Читать книгу: «Злодеи всегда проигрывают»

Глава 1

«Кейн торжествовал. Он загнал врага в угол. Сколько лет он шел к этой цели? С того самого дня, как от руки Теодора погибла сестра. И теперь убийца перед ним. Осталось только призывать магию – она сверкала на кончиках пальцев, готовая превратить это чудовище в прах. Одно движение, одно слово…

– Почему ты медлишь? – С извечной насмешкой спросил Теодор. В черных, как бездна, глазах не было ни капли страха.

Кейн не знал ответа. Да, Теодор был злом. Но сам-то Кейн – не был. Вправе ли он судить? Вправе лишать жизни?

– Трус. Ты всего лишь жалкий трус, который боится взглянуть правде в глаза, – выпалил Теодор, отступая к краю обрыва. Что он задумал? Надеется сбежать? Эта мысль отрезвила Кейна. Ведь если он сейчас не…»

Звонок телефона. Да чтоб всем провалиться! Я подхватила мобильный. «Ритка», – высветилось на экране. Лучшая подруга, называется! Знает, что ровно в восемь сажусь за ноутбук, так нет же, опять спугнула вдохновение.

– Да, – нажала на мерцающую трубку.

– Ника, ты там уснула на своем ноуте, что ли? – Гаркнула подруга, и я поморщилась. – Совесть имей!

– Что уже стряслось? – Раз Ритка звонит, значит, что-то и правда случилось. Иначе она бы не рискнула попасть в мой черный список.

– Я тут такое узнала! Сегодня – ночь исполнения желаний. Надо загадать желание, и…

– Рита, – перебила подругу, – тебе сколько лет?

– Столько же, сколько и тебе, – голос Ритки зазвучал обиженно. – Двадцать пять уже месяц как.

– А ты в исполнение желаний веришь, в магию-шмагию.

– А ты пишешь про магию-шмагию, я же молчу! – Вместо того, чтобы сдаться, Рита перешла в контрнаступление. – Это ведь шанс! Ты же хотела, чтобы твою книгу хоть кто-то издал. Вот и загадай! Вдруг исполнится? Я тоже буду. Загадаю, чтобы Юра обратил на меня внимание.

– У Юры есть девушка, – напомнила безнадежно – Риту не переубедить.

– И что? Люди с женами разводятся. А тут – девушка. Сегодня одна, завтра другая. В общем, Юрка от меня не уйдет!

О том, что её коллега для Риты просто удобен, я упоминать не стала. Рита никогда не верила в любовь. Зато верила в то, что из любых отношений можно извлечь выгоду. А у Юрки – золотая голова, он для фирмы неоценим, и Рита каждый раз обращается к нему за помощью. Вот и решила, что нельзя такого мужика упускать. Расчет, кругом один расчет. Даже как-то грустно стало.

– Ну так что, Ника? Загадываем? – не успокаивалась подруга.

– Загадываем, – ответила только, чтобы Рита оставила меня в покое. – А теперь прости, у меня рукопись.

– Ника, рукопись подождет…

Я отсоединилась. Знала, что Рита поймет. И даже не обидится. Ритка не первый год наблюдала за моими творческими муками. И полной их бессмысленностью. Какая это книга по счету? Кажется, восьмая. И с каждой новой книгой я понимала одно – никому они не нужны. Никому, кроме меня. Поэтому и продолжала изо дня в день стучать по клавишам, придумывая чью-то жизнь. Почему? Потому что в реальности было серо и скучно. Вот, например, Кейн, главный герой книги под временным названием «Правда на стороне победителя». Название мне не нравилось, поэтому и собиралась его поменять. Потом, когда допишу. Если допишу… Так вот, Кейн воплощал в себе тип мужчины, которого хотелось видеть рядом. Сильного, смелого, готового подставить плечо в трудной ситуации. Такого, который не предаст и не станет прятаться за мою спину, как бывший парень. Только возникли проблемы – «Никочка, помоги, умираю»! И Никочка летела на помощь, чтобы потом узнать, что вместе с Никочкой была еще и Верочка. И Наташа на примете. Встретить бы такого, как Кейн. Чтобы за меня и в огонь, и в воду. Увы, перевелись парни, видимо. Или это со мной что-то не так? Может, это я – неудачница? Ни парня, ни карьеры, ни творческих достижений. Ни-че-го.

