивалась к нашему разговору.

— Немного, но есть, — возразил я.

— Ты что, думаешь, раз они два года кружили у нас на пути, то и сейчас будут?

— усмехнулась дворянка. — Скольких мы перебили?

— На войне их погибло много, — поддержала Кира. — А тех, что лезли к тебе,

отправлял орден. Сейчас они тебя не видят.

— Да хватит меня успокаивать! — психанул я на их заботу. — Сам знаю, что в

основном это маги с первого по третий уровень, от них угрозы почти нет. Даже

меня, полуцикла, их заклятия только пощекочут, — выдавил улыбку.

Девушки рассмеялись.

— Ричард, можно посмотреть меч? — попросила Дайна. — Это правда, что тебе его

подарил сам король Наниэль?

— Правда. Но он ещё добавил: «Подарил!» — я хмыкнул.

— Что это значит? — не поняла Дайна.

— Сам толком не знаю. Понял только, что чужому он не дастся.

— Наверное, его просто нельзя взять без спроса, или украсть, или отнять? —

предположила Кира.

— Давай проверим, — я отстегнул меч от пояса и протянул Дайне прямо в ножнах.

Девушка подъехала ближе и опасливо взяла оружие. Ничего не почувствовала,

оглянулась на меня и робко улыбнулась. Я качнул головой.

Дайна медленно потянула клинок из ножен. Меч тихо, протяжно запел и зло

сверкнул.

— Нет, — засомневалась она и вернула клинок в ножны.

Я забрал меч.

Командир отряда эльфов заметил движение, подъехал к нам.

— Господин Грэй, это меч нашего короля? — удивился он.

— Верно. Он дал его мне в дар.

Тариэль посмотрел на меня с уважением.

— Скажи, этот меч опасен для других? Если я дам кому-то подержать? — спросил я

эльфа.

— Нет, господин, ведь вы сами его дали, — спокойно ответил старший отряда.

— Но в чужих руках он будет просто железякой, — улыбнулся одними губами

Тариэль.

— Обычным мечом? — уточнил я.

— Да. Обычным, но очень острым и очень крепким.

Я невольно повеселел. Если честно, я побаивался этого меча.

Клинок был красив, но не крикливо. Два узких дола для крепости, поверх

затемнённая вязь, похожая на хамон. Гарда в виде перекрестия, на плечах

утолщения для баланса, а на них оттиснутые руны, будто кто-то вдавил их в

металл одним сильным ударом. В навершии торца тускло светился голубой турмалин.

Ножны обрамляли серебряные вставки, а обоймицы были из мифрила, с вкраплением

мелких изумрудов.

Через час Тариэль скомандовал привал, эльфы разожгли костёр, и один из них уже

тащил подстреленную тушу косули.

Эльфы оказались отменными поварами.

Везде в книгах их описывают травоядными, и я был приятно удивлён обратному.

Тариэль достал два бурдюка с элем, один кинул эльфам, которые тут же пустили

его по кругу, второй предложил распить с ним.

— Слушай, Тариэль, я думал, эльфы почти не пьют, а если пьют, то только вино,

— со смешком сказал ему.

— Так оно и есть, — улыбнулся эльф. — Просто мы постоянно в вылазках или

разъездах, иногда выполняем разные поручения. — Многозначительно сказал

Тариэль.

— Нам приходится общаться с разными расами, народами. К каждому должен быть

свой подход.

— А ты прав, — кивнул я на его слова. — Я думал, вы из гвардии короля.

— Нет, — засмеялся Тариэль. — Мы подчиняемся лорду хранителю и выполняем

разные поручения.

— Какие? — спросил его.

— Разные, — ответил он, не переставая улыбаться. — Иногда убиваем. Иногда

спасаем. Иногда просто смотрим. Лорд Аэлион любит, когда мы смотрим.

Эльф задорно подмигнул мне.

— Ричард. — Я протянул ему руку.

Мы пожали друг другу локти.

— Ричард, я знаю о твоей миссии, знаю, через что ты и девушки прошли, — он

помолчал и добавил: — Я благодарен тебе, что ты встал на защиту мира, который

не является тебе домом.

«Дааа, знал бы ты, что мне пофиг на этот мир, но не пофиг на тех, кого люблю»,

— подумал я и улыбнулся Тариэлю.

Утром мы собрались быстро, два перехода — и мы вошли в земли Свободных.

Зимние дороги, зимний тракт.

Я вспомнил родной Урал, есть похожесть. Есть.

Здесь лощина, но горы далеко по бокам, ветер, метель, тут живут зимой.

Я натянул капюшон и медленно понукал уставшего коня.

Эльфы разъехались, кто в авангард, кто сзади. Лиа ускакала на охоту. Я рад был

её выздоровлению, эта вздорная девчонка удивляла меня своей искренней

преданностью, в принципе они все такие, мои циклички.

Я улыбался.

Лиа вернулась к вечеру.

Я не слышал, как она подъехала — метель глушила всё. Просто обернулся, а она

уже спешилась, отвязала косулю от седла, потом стряхнула снег с капюшона.

Рука её двигалась не так, как раньше.

Я не сразу понял, что не так. Она снимала лук, разматывала тетиву — всё как

обычно, но когда потянулась убрать стрелу в колчан, левое плечо дёрнулось.

Красивое лицо на секунду стало бледным.

— Лиа.

Она обернулась, глаза вспыхнули преданностью и какой-то непонятной любовью к

своему лорду.

— Господин.

— Плечо. Лиа, ты ещё не здорова, — я пытался скрыть озабоченность, но цикличка

почувствовала.

— Господин, я в порядке и я всегда готова! — гордо ответила моя валькирия.

Я подошёл к ней и стянул на край её доспех, оголил плечо.

Рваная рана была зарубцована, но воспалилась.

— Ты показала её Кире или Дайне?

Я знал, что только дворяне-циклы могут лечить качественно.

— Господин, я не хотела утруждать дворянок.

Её взгляд был твёрд. Взгляд тигрицы. Они все такие, вспомнил я.

«Да я блин с ними как с детьми!» — заскулил про себя.

— Ты мне мозги не… Ээ, короче иди к Кире, ясно?

— Да, господин. — Девушка тайком улыбнулась, но я заметил.

— Рич, всадники. — Кира, ехавшая рядом, толкнула меня в плечо, осыпанное

снегом, сбив моё мечтательство.

— А?

— Вон, они странные…

Подымая снег и куски льда конями, к нам напрямую неслись три всадника.

— А что в них странного-то? — начал я и замолчал.

Они и правда были странными, они скакали голыми!

— Блять, извращенцы что ли? — я потянул меч, который радостно-злобно запел,

чувствуя драку.

Толкнул коня шпорами, выехал навстречу.

Эльфы возвращались с авангарда, увидев, пришпорили коней.

— Давай! — крикнул коню и хлопнул его по крупу плоской стороной меча.

Лошадка обозлилась и рванула навстречу странным всадникам, взбивая комья льда

и снега.

Всадники рассыпались в стороны, увидев меня.

Я только их проводил недоумённым взглядом.

— Ричард, кто это? — спросил подъехавший Тариэль.

— А я знаю?

— Странно всё это, — тихо сказал эльф и рукой показал какой-то знак своим.

Те молча рванули за странными всадниками.

Через время эльфы приволокли волоком на верёвках три трупа.

Трупы были высушенными мумиями.

Красивое лицо Тариэля исказилось в недоумении, я понял, такое он видел впервые.

Я немного вспотел.

Если такой ушлый «спецназ» удивился…

— Что ты думаешь об этом? — спросил эльфа, стараясь держать ровно голос.

— Ричард, смотри. — Он пальцем показал на голову мумии.

— На затылок смотри.

Хоть и мумия, но голова и волосы на месте, затылок только выбрит и клеймо…

— Это чей знак?

— Ричард, такие знаки ставят орденцы, это знак Пантиды. — Эльф невольно

положил руку на эфес меча.

— Ну?

— Ритуал…

Его конь вздыбился от его слов и прижал уши.

— Господин! — обратился один из эльфов к Тариэлю. — Мы их начали вязать и вот.

— Растерянно проговорил воин.

— Тебя ищут, Ричард. — Эльф посмотрел на меня с беспокойством.

— Кто ищет? — взволнованная Кира услышала разговор, подъехала ко мне вплотную

и по привычке наложила на меня защиту циклов.

— Родная, успокойся, — мягко ответил своей взбешённой девушке.

— Мы узнаем и…

— Что и? Рич?

— Да блин, подожди, не мельтеши, — отмахнулся и кивком позвал эльфа отъехать.

— Рич, тёмные это, они убивают магов. Сильных магов. — Тариэль был бледен и

строг.

— Они ритуалом выкачивают из магов силу и накачивают свои эгрегоры.

— Они хотят освободить Пантиду, им нужно много, очень много энергии.

— Ну ты давай двигай домой, — нервно предложил ему, хотя хотелось защиты от

него.

— Погоди, Рич, я не брошу тебя. — Эльф вздрогнул.

Я напрягся.

Мельком почувствовал покрывало, которое легло на нас.

— С коней быстро! — рявнул я и ощетинился мечом.

— Щупы! — крикнул Тариэль.

Воздух вокруг нас сжался плотно. Как будто кто-то накрыл нас подушкой и начал

давить. Уши заложило, и я почувствовал, не услышал, не увидел, что-то чужое,

голодное.

Оно шло со всех сторон, медленно, уверенно. Как хозяин, который знает, что

добыча не уйдёт.

Эльфы сбились в круг. Тариэль вскинул руку, и нас накрыло плотным воздушным

щитом. Мерцающая плёнка, прозрачная, как мыльный пузырь.

— Держать! — крикнул эльф.

Из тумана со всех сторон потянулись тёмные рукава. Щупы. Толстые, тёмные.

Они шли по земле, обвивали камни, переплетались между собой и тянулись к нам.

Кира спешилась первой. Я даже не заметил когда. Она чуть согнула ноги в

коленях, её губы зашевелились. Мечи в её руках запели тихо и страшно.

Земля дрогнула, из-под снега выросла каменная стена.

Кира своим заклятием огородила нас от этих рукавов смерти.

Лиа закрутила бешено мечами и стала передо мной.

Дайна вскинула руки. Над нами замерцал светло-зелёный купол, циклическая

защита. Я почувствовал её тепло, как будто рука матери коснулась меня.

Щупы ударили.

Воздушный щит эльфов засвистел и лопнул громким хлопком. Эльфы отшатнулись.

Щупы наткнулись на каменную стену. Стена треснула. По лицу Киры побежал пот.

Она стиснула зубы. Костяшки побелели на рукоятях мечей. Стена замерцала и

восстановилась, став ещё толще.

Из уголка её рта потекла тонкая струйка крови.

— Не могу долго! — процедила она сквозь зубы.

Дайна держала купол. Её руки дрожали. Купол мерцал, но держался.

Я стоял в центре. С мечом. Бесполезный без магии.

В моей руке меч злобно тихонько запел.

Щупы вторично коснулись каменной стены и опали дымкой.

— Что это было? — выдохнул я.

Тариэль молчал. Смотрел в туман.

— Бежим! — крикнул я и вскочил на коня.

Кира развеяла стену и следом вскочила на свою лошадь.

Лиа с Дайной забрали с повозки наши сундуки и подвязали к своим лошадям.

На бешеной скорости мы поскакали в сторону виднеющегося города Лощина.

После двухчасовой скачки мы достигли пределов города и на полном скаку влетели

во двор первого попавшегося постоялого двора.

— Здесь мы в безопасности, — произнёс командир эльфов.

— Я поставлю сигнальные и защитные заклинания.

— Ладно, пойду сниму нам комнаты и закажу ужин, — сказал Тариэлю, кинул

поводья мальчишке и направился в сторону трактира.

Помещение было забито постояльцами, было шумно, стоял устойчивый запах эля и

жареного мяса.

Я только сейчас понял, что был дико голоден.

— Хозяин! — крикнул я толстому гному в белом фартуке, который проверял

жареного барашка на вертеле.

— Иду, господин! — ответил трактирщик, поливая каким-то соусом готовящееся

мясо.

Я уселся на свободный стул у барной стойки, катая в пальцах серебряный олень.

Трактирщик взглядом мазнул по большой монете и невольно потянулся к ней.

— Держи, приятель, — я катнул монету к хозяину заведения.

Гном ловко поймал монету, которая исчезла в его широкой ладони.

— Чем могу быть полезен? — подобострастно спросил меня трактирщик.

— Можешь, любезный, можешь, — усмехнулся ему.

Мы ужинали в большой комнате на втором этаже, за одним общим столом.

— Как же нас тёмные нашли? — спросил я эльфа с набитым ртом.

— Они не нас нашли, они их искали.

— Ясно, и случайно наткнулись на нас? — переспросил Тариэля.

— Верно, думаю, мы в безопасности здесь.

— Ладно, — я хлопнул ладонью по столу, допил эль и поднялся из-за стола.

— Дайна, ты с Лиа пойдёшь в банк и обменяешь золото на серебро, половину

возьмёшь мелкими монетами.

Я бросил на стол кошель с золотом.

— Здесь сотня драконов, найди банк с минимальным процентом.

— Хорошо, Ричард, — девушка забрала монеты и кивнула Лие.

— Рано утром, засветло, выезжаем, — сказал Тариэль. — Нам нужно на причал реки

Гномья, там арендовать, а лучше купить судно.

— Зачем покупать? — встревожился я и невольно пощупал на шее кошель.

— Нам нужно стать купцами. Готовься к трате монет, Ричард.

Я печально вздохнул и кивнул.

— Пошли что ли? — Эльф подмигнул мне.

— Пошли.

Шли молча. Улицы Лощины сузились, потом расступились, и мы вышли к реке.

Порт был огромный при такой неширокой реке.

Здесь было сердце торговли юго-запада Астании.

Этот запах ни с чем не спутаешь. Дёготь, соль, рыба, мокрая пенька, пот и

что-то кислое, то ли брага, то ли блевотина. Я вдохнул полной грудью и

улыбнулся. Как дома побывал.

Река Гномья здесь была неширокой, метров сорок, может, пятьдесят, но глубокой.

Суда сидели грузно, по самую ватерлинию. Вода тёмная, почти чёрная,

маслянистая. В ней плавали щепки, солома, дохлая рыба.

У причала стояло несколько судов. Большие шхуны с двумя мачтами разгружались.

Мужики в мокрых робах таскали ящики по сходням. Рядом покачивались тендеры,

одномачтовые, плоскодонные. Один загружали. Бочки, мешки, клети с курами. Чуть

дальше смолили старый пинас, и воняло смолой страшно. Ещё какие-то лодки с

парусами. Рыбацкие, наверное.

Толпа была привычная. Люди. Орки, от которых шла волнами вонь пота и кожи.

Эльфы в плащах, скользят между всеми незаметно. Циклы с медной кожей

возвышались над всеми, коренастые, с тюками на спинах. Гномы низкие, бородатые,

с ящиками на плечах. Кто-то орал. Кто-то торговался. Кто-то дрался. Кто-то

просто сидел на бочке и жевал рыбу.

Шум был сплошной, стеной. Крик, ругань, скрип сходней, плеск вёсел, удар

молотка по дереву, визг пилы, мычание коров с соседнего причала. Уши заложило,

пришлось смаркнуться, чтобы перепонки «отстрелялись».

— Неплохо, — сказал Тариэль, оглядываясь.

— Бывало и хуже, — пожал я плечами, улыбаясь ему.

Он посмотрел на меня и рассмеялся.

Мы двинулись вдоль причала. Под ногами скользко. Рыбьи кишки, лужи, конский

навоз, какая-то слизь. Я поскользнулся раза три, Тариэль ни разу. Гад.

Здесь всё продавалось и всё покупалось. Рабы, козы, шёлк, рыба, содет и

наркотики. Наверняка. Почувствовал это кожей.

— Господин Ди Грэй! Господин Ди Грэй!

Я услышал чей-то радостный голос и попытался разглядеть в толпе кричавшего.

Ко мне пёр сквозь толпу длинный цикл.

— Писсей Дун? — удивился я старому знакомому.

— Всё так, господин, всё так, Дун третий гильдии, — напомнил он мне и

посмотрел мне в глаза, удостоверяясь, что я не забыл, что он в гильдии не

последний цикл.

— Оо, я помню, почтенный дун третьей гильдии из Тура!

Писсей расцвёл как майская роза и даже подрос немного.

Я посмотрел ему на ноги, он зачем-то стоял на цыпочках.

— Эээ, вам так удобно? — озаботился я, глядя на него.

— Оо, простите, — дун опустился с цыпочек и виновато посмотрел на меня.

— Как поживает почтенная Пенилопа? — вежливо спросил я купца.

— Не Пенилопа, Перилла, господин, Перилла! — поправил меня торговец и засиял

ещё больше.

— А я так и сказал вроде, да.

— Так как поживает ваша Пентильда?

— А, — он махнул рукой, — она в поместье сейчас, управляет! — сказал он с

достоинством и упором на «поместье».

— Перилла, — решился добавить Писсей.

— Да, Перилла, — согласился я с ним.

— Так у вас есть поместье? — не удивился я, а так, для поддержания разговора.

А зря.

Длинный цикл набрал побольше воздуха в лёгкие, и я немного испугался за него.

«Лишь бы не пернул от натуги», — подумал я и немножко отошёл от него.

— Да! Мы купили поместье, рядом с вашим, как только узнали, что вам король

подарил! — затараторил купец, брызгая в меня слюнями.

— И о, простите, вы же теперь дэй, не ди, вы прощаете? — закончил он и

взглянул мне умоляюще в глаза.

— Конечно, почтенный дун, конечно! — ответил я, вытирая своё лицо рукавом.

— В качестве извинений, — я подмигнул купцу, — возьмёте нас на борт своего

корабля? Это же ваше судно, верно?

— О, да, это моё судно! — с гордостью ответил купец третьей гильдии и нечаянно

пукнул.

— Простите. — Покраснел он. — Это от волнения, встретить такого господина, да

ещё и дэя, да ещё…

— Ээ, — перебил я его, — так когда отплываем?

— Завтра поутру, завтра, господин, — поклонился он. — С вас как с соседа

возьму недорого, по серебряному оленю.

— Недорого? — спросил он заискивающе.

— Нормально, — пожал я плечами. — Ждите, мы через пару часов вернёмся!

— Хорошо, господин дэй Грэй, хорошо. Расскажу Пер, она не поверит! — счастливо

сказал он.

— Да зачем? Думаю, Пантильде и без меня забот хватает.

— Нет Пантильды, господин, — извиняющим тоном сказал купец.

— Как? — я распахнул глаза. — Умерла Пирлитта?

— Не знаю, господин, кто из этих почтенных дам умер.

Купец моргнул и посмотрел на меня.

— Зато Перилла жива, — озвучил он и улыбнулся.

— Вы меня напугали, Писсей.

— Вы забыли? — улыбнулся дун. — Для вас я просто Пис, или проще Пис дун.

— О, как забудешь такое? — промямлил я.

— До встречи, Пис, — махнул ему рукой, и мы с эльфом зашагали в трактир.

Сборы заняли недолго, своих коней мы продали трактирщику, Дайна вернулась с

серебром.

Она обменяла золото и отдала пять процентов за размен. За своих лошадей мы

получили шестнадцать серебрушек, которые я отдал Лиа на мелкие расходы.

К вечеру мы уже были на борту корабля, который гордо назывался именем жены

купца, «Пер дунья».

Конец 3-й главы.

Глава 4. Циклион

Я сразу рассчитался с хозяином тендера звонкой монетой, пересыпал ему в ладонь

девять оленей и два сверху, на нормальное питание.

Почтенный купец Писсей выделил нам всего одну каюту, так как судёнышко было

небольшое, при этом выгнал оттуда бывшего постояльца, капитана корабля.

Обиженный кэп перебрался в каюту к матросам.

Позже я нашёл его на мостике, отчитывавшего какого-то щуплого матросика,

распекая его за нерасторопность.

— Капитан, вы простите нас, что из-за меня вас потеснили в жилплощади, — начал

я разговор.

Капитан гордо молчал.

— Вот, возьмите за неудобство. — Я протянул ему новенький серебряный олень.

Монета в пятнадцать грамм чистого серебра утонула в его мозолистой ладони.

Обидчивость капитана исчезла в миг, в его глазах зажглась искренняя

благодарность.

— Господин, я к вашим услугам! — с достоинством короля капитан поклонился,

предъявляя мне к осмотру свою грязную голову.

— Капитан, в вашей каюте я поселю своих девушек, добудьте мне для них матрасы

и одеяла, — попросил я его.

— Всё будет сделано, господин, и даже подушки найду, — заверила меня немытая

башка.

— Отлично, благодарю.

Каюта была маленькая, койка, небольшой столик, закреплённый цепочкой к палубе,

и в углу здоровенный рундук с плоской крышкой.

— Кира, ты с девушками селитесь здесь, располагайтесь, — я улыбнулся ей,

поцеловал в щёчку и бодро поднялся по трапу на верхнюю палубу.

Сая клонилась к закату, ветер посвежел, и я вздохнул полной грудью.

Погрузка корабля была завершена, матросы крепили груз, привязывали бочки и

ящики, которые не уместились в трюме, к бортам.

Экипаж, кроме вахтенных, стал отбиваться ко сну.

— Тариэль, а мы-то где спать будем? — спросил эльфа.

— Я уже нашёл. — Он хитро улыбался.

На полубаке была надстройка для нужд боцмана, она была уже освобождена, всё

его барахло сложено вдоль борта и закреплено концами.

В этой каморке эльфы уже разложили несколько матрасов, набитых соломой, в углу

лежала стопка старых одеял.

Я ухмыльнулся и хлопнул эльфа по плечу.

— Неплохо!

Река Гномья петляла между холмов, она то ускорялась узкой лентой, то величаво

тащилась широкой гладью.

Я стоял, опершись о леер рукой, и рассматривал берег, который скользил мимо

меня.

Ко мне подошёл Писсей дун и тихонько поздоровался.

Всю дорогу купец Пис выносил мне мозг о своём поместье, рассказывая, как мы

будем жить два соседа, как они будут ходить ко мне в гости…

— Я продам поместье, — не выдержал я.

— Как? — его глаза распахнулись от удивления. — А мы?

— А вы живите.

— Но как же? У вас там стройка идёт, люди работают в полях, ваш управляющий

Вел купил сотни овец, построил новые загоны, овчарни…

— Серьёзно? — удивился я такому повороту.

— Да, он у меня денег занял. — С гордостью сказал купец и добавил: — Под

маленький процент!

— Епт…

— Что вы сказали, господин Грэй? — он вежливо наклонился ко мне.

— Говорю, шустрый у меня управляющий, — хмыкнул я.

— А сколько он у вас взял? — насторожился уже всерьёз.

— Он уже вернул, всё до монетки! — заулыбался купец.

— Ну и делаа, — вздохнул я.

— К нему сыновья приезжали, я понял, что они ему денег привезли, — доложил мне

пронырливый купец третьей гильдии.

— Ясно.

— Тогда не будете продавать своё поместье? — с надеждой спросил Писсей.

— Посмотрим, — нехотя ответил ему, кивнул головой, пошёл проведать девушек.

В каюте я только нашёл Лиа, она сидела и что-то подшивала.

— Господин? — красивые глаза девушки блеснули радостью.

— А где все?

— Мечами машут, — улыбнулась она.

— А ты что тут?

— Решила сменную одежду подлатать, — смутилась она.

— Вот блин! А что, на новую одежду денег спросить у меня не судьба? — удивился

я.

— У меня есть деньги, — улыбнулась она, — вы же нам много подарили после

войны, вы забыли?

— Да, что-то вылетело из головы.

— А что чинишь-то?

— Платье, — она виновато посмотрела на меня. — Вы его купили мне на бал тогда,

помните бал у барона Кайланда?

— Как уж забыть. — Пробурчал я.

— Вы со мной тогда танцевали, — мечтательно произнесла она.

— Мы ходили, а не танцевали. — Буркнул в ответ.

— Это называется танец. — Поучительно ответила девушка.

— Мы ходили как два гуся, два раза поклонились и потом покрутились вокруг, вот

и весь танец. — Испортил ей романтизм ответом.

Девушка тихонько засмеялась.

— Ничего вы не понимаете в танцах!

— Да куда уж мне, сиволапому. — Улыбнулся воительнице.

— Сильно-то платье попортилось? — с участием спросил её.

— Стрела. — Коротко ответила Лиа.

— Ладно, — пожал плечами и вышел из каюты.

Навстречу мне попались разгорячённые девушки, их белые рубашки были мокрыми от

пота, которые прилипли к телу и выгодно дразнили меня своими округлостями.

— Рич, рот закрой! — напомнила мне ухмыляющаяся Кира.

— Я хотел чихнуть, ты всё испортила! — вывернулся я.

— О да! Наш победоносный лорд хотел чихнуть при виде нас! — засмеялась Дайна.

— Да иди ты, — беззлобно бросил ей.

— Ричард. — Неслышно подошёл Тариэль.

Я обернулся.

— Скоро мы войдём в воды Велинары, там день пути, и мы в Варии, — сказал эльф.

— А тебя что-то смущает? — переспросил его.

— Нам нельзя в Варию, — эльф замолчал.

— Шпионские дела? — улыбнулся я.

— Ага.

— Будем прощаться? — догадался по его лицу.

— Будем.

Судно встало на якорь у берега, матросы спустили шлюпку на воду.

Я пожал каждому эльфу локоть, а с Тариэлем обнялись.

— Береги себя, Ричард, — подмигнул мне эльф.

— И ты, ушастый. — Ухмыльнулся в ответ.

Через несколько часов наше судно вошло в великую реку Велинару, в этом месте

она была огромна, и не было видно берега другой стороны.

Со стороны правого берега нам попадалось множество селений, рыбацких артелей.

Погода была хорошая, рыбаки выходили рыбачить. Мы лениво проходили мимо

множества причалов, судно было гружено товаром для Варии.

На следующее утро скалы «Подковы» перегородили нам путь. Так казалось

издалека, но позже я увидел проход между высоких скал, который терялся

окончанием в далеке белым размытым пятном.

Река замедлилась, по краям реки, вдоль скал были пристани с какими-то

строениями.

«Наверное, для сортировки груза, — подумал я, — или переждать очередь прохода

через цепь».

Я угадал, наше судно пришвартовалось, и матросы спустили шлюпку.

Капитан, дун Писсей и два матроса погребли в сторону башни-таможни.

Через два часа наше судно прошло над опущенной цепью и встало на якорь вблизи

башни-близнеца, откуда к нам направился бот с вооружёнными циклами.

После тщательной проверки груза, бумаг и оплаты пошлины нас пропустили в

королевство Вария.

Я наконец-то вздохнул.

В этом королевстве нет магии, а сравниться на мечах с моими девушками и их

силой…

Я стоял, держась за планширь фальшборта, и насвистывал Газманова, «Ты морячка,

я моряк», получалось фальшиво, но мне было всё равно, настроение было супер.

Здесь зима была мягкая, горы-подковы защищали от ветров, да и камень матери

благостно влиял на всю площадь, которую он покрывал вместе с каменными

стражами.

Через полтора дня, когда Сая была в зените, наш тендер «Пер дунья» подошёл к

порту Циклиона.

На пристани было много народа, грузчики уже толпились бригадами, радуясь

работе. В Циклионе всегда ждали корабли с внешнего мира, более десяти тысяч

лет, как народ циклопов переселился сюда с гор Истинных орков, которые

назывались ранее Драконьи горы.

Без своего камня Синего Турмалина народ циклопов выродился и чуть не погиб, но

полубогиня Вария смогла найти замену турмалину, она нашла похожий камень

изумруд, слабее, но он спас остатки народа, который позже стал расой циклов.

Полубогиня Вария перед смертью смогла развоплотиться и уснуть. При посмертии

она стала молодой богиней и ждала своего часа, когда проснётся Вельдора и

разбудит её, Варию, новую богиню циклов.

Корабль Писсея стоял на рейде, в очереди.

— Писсей дун, нас уже проверяла таможня, и ты уже платил пошлину? — удивлённо

спросил купца.

— Мы могли часть товара сбыть до города, вот и пересчитывают, а пошлина, так

мы заплатили за ввоз товара в королевство, а в город другая пошлина. — Вздохнул

расстроенный купец.

— Я дун третьей гильдии, с меня две пошлины, — огорчённо сказал он.

— Понятно, везде три шкуры снимают. — Посочувствовал купцу.

— А если бы ты просто товар продавал по селениям и не ввозил его в город?

— Тогда только сборы от селений платить, но это намного меньше.

— Ну и зачем тогда тебе Циклион? — не понял я.

— По селениям торговать дешевле и намного дольше, — ещё раз вздохнул дун.

Я махнул рукой, не моё дело.

Насколько я знал, купцы третьей гильдии, наоборот, по селениям торговали, а

вот второй или первой, те в столицах и заграницей.

— Писсей, я думаю, что ты просто себе большую планку поставил.

— Почему? — надулся купчишка.

— Скажи, что тебе мешает стать купцом второй гильдии?

— Мне нужно заплатить двести оленей серебром в гильдию на следующий ранг, двух

поручителей из купцов первой гильдии и товаров иметь не меньше, чем на двести

драконов.

Я присвистнул.

— Мне как купцу третьей гильдии нельзя закупать товар дальше Лощины, и

продавать можно только в Варии, — пожаловался он.

— Продай поместье! Зачем оно тебе?

— Ранг не дадут, нужно быть состоятельным!

— Ладно, ты отвезёшь нас на берег? — не хочется торчать здесь на глазах у

таможни.

— Конечно, господин Грэй! — засуетился Писсей.

— Крэйтер! Спусти шлюпку и свези господ на берег! — крикнул капитану купец.

— Так ещё в список прибывших их не внесли? — удивился кэп.

— На берегу внесут, — отмахнулся Писсей.

— Что за списки? — спросил у капитана.

— Кого-то ищут, шпионов каких-то. — Пожал плечами Крэйтер.

На берегу нас встретил пузатый господин с двумя стражниками, со слов капитана

записал название судна, парусное вооружение корабля и количество находящихся

пассажиров.

Нас же пригласили пройти в контору.

— У вас тут что за порядки? — начал я закипать.

— Простите, господин, распоряжение короля! — извиняющим тоном ответил портовый

клерк.

— Пойдём, не отстанет, — шепнула мне на ухо Кира.

— Спрашивай здесь, что тебе нужно!

— Нужны бумаги, удостоверяющие вашу личность, господин, ээ?

— Ричард Грэй, Ван Грэй.

— Простите, но почему вы Ван? — удивился клерк-цикл.

— Да потому что он и есть Ван! — зашипела Дайна на него.

— Читай, недомерок! — я достал из нагрудного кошеля все бумаги, на титул,

земли и особняк, подаренные самим королём.

Тот только взглянул на печать короля, сразу вспотел.

— Простите. — Прошептал он и ретировался.

Девушки рассмеялись.

Порт жил своей жизнью и привычной вонью, смесь жареного мяса, пота и

испражнений. Стоял полный штиль, грязные паруса на суднах обвисли тряпками,

будто выдохлись.

Речные чайки дербанили мелкую рыбёшку, просыпанную рыбаками возле своих лодок,

с которых сгружали улов в ящики и относили под навес.

Течение реки было спокойным, размеренным.

Её вода несла запах сырой земли и мокрого камня, перебивая хоть немного густую

портовую вонь. Вдоль причалов громоздились ящики и бочки, сваленные как попало.

Чуть дальше, в глубь, подальше от вони, стояли рядами административные здания,

левее склады.

А ещё дальше разноцветные красивые лавки, закусочные и прочее, от которого

рябило в глазах.

Тут же ходили степенные купцы вперемежку со всяким сбродом.

Дворяне неспешно разглядывали заморские ткани, жемчуга.

Красавицы-циклички примеряли украшения.

— Блин, — догадался я, — «моим» тоже что-то надо прикупить! — хлопнул звонко

себя по лбу.

Расталкивая толпу, двинулся к ближайшей ювелирной лавке.

Девушки переглянулись и последовали за мной. Беглым взглядом окинул прилавок,

потом взглянул на лицо Киры.

Девушка равнодушно пробежалась глазами по витрине и вопросительно посмотрела

на меня.

На лице Дайны то же самое, а вот Лиа восхищённо рассматривала украшения.

— Ясно, барахло. — Сказал я и потянул Киру за рукав из лавки.

— Что ты ищешь? — удивлённо спросила моя девушка.

— Сам не знаю. — Задумчиво ответил и потащил её к дальнему концу портового

рынка.

Там уже были не крытые лавки, а магазины.

В глаза бросилась вывеска, «Эльфийские украшения».

— Нам сюда!

У входа стоял скучающий охранник-полуэльф, от его шеи до щеки пролегала

вязь-тату, которая не портила его внешность. Он был без головного убора, в

тонкой кольчуге, доходящей до колен, и опоясан широким ремнём.

На боку висел длинный меч.

— Пройти можно? — поинтересовался я у воина.

— Конечно, господин! — вежливо ответил и приоткрыл перед нами дверь.

На нас с девушками были новые доспехи эльфийской работы, на что полуэльф

обратил внимание и с уважением смотрел на меня.

Мы прошли в тёплое помещение, в углу весело трещал небольшой очаг.

Ни прилавка, ни витрин мы не увидели. Стояли тумбы, и на каждой под магическим

колпаком лежали драгоценности.

Я уже видел некоторые украшения, произведённые мастерами-эльфами, их изделия

невозможно было спутать с другими.

— Рич… Это красиво… — Кира восхищённо взяла в руки колье, которое лежало без

покрытия заклинания.

— Ээ, господа, я Мальдер, торговец из лесных королевств. — Представился

полуэльф, выдавая себя за эльфа.

— Очень приятно, мастер… мастер?

— Оо, нет, простите, я скромный торговец. — Заюлил барыга.

— Да перестаньте, вижу по глазам, что вы ещё тот!.. Мастер! — восхитился я

плутом.

— Что вам понравилось, я уступлю! — поклонился торговец.

Я подкинул большим пальцем вверх золотой дракон и перехватил его ладонью перед

его носом.

— Я понял вас, господин, — улыбнулся полуэльф.

Мы отошли за ширму.

