Цитаты из книги «Заир», страница 7

Как бы ни строились человеческие взаимоотношения, самое главное в них - это разговор.

Всегда нужно знать, когда заканчивается очередной этап твоей жизни. Замыкается круг, закрывается дверь, завершается глава - неважно, как ты это назовешь, важно оставить в прошлом то, что уже принадлежит прошлому.

Вначале была стена. Потом ее использовали для постройки часовни. Прошли десятки лет, и часовня превратилась в церковь. Минул еще век, и церковь стала готическим собором. Он познал мгновения славы, потом начал кое-где разрушаться, потом какое-то время пребывал в забросе, пережил не одну перестройку, исказившую его структуру, и каждое следующее поколение считало, что уж оно-то решило задачу, - и перекраивало первоначальные замыслы. И с течением лет тут пристроили стену, там убрали балку, где-то еще укрепили опоры, а витражи то закрывали, то открывали вновь. Собор же перенес все. Я прохожу вдоль его каменного остова - нынешние архитекторы уверяют, что нашли наилучшее решение. Повсюду металлические опоры и крепления, собор - в лесах, грандиозные планы на будущее, сдержанная критика того, что сделано предшественниками.

И вдруг, когда я остановился посреди центрального нефа, меня осенило: собор - ведь это же и я сам, и каждый из нас. Мы растем и меняем очертания, мы обнаруживаем в себе слабости и недостатки, требующие исправления, и не всегда находим наилучшее решение, но, несмотря ни на что, пытаемся стоять прямо и правильно, оберегая не стены, не окна и двери, но пустое пространство внутри - пространство, где мы лелеем и чтим все, что нам важно и дорого.

Да, это несомненно: каждый из нас - храм. Но что заключено в пустом пространстве моего храма?

Мари, представь - двое пожарных входят в лес, чтобы потушить небольшой пожар. Потом, сделав свое дело, они садятся на берегу реки. У одного лицо- все в саже, пепле и гари, а второй- чист, как херувим. Вопрос: кто из двоих вымоет лицо?- Глупый вопрос: кто выпачкался, тот и моется.- Ответ неверный: он поглядит на своего товарища и решит, что и сам выглядит так же. И наоборот: тот, кто чист, поглядит на своего товарища и скажет себе: я перепачкался, надо вымыться.- К чему ты это?- К тому, что, пока лежал в больнице, понял: в женщинах, которых я любил, я всегда искал самого себя. Я глядел в их чистые свежие лица и видел в них собственное отражение. А они видели пепел и сажу на моем лице и, как бы умны и уверены в себе ни были, тоже в конце концов начинали отражаться во мне и считать себя хуже, чем есть на самом деле. Пожалуйста, не допусти, чтобы это случилось с тобой.

"Голос сказал мне, а я повторил ей: преображение одного человека равносильно преображению всего рода человечества".

На войне моя жизнь обретает смысл. Там бывает негде вымыться, ешь из солдатского котла, спишь не больше трех часов, а потом просыпаешься от пальбы, там в любую минуту кто-то может бросить гранату... но все это обостряет ощущение жизни. Понимаешь? Ты ежеминутно, ежесекундно ощущаешь, что живешь. Там нет места печали, унынию, сомнениям — ничему нет места, кроме огромной любви к жизни.

Он сказал, что мое прошлое всегда будет неразлучно со мной, но если мне удастся отринуть события, то я пойму - в настоящем всегда есть огромное, как степь пространство, которое можно заполнить

...не надо искусственно приближать то, для чего еще не настало «время сшивать».

Благодать не прибережешь на черный день. Нет такого банка, куда можно положить ее на депозит, чтобы использовать потом, когда снова будешь с самим собой в мире. Если немедля не извлечешь из нее доход, она пропадет.

С чего вы решили, что ваши усилия должны быть вознаграждены покорностью, благодарностью, признательностью человека, которого любите? Вы пришли сюда, потому что таков был ваш путь, а не за тем, чтобы покупать любовь своей жены.