Зато врага я Кейну придумала – закачаешься! Хитрый, как демон. Только Кейну кажется, что победа близко, Теодор уже на десяток шагов впереди. Уходит прямо из-под носа. Темный маг, проклинает всех направо и налево. Убил сестру Кейна. Конечно, с Теодором тоже не все так однозначно. И детство у него было тяжелое, и мать-психопатка пыталась избавиться от единственного сына всеми возможными способами. До сих пор пытается. Но и сынок – ей под стать. Зло во плоти. Умное, расчетливое зло, которое привыкло побеждать. Ничего, еще десяток глав – и Теодор падет в битве с Кейном. А пока…

Повернулась к ноутбуку. На чем я остановилась? «Ведь если он сейчас не остановит Теодора, Луиза так и останется неотомщенной».

Свет мигнул – и погас, оставив меня в темноте. Только монитор еще светился – хорошо, хоть ноут успела зарядить, а то осталась бы без главы. Катастрофа! Быстро сохранилась и пошла за свечкой. Что поделать? Свет в доме отключали часто, поэтому спички и огарок свечи всегда находились под рукой. Под ноги попался кот – и я полетела вперед, наступая на чей-то рыжий хвост. Кот завопил – и прыгнул вбок, а я приложилась лбом об дверь, даже искры из глаз посыпались.

– Муз, зараза! – шикнула на кота. – А если бы убилась?

Кот, конечно, не ответил. Зажгла свечу и ощупала лоб, на котором уже наливалась шишка. Да что за день-то такой? Быстро достала из холодильника мороженую куриную грудку и приложила ко лбу. Села за стол и тихо всхлипнула. Себя стало жалко. Так жалко, что хоть волком вой. Живем вдвоем с котом. Вот так потеряла бы сознание – и не нашел никто. Впереди два выходных, на работе бы не хватились. Ритка до завтра не позвонит. И лежала бы, одна-одинешенька…

– Мяу, – Муз напомнил, что он со мной. Подхватила кота свободной рукой и усадила на колени. Да, не хватает в моей жизни приключений. Вот если бы оказаться среди своих героев. Они уже, как родные. Знаю их лучше, чем саму себя. Кто чем дышит, кто о чем мечтает.

За окнами загромыхало. Только грозы не хватало! С детства ненавижу гром и молнию. Хочется спрятаться под одеяло и укрыться с головой. Правильно, раз света нет, пора спать. Вернула грудку в холодильник, забрала с собой свечу, кота и пошла в спальню. Муз тут же умостился на кровать, я переоделась в пижаму – обожаю пижамы! – задула свечу и нырнула под одеяло. Надо спать…

Только быстро уснуть не удалось, и перед мысленным взором мелькали то Кейн, то Теодор. Завтра напишу, как Кейн столкнул Теодора в пропасть, но тот успел открыть портал, и…

Кажется, я все-таки уснула. Проснулась – и поняла, что все еще ночь. Не могла до утра подремать? Кот мирно мурлыкал под боком. Ноутбук мигал, показывая, что зарядки совсем мало. И как забыла его выключить? Собиралась же. А еще страшно хотелось пить. И голова болела. Видно, приложилась все-таки хорошо.

– Муз, пошли на кухню, – нащупала пальцами выключатель ночника. Свет не вернулся. Зато вспышки молнии то и дело озаряли комнату. Спустила ноги на пол и потащилась в коридор. Еще одна яркая вспышка озарила спальню – и перед моим носом оказалось чужое лицо. Я заорала. Так, как не кричала никогда в жизни. А потом схватила первое, что попалось под руку – это оказался утюг с гладильной доски – и врезала грабителю по лбу. Тот сдавленно охнул и осел. Включился свет, освещая поле боя. А я замерла, потому что моя жертва выглядела странно. Грабитель-маньяк? Фанат мультсериала «Черный плащ»? Потому что плащ имелся, именно черный. А еще – сапожищи, в разгар лета. И странный посох в руках. И куртка, расшитая серебристыми нитями. Узор какой-то знакомый… Руны, что ли? Нет, не маньяк. Окультист. Только откуда – в моей квартире? По балкону забрался? Покосилась на запертое окно. Балкон отпадает.