— Мне нужны камни матери, — нагло шепнул ему в лицо.

Плут набрал воздуха в лёгкие и огляделся.

— Вы знаете, что уже как год их запрещено торговать? — он эти слова просвистел

на выдохе.

— Да мне по… й, — ответил в тон так же, но без свиста, звякнув кошелем.

Полуэльф недолго думая, при мне сунул руку под лавку и вытащил мешочек.

— Смотрите, господин. Он высыпал на стол сокровище.

Я застыл…

Перед моими глазами пронеслось недалёкое, но волнительное прошлое.

«Я когда просил руки Киры, тогда мне купец Грегор помог… Он мне отдал эти

драгоценности, которые сейчас лежали передо мной выложенные полуэльфом, за

услугу, которую я выполнил. Я их подарил своей девушке и признался в любви.

Во время войны Кира попала в плен, спасая меня. Я помнил это. Я вернул её.

Боль снова от воспоминаний сковала грудь, я выдохнул.

Я вытащил её из плена, но и одновременно потерял её тогда.

Сатана завладел её духом, отобрав защитные камни, силы матери, которые я ей

подарил».

— Это они. — Прошептал я.

— Вы про что, господин?

— Откуда они у тебя? — я потянулся за мечом.

— Мне их продали! — вскрикнул испуганно торговец и попятился.

— Кто?

Он упал на колени.

— Ты понял, кто я? — тихо спросил его, и моё сердце стукнуло не в попад.

— Я не скажу им, что ты здесь, клянусь! — он задрожал.

Я уже понял, что он догадался, что перед ним Лекарь.

— Вы, ублюдки, ищете меня? — я нелюбезно улыбнулся тёмному.

— Заберите всё! — прошептал испуганно торговец.

— Мне нужно только своё. — Шепнул ему на ухо и приложил свой палец к губам.

— Тихо, сука.

Я медленно втискивал свой злой клинок ему между рёбер, прямо в сердце, его

глаза наполнились ужасом и болью. Я смотрел в них.

— Сволочь, это тебе за Киру…

Тело упало к ногам, я брезгливо стряхнул меч от крови на него.

Передо мной лежали колье, серьги и кольцо с истинными изумрудами, то, что я

дарил своей девушке.

Бережно сложил их в мешочек и засунул в родовой кошель, который уже третий

год висел у меня на груди под рубашкой.

Плюнул на тело и вышел.

— Что долго, Рич? — спросила моя любимая девушка.

— Да недолго, — смущённо произнёс я, — немного поговорили.

Кира пристально посмотрела на меня, не спросила, не ответила. Лишь качнула

головой.

Я улыбался, но улыбка была усталой.

Мы вышли из здания, охранник-полуэльф на нас не посмотрел.

— Девушки, может, поедим? — бодро предложил, и все кивнули.

Двинулись к ближайшему трактиру, поесть нормальной еды и отметить прибытие на

родину.

— Рич, нам нужно посмотреть свой особняк, который подарил король. — Напомнила

Кира, когда мы закончили поглощать горячую похлёбку из баранины.

— Угу, потом к королю надо, — мотнул я головой, доедая свежую лепёшку.

— У меня там будет своя комната? — зачем-то спросила Лиа нас.

— Ага, хоть три, — улыбнулся я.

— Дайна, что за вопросы? — одёрнула Дайна девушку.

— Простите.

— Не нужно извиняться, это нормальный вопрос. — Поддержал покрасневшую девушку.

— Ты член рода, у тебя должна быть своя комната. — Добавила Кира.

— Но мы ещё не присягнули на камне, — возразила Лиа.

— Да куда вы денетесь? — усмехнулся я.

— Разберёмся с особняком, посетим короля, проверим поместье и поедем в

Лавенсию, в нашу долину. — Выдал им план, от которого все девушки заулыбались.

— Но перед этим мы зайдём в швейную мастерскую! — крикнул я под радостный визг

девчонок.

Мы вышли из порта, поднялись по главной улице и вышли на главный рынок. Здесь

мы были раньше, наверное, уже прошло больше года, но он не изменился.

Здесь запахи были другие, запахи достатка. Даже бедные здесь старались

выглядеть достойно, стиранные штаны, залатанные дыры.

Но на фоне дворян и купцов это немножко было нелепо.

Перед мастерской мы сначала зашли за тканями.

Я был рад, что сегодня не было лавки Периллы, почему-то я устал немного от

этого семейства.

Чуть дальше девушки нашли большой выбор тканей, эти воительницы мигом

превратились в обычных девчонок, скорее сорок.

— Кир, возьми деньги, меня тут срочно позвали, — промямлил я неубедительно и

виновато посмотрел на навес, под которым торговали пивом.

— Рич! — насупилась девушка. — А посмотреть? Вдруг не то возьму!

— Не, нее, — заблеял козлёночком, которого пытаются привязать к забору.

— Мне надо!

Кира просто поцеловала меня и хлопнула ниже спины. Тихонько.

«Да блииин, что за рука у цикличек?» — застонал я молча и счастливый попёрся

пить классное пиво за два жёлтых тина.

Пиво я тут уже брал, мне тогда понравилось, но цель была другая.

Я нашёл лавку того торговца, который продал мне перстень моего рода.

— Почтенный, день добрый. — Поприветствовал купца-человека.

Он узнал меня и улыбнулся.

Я молча посмотрел на него.

— Я вижу этот перстень у вас на руке. — Спокойно сказал торговец.

— Да, и он мой по праву. — Почему-то я ему сознался.

Купец улыбнулся как-то тепло.

— Я сразу догадался, что вы сын того рыцаря. — Произнёс купец с хрипотцой.

— Я вам должен, наверное? — улыбнулся купцу.

— Нет, ни в коем случае. — Он помолчал.

— Знаете, это кольцо рвалось от меня… Оно искало свой род. — Торговец

засуетился, доставая вино с кубками.

Я рукой показал, что не стоит.

— Вы позволите? — ювелир нагнулся под стол, достал свёрток синего бархата и

бережно положил передо мной на стол.

Я почувствовал тягу непонятную, как будто меня что-то зовёт домой и… Тепло,

любящее тепло.

Я вздрогнул от неожиданности, и моя рука непроизвольно потянулась к свёртку.

— Что это? — я остановил руку.

— Я не мог этого раньше показать. — Смущённо сказал ювелир и откинул ткань.

Мои глаза притянуло к этим печатным кольцам, их было девять, серебряных и с

печатью моего родового цветка. Они пульсировали, отдаваясь мелкими

пульсирующими толчками в мой палец, где было надето родовое кольцо.

«Блять… Они родные!!» — сказал я про себя.

— Сколько? — хрипло произнёс я.

— Они ваши, господин. — Его голос изменился на почтительность.

Я обалдело посмотрел на него, взял в руку ткань с кольцами.

— Чем буду обязан? — я не понимал ничего.

Ювелир просто почтительно молчал и смотрел на меня, как будто ожидая приказа.

И тут я только сейчас заметил, на его лбу было еле заметное кольцо под третий

глаз, который был мастерски замазан чем-то.

Я охнул.

— Вы…

— Вы догадливый, — улыбнулся торговец.

— Да, я как и вы…

— Что?

— Мой отец человек, и мать цикличка… — Они умерли. — Произнёс он.

— Сожалею, правда, — ответил, и меня почему-то тоска взяла.

Ветер рванул шляпу со старика, меня ветер коснулся краем.

Я оглянулся.

«Да нет тут силы!» — пробормотал я.

— Есть у вас ко мне какая-то просьба или что? — непонимающе спросил купца.

— Нет просьбы.

— Я хотел сказать спасибо… — он стушевался, поднял глаза.

— Лиа.

Я опустил бархат с кольцами на стол.

Мне не нравился этот разговор.

А когда касается «моей» семьи, я нервничаю.

— Что тебе нужно от неё? — грозно спросил купца.

— Нет! Я просто…

— Что ты просто?

Забыв обо всех приличиях, взял его за грудки.

— Я отец её. — Прошептал он.

— Нууу… — только я и выдохнул.

— Говори! — с угрозой произнёс ему в лицо.

— Только ей скажу. — Твёрдо ответил он.

— Ты умрёшь здесь, если не ответишь! — я терял терпение, боясь за Лиу, поднес

кинжал к его горлу.

— Можешь убить меня, мой господин. — Прошептал он.

— Нас разлучили… Она была маленькой…

— Говори! — я надавил ему кинжалом на артерию у горла.

— Да кто ты, твою мать!

— Я твой вассал.

Кинжал мягко выпал из рук.

— Да блин…

— И что теперь? — спросил цикла-ювелира.

— Я предан камню вашего рода! Значит, вы мой господин. — Спокойно сказал купец

и показал такое же кольцо на пальце, который был близнецом лежащих на бархате

колец.

Я вздохнул.

Конец 4-й главы.

Глава 3

Глава 5. Особняк Грэев в Циклионе

Моё дыхание стало ровнее, и я успокоился. Лие не угрожала опасность.

— Встань.

— Зовут-то как?

— Малрун, господин. — Его глаза выражали какую-то решительность и, наверное,

ожидание.

— Перестань звать господином, — скривился я. — Ты чем-то или с кем-то связан?

Есть какие-то обязательства? — Сходу закинул удочку.

Малрун замешкался немного.

— Да обычные, торговые. Я без семьи, господин.

— Зови меня Ричард, уши жжёт от господина, — усмехнулся я.

— Как скажете… Ричард, — Малрун улыбнулся.

— Скажи мне, — я взглянул на своего новообретённого вассала, — что тебе даёт

родство моего камня?

Ювелир удивлённо посмотрел на меня.

— Как и во всех родах! Защита от болезней, продолжение жизни и многое… А зачем

вы спрашиваете?

— Да я молодой лорд, у меня нет знаний о камне рода. Сам знаешь, отца убили…

Купец понимающе кивнул головой.

— Вопрос можно, лорд?

— Валяй.

— Когда я снова увижу камень рода? — Купец ожидающе смотрел на меня.

— Скоро, обещаю. — Я похлопал его по плечу и вышел.

— Я приду за тобой, жди! — крикнул напоследок.

Девушки уже выбрали ткани и стояли со свёртками. Увидев меня, Кира махнула мне

рукой.

— Ну, выбрали что хотели? — спросил у довольных девушек.

— Да! — радостно за всех сказала Лиа.

Через некоторое время мы уже шагали к знакомой швее. Там уже Кира заказывала

себе наряды, которые она так ещё и не носила. Нам пришлось спешно выезжать на

войну, и мы все покупки отправили в Медянку.

— Рич, — стража кого-то ищет! — сказала Кира и посмотрела на меня.

Воины-циклы останавливали именно людей молодого возраста.

— Швея подождёт, уходим. — Торопливо сказал, и мы двинулись в противоположную

сторону от стражи.

Выйдя в город, мы быстрым шагом пошли в сторону дворца. Где-то рядом должен

был быть особняк, подаренный нам с Кирой королём. Улица и описание его у меня

были на пергаменте.

— Эта стража искала молодого человека, — тихо шепнула на ухо Кира, — в Варии

не так-то много людей твоего возраста. Ты что-то натворил?

— Не здесь, — шепнул ей.

— Улица Ванов, а вот и дом, похожий под описание, — проговорил я, сверяясь с

описанием.

Мы подошли к кованым воротам, возле двери на цепочке висел деревянный

молоточек. Я легонько пнул ногой в низ двери. Залаяла собака, и через какое-то

время открылось окошечко в двери, оттуда появилось заспанное лицо старого

цикла. Старик прищурился, оглядел нас. Его морщинистое лицо расплылось в

изумлении и радости.

— Господин Грэй?! Это вы?

— Я. А ты кто? — удивился, что какой-то цикл меня знает.

— Я с Медянки, господин, то есть с города Медный, так сейчас называют, —

затараторил дед. — Я вас знаю, я конюхом при совете работал, вот. Меня с женой

сюда направили служить, — всплакнул дед и утёр слезу. — Я так рад, что вы живы!

— Ээ, может, дверь откроешь? — полюбопытствовал я.

— Ох, простите!

Загромыхали засовы, и дверь, натужно скрепя, открылась.

— Мальда! — крикнул куда-то в сторону сторож. — Иди быстрее сюда! Господин

приехал!

— Какой ещё господин? Сдурел совсем, старый? — раздался голос.

— Наш господин!

— Дура старая, — проворчал незлобливо сторож.

Женщина в переднике появилась со стороны дома. Увидев нас, она всплеснула

руками и подбежала к Кире. Сторож только сейчас заметил, что я не один.

— Оо, — только и смог он сказать.

Женщина поклонилась мне с улыбкой и обняла Киру.

— Ты жива, госпожа! — только это и смогла она произнести.

Старик степенно поклонился девушкам:

— Госпожа Ван Гайя, госпожа Ван Гейли.

Дайна Ван Гейли не выдержала и порывисто обняла старика.

— Марк, как я давно тебя не видела! — Дайна погладила по щеке морщинистого

цикла. — Он мне в детстве кораблики вырезал и всякие игрушки, — с улыбкой

сообщила мне девушка.

— Лиа? Девочка, тебе тоже рада я! — Старушка обняла смущённую воительницу.

— Марта, иди уже на стол накрывай, голодные небось, — проворчал радостный дед.

Я просто смотрел на всё это, и на душе стало тепло. «Запахло» домом, какой-то

уже семьёй.

Пока Марта с девушками собирали на стол, я решил осмотреть свои новые владения.

Дом был огромным, в два этажа, сложен из чёрных одинаковых каменных блоков.

Крыша черепичная, тёмно-красного цвета, многоуровневая. Центральная часть дома

возвышалась длинной квадратной башней, типа донжона. Левое и правое «крылья»

были одинаковой длины и высоты.

Марк объяснил, что левое крыло для прислуги, правое гостевое, центральная

часть «родовая», то есть хозяйская.

Передняя часть земли особняка занимала сад, цветник, беседку и небольшой

искусственный прудик. С левой стороны усадьбы — конюшня и разные каменные

хозпостройки. Я остался доволен.

— Марк, а кто вам платит за службу здесь? — спросил старика.

— Вы и платите, господин. Совет исправно пересылает часть денег из вашего

жалования, — смущённо ответил слуга.

— И сколько у меня жалование? — Мне стало интересно.

— Я не знаю, господин полковник. Передают почтой каждый месяц, два мешочка,

один мне и один для вас. — Заморгал старик и глянул мне в глаза. — Ваши монеты

в сундуке заперты, господин! На них магическая печать, так что ни монетки

оттуда не пропадёт, — заволновался слуга.

— Да я не переживаю за кражу, — успокоил его.

«Я знал, насколько преданы циклы своим дворянам».

— Ты назвал меня полковником. Разве с меня не сняли звание? — Удивился я. —

Войны же нет, а я офицером был временным, по патенту.

— Совет оставил за вами звание, и девушкам тоже, — суетливо улыбнулся старик.

— Так король пожелал, — пожал он плечами.

— Ясно, — легонько хлопнул его по плечу. — Пошли поедим что-нибудь? —

Подмигнул старику.

Мы прошли через широкий коридор, освещённый редкими масляными лампами. Под

ногами пол приятно скрипел паркетом, который был щедро пропитан натёртым

воском. После коридора мы пересекли залу, увешанную картинами, на одной из них

я узнал своего командира. Через открытые двери мы вошли в уютную столовую, где

весело стрелял сухими дровами растопленный камин. В воздухе витали ароматы, от

которых закружилась голова.

На столе стояла утка из духовки, жареный бараний бок, разделанный на куски,

кувшин с морсом и пивом. К гарниру Марта приготовила печёную картошку, залитую

топлёным утиным жиром, и гору горячих лепёшек. Мой желудок радостно улыбнулся.

— Вы на еду деньги откуда взяли? — Озаботился я об их кошельке.

— На свои, господин. Для нас в радость вас попотчевать, — улыбнулась старая

цикличка.

— Благодарю за отличный обед, который больше на пир похож, — довольно сказал

ей. — С этого дня на содержание этого особняка платить буду я.

— Как скажете, господин, — поклонился Марк.

— Я разберусь, Рич, — Кира накрыла мою ладонь своей и томно улыбнулась.

Во мне зашевелилось желание.

— Может, осмотрим наше владение? — Озабоченно спросил Киру. — Со второго этажа?

Девушка смущённо улыбнулась и поднялась из-за стола.

— Я покажу! — Вызвался услужливый старик.

— Сиди уже! — Зашипела понятливая Марта на своего мужа.

Лиа прыснула со смеха и, извинившись, вышла из столовой.

Дайна украдкой улыбнулась и, сославшись на усталость, попросила служанку Марту

показать ей свободную комнату на первом этаже.

На втором этаже я подхватил на руки свою девушку и потопал по незнакомому

коридору, ногой открывая все встречные двери, пока не нашёл комнату с большой

кроватью.

Нежно положил её на кровать, но она не отпускала свои руки с моей шеи.

— Подожди, милая, — шепнул ей в ушко. — Я тебе кое-что покажу.

— Да я видела, — захихикала она.

— Да не то, — отмахнулся я, отстегнул меч вместе с поясной сумкой, достал

оттуда мешочек.

— Это случайно не твоё? — Улыбаясь, я положил его рядом с ней на кровать.

Девушка серьёзно посмотрела на меня и высыпала содержимое. К её лицу прилила

краска, она вздохнула.

— Ка-ак? — Только и смогла произнести. Её глаза шарили по моему лицу. Я

смотрел на неё и видел в её глазах удивление, радость и боль одновременно.

Я знал, что она переживала потерю этих камней, потерю подарка.

— Это было у того торговца, к которому ты ходил? — Тихо спросила девушка,

катая в руках ожерелье с истинными изумрудами.

— Да.

— Ты его убил из-за них. — Просто сказала девушка и внимательно посмотрела в

глаза.

— И за них тоже.

— Тоже?

— Он из тёмных.

— Я сама бы его убила. — В глазах воительницы заметались молнии.

— Я вернул твоё и наказал одного из них.

— Спасибо, родной. — Зашептала любимая и прижалась ко мне.

— Клянусь, я больше никому не позволю отнять у меня твой подарок!

— Ты тогда спасла меня от смерти и за меня попала в плен, — напомнил ей.

— Ты спасала тогда меня! — Повторил ей громче.

Я погладил Киру по щеке. Глаза девушки игриво засверкали. Она притянула меня к

себе и впилась своими губами в мои.

— Ты решила меня задушить? — Нагло ей ухмыльнулся, щекоча её лицо своей

щетиной.

Девушка захихикала и оттолкнула легонько меня. Я легонько отлетел спиной к

шкафу.

— Цикличка, силы-то поубавь, а то придётся тебе замуж выходить за калеку! —

Улыбнулся Кире, расстёгивая пуговицы.

Я рывком скинул камзол и шагнул к девушке. Кира медленно расстёгивала своё

платье и дерзко смотрела мне в глаза. Её губы на самых кончиках заметно

подрагивали, выдавая желание. Она медленно снимала, а я не отводил взгляд.

Желание ударило в голову. Я рванул ткань платья, сорвал его и повалил Киру,

накрывая своим телом.

А потом замер.

Всего на секунду. Но в этой секунде всё остановилось… Её распахнутые глаза,

дрожь на губах, жар кожи под моей ладонью, тяжёлый стук моего сердца, который,

казалось, слышал даже дом.

— Не торопись, — выдохнула она, не отводя взгляда. — Пусть будет медленно.

Я уткнулся лицом ей в плечо, тихонько прижал зубами её кожу, пытаясь удержать

этот порыв, что рвался наружу. Пальцы дрогнули, но я заставил их лечь ровно,

мягко, вдоль её шеи, будто проверяя пульс — такой быстрый, такой живой.

— Медленно, — повторил я, скорее себе, чем ей. — Я могу медленно.

Она чуть приподняла голову, коснулась губами моей щеки почти невесомо, как

будто ставила метку. И от этого лёгкого касания по спине пробежал холод, а

потом вспыхнуло огнём.

Я выдохнул, опустил ладонь ниже и провёл по её груди, которая напряглась. Рука

скользнула ещё ниже, и я услышал тихий вздох. Её пальцы скользнули по моей

спине, и острые коготки впились мне в спину.

Мы наслаждались друг другом медленно и в то же время с какой-то звериной

ненасытностью.

Тяжело дыша, я спросил:

— Ты хочешь вина?

— Хочу, — ответила девушка и провела пальчиком по моему предплечью.

— Вот и славно. Ты сходи, а я пока посплю. — Сказал ей со смехом и повернулся

к ней задницей.

— Ну ты и… — Зашипела рассерженная тигрица.

— Козёл? Знаю, — улыбнулся я.

Кира легонько столкнула меня на пол, перешагнула, накинула халат и открыла

дверь. Я повернулся посмотреть, точно ли пошла за вином. Девушка показала мне

язык и демонстративно хлопнула дверью.

— Пошла за вином, — произнёс я, улыбаясь во весь рот.

После обеда девушки потащили свои свёртки к швее, но уже без меня. Кира

опасалась, что меня опознают входившим последним к торговцу ювелирными

украшениями.

Пока ждал девушек, я выложил на кровати девять родовых колец, которые мне

передал мой вассал-купец.

«Я не мог понять мотив отца. Зачем он оставил их у своего родового человека?

Он чувствовал свою смерть? Кто носил эти кольца? Они все мертвы?»

Одни вопросы.

Я вздохнул и спрятал их у себя в нагрудном кошеле. Рано ещё рассказывать

остальным про них.

Я понял одно: это простые родовые кольца, не для членов семьи. Мой камень в

перстне отозвался к кольцам с теплотой, но не как к равным, а как к

подчинённым. Он признал их. Это для меня было достаточно.

— Эти кольца я раздам близким, таким как Лиа, Вел, — решил я. — Кто присягнёт

мне на родовом камне.

Услышав шум снизу, я спустился. Девушки шумно обсуждали свои заказы и о чём-то

спорили.

— Эй, трещотки! Не угомонились ещё? — Усмехнулся я.

— Ты бы знал, что мы заказали! — Дайна сделала большие глаза.

— Без меня! — Я поднял руки. — Я всё равно в этом не разбираюсь.

— Марк, идём за мной. — Позвал слугу, чтобы отвязаться от назойливых девчонок.

Мы вышли из дома в сад.

— Марк, конюшни как, пригодные или им нужен ремонт?

— Зачем ремонт? — Удивился старик. — Лошади себя чувствуют там хорошо. Туда

проведена постоянно текущая проточная вода…

— Стоп! У нас есть лошади? — Удивился я этой новости.

— Ну почему? Есть и кони…

— Что ж ты, старый дурак, молчал! — Обрадовался и обнял Марка. — Показывай. —

Распорядился я.

Этот особняк мне достался за военную кампанию от короля Тариана. До меня он

принадлежал моему командиру Ван Торину. При первой битве с орками полковник был

убит, и мне пришлось тогда взять командование полком на себя. После этого боя

генерал Ван Террис прислал мне звание полковника, которое позже подтвердили оба

короля.

— Господин, здесь два коня и шесть лошадей, все боевые. — Марк это сказал с

такой гордостью, как будто они принадлежали ему.

— Красавцы! — Восхищённо сказал я, поочерёдно поглаживая их.

— Сёдла, наверное, тоже есть? — Спросил слугу.

— О да! Они великолепны, господин.

Мы вернулись в дом, где девушки уже успокоились, сидели возле камина и

попивали травяной взвар, запах которого распространился по всей гостиной.

— Завтра мы едем к королю! — Торжественно объявил всем.

Кира открыла рот, девушки насупились.

— Что не так-то? — Удивился я. — Во дворец к королю!

— Нам только к обеду сошьют платья, — тихо сказала Дайна.

— Фи, — значит, к королю после обеда! — Радостно ответил.

И на мне повисли все три радостные дуры.

— Отстаньте! — Я аккуратно стал по одной отцеплять от себя этих липучек.

— А я-то в чём пойду? — Озадаченно спросил, обводя глазами всех. — В

эльфийском доспехе?

— Господин, простите, — тихо сказала Лиа. — Я заглянула в один из сундуков.

— Ну заглянула, а мне-то что? — Отмахнулся от неё как от мухи.

— Там много новой одежды.

— Сама носи после кого-то, — обиделся я.

— Лиа, покажи! — Приказала Кира девушке.

Я плюнул с досады и попросил Марту принести эля.

Не успел допить кувшин, как девушки принесли ворох одежды. Я скептически

поглядел на них. Кира, улыбаясь, разложила на креслах несколько камиз, котарди

и зауженных штанов.

— Что это за барахло? — Буркнул я, не глядя на тряпки.

Кира взяла первое и развернула. Тёмно-синий бархат, глубокий, как ночное небо.

Тяжёлый, плотный, мягкий на ощупь. Даже в полумраке он выглядел живым. Внутри —

стёганая подкладка, тонкая, но плотная. Между слоями что-то мягкое, тёплое.

Пуговицы шли в два ряда, медные, литые. Воротник стоячий, невысокий, по краю

серебряная нить в два ряда. Рукава длинные, до запястий, с разрезом. На

запястьях манжеты, узкие, с тем же серебром. Подол до колен, с разрезами по

бокам.

— Это не барахло, — тихо сказала Кира. — Это твой камзол. Для короля. Совсем

новый. Только пошит.

Я молчал. Смотрел на пуговицы, на серебро.

— Меряй, — сказала она.

— Не буду.

— Он новый, Рич, — ласково произнесла девушка.

— От него воняет! Наверное. — Ляпнул в ответ.

— Чем? — Удивилась Кира и понюхала котарди.

— Ториным.

— Дурачок, он новый! — Засмеялась она.

Мне надоело ломаться, и стал мерить.

Я с Ториным был одного роста, да и в плечах камзол сел хорошо. Только пуговиц

много. Воротник колол серебряной нитью, которой был оторочен.

— Колючий, бля. — Проворчал я.

— Это статус! — Упрямо сказала Кира.

— Это пиздец какой-то. — Упрямо ответил ей.

— Привыкнешь, притрётся!

Я покрутил головой в поисках зеркала.

— Сейчас! — Догадалась Дайна и куда-то убежала.

— Да ничё так. — Буркнул я, смотрясь в принесённое зеркало.

— А это чё, рубашки? — Показал пальцем на кресло с тряпками.

— Это камиза, — улыбнулась Кира. — Такие мы тебе уже покупали, помнишь?

— Да что я тряпки должен помнить! — Рявкнул я. — Помню.

Я снял котарди и натянул камизу. Шёлк приятно холодил тело, небольшой воротник

не мешал движению головы и смягчал от чёртовой нити. На груди вместо пуговиц

завязки, рубаха была чуть ниже пояса.

Я тут же сверху снова натянул котарди.

Рубаха-камиза выступала из-под воротника камзола белой строчкой шёлка, что мне

понравилось. Белоснежные манжеты выглядывали из рукавов на запястьях.

— Нормально, — похвалил сам себя, вертясь перед зеркалом как девка.

Я снял штаны и снова завертелся перед зеркалом. Хотел примерить новые тонкие

штаны, но увидел себя в зеркале, решил ещё раз крутануться.

Кира от удивления открыла рот и смотрела на меня. Девушки прыснули от смеха и

отвернулись.

— Рич, ты зачем штаны снял? — Изумилась моя невеста.

— Живо из комнаты! — Прикрикнула на воительниц Кира.

— А, щас, — опомнился я. — Эти колготки одевать что ли? — С презрением

посмотрел на лежащие штаны.

— Померь, тебе понравится. — Рассерженно сказала девушка, глядя на мои трусы.

Я натянул.

«Штаны как штаны вроде», — подумал я.

— Чуть узковаты и жмёт между ног. — Пожаловался вслух.

— Ничего, привыкнешь. — Усмехнулась девушка. — Штаны новые, растянешь.

Потом я натянул тёплые носки и сверху короткие сапоги, отороченные коротким

мехом.

— Дайна! Тащи меч! — Заорал я радостно на весь дом.

К встрече с королём я был готов.

Конец 5-й главы.

Глава 4

Глава 6. Король Тариан VIII

Я спал до обеда.

С вечера, на радостях новой одежде, я напился пива и загонял бедного Марка в

пивную за новыми порциями.

Башка трещала. Ни Киры, ни Дайны не было — чтобы вылечить похмелье, я помнил,

они утром ушли к швее забирать свои наряды.

Я попробовал «заглянуть» в искру, чтобы подтянуть жгуток дикой живы, но не

получилось. Искру видел, каналов нет.

У самого не получилось подлечиться, хотя раньше мог, когда-то Кира меня учила

пользоваться искрой и крохами своей дикой живы.

«Это наверное после того, как я на Горе поджёг свои энергоканалы и эта связь

оборвалась…»

— Мляяять, — прошмякал я пересохшим ртом.

— Водыыы! — заскрипел я уныло.

«Не слышит никто», — удручённо подумал.

Полежал немного и потопал из комнаты искать лестницу вниз.

Пока шёл по коридору, мотало страшно, остановился и выблявал из себя какую-то

желчь.

— Сука. — обозлился на себя.

— Старые, глухие, — ворчал, спускаясь по лестнице.

Добрёл до кухни.

На столе увидел кувшин, понюхал — пиво.

«Напился как свинья! — захихикало противно второе „я“. — Как королю

покажешься, пьянь? Он выгонит нас и отнимет земли, что мы заработали», —

заскулил проснувшийся юнец, живший со мной в одном теле.

— Пошёл к чёрту, дурак! — рявкнул я.

— Простите, господин? — испугался Марк, заносивший дрова в кухню.

— Да не тебе. — махнул на него рукой.

— Хоть ты и виноват, — закончил я.

— Да в чём же я провинился? — залепетал старый цикл, который был выше меня на

полторы головы.

— Потому что вы циклы длинные. — икнул в него.

На старых дрожжах меня немного развезло и тихонько штормило.

— Я не знаю, как убавить рост. — обречённо ответил цикл.

— Да шучу.

— Ладно, Марк Твен, тащи умываться. — придумал я.

Слуга куда-то унёсся, вопя:

— Марта!

— Рич? Ты почему не одет? — услышал за спиной голос Киры.

— Я не знаю, где мои вещи. — пожал плечами и налил себе пива.

— Ричард Грэй, ты хочешь повторить то, что было у короля Лавенсии? — девушка

бросила свёртки на пол и села на стул.

— А что было-то? — удивлённо спросил её.

— А, ты про то, что отнимала у меня кувшин с вином? Но так сама виновата. —

безапелляционно заявил девушке.

— Я не пойду с тобой! — вспыхнула она.

— Ну и не надо. — обиделся в ответ. — Мы с Дайной пойдём.

— Ричард, только меня не впутывай, пожалуйста? — попросила дворянка и шмыгнула

в гостиную.

— Все тебя боятся! — съязвил я.

— Рич, но давай нормально сходим к королю, а? — жалобно попросила Кира.

— У меня голова трещит. — огрызнулся ей.

Девушка поднялась с кресла, подошла ко мне и положила ладонь на лоб, другую на

затылок.

Тёплый толчок сырой живы влился в голову тонким ручейком, и меня отпустило тут

же.

— Ну вот, — забубнил я, — вся пьянка на смарку…

— Риич!

— Шучу, прости, милая, пошли собираться.

Марта принесла горячей воды, я тут же в кухне почистил зубы, умылся и поднялся

наверх.

Кира оделась в синее короткое бархатное платье, на шее, в ушах и на пальце

блестели изумруды.

Красивые волосы цвета меди лежали волнами на плечах, на губах кокетливая

улыбка.

Я открыл рот и засмотрелся на неё.

— Рич, муха залетит. — усмехнулась девушка, подавая мне меч.

— Ну и зачем так вырядилась? — ревниво спросил её, оглядывая её открытые ноги.

— Мне, может, мешок одеть? Или ты просто стесняешься меня? — захихикала

девушка.

— Да ну тебя.

Мы вышли во двор, где уже Марк оседлал для меня чёрного жеребца, а для Киры —

белую кобылу. Седла на них были дорогие, отделаны чеканным серебряным

орнаментом. Конь огромный, с длинной вьющейся гривой.

Я тихонько погладил ему морду.

— Как зовут этого кинконга? — спросил слугу.

— Кого, простите?

— Коня!

— А я откуда знаю. — пожал плечами старик.

— Ладно, будешь Шариком!

— Марк, дай хлеба что ли.

Я сунул Шарику к морде кусок лепёшки, тот нюхнул, фыркнул и посмотрел на меня.

— Не хочешь — не надо.

Я запрыгнул на коня, тот и ухом не повёл.

— А ты смирный, Шарик. — похвалил его и погладил по шее ногой.

Лень было наклоняться к нему, да и новый котарди пока был неудобный.

— Поехали что ли? — улыбнулся Кире.

Марк открыл нам ворота, и мы не спеша выехали на улицу.

На нашей улице не было толчеи — тут только дворяне, слуги и воины.

Улица Ванов была вымощена серой брусчаткой, по краю дороги шла какая-то

каменная траншея.

— Кир, эта канава для говна что ли? — зачем-то спросил девушку.

— Что, Рич? — Кира подняла бровь.

— Забей, мне просто скучно.

Потихоньку мы свернули на поперечную улицу, там уже народ был купеческий,

суетливый.

— Эй, пшёл из-под коня! — крикнул на какого-то слугу.

Я задумался о будущей встрече с королём. Вообще-то мы перлись без приглашения,

хотя Кириус и эльфы говорили, что он ждёт нас.

«Наверное, в первый день нас не пустят, надо записаться на приём», —

отстранённо подумал.

— Рич.

— Что, Кир?

— Как там?

— Там? Толпа дебилов, таскающих ящики, хрен теперь их объединишь! — разозлился

на грузчиков, перегородивших всю улицу.

— Я не про них. — задумчиво сказала Кира. — Там, в твоём мире.

— Что там? — растерялся я.

— А, ты про Землю…

— Дай дорогу! — заорал я на таскающих.

— Нууу, там странно у нас, там воду продают в бутылях по девятнадцать литров,

— брякнул я.

— Воду? А рек у вас нет, что ли? — удивилась девушка. — И почему по

девятнадцать литров, а не по двадцать?

— А я знаю?

— Странные вы.

— Ну а реки? Реки-то где ваши? У вас пустыня там? — не унималась Кира.

— Да есть они. — досадливо ответил и пнул ногой грузчика под зад.

«Циклов с коня пинать удобно, — задумался я. — Они высокие, жопа выше…»

— Ричард! Прекрати! — зашипела девушка.

— А, прости, задумался.

— Так что с ними, реками?

— Да что тебе сдались наши засранные реки?

— Вы что, — её глаза округлились, — по… в туалет в реки ходите?

Она посмотрела на меня с сочувствием, как на еб… того.

— Я тогда не понимала тебя… — она вздохнула. — Когда тебя принесли ко мне

лечить после боя с Углу, теперь поняла.

— Что не понимала и поняла? — подозрительно посмотрел на неё.

— Ну ты тогда нассал в кувшин, из которого мы умывались… Прости, что тогда

накричала на тебя, я не знала, что ты так привык. — тихонько сказала Кира.

— Ты сдурела?? Да блин, тогда болел и не… Да я думал, это ночной горшок.

Дура!

Я разозлился на себя и на свой кривой язык.

«Нахер вообще стал рассказывать про Землю».

— Ну тогда зачем вы ходите в реку у себя? — не могла понять девушка.

— Да не срём мы в реки! — не выдержав, заорал я, и все стали оглядываться на

меня.

— Че, бля, смотришь? — крикнул купцу. — Двигай давай!

— Ричард Грэй. — Кира возмущённо посмотрела на меня. — Пора бросать привычки

того мира уже. Кричишь, срываешься, в реки…

— Прости, — успокоившись, сказал я и тихо буркнул, — мы не ходим в реки, мы

ходим в такие керамические…

«Блин, как унитаз описать?»

— Вы в посуду ходите… — договорила за меня она и печально посмотрела мне в

глаза.

— Отстань. Да срём в кувшины!

Я закончил бесполезный разговор, увидел освободившийся проход, толкнул Шарика

пятками.

Покрутившись по улицам, мы увидели ворота во дворец и рядом коновязь.

Кинул мальцу жёлтый тин, и наши поводья полетели ему в руки.

— Десятник! — пафосно сказал стражнику. — Нам к королю.

— Простите, Ван, но вы в списках есть? Как вас зовут, титул, имя? — вежливо

спросил громила-цикл.

— Полковник Бондарев, — представился я.

— Грэй, дубина, — зашипела на ухо Кира.

— Ээ, Грэй Дубина, — машинально поправился я.

— Риич.

— Это я тебе, десятник! — нашёлся я сходу.

— Если вы и полковник, то это не даёт права вам оскорблять меня. — обиделся

страж.

— Держи! — я кинул ему в грудь серебряным оленем.

Стражник сильнее обиделся и отвернулся.

— Хватит, Рич, — шепнула девушка. — Иди пиво попей, я сама.

— Пиво? — ухмыльнулся я.

— Нет, квасу попей, — спохватилась Кира.

— Ладно.

Я отошёл в сторону и стал ждать.

Странно, но через минут пятнадцать вышел какой-то вельможа и подошёл ко мне.

— Полковник Грэй? Я секретарь его величества, Ван Гувер, — представился цикл в

блестящем халате. — Вас и лейтенанта, простите, капитана Ван Гайя, приглашают к

королю.

— Ну, веди тогда…

Мы быстро прошли по знакомым коридорам, пересекли зал, и секретарь перед нами

толкнул дверь в кабинет к королю.

Вздохнул и шагнул в кабинет.

Король Тариан стоял у окна, держа одной рукой занавеску и что-то высматривал.

Он не изменился — тот же крупный мужчина-цикл, два с половиной метра роста, но

так же и остался похожим на баяниста с моей свадьбы.

Тариан, на взгляд человека моего мира, был лет за сорок, но зная, сколько

живут циклы, то ему где-то пятьсот лет.

Одет он был просто, в рубахе навыпуск поверх плотных кожаных штанов, только

родовое кольцо на пальце поблёскивало зеленью. Изумруд.

Родовое кольцо — не в смысле родового камня, у циклов нет камней силы, кроме

кристалла матери.

Я кашлянул.

— Ричард! — Король повернулся и шагнул ко мне. — Кира! Я рад, что ты жива, рад!

— Нашёл тебя всё-таки этот засранец!

— Не обижайся, Рич, я любя! — потрепал меня своей лапой бугай по плечу, чуть

не оторвав мне голову от шеи.

Мы с Кирой синхронно упали на колено.

Кира гордо смотрела на короля, а я гордо подглядывал за ней и любовался.

«Как же мне повезло! Такому дураку досталось такое чудо?»

— Да встаньте уже, — проворчал улыбающийся Тариан. — Я знал, что вы в Варии,

мне сообщил по камню связи король эльфов.

— Я не тревожил вас, дай, думаю, обвыкнутся в своём особняке! — хохотнул

король. — Ну, как вам мой подарок, Кира?

— Спасибо, мой король, мы рады, — ответила девушка, смотря без страха в глаза

правителю.

— Рад, рад. Ээ, может, вина? — предложил Тариан.

— Да, мой король, — ответил я.

— Нет, мой король, Ричард не пьёт, он болеет, — ответила Кира в голос со мной.

Король растерялся.

Я тоже.

Кира очень.

Мы помолчали, и я не удержался и прервал неловкость.

— Мой король, Кира права, она нездорова, только мы с вами можем выпить, —

выкрутился я.

Тариан прищурился.

Кира покраснела, и я правым ухом чувствовал от неё жар и сверлящий взгляд.

Я честными глазами преданно смотрел на своего сюзерена.

Король не выдержал и расхохотался.

— Кира! Да где ты нашла этого хитрожопого жука?

— Он жук, конечно, но он наш жук!

У Тариана слёзы выступили из глаз, хохоча, он разлил по двум кубкам вино.

Кира смотрела на меня убийственным взглядом валькирии.

Я понял — теперь я сплю возле кровати, возможно, чуть придушенным.

Король подал кубок, я принял и нагло подмигнул Кире:

— Выздоравливай, дорогая.

Мы выпили, король поспрашивал меня, Киру.

Он о её плене не заикнулся, и я был благодарен ему за это.

Король напомнил, что меня ждёт Кириус, чтобы я не тянул.

Тариан серьёзно посмотрел на меня и сказал:

— Ричард, ты нужен нам… миру. Ты Лекарь. — Он произнёс это шёпотом.

— Ты скажи, я всем помогу, чем смогу, только…

Он запнулся и улыбнулся.

— Денег не проси, их нет.

Король заразительно рассмеялся, и я, конечно, тоже поддержал.

Я понимал: сюзерен смеётся — вассал должен вторить.

Я перевторил. Ржанул пару раз и извинительно посмотрел на свою фурию.

Она была бледна и почему-то молчала.

— С тобой всё хорошо? — шепнул ей на ухо.

— Дома узнаешь…

От её шёпота мне расхотелось пить.

— Ваше величество, какие будут указания?

— Вечером будет бал. Я жду тебя и Киру, — произнёс король. — Кира, прошу, не

убивай его! — Тариан снова рассмеялся и отпустил нас.

Мы вышли от короля. Я вздохнул, Кира — нет.

— Ричард, нам нужно поговорить.

— Что говорить-то? — удивился я. — Я тебе уже объяснил, мы в речки не…

— Хватит, Ричард! Ты меня посмешищем снова выставил!

— Да кто тебя за язык тянул сказать, что я больной?

— Ты сама завариваешь кашу и делаешь крайним меня! Что не так?

— Я просто хотела…

— Хотела меня выставить придурком! Хватит с меня. Одна иди на бал, и со мной

спать не будешь неделю!

Я победоносно смотрел на неё.

— Ну ты и…

Кира возмущённо смотрела на меня, но человека двадцать первого века с Земли

трудно обыграть словами.

Она просто вмазала мне поддых, и я улетел в конец коридора.

— Прости, Рич, прости.

Девушка склонилась надо мной, её красивое лицо было в раскаянии, по её лицу

потекли слёзы.

Я не отвечал. Набрал воздух и задержал дыхание.

Девушка испуганно склонилась к моей груди послушать моё сердце.

Я не выдержал и чмокнул её в ушко.

— Дурак!

Мы ехали бок о бок и молчали.

— Тебе больно было, Рич? — жалобно спросила девушка.

— Больно, — пожаловался я.

— Я не буду так больше.

— Ага, ещё не женились, а ты лупишь меня!

— Прости.

— Посмотрим, — ответил ей и стал нагло пялиться на её грудь.

— Рич, я поняла. — девушка покраснела. — Не пялься, на нас смотрят.

— Дома будешь наказана, — ухмыльнулся я.

— Хорошо, — покорно ответила она и тоже улыбнулась.

— Вечером на бал? — спросил её задорно.

— Дааа, — грустно ответила она.

Она боялась бала, боялась за меня, что я снова что-нибудь выкину.

Конец 6-й главы.

Глава 5

Глава 7. Бал у Короля Тариана

Кира на вечер наняла карету и зачем-то двоих бугаев-телохранителей, которые от

безделья сидели на ступенях входа и о чём-то тихо перешёптывались.

Я стоял в трусах посередине кухни и не знал, что одеть.

Как меня Кира ни приучала к комнате, где всё есть, но мне было лень забираться

на второй этаж.

Служанка Марта услужливо разложила всю мою одежду по креслам, стульям и на пол.

Мебели было не очень много.

— Дайна! — крикнул куда-то. — Носки принеси!

— Рич, шёл бы в комнату! — возмутилась дворянка, но пошла искать мои атрибуты.

Кира была занята, она чистила нашу верхнюю одежду на втором этаже.

Одна Лиа крутилась возле меня, подавая мне то зеркало, то пиво.

— Но, господин! Кира унюхает — запах, нам всем влетит! — жалобно сказала

воительница.

— Не боись! Я прикрою! — гордо сказал ей.

— Да видела я это прикрытие… — пробурчала девушка, улыбаясь.

Лиа была предана мне и Кире.

Я ей ещё не сказал, что у неё есть отец. Я просто не знал, как это сказать.

«Потом скажу», — решил я.

Её отец оказался моим вассалом, и, как я понял, он был хранителем каким-то,

раз отец передал родовые кольца ему.

«Ладно, потом всё это».

Наконец-то я облачился в новую камизу, натянул котарди, сбоку привесил меч,

подарок короля эльфов. Голубой турмалин в навершии тускло светился — как тот,

что я видел во сне. С другого бока — родовой кинжал.

Взглянул в зеркало, услужливо подставляемое Лией, вздохнул и влюбился в

зеркало.

— Спасибо, Лиа, ты золото моё, — похвалил зардевшуюся девушку.

Я знал, она была тайно влюблена в меня, и, если честно, это повышало мою

самооценку.

«Да ты просто самовлюблённый болван», — буркнуло моё второе «я».

«Знаю», — радостно ответил придурку.

— Рич! — окликнула меня Кира, но я засмотрелся на неё и не ответил.

Моя девушка плыла по лестнице в красивом розовом платье.

Оно было длинное, с разрезом на левой ноге до бедра.

При её шаге нога красиво выглядывала из разреза.

Я тихонько заревновал на всякий случай, но молча.

Платье было длинное на мой взгляд, его низ касался пола, и мне казалось, что

оно подметает полы.

Моя внутренняя жаба жадности завыла.

«Блин, платье засрёт, а денег кучу отдали», — подумал и забыл.

— Ричард, хватит есть меня глазами! — улыбнулась девушка.

От неё пахнуло цветами, я задохнулся и непроизвольно потянулся к ней.

— Рич, потом, ладно? — тихонько шепнула мне.

— Обещаешь? — выдохнул я.

— Видно будет! — подмигнула мне.

Мы сели в карету, бугаи на конях последовали впереди нас, оттесняя

праздношатающихся.

Добрались мы бодро и быстро, не зря Кира наняла охрану.

Да, здоровенные циклы очень быстро очищали путь плетьми.

Взявшись за руки, мы прошли в открытые двери дворца.

На входе поклонился старый цикл, одетый как попугай, и поскакал впереди нас.

— Рич, — прошептала Кира мне. — Ты только не чуди, а?

— Ты же меня знаешь! Раз сказал — сделал. — Я был спокоен и расслаблен.

— Вот этого и боюсь, — вздохнула красавица и сжала мою ладонь.

Я был угнетён потерей магии, но одновременно и можно свободно вздохнуть —

значит, отстанут эльфы и прочие.

Я задумался о перспективах.

«Нас ждало поместье в Туре, там наши девочки и Вел, а дальше — родовая долина».

Я счастливо вздохнул и нечаянно толкнул какого-то павлина.

— Рич! Ты смотри, куда идёшь! — прошептала девушка, поднимая с пола слугу,

который попал под меня.

— Может, домой пойдём? — ласково попросила она, заглядывая мне в глаза.

— Любимая, я тебе обещаю, тебе этот вечер понравится, и ты его никогда не

забудешь! — успокоил любимую и взял её тёплую ладошку в свою.

Двери в зал нам открыли слуги, услужливо кланяясь.

Мы вошли в шум.

Столы с едой стояли слева вдоль всей стены и изображали русскую букву Г.

Центр и остальное было забито разодетыми дворянами разных рас.

Поодаль я заметил короля и королеву, они стояли с фужерами и с кем-то

беседовали.

Тариан, заметив нас, приветливо нам махнул.

Я подумал поклониться, но передумал и сделал вид, что не заметил его.

Зал был полон галдежа и немного запахом вина, приправленного специями.

Правее, на возвышении, сидели музыканты и выводили какую-то музыку, от которой

у меня заболели зубы.

— Рич, мы танцевать будем? — ласково спросила Кира на ушко.

— Даа, я жду этого… — промямлил я, вспоминая все мои танцы в обоих мирах.

Кто-то что-то проорал, я не понял, но народ двинулся по сторонам, освобождая

полосу центра зала.

Музыканты брякнули невпопад, выровнялись, и заскулила медленная музыка.

— Кир, чё-то я устал, может, пойдём отсюда? — трусливо попросил её, просто по

тоскливой музыке я понял, сейчас будут танцы.

— Сейчас самое интересное будет! — жарко зашептала мне в ухо Кира.

— Чую, — шепнул ей в ответ.

Я тоскливо стал озираться, искал предлог смыться.

Вдруг король махнул рукой — музыка неравномерно остановилась.

Кто-то кашлянул.

— Кхе! — кашлянул Тариан. — Сегодня великий день. В этот день богиня Вария

дала нам новую жизнь, новый кристалл взамен разрушенного. Вы должны помнить!

Мы! Потомки циклопов! Мы — равновесие этого мира!

Зал взорвался одобрительными криками. Король улыбался.

— Музыканты! — кто-то крикнул, и грянул местный медляк.

Толпа разодетых разбилась на пары и встала в строй парами, подняв руки вверх.

— Пиздец, началось, — пробормотал я.

— Идём! — Кира взяла меня за руку и потащила в колонну придурков.

Музыка заскулила высоко, и пары подняли сцепленные руки кверху, изображая

ручеёк. Потом они все — и мы тоже — повернули головы друг к другу и

поклонились. Кроме меня. Мне было интересно наблюдать за динозаврами танцев.

Потом мы величаво пошли, через два метра зачем-то приседая. Мои колени после

третьего приседа взмолились о пощаде. Но я безнадёжно игнорировал боль.

Потом музыка грохнула, замерла и снова грохнула…

Сверху посыпалась какая-то хрень с блёстками и какая-то вонь, от которой мой

нос судорожно задёргался.

— Блять, чихну щас! — шепнул Кире, но она не слышала. Она упивалась ходьбой,

то есть танцами.

— Есть платок или рукав? — безнадёжно спросил и чихнул.

Мы ходили, потом кружанулись вокруг оси, встали, и все равномерно хлопнули в

ладоши.

От хлопков белая пыль с каким-то конфетти взвилась мукой.

Я не хлопнул, было некогда, стал задыхаться и кашлять.

Возмущённый взгляд Киры меня воодушевил, и я тоже хлопнул ладошками с

опозданием, когда другие уже ушли, то есть танцевали. Кира меня дёрнула, и мы

танцевальным шагом догнали всех.

— Твою дивизию! — прошипел я, глаза слезились.

Начался новый приступ, нос щекотнуло… И

Громкая музыка внезапно замолкла, я от пыли, попавшей в нос, не удержался и

громко чихнул на весь затихший зал.

Правда, я под конец попытался убавить свой «апчхи» и сузил губы трубочкой…

Зря.

Вылетело из меня оглушительное «Аапчхуй!»… Эхо радостно подхватило мой клич

и понесло по всему залу, деля его на слоги. Сначала «апч», потом…

Последний слог долго летал по залу, ударялся об стены и долетел до уха короля.

Все повернулись в мою сторону.

Я не растерялся и повернулся к шторе у окна.

— Кто здесь!? — крикнул возмущённо занавеске и рывком сорвал её.

— Никого! — удивлённо сказал я и вопросительно посмотрел на всех.

Все посмотрели на меня.

— Нам показалось… наверное, — пожал плечами и пнул порванную штору, лежащую

на полу.

Кира тихонько освободила из моей ладони свою и отошла от меня.

Я заметил.

— Предательница, — шепнул ей. — Это измена!

В тишине коротко звякнул струнный инструмент.

«Видно, кто-то задел случайно…» — пронеслось в голове.

Король смотрел на меня, потом его лицо медленно стало расплываться в улыбке.

— Почему нет музыки!? — гаркнул Тариан, и музыка оглушающе пригласила всех на

танцы.

Король понял, кто чихнул. Сейчас он стоял спиной ко мне, но я видел

вздрагивающие плечи от судорожного смеха.

Рядом стояла королева и что-то спрашивала у него, но король просто ржал.

И тут вспомнил про предателя — Киру.

Я обернулся и бросил осуждающий взгляд на свою девушку.

Кира была одновременно взбешена и растеряна, она смотрела на меня.

Я хмыкнул и врезался плечом в танцующих, стал продвигаться в сторону короля.

Позади кто-то ойкнул.

Мне нужно было объяснить королю, что это просто недоразумение.

Пройдя толпу, я преклонил колено перед королём.

Король с улыбкой смотрел на меня.

— Ваше величество! — начал я, но меня перебила королева.

— Ричард Грэй!

— Вы герой нашего королевства! — сказала она и подошла ко мне.

— Вы потанцуете со мной? — улыбаясь, спросила она.

— Если король разрешит, — промямлил я.

— Рич! Я настаиваю! — жизнерадостно сообщил мне король.

Я трусливо-галантно поклонился, не забывая украдкой тереть нос, который не

давал мне покоя.

— Почту за честь! — сказал я пафосно, глядя королеве в глаза, заодно оценивая

её рост.

Глаза предательски слезились, мужество моё застонало.

«Она длиннее нас…» — завопило моё второе «я».

— Не длиннее, а выше! — сказал нечаянно вслух.

— Вы про что, господин Грэй? — спросила королева меня и взяла мою ладошку в

свою ладонь.

— Я просто вспомнил про высоту потолков вашего дворца, ваше преосвященство! —

выкрутился я, но спутал монарший титул с церковным.

— Ну идёмте! Вы ведёте! — улыбнулась мне королева, которая была на полторы

головы выше меня.

Я сразу почувствовал себя ущербной собачонкой, семенящей рядом с хозяйкой.

«Блять, лишь бы не гавкнуть! Не дай бог в роль войду», — испугался мысли своей.

Мы возглавили «Ручеёк», я вздохнул и потянул королеву вперёд, так положено,

оказывается.

«Но блин, её ноги длиннее моих, и я успел посчитать, её шаг на десять

сантиметров длиньше!»

Мы присели, встали, и она шагнула вперёд, дёрнув меня за руку. Я незаметно

скакнул козликом и сразу, заранее, выставил левую ногу как можно дальше вперёд,

для следующего шага.

Солёный пот тёк по моему лицу, я перестал слушать музыку, сейчас только был

сосредоточен на том, чтобы не отставать от королевы-циркуля. (Так я её прозвал

про себя.)

Но я просчитался, тут шаг отменили, мы должны были крутнуться, а я как назло

стоял в стойке шагающего тигра, и вдобавок стал ещё ниже ростом, и моё лицо

оказалось напротив пупка королевы.

Она одним глазом покосилась на меня, её рот приоткрылся в изумлении от

увиденного, королева не могла понять, что я вытворяю.

— Сука! — замученно прохрипел я.

Тут не надо было крутить партнёршу, все крутятся сами по себе.

Королева отпустила мою ладонь и стала разворачиваться.

Время для меня застыло, секунды как будто растянулись.

Я одним глазом заметил лицо Киры, оно было красным. Девушка прикрыла рот

ладошкой и с ужасом смотрела на меня.

Я всё исправил быстро, пока все только начали вертеться, я резко подтянул ногу

и успел вовремя с партнёршей синхронно поклониться.

На моём лице теперь читалось превосходство.

— Что с вами, Ричард? — тихо спросила правительница Варии, беря снова меня за

руку.

— Простите, ваше величество, я заболел, — шепнул ей в ответ какую-то ахинею.

Нос щепал нещадно, я уже проклял всё на свете и этот чёртов бал, и уже решал:

чихнуть мне или притвориться и упасть в обморок.

Мы ровным шагом пошли дальше.

Я быстро глянул на лицо партнёрши, там было презрение и снисходительность.

Мне было уже по хер.

Я набрал полную грудь воздуха и задержал дыхание, пытаясь отсрочить

невозможное. Я ждал.

Остановились, хлопнули в ладоши, и все закрутились.

Время терять было нельзя, зажал свой рот ладонью, я оглушительно чихнул.

В этот раз из-за музыки никто не услышал, но я ужаснулся, увидев спину

королевы!

Сквозь моих пальцев я обсопливил её зад.

Нервно тряхнул рукой, пытаясь скинуть прилипшую слизь с ладони, но было поздно.

Королева взяла меня за руку.

Она почувствовала сырость в руке и вопросительно посмотрела на меня. Я

достойно встретил его, смотря ей выше плеча, разглядывая люстру.

Наконец-то этот ужас, ходьба-танец закончился.

Я должен по этикету проводить напарницу до её места, а потом отпустить её руку.

Но я испугался встречи короля и объяснения с королевой.

— Госпожа, — хрипло обратился к королеве. — Может, вы сами дойдёте, вы же

всяко дорогу знаете? — умоляюще предложил я.

Королева удивлённо посмотрела на меня.

Я не знал, что придумать, и сказал первое, что пришло на ум:

— Простите, мне надо срочно в туалет.

Я разлепил наши ладони, пока она рассматривала свою ладошку в слизи, я с

достоинством поклонился ей и скрылся промеж придворных.

Я быстрым шагом стал пересекать зал, по ходу движения вытер ладонь об слугу,

по пути схватил застывшую Киру за руку, и мы спешно вышли из зала.

Мои ноги дрожали, и я опустошённо сел на какой-то пуфик.

— Всё из-за тебя! — обвинил я девушку. — На бал она захотела!

Кира просто хлопала глазами и смотрела на меня.

— Как ты, Рич? — жалобно произнесла она.

— А как ты думаешь??

— Поехали отсюда, — устало сказал ей и, кряхтя, поднялся. Мне показалось, что

я постарел.

Я кинул мальчишке, смотревшему за нашими лошадьми, медную монетку, и мы не

спеша поехали в сторону своего дома.

До особняка мы доехали молча.

Я поднялся к себе в комнату, отстегнул меч, снял сапоги, котарди и плюхнулся

на кровать, закрыв голову подушкой.

На ужин идти отказался, настроение было хуже некуда. Потом укрылся одеялом с

головой и уснул в тревожном сне.

Конец 7-й главы.

Глава 6

Глава 8. Тревоги. Решения

Прошло восемь дней после бала у короля, про который я старался не вспоминать,

да и Кира словом о нём не обмолвилась. Только изредка смотрела на меня с

тревогой, когда я собирался побродить по городу.

«Переживает, что я куда-нибудь вляпаюсь», — с усмешкой думал я.

Из дворца известий не было, возможно, королева промолчала про тот казус.

Король говорил, что я могу к нему обратиться, если что-то мне будет нужно, но

кроме денег, — вспомнил я. Но я пока не знал, что попросить, да и трусливо

ждал, когда всё забудется.

В основном я ходил по разным мастерским и лавкам, которых было множество по

всему огромному городу.

Я решил так: раз я потерял магию, надо мне укрепиться технически.

Посещал ткацкие цеха, мукомольни, рыбацкие артели, кузнецов и прочих. Много

беседовал с мастерами, щедро оплачивая их потраченное время.

На рынке я купил себе небольшую чистую книжицу, похожую на блокнот из моего

мира, отдал прилично — два серебряных оленя за неё.

Купил маленькую серебряную чернильницу с крышкой-застёжкой, которую на цепочке

можно носить на шее, но я её сунул в поясную сумку.

Мастера за серебрушку мне охотно рассказывали и показывали механизмы, с

которыми они работали. Я тщательно всё записывал. Интересовался всем, мало ли

что мне пригодится?

Одной книжицы не хватило, я ещё купил одну.

Кира очень волновалась, она не знала, где я пропадаю днями. Я наотрез

отказался от сопровождения. Вспомнил, как я собирался стать купцом и все

решили, что я рехнулся, потом заперли меня в комнате.

Я тихонько рассмеялся этим воспоминаниям.

«Увидят, чем я занимаюсь, точно свяжут и утащат меня к лекарям», — с полной

серьёзностью подумал.

Утром я снова собрался, но уже хотел выехать из города и посмотреть работу

ветряных и водяных мельниц, также интересовал инструмент землепашцев. Сейчас

была зима, самое то, чтобы спокойно поговорить с крестьянами, да и им лишние

тины не помешают, — рассуждал я, ковыряясь ложкой в тарелке с кашей.

Мы теперь кушали в обширной столовой, в кухне было мало места, да и там мы

мешались слугам.

Кира наняла ещё двух служанок и садовника-конюха.

Из города Медного приехали внуки Марка и Марты. «Они попросили у меня

разрешение».

Я согласился, посчитал, что для того особняка нужно больше рук. Внучку звали

Валиса, ей было лет восемнадцать, и внук Падик, пятнадцати лет. Кира всех

поставила на жалование и «стол».

«Своим» циклам она платила:

старикам по одному оленю, внукам по семь серебрушек в месяц. Наёмных она взяла

из соседнего села, где был голод, им платила по шесть серебрушек.

У всех дворовых был стол три раза в день, жильё и одежда, которую пошили в

швейной мастерской с моим гербом на груди и рукавах.

Марта взяла на себя обязанности экономки, дед стал управляющим поместьем.

Из Медного старейшины прислали двоих стражников, в письме написали, что так

надо для статуса, так как я дворянин города Медный, жалование этих воинов

оплачивал сам Совет старейшин.

Вот так пустой особняк понемногу стал небольшим ульем.

Со стражниками совет прислал жалование девушек, чему они были рады. Им тоже

оставили звания лейтенантов, а Кире было присвоено звание капитана.

Нам звания тогда присвоил правитель Лавенсии король Ричард, а Тариан ревниво

продублировал, выдав нам всем патенты и назначив всем жалования.

В общем, я как полковник в мирное время получал двадцать оленей в месяц, Кира

— пятнадцать, и девушки по десять.

Это были огромные деньги для Лии, она не была дворянкой, как Дайна, у которой,

как и положено, была своя земля и какой-то доход с неё.

Наше с Кирой серебро, накопленное за одиннадцать месяцев жалования, она

сложила в отдельный мешок. Сумма получилась внушительная — триста восемьдесят

пять оленей.

Эти деньги Кира убрала, сказала, на новую мебель для замка, который ещё не

построили.

Я доел свою кашу, выпил залпом травяной взвар и встал из-за стола.

Только сейчас заметил, что Кира смотрит на меня, а Дайна с Лией украдкой

кидают взгляды.

— Что? — не выдержал я.

— Надо поговорить, — твёрдо сказала Кира.

— Ну, раз надо, я разрешаю, — хмыкнул я. — Вас трое, говорите сколько хотите.

— Ричард!

Я улыбнулся и вышел во двор.

Лиа смотрела мне вслед. Долго.

Я не обернулся.

По утрам я занимался пробежкой, гантелями и работал с мечом и щитом.

Гантели я заказывал кузнецу, он мне их сделал шесть дней назад.

Девушки тоже утром присоединялись к тренировкам, но я занимался один.

Не знаю почему, но я старался лишний раз ни с кем не общаться. Я был растерян

потерей магии и хотел найти себе какое-то применение и смысл новой жизни в этом

мире.

Мне снилось, что я использую заклятия, гоняю силу по каналам, а просыпался,

проверял себя и видел пустоту.

— Надо в Лавенсию, к Кириусу, так сказала архимаг эльфов, — пробормотал я. —

Время и лечение, может, что и выйдет, но сначала надо разобраться со своими

землями в Варии, — решил я.

Потом я вспомнил про кусочек пергамента, который лежал в моём кошеле уже почти

два года.

Перед отправкой на войну меня тренировал мастер меча Торх, он тогда мне

выписал названия эликсиров, способствующих развить скорость, мастерство, силу и

выносливость. Он тогда говорил, что это очень дорого.

Я так эту записку и не доставал.

На пергаменте, кроме названий эликсиров, были указаны комплексы упражнений,

физических нагрузок и когда и что пить.

На это нужно было месяц.

Тогда и времени не было, да и с монетами…

— Время пришло, — сказал я. — Раз нет магии, то пора компенсировать умением.

После тренировок я облился ледяной водой, ведро которой притащил мой новый

слуга, парень по имени Падик.

Парень был послушный и с обожанием смотрел на меня, «своего» дворянина.

Я знал, что в Медном любили гордиться своими старейшинами, кем я являлся, и

мои военные подвиги были раздуты до небес.

Падик как-то спросил:

— Правда ли, господин, что ты одним ударом меча убивал сотню орков?

На что я рассмеялся и потрепал его по плечу. Я просто положил ему в ладонь

жёлтый пятитинник и сказал, что может эля попить с друзьями.

Я не стал его разубеждать, потому что им хотелось, чтобы их дворянин был самым

сильным и везучим.

Я слышал, как циклы-простолюдины на рынке хвалились своими господами, и у них

часто случались драки с другими циклами из других провинций.

— Ричард, долго я должна за тобой бегать? — расстроенно спросила Кира, когда я

натирался жёстким полотенцем.

— Ну давай поговорим, — вздохнул, кидая полотенце Падику. — Пойдём в кабинет?

— предложил ей.

На днях Марта убралась в кабинете бывшего хозяина особняка Торина. Под моим

присмотром вытащили всё ненужное, оставили только стол, стулья, диванчик, шкаф

и настенную карту Варии с прилегающими королевствами.

Туда же перетащили сундук, в который я сложил всё наше богатство.

Кабинет был на первом этаже в правом крыле дома.

Я уселся на диван и посмотрел девушке в глаза.

— О чём ты хочешь поговорить? — прерывая её молчание.

— Ты ведёшь себя странно, Рич, я беспокоюсь, ты уходишь куда-то один,

приходишь поздно, — девушка была взволнована.

Я молчал и просто смотрел на неё.

— Ты ничего не говоришь, молчишь…

— Может, ты меня разлюбил? — печально спросила она.

— Ага, разлюбишь тебя! — проворчал я. — Ты меня чуть не убила последний раз.

У Киры на глазах навернулись слёзы.

— Прости меня, Рич!

— Отвечу на твои вопросы, как смогу, — сказал ей и вздохнул. — Я потерял

магию, Кира, а это серьёзно. Разве бывают дворяне без магии?

— Циклы без магии! И у других рас встречается! — с воодушевлением сказала

девушка.

— Вот именно, встречается, — закончил за неё. — Да, ты сейчас скажешь, что

очень много первого, второго уровня, которых я как полуцикл не почувствую! Это

хотела сказать? — возвысил я голос, и девушка поникла.

— Но есть же большая вероятность вернуть магию! Эльфийка же тебе поправила

источники! Поедем к Кириусу, а? — взмолилась она.

Она уже поняла, что все мои похождения по городу связаны с тем, что я

расстроен и потерян.

В какой-то мере так и есть, но она не знает, что я задумал.

«Может, и не стоит скрывать, что я хочу попробовать технически развиться,

развить поместья, заработать много денег, в конце концов сделать небольшую

профессиональную армию?»

«Позже расскажу! Просто вдруг не получится и буду выглядеть идиотом».

— Хорошо, милая, — согласился я. — Но мне нужно какое-то время побыть одному,

— взял я женскую тактику. — Потом мы проверим наше поместье в Туре, да и Медный

проверить надо, а там и в Лавенсию, идёт?

Девушка недолго думала, она наконец-то поняла причину моей отчуждённости и

была рада на все условия.

— Обещаешь? — нежно и с любовью спросила девушка.

— Бля буду! — по привычке выпалил я. — То есть да, обещаю!

Мы обнялись, она прижалась к моему плечу, ища своими губами мои.

Я тихонько её взял на руки и отнёс на маленький кожаный диванчик.

А ближе к обеду мы уже искали алхимические лавки.

Да, под ласками невесты я растаял и всё рассказал.

Сознался, что хотел бы внести некоторые изменения в технологиях и механике, но

понимал: мне никто не даст качнуть весы. Здесь другой мир, магический, и я не

уверен, что сильно что-то могу изменить. В плане пороха я был уверен, что он

тут работать не будет, везде баланс. Где-то технические миры, а где-то

магические.

Но арбалетов в этом мире нет, по крайней мере на двух материках я их не видел.

Это не огнестрельное оружие, по сути тот же лук.

Так же и мельница. Её можно раскручивать ветром, водой, тягловой силой.

Значит, можно и паром. Нет тут нарушения баланса.

Так и многое другое, которое можно улучшить.

Всё это я рассказал Кире, она внимательно слушала и покачивала головой,

соглашаясь.

Я был удивлён, как она всё схватывает на лету.

— Рич, это же великолепно! — загорелась она. — Можно увеличить производство

металла, муки, улучшить оружие и многое другое!

— Ага, и без магии! — поддакнул я.

— Рич, да магией практически не пользуются ни в кузнях, ни на мельницах, её

мало и она дорогая. Можно сказать, что она убыточна.

— Я согласен с тобой, — качнул головой. — Допустим, потратил ты стихию ветра

на час, чтобы покрутить ветряную мельницу, истратишь дорогую силу, а муки

намелешь мешок!

— Вот именно, — эта потраченная стихия стоит будет серебро, а произведёшь на

несколько тинов, — продолжила девушка.

Кира была права. Как всегда.

Мы пошли по лавкам.

В лавках мы искали ингредиенты для прохождения ускоренного курса мастера меча.

Кира знала, что такое существует, когда узнала, что я хотел бы его пройти, она

сама стала таскать меня по всему городу в поисках ингредиентов.

Единственное, что у нас было: сила матери («дикая жива»), порошок из истинного

камня («растолчённый истинный изумруд»), мы только купили настой Тальдиры.

Это цветок, растёт в горах подковы, который трудно найти, его сушат и

перетирают в какое-то время и в какой-то час. Даже Кира, которая была одним из

сильнейших лекарей Медной провинции, не знала, как готовить настой из этого

цветка.

— Рич, нам надо в Лавенсию, а лучше к эльфам. Вот почему ты у них не спросил,

когда мы были там? — с укором спросила она.

— Да из головы вылетело! — удручённо ответил. — Не каждый день магию теряешь…

— Ладно, — она чмокнула меня в щёчку. — Тут все дела решим, потом в Лавенсию,

а там Кириус, Джазл, что-нибудь подскажут!

— Ага, — улыбнулся ей.

— Может, и каналы разовьются от эликсиров? — с надеждой сказала она. — Я

внимательно прочитала список мастера Торха, а как лекарь и травница примерно

понимаю, для чего и как работают эти эликсиры и настойки, они помогают

наращивать качества в живом существе, увеличивая их в десятки раз… Рич, я

думаю, есть шанс «вырастить» твои энергоканалы, тем более источники у тебя

почти восстановлены, нужен толчок и знания архимага, — уже с большей

уверенностью сказала Кира.

Я ей верил.

Плюнув на поиски, мы с Кирой нашли на краю города корчму, оплатили комнату на

сутки, заказали себе еды, вина и здоровую лохань с горячей водой.

Нам было что обсудить, сидя в горячей воде и с кубками вина.

Надежда появилась, я успокоился.

— Рич, а как нас цветы пропустят к родовому камню? — спросила девушка, сидя ко

мне спиной, положив голову мне на грудь.

— У меня кое-что есть, — улыбнулся я, и она это почувствовала.

— Что, Рич?

— Кольца.

— Оно у тебя одно, — возразила она.

— Теперь ещё девять, — засмеялся я.

Кира развернулась ко мне лицом и посмотрела в мои смеющиеся глаза.

— Я что-то не знаю?

Я рассказал о встрече с торговцем ювелирных изделий, о том, что он оказался

вассалом рода Грэев и то, что он является отцом Лии.

Кира долго молчала, но потом спросила:

— Почему ты молчал, Ричард? Лиа имеет право знать правду!

— Да, имеет, но нужна ли ей эта правда сейчас? — ответил вопросом на вопрос. —

Молчишь? Вот и я не знаю.

— И что будем делать? — вздохнула она.

— А я откуда знаю?

— Рано или поздно придётся сказать, — Кира стала вылезать из ванной и

потянулась за полотенцем.

Я не удержался и легонько хлопнул её по попе.

— Ричард! — наигранно строго произнесла девушка.

— Это не я!

— Ага, это твоя рука! Конечно, не ты!

Мы вытерлись одним полотенцем, взяли тарелку с фруктами и залезли на кровать.

— Надо их сначала познакомить, — предложила Кира. — Нет, лучше представить его

как вассала Грэев, тогда Малруну легче будет поговорить со своей дочерью,

которая готовится войти в твой род.

— Ну, наверное, ты права, всё равно не вижу других вариантов, — согласился я с

девушкой и повалил её на подушку, ногой скидывая тарелку с фруктами на пол.

Конец 8-й главы.

Глава 7

Глава 9. Мастера

Вечером мы собрались в гостиной, я нам заварил кофе, который случайно нашла

Марта в одном из сундуков в кладовке.

Она уже хотела выкинуть, но я почувствовал до боли знакомый аромат, по запаху

понял, что это, и отобрал у экономки мешочек с зёрнами.

Я и не знал, что такое растёт в этом мире и что его пьют.

Я зачерпнул горсть зёрен, они были обжарены, понюхал — точно кофе.

Полковник Торин, видно, когда-то служил или воевал на юге Астании, только там

он мог пристраститься к этому напитку.

Падик принёс дрова, Марк растопил камин, и мы в четырёх креслах окружили

весело потрескивающее тепло.

— Давно не пил кофе! — проговорил я, отхлёбывая из кружки.

Девушки подозрительно принюхивались и смотрели на меня.

— Пейте, это вкусно, — сказал им так, как будто лично я изобрёл этот напиток.

— Она горькая какая-то! — Лиа не вытерпела и сплюнула в камин. — Сами пейте

эту гадость!

Девушка поставила свою кружку на столик, её красивое личико скривилось.

Я от души расхохотался, забрал её кружку и допил.

Кира с Дайной, природные дворянки, стоически пили и не морщились, показывая

вид, что уже пили этот благородный напиток.

Но я по глазам видел, что это не так, он не нравился им.

— Да ладно, не давитесь! Вы, наверное, в деревне выросли среди коров? —

подначил их.

— Мы пили эту кафу! — соврала Дайна и с наслаждением глотнула.

Кира пила и прислушивалась к ощущениям, пытаясь понять вкус.

«Сразу видно — не простая дворянка, аристократка!» — восхитился ей.

— Я не пила этот напиток. Как он называется? — подняла бровь Кира.

— Кофе. Его называют кофе.

— Мне он нравится, правда вкус не привычен, — улыбнулась девушка.

Услышав это, Дайна стала просить добавки.

Я рассмеялся и налил им ещё.

Лиа наотрез отказалась. Она не дворянка, говорила то, что думает, вот это

качество мне в ней и нравилось.

— Утром мы с Кирой едем в город, — сообщил я всем. — Нам нужно будет

закупиться необходимым для поездки в Тур.

— Нам что делать? — по-деловому спросила Дайна, поставив пустую кружку на стол.

— Вы с Лией едете в Медный город.

Я по глазам видел, что девушки этого хотят, там родные, там родной дом. Они

уже много поскитались со мной.

— Что мы должны там сделать? — дворянка была серьёзной.

— Ты встретишься с Советом от моего лица, я тебе передам для них послание.

Получишь от моего имени все бумаги на наше с Кирой владения, проверишь их, в

каком состоянии они находятся. Через посыльного или почтой отправишь мне отчёт

в Тур.

— Я поняла, Ричард, — серьёзно ответила Дайна.

— Тебе я дам отдельные указания, что сделать и как. Так же тебе нужно будет

собрать всех, кто воевал с нами против орков, и предложить им от меня переехать

с семьями в поместье близ Тура.

— Нужны для этого деньги, Рич, — напомнила Кира.

— Да, я подумал об этом, — и передал Дайне увесистый мешок серебра. — Здесь

двести оленей. Тебе нужно будет заинтересовать мастеровых: каменщиков,

кузнецов, ткачей.

— Я постараюсь, Ричард, но денег может не хватить.

Дворянка была подкована, всё-таки внучка старейшины провинции, и образование

было такое же, как у Киры.

— Я тебе дам отдельный кошель, это на всякий случай.

В её руки опустился мешочек с золотом.

— Здесь пятьдесят драконов.

— Я поняла. Эти деньги убрать и забыть, — ответила умная девушка.

— Выезжайте утром, как соберётесь.

Отправив девушек спать, мы с Кирой ещё немного посидели и отправились спать.

Завтра утром много дел.

Утром мы провожали Дайну и Лиа. Кира обняла их по очереди и что-то прошептала

одобряющее каждой на ушко. Передо мной девушки преклонили колена. Я не выдержал

и обнял их обеих.

На востоке небо уже светлело, но двор ещё тонул в серой полутьме. Иней цеплялся за кованые прутья ворот, а воздух пах дымом из печных труб и холодной сталью — будто само утро провожало воительниц.

— Езжайте, — я поднял руку в приветствии.

Девушки с лязгом вытащили из-за спин клинки и отсалютовали мне как своему

лорду.

Запрыгнув на коней, девушки уехали за ворота.

Я смотрел на них с гордостью. Две ровные спины, точёные фигуры, и… мерно

покачивающие упругие задницы.

— Это наша будущая элитная гвардия, Кира! — прошептал я восхищённо. — Смотри

какая стать…

Звонкий подзатыльник привёл меня в чувство.

— Ты теперь статью задницы называешь? — ухмыльнулась моя девушка, и я

торопливо перевёл взгляд на экономку Марту.

— Про стать я вообще-то сказал о ней, — кивнул я головой в сторону

старухи-слуги, которая стояла нагнувшись задом к нам и собирала рассыпанную

поленницу. — Такая старая, а работает. Чем не стать?

Ещё один подзатыльник, и я благоразумно заткнулся.

— --

На рынке мы только зашли в банк и обменяли сотню драконов. Толстый банкир

быстро пересчитал золото и выдал серебро, вычтя свою комиссию — пятьдесят

оленей. На руки получили девятьсот пятьдесят крупных серебряных монет. Я сложил

всё в один мешок и вышел из банка.

— Рич, давай я понесу мешки! Ты прости, но я сильнее, — девушка хотела просто

помочь, но…

— С чего это ты сильнее? — обиделся я. — И как это будет выглядеть? Молодая

девчонка идёт с мешками, а я рядом как…

— Да иди ты! Дура.

— Рич, но прости. Ладно, сам неси, хорошо, милый? — девушка извиняюще смотрела

на меня.

— Ладно, — согласился я. — Больше так не предлагай! Ясно!

— Как скажешь, любимый.

Я усмехнулся и чуть не заржал. И правда, ситуация была бы комичной. Баба

тащит, мужик-тюлень рядом плетётся.

Я закинул на плечо серебро, и мы пошли в сторону края рынка. Нам нужно было

решить, что сначала приобретать. Список был составлен досконально: от

мастеровых и инструментов до материалов.

Мы нашли свободный от толпы закуток, я скинул мешок с плеча и уселся на него.

Мало ли?

— Кир, нам нужны мастеровые сначала, — начал разговор я.

— А зачем нам? Ты же с другого мира, знаешь, что нужно делать, а местные-то

откуда как и что? — возразила девушка.

— Ну ты даёшь! — хохотнул я. — Я буду собирать ткацкие станки, новые кузни,

улья и всё один?

— Ну мы поможем, девочки и Вел, не забывай, мы циклы!

— Да и хрен ли вы циклы? — ухмыльнулся ей. — Сила есть — ума не надо. Нужны

знающие! Умеющие держать топор, молот или стамеску. Или ты думаешь, я это умею?

— Ну ты же с технического мира…

— С мира лодырей! — брякнул я. — За нас давно машины делают и инженеры на

бумаге. Для вас тут я инженер!

— В общем, ты всё наврал и ничего не умеешь? — вздохнула девушка. — Я всё

равно тебя люблю, хоть ты и врёшь.

Она прижалась ко мне.

— Ну блииин. Не вру я! Просто я буду показывать, другие делать.

— Ну так и сказал бы! А то какой-то анжринел. Придумал же слово.

Я просто махнул рукой, вспомнил про настойку Тальдиры.

— Кира, настой из Тальдиры, для чего он?

— Эта настойка усиливает эффект любого принимаемого зелья или эликсира. Без

последствий для энергоканалов, источников, — ответила девушка, не понимая, для

чего я это спросил.

— Сколько ты отдала за него? — спросил я девушку.

— Рич, сейчас не до денег, когда касается твоего здоровья.

— Мне интересно же!

— Пять.

— Пять оленей? Ты рехнулась? — возмутился такой трате.

— Нет, Рич, пять драконов.

Во время разговора я встал, но, услышав цену, снова сел на мешок.

— И сколько таких надо ещё настоек? — удручённо спросил её. Я видел, что у

торговки был только один флакончик.

— Пока этого хватит, — неуверенно ответила Кира.

— Насколько?

— Думаю, на неделю. Может, меньше.

— А как узнаем, что не хватает? Или что пора ещё принимать? — заволновался я.

— Будет ломать тебя.

— Охренеть.

— Мы ещё найдём, Рич, думаю, надо ещё три таких, — затараторила девушка. — Ты

не начнёшь принимать эликсиры, пока все три настойки не купим!

— Ладно, — махнул.

Внутренняя жаба недовольно квакнула.

— Кир, хорошо бы нам рабов купить.

— Ричард! — девушка вспыхнула. — У нас нет рабов!

— Пафос убавь, — устало проговорил я. — Но тогда скажи, как найти мастеровых,

таких, которые будут преданные тебе через зависимость?

«Я такое ей сказанул… Вижу, девушка зависла».

Кира немного приоткрыла рот.

— Рич, пафос — это рот? — переспросила она.

— Почему рот? — не понял её.

— «Убавь пафос» ты сказал. Это «рот закрой»? — снова переспросила девушка.

— Нет. Это значит, что ты умная, — отмазался я и перевёл разговор. —

Преданность надо заслужить, верно? А если они будут от тебя зависеть, то они

практически преданны, так?

— Нуу, наверное.

— Где нам таких найти? — я стал терять терпение.

— Ты про биржу труда говоришь? — девушка улыбнулась. — Идём!

Я вздохнул, закинул мешок и потопал за любимой.

В конце города, левее порта, мы вышли к какому-то высокому забору. На входе

стояли два циклопа с дубинками и возле них пузатый старик в рваном халате.

— Тут бедолаги, — грустно сказала Кира.

«По её лицу я понял! Я нашёл то, что искал. Долговые „рабы“».

— Нет рабства, говоришь? — ехидно спросил девушку.

— У нас нет рабства! — упрямо ответила она.

— Хорошо.

За вход с нас попросили по две серебрушки. Я почему-то пожалел отдавать четыре

беленькие монетки и обратился к своей невесте:

— Кир, мне мешок мешает, рассчитайся сама.

И пока она соображала, я толкнул цикла с дубинкой плечом, прошёл внутрь биржи,

разрешая решать денежную пошлину девушке.

Моя внутренняя жаба одобрительно квакнула и улыбнулась мне.

Даже второе «я» похвалило:

«Ну ты и козёл — взять девчонку на деньги развести. Горжусь тобой!»

— Да пошёл ты, — тихо пробурчал я. — Мешок просто мешал за кошелём лезть.

Мы вошли в «загород».

Кира почему-то смотрела на меня странно, я не мог понять.

— Кир, ты че?

— Я не пойму, ты сейчас на входе пожалел четыре серебрушки? — она долго

смотрела, а потом рассмеялась. — Ну ты и правда жук!

— Не видишь, я с мешком! — трясанул я сокровищем. — Из-за сраных четырёх

монеток рисковать мешком? Эх тыыы.

— Прости, Рич, что я так подумала, — извинилась она.

«Правильно подумала», — ухмыльнулся про себя.

— Думай! Прежде выносить суждение! — рявкнул я.

Площадь так называемой биржи была огромна.

Здесь не было клетей, не было цепей. Стояли столы, верстаки, маленькие кузни и

прочие мастерские. Все стучали, строгали, тесали, сверлили.

— Это предприятие какое-то, что ли? — удивился я.

— Нет, они показывают, что умеют делать, — ответила девушка и удивлённо

посмотрела на меня. — А у вас разве не так? Кто возьмёт в работники кого-то,

если не знаешь, что он умеет делать?

— Резонно, — пробурчал я. — Что дальше-то?

— Пошли в биржу, — кивнула она на двухэтажное здание, стоящее левее поодаль.

Мы поднялись на второй этаж, нас встретил какой-то клерк и молча проводил во

второй кабинет слева.

— Мир вам, — брякнул я сидевшему за столом лысому циклу.

Тот слезливыми глазами посмотрел на нас и уставился на мешок на моём плече.

— Простите, господин, мы зерно не покупаем! — злорадно улыбнулся лысый.

Я скинул сплеча мешок с серебром на пол, тот надорвался, и из края нижнего

угла потёк ручеёк из новеньких, толстеньких серебряных монет.

— Извините, что намусорил, — ещё злораднее его ухмыльнулся я и поставил свой

сапог на его стол возле его лысой головы.

Тот нервно сглотнул, поднялся и поклонился, нечаянно стукнувшись лбом об стол.

— Меня зовут…

— Я пока не звал тебя, — перебил его. — Ты кто?

— Я дежурный биржи, господин, — лысый ещё раз поклонился, но немного в сторону

от стола.

— Расскажи, как тут всё работает. — Я поднял с пола монету из просыпанного

серебра и кинул в него.

Монета, почти коснувшись дежурного, чудным образом исчезла, только заметил

размытое движение его руки. Цикл даже не качнулся.

Я восхитился скорости этого проныры и даже зауважал его.

Он быстро и заученно стал рассказывать, при этом не забывая улыбаться и

верхним глазом следить за рассыпанным серебром, которое я спокойно запихивал

себе в сумку, а Кира какой-то тесёмкой связывала край порванного мешка.

Биржа труда была создана королевским приказом, ещё прадедом Тариана.

Я понял смысл этой биржи. Здесь были собраны все должники: кто-то за займ

банка не рассчитался, кто-то не выполнил условия перед короной, а кто-то просто

украл ради спасения жизни семьи от голода.

Здесь не было убийц и грабителей, не было криминального элемента. Тут

находились только мастера разных профессий, попавшие в сложную жизненную

ситуацию.

Для себя я их назвал долговыми «рабами».

За каждый долг и проступок над ними ставилась цена — расплатись и иди. Нет

монет? Тогда тебе дают месяц на этой бирже труда, где ты должен показать свои

умения. Если ты столяр — вот верстак, покажи работу. Если покупателю

понравится, тебя выкупят, ты в нормальных условиях отработаешь долг хозяину и

принесёшь ему прибыль, ты свободен. Если тебя не выкупят в течение месяца,

пойдёшь на каторгу, с которой редко кто возвращался или возвращался калекой.

Вот и весь смысл не рабства Варии.

Но меня это устроило.

— Я понял тебя, милейший, — достал серебряный олень и кинул ему в ладоши.

Тот хлопнул, как радостный ребёнок в детском саду, увидев Снегурочку.

— Кто покажет мне осуждённых? — задал прямой вопрос.

— Обычно старший охраны и порядка, потом идут ко мне, но вас, господа, я лично

проведу и всё покажу.

Он недвусмысленно глянул на мою сумку, и его быстрый язык пронёсся по его

губам.

— Веди, уважаемый, — снисходительно ему ответил и с тяжёлым звоном серебра

водрузил мешок себе на плечо.

Краем взгляда посмотрел на Киру, та от всей души улыбалась во весь свой

красивый рот.

Мы прошли по рядам и остановились возле печника.

— Подожди, — остановил я одним словом дежурного управляющего. — Познакомь меня

с мастером, — любезно попросил лысого.

— Ээ, как зовут тебя? — спросил королевский дежурный седого цикла с потухшим

взглядом.

— Вальдик, — угрюмо ответил он и с надеждой посмотрел на меня.

Я посмотрел ему за спину. На лавке сидела, видимо, жена и лет шести-восьми

двое детей.

— Что он сделал?

— Он ложил печь Вану Кариндеку, она задымила. Благородный ван выставил ему

счёт за дым и неудобства в четыре оленя, он не смог заплатить, — пожал плечами

лысый.

— А его семья-то что тут делает? — удивился я.

— По закону жена и дети до тринадцати лет идут в довесок уплату долга.

— Пипец у вас законы, — тихо проворчал я.

— Покажи, что умеешь делать? — спросил я мастера.

— Вот, — показал рукой на печь в миниатюре. — Если хотите, сложу в полную

величину, — загорелся он.

Я посмотрел на кладку и кирпич. Кирпич выбран огнеупорный, сложен ровно,

тонкий шов.

— Ты только кладёшь печь прямотоком? — удивился я.

Печник замялся.

— Все так кладут, но бывает, меняют ширину трубы в конце или выше, и

по-разному топку делают, — попросту ответил печник и печально посмотрел на меня.

Но понял, что что-то не так.

— Ты как сложил печь дворянину?

Старик поник плечами.

— Говори, не бойся, — добавил. — Ты мне нравишься, Вальдик.

На его лице промелькнула надежда, и он тихонько мне шепнул:

— Господин, я придумал «коленца», это изгиб внутри печи, — тихонько шептал он

мне на ухо. — Так печь лучше греется и дров меньше надо.

Он замолчал и испугался.

— Говори, не бойся, — подбодрил мастера.

— Просто пальрек свил гнездо в трубе, вот и дым пошёл, — расстроился печник.

— Что, блять, за пальрек? — спросил я грозно у лысого.

— Птица такая, — льстиво ответил королевский клерк.

— Я хочу забрать его и семью. Сколько я должен и какие бумаги ты мне дашь? —

напрямую спросил лысого дежурного.

— Пройдёмте в кабинет, — улыбнулся он мне беззубым ртом. От взгляда на него

мне хотелось блевануть ему на лысину.

— Здесь, — твёрдо сказал я.

Тот что-то посчитал и подал мне бумагу. Там было выведено:

Четыре оленя долг дворянину, налог королю — один олень, кормёжка осуждённого и

семьи за три недели — шесть жёлтых тин.

Я бросил в снежную грязь ему под ноги семь оленей.

Дежурный по бирже радостно согнулся в поклоне, не забывая выковыривать монеты

из грязи и бережно их прятать за пояс, при этом марая сюртук.

— Лысый. Скажи помощнику, пусть берёт бумаги, чернила и печать. Будете ходить

за мной и писать «выкупные» на тех, кого покажу.

Другие, слышавшие разговор мастера, заволновались и стали громче стучать,

строгать. Всем хотелось выкупиться, а главное — выкупить семьи.

Следующим я увидел кузнеца. Лицо было гордо-обречённое.

Мы подошли к нему, он не посмотрел, просто бил по горячему железу, правил нож.

Я просто спросил:

— Ты хочешь, чтобы я тебя выкупил?

Кузнец перестал громыхать железом, вытер пот и просто ответил:

— Если я вам гож, берите, буду рад. А если нет…

Он просто хмыкнул и снова взялся за работу.

— Почему я вижу за его спиной двух взрослых сыновей? — спросил клерка.

— Они могли не продаваться, — захихикал лысый. — Просто они пытаются спасти

отца.

— Как это?

— Так отца выкупят быстрее вместе с большими сыновьями, меньше шанса сгинуть

ему на каторге.

Я молча спустил мешок с деньгами на землю.

— Ну ты и сволочь! — улыбнулся ему и ударил в челюсть королевского служащего.

Тот закопался в сугробе по самые плечи.

— Рич! — крикнула Кира. — Не смей!

Двое королевских стражей увидели, что их начальника бьют, и рысцой побежали ко

мне.

Кира молча и с лязгом достала из-за спины два свистящих клинка. Стража на ходу

сбавила скорость и вздыбила рыхлый снег в торможении.

— Идите сюда, — ласково сказала моя валькирия, медленно наращивая раскрутку

мечей, звук которых через пару секунд перешёл в сплошной и страшный вой.

— Да нормально всё, — ухмыльнулся я, доставая окровавленного клерка из сугроба.

— Вы… вы! — начал говорить служащий, и я под ноги кинул ему серебрушку.

— Тебе хватит за недоразумение это?

Тот кивнул и махнул стражникам. Те облегчённо вернулись на пост.

— А этот старик кто? — показал на сморщенного дедушку, от которого пахло

воском. — Поп, што ль? — спросил его.

— Не понял, господин, — склонился лысый с окровавленным лицом.

— Он.

— Пчеловод я, — улыбнулся дед, не ждя, когда разрешат ему говорить.

— Ты-то что тут делаешь? — улыбнулся приятному старику.

— Воск я занял, должен был отдать, но кто-то мои ульи поджёг, — старик не был

расстроен и отвечал с улыбкой.

— Поедешь со мной? — просто спросил его.

— А куда, господин?

— В Тур. Поместье есть.

— Если там пчёлы есть, поеду. Нет, то простите, — улыбнулся дед.

— Есть, дед, есть, — подмигнул ему. — Оформляй документы на него, — качнул

головой на пасечника.

Я подумал, сверился со своим списком и протянул его служащему.

— Вот тебе список, я выкупаю их с семьями.

Дежурный и помощник считали долго, ходили, сверялись, приходили, но ко мне не

подходили.

— Рич, но по списку мы берём восемь семей, а тут их десятки! — взволнованно

сказала моя Кира. — Ты хочешь всех их забрать? Так мы все деньги оставим тут!

Моя жаба радостно за гавкала, соглашаясь со мной.

— Рич, они все мастера! — просительно сказала она.

— Да на хер нам по два ткача? — резонно заметил ей. — Всем не поможешь.Кира

просто посмотрела на меня.

Мне пришлось ей уступить частично. Я выкупил мастеров с большими семьями и

малыми детьми. Моё благородство мне обошлось в тридцать два дракона, но с нами

ушли восемнадцать семей, восемнадцать мастеров.

Конец 9-й главы.

Глава 8

Глава 10. Тур

Все семьи осужденных мастеров разместили в нашем особняке. Увидев голодных

детишек, Марта всплеснула руками и требовательно посмотрела на меня.

— Денег нужно? — догадался я и положил на стол перед ней пять оленей. — Этого

хватит, Марта?

— Более чем, господин Грэй.

Готовили все вместе, Марта руководила, Марк таскал продукты. Над очагом уже

висел котёл, и по кухне плыл густой запах лука и копчёной грудинки — Марта не

терпела пустой еды. С малой ребятней занялись Валиса с Падиком. Ну а я собрал

всех мастеров в беседке на свежем, морозном воздухе.

— Каждый из вас — мастер своего дела, — я кашлянул и внимательно обвёл глазами

каждого. — Я пока не знаю, кто из вас действительно мастер, а кто просто

подмастерье.

Мужики почтительно смотрели на меня и не перебивали. В их глазах я читал

разное: кто-то удивлялся моему возрасту, кто-то искренне радовался, а кто-то с

ожиданием ждал, что будет.

— По закону королевства, вы обязаны отработать у меня год.

Подождал вопросов, но никто и не думал задавать.

— Я потратил на вас крупную сумму, выкупил из долгов ваши семьи. Вы всегда

будете сыты и даже получать какую-то сумму за работу.

Циклы заволновались и стали улыбаться.

— Я обеспечу вас жильём и всем, чтобы вы и ваши дети ни в чём не нуждались. От

вас только нужно полное повиновение и выполнять то, что я скажу.

— Всё правильно, господин! — вразнобой заговорили мужики, мня в руках свои

шапки.

— Простите, господин, — пробасил кузнец, — моё имя Дарн.

Кузнец с достоинством согнул свою могучую спину.

— Мои сыновья Торн и Гарн, — махнул лапой себе за спину.

Позади здоровяка стеснительно стояли молодые парни, под стать отцу, такие же

рослые и мускулистые. Видно по ним, отец приучил их к молоту с малых лет.

— Кузня имеется у вас?

Растерялся. Сам не знал, что у меня имеется.

— Дарн, мы едем ко мне в поместье, которое я получил недавно, — честно

сознался я. — Я там ещё не был.

Мастера растерянно стали переглядываться. Кузнец вздохнул.

— Дарн! — Я обещаю тебе, да и всем вам! — Приедем на место, будем

обустраиваться, потом каждый из вас скажет мне, что вам нужно, и мы всё это

приобретём.

Мужики одобрительно закивали.

— А откуда вы знаете, что мне нужно? — спросил кузнец.

— А мне и знать не нужно. Едем вместе, смотришь, показываешь, берём. Ясно?

Кузнецу понравился мой ответ, и, пряча улыбку в бороду, он поклонился мне, но

теперь с уважением.

— Так, вопросы есть?

Циклы загалдели и стали сыпать вопросами. Поднял руку, гомон прекратился.

— Вижу, вопросов нет. Идите кушайте, ложитесь спать, а утром двинемся.

Довольная толпа двинулась в сторону дома.

— Ты довольна? — спросил улыбающуюся Киру, прижавшуюся ко мне щекой.

— Я люблю тебя, Рич, — прошептала она.

— Да, — согласился с ней, — я тоже люблю себя.

Девушка захихикала.

Мы лежали на кровати, девушка играла моими волосами на голове, я же просто

мечтал.

Утром проснулся от страшной тряски, моя голова скакала по подушке.

— Да чё, бля, надо! — заорал я, не успев открыть глаза.

— Простите, господин, — надо мной нависло какое-то незнакомое лицо, и из его

рта воняло чесноком.

— Ты что тут делаешь, Падик? — я удивился. Киры рядом не было.

— Госпожа просила вас разбудить. Вас ждут.

На его лице расползлась дебильно-преданная улыбка.

— Иди зубы почисти.

— Дурак, — беззлобно сказал ему. — Воды дай умыться.

Я свесил с кровати босые ноги и по старой привычке стал шарить ногами в

поисках тапочек.

— Ты стырил мои тапки? — наигранно-зло пошутил я.

— Не-е-е, — замотала косматая голова юнца, у которого рост чуть не хватал до

двух метров.

Молодой гигант неуклюже поставил передо мной таз с водой и пенорыльный набор,

полотенце же повесил на свою немытую шею. Скривился, но ничего не сказал.

— Чё зовут-то? — спросил его, мыля лицо.

— Мастера там.

— Спасибо, я знаю, что они там, — ответил Падику, споласкивая лицо.

— А ещё там твои бабушка и дедушка, ты не знал? — я плеснул в лицо ему из таза.

Падик заулыбался.

— Они ехать хотят!

— Ну пусть едут, я догоню, — ответил ему и стянул с его шеи полотенце.

— Да без вас-то как?

— Ноги, может, есть у них? — я ухмыльнулся уже от души.

— Есть. Я видел.

— Ладно, беги к ним. Скажи: барин кланяться велел и что они скоро будут.

— Хорошо, я мигом! — улыбнулся парнишка и рванул к двери, но остановился. — А

«они» когда будут?

— Иди уже.

Оделся я как положено для такого случая. Влез в котарди, натянул штаны и

привесил меч, но в этот раз за спину.

— Эх, зеркало бы! — размечтался я, оглядывая себя, сколько позволила шея.

Шея много не позволила и жалобно заныла.

Я величаво спустился с лестницы, Марта, увидев меня нарядного, уронила таз с

бельём.

— Не боись, Марта! Я больше на бал не пойду, — весело подмигнул ей и подал её

таз.

После моего похождения на бал Марта тоже теперь боялась за меня.

«Кира, предательница, рассказала», — вдруг вспомнил я и затаил обиду, которую

забыл сразу, как увидел свою девушку.

— Ты что так оделся? — улыбнулась мне красавица.

— Вел же будет встречать, — промямлил я.

— Может, ты для девушек наших вырядился? — подначила она меня.

— Да я и забыл, что они там, — пробубнил неправдоподобно.

— Ну тогда и оденусь прилично! — она подмигнула мне и убежала по лестнице

вверх.

— Где народ? — спросил Марка.

— Там они, господин, все! Я дал им повозки и… простите…

— Да говори уже! — расщедрился я.

— Я нанял телеги с лошадьми, — он испуганно утопил голову в плечи.

— Нанял? Молодец! Денег дать? — участливо озаботился я.

— Дык не надо, госпожа дала.

— Аа, ну раз «дык», тогда ладно.

— Велиса, что ходишь как неприкаянная? — крикнул внучке Марка. — Дай

перекусить, и мы поехали.

— Я тоже, господин? — покраснела девчушка.

— Ты тут ехай, на месте, — настроение было хорошее, и я девушке положил в

ладошку серебряный олень.

Девушка посмотрела на свою ладонь, ахнула, прикрыла ладошкой рот и немного

присела.

— Не надо, господин, за что, это большие деньги! — девушка покраснела как мак.

Её дед стоял рядом и счастливо улыбался. Он понимал, что его внучке подарил

дворянин. На эти деньги можно было полностью красиво одеться, и ещё останется.

— Бери, дура, — шепнул ей дед.

— Бери, красавица, это тебе на наряды, — улыбнулся ей. — Ты уже большая,

наверное, женихи вьются? — подмигнул ей.

Девушка быстро поклонилась и, смущённая, убежала.

— Господин, спасибо, — сказал мне Марк.

Не переставал удивляться такой преданностью циклов своим дворянам. Им и денег

не давай — всё равно будут служить и готовы жизнь отдать за тебя. Они помнили,

что дворяне произошли от богини Варии.

— Да брось, она уже выросла, нечего девке в обносках ходить, — ответил старику.

Быстро позавтракал, выпил кружку тёмного эля и вышел к мастерам и их семьям.

Телеги и повозки не умещались во дворе, поэтому ворота были открыты. Хвост

«поезда» уходил вправо за воротами.

— Падик! — крикнул я слуге-пацану. — Неси Шарика, ехать надо!

Смущённый молодой цикл привёл в поводу моего огромного коня Шарика. Тот

почему-то, увидев меня, и правда стал махать хвостом. Показалось. Его морда

ласково толкнула меня в плечо.

— Простите, господин, я не смог его поднять, — парень был расстроен.

— Тренируйся, потом принесёшь, — обнадежил его.

Махнув на прощание слугам, я запрыгнул на Шарика и медленно поплёлся за своим

обозом.

Через час, петляя неповоротливыми телегами, мы выехали из города. Дорога

стелилась серой лентой между голыми кустами; ветер гнал по ней сухие листья и

крутил пыль, будто торопил нас вперёд. Восточный тракт был широк и оживлён: по

нему шла вся основная торговля с внешним миром. Этот тракт выводил на каньонный

мост, а дальше — дикие пустыни.

Через час мы съехали по указателю на дорогу, ведущую налево, на северо-восток,

и ещё минут через десять мы увидели высокие серые стены городка Тур.

— Рич, в городок будем заезжать? — спросила Кира меня.

— Не с телегами же. Давай обоснуемся, а потом съездим вдвоём? Можно будет Вела

и Тандэ взять, — предложил ей.

— Хорошая мысль, — улыбнулась девушка.

Мы проехали мимо Тура, ещё километров пять, и увидели загоны с овцами.

— Тут указатель: «Поместье Греев», — прочитал я.

— Наши овцы! — улыбнулась Кира.

— Вела скорее, — ответил я.

Какой-то цикл работал в загоне; увидев нашу «змею» из телег, мужик бросил вилы

и поднял руку ко лбу. Сая светило ему в лицо, он смотрел прищурившись. Цикл был

незнаком мне, но раз он работал здесь, значит, был «мой».

Мы ехали медленно из-за телег: дорога была грунтовой и закатанной телегами.

— Вел, видно, часто тут гоняет телеги, — заметил я.

Вскоре мы увидели каменные стены с башенками.

— Ничего себе! — присвистнул я. — Так тут целый городок! — удивился я.

Видно было, что стены новые, недавно сложенные.

— Вел постарался, — сказала Кира, привстав на стременах.

Ворота медленно открылись, и оттуда выехала группа всадников нам навстречу. По

осанкам я догадался, что это девушки. Пятёрка воительниц стремительно

приближалась к нам.

— Фиона! — крикнула Кира и, толкнув свою лошадь, поскакала им навстречу.

Я чуть пришпорил коня и медленной рысью поехал за ней.

Девушки узнали Киру издалека; осадив коней, они попрыгали с них и бегом

подбежали к Кире. Я видел, как они выстроились перед ней и синхронно ударили

себя в грудь, затем склонили перед ней головы. Она поочерёдно обняла каждую.

Я подъехал и, не слезая с коня, махнул в приветствии девушкам. Фиона шагнула

ко мне навстречу и первая упала на колено передо мной, склонив голову. Девушки

последовали за ней: громко стукнули в грудь, припали на колено.

Я спрыгнул с коня и поднял Фиону.

— Привет, красавица моя! — она улыбалась.

— Мы так волновались, — сказала она и, не выдержав, обняла меня.

От неё пахло свежестью и цветами.

Все девушки были одеты одинаково: в новых кожаных доспехах, таких же, которые

носили на войне. Лёгкие коричневые доспехи, короткая кожаная юбка красиво

подчёркивала их стройные ноги цвета светлой меди. Цвет был скорее оливковый.

Было интересно смотреть на их голые ноги зимой: им было совсем не холодно,

организм циклов сам согревал тело.

Длинноволосые девушки поднялись с колен и подошли ко мне. Их рыжие волосы

блестели в свете зимней Саи. Они улыбались.

— Мы рады вам, наш лорд, — сказала одна из них и покраснела.

— И я вам, валькирии.

— Ну, может, пустите странников к себе? — засмеялся я, обнимая Киру, которая

подошла ко мне.

Все телеги легко уместились в стенах. Вел выбежал нам навстречу и на ходу,

сцапав Киру, закружил её, высоко держа над своей головой. Кира звонко

рассмеялась, болтая ногами. Лицо моего старого друга лучилось счастьем.

Вернув девушку на землю, гигант сделал два широких шага ко мне и загробастал

меня в объятия.

— Задушишь, медведь! — засмеялся я.

Он отстранил меня от себя, посмотрел и снова обнял.

— И рад тебе, мой друг, очень рад.

— Рич, а где Лиа и Дайна? — его мужественное лицо выразило испуг.

— Да всё с ними хорошо, Вел, не переживай, я отправил их в Медный.

— Слава Варии, что вы все живы, Рич.

У бугая проступила скупая мужская слеза.

— Ноешь, что ли? — подтрунил над ним.

— Ничего подобного! — заржал гигант, пугая мастеров и коней.

— Эти кто? — спросил Вел про тех, кого привёз.

— Это наши мастера и их семьи: вон тот кузнец с сыновьями, тот старик-пчеловод…

— Ричард, ты откуда такое золото привёз? — обрадовался бывший мой сержант.

— Где взял, там уже нет, — ответил ему. — Надо им жильё организовать, пока

временное, потом постоянное, понял?

К нам стали подходить мастера, и Вел сразу переключился на положенный тон:

— Господин, у нас есть бараки, есть много леса, я купил заранее, как

чувствовал, — доложил Вел и повернулся к мужикам. — Меня зовут Вел, господин

Грэй меня поставил здесь управляющим. Я вам покажу, где и куда расселить ваши

семьи, а дальше наш лорд решит, — Вел сказал просто и понятно.

Мужики вразнобой поклонились Велу и уставились на меня.

— Вел всё покажет, разгружайте телеги! — крикнул я, обращаясь ко всем.

Оглянулся и посмотрел на свой новый дом. Дом был очень длинным,

преимущественно одноэтажным, только центр особняка был двухэтажным. Был

построен просто, без излишеств и вычурности. Толстенные брёвна дышали мощью,

крышу покрывала зелёная черепица, окна обычные, прямоугольные. От середины дома

— входа «бежала» к нам широкая лестница с широкими ступенями, по которым

сбегала девушка.

— Тандэ? — узнал девушку.

— Господин! — крикнула она издалека.

Её жёлтые волосы были стянуты в тугую косу и мирно лежали на правом плече,

одета она была в простое ситцевое платье. Девушка преклонила колено и склонила

голову.

— Встань. Хватит коленки марать, — тихо сказал ей.

Девушка подняла голову и медленно встала.

— Я чувствовала, господин, что вы живы, — сказала она с улыбкой на лице.

— Принимай пополнение! — махнул я в сторону приезжих и, взяв Киру под руку,

повёл её в дом.

Вроде и ехать-то было недалеко, но я морально вымотался с этой биржей,

мастерами. Хотелось просто поесть и напиться.

В доме нас встретила знахарка, спасённая мной при битве у реки Лина, у

одинокой горы. Эта женщина тогда спасла жизнь Дайне, которую я вынес с поля

боя, почти мёртвую. Был благодарен знахарке, и до начала последнего боя отдал

приказ лейтенанту Орлику тайком вывезти раненную Дайну и знахарку.

Увидев меня, она всплеснула руками и заплакала. Имя её не помнил, просто

коснулся её плеча и сказал:

— Я рад, что ты здесь, и спасибо тебе за Дайну.

По дому шастало множество народу: кто-то тащил скамейки, кто-то чаны, а кто-то

гору свежевыпеченного хлеба.

— Да тут целый муравейник! — усмехнулся я.

Кира дёрнула меня за рукав.

— Есть хочу, Рич, — девушка подмигнула мне.

— Ты думаешь, я знаю, где здесь еда? — засмеялся я. — Пошли искать кухню! —

предложил ей, беря её под руку.

В кухне пахло печёным хлебом и тмином, а на краю стола стояла миска с солёными

огурцами, их выкладывали просто горкой, чтобы каждый брал, сколько хочет.

Знахарка тут же нам накрыла на стол. Жареные цыплята, снятые с вертела Велом,

луковый суп и жбан домашнего кваса подняли своим видом аппетит. Мы с Кирой

сели, не дожидаясь церемоний, я подцепил кусок цыплёнка, она налила нам квас в

тяжёлые глиняные кружки.

— Ну, за дом, — тихо сказала она, глядя на меня поверх края кружки.

— За дом, — кивнул я, и мы чокнулись.

Есть хотелось так, что разговоры сами собой отпали. Только хруст корочки,

тёплый пар супа и тихое звяканье ложек.

Когда тарелки опустели, Кира потянулась, зевнула и прислонилась ко мне плечом.

— Я думала, ты будешь сейчас планы строить, — пробормотала она.

— Планы потом, — я положил ладонь ей на плечо. — Голова сейчас пустая. Пусть

хоть час будет пустая.

Мы нашли пустую комнату на втором этаже и решили устроить себе послеобеденный

сон. Грандиозных планов было много, и они требовали свежей головы, так что я

смело бросил голову на подушку. Кира прилегла рядом, не раздеваясь. Она что-то

шептала нежное на ухо, но я уже не разбирал слов, только слушал её тёплое

дыхание. Улыбаясь, я уснул.

Конец 10-й главы.

Глава 9

Глава 11. Свое дело

Я так и не проснулся через час. Меня во сне мучили какие-то кошмары. Я видел

битву богов, видел, как богиню мира Вельдору ранила богиня тьмы Пантида, как

тьму закрыли на южном полюсе, как уснула Вельдора в своём дворце на севере,

запечатанная преданной ей Астанией. И я слышал чей-то зов, будто из глубин

тысячелетий.

— Чёрт! — я резко поднялся на локтях и огляделся.

— Что со мной? — пробормотал я и вытер солёный пот с лица.

— Милый, что с тобой? — встревожилась Кира, сидевшая на краю кровати.

— Да кто-то зовёт меня, — тихо сказал ей.

— Это всего лишь сон, Ричард, — она нежно погладила меня по щеке.

— А ты-то что одета?

— Утро уже.

За окном небо было серым, будто его протёрли грязной тряпкой, и тяжёлые тучи

ползли низко, цепляясь за крышу дома. Ветер швырял в стекло горсть мелких

капель, и по подоконнику бежали тонкие струйки воды.

— Долго я спал, — пробормотал я, слезая с кровати.

— Да подвинься, блин, расселась тут, — пробурчал я.

Кира улыбнулась и встала с кровати. Она уже привыкла к моему характеру.

— Ты это, не мешала мне, просто я…

— Отстань, короче! — буркнул снова.

— Я молчала, Рич! — захихикала девушка, удивляясь быстрой смене моего

настроения.

В дверь кто-то стукнул.

— Открыто! — крикнул я.

— Не разбудил? — из-за приоткрытой двери показалась крупная голова Вела.

— Заходи, что как не родной?

— Кира, привет. Рич, позаниматься не желаешь? — он держал в руке лук.

— Да он только проснулся! — решила заступиться за меня Кира.

— Да я не против, — ответил Велу. — Я оденусь и спущусь.

— Ты через кухню выходи во двор, там я сделал небольшое тренировочное поле, —

гигант подмигнул мне и закрыл дверь.

— Ты серьёзно? — спросила девушка.

— А то.

— А мастера, работа, планы? — напомнила она.

— Кир, ты же знаешь, что мне важно быть в форме, раз нет магии? — я взглянул

ей в глаза.

— Да, прости, Рич, ты прав.

— Не понял? — возмутился я. — А где поцелуй и там бестолковая бабская речь,

мол, береги себя?

— Ну, Ричард Грэй, ты не меняешься! — девушка чмокнула меня в лоб и тихонько

толкнула. — Иди уже! И береги себя!

Девушка, улыбаясь, вышла из комнаты. Всполоснув лицо из таза с водой, я

натянул штаны, нырнул в рубаху, спустился вниз и свернул в кухню.

Пройдя мимо стола, я смахнул чьё-то яблоко, откусил.

«Кисло, блин».

Аккуратно вернул обратно. Толкнув плечом дверь, я вышел на улицу. Мороз

щекотнул щёки, крупные хлопья снега печально посыпались мне на голову.

Вел уже стоял у мишеней, привычно прикидывая дистанцию.

— Рич, ты не боишься проиграть? — хмыкнул он, прикладывая стрелу к луку.

— Да хрен знает, — протянул я и взял запасной лук со стенда. — Может, и боюсь,

— медленно проговорил я, натягивая тетиву и целясь в мишень.

Я отпустил тетиву — она взвизгнула и толкнула стрелу. Мгновение спустя та

ровно расколола вдоль стрелу Вела, торчащую в «десятке».

— Боюсь опозорить тебя, друг, — договорил я, опуская лук.

— Ну ты жук, Рич! — улыбнулся гигант, качая головой.

— Было время учиться, — улыбнулся Велу.

Я вернул лук на место.

— Что с тобой, Ричард?

Вел заметил, что я стал немного другим.

— Всё нормально, Вел, кроме одного. — Я потерял магию.

Вел стоял с открытым ртом. Потом, лязгнув, вернул челюсть обратно.

— Ты серьёзно?

— Вполне.

— Я слышал про битву на юге…

— Вел, пошли с мастерами поговорим, — съехал я с темы.

— Конечно, Рич.

Пока шли, Вел рассказывал и показывал. В прошлом мире получил хорошее

техническое образование, а то, что не знал, выведал у мастеров этого мира. Не

зря целую неделю обходил все мастерские и составлял чертежи-наброски.

— Есть кузня, шорня, кожевенная мастерская, — мы проходили мимо мастерских, и

Вел их перечислял. — Тут течёт речка, чуть дальше, там стоит дубильня.

— Мельница есть? — спросил я у друга.

— Есть, ветряная, но сам понимаешь, ветер то есть, то его нету.

— Водяную ставить надо, — сказал я бывшему сержанту.

— Она мелкая, Рич!

«Я уже думал об этом».

— Посмотрим.

— Что по дереву?

— Пилорама есть, но столярного цеха нет, — пожал он плечами. — Нет мастеров.

— Теперь у нас их много, — ухмыльнулся я. — Всех к работе приставим!

— Да где денег столько взять? — удивился гигант.

— Золото есть, не переживай!

Мужики-циклы стояли толпой у походной кухни. Кто-то завтракал, а кто-то уже

пил горячий взвар. При виде нас разговоры утихли, и все обратили взор на меня.

— Сейчас мы пройдём по всем мастерским, какие тут есть, — сказал я.

Вел говорил, что кое-что есть, но они стоят и ждут мастеров. Толпа

одобрительно загудела.

— А нас вот, три столяра, с нами как? — спросил тощий цикл.

— Работы на всех хватит, не переживай! — пробасил Вел.

— Вел, показывай! — скомандовал я.

Мы почти до вечера ходили с мастерами, я сразу вносил в книгу все пожелания

работников. Список вырос внушительный. Застопорилось с мельниками. Была одна

ветряная мельница, да и то так себе, а мельников двое и с сыновьями. Сначала

нужно осмотреть речку по всей длине, проходящей по моим землям, а там уже

думать, где углублять дно под водяное колесо или делать запруду.

— Вел, веди к реке, — сказал я, когда мы обошли последнюю мастерскую. — Хочу

своими глазами посмотреть, где колесо ставить.

Гигант кивнул и повёл нас за двор, вниз по склону. Речка оказалась неширокой —

метров десять, может, двенадцать. Берега пологие, заросшие ивняком, вода

тёмная, быстрая. В одном месте она петляла, уходя вбок, и там течение сбивалось

в узкий поток между двумя валунами.

— Вот тут бы и поставить, — сказал Вел, останавливаясь на берегу. — Течение

хорошее. И берег твёрдый, не размоет.

Я присел на корточки, зачерпнул воду рукой. Холодная. Бросил щепку — её

подхватило и понесло быстро, к повороту.

— Глубина какая? — спросил я.

— По колено, — ответил Вел. — Мелко.

— Значит, углублять надо, — я поднялся, отряхнул руки. — Под колесо нужно хотя

бы в рост человека. Иначе лопасти будут воздух месить, а не воду.

— Копать долго, — Вел почесал затылок. — Дно каменистое.

— Не копать, — сказал я. — Запруду сделаем. Перегородим реку вон там, — я

показал на узкое место между валунами. — Вода поднимется, и колесо само

окунётся. А лишнее русло отведём вбок, чтобы не затопило.

— А как отведём? — спросил кто-то из плотников, что пришли с нами.

— Канаву пророем, — я махнул рукой в сторону. — Вон там, где кусты. Пустим

воду в обход. А когда запруда встанет, пустим обратно. Только уже через колесо.

Вел подошёл к валунам, потрогал один рукой.

— Тут можно, — сказал он. — Камень крепкий. Держать будет.

— Тогда так, — я повернулся к управляющему. — Вел, возьми план, поставь

плотников и свободных мужиков строить дома, строго по плану! После ты с ними, —

кивнул я на стоявших с нами циклов, — начинаешь запруду и канаву, привлеки всех

молодых парней. Место хорошее, справитесь. Как запруда встанет, начнём колесо

ставить, — я огляделся. — Всё, расходимся.

Мужики загудели, уже по-деловому, без сомнений.

Вечером я пораньше распустил всех по баракам.

— Вел, пошли поговорим возле очага, — предложил я управляющему.

«Гигант в моё отсутствие всем здесь заправлял, я и решил ничего не менять и

оставить его управлять хозяйством».

Сели у камина втроём: я, Кира и Вел. Мы со здоровяком пили крепкий эль, а

девушка потягивала лёгкое розовое вино.

— Вел, у меня куча вопросов, — задумчиво сказал другу.

— Давай, Рич, по одному. Так не запутаемся, — улыбнулся здоровяк, прихлёбывая

эль.

— Пасека есть?

— Нету, Рич, но есть лес и дикие пчёлы.

— Нужно тебе пасечника отправить к столяру и заказать ему даданы.

— А что это? — переспросил Вел.

— Типа улья, вот чертёж, — подал ему кусок листа, вырванный из книги.

Кира взяла мою книжку-блокнот и стала записывать.

— Пивоварня?

— Я не сказал бы, что у нас пивоварня, так, по-домашнему делаем, мало, —

вздохнул Вел. — Значит, нет.

— Держи, — подал ему список, что купить.

— Коровы, молоко?

— Есть, но мало, только для себя.

— Кир, пометь: купить коров, построить фермы, поставить маслобойню.

Так мы проговорили почти до утра. Мы ещё раз обсудили план строительства

рабочего посёлка. Его строить будем ближе к речке, рядом с промзоной. «Так я

обозвал своё будущее производство».

— Столяры и плотники у нас есть, пилорама пока ручная, но дело пойдёт. Кира,

утром соберёшь баб, займись закупкой быта для их семей и обустройством будущих

домов, а я с некоторыми мастерами еду в город закупаться.

Мы вздремнули пару часов, и как Сая полностью освоилась на небосклоне, мы

тронулись в сторону города. Мужики-мастера ехали на трёх телегах, нас

сопровождал отряд воительниц во главе с Тандэ. Пятеро девушек курсировали вдоль

обоза, а Тандэ ехала рядом со мной. По её лицу было видно, что она этим очень

гордилась. Кататься в город приходилось почти каждый день в течение месяца.

Деньги таяли с бешеной скоростью.

Мы закупили инструментов без особого запаса, заработали свои две кузни. У Вела

был кузнец с подмастерьем, которые делали инструменты, а вот для Дарна и

сыновей я приготовил работу посложнее. Нужна была настоящая мельница. Подозвал

к себе кузнеца, положил на стол большой пергамент и развернул его.

— Дарн, — я постучал пальцем по чертежу, — вот тут шестерни. Зубья железные.

Ты их выкуешь?

Кузнец почесал затылок, поглядел на чертёж, потом на меня.

— А зачем вам это? — удивился он.

— Будем делать мельницу новую, усовершенствованную, и не только, — улыбнулся я.

— Выкую, господин. Но ежели их много надо, да чтоб одинаковые — тут горном не

обойдёшься. Тут лить надо.

— Лить? — я прищурился. — Плавить и в формы заливать?

— Ага. Тогда зубья ровные выходят, и шестерня сама как влитая. Только литейщик

нужен. Я лить умею, но у меня печь не та. Мне горн для ковки, а для литья —

вагранка нужна.

Уже прикидывал, сколько времени уйдёт на дорогу до биржи и обратно, когда Дарн

вдруг хлопнул себя по лбу.

— Да что я, дурак, голову морочу! Есть же среди нас литейщик!

— Где? — не понял я.

— Ладоном зовут, — Дарн расплылся в улыбке. — Мы с ним с детства дружим. Я в

кузнецы подался, а он в литейщики. У него и печь своя была, и формы. Он на

бирже вместе с нами стоял, только его в общий ряд поставили, я и не сразу

заметил.

Выдохнул. Вот тебе и биржа. Вот тебе и поиски.

— Где он сейчас?

— Да вон, — Дарн махнул рукой в сторону сарая, где разместили мастеров. —

Второй от угла. Он с семьёй: жена, двое ребятишек.

— Зови.

Дарн убежал и через пару минут вернулся с мужиком. Ладон был чуть ниже

кузнеца, но такой же широкий в плечах, с обожжёнными руками и спокойным,

внимательным взглядом.

— Господин, — Ладон поклонился.

— Дарн говорит, ты лить умеешь.

— Умею, — просто ответил он. — С двенадцати лет у печи.

— Шестерни отольёшь? Зубья? Чтоб точные были, не рвало.

Ладон посмотрел на чертёж, присвистнул, посмотрел на меня, хмыкнул. Литейщик

не стал сразу отвечать. Подумал, потом сказал:

— Отолью. Только формы нужны хорошие. И железо чистое, без шлака. Тогда точные

выйдут.

— Формы Дарн выточит. Железо будет. Печь?

— Печь сложу. Мне бы кирпича огнеупорного да глины.

— Будет и то, и другое.

Ладон кивнул.

— Тогда сделаем, господин. Не сомневайтесь.

Дарн хлопнул друга по плечу так, что тот присел.

— Ну, Ладон, теперь держись. Господин у нас не обычный, оказывается, —

заулыбался он.

— Зато не скучно, — усмехнулся Ладон.

Оставил их вдвоём, кузнеца и литейщика. Пусть договариваются. Такие люди

всегда найдут общий язык, когда дело касается работы. Особенно если они с

детства друзья.

— Господин, — остановил меня кузнец, — вот тут на пергаменте, это для чего?

Вернулся, заглянул через его плечо. Дарн тыкал пальцем в круг с зубьями,

который я нарисовал углём между главным валом и пилорамой.

— Это передача, — сказал я, забирая у него уголёк. — Смотри. Вот главный вал.

На нём — большая шестерня. Вот она, — я обвёл круг. — Пятьдесят два зуба. Она

цепляет малую шестерню. Вон ту, с восемью цевками. Малая сидит на втором валу.

И вот этот второй вал уже идёт к пилораме.

— А зачем две? — Дарн нахмурился. — Почему сразу с главного не пустить?

— Затем, что главный вал крутится медленно. Один оборот — а пиле надо шесть.

Малая шестерня в шесть раз быстрее вертится. Понял?

Кузнец кивнул, но как-то неуверенно. Разложил пергамент ровнее, чтобы линии

были чёткими.

— Вот смотри. Колесо на реке делает один оборот в минуту. Это медленно. Вал

крутится так же. Большая шестерня — тоже. Но у неё зубьев много, а у малой

мало. Когда большая цепляет малую, та успевает прокрутиться шесть раз, пока

большая сделает один. Это называется передаточное число.

— Ага, — Дарн уже водил пальцем по пергаменту. — Значит, чем больше зубьев на

большой, тем быстрее малая?

— Верно. Но есть предел. Если слишком много — ремень начнёт проскальзывать,

или зубья сорвёт.

Ладон подошёл ближе, всмотрелся в чертёж.

— Господин, а вот тут, — он показал на ремень, перекинутый с главного вала на

отдельный шкив, — это куда?

— На точильные круги, — ответил я. — Видишь, вот шкив на главном валу. От него

ремень идёт вбок, на другой шкив. А на том шкиве — вал, и на валу — два

точильных камня. Один крупный, для грубой заточки. Второй поменьше, для правки.

Ремень натянут, вал крутится, камни точат.

— Сами точат? — Дарн недоверчиво хмыкнул.

— Сами. Подносишь топор или нож — и всё. Не надо руками крутить.

— А если ремень порвётся?

— Поставим запасной. Или перекинем на другой шкив, чтоб натянуть.

Ладон задумчиво почесал подбородок.

— Господин, а шестерни эти — их лить или ковать?

— Большую можно ковать, — я постучал пальцем по чертежу. — Зубья отдельно,

вставлять в обод. А малую лучше отлить. Цевки ровные должны быть, иначе будет

клинить.

— Отолью, — коротко сказал Ладон. — Только формы нужны. Деревянные модели, по

ним отливать буду. Кто их выточит?

Задумался. Дарн — кузнец, он по железу. А тут дерево нужно, точное, гладкое.

— У нас есть столяр? — спросил я.

— А как же, — Дарн махнул рукой в сторону сарая. — Из тех, кого выкупили.

Мужик с рубанком, помнишь, господин? Он ещё верстак себе сразу собрал.

— Помню, — кивнул я. — Зови.

Через пару минут Дарн вернулся с невысоким мужиком в переднике, всего в

стружке. Тот поклонился.

— Тарн, — представился он. — Столяр.

— Тарн, — я показал ему пергамент. — Вот тут формы нужны. Деревянные модели

для отливки. Шестерни, шкивы, валы. Сможешь?

Столяр взял пергамент, повертел, посмотрел на чертёж, потом на Ладона.

— Смогу. Модели — это не доски, тут точность нужна. Мне бы липу, она мягкая,

её из формы потом легко вытащить. И стамески потоньше.

— Всё у Вела получишь, — напомнил ему и всем.

— Тогда так, — Тарн положил пергамент обратно на стол. — Модели я выточу. Но

для пилорамы — раму, станину, направляющие, — мне понадобятся доски. Много. Вот

тут без пилорамы никак.

— Пилорама будет, — сказал я. — Ты пока модели делай. А как она заработает —

сразу и доски пойдут.

Тарн кивнул.

— Ещё вопрос, господин. Какой точности модели? До волоска или можно на глаз?

— По размерам, балда! — ответил я. — Зубья должны быть ровные, иначе шестерню

перекосит, и она клинить будет. Размеры я тебе на пергаменте распишу. Всё, что

меньше волоска — на глаз не бери, перемеряй, линейкой.

— Понял, — столяр кивнул. — Дуб для моделей не годится — он твёрдый, его потом

из формы не вытащишь.

— Знаю. Поэтому и говорю: липа.

— Господин, — Тарн замешкался. — Пергамент мне нужен. Хотя бы на время. Я

перечерчу себе, чтоб под рукой был.

— Перечерчивай, — кивнул я. — Только аккуратно. Проверю! — строго сказал ему.

— Всё по линеечке, без «на глаз».

Тарн ушёл, унося с собой пергамент и что-то прикидывая в голове.

— Господин, — Дарн почесал затылок, — а вот эти точила… они только для меня?

— Для всех, — ответил я. — Когда Дайна пришлёт из Медного бронника и

оружейника, им тоже привод нужен. Оружейнику — точило для клинков, броннику —

шлифовальный круг для доспехов.

— А им отдельный ремень? — Ладон поднял глаза от чертежа.

— От того же главного вала, — я ткнул пальцем в пергамент. — Видишь, вот шкив.

От него один ремень идёт к кузнецу, второй — к броннику. Только шкивы разные: у

оружейника быстрый, у бронника медленный, чтоб металл не перегреть.

— А если ремни цеплять друг за друга? — Ладон прищурился.

— Можно и так, — кивнул я. — Но тогда один станок будет тормозить другой.

Лучше — каждый от своего шкива.

— Понял, — Дарн хлопнул ладонью по столу. — Значит, на главном валу — три

шкива. Один на пилораму, второй на точила, третий на бронника с оружейником.

— Верно, — сказал я. — И ещё один — на всякий случай. Мало ли что ещё в голову

придёт.

Мужики переглянулись, заулыбались.

— Ну, господин, — Ладон покачал головой, — у вас и аппетит.

— А то, — усмехнулся я. — Пока есть железо и вода — будем крутить.

— Господин, а точила эти… они что, прямо от водяного колеса с реки крутиться

будут?

— Прямо с реки, — подтвердил я.

— Ну и дела, — Дарн покачал головой. — Век живи, век учись.

— Учись, Дарн, — я хлопнул его по плечу. — Глядишь, ещё и внукам своим

передашь.

— Золотые слова, — усмехнулся кузнец и пошёл к сыновьям, которые уже

разгружали железо.

А я остался стоять над столом, где лежал пергамент. Смотрел на эти круги,

шестерни, ремни — и понимал, что это только начало. Скоро тут будет шум,

грохот, пыль от опилок. И всё это без единого заклинания, и намного надёжней и

производительней в десятки раз.

— Надо потом шорню проверить, нам нужны хорошие ремни для ременной передачи, —

пробубнил я себе под нос.

Утром приехал посыльный почты и вручил свиток с магической печатью. По инерции

сунул посыльному в руку два жёлтых тина, махнул ему головой и взломал печать.

Письмо было от Дайны. Там говорилось, что мой особняк почти достроен. Его

строят на первой линии, недалеко от дворца Совета, все расходы на себя взяла

городская казна. Дом она не описывала, но я знал: ерунду не построят. Я

всё-таки старейшина провинции, а первая линия — это цвет города. Она писала,

что нашла Орлика, и он очень обрадовался моему приглашению поступить ко мне на

службу в качестве лейтенанта и принести мне присягу на родовом камне. Дайна с

Лией объехали мои новые земли, посетили фермы и отары, стада, принадлежащие

Кире.

Управляющий поместьем моей девушки через Дайну отправит отчёт за последний год

и серебро от продажи скота. Также я узнал, что мне теперь принадлежит два

небольших рудника, медный и железный, но там пока никто не работает. Совет их

запечатал и выставил охрану. Ещё она сообщила, чтобы я ждал Орлика с семьями,

которые согласились переехать на мои новые земли. Остальное я не стал читать,

там больше для Киры.

— Посыльный! — крикнул я почтальону.

— Слушаю, господин! — я оторвал его от обеда, которым его кормила какая-то из

моих поварих.

— Как поешь, не уезжай. Дам тебе ответ, отправишь в город Медный, для дворянки

Дайны ван Гейли. Вот тебе сразу за почту, — я протянул ему серебряный олень.

— Господин, это много, — честно сказал посыльный.

— Зато я уверен буду, что ваша гильдия точно и быстро доставит послание.

Он поклонился.

Нашёл Киру среди женщин-цикличек, её обступили плотным кругом и наперебой о

чём-то спрашивали. Я подошёл, все разом замолчали.

— Здравствуйте, уважаемые, — с улыбкой поздоровался я со всеми.

Женщины заулыбались и стали кланяться.

— Я украду на время у вас вашу хозяйку, вы не против? — спросил у них.

Мы с Кирой отошли подальше, и я шепнул ей:

— Нам пора продавать часть самоцветов.

— Тогда нам пора выезжать в Лавенсию или лучше в северные королевства, —

предложила Кира.

— Я там не был, на севере, а ты? — задал вопрос девушке.

— Не была, — улыбнулась Кира, убирая со лба непокорную медную прядь. — Но я

хорошо учила географию.

Девушка звонко рассмеялась и толкнула меня в плечо.

— Тогда пошли считать наше сокровище! — предложил ей.

— Захвати вина и фруктов, — девушка мне призывно улыбнулась, и у меня кое-что

шевельнулось.

— Как прикажете, госпожа, — я низко ей поклонился.

Конец 11-й главы.

Глава 10

Глава 12. Обустройство

— Ну и что мы тут посчитаем? — разочарованно протянул я, глядя на горки

красивых камушков.

Кира лежала на животе и, как всегда от усердия, высунула свой маленький

язычок. Она не слушала меня, брала по одному камешку, рассматривала и

складывала по трём кучкам.

Камешки лежали горками, и в каждом камне вспыхивали тонкие искры от

преломления света, будто внутри пряталась та самая сила, которую ещё предстояло

вытащить.

— Киир, — заныл я, — мне скучно, ну поговори со мной.

— Рич, не мешай.

Я уже знал, что она делает. Самые крупные и красивые, без изъянов, она

откладывала для нас. Они пойдут на накопители и потом будут вставлены в

украшения, оружие и доспехи. Вторая кучка — средние камни или с небольшими

изъянами, на продажу. Третья кучка пойдёт как магические предметы, часть она

истолчёт в порошок для эликсиров.

— Ну, вроде все. — Она самую большую кучку, которую на продажу, ссыпала в

бархатный мешок и положила на дно сундучка. Отдельный мешок с мелкими камушками

для «зарядки» она положила в свою сумку, которую тоже положила в сундук, а

мешочек с лучшими камнями отдала мне и сказала спрятать отдельно.

— И куда их деть-то? — усомнился я. — У нас нет сейфа.

— Ладно, дай сюда. — Забрала у меня мешочек. — Вставлять будем, когда купим

оружие или доспехи, — сказала она как бы себе и тоже засунула к остальным

камням.

— Может, жемчуг потом переберёшь? — заканючил я уже сильнее. — Мне надоело уже

просто так сидеть.

Вино допили, а сходить вниз ещё принести — так Кира сказала:

— Сиди, пока не переберу камешки.

— С жемчугом проще, — улыбнулась девушка.

Она высыпала его на одеяло, выбрала самые большие десять штук и убрала

отдельно.

— Все! Остальные продаём! — Сказала она это и звонко чмокнула меня в ухо.

— Сдурела, что ли? — заорал я. — Оглушила на фиг!

Повод найден, я вскочил и обиженно хлопнул дверью.

Я сидел во дворе и смотрел, как работают мастера и работники. Передо мной на

столе стоял кувшин с элем.

— Ещё месяц, и весна наступит, — произнёс за моей спиной Вел.

Я повернулся и посмотрел на него.

— Ты работников всех расставил?

— А то.

— Слышишь? Брёвна тешут, топоры стучат, пилы поют? — улыбнулся здоровяк.

— Вел, мне скоро надо уезжать, — наконец сказал ему.

— Так мы только начали! — развёл руки управляющий.

— Мне надо к магам, пробовать восстанавливать магию.

— Нуу, раз надо, то конечно…

— Да не сейчас же! Дороги откроются и поеду. — Время есть ещё.

Вел радостно улыбнулся. Ему понравились все эти новшества, и он загорелся.

— Мы с тобой, друг, всё тут изменим! — пообещал я здоровяку. — Ещё надоест и

сбежишь от меня.

— Куда я от тебя? — по-простецки спросил Вел. — Когда к камню-то поедем? —

тихо спросил он меня.

— Ну вот как поеду в Лавенсию, там и доберусь до родовой долины.

Вел одобрительно кивнул головой.

— Я дождусь сначала Орлика с парнями из нашей роты…

— Орлик едет сюда? — обрадовался Вел.

— Да, хочет принять присягу и остаться с нами, — улыбнулся я.

— Вот это новость!

— Да, и потом ждём Дайну и Лиа.

— Мои девочки скоро приедут, — растроганно прошептал здоровяк, и его глаза

увлажнились.

— Не кисни, старик! — хлопнул его по плечу. — Завтра займёмся стройкой, нам

надо удивить гостей!

Вел расхохотался, я кивнул ему головой и пошёл спать.

Неделя пролетела быстро. С рассвета мы занимались тренировками, стрельбой из

лука и поднятием тяжести. Через пару дней к нам стала присоединяться Кира, она

взялась за моё обучение бою на мечах. Потом мы обливались студёной водой,

завтракали и целый день пропадали на стройке.

Ближе к дому поставили ткацкую мастерскую с десятью ткацкими станками и

ножными прялками.

Уже стояли две печи-вагранки, сегодня будут пробовать выливать шестерни для

мельницы. Над посёлком стоял ровный гул, не шум, а именно гул работы: стук

молотов, визг пилы, шипение металла. Сквозь него пробивался запах дёгтя, кожи и

горячего песка у вагранок.

Запруда была уже готова, плотники и столяры готовы ставить колесо. Пахло

смолой и свежей щепой, воздух был густой от опилок — они оседали на плечах и

скрипели на зубах.

Работа движется.

Рядом с мельницей поставили каменные сооружения. Мастерские для оружейника,

бронника, кузни. За ними пилорама, столярная мастерская. Чуть дальше, ближе к

реке, поставили дубильню, шорню и кожевенную мастерскую.

На опушке поставили пасечный домик и выставили сотни новеньких даданов, ещё

пока без жильцов. Старый пасечник был рад, он ждал, когда из города привезут

ему воск. Коровников построили пока четыре, на двести голов, поодаль из брёвен

поставили будущую маслобойню.

Дома циклы строили быстро и однотипно. Посёлок рос вокруг площади. Поставили

таверну с постоялым двором для приезжих и проезжающих торговцев. Организовали

рынок. Поставили однотипные навесы и прилавки. Теперь к нам с округи стали

приезжать мелкие торговцы со своим товаром. Что-то продавали, а что-то покупали

у нас. Обычный люд, у кого были лошади с телегами, тоже приезжал на выходные,

когда был основной базар. Покупали у нас выделанные шкуры, кожу, скобяные

изделия, нехитрый рабочий инструмент и зерно.

Жизнь налаживалась.

Я научил местных плотников, как правильно ставить баню, но сначала долго не

мог объяснить, для чего она. Девушки наотрез отказались в ней мыться, пришлось

для испытания загнать Вела и как следует пропарить его.

Я заранее заказал пошить шапочки для бани, рукавицы и короткие толстые халаты.

— Вел, идём, — позвал его в баню.

Баня была протоплена, стояли уже чаны с холодной и горячей водой. В тазу были

замочены дубовые и берёзовые веники. В предбаннике бочка с квасом.

— Раздевайся, — приказал я.

Вел молча разделся.

— Мыться будем?

— Ага, типа того, — ухмыльнулся я. — Убери свою природную защиту кожи.

— Да я как-то привык, она сама уже без меня…

— Убирай!

Я натянул себе на голову шапку, закрыл уши, надел рукавицы до локтей и накинул

халат, туго обвязавшись.

— Ложись на полок! — скомандовал я и стал поддавать пар.

Встряхнув двумя вениками, я стал методично обхаживать его от плеч до ног,

набирая темп. Ещё добавил пару…

Лицо моё горело, пот застилал глаза. Вел заохал под моими ударами и наконец-то

взмолился.

— Рич! Ты смерти моей хочешь?

Я окатил его холодной водой, цикл вздрогнул от перепада температуры, и я снова

дал пару.

— Только не ставь защиту! Сукин ты сын! — орал ему и хлестал.

Когда его дубовая кожа размякла, я прошёлся по ней берёзовыми вениками. Потом

мы выбежали из бани, и нас окутал пар от вечернего мороза. Мы сидели в

предбаннике, укутанные простынями, и пили прохладный квас.

— Рич! Да это же чудо! — ликовал он.

— Сейчас отдохнём, потом моя очередь, — сказал я Велу и подмигнул.

Рожа здоровяка расплылась в сладостной мести.

Хлёсткие, обжигающие удары заставляли вздрагивать, но эта мимолётная боль

приносила облегчение натруженным мышцам. Хотелось ещё, ещё!

— Что так слабо, Вел! — задорно крикнул ему. — Силёнок не хватает, старик?

Вел только хмыкнул и добавил жару — плеснул на камни, пар рванул вверх злым

шипением.

— Дай пару, не жалей! — крепко зажмурился, чувствуя, как этот жар вытягивает

из тела всю усталость.

Ледяная вода ударила по коже тысячами иголок. Кожа сразу стала упругой,

хрустящей, будто натянулась до предела. Я рванул обратно и лёг снова на полок.

— Давай! — крикнул я Велу.

Град ударов посыпался на плечи, спину, ноги — жёстко, обжигающе, ровно. Потом

Вел окатил меня с ведра прямо на полке, подал простынку и студёного кваса. Я

сделал глоток, холодок прошёл по горлу и покатился вниз. Квасом я смыл с себя

пар, к запаху веника прибавился запах хмеля. Спрыгнул с полка, натянул рубаху,

вдохнул сырой воздух предбанника и шагнул наружу, в облако пара.

Вел потом собрал всех мастеров и долго рассказывал про баню. Теперь у мастеров

баня стала ритуалом — после работы париться.

Орлик приехал через десять дней, с двенадцатью циклами из нашего полка,

которые решили связать свою жизнь со своим полковником, то есть мной, и новым

родом.

— Господин! Рад встрече! — крикнул Орлик издалека, не доезжая до нас.

Он молодецки спрыгнул с коня, подбежал и преклонил колено.

— Встань, друг, негоже перед боевым товарищем колени ломать, — проворчал я,

обнимая его.

Мои бывшие солдаты колени не преклоняли, они выстроились и синхронно стукнули

себя в грудь в приветствии своему офицеру.

— Тандэ! Проводи-ка своих сослуживцев домой, пусть Марта распорядится их

накормить, и крикни Фиону, пусть выделит им жильё.

Тандэ улыбалась. Она их всех знала, воевали вместе.

Вел сиял, как начищенный медный тин. Солнце било по двору, топоры стучали, у

вагранок суетились мастера. День уже шёл своим ходом.

Ближе к вечеру забили десяток баранов, на площади рабочего посёлка запылали

жаровни. Я приказал выкатить несколько бочек густого эля, женщины накрыли

столы. Мы сегодня встречали вновь прибывших и провожали трудный день.

Через три недели приехал обоз с семьями из города Медный. Впереди в авангарде

скакали мои воительницы, Дайна и Лиа. Кроме обычных семей, приехали мастера:

оружейник, бронник и мастер луков. Люди сначала опасливо озирались, но когда

увидели знакомые лица, сразу повеселели. Кира сама новоприбывших расселила по

новым баракам. Новые дома они себе строить будут сами.

С обозом Дайна привезла бруски железа, меди и олова, чему я был рад. Наши

вагранки уже работали вовсю, но металла не хватало.

Мастер луков сразу разобрался в моём чертеже. Он долго цокал языком и

восхищался. Я ему объяснил, как изготавливать арбалеты. Для изготовления я уже

давно приобрёл всё, что нужно: рог, сухожилия, рыбий жир и дерево, похожее на

бук. Технологию производства композитных луков он не знал, пришлось учить его с

азов.

Весна уже выталкивала зиму, погода и дороги рассопливились. Сая стала

пригревать, скоро мои крестьяне начнут обрабатывать землю.

Заработала мельница, с округи стали свозить к нам зерно. От мельницы

закрутились передаточные ремни, заработала пилорама, к нам потёк лес.

Первый арбалет не получился, плечи при первом выстреле сломались. Плечи

треснули сухо и резко, будто сухая ветка под сапогом. Мастер наклонился,

потрогал скол, покачал головой:

— Не выдержали напряжения. Надо менять склейку.

— Ничего, господин, сделаю как надо, — заверил он меня.

А мы с Кирой готовились к дальней дороге. Нам нужно будет пересечь пустыню. В

Равене меня давно уже ждал Кириус, как и ждала родовая долина.

— Через неделю дороги обсохнут, — сказал я Кире.

Девушка заулыбалась. Я по её глазам видел: она уже засиделась, как и я.

Слякоть расползлась по дорогам, смешавшись с глиной и прошлогодней листвой.

Лужи стояли мутные, в них плавали комья раскисшей земли. Тяжёлые тучи висели

так низко, что, казалось, цеплялись за крыши домов. Воздух был сырой и тяжёлый,

будто сама весна никак не могла распрямиться.

Ещё немного, и это всё пройдёт.

Конец 12-й главы.

Глава 11

Глава 13. Арбалет. Отец Лии

— Господин, вы уезжаете в Лавенсию? — спросила Фиона меня.

— Да, на днях.

— Ты про кристалл души Лайлы? — догадался я.

— Да, господин.

— Я возьму его с собой, я буду пробовать…

— Знаю, господин. — Воительница протянула мне бархатный мешочек.

Бархатный мешочек скользнул с руки Фионы мне в ладонь. Я сжал его, чувствуя

холодные грани через ткань. Моё сердце кольнуло жалостью к Лайле.

— Спасибо, Фиона, — тихо сказал я.

Красавица с рыжими волосами смотрела на меня и хотела что-то спросить.

— Говори, что хотела спросить?

— А можно с вами, господин? — Девушка потупила взгляд.

— А что так? — улыбнулся я. — Надоело здесь или соскучилась по мне?

Фиона покраснела.

— Я не могу долго на одном месте, да и с вами мне спокойнее.

— Да что у вас за натура-то такая, меня оберегать? — удивился я который раз.

Девушка не ответила и смотрела в пол.

— Хорошо, но…

Фиона поцеловала меня в щёчку и, не дослушав, убежала из комнаты.

— Егоза, — пробурчал я. — Даже не дослушала, побежала хвалиться.

— А я рада, что она с нами поедет, — сказала Кира, выходя из смежной комнаты.

— Подслушиваешь? — прищурился я.

— А что тут подслушивать? — пожала она плечами. — Двери у этой комнаты нет.

— Рада она, — пробубнил я. — Собирается женский клубок змей, — ещё тише

добавил.

— Что ты сказал, Рич? Я не расслышала.

— Говорю, я тоже рад Фионе.

— Вижу. — Девушка строго посмотрела мне в глаза, пытаясь найти в них что-то.

Я отвёл взгляд.

— Не надо так на меня смотреть, Кира, эти девушки мне как сёстры. — Ответил я

и твёрдо встретил её взгляд, то есть не совсем взгляд. Я вертел в руках

походную сумку и зачем-то пытался найти в ней дырку.

— Кобель ты, — вздохнула она. — Молод ты, вот и кровь в тебе играет, —

успокоила она саму себя.

— Твоя правда, Кир, — согласился я, кивая несколько раз головой.

— Ты это что раскивался? Ты согласен со мной? — Девушка стала выходить из себя.

— Да что ты прицепилась ко мне! Ишь… Сама меня заставила кивать!

— Да иди ты! — Я швырнул сумку на пол, пнул стул и вышел из комнаты.

Вышел во двор и направился к мастеру луков, мне нетерпелось узнать, когда

наконец будет готов арбалет. Его позавчера мастер склеил рыбьим клеем и оставил

сушиться под прессом на двое суток.

— Господин, с вами можно? — спросил Орлик, догнавший меня.

— Конечно, идём со мной, кое-что увидишь. — Подмигнул ему.

— Можно вопрос?

— Валяй.

— Слышал, вы едете на север…

— Да, ты едешь со мной.

— Спасибо, господин полковник! — Орлик заулыбался. — Так надоела мирная жизнь,

— печально сказал лейтенант.

— Так мы не на войну едем!

— Где вы, там горячо! — усмехнулся мой боевой товарищ.

— Не каркай мне ещё, — проворчал я.

Мы остановились перед мастерской, наблюдая работу мастера и по возможности

стараясь не отвлекать его.

Мастер уже снял с «плеч» пресс и крепил их на ложе, плотно подгоняя посадочные

места. В мастерской пахло смолой и горячим деревом. Мастер не торопился. Он

знал, что малейший перекос испортит весь баланс. Он примерил плечи ещё раз,

чуть повернул левое. Оно садилось туго, будто древесина за время сушки чуть

повела.

— Ну-ка, дай клинышек, — бросил он подмастерью, не отрывая взгляда от стыка.

Тот протянул тонкую липовую пластинку, и мастер аккуратно подбил её

молоточком, пока плечо не село ровно. Потом взялся за крепёжный болт. Тянул не

спеша, проверяя, чтобы усилие ложилось равномерно. Наконец, когда металл мягко

вошёл в резьбу, он удовлетворённо хмыкнул и затянул гайку последним уверенным

поворотом.

Мастер Глин закончил работу и только заметил нас с Орликом.

— Господин Грэй. — Он низко поклонился мне.

— Готов арбалет, мастер Глин?

— Давайте проверим, господин. — Улыбнулся он и подал арбалет.

Взяв в руки, я его осмотрел.

«Я читал в книгах, как им пользоваться, и смотрел какую-то передачу».

Подмастерье подал болт, который я сунул в рот и зажал в зубах. Опустив арбалет

к земле, упёр его концом. Носок правой ноги вставил в «стремя», плотно прижал

стопу.

Двумя руками взялся за тетиву, потянул вверх, одновременно упираясь ногой в

скобу. Тянулось тяжело, плечи арбалета прогибались и тихо гудели под нагрузкой.

Тянул ровно, чувствуя, как усилие идёт по спине и не рвёт руки.

Когда тетива дошла до зацепа, раздался тихий, уверенный щелчок. На секунду

задержал дыхание, проверил: держится, не ползёт. Медленно отпустил руки, тетива

осталась на месте. Я посмотрел на мастера, потом на Орлика и улыбнулся.

Взял болт, уложил в жёлоб, прижал пальцами, и пятка болта села в паз. Болт

лежал крепко. Провёл ладонью вдоль древка. «Ровно лёг, оперение не цеплялось».

Поднял арбалет, прижал приклад к плечу. Мир сузился до прорези прицела и

далёкого дерева. Чуть поправил угол, привыкая к весу. Не торопливо положил

большой палец сверху, на спусковой рычаг, нажал.

Лёгкая отдача, и болт, разрезая воздух, помчался на бешеной скорости к дереву.

Я не услышал звук удара, только заметил вибрацию болта, глубоко вонзённого в

ствол. Опустив оружие, я победоносно оглядел всех и остановил взгляд на мастере.

— Ну… Проси что хочешь, мастер! — выдохнул я.

Глин растерялся, посмотрел на меня, потом на своего подмастерья.

— Господин, мне дом построили, спасибо, у меня теперь всё есть. — Он помолчал,

подошёл ближе ко мне. — Господин Ричард, я хотел бы одно, для себя, моей жены и

этого парнишки.

— Говори, мастер.

— Как закончится срок моей работы, наложенной государством, я хотел бы просить

вас! — Глин упал на оба колена.

Я поморщился.

— Встань, прошу.

— Прошу остаться у вас при деле, — попросил он.

Глин стушевался, быстро взглянул мне в глаза и опустил их.

— Мне нравится здесь работать, и я хотел бы дальше…

— Ты хочешь дать мне присягу верности, так я понял? — тихо спросил его.

— Да, — тихо ответил, — если можно.

— Да, можно. Но я жду присягу и от твоего подмастерья.

Парень, не веря своим глазам, просто покраснел и зачем-то протянул мне колчан

с болтами.

— Зовут как? — усмехнулся я.

— Вельдон, господин.

— Ты со своим учителем будете приняты в циклов рода, но!

Вельдон разинул рот и протянутый мне колчан уронил в грязь.

— Вы знаете, как изготавливать это. — Я показал на арбалет. — Теперь с вами

постоянно будет находиться один из моих верных воинов.

Мастер испуганно посмотрел на меня.

— Ты меня не понял, — улыбнулся ему. — Это для охраны вас и моих секретов!

Я поднял палец вверх и дождался, чтобы все на него посмотрели и почувствовали

значимость моих слов.

— Ох… — произнёс Глин и поклонился, заодно дав подзатыльник Вельдону. — Такая

честь! — пробормотал он.

— Жить будете в моём доме, питание бесплатное, дам жалование вам: тебе,

мастер, пять серебряных оленей в месяц, тебе, отрок, — «этот отрок был старше

меня и выше на полметра ростом», — один олень и пять красных тинов!

Вельдон опомнился и растянулся пластом в луже. Орлик тихонько потешался, пряча

улыбку за густыми усами.

— Присягу на верность дадите завтра, — договорил я. — Лейтенант, поставь

охрану возле мастерской.

— Слушаюсь, господин полковник! — Офицер стукнул кулаком себе в грудь и исчез.

— Глин, я хочу знать, как ты делаешь тетивы, — задумчиво сказал я.

— Ну, я могу показать, но это долго, господин.

— Давай сделаем так. Ты учи Вельдона, я просто посмотрю.

Мастер улыбнулся и кивнул. Сразу в голосе старого Глина появился металл:

— Вельдон, подойди сюда, остолоп!

Мастер достал из-за верстака пучок длинных, желтоватых жил. Они были почти

сухие, жёсткие, как плеть.

— Смотри, Вельдон, — Глин положил пучок на стол. — Это сухожилия с ног

крупного зверя. Лучше всего с оленя, лося, а лучше терна. Спина и ноги — самые

крепкие. Чем старше зверь, тем жила толще, но и грубее. Надо глаз набить и

руку, пойдёт ли жила? — Хитро прищурился мастер. — Понял? — Его пронзительный

взгляд изучающе вонзился в Вельдона.

Парень кивнул и вытянул шею поближе.

— Берём не всё, — пробурчал Глин.

Мастер отобрал несколько жил, отложил в сторону.

— Смотри! Вот эта гнилая, видишь, темнеет? — потряс он жилой перед лицом

подмастерья.

«Я стоял и радовался такому мастеру».

— Её в тетиву нельзя. — Продолжил мастер. — Эта — пересушена, треснет. А вот

эти — чистые, светлые, упругие. Их и берём. Ты меня понял или нет?

— Понял, учитель, — мотнул головой Вельдон.

Глин взял одну жилу и положил на деревянную колоду.

— Теперь её надо разбить. Не порвать, а именно разбить, чтобы волокна

разошлись, но не перерезались. — Старик взял деревянный молоток и начал

осторожно бить по жиле, поворачивая её. — Слышишь? Звук должен быть глухой, не

звонкий. Если звенит — пересушил, волокно ломкое.

Подмастерье подался вперёд, смотря во все глаза.

— Дальше разбираем на волокна. Чем тоньше волокно, тем ровнее ляжет тетива.

Мастер ловко разделил жилу на тонкие нити, будто расплетал верёвку.

— Каждую нить проверяем на разрыв. Вот так, — он натянул волокно между

пальцами. — Держит? Держит. Значит, годится.

— А сколько их надо, мастер? — спросил Вельдон.

— На арбалет — много. Штук сорок, а то и больше. Чем больше волокон, тем

тетива крепче. Но и толще. Тут мера нужна. — Глин почесал бороду. — Слишком

толстая — плечи не потянут. Слишком тонкая — порвётся на первом выстреле, как у

нас и вышло.

Он взял глиняную плошку с тёмной, тягучей жидкостью.

— Это рыбий клей. Варю сам. Пока тёплый — тянется, как смола. — Мастер

обмакнул пучок волокон, размял пальцами, чтобы клей прошёл между нитями. —

Потом скручиваем. Ровно, в одну сторону, без узлов. Узел — это слабое место,

там и рвётся.

Глин начал скручивать волокна в жгут, медленно, с натягом, проверяя каждый

виток.

— Скрутил — и под пресс. Пусть схватится. Сутки, не меньше. А как высохнет —

натираем воском. Воск не даёт влаге впитываться. Тетива боится сырости,

Вельдон. Отсыреет — растянется, и болт полетит не туда.

— А как понять, что готова? — спросил подмастерье.

— На слух и на руку. — Глин поднял готовый жгут, натянул. — Звенит ровно, не

трещит. На ощупь — упругая, как струна. И главное — не пересушить. Пересушенная

— хрупкая, лопнет. Недосушенная — тянется, как сопля.

Он покосился на Вельдона.

— Понял, остолоп?

— Понял, мастер.

— Ни хрена ты не понял. Но ничего, руки запомнят. — Глин сунул ему в руки

пучок жил. — Разбирай. Пока не сделаешь ровно — не сядешь. А не поймёшь… — Он с

угрозой посмотрел на подмастерье. — Ты меня знаешь.

«Я зауважал мастера».

— Вечером вам помогут переехать в особняк, — сказал я мастеру, пожимая его

локоть. — Нуждаться ни в чём не будете, но и спрос будет.

— Я понимаю, господин, — мастер, улыбаясь, поклонился, не забывая дать

затрещину подмастерью.

— А потом, вечером, поговорим, — подмигнул ему. — Скажешь, что тебе нужно для

ускорения производства арбалетов.

— Я уже знаю, что нужно, господин.

— Для ускоренного производства мне нужны два подмастерья, — он пошмякал губами

и добавил: — Нужно хорошего дерева, жил, наконечники и…

— Я понял тебя, — перебил старика. — Утром Вел подойдёт к тебе, он всё

организует.

Забрав свой первый арбалет, колчан болтов и две запасные тетивы, я в хорошем

настроении вернулся в дом. Мне нужно было подумать.

Я не стал ужинать и поднялся к себе в комнату. Там уже ждали Кира, Вел и Орлик.

— Это хорошо, что вы все здесь, — сказал я и плотно притянул за собой дверь.

Прошёлся по комнате, посмотрел на столик.

— Орлик. Мухой слетай в кухню, возьми у Марты четыре кувшина крепкого эля,

найди Лию и Дайну.

— Я быстро, господин.

— Рич, что происходит? — медленно проговорила девушка и подошла ко мне.

— Время пришло, — тихо сказал я и вздохнул.

Кира всё поняла и с тревогой посмотрела на меня.

— Ты уверен?

— Да нет, блин.

— Может, потом?

— Не, щас.

«Надо рассказать про кольца вассалов, нам скоро ехать, — сказал себе». Мой

мозг лихорадочно думал. «Лиа должна знать о своём отце, но как это сказать?»

Вел непонимающе поглядел на меня.

В комнату вошли Орлик с девушками, неся четыре кувшина эля и кружки.

— Ричард? — Дайна прошла в комнату, посмотрела на меня и присела на свободный

стул.

Лиа осталась у входа и вопросительно посмотрела на Киру. Та головой показала

ей «сесть».

Я дождался, когда Орлик разольёт эль по кружкам. Взяв свою, я встал.

— Вы уже знаете, что я и Кира скоро уедем. Некоторые из вас поедут с нами.

Глаза Лии вспыхнули, и она сделала шаг. Я поднял руку.

— Не перебивать меня!

Я сделал паузу и медленно осушил свою кружку.

— У меня есть девять вассальных колец, принадлежащих роду Грэев! — произнёс я

громко.

В комнате наступила тишина, и все уставились на меня. Кто-то охнул.

— Но, если честно, я не знаю, как они работают, — сказал я и обвёл всех

взглядом.

Я поднял свою правую руку с родовым перстнем.

— Думаю, это кольцо подскажет нам, — неуверенно сказал я и посмотрел на Киру.

Девушка смотрела на меня в непонимании, но качнула головой в согласии.

— Рич, откуда они у тебя? — нарушив тишину, спросила Дайна.

— Эти кольца мне передал вассал моего отца. — Я замялся и добавил: — Теперь

мой вассал!

— Может, скажешь, Рич? — выдохнула Кира.

— Он дворянин, держит ювелирную лавку. Зовут его Малрун. Он дал мне кольца.

Лиа, подойди.

— Господин? — она непонимающе посмотрела на меня.

— Ты помнишь, кто твои родители?

Наступила звенящая тишина.

— Меня ребёнком отдали…

— Малрун твой отец, — перебил её. — Он так сказал, и я почему-то верю.

«Мне надоело кружить вокруг да около».

Кира с укором посмотрела на меня.

На лице Лии отразилась радость и неверие.

— У меня есть папа? — спросила девушка. — Это правда?

— Тебе надо повидать его, там и узнаешь всё. Он так сказал и передал эти

кольца, так что это похоже на правду. — Я искренне улыбнулся девушке.

Лиа быстрым шагом подошла ко мне и порывисто обняла меня.

— На рынке? В городе? — Её глаза смотрели на меня.

— Да, Лиа, тут недалеко, Дайна дорогу знает. Ты можешь прямо сейчас съездить к

нему. — Я взял её за руку. — Дайна поедет с тобой, — твёрдо сказал ей.

— Да, конечно, — растерянно ответила девушка.

— Лиа, чего ждёшь? — Дайна схватила подругу и потащила из комнаты.

— Ну вот, сказал, — облегчённо проговорил я, и как будто гора с плеч сошла.

— Рич, у меня нет слов! — Здоровяк Вел улыбался. — У нашей Лиа нашёлся отец!

— Надо за это выпить, — сказал Орлик.

Настроение стало подыматься, Кира заулыбалась.

— Не пропадать же добру! — кивнул я на кувшины.

Мы ждали новостей. Орлик подливал в кружки, Вел что-то рассказывал, и время от

времени по комнате разливался его басистый смех. Кира улыбалась, слушая нашего

друга. Она сидела рядом со мной, положив мне голову на плечо. Только я сидел

весь на иголках и время от времени натягивал на лицо радость.

Сая уже давно ушла «спать», а мы только допивали последний кувшин. Во дворе

залаяли собаки. Орлик встал и выглянул в окно.

— Вернулись! И не одни!

— Хех, привезли всё-таки Малруна, — заулыбался я. — Значит, нашли общий язык!

— Орлик!

— Понял! Уже бегу за элем!

— Прихвати что-нибудь из закусок! — крикнула Кира ему в догонку.

Дверь открылась. Первой вошла Дайна, на её лице блуждала улыбка. Её пшеничные

волосы были растрёпаны от быстрой скачки. Девушка молча подошла к столу и

осушила кружку с элем. Дайна мне подмигнула. Я улыбнулся и встал.

В комнату зашли Лиа с Малруном. Лиа стояла смущённой, она держала отца за

руку. Малрун, увидев меня, поспешно преклонил колено. Лиа, не отпуская его

руку, повторила его жест, не опуская своего взгляда. Она благодарно смотрела на

меня.

— Хорош колени ломать, — сказал я и подошёл к ним. — Ну, может, расскажешь

нам? — спросил вассала.

— Теперь да, прости, лорд, что тянул.

— Орлик, стулья и эль!

Малрун рассказывал медленно, вспоминая и переживая прошлое.

Молодой дворянин ван Кайден родился в небольшом поместье близ городка

Каменного. Его отец не входил в совет старейшин, он был младшим сыном в роду.

Семья жила бедно по меркам дворян, но достойно. Как и полагается у циклов, к

своим дворянам они относились с любовью и преданностью.

Отец Малруна был циклом чести. Он делился с циклами всем, что приносила его

крошечная ферма. По зову короля Варии он одним из первых вставал под знамя,

ведя преданных циклов в бой.

Его мать, Тантира, из аристократического рода, была одной из первых красавиц

северного края Подковы. К ней сватались многие, но наперекор своему отцу она

отдала своё сердце бедному дворянину Тонсу ван Кайдену. После этого род Тантиры

отказался от неё.

Тонс и Тантира связали свои брачные узы у камня силы Матери и поселились в

поместье Тонса.

Тонс ходил в военные походы, возвращался к любимой женщине и снова уходил.

Дворяне-циклы живут долго, до семисот лет, так что войн на его жизнь хватило с

излишком. Жили они счастливо, в любви родили сына, назвали его Малруном.

Но красота Тантиры многим не давала покоя.

В предгорьях западных гор зашевелились гоблины, и король призвал на службу

Тонса ван Кайдена с его преданными десятью циклами-ветеранами множества

кампаний и войн.

— Можно ещё эля? — попросил Малрун.

Орлик подвинул к нему кувшин.

«Я смотрел на него и думал: наверное, это цинично, но в моём мире, где я

родился, это сплошь и рядом. Я уже понял, что случилось».

Малрун допил эль и взглянул на меня, взглядом прося разрешение продолжить. Я

качнул головой.

— Мне тогда было шесть лет. Они приехали ночью и вырезали всех оставшихся

циклов. Мою мать они…

— Малрун, — не вытерпел я. — Давай дальше и без подробностей.

Я стал злиться. Кира с осуждением посмотрела на меня. Малрун вздохнул и сказал:

— Отец не вернулся, он погиб. Через двенадцать лет я нашёл обидчиков и убил

всех. Я убил ван Дальтура.

Я посмотрел на Лию, она была бледной. Вел сидел, разглядывая свои кулаки,

которые сжимал. Орлик выглядел спокойным, но в глазах я видел переживание.

— Потом тебя обвинили в убийстве, и ты уехал из Варии, верно? — спросил

Малруна.

— Всё верно, лорд. Я уехал в Норхейм, сменил имя и поступил на службу к

местному графу.

— Там ты повстречал мать Лии? — спросила Кира.

— Так, госпожа. Она была человеком. И появилась Лиа.

— Что с матерью Лии? — не выдержала Дайна.

— Она умерла от болезни, а я не знал, куда деть дочь. Она родилась

полукровкой, с признаками циклов, но мать была человеком…

— Ты приехал в Варию и отдал её в Медянку, — закончила за него Дайна и тяжело

посмотрела на Малруна.

Он промолчал и продолжил:

— Тогда я познакомился с Робертом Ди Грэем, отцом нашего лорда. — При этих

словах он встал и поклонился мне. — Я дал присягу на верность ему. Он знал, что

я дворянин Варии, и предложил мне позже вступить в его род. Я согласился, я был

рад защите камня, мне хотелось сберечь дочь.

Он перевёл дыхание.

— Началась война безземельных рыцарей. Рыцари убивали друг друга, отбирая

крохи, всем хотелось стать дэями. Вот и коснулось Роберта Грэя. Рыцари знали,

что у него есть долина, есть родовой камень. Нас было мало, мы спасались

бегством, и мне пришлось свою дочь отправить в безопасное место.

Я переждал траурную паузу, хлопнул ладонями по коленам, встал.

— Всё херовое когда-нибудь кончается. Теперь ты тут, Лиа нашла отца. Ты скажи,

что это за кольца и как они работают? — В лоб и без прелюдий спросил Малруна. —

И как ты стал хранителем рода, не являясь им?

— Господин, ваш отец их мне доверил, как дворянину, — взволнованно ответил он.

— Я дал ему присягу на кольце с камнем!

— Ну и как эти кольца работают? — перебил его.

— Вам нужно лично надеть кольцо на палец тому, кто предан вам и согласен стать

вассалом. Потом вы своим родовым перстнем должны их соединить.

— И всё?

— Да, господин, — поклонился Малрун.

— Я так понял, — промычал я вслух, — отец обещал тебе и значит Лии принять вас

в наш род?

— Да, если вы не против, — прошептал он.

— Вы дворяне. Значит, по обоюдному согласию это можно устроить, — сказал я.

Лиа открыла рот и произнесла:

— Господин, я не достойна носить вашу фамилию…

— Ты не достойна? — усмехнулся я. — Которая спасала мою жизнь, жизнь Киры,

Дайны множество раз?

— Но вам-то такие кольца не подходят, как членам семьи?

— На родовом камне нам вторично нужно дать присягу, — сказал Малрун.

— Ясно. Завтра утром примем присяги от остальных. — Я обвёл взглядом

присутствующих.

Орлик и Вел сияли как начищенные медные самовары.

— И ты, сестрёнка, готовься! — подмигнул Лии, будущей своей родственнице.

Малрун счастливо заулыбался, а Лиа сильно покраснела и отвернулась, пряча

слёзы.

— Вы первые! — ухмыльнулся им. — Расходимся. Утром буду принимать омаж, а

сейчас спать.

Конец 13-й главы.

Глава 12

Глава 14. Присяга

— Я восхищён тобой, Ричард, правда!

Сатана глумливо разглядывал меня, стоящего на краю скалы в одних трусах.

— Или называть тебя Димой?

— Может, ты на хрен пойдёшь? — вежливо предложил князю тьмы.

Резкий порыв ветра толкнул меня, и я полетел в обрыв.

— Тебе нравится свободный полёт? Ты же не любишь правила, верно?

Ветер кувыркал меня, пока я не выровнял баланс тела. Мы неслись с бешеной

скоростью вниз. Я вниз головой, Сатана рядом, но лежа на кровати.

— Хочешь, доиграем партию? — предложил он.

Мы сидели за столом под развесистым дубом.

— Твои белые, как всегда? — осведомился Сатана, двигая по столу ко мне

странную шахматную доску, где стояли три партии фигур: чёрные, белые и… серые.

Я промолчал. Думал.

— Ты два раза меня победил, — раздражённо сказал Люцифер, ставя ферзя напротив

моего короля и сметая мешающие фигуры. — Первый раз, когда выбил меня из Киры.

Второй — на горе. Ты не дрогнул. Я думал, ты сломаешься. А ты просто решил убить нас обоих.

Я

зауважал тебя.

Мне как-то стало холодно сидеть в трусах и я тоскливо посмотрел тусклое светило, которое не грело.

— Может, ты принесёшь мне одеяло? — вежливо попросил оппонента.

— Ты же маг! Одень себя!

— Знаешь же, что уже не маг. — Я вздохнул. — Ты скажи мне, какого хрена тебе

от меня надо?

— Ты ход сделай сначала, потом скажу, — предложил Сатана.

— Ход мой знаешь.- Мрачно ответил я.

Я поднял его ферзя, покрутил в пальцах и «сунул» его в ряды серых фигур, среди

пешек. Князь тьмы улыбнулся.

— Мне нравится, что ты любишь умирать стоя.

Я ощутил внутренний удар в сердце.

— Ну ты и сука! — крикнул я и ударил ногой.

Кира слетела с кровати. А я уже стоял над ней, замахиваясь табуретом.

— Рич! Совсем допился?!

Девушка сидела на полу и растерянно смотрела на меня.

— Прости, родная, — проскрипел я, отбрасывая табурет.

Горло саднило, и я с трудом говорил.

— Мне приснилось…

— И ты на эмоциях меня прикончить, — закончила за меня девушка.

Я со свистом выпустил воздух из лёгких и опустился на пол рядом с ней.

— Кир, ОН приходил, — тихо сказал ей.

Глаза девушки увеличились, и она приоткрыла рот, который тут же прикрыла

ладошкой.

— Но как? Ты же тогда уничтожил его?

Её ладонь сжала мою с такой силой, что я закусил губу. Я бросил на неё взгляд,

лицо было бледным.

— Я только «тело» убил, а паразита не убьёшь, — с сожалением ответил ей.

— У тебя нет магии, как…

— Когда меня лечила архимаг эльфов, она сказала: «След ты всё равно

оставляешь, который виден для высших».

— Он знает, где мы? — настороженно спросила Кира.

— Вряд ли, — пожал я плечами. — Иначе давно был бы здесь.

— Когда едем, Рич?

— Надо дождаться несколько арбалетов, и поедем.

— Это то оружие, про которое ты говорил?

— Да, у нас получилось, — улыбнулся я.

— Покажешь? — заулыбалась она, обняв меня за шею.

— Конечно, и научу стрелять.

Утром я сходил к броннику и оружейнику. Мастерам понравились новые

усовершенствования в мастерских. Теперь не нужно было тратить время на шлифовку

и заточку, всё вращалось от «воды», производство оружия и стальных доспехов

ускорилось в три раза.

Я собрал их всех у кузнеца, самого толкового среди них. Дал им чертежи

тигельной печи и усовершенствованного горна. Изменил состав металла для

производства мечей и доспехов. Мастера заулыбались, переглядываясь между собой.

— Печи сложите сами, здесь нет особой сложности, мужики вам подскажут, — я

кивнул головой на литейщика и кузнеца. — Оплату вам положу за каждый

изготовленный предмет. Не обижу.

— А сколько, господин? — спросил мастер-бронник.

— Сколько ты получал, получать будешь вдвое больше, и это всех касается, —

ответил я.

Мужики радостно загомонили. Я показал чертежи, показал состав металла… Дарн

сразу всё понял.

— Господин, я и мои сыновья готовы принести клятвы верности!

Мастера дружно поддержали великана-кузнеца.

— Через час вас всех жду у себя в кабинете.

— Ричард, у меня осталось золото, то, что давал, — я не заметил Дайну, которая

тихо подошла.

— Какое золото? — тупанул я.

— Которое ты давал мне, «на всякий случай», — повторила мои слова моим голосом.

Мы оба рассмеялись. Деньги, пятьдесят драконов, я положил в свою сумку,

удовлетворённо похлопав по ней.

— Что там насчёт моих рудников?

— Они запечатаны, и там выставлена охрана, — напомнила она.

— А запустить их? — спросил я Дайну.

— Галио пообещал заняться этим, — ответила девушка.

— Галио, дедушка Киры, он не упустит выгоду для своей внучки, — улыбнулся я.

— Кстати, он у меня спрашивал, когда вы поженитесь, — Дайна захихикала.

— Ну а ты что ответила? — заинтересовался я.

— Как замок построят!

— Ясно, старика, наверное, удар хватил после твоих слов.

— Он заохал только, — смеясь, ответила Дайна.

— Пошли, Дайна, омаж принимать буду от тебя! — я потрепал её по плечу.

Дайна покраснела и склонила колено.

— Я рада, мой лорд, — прошептала дворянка.

— Ну, не пачкай колено! — пробурчал я. — Ты пока дашь омаж, а потом на родовом

камне войдёшь в мой род.

В кабинете стояла тишина, изредка нарушал её камин, огонь жадно лизал сухие

дрова. Слуги зажгли на стенах масляные лампы, их неровные огни в полумраке

рисовали на стенах причудливые картины.

Передо мной, преклонив колена, стояли мои валькирии, на вытянутых руках, на их

ладонях лежали клинки. Этим они показывали преданность и покорность своему

лорду.

Девушки были одеты одинаково, в новые кожаные доспехи, отличались только

офицерскими знаками: Кира, Дайна, Фиона и Лиа. На воротнике и рукавах Киры

красовались по два серебряных значка: щит, перекрещённый мечами. У

лейтенантов-девушек — по одному.

Волосы валькирий были заплетены по-военному, в тугой конский хвост. Их

серьёзные глаза были устремлены на меня. Девушки одна за другой произнесли

клятву мне, и каждая положила свой меч у моих ног.

Рядом со мной стоял Малрун, отец Лии, он держал на подушечке родовые

вассальные кольца.

Я, улыбаясь, поочерёдно надел им на пальцы серебряные кольца-печатки с моим

гербом.

— Дальше что? — шепнул я вассалу.

— Руку с вашим кольцом выставьте, — зашептал он.

Моё кольцо с родовым осколком было на среднем пальце правой руки. Я немного

волновался и торопливо сунул кулак перед лицом Киры, а в последний момент,

перед её носом, из кулака показал средний палец с сияющим камнем рода.

Кира с Дайной уже видели от меня эту фигуру из пяти пальцев и знали, что это

означает. Они еле сдерживали смех, опуская головы ещё ниже. А я, осознав

ошибку, спрятал палец обратно в кулак и просто поднёс его Кире ещё ближе к

носу. Выглядело это ещё комичнее.

Со стороны это выглядело так: Кира стоит передо мной на одном колене, а я

держу под её носом кулак.

Но засмеяться никто не успел.

Моё кольцо насторожилось и слегка нагрелось, затем от него потянулись четыре

тонких волоска к кольцам девушек. Волоски настороженно прощупывали кольца.

Девушки напряглись, в их глазах я увидел растерянность и страх.

Я почувствовал, что моё кольцо обрадовалось и пыталось мне сообщить, что оно

принимает их и готово защищать моих младших вассалов. Осколок выстрелил тонкими

искрами в кольца, девушки охнули.

Одновременно в моём сердце появилась небольшая тяжесть, похожая на заботу о

близких. То же самое почувствовали девушки, это отразилось на их лицах, кроме

Киры. Моя девушка как смотрела на меня раньше, так и смотрела сейчас. С любовью.

После того как я поочерёдно обнял девушек, они подняли свои мечи и стали за

моей спиной. Кира забрала из рук Малруна подушечку с пятью оставшимися кольцами

и встала возле меня.

Мой родовой перстень «ласкал» вниманием кольцо Киры, девушка это чувствовала и

улыбалась мне. Родовой камень почувствовал мою любовь к носительнице кольца.

— Вел, пригласи мастеров! — отдал приказ управляющему.

В кабинет вошли седые мастера: Дарн, Ладон, Тарн, Глин и подмастерье Вельдон.

Одеты в праздничные кафтаны, в руках меховые шапки, они смущённо смотрели на

меня, и только Вельдон, раскрыв рот, рассматривал кабинет с дорогой мебелью.

Я решил проверить лояльность колец и заранее проинструктировал Вела, как

мастерам вести себя на присяге.

Выстроившиеся циклы дружно мне поклонились в пояс без преклонения колен.

Каждый принёс мне заученную присягу и, склонив головы, ждал.

Я подошёл и каждому надел на палец по вассальному кольцу, после этого сделал

шаг назад.

Мой родовой камешек на кольце «встрепенулся», «принюхался», и я почувствовал,

что моё кольцо задало мне какой-то вопрос.

«Что?» — спросил я его.

Я понял, что камешек удивлён, что я кольца дал простым мужикам-циклам, и хотел

получить подтверждение моего странного выбора. Кольцо стало мне картинками

показывать, что такие кольца дают дворянам, офицерам, гвардейцам, но не как не

простым циклам.

Кольцо не чувствовало от мастеров преданности или любви ко мне, и оно

заволновалось. Кольцо «пробежало» по мне тёплой волной, проверяя, не подвержен

ли я какого-то стороннего вмешательства, и только после этого оно успокоилось.

«Они знают мои тайны!» — дал посыл кольцу.

Мне показалось, что кольцо мне улыбнулось и подмигнуло.

— Привидится же, — проворчал я.

Моё кольцо нагрелось и выбросило одновременно пять волосков-жгутиков в кольца

мастеров.

Циклы рухнули на оба колена.

Я удивлённо крякнул.

Я почувствовал, как родовой камень в моём кольце взял в полное подчинение

кольца мастеров и в то же время накрыл их защитой.

— Встаньте! — приказал я циклам.

Мне стало интересно, что сделало с ними кольцо. На меня смотрели с

неподдельной преданностью и уважением.

«Оно им не внушило! — догадался я. — А объяснило!»

— Ну, — я подошёл к ним и пожал каждому локти, — сегодня всем выходной, можете

пить пиво, есть мясо, я распоряжусь.

Их глаза светились радостью, они наконец обрели силу и защиту рода.

— Спасибо, мой лорд, — произнёс здоровяк-кузнец, низко поклонившись. — От

всего моего семейства спасибо!

Мастера подходили один за другим и клялись повторно в своей преданности. А я

только внутренне ухмылялся и пел дифирамбы своему кольцу, которому это

нравилось, и оно что-то мне по-родственному мурлыкало.

Весна шагала широко, прогоняя зиму, Сая грело по-весеннему, не жарко, а

ласково. Трава стала выглядывать, переливаясь изумрудным цветом, на душе

становилось тепло.

Кузнецы взялись за изготовление плугов, лопат и борон. Новый молодняк скота,

купленный в Циклионе, стали выгонять на пастбища.

Через две недели дороги окончательно подсохли, я забрал у Глина ещё готовые

арбалеты с комплектами болтов. Итого их у меня было уже восемь. Это оружие было

пробным, я уже думал, как его улучшить, но всё равно оно было грозным.

Две повозки были загружены припасами, палатками и овсом для лошадей.

С собой в Лавенсию решил взять Киру, Дайну, Лию и Орлика с его воинами.

На утро, как Сая покажет свой край, мы двинемся в путь.

Конец 14-й главы.

Глава 13

Глава 15. Дорога в Лавенсию

Утро было сырым и прохладным, мы завернулись в длинные непромокаемые плащи,

которые изготовили для нас в моём поместье.

Возы скрипели так, что казалось, будто они жалуются на жизнь громче меня.

Мокрые лошади пахли шерстью и потом, колёса чавкали по разбитому тракту, а

Орлик то и дело оглядывался через плечо — на груз за спиной. Я его понимал.

Полсотни мечей, припасы, восемь человек и два воза — это не прогулка. Это

ответственность, которая скрипит вместе с осями.

«Хоть бы до обеда добраться без приключений», — подумал я, поправляя плащ.

Плащ, кстати, был хорош. Плотный, непромокаемый, с капюшоном, который можно

натянуть на нос. В Туре такие шили на совесть. Жаль, от дурных мыслей он не

защищал.

Через полчаса мы выехали на тракт и повернули на восток.

Орлик с воинами ехали авангардом, метров триста впереди нас, девушки рыскали

по флангам, а я с Кирой ехал в арьергарде, не теряя из виду наши гружёные возы.

Кроме припасов, овса и бытовых предметов, мы везли в дар королю Ричарду

полсотни хороших мечей.

Правда, я не очень был доволен этим оружием.

Начитался книг, ожидал лучшего результата. Думал, арбалет ссадит всадника с

коня, как в фильмах, а на деле — чуть сильнее лука.

Мечи тоже были пробными, как и арбалеты, но по сравнению с тем, что делали в

Варии и Лавенсии, они были покрепче и отлично отполированы благодаря

полировальному кругу, который приводился в движение водяным колесом через

ременную передачу.

В наших мечах можно было увидеть своё отражение.

Первым сделанным мечом я попробовал с размаху срезать тонкое дерево. Меч

просто переломил его.

«Верь после этого кинематографу, — недовольно пробурчал я. — В китайских

фильмах одним ударом бамбук срезают. А тут — переломил. Может, у них мечи из

другого металла? Или бамбук из бумаги?»

Я потом пробовал сделать то же самое мечом Орлика, сделанным в Варии. Так его

меч только глубоко вонзился.

Ближе к полудню мы увидели постоялый двор, который примыкал к тракту, и я

решил остановиться на обед.

— Господин, может, разведём костры? У нас с собой и мяса, и всего полно, —

предложил экономный Орлик.

— Лейтенант, пока есть возможность поесть нормальной пищи. Успеем ещё

насидеться возле костра! — заметил я.

Я спрыгнул с Шарика, поводья кинул своему воину и зашагал мимо колодца к

дверям корчмы.

Корчмой заправлял маленький, пузатый человек, который на фоне моих циклов

выглядел малоросликом.

Хозяин вежливо поклонился мне, признав во мне дворянина.

— Вам сытный обед и комнаты? — спросил он у меня.

— Комнат не надо, а вот плотно перекусить — самое то! Нас восьмеро, и прикажи

накормить наших лошадей.

— Будет сделано, господин. — Услужливо поклонился корчмарь.

Я огляделся.

Типичная средневековая гостиница: на первом этаже очаг, столы и барная стойка.

Второй этаж — комнаты.

На столах в дешёвых подсвечниках торчали сальные незажжённые свечи, по стенам

скудно горели несколько масляных ламп, бедно освещая потемневшие деревянные

стены.

— Экономите на освещении? — с усмешкой спросил слугу, вытирающего для нас

столы.

Слуга был мальчишкой-циклом.

— Дык, народа нет, че зря жечь-то? — удивился он.

— Твоя правда, твоя. — Улыбнулся ему и подал жёлтый тин.

Слуга благодарно показал мне свой рот с гнилыми зубами.

— Данг, Малик! — Орлик окликнул двух своих воинов. — Потом поедите,

присмотрите за конями и повозками! — распорядился лейтенант.

— В чём дело? — шёпотом спросил Орлика.

— Глазки у хозяина бегают, не доверяю ему, — ответил так же тихо лейтенант.

Девушки подтянули второй стол к нам, соединили и сели со своего края, о чём-то

беседуя.

Я передвинулся ближе к очагу, чтобы свет мне не слепил глаза, напротив входа.

Орлик левее меня, ближе к двери, выходящей во двор.

Хозяин сам лично стал приносить нам миски с горячей похлёбкой. Первую поставил

передо мной, быстро оглядев всех и правильно оценив. Вторую — перед Кирой.

— Господин, у меня в очаге хорошие угли, поставить жариться бараний бок?

— Ставь конечно, и жарь уток, если есть.

Корчмарь поклонился:

— Четыре или шесть?

— Хватит и восьми, — махнул я рукой, соглашаясь.

Услышав, Лиа рассмеялась.

Я посмотрел на Лию, она изменилась за последние недели. Девушка обрела отца,

узнала, что является дворянкой, хоть и не признанной в королевстве. На присяге

она поняла, что моё кольцо признало в ней благородную кровь и сразу согласилось

связать кольца между собой. Это с мужиками-циклами мой перстень капризничал.

Девушка теперь осознавала, кто она, и постоянно с благодарностью смотрела на

меня.

Я перевёл взгляд на Дайну, её лицо было спокойное, она была воспитана в

дворянской семье, лишние эмоции на её лице не увидишь. Но я знал, что обе эти

девушки ждут встречи с родовым камнем, чтобы принести теперь мне омаж и

получить фамилию Грэев.

Я улыбнулся своим мыслям и своим будущим родственницам. Обе красавицы

улыбнулись мне в ответ. Кира, перехватив наши взгляды, сразу всё поняла и

просто тепло улыбнулась мне.

На вертеле заскворчала баранина, стекая густым жиром на багровые угли, которые

сначала гасились, потом вспыхивали.

Слуга на стол стал расставлять глубокие пиалы с тёмным соусом. Во рту

собралась слюна от разнёсшегося по залу аромата жареного мяса, щедро политого

каким-то соусом.

Я загляделся на жаркое и не заметил, как в корчму зашли два каких-то типа с

ярко выраженными бандитскими харями.

Первый подошёл к стойке и что-то стал спрашивать у хозяина, второй присел за

стол в углу зала и стал нагло разглядывать девушек.

У Орлика задвигались скулы, он непроизвольно положил руку на меч, стоящий

прислонённый к скамейке.

— Не дёргайся, лейтенант, — легонько толкнув его в бок локтем.

Хозяин корчмы, разговаривая с посетителем, украдкой бросал взгляды в мою

сторону, я делал вид, что не замечаю.

— Орлик, выйди через хозяйскую дверь во двор, — шепнул ему.

Лейтенант понял, кивнул головой и поднялся.

Я встревожился о своих двух солдатах, охраняющих повозки с товаром. Орлик,

пройдя мимо хозяина, толкнул за его спиной дверь и вышел на хоздвор.

— Господин! — запоздало крикнул корчмарь моему лейтенанту. — Туда нельзя!

Дверь в корчму открылась, и в зал стали входить по двое, по трое циклов в

разношёрстной одежде, из-под которой виднелись добротные кольчуги. На поясах

посетителей висели длинные ножи, у других — короткие мечи.

— Кира! — нагнулся я через стол к девушке. — Сзади…

— Я вижу, Рич, — девушка смотрела на меня и хищно улыбалась.

Перевёл взгляд на девушек. Они немного были напряжены, но вид был спокойный.

«У них, что, на затылке глаза?» — удивился я.

Дайна заметила мой удивлённый взгляд, усмехнулась и кивком головы показала на

начищенный медный кувшин, стоявший посредине стола. Девушки смотрели через

отражение.

«Головорезы в сговоре с корчмарем. Я эту скотину первым убью», — решил я,

стараясь погасить зашкаливающий адреналин, бурлящий у меня в крови.

Банда рассаживалась по двое, по трое, занимая все столики в зале. Я насчитал

их двадцать шесть. Против нас, шестерых. Трое наших на улице.

Кашлянув громко, я крикнул хозяина.

— Почтенный, иди-ка сюда!

Корчмарь изменился в лице и поглядел на собеседника. Тот качнул головой, и

хозяин, оторвавшийся от стойки, медленно пошёл ко мне, бросая взгляды в зал на

сидящих подельников.

Я медленно вытянул кинжал из-за пояса и положил его на колени. Мой меч лежал в

ножнах возле правой руки.

Кира что-то шепнула Лие, та медленно кивнула и поднялась из-за стола,

повернувшись лицом к хозяину корчмы.

— Вам что-то не понравилось? — начал он, подойдя к нашему столу.

Быстрый взмах руки Лии по горлу кинжалом хозяину прочертил ровную полосу, из

которой толчками брызнула кровь. Девушка ловко отстранилась от брызг. Её

красивое лицо исказилось яростью. Мгновение, из-за её плеча вылетел меч и

заплясал в руке.

Кира и Дайна почти синхронно, оттолкнувшись от скамеек, взмыли вверх,

развернувшись в воздухе, запрыгнули на стол лицом к врагам.

С улицы донёсся шум. Я услышал голос Орлика:

— К бою!

Двое моих воинов обнажили мечи, пытаясь закрыть меня собой.

— Сука! — проревел я, хватаясь за кончик клинка кинжала, и из-за стола метнул

его в самого большого цикла.

Клинок ударился об его грудь рукояткой, жалобно отлетел в сторону.

Толпа с рёвом, опрокидывая столы, ломанулась к нам.

«Блять! Жопа нам!» — заорало всё внутри меня.

Девушки, не доставая мечи, обнажили кинжалы, место мечам не было места.

Кира сделала боковое сальто, в прыжке оседлала первого нападавшего и левой

рукой с размаху вонзила ему в ухо кинжал.

Дайна, отбив ногой короткий выпад мечом, упала в низкую стойку, нанесла удар

пяткой с разворота в висок мечника и кувырком слетела со стола.

Опомнившись, я успел увернуться от удара сверху топора, который перед носом

вонзился в стол.

Споткнувшись об свой меч, лежавший рядом, который не вовремя свалился мне на

ногу, я подскользнулся об уже натёкшей крови и блевотины — удержался кое-как.

Адреналин толчками бился в мозг.

«Как там Орлик? — метнулась мысль. — Девушек не вижу!»

Толпа просто валила на меня.

Оттолкнул задницей скамейку, сделал назад шаг, успел отклонить шею от удара

ножа, но пропустил следующий.

Резкий удар короткого меча полоснул по мне.

«Мне на миг захотелось срочно домой».

Разрезав лёгкий доспех, меч проник глубже, разрезая поддоспешник. Холодная

сталь резанула кожу.

Взвыв от боли, я крутанулся на месте и ударил его другим локтем в бок. Удара

локтем хватило — он пошатнулся, припал на колено.

Быстрый короткий шаг навстречу, и поднял колено навстречу его носу. Цикл

хлюпнул остатками носа, обмяк.

Я быстро оглянулся и на всякий присел на секунду, над головой просвистел

длинный кинжал, я сразу привстал.

Мощный удар в лицо ногой отправил меня кувыркаться меж обломков стульев.

Я улетел, снося спиной оставшиеся столы в зале.

— Да чтоб… вас!

Лицо залило кровью, голова гудела, хотел сплюнуть — кашлянул выбитыми зубами.

«Балин, стоматологи есть в этом мире?» — промелькнула мысль.

Злость меня подняла быстро.

— Да хер вам! — упрямо сказал я.

С этого места я увидел Киру и Дайну среди этого безумства, они сражались. Лиа

билась ближе ко мне, в окружении.

Я постарался отпрянуть от навалившейся толпы.

— Заебись поужинали! — прохрипел я, видя, как моих воинов просто смяли, сбили

с ног и закололи ножами.

Мешали скамейки и трупы. Я шагнул ещё шаг назад, присел от махового удара

кулака с ножом, привстал и нанёс апперкот. Тело выронило нож и стало оседать.

— Блять, вас много! — выматерился я. — Места мало…

Я кувыркнулся вправо, зацепив какой-то стул ногой, который меня спас, по нему

ударил запоздало меч. Я успел приподняться и с разворота в прыжке ударил его

кулаком в голову.

«Резаная рана не мешала, просто противно жгла».

Отбив кулак об его череп, я взвыл, сломав пару пальцев, и снова присел,

катнулся по полу, уходя от ударов. Увидев стол, перепрыгнул его и с разворота

пнул в сторону наседавших, удар ушёл в пустоту. Время хватило оглядеться.

«С циклами биться в рукопашку — это как с бетонной стеной», — запоздало

подумал я.

— Кирааа! — заорал я.

— Здесь! — крикнула девушка.

И тут…

Двери корчмы впустили свет и стражу.

— Вы все арестованы! — прозвучал приказ.

Слышен был неравномерный звук бросаемого оружия на пол.

— Руки чтобы я видел! — рявкнул сотник.

Забежавшие воины расталкивали всех, сдвигая к стенам, освобождая проход.

Я просто сел на пол, тяжело дыша.

— К стене! — заорал воин на меня.

— На хер пошёл! — устало произнёс ему.

— Сотник! Что с моими людьми во дворе? — окликнул я старшего.

Помедлив, он ответил:

— Ранены они… Но покрошили они банду, — с уважением сказал он. —

Представьтесь, господин.

— Полковник Грэй, — ответил я, вставая.

— Можно документы?

— Руки убрал! — услышал я Дайну.

Воительница оттолкнула стражника, подошла к нам.

— Держи, сотник, — протянул ему бумагу. — Или капитан?

Сотник внимательно прочитал пергамент, вернул мне.

— Простите, полковник!

Он ударил себя в грудь кулаком в приветствии и склонил немного голову.

— Мы давно эту банду ловим, — устало сказал он. — Я удивлён, как вы выжили, —

добавил он.

Кира подошла ко мне и небрежно оттолкнула сотника.

— Рич, снимай доспех!

— Дайна! Посмотри наших воинов!

— Один мёртв, а этого…

Дайна присела возле раненого, положила на него руки.

— У меня есть эликсиры, — предложил сотник.

— Я дворянка! — отрубила Кира.

— Простите, госпожа, — стушевался воин.

Девушка мне залечила сломанные пальцы, а порез на коже затянулся сам,

благодаря моей полуцикличности.

— Спасибо, милая, — улыбнулся ей.

— Ричард, его нужно отправить домой, — Дайна оторвалась от лечения.

— Я могу его увезти куда скажете! — предложил старший разъезда.

Кира молча достала из кошеля две серебрушки и протянула сотнику.

— Благодарю, госпожа, — обиделся он. — Мы и так готовы доставить раненого куда

скажете.

— Это не вам, офицер! — поправилась девушка. — Вашим воинам промочить горло,

это просто жест дружбы.

— Принимаю, госпожа! — поклонился достойно воин.

— Вы, как я понял, офицеры, участвовавшие в битве при Лине? — с уважением

спросил один из воинов сотника.

— Было дело, — усмехнулся я.

— Дандер! — сотник одёрнул спросившего молодого воина.

— Он молод, — покраснел он за бойца.

— Побольше бы таких воинов, как он! — заступился я за молодого бойца.

Парень засмущался и затерялся среди товарищей.

Пока сооружали носилки для моего раненого бойца, Дайна объясняла дорогу к

нашему поместью.

Орлика я нашёл сидящим на колоде. Он обхватил голову руками и что-то бормотал.

— Ты как? — спросил его.

— Моя вина, лорд.

— Нет твоей вины, лейтенант, — я положил ему руку на плечо. — Именно ты

догадался, кто они. Если бы не ты…

— Мы потеряли…

— На войне мы много кого теряли! — отрезал я.

— Мы выезжаем, организую всё! — отдал приказ, я вернулся в зал.

Головорезов уже повязали и грузили на телеги, трупы выносили во двор,

складывали стопкой.

«Сожгут», — догадался я.

— Сотник! — позвал я старшего.

— Я спалю здесь всё, это моё право, — сказал ему и посмотрел ему в глаза.

— Ваше право, господин полковник, — спокойно ответил он мне и протянул руку.

Мы пожали друг другу локти.

— Орлик, обыскать весь двор, забрать весь фураж, телеги, коней и спалить всё!

— отдал приказ лейтенанту, а сам пошёл в корчму.

«Где-то у тебя должно быть серебришко», — деловито подумал я.

Нашёл немного: тощий кошель с двенадцатью золотниками, кошель потолще с

серебром на семь оленей мелочью и мешочек с тинами.

Отъезжали мы в ночь, за спиной полыхало. Огонь жадно жрал постоялый двор, на

котором немало было ограблено и убито постояльцев.

— Досадно, Кир.

— Ты про что, Рич? — спросила она.

— Я так баранину и не поел. — Пробурчал я.

Дайна не удержалась и закатилась от смеха. Молчавшая до этого Лиа поддержала

подругу. Кира улыбалась.

— Да пошли вы… — беззлобно сказал им и толкнул своего коня Шарика шпорами.

Ночь была холодной. Плащи не спасали. Или это меня знобило от потери крови,

или адреналин вышел не весь.

Гарь тянулась за нами шлейфом. Я чувствовал её даже сквозь запах мокрой кожи и

лошадиного пота. Луна висела низко, красная, как будто тоже горела.

Никто не говорил. Даже Орлик. Только скрип колёс и храп лошадей. И где-то

далеко, за спиной, трещало дерево.

Я посмотрел на свои руки. Кровь запеклась под ногтями. Своя или чужая, или

просто говно из кишок убитых.

«Вот она, дорога в Лавенсию, — подумал я. — Не с песнями и кольцами. С гарью и

выбитыми зубами».

— Кир, — крикнул в темноту позади себя. — Хватит скалиться!

— Прости, Рич, но ты так смешно сказал!

— Зубы у меня…

— Оо, я сейчас!

— В смысле, выбьешь остатки? — с подозрением спросил её, чем вызвал ещё больше

хохота со стороны девушек.

— Орлик, будешь ржать, я тебе зубы выбью, — пригрозил улыбающемуся лейтенанту.

Кира мне зубы восстановила, но я всё равно обиделся. Зачем? Да просто так.

Я улыбался.

Конец 15-й главы.

Глава 14

Глава 16. Джин

В этот раз мы просто съехали с тракта на километра два, вправо.

Постоялые дворы больше меня не прельщали.

— Кир, а как ты так легко мне зубы восстановила?

Девушка улыбнулась и потянулась ко мне за поцелуем.

— Подожди! — увернулся я.

— Немножко напряглась я, немножко… — ответила девушка.

Я видел под глазами её тёмные круги.

«Она мощный лекарь, аристократка, в ней бьётся мощная искра и большой источник

силы матери».

Но не думал, что она сможет мне восстановить два передних зуба.

— Ты должна мне сказать, я должен знать! — переживал я за неё, она могла

«нырнуть» в искру жизни, а это опасно.

— Всё нормально, Рич! — она уловила моё беспокойство.

Мы разожгли небольшой костёр чуть дальше от лагеря, чем озадачили Орлика.

Преданный лейтенант всегда находил причину, чтобы проверить нас.

— Господин, а дров ещё может? — озабоченно спросил в который раз офицер.

— Орлик, может, спать пойдёшь? — просительно спросил его.

Тот вздохнул, качнув головой, ушёл.

— Это же Орлик, что ты ещё хотел? — улыбнулась Кира. — Он помнит, как ты его

вытащил из той мясорубки. — Девушка играла моими короткими волосами на голове.

Я просто млел, как любой кот на моём месте.

Всполохи нашего костра играли прерывистым светом на её чудных волосах. Я

потянулся на тёплой шкуре, изогнувшись как кот.

— Ты меня тогда спасла, — напомнил я девушке.

— Перестань, Рич, — отрезала девушка.

По её глазам я видел напряжённость. Она вспомнила свой плен. В её глазах я

увидел боль и страх, это было мимолётно.

— Прости, что я долго не мог тебя найти…

Я прошептал тихо, но она услышала.

— Не говори так… Ты нашёл меня, и…

— И потом проиграл Сатане! — обозлился я на себя.

Я поднялся. Ярость клокотала в груди.

— И что вы тут спрятались? — девичий голос охладил меня.

Дайна подошла к нам с толстым бурдюком какой-то жидкости.

— Можно к вам? — девушка улыбалась.

— Наконец-то кто-то нам притащил выпить, — пробурчал я.

Я рад был ей. Эта дворянка бок о бок прошла со мной и Кирой много боёв и

невзгод.

— Садись уже! — хмыкнул я, отодвигаясь на шкуре, давая ей место присесть.

— А Лиа-то где? — спросила Кира, а на губах её играла улыбка.

— Она проверяет дозоры, скоро присоединится, — ответила Дайна.

Мы с Кирой были рады. У нас появилась семья.

— Нам добраться надо до Лавенсии, эти чёртовы пески пройти ещё, — вспомнил я

вслух.

— В это время песчаных бурь не бывает, — напомнила Кира.

— А я помню, как Ричард тогда инициацию проходил, тогда было страшно, —

вспомнила Дайна.

Лиа тихонько появилась из темноты и присела на краешек шкуры.

— Не помешала? — стеснительно спросила она.

— Выпить принесла?

Девушка показала бурдюк.

Мы просидели почти до утра. Как только Сая показала свой краешек лика,

разошлись по палаткам.

Утром резанул голос Орлика.

— Да какого хера орёшь-то? — возмутился я, откидывая с себя покрывало.

Киры уже не было.

Я накинул на себя плащ и подсел к разгорающемуся костру, над которым уже висел

котёл с греющейся похлёбкой.

— Лорд, сегодня мы перейдём каньон, — Орлик подошёл тихо и присел рядом.

— Там пустыни, — напомнил ему.

— В это время года они молчат, пройдём.

— Тогда наше войско потеряло больше двухсот воинов, — ещё раз напомнил Орлику.

Тогда он был десятником, таким же сопливым воином, как я. Если оглянуться,

прошло меньше двух лет. Мне по этим меркам было тогда семнадцать, сейчас,

значит, девятнадцать.

Я усмехнулся.

Если прибавить мои года с того мира, это… это пиздец уже много.

— Нам нужно избавиться от телег? — спросил лейтенанта, хотя знал ответ.

Он промолчал, потом ответил.

— Я поменяю их на верблюдов, с вашего решения.

— Делай что надо, и вот.

Я протянул ему кошель с сотней серебрушек.

— Да, я сделаю как нужно.

Орлик стукнул себя в грудь, а я поморщился.

«Достал меня этот ритуал».

Лейтенант тут же, возле крепостей-близнецов, совершил обмен с купцами. На краю

каньона расположился небольшой посёлок со своей таверной, складами и рынком. Он

был под охраной стражи, которая собирала неплохую пошлину для короля Тариана.

Орлик прикупил воды и тряпки.

«Тряпками я назвал чалмы с накидками».

Кира с улыбкой прицепила себе ткань на лицо.

— Ты шамаханская царица, блин! — пробурчал я восхищённо.

— Тебе нравится? — девушка стала позировать.

— Да отвяжись, знаешь же, что нравится! — недовольно ответил ей.

Лиа услышала наш разговор и, танцуя, шевеля бёдрами, прошла мимо нас.

— Ты-то чего ещё?! — возмутился я.

Дайна не удержалась и засмеялась.

— Ричард, ты ещё ребёнок!

— В жопу иди-ка! — огрызнулся я, прижимая незаметно вставшее естество.

Через час наш небольшой караван прошёл крепости циклов, где нас тщательно

проверили и взяли подорожные в размере семи серебрушек. На мосту нам пришлось

везти верблюдов и лошадей под уздцы. Животные боялись пропасти, косились.

Честно, я и сам не решался поглядеть вниз. Перешли мост и сразу вступили в

странную землю. Корявые, редкие деревца, и запах не тот. Тяжёлый и сухой.

Земля порыжела, пески и кусты зелени мелькали пестротой. Мы небольшим

караваном медленно и величаво топали, взбивая песок с землёй копытами животных.

— Как думаешь, буря будет? — спросил я у всех.

— Нет, Рич, время года другое, — сказала Кира и озабоченно посмотрела на меня.

— Ты в порядке?

— Да нормально, а что за вопрос? — насторожился я.

— У тебя нос облез.

— А у тебя… — я не смог придумать ответ и замолчал.

К вечеру мы уже шли по пескам, ночь упала холодом, и я заторопился дать

команду к ночлегу. Я помнил прошлый поход нашего войска через эти пески. Тогда

мы потеряли много воинов. Палатки я запретил устанавливать, только костры и

связанные передние ноги коней и верблюдов. Ужин был коротким. Мы всемером

просто сбились в один калач, так и уснули, держа друг друга за руки.

Утром, не выспавшись, мы тронулись в путь. Сая жёстко стало пригревать,

девушки натянули на лица накидки.

«Я удивлялся: мир другой, а женщины везде одинаковы. Пытаются беречь красоту

кожи!»

— Рич, накинь накидку! — вспомнила Кира про меня.

— Я не баба! — гордо ответил ей, прячась за жопу верблюда от солнца.

Кто-то хихикнул, я не обратил внимания и гордо сказал: идём дальше.

Было безветрие, но я заметил вдалеке поднятый чем-то сгусток песка, который

двигался к нам.

— Это чё за херь? — удивился я, потянув меч из-за спины.

Дайна первая услышала меня, насторожилась.

— Рич! — тревожный голос Киры меня взбодрил.

— Тихо, — прошептал я, шагнув навстречу сгустку песка.

«Сгусток» остановился, частично опал, и проявилось лицо.

— Твою мать! — удивлённо прошептал я, разглядывая лик.

Меч я просто отбросил и поднял руки в знак дружелюбия.

— Рич! — зашипела Кира и тронула меня за руку.

— Отстань пока.

Я ещё шагнул. На меня смотрело лицо какого-то пацана. Оно было

удивлённо-восхищённым и каким-то глуповатым.

Во мне проснулось бесстрашие: этот джинн был молодой и глупый, так я понял.

— Ты джинн? — нагло спросил я песчаное лицо.

Джинн растерянно посмотрел на меня, и мне показалось, что он немножко

испугался моего голоса. Меня это вдохновило.

— А где твоя бутылка, ты откуда?

Песчаное лицо джинна озаботилось…

— Ты пьяница? — разочарованно спросило лицо.

Оно было какое-то мальчишеское, простое и глуповатое.

— Сам ты алкаш! — рявкнул я, не растерявшись.

«Я его побаивался, но, посмотрев на него, понял, что он меня больше ссыт».

— Вам нужны бутылки! — озарилось его лицо в понимании. — Пустые? Могу найти!

— Э, стоп, дружище, стоп! — я покровительственно поднял руку.

— Рич! — голос Киры стал твёрже, и она схватила меня за руку.

Лиа и Дайна опомнились, их мечи с лязгом выскользнули из ножен. Я почему-то

оглянулся на Орлика и его воинов. Они почему-то смотрели на меня с восхищением.

«Дебилы, бля… — сокрушённо подумал про них. — Для себя я выглядел просто:

стоял и пиздел с песком».

— Не надо бутылок! — крикнул я джинну.

— А что надо тебе? — наивное детское лицо немного обиделось, и я почему-то на

всякий случай испугался.

— Я…

Горло сжалось.

Песочный джинн почему-то увеличился и навис надо мной, разглядывая меня.

— Ты кто, бля? — набрался храбрости, спросил его.

— Я не знаю кто! — его лицо озарилось радостью от непонимания, кто он.

— Ну ты джинн?

— Так зовут меня, это моё имя? — спросил он.

— Не… — усмехнулся ему. — Это судьба твоя.

Джинн стал веселиться и кидать песком в Киру. Я почему-то заревновал и гаркнул:

— Она моя девушка, и я только могу в неё кидаться песком! — заявил я борзо.

— Рич, ты не оборзел? — тихо спросила Кира.

— Молчи, дура, — я тут…

Я подошёл ещё ближе к джинну и коснулся его «песка». По мне пробежала

непонятная дрожь, но не болезненная. Я улыбнулся.

Джинн висел над нами и просто улыбался.

— Ты всё-таки скажи, почему ты не в бутылке?

Джинн рассмеялся, подняв кучу пыли и песка, закрывая свет Саи.

— Я слышал про это! — со смехом сообщило песчаное чудо. — Люди оставляют

кувшины, а некоторые джины из любопытства лезут туда посмотреть!

— И потом крышка магическая и плен, — продолжил за него я.

— Да… — печально подтвердил он.

— И что, точно три желания?! — наивно спросил его.

— Нет, конечно. — Он пожал плечами. — Просто потом джинн убивал похитителя. —

Обыденно произнёс он, и мне стало страшно.

— Ясно… — промычал я и опасливо отодвинулся от него. — Ты это… Давай-ка двигай

сам по себе, и мы сами? — предложил я странному существу.

Тот радостно кивнул, опылил нас песком и умчался.

— Что это было? — спросила Дайна.

— Песчаная хуйня, — ответил я и, взяв за уздцы верблюда, потащил его за собой.

«Мир странный, — подумал я, — и, наверное, мир подумал про меня то же самое».

Джинн больше не появлялся. То ли обиделся, что я не дал ему побегать за

бутылками, то ли унёсся по своим песчаным делам. Я, честно говоря, выдохнул.

Разговаривать с существом, которое после трёх желаний «просто убивало

похитителя», — это как гладить скалящую собаку. Вроде и милая, чёткая, а ебнёт

— и пиздец пальцам. А этот ещё и бутылки искать предлагал. Вспомнив, я

улыбнулся.

— Вот уж кому не наливай, — вздохнул я печально.

Ещё день мы шли по пустыне. Сая жарила так, что песок под сапогами хрустел,

воздух дрожал жаром, а мы перли. Вода закончилась быстро, уже стали трясти

бурдюками.

— Вода есть у кого? — спросила Лиа и тут же потупилась. Она покраснела.

— Есть, конечно! — бодро ответил ей и протянул остатки воды.

— А вам? — засомневалась она.

— Я не с похмелья, на хрен мне вода? — грубанул я и, отвернувшись, облизнул

пересохшие губы.

— Спасибо, лорд! — тихо прошептала девушка.

Сил не было ответить, махнуть или согласиться. Я что-то промычал.

Девушки натянули накидки до самых глаз. Я тоже пытался что-то натянуть, но моя

рука просто ловила воздух.

— Рич, ты машешь кому?

— Кир, отвали, а?

— Прости, я думала…

— Прощаю. Отвали, и так херово.

Ночью было холодно. Костры разожгли без меня. Я не стал ужинать, меня знобило.

Кира несколько раз приходила, а потом села и, просто прижавшись, стала что-то

мурлыкать. Я от её голоса стал засыпать, она стала ворошить мои волосы на

голове, и тут я просто положил ей голову на колени и беззаботно уснул, не

отягощаясь тем, что девушка теперь всю ночь будет сидеть.

На второй день я поймал себя на мысли, что вспоминаю тот поход. Тогда мы шли

через эти же пески, и я лежал без сознания, а Кира ходила к офицерам и просила

для меня кристаллы с живой. Я это помнил, я был благодарен ей. При этом

воспоминании моё сердце наполнилось теплом, и я, проснувшись, попросил сонную

девушку поцеловать меня. Я лежал на её коленях, Кира спала сидя. Я улыбался,

вспоминая её улыбку.

— Ну и козёл же ты! — ухмыльнулось моё второе «я». — Она сидит, спит, а ты

просто развалился на её коленях!

— Да, согласен с тобой насчёт коленей, — пробурчал сонный я и уснул, обнимая

колени Киры.

Мы добрались до оазиса без проблем. На третий день мы увидели пальмы, а перед

этим — зов воды. Оазис так и звался Оазисом. Деревянные строения, склады и

небольшой рынок. Чуть левее — озеро, и дальше лесок. Я помнил это место, я

здесь чуть не умер. Инициация магии. Тогда приехало двенадцать магов, они

спасли мою жизнь.

— Да не хрена не они! — сказал я в голос и оглянулся на свою девушку.

«Тогда без неё меня бы и не было, она меня спасла!»

Кира мой взгляд поймала и просто улыбнулась. Печально улыбнулась — она тогда

думала, что потеряла меня.

— Я люблю тебя, — тихо сказал ей.

— Знаю. — Глаза девушки теплом согрели меня.

— Ты знаешь, кто ты для меня и что значишь? — шепнул ей в ухо.

— Наверное, любовь? — улыбаясь, спросила она.

— Не, дура ты! — решительно поставил ей диагноз и немножко отодвинулся от неё.

Её глаза округлились, и она тихонько подтянула меня к себе за отворот, чуть

приподнимая меня. Она просто смотрела мне в глаза. Я нехотя разглядывал её

ногти на пальцах и думал: «Если бы она захотела меня придушить…»

— Ты дура, что постоянно лезешь меня спасать… я не достоин тебя, — ответил ей

честно, глядя в глаза.

Девушка отпустила мой отворот и положила свою голову мне на грудь.

— Я люблю тебя, Рич!

— Верю, — буркнул я. — Я тоже без ума от себя.

Девушка захихикала от моей бестолковой болтовни.

Утром я открыл глаза и залюбовался. Наш лагерь был расположен возле озера.

Дайна и Лиа плескались в озере обнажёнными. Я уже хотел подставить под голову

руку с локтем, как получил подзатыльник.

— Ну и куда ты смотришь? — Кира стояла надо мной, её стан красиво

вырисовывался в лучах Саи.

— Вообще-то я их лорд! Я обязан смотреть за ними, я беспокоюсь…

— Рич, хватит уже врать-то? — девушка прильнула ко мне. — Они красивые, верно?

— Кира подначивала меня.

— Да, красивые, но ты лучше, — честно ответил ей.

Конец 16-й главы.

Глава 15

Глава 17. Оазис. Равен. Заключение

Я проснулся рано. Всю ночь меня мучила одна деталь — сколько осталось у нас

денег.

Я ссыпал с трёх кошелей все монеты и теперь выстраивал из них пирамидки.

— Драконов пятьдесят три, — чиркнул я мелом на пергаменте и принялся за

подсчёт серебра.

— Оленей двести двенадцать и триста сорок три серебрушки. — Раздражённо

столкнул бумагу с колен, повернулся на живот, разглядывая блестящие тины. — Вы

хоть меня не подведите, — проворчал я, складывая столбиками пятитинники.

Тины меня порадовали. Если перевести на серебро, получилось около двенадцати

оленей. Горка меди приятно радовала глаз. Мелкая монета была основной: на эти

деньги мы питались и закупались.

— Ты что рано встал-то? — пробурчала проснувшаяся девушка.

— На рынок надо, — ответил Кире, натягивая штаны.

— А можно я с тобой?

Кира встрепенулась, откинула с себя плед. Я залюбовался её красивыми ножками и

немножко приоткрыл рот.

— Рич! — Кира, усмехнувшись, покачала головой. — Ты мои ноги, что ли, не видел?

Красавица откровенно подтрунивала надо мной. Девушке нравилось моё внимание, и

она этим пользовалась.

Кира демонстративно подняла правую ногу и медленно поводила ей в воздухе.

— Давай одевайся, — прервал я её развлечение. — Если хочешь со мной на рынок.

Или ты что-то задумала?

Я немножко размечтался, глядя на неё.

— Ничего я не задумала! — Девушка вытянулась кошкой и медленно поднялась. —

Идём посмотрим, что там интересного, — промурчала она.

— С вами можно? — Заспанная Лиа подошла к нам в одной сорочке.

— Быстро оделась! — прошипела Кира.

— Ой! Прости, госпожа!

— Хватит уже госпожить! — недовольно проворчал я. — Ты наша родственница,

отвыкай уже.

— Рич…

— Да что Рич? Сама распустила своих баб, ходят тут нагишом! — вспылил я, но

почему-то радостным голосом.

— Риич!

— Одевайся уже, хватит болтать не о чем! — Я выкопал в сундуке, который возили

с собой, свой котарди.

— Ты не к королю же идёшь? — удивилась Кира. — Зачем он?

— Ничего ты не понимаешь, — мечтательно произнёс я, напяливая на себя крутой

сюртук.

— А мне можно с вами?

Из-за полога палатки высунулась заспанная Дайна с растрёпанными пшеничными

волосами.

— Дайна! — в один голос с Кирой крикнули мы.

— Умывайся и айда с нами! — разрешил дворянке.

— Да уж, куда без вас… — проворчал напоследок.

— Здесь магия работает! — радостно сообщил я. — Значит, и меч мой снова запоёт!

Я обернулся, чтобы увидеть восхищённые лица девушек. Но увидел только пустой

лагерь, примятую траву и одинокого верблюда, который жевал чей-то ремень.

— Э… — я завертел головой. — Народ?

Верблюд радостно чавкнул и внимательно посмотрел на меня. В его глазах

читалась преданность животного. Я поглядел на него с надеждой.

— Да бля, — хмыкнул я. — Ты единственный друг.

Верблюд кивнул. Или показалось. И продолжил жевать.

— Ладно, — буркнул я, поправляя котарди. — Зато я сам себя понял. И меч понял.

Правда, меч?

Меч в ножнах тихонько отозвался. То ли согласился, то ли послал меня.

— Вот и отлично. Хоть кто-то в этом мире меня понимает, — заключил я, вздохнув

тяжело, пнул верблюда и вышел.

Я гордо зашагал к воротам, где уже ждали девушки. Они смотрели на меня с

недоумением.

— Ты с кем разговаривал? — спросила Кира.

— С мечом. С чем же ещё? — удивился я непониманию девушки.

— А… — Кира переглянулась с Дайной. — И что он сказал?

— В жопу бы вы шли, — пробурчал я с улыбкой.

Девушки уже переоделись в дворянские платья, и я как султан повёл всю эту

красивую толпу на прогулку.

Честно говоря, рынок был мелкий, и в основном торговля была оптом.

Мы потолкались с населением, нашли небольшой трактир, где решили перекусить и

выпить холодного пива. Да, именно холодного. Возле заведения «бил» небольшой

ключ. Местный хозяин обустроил небольшой бассейнчик, где охлаждалась куча

бутылей и бутылок.

К столу подскочил слуга, всем видом выражая готовность принять заказ.

— Я хочу рыбы, — ответил я на его безгласый вопрос.

— А они сами пусть… — Мне лень было заказывать на всех, не маленькие.

Я, зевая, оглядывал зал, и взгляд наткнулся.

— Грегор? — удивился я, встав из-за стола.

Купец услышал своё имя и повернул голову ко мне. На его лице я прочитал кучу

эмоций, из последних читалась радость. Собеседник Грегора — какой-то пьяный

купец, что-то мычал и мешался под ногами. Грегор просто толкнул его, перешагнул

через развалившегося в пиве и блевотине и растопырил руки в приветствии. Его

лицо светилось.

— Ричард! — выдохнул он.

Я не стал жать локти, как в этом мире привычно, просто подтянул купца к себе

за шкирку и обнял его.

— Рад тебе, друг! — честно признался ему.

Дун Грегор смешливо хлопал глазами и оглядывал меня.

— Ты жив, Рич?! — Он не верил своим глазам.

Пьяный купец, которого Грегор только что толкнул, зачем-то поднялся и,

пошатываясь, побрёл к нам. Видимо, хотел выяснить отношения.

— Это твой друг? — улыбнулся я, кивая ему за спину.

— Уже нет! — Грегор ухмыльнулся и неповоротливо врезал локтем в грудь

надоедливому торговцу.

Тот схлипнул и упал мешком. Мы, не обращая внимания на пьяное тело, подошли к

моему столу.

Дайна и Лиа, привстав со скамеек, поклонились купцу. Они были благодарны ему.

Только Кира приглашающе показала рукой Грегору место за столом.

— Я тебе жизнью обязан, получается? — Я налил нам в кружки уже тёплый эль.

— Я думал, ты меня убьёшь за это, — купец стеснительно улыбнулся.

— Ты же мне запретил тогда. Ты просто послал меня.

— Не ври. Я сказал «уезжай». Разница есть?

— Я боялся за вас…

— Слушай, если бы ты не сказал нулирам… — Я как-то не любитель говорить

«спасибо», но выдавил: — Ты поступил правильно. Я ценю это.

«Спасибо» я обошёл, но осадок остался.

Грегор посмотрел на меня и расхохотался.

— Ричард, ты не меняешься!

— Че не так-то?

— Забудь. Расскажи лучше, как ты тогда выжил.

— На хер, настроения нет, — я печально улыбнулся, подливая ему пиво в кружку.

— Тогда нулиры спасли нас. — Я говорил медленно, стараясь каждое слово ронять

по ценности золота. — Ты спас.

Купец покраснел и растерянно поглядел на меня.

— Ты преувеличиваешь, Рич.

— Да хрен там, — утвердительно сказал я, и мы встретились кружками.

— Я хочу сказать тебе… — Дайна не выдержала и вклинилась в разговор.

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — мягко ответил Грегор. — Мне достаточно

видеть вас живыми.

— Мы хотели что-нибудь прикупить тут, — прервал я затянувшуюся паузу.

— Ты про еду и корм животным? — устало спросил купец.

— Да про всё, наверное, — махнул я рукой, доливая эль.

— Это не проблема, забудь. Но вижу по твоим глазам: ты хотел что-то подарить

своим воительницам! — Его глаза смотрели на меня немножко с бесинками.

— Ну, да, — просто ответил я, улыбаясь.

— Идём за мной, Ричард. — Я бросил на стол серебрушку и последовал за Грегором.

— Побудьте здесь! — крикнул я девушкам и вышел во двор.

— У меня тут есть своё здание, типо оптовой лавки, — пояснил мне купец. —

Оазис небольшой, но мне повезло выкупить этот сарайчик. — Хмыкнул он.

Возле запертой двери сидел прямо в пыли охранник. На поясе у него висел

короткий меч без ножен, сам же он был одет в короткую белую тунику, на голове

обычный, отдельный капюшон. При виде купца он нехотя поднялся. Купец бросил ему

связку ключей и приказал отпереть замок.

Мы вошли в прохладное помещение, Грегор зажёг лучину и от неё поджёг два

масляных светильника. Неровный свет разогнал темноту в небольшом закутке,

уставленном стеллажами и сундуками. Рулоны тканей были сложены на деревянных

поддонах, накрытые шкурами.

Грегор достал небольшой ларец и высыпал содержимое на стол.

— Это из Кхарда, западного материка, — пояснил купец.

Я запустил пальцы в драгоценности и стал их ссыпать в ларец, любуясь мерцанием

драгоценных камней.

— Это гномы сделали? — восхищённо спросил я.

— Красный народ, — улыбнулся Грегор.

— Что это за народ?

— Они люди, у них красный оттенок кожи.

— Индейцы что ли? — хмыкнул я.

— Я не знаю, кто такие индейцы, но у них действительно красноватая кожа. Они

живут возле Глубоких озёр, там вода красного цвета.

— Золото красное, — заметил я. — Медь в нём?

— Точно, но немного.

— Мне эти серьги нравятся, это сапфир?

— Его путают многие с сапфирами, это голубой топаз.

— Есть таких три набора?

— Рич, как раз три и есть! — заулыбался купец. Он был рад угодить мне.

— Сколько за все серьги? — деловито спросил его.

— Тебе уступлю без наценки, — гордо сказал он.

— Ээ, не пойдёт так, давай хоть что-то нацени, а то обидишь!

— Хорошо, двадцать четыре дракона за всё!

Я подозрительно посмотрел на него, моя «жаба» осуждающе квакнула.

— Мне они достались за двадцать два дракона! — развёл он руками.

— Хорошо, вот твоё золото.

Я отсчитал ему крупные монеты и с тайным вздохом подвинул ему кучку.

— Это хороший подарок, Ричард, ты не прогадал, — успокоил меня он.

— Ты в Равен едешь? — спросил меня друг.

— Мне нужно Кириуса увидеть.

Я сказал это нейтральным тоном, но купец что-то уловил в моей интонации и

просто хмыкнул.

— В оазисе есть маги? — Я вспомнил о своих арбалетах, и мне захотелось их

обезопасить от шпионажа.

— Тут всегда есть два мага, — Грегор почесал свой нос и удивлённо посмотрел на

меня. — Ты же сам маг! Зачем они тебе?

— Ну, маг я так себе, — схитрил я. — Нужно просто поговорить с ними.

— Ну, на западной стороне «острова», домик у них. Академия тут неплохо

зарабатывает, здесь постоянно находятся их маги.

— Купцы им платят, — догадался я.

— Защита нужна нам, — пожал он плечами.

— Ладно, спасибо тебе за товар, пойду я. — Хлопнул его по плечу, я вернулся в

таверну за девушками.

Мои дамы были навеселе. На столе перед ними я увидел три кувшина, заглянув в

них, я понял: они выдули не меньше двух литров вина.

— Ты выпьешь с нами? — заплетающимся голосом спросила Дайна.

— А я отказывался когда-нибудь? — развеселился я.

Я положил на стол бархатную тряпицу и посмотрел на девушек. Дайна и Лиа, как

гусыни, вытянули шеи и смотрели на свёрток.

— Что там? — Кира спросила меня. На её лице появилась хитрющая улыбка. Её рука

потянулась к ткани.

Я нещадно хлопнул её по руке и ухмыльнулся.

— Риич! — обиженно надула губки Кира.

— Ладно, смотрите! — Я развернул ткань.

Драгоценности блеснули благородным цветом от стоящей рядом свечи.

— Ох! — вздохнула Лиа и прижала руки к груди.

— Ого! — прошептала Дайна.

— Тут одинаковые серьги, — тихо сказала Кира и взяла в руки одну серёжку. —

Красота какая! — вздохнула она. — Это нам?

— Да. — Я сиял как медный поднос и был рад произведённым эффектом.

Кира тут же выбрала из кучки вторую серьгу и уже прицепляла себе на мочки

ушей. Дайна посмотрела на меня, молча спрашивая разрешение, я только кивнул и

посмотрел на Лию. Девушка сидела красная. Она застеснялась.

— Смелее! — сказал ей и подтолкнул к ней бархат с украшениями.

— У меня слов нет, Ричард! — Кира вертелась перед медным подносом, который

держала перед ней Лиа.

Девушки по очереди совали свои возбуждённые мордашки к подносу. Получив порцию

поцелуев в щёчку от девчонок, я поднялся.

— Вы сидите тут, мне нужно встретиться кое с кем, — произнёс я.

На меня никто не обращал внимания, девушки были заняты своими серьгами. Я

молча вышел из зала.

Сая уже клонилась к закату, жара стала отступать, а дальше и так понятно, что

будет. Холод.

Магов нашёл я быстро. Это было то же место, где меня спасали от запоздалой

инициации. Маги были незнакомы мне, но на их груди были золотистые знаки

академии Равена. Золотые листья.

Маги были молодыми, наверное, не так давно окончили академию, скорее всего, их

сюда направили по распределению. Догадаться было несложно, они были одеты

небогато, скорее всего, их обучение было бесплатно. Я знал от магистра Джазла,

что одарённых могли брать на учёбу бесплатно, только приходилось за это

отрабатывать двадцатипятилетием службы на благо королевства.

Я представился магам и попросил их сделать для меня магпредметы.

— Господин Грэй, — пробасил молодой маг. — Я вас правильно понял? Вам нужны

именные заклятия на оружие, чтобы никто не мог им воспользоваться, кроме

хозяина?

— Именно так, почтенный маг.

— Я могу такое заклинание наложить на оружие, но понимаете, это недёшево

стоит. — Молодой человек изо всех сил хотел показать свою значимость, но для

меня это выглядело немного комично.

Я вздохнул.

— Не надо накладывать на оружие! — нетерпеливо сказал я ему. — Сделайте мне

артефакты, и я сам их вставлю!

Глаза мага округлились.

— Но позвольте! Нужны дорогие самоцветы, если хотите, чтобы заклинание

держалось годами!

Я положил перед ним на стол восемь крупных чёрных жемчужин. Оба мага открыли

рты и недоверчиво посмотрели на меня.

— Это то, что я думаю? — выдохнул один из них.

— Я не знаю, что ты думаешь, но это чёрный жемчуг. — Я откровенно развлекался,

разглядывая их лица.

— Но позвольте узнать, что это за оружие, которое вы так…

— Вы назовите цену и последствия заклятия, — перебил я мага.

— Вам восемь заклятий, восемь оружий, — пробормотал молодой маг. — Сорок

золотников вас устроит? — спросил меня обнаглевший молодой человек.

Я понимал его запросы, перед ними лежало сокровище, а значит, хозяин этого

небедный.

— Хорошо, — проговорил я и быстро добавил: — Половину серебром!

— Да хоть тинами! — улыбнулся маг. — Лишь бы было равноценно сорока

золотникам, или, если вам угодно, четырём драконам.

Я взял с него магический свиток-расписку в получении жемчуга и, пожав ему

локоть, обещал прийти завтра после обеда.

Пока я ходил, Кира оплатила комнату с проживанием. Таверна была маленькой,

комнат мало, вот и пришлось ютиться. Девушки поделили комнату на две, растянув

какое-то покрывало, вбив гвозди в стену. Я только покачал головой и улёгся на

шкуры, постеленные на полу. Единственную кровать заняли Кира с Дайной. Лиа же

облюбовала себе сундук, накрытый толстой шкурой.

На другой день я уже сидел с высунутым языком, старательно делая отверстия.

Утром я купил на рынке сверло с инструментом, похожим на нашу ручную дрель, и

аккуратно сверлил приклады на арбалетах. Я просто спрятал по жемчужине в каждом

самостреле, вставил деревянные чопики и смазал клеем.

Маг огня мне объяснил действия заряженных жемчужин. «Хозяин» оружия своей

искрой должен соединиться с артефактом, и тут всё просто. Если чужой возьмёт в

руки твоё оружие без согласия, оно просто сгорит или оплавится, если это меч.

Получается, его украсть будет невозможно. Меня это полностью устраивало.

— А когда мы будем стрелять из этого уродского оружия? — спросила скептически

Дайна.

Воительница с детства пользовалась луком, и новое оружие ей не нравилось.

— Сама дура, — буркнул я. — Зови всех, будем настраивать арбалеты под вас.

Девушка фыркнула и вышла из комнаты.

— Ногу ставишь в стремя, ясно? — командовал я, заставляя Киру натягивать

тетиву на самостреле. — Щелчок слышишь? Теперь всё. Клади в бровку болт!

— Ты про короткую стрелу? — недоверчиво спросила девушка.

— Да, короткая стрела.

Девушки смотрели молча на наши манипуляции. В глазах Лии читалось еле

прикрытое презрение к новому оружию.

— Ну и зачем нам оно? — вздохнула Дайна. — Пока зарядишь его, я уже три-четыре

стрелы пущу!

— Помолчи, а? — устало ответил ей. — Видишь эту железяку сверху? — обратился к

Кире. — Это спусковой рычаг. Сначала метишься, вот сюда смотри! Ловишь цель и

совмещаешь…

Кира сразу уловила смысл, прижала приклад к плечу и нажала большим пальцем на

спуск. Болт взвыл и устремился к дереву.

— Ого! — восхитилась Лиа. — Так легко рыцаря пробить!

— А то! — возрадовался я её пониманию.

Дайна смотрела исподлобья.

— Ладно, дай попробую! — нехотя сказала она.

Настроить на каждого заклятия в жемчужине не составило труда, девушки быстро с

этим освоились.

— Да, это оружие медленное, но оно сильное, — согласилась Кира. Она улыбалась.

— Такого я не видела.

— А то! — повторился я. — Зови Орлика с бойцами, — сказал я Дайне, заряжая

арбалет. — Пора и им освоить это чудо-оружие! — ухмыльнулся я.

Орлика с двумя воинами пристроил к себе Грегор, они ночевали у него в шатре.

Купец рад был чем-то помочь мне, он ценил дружбу, наверное, больше, чем я. Я

как человек 21 века, с другого мира, отличался от них, и мне от этого было

немного стыдно. Но этого никто не знал.

Мы до вечера стреляли по деревьям, испортили два десятка болтов, но я не был

расстроен, главное, все получили какой-то навык. А болтов у нас было ещё пару

сотен.

Утром мы рассчитались с хозяином таверны, тепло попрощались с Грегором и

двинулись в пески. До западного форта был всего один дневной переход, там мы

должны были продать верблюдов и в течение другого дня увидеть стены красного

города. Города Равен.

Мы без приключений пересекли пустыню, в форте не задержались, пополнили запасы

овса и припасов, поменяли верблюдов на сменных лошадей и в тот же день

продолжили путь. Переночевали возле небольшого озерца, где Лиа умудрилась

наловить карасей. Я их так окрестил, а девушки их звали Пандиками.

На следующее утро мы выехали на холм, с которого Равен был как на ладони. От

стен в разные стороны от шести ворот пролегали тракты, которые терялись вдали

меж небольших рощ. Движение телег и пешего люда в эту весеннюю пору было много.

Вдоль тракта стояли лавки с торговцами, корчмы и прочие забегаловки.

К городу мы подъехали ближе к обеду. Заплатив пошлину, въехали в ворота,

спешились и повели коней. Народа было не протолкнуться, я искал дорогу к замку

короля. Орлик с двумя бойцами остался с лошадьми у ворот. Я сказал, что найду

замок, узнаю, где Кириус, и вернусь.

— Господин Грэй?

Я рассеянно оглянулся на голос.

— Да, это я.

Передо мной стоял воин в чине капитана, его воины деловито взяли нас в кольцо.

— Я не понял? Че надо? — я стал закипать.

— Вы арестованы!

Лицо Киры вспыхнуло яростью. Дайна бесцеремонно толкнула офицера и угрожающе

потянула из-за спины клинки. Я рукой остановил её.

— В чем дело? — спокойнее спросил капитана, боясь спровоцировать своих

воительниц.

— Вы обвиняетесь в убийстве знатных дворян! — бесстрастно ответил офицер.

— Вы обвиняете героя войны! — возмутилась Кира.

— Хорош герой, — нагло ухмыльнулся капитан. — Потерявший свой полк.

Мне в голову ударила ярость. Я просто нанёс ему прямой удар ногой в грудь. Его

тело оторвалось от земли и в полёте, сметая спиной своих воинов, улетело в

толпу собравшихся зевак.

— Ты совсем ох..л, придурок? — зарычал я, доставая меч.

«Удар полуцикла — это удар кувалдой».

— Прекратить! — услышал я окрик.

Разгоняя толпу плетьми, в мою сторону двигалось с полсотни всадников.

— Оружие на землю! — рявкнул бородач.

— На хер не пошёл бы ты? — озадаченно спросил нового противника.

Мне в грудь нацелились с десяток луков.

— Рич, опусти меч, — шепнула мне Кира. — Разберёмся, я пойду к королю…

— Вы убили двух знатных дворян, — старый служака кивнул на пергамент. — Приказ

Прево. Вот бумага.

— Это была дуэль! — возмутилась Кира. — Архимаг свидетель!

— Ни короля, ни архимага нет в городе, — усмехнулся старик. — Так что

разбираться будет Прево.

— В жопу его себе засунь! — возмутился я.

— Ваш меч! — произнёс помятый капитан, которого я пнул. Его лицо пульсировало

пятнами, он был зол от унижения.

Я сразу вспомнил фильм про д'Артаньяна. Нет, я не собирался петь

«пара-парадуемся», просто вспомнил сюжет, где герой пафосно достал шпагу,

обозвал соседа щенком и переломил об колено клинок.

— Щенок! — прохрипел я в лицо седому капитану, который был старше меня на

столетие. Я треснул себя плоской стороной меча об колено.

Меч радостно взвыл, но не переломился. Я тихонько скульнул от боли, но не

растерялся… Взмахнул и выкинул за спину свой клинок, чтобы не достался врагу.

Обернулся и взглядом проводил в полёте своё оружие. Тот блеснул в лучах Саи,

поймал центр тяжести и, развернувшись, понёсся к земле остриём вниз.

Кира охнула. Дайна матернулась, а Лиа восхищённо смотрела, как меч вонзился в

задницу осла, который вёз телегу с навозом.

Осёл дико заорал, толкнул мордой хозяина. Опрокинув телегу с говном, животное

задрало хвост и помчалось в толпу горожан с моим мечом в жопе.

Я заворожённо смотрел вслед удирающему ослу.

Я успел крикнуть:

— Лиа, мой меч!

Девушка, не раздумывая, рванула в толпу за ослом, который с моим клинком в

жопе удирал по улице, снося лотки и распугивая горожан.

В это же время в толпе зевак замелькали знакомые лица. Орлик с двумя бойцами

пробивался сквозь народ, расталкивая людей плечами. Их было трое против

полусотни всадников и десятка лучников, которые уже натянули тетивы.

Кира сделала шаг вперёд, её рука потянулась к клинку. Дайна напряглась.

— Стоять! — заорал я. — Не лезьте! Это приказ!

Орлик замер. Его лицо исказилось, руки сжались в кулаки. Он понимал, что если

они ввяжутся — их просто перебьют. А потом убьют и меня.

Кира посмотрела на меня. В её глазах была ярость, боль и понимание. Она знала,

что я прав. Если они начнут бойню в центре столицы — нас всех объявят

преступниками. И тогда уже никто не разберётся, где правда.

Она медленно опустила руку. Орлик машинально шагнул вперёд, прикрывая госпожу

собой.

— Я найду Кириуса, — прошептала она. — Я найду его, слышишь?

— Найди, — кивнул я.

На моих руках повисли стражники, и кто-то третий подбил меня под колени,

уронив меня мордой в пыль. Меня поволокли, при этом стукнули по голове чем-то

тяжёлым.

Последнее, что я увидел — как Кира стоит в толпе, сжав кулаки, а Орлик перед

ней, заслоняя от лучников. А вдалеке, среди горожан, мелькала спина Лии,

которая гналась за ослом с моим мечом.

Я очнулся в тёмном каземате, голова страшно болела. Хотелось пить.

«Пипец я встрял, — тоскливо подумал я. — Они что-то говорили про убийство,

наверное, это про ту злосчастную дуэль».

Меня затошнило, и я отрубился.

Но утро всё равно пришло, хотя не ждал. Да и как понять — утро это или нет?

А понял я банально.

Скрип тяжёлой двери, хмурый стражник в фартуке, заляпанном кровью, зыркнул

взглядом по моей камере и услужливо пропустил тщедушного человечка в серой

одежде.

— Господин Грэй, — он сначала прокашлялся. Его слюни, летящие во все стороны,

я заметил благодаря еле пробивающим лучам Саи сквозь узкое оконце сверху камеры.

— Ты бы кашлял в себя, придурок, — борзанул я. Но зря…

— Суд через три дня! — радостно огласил человечек. — Вам вменяется убийство и

порча имущества движимого.

Он многозначительно посмотрел на меня и добавил:

— Вы нанесли ущерб торговцу Дайнелю, ранив его осла.

Прево нервно почесал кровоточащую бородавку на носу, сковырнул с неё корку и

почему-то сунул её себе в рот.

Позывы рвоты я не удержал, блеванул от души, окатив его руку.

Тот спокойно вытер ее о плечо стражника, понюхал свою руку, потом по-лисьи

рассмеялся и радостно договорил:

— Вы дворянин, вам как благородному отрубят голову!

— Ты всё сказал? — тоскливо спросил его.

Тот просто улыбался. В его глазах плескалось счастье. Он видел в цепях

дворянина, и его, безродного, тешило его эго и самолюбие. Власть.

— А теперь пошёл на хер отсюда! — рявкнул я.

Конец 17-й главы.