Цитаты из книги «Год в Провансе», страница 12

Двигая челюстями, мы с женой вспоминали множество предыдущих встреч Нового года. Большинство из них происходило под покрытым непроницаемыми, черно-серыми тучами английским небом. Сейчас, глядя на безупречную лазурь над головой и залитую солнечным светом улицу, мы с трудом верили, что на календаре первое января,

Рассказывают, что во время заседания Сталина, Рузвельта и Черчилля в Тегеране британский министр иностранных дел Энтони Иден передал своему патрону записку. Черчилль прочитал, что-то наскреб на ней и возвратил министру, который, ознакомившись с текстом, разорвал ее и выбросил в мусорную корзину. Вполне естественно, что после окончания заседания сталинская охрана извлекла клочки, сложила их и прочитала: «Уинстон, у вас расстегнута ширинка!» - «Энтони, старый орел не выпадет из гнезда». Пожалуй, это проявление английского лицемерия, замешанного на чувстве собственного достоинствам.

Регби - это зверская игра, в которую играют джентльмены; футбол - игра для джентльменов, в которую играют звери; американский футбол - зверская игра, в которую играют звери.

Писательница Одетта Кейн застыла около общественного туалета в центре Лондона, пытаясь вникнуть в суть надписей «Джентльмены один пенни. Мужчины бесплатно». «Леди один пенни. Женщины бесплатно», к мадам даже подошел полисмен и деликатно поинтересовался, имелось ли у нее пенни.

Писательница Одетта Кейн застыла около общественного туалета в центре Лондона, пытаясь вникнуть в суть надписей: "Джентльмены одно пенни. Мужчины бесплатно", "Леди одно пенни. Женщины бесплатно".

Кулинарное искусство - отражение личного образа жизни, зашифрованная версия всего, что издавна сохранилось у тебя в генах.

Национальным праздником англичан считается 23 апреля - День святого Георгия. Но ведь он и наш святой, это и московский покровитель: правда, раньше его затмевало рождение Ленина 22 апреля, но всё же 23 апреля наш общий день, хотя несколько подмоченный рождением Адольфа Гитлера (но Бог милостив и уравновесил зло рождением Уильяма Шекспира и Владимира Набокова).

Равнина. Трубы. Входят двое. Лязг

сражения. «Ты кто такой?» - «А сам ты?»

«Я кто такой?» - «Да, ты». - «Мы протестанты».

«А мы католики». - «Ах вот как!» Хряск!

Потом везде валяются останки.Это из «Двадцати сонетов к Марии Стюарт» Иосифа Бродского.

Гостеприимство процветает в шатрах, живет в маленьких домах у ручья, но увядает в домах из бетона. 

Я люблю ходить в пустыню без фляги – с тем, чтобы умирая от жажды, едва дотянуть до ключа, припасть к нему и напиться всласть. Такой мне представляется и вся жизнь – пустыня, а в ней источники. Я и по жизни иду без фляги и, может быть, однажды не дотяну до источника – до источника воды, до источника денег, до источника любви. Этой роковой неуверенностью платишь за свободу от ноши. Но когда поддаешься искушению остаться у источника, ты вспоминаешь о прочих, еще не изведанных – и идешь дальше.