Что я стою, думаю? Полицию надо вызывать! Схватила телефон – разрядился. А все потому, что Ритка названивала! Р-р-р. Связать! Точно, пока не опомнился. А потом сбегаю к соседке, тете Маше, и попрошу позвонить.

Кинулась в кладовую за веревкой. Та лежала на полке со времен ремонта. И, кажется, настал её звездный час. Схватила веревку – и ощутила, как чужая рука зажимает рот.

– Дрем дао, – скомандовал мужской голос, и я сползла на пол, погружаясь в сон.

На этот раз пробуждение выдалось еще более неприятным. Потому что к головной боли прибавилась веревка, крепко стягивающая руки и ноги. Я сидела на полу, под стеночкой. Рискнула открыть глаза – и встретилась взглядом с ночным грабителем. Почему он не ушел? Парень сидел на стуле и смотрел на меня. Теперь наконец-то смогла его разглядеть. Высокий, выше меня на полголовы точно. Волосы почти до плеч, глазищи черные – под стать волосам. Нос… Обычный такой нос, прямой. Губы изогнуты тонкой упрямой чертой. В общем, был бы симпатичный, если бы я не сидела связанная, а он не изучал меня с интересом патологоанатома.

– Эсте ми аре? – спросил ночной гость. Иностранец, что ли? Что за язык такой?

– Моя твоя не понимает, – затрясла головой. – Ай донт спик ё ленгвидж, сэр.

– Асте? – брови незнакомца поползли вверх.

– Шмасте, – от испуга я несла ерунду. Такое со мной вообще случалось часто. Как человек с богатым словарным запасом, в критические моменты я не могла удержать его при себе и выплескивала на голову собеседника.

– Арреум дане, – брюнет возвел глаза к потолку, словно надеясь прочитать на нем русский алфавит. Затем он шагнул ко мне. Я попыталась отползти, но стена помешала. Холодные пальцы коснулись лба.

– Рриан де форе маири, – нараспев произнес парень, и от его руки словно отделилось теплое облачко, впитываясь в кожу. Неуловимо пахло грозой. Что это? Я сплю? Пора завязывать с книгами о магах?

– Теперь ты меня понимаешь? – почти без акцента произнес «гость».

– Теперь – да, – с легким изумлением ответила я. – Только мне от этого не легче.

– Почему? – парень чуть склонил голову на бок, изучая.

– Потому, что ты ворвался ко мне в дом, связал и провел странный ритуал, и теперь говоришь на языке, которого минуту назад точно не знал.

– Ты первая на меня напала, – парень решил восстановить справедливость. – Твое оружие вон там.

Утюг валялся на полу. Надеюсь, не сломался – денег на новый все равно пока нет. Да о чем я думаю вообще? Это точно от шока. Или приближается безумие. Как там у Грибоедова? «Всем глупым – счастье от безумья, всем умным – горе от ума». Кажется, так. Вот мне, пожалуй, светит счастье.

– Это не оружие, – ответила устало. – Это утюг.

Брюнет прикоснулся пальцами ко лбу, словно пытаясь понять, что такое утюг. Понял и кивнул. Подобрал утюг, вернул на гладильную доску. Стоп! Он что, не знает, что такое утюг? Откуда он сбежал? Ближайшая психушка на другом конце города, и там вряд ли выдают такую форму.

– Что это за мир?

Здравствуйте, приплыли. Может, я с утюгом перестаралась? Парню вон память отшибло.

– Ау, планета Земля на связи, – помахала бы рукой у него перед глазами, если бы руки не были связаны. – А ты что, инопланетянин?

– Нет, – качнул тот головой. – Судя по ощущениям, я случайно напутал с силой импульса и прорвал межмировую ткань.

– С чем напутал? – я растерянно моргнула.

– Помолчи, женщина. От тебя голова болит.

И брюнет снова потер лоб. Что ж, будем вдвоем щеголять шишками. Или синяками, тут уж как повезет. Оставив меня у стеночки, парень сел на диван и уставился в одну точку. Странный он все-таки. Может, это розыгрыш? Ритка решила надо мной подшутить? Но как он тогда заставил меня уснуть? И почему не понимал язык? Или понимал, но прикидывался? О, боже…

– Значит, Земля, – брюнет снова вспомнил о моем присутствии.

– Да, – устало подтвердила я. – Слушай, ты, гость из другого мира, развяжи меня. Обещаю к утюгу не прикасаться.

– Не могу. Я не знаю, что у тебя за магия.

Точно псих. И я вместе с ним.

– У меня нет магии. Её не существует. Только в книжках, ясно тебе? – постаралась достучаться до его больного разума. – Так что развяжи. Ты вон большой, сильный. Что, с девушкой не справишься?

– Справлюсь, – брюнет признал резонность моих доводов, щелкнул пальцами – и веревка упала на пол, а я поднялась на ноги. И как он это сделал?

Пошевелила пальцами рук, ног. Все тело ломило. Как бы добраться до соседей и вызвать полицию? Нет, сначала надо ему подыграть. Сделать вид, что верю в его бред, а потом раз – и… Что «и»? Как я и сказала, он – сильный мужчина, а я – слабая девушка. Боевыми искусствами не увлекаюсь, в руках поднимаю только ноутбук и пакет из супермаркета. Что мне с ним делать? Ладно, пока приступим к пункту номер один. Усыпить бдительность.

– Меня Ника зовут, – решила завести разговор. – Полностью Снеженика, но только по паспорту. Мамина была затея, ей когда-то нравилась песня… Детская такая, про ягоду на снегу. Вот она и…

Слушал ли меня странный гость? Потому что даже не смотрел в мою сторону, а изучал стену перед собой. Что ж, тут диагноз ясен. Можно было бы ему посочувствовать, если бы моя жизнь не была в его руках.

– Тогда почему Ника? – вопрос прозвучал неожиданно, и на меня до сих пор не смотрели. – Снеженика звучит более достойно.

Спасибо, уважил.

– Потому, что такого имени в нашем мире нет, – села на другой конец дивана. – В школе все смеялись. Поэтому теперь для всех я просто Ника.

– Пусть бы смеялись. Не стоит равнять свой ум и чужую глупость.

О, да мой сумасшедший – философ! Странное сочетание. Кого-то он мне неуловимо напоминал… Вот только кого? Может, случайно сталкивались. В магазине или в парке. Мало ли лиц застряло в памяти.

– Представился бы сам.

– Теодор, – произнесло наваждение, и я замерла. Точно, розыгрыш. Потому что единственный Теодор в этом городе существовал в моей книге. И он тут быть никак не мог.

– Издеваешься надо мной? – аккуратно спросила парня.

– Чем? – тот изогнул бровь, а до меня начинало доходить. Внешность! И волосы, и глаза, и даже шрам на левой брови, едва заметный привет от прошлой стычки с Кейном. Похоже, из нас двоих с ума сошла я.

Глава 2

Мы сидели в гостиной и смотрели друг на друга. Сюжет, достойный книги. Вот только это была жизнь. Реальная жизнь – я даже за руку себя ущипнула, но наваждение не растаяло. Зато меня покинула надежда на то, что это розыгрыш. Потому что узнавала каждую черточку, каждый жест. Вот Теодор потер виски – как всегда, когда о чем-то глубоко задумался. Ну, и после знакомства с утюгом, конечно. Вот поправил ворот рубашки – нервничает. Я бы тоже нервничала. Собственно, этим и занимаюсь.

– Ты откуда родом? – осторожно спросила призрака, потому что воспринимать Теодора как человека пока не получалось.

– Из Агерраса.

Да чтоб мне провалиться… Агеррас, город почти на самой границе Вердариса, на который постоянно нападают чудовища, прорывающиеся с соседних земель. Однажды они Теодора чуть не сожрали… С моей легкой руки. Но ему об этом знать необязательно.

– Понятно, – вздохнула я.

– Что тебе понятно? – черные глаза уставились на меня, и я ощутила то, о чем писала – будто на меня глядит сама бездна. Даже спина взмокла от страха. Почему из всех моих героев – именно он?

– Что ты из Агерраса, – ответила осторожно. Не хватало еще его разозлить. Убьет – и не задумается. Главгад, все-таки. Самый злодеистый злодей. Знала бы – сделала бы его пушистым, как зайчик. Или хотя бы с проблесками добродетели. Чтобы его за каждое убийство совесть мучила. Жестоко так мучила, беспощадно.

– Ты странно смотришь на меня, женщина, – маг склонил голову на бок.

– У меня вообще-то имя есть, – брякнула я и прикусила язык.

– Чтобы я называл тебя по имени, надо еще заслужить, – прищурился Теодор.

– Что? – вот нет бы промолчать! – Я тебе что, собака на поводке? Ты в моем доме, в моем мире, так что…

И снова вспомнила, кто передо мной. Его Кейн уже десяток лет добить не может. А Кейн – сильный маг. Не я!

– Так – что? – передразнил меня этот черноглазый монстр.

– Да ничего, в общем-то, – и что мне делать? Что? Мне? Делать?!

– Ты меня боишься? – правильно растолковал Теодор мое поведение. – Правильно. Бойся. Дольше проживешь, женщина. Мне понадобится какое-то время, чтобы восстановить резерв и построить обратный портал в родной мир. Если это время ты будешь вести себя тише мыши и слушаться, так и быть, оставлю тебе жизнь.

Всего-то? Меня не собираются прямо сейчас оставить без головы? Или превратить в какую-нибудь мерзость? Не скажу, что жить стало легче, но я была готова на что угодно, лишь бы этот тип как можно скорее покинул мой мир. Вот прямо сейчас!

– Знаешь, ты сиди тут, а я спать пойду, – решила отгородиться от Теодора хотя бы стеной.

– Иди, – милостиво разрешили мне, и я бросилась в коридор быстрее, чем он договорил. И только когда за спиной закрылись двери спальни, осела на пол и выдохнула воздух. Хотелось одновременно реветь и смеяться. Допросилась, дуреха? Захотела встретиться со своими героями? Вот тебе! Получай! Никто не обещал, что будет принц. Кому-то и злодеи достаются.

А потом мысленно дала себе пощечину. Не время расклеиваться! Надо взять себя в руки и всего лишь подождать, пока Теодор восстановит магический резерв и покинет мой мир. А потом позволить Кейну его убить. Да! Хотя, теперь для меня это будет не так просто. Одно дело, если Теодора никогда не существовало. Но совсем другое – когда он сидит у тебя в гостиной, а ты строишь планы его смерти. Нет, не убить. Лишить магии и навсегда заточить в самую высокую башню. Пусть сидит там, мучается, вспоминая все, что натворил. Так будет справедливо. Кейн же не злодей. Вот и будет выход, для обоих.

Перебралась на кровать, укрылась с головой одеялом и закрыла глаза. В соседней комнате послышались шаги. Бродит… Не сидится ему на диване. Хотя, с другой стороны, я бы тоже бродила, если бы меня вырвали из магического мира (забудем на мгновение, что он книжный) и забросили туда, где магия – это сказки, зато много других диковинок. Один телевизор чего стоит. Ох, мамочки… Что же мне делать?

Кажется, мои нервы не выдержали, потому что я все-таки заснула.

А проснулась от надрывного звука дверного звонка. Кого же принесло в такую рань? Какой сон мне снился! Ритке расскажу – обзавидуется. Только во сне можно встретиться с героем собственного опуса. Да, надо меньше писать. И чего это я одетой легла? Это все из-за света. Отключают, когда хотят, а ты потом мучайся. За дверью переминалась с ноги на ногу Ритка. Точно, выходной. Мы же хотели по магазинам пойти.

– Привет, Никуся, – подруга щеголяла рыжей гривой и ярко-алой помадой. Её девиз был: «Нет серым будням и серой внешности». Она и меня порывалась покрасить, но я была непреклонна.

– Привет, – зевнула я.

– Ты что, дрыхнешь? Вот соня, – возмутилась подруга. – А как же наш шопинг?

– Рит, ты знаешь, давай без меня. Что-то я плохо себя чувствую, – самочувствие и правда оставляло желать лучшего. Словно я на самом деле ночью не спала, а неизвестно чем занималась.

– Так, драгоценная моя, твое состояние мне не нравится! – Ритка уперлась руками в бока. – То-то до тебя дозвониться нельзя. Давай хоть чай тебе заварю или за таблетками сбегаю.

– Сбегай, – жалобно попросила я. – Возьми что-нибудь обезболивающее, а то по вискам словно молотки стучат.

– Одна нога здесь, другая – там, – подмигнула Ритка и застучала каблучками вниз по ступенькам, а я закрыла дверь на цепочку и потащилась в гостиную. Открыла дверь – и замерла. Потому что мой ночной кошмар никуда не делся. Он стоял у двери, на кончиках пальцев мерцали черные импульсы.

– Это кто? – хмуро спросил Теодор.

– Это Рита, моя подруга, – ответила растерянно, не до конца понимая, что сон не собирался развеиваться. Сколько еще раз мне нужно уснуть и проснуться, чтобы поверить в существование Теодора?

– Переступит порог квартиры – умрет, – маг был немногословен, но от его речей пробирала дрожь.

– Она принесет мне лекарства, – попыталась его остановить. – У меня голова болит.

– Ты меня слышала. Хочешь, чтобы я её убил?

– Ты же, кажется, магию собирался копить? – прищурилась я. – А теперь снова тратить собираешься. Вон, уже пальцы сверкают. Так ты до конца моих дней будешь тут сидеть.

Не одному ему на меня наступать! Я его придумала, или кто? Изнутри поднималась злость. А когда я злилась, меня даже кошки в подъезде боялись. Вот и этому… магу стоит поостеречься.

– Ритка любопытная, – затараторила я, не давая Теодору опомниться. – Если тебя увидит, не отстанет. Значит, так. Мы пойдем на кухню. Ты сидишь здесь и носа не показываешь. Но если Рита вдруг зайдет в гостиную, делаешь вид, что языка не понимаешь от слова совсем. Скажу, что тебя к нам по обмену опытом прислали, через клуб иностранных языков. Понял?

– Ты сумасшедшая? – осторожно поинтересовался Теодор.

– Не больше, чем ты, – успокоила мага. – Так, придется тебя переодеть. Сейчас.

И нырнула обратно в спальню, где в дальнем углу шкафа хранились вещи бывшего парня. Он бы, может, их и забрал, если бы мог, но я не оставила ему такого шанса. И при попытке переступить порог моей квартиры атаковала его не только утюгом, а всем, что в тот момент попалось под руку, включая его же ботинки. Потом ревела, размазывая тушь по щекам. А наутро взяла себя в руки и собрала вещи в старый чемодан без ручки. Очень символично, я считаю. Чемодан переместился на задворки шкафа, а бывший – на задворки памяти. Что ж, вот вещички и пригодились.

Я порылась в футболках и штанах. Нашла джинсы – абсолютно новые, Пашка только раз успел их надеть прежде, чем вылетел за дверь. Теодор, конечно, худее, но на джинсах было главное преимущество – ремень. Ничего, не слетят. Выбор рубашки прошел легче. Мой взгляд остановился на темно-синей, официальной, потому что там можно было регулировать длину рукава.

– Вот, – вернулась в гостиную и вывалила на диван свои находки.

– Я. Это. Не надену, – отчеканил Теодор, для верности вцепившись в ворот собственной рубашки. Увы, его одежда вообще никак не вязалась с нашим миром. Кружевной воротник рубахи, несомненно красивой и дорогой, пуговицы из какого-то камня… А сапоги! Нет, Ритка никогда не поверит.

– Наденешь, Теодор, – похлопала мага по плечу. И откуда только смелость взялась? Наверное, вернулась вместе с солнечным светом. – Раз уж ты в моем мире, соответствуй. И побыстрее, Рита сейчас придет.

– Отвернись.

Я моргнула – и покраснела, осознавая, что продолжала беззастенчиво пялиться на постороннего мужчину. Резко развернулась к стене. Дожилась! Нет, он, конечно, мой герой, и все такое, но – мужчина! Незнакомый. Почти незнакомый. Черт! Да что делать-то? За спиной Теодор шуршал одеждой. К счастью, у него хватило ума меня послушаться. Потому что Ритка – та еще сорока, и в понедельник весь город знал бы, что у меня дома находится какой-то странный субъект.

– Можешь оборачиваться, – милостиво разрешили мне.

Я повернулась – и удивленно замерла. В современной одежде Теодор казался совсем другим. Можно было рассмотреть и широкие плечи, и отличную фигуру, и длинные ноги… Ну, что тут сказать. Умею я описывать злодеев. Должен же у героя быть достойный противник. Тем временем Теодор взял со столика расческу и пошел к зеркалу. Гость явно чувствовал себя, как дома. А я напомнила себе, что передо мной – убийца. Причем счет его жертв идет так… на десятки. Если верить книге и Кейну.

– Если твоя подруга позволит себе лишнего, я её убью, – «порадовал» меня Теодор. – Поэтому лучше держи её на кухне и проводи как можно скорее, женщина.

– Еще раз назовешь меня женщиной, и я иначе, как «чудо чудное», тебя именовать не буду, – пообещала я.

– Чудо… какое?– кажется, Теодор не поспевал за скоростью моей мысли.

– Чудное, – подчеркнула я. – Как в сказке. Поэтому сиди в гостиной и молчи.

А у самой ноги все равно подкашивались от страха. Не за себя, за Ритку. Меня этот тип явно не собирался убивать – видимо, решил придержать при себе, как источник информации. А вот Риту – мог.

Раздался звонок, и я вышла в прихожую, плотно закрыв за собой двери гостиной.

– Идем на кухню, Рит, – перехватила у подруги пакет с лекарствами. – Выпьем чаю с бутербродами.

– О, ты даже сделаешь бутерброды! А я не отравлюсь? – вот язва, не могла удержаться? Да, я готовлю редко, предпочитая питаться чем-нибудь из разряда вермишели быстрого приготовления, но если уж готовлю, есть можно.

– Не отравишься, – прошипела я. – Идем.

Мне показалось, или в гостиной кто-то засмеялся? Ну, Теодор!

Пока закипел чайник, я успела намазать хлеб маслом, нарезать сыр и докторскую колбасу. Хватит, чтобы по-быстрому перекусить. Заварила свой любимый черный чай с апельсиновыми нотками, разложила на тарелке бутерброды и постаралась забыть, что в соседней комнате убийца ждет нашей малейшей оплошности, чтобы лишить меня подруги.

– Что-то ты бледная, – пробормотала Ритка, жуя бутерброд. – Не заболела?

– Нет, спала плохо, – признала я.

– А желание загадала?

– Ну… скорее нет, чем да, – вспомнила, как перед сном хотелось оказаться среди своих героев. Вот и оказалась. Уточнять надо, дуреха! Только произошедшее до сих пор казалось невероятным. Я верила – и не верила. Понимала, что Теодор здесь – и чувствовала себя сумасшедшей.

– А я загадала, – улыбнулась Рита. – И знаешь что? Вечером я иду на свидание с Юрой.

– Да ты что! А его девушка?

– Расстались они, – похвасталась подруга. – Не из-за меня, не подумай. Оказывается, уже две недели как. Так что, Ника, желания сбываются.

Ага, сбываются они. Только через пень-колоду. Я старалась гнать прочь дурные мысли. К моему счастью, Рита спешила по магазинам, поэтому чай допила быстро и уже шла к двери, когда в гостиной что-то упало.

– Ника, у тебя там кто? – тут же насторожилась она.

– Окно не закрыла. Наверное, ветер, – развела руками. – Или Муз буянит. Он у меня такой, сама знаешь.

– А, точно. У тебя же кот, – заулыбалась Ритка. – А я уже подумала, что ты темнишь. Ладно, Ника, вечерком позвоню, расскажешь, что нового. И не сиди весь день за книгой, а то голова никогда не пройдет.

– Да, конечно, – какая может быть книга, когда её часть сидит у тебя дома? – До звонка.

Дверь закрылась, и я выдохнула с облегчением. Похоже, убийство не состоялось. Сердце плясало кадриль и выделывало невообразимые кульбиты. Вместо того, чтобы зайти в гостиную и проверить, как там Теодор, я пошла на кухню доедать бутерброды. Что поделаешь, если я всегда, когда нервничаю, хочу есть? И еще чашка чаю не помешает. Ладно, я просто боюсь к нему идти! Точка.

Чай приятно пах апельсином, и любимый запах успокаивал, помогал сосредоточиться. Значит, что мы имеем? Маг-злодей – одна штука. