Читать книгу: «Лето, когда я выбрал её»
Глава 1
Лазурный берег встретил их слепящим июльским солнцем, терпким ароматом средиземноморских сосен и горячим воздухом, пропитанным морской солью. Над бухтой лениво кружили чайки, а из открытых окон ресторана доносилось едва слышное французское: «Bienvenue, monsieur». Панорамная терраса пятизвездочного отеля в Кап-Ферра словно нависала над Лигурийским морем. Внизу, у частного пирса, медленно покачивались белоснежные яхты, а вода переливалась всеми оттенками лазури.
Алексей стоял у ограждения виллы. Опираясь на прохладный мрамор он ленивым взглядом рассматривал прилежащую к отелю территорию. Морской ветер порывисто трепал расстегнутые полы белой рубашки, еще больше оголяя идеально сложенное тело, но Лёша этого даже не замечал. Он поправил дорогие часы – подарок матери, а затем глотнул минералки из стакана, который сжимал в руке. На днях ему исполнился двадцать один год и у него было абсолютно все, о чем только могли мечтать его ровесники: безлимитные карты, лучшие машины, обучение в престижном вузе и отдых на одном из самых дорогих курортов Европы, который отец подарил ему тоже на день рождения. Вот только внутри не было ничего, кроме глухой, сжигающей досады, которая тисками давила по ребрам.
– Я же сказал, закрывайте сделку до конца недели, – донесся из тени плетеного навеса сухой, не терпящий возражений голос отца. – Если юристы с той стороны сомневаются, напомните им, с кем они имеют дело. Никаких переносов.
Лёша даже не стал оборачиваться. Он и так с закрытыми глазами мог представить эту картину: отец, Дмитрий Сергеевич, в безупречно отглаженной льняной рубашке, несмотря на тридцатиградусную жару, сидит за массивным столом из орехового дерева. Перед ним стоит раскрытый ноутбук, лежат два постоянно вибрирующих телефона и папка с распечатками.
Этот отпуск должен был стать семейным. Лёша искренне надеялся, черт возьми, он действительно почти поверил, что хотя бы здесь, за тысячи километров от дома, отец выключит режим «главы корпорации» и вспомнит, что у него есть семья. Но за первые же сутки все вернулось на круги своя.
– Дорогой, ты бы хоть в бассейн окунулся, – послышался голос матери.
Она была тут же: лежала на шезлонге под большим зонтом, в широких солнцезащитных очках и шелковой накидке. В ее руке изящно поблескивал высокий бокал с мартини и оливкой. Мама давно поняла: бороться с рабочим графиком мужа бесполезно. Проще научиться абстрагироваться и жить рядом с его работой. Что она и делала в данный момент, превращая пофигизм в изысканное искусство.
– Позже, Елена, – отмахнулся отец, даже не подняв глаз от экрана. – У меня звонок с Советом через десять минут.
Лёша сделал еще один глоток, и ледяные кубики тут же тихо зазвенели о стекло стакана. Ему уже казалось, что он задыхается. Но вовсе не от французского зноя, а от этой безукоризненной, идеальной и абсолютно мертвой жизни.
Отец уже все спланировал за него. На шаг, на два, на десять лет вперед. После окончания школы отец сам выбрал университет и направление. Алексей поступил в один из ведущих международных университетов на направление международной безопасности и стратегического управления. После универа ему предстоит пройти стажировку в департаменте корпорации, постепенно войти в совет директоров и однажды возглавить семейную империю. Чтобы стать продолжением его самого. Управление семейным бизнесом, а заодно и той огромной, скрытой от чужих глаз структурой, о которой Лёша лишь догадывался смутно, – было не предложением. Это был приговор, который обжалованию не подлежал.
Даже этот отпуск отец постарался организовать так, чтобы у сына не возникло ни единой бытовой причины жаловаться. Еще до их прилета он арендовал для Лёши графитовый Bentley Continental GTC – роскошный кабриолет, который должен был стать очередным подарком к двадцать первому дню рождения. Машина ждала его на подземной парковке отеля, идеально вымытая, с блестящими дисками и кожаным салоном, пропитанным дорогим ароматом кожи. Отец сказал об этом буднично, словно речь шла о заказанном трансфере: «Пользуйся, пока мы здесь». Лёша тогда лишь усмехнулся и забрал ключи. Конечно, он был рад машине, было бы странно не радоваться. Но где-то внутри уже давно сидело раздражающее ощущение: даже свободу ему выдавали вместе с ключами, заранее решив, какой именно она должна быть.
«Ты должен стать достойным преемником, Алексей», – эта фраза звучит в его голове, наверное, с пеленок.
Лёша зажмурился. Внутри вспыхнуло знакомое, дикое желание: послать все к черту, бросить стакан, спуститься на подземную парковку, прыгнуть за руль бешеного Бентли, с тяжелым табуном лошадей под капотом, и просто утопить педаль в пол. Уйти на бесконечную трассу. Туда, где нет чужих ожиданий, а есть только он, рев мотора и скорость, которая заставляла сердце биться так, будто он реально жив.
За последние полгода это ощущение – желание сорваться в ночь и просто ехать без маршрута и цели – возникало все чаще и чаще. В мышцах то и дело появлялся странный, голодный зуд, а на тренировках реакции становились пугающе точными. Недавно он поймал падающую со стола чашку еще до того, как его мозг успел осознать, что она летит вниз. Он списывал все на спортзал, недосып и адреналин. Другого объяснения у него просто не было.
– Пойду пройдусь, – буркнул Лёша, не рассчитывая, что его кто-то услышит.
Мать лишь грациозно взмахнула тонкой кистью, а отец даже не оторвал взгляда от документов.
К вечеру жара спала, уступив место бархатным сумеркам. Прохлада подкрадывалась с моря, а в отеле уже зажгли мягкие золотистые огни.
Лёша возвращался через центральный холл. Огромный, с высоким мраморным сводом, он окутывал желанной прохладой и пустотой. У стойки консьержа негромко прозвучало французское:
– Bonsoir, monsieur.
Лёша даже не кивнул в ответ – прошел мимо. Ступая по холлу в бежевых кедах, он двигался совершенно бесшумно, так как натуральный камень хорошо глушил шаги.
Направившись к лифтам, Лёша случайно зацепился взглядом за двух мужчин у далекой панорамной колонны. Одним из них был его отец. А вот второй…
Лёша мгновенно замер. На вид незнакомцу было не больше тридцати. Строгое лицо с безупречно выверенными чертами, будто высеченное из светлого камня, с точеными скулами и короткой аккуратной стрижкой. Но Лёшу поразило вовсе не лицо, а другое: на парне был идеальный, явно сшитый на заказ темно-угольный тройка-костюм. Совершенно не пляжный, безупречно застегнутый, с тонким белоснежным воротничком рубашки и строгим галстуком. Он смотрелся среди пальм и морского пейзажа так же чужеродно, словно случайно оказался не в том времени и не в том месте.
Но даже и это было не самым странным. Самым странным была не одежда. Алексея зацепило поведение его отца.
Дмитрий Сергеевич был человеком, перед которым лебезили чиновники и бизнесмены. Он слыл жестким до хруста костей лидером, который при этом обладал идеальной осанкой и всегда держал спину ровно. Сейчас же его отец стоял перед этим молодым мужчиной слегка наклонив голову. В его позе не было страха, вовсе нет. В ней прослеживалась подчеркнутая, почти военная, глубокая уважительность. Словно он разговаривал не с партнером по бизнесу, а с монархом.
Лёша нахмурился и сделал шаг ближе, чтобы спрятаться в тени массивной пальмы.
Разговора было не разобрать из-за тихо журчащего фонтана, но Лёша неожиданно поймал себя на странном чувстве. Во рту мгновенно пересохло. На побережье Франции стоял теплый июльский вечер, но в радиусе вокруг этого человека в костюме воздух казался ледяным. Настоящий физический холод, от которого на руках Лёши внезапно дыбом встали мелкие волоски.
Все произошло раньше, чем он успел испугаться. Будто повинуясь инстинкту, о существовании которого Лёша и не подозревал, внутри него все скрутилось в тугой комок и сжалось. Мышцы натянулись, как струны и налились тяжестью. Спина напружинилась. Где-то глубоко внутри вспыхнуло почти болезненное желание шагнуть вперед и закрыть отца собой от этой невидимой, но давящей опасности.
В этот момент человек в костюме, не прерывая свой спокойной монолог, едва заметно повел головой в сторону. Его взгляд лишь на долю секунды, буквально на одно мгновение, скользнул по тенистой пальме и встретился с глазами Алексея.
Лёшу будто током пробило и бросило в пот. Глаза незнакомца были не просто темными. Ему показалось, будто в глубине темных глаз на мгновение мелькнул теплый золотистый блик.
Лёша моргнул и тряхнул головой. Мужчина в костюме уже снова спокойно смотрел на отца, чуть заметно кивая ему. Лёша сжал кулаки, чувствуя, как бешено колотится сердце в груди. Он перевел дыхание, с трудом заставив себя расслабить затекшие плечи.
«Кто это, черт возьми, такой?..» – пронеслась в голове тревожная, липкая мысль.
Лёша еще не знал, что именно с этого вечера его беззаботный отпуск закончился так и не успев толком начаться. Хотя море за окнами по-прежнему шумело так же спокойно.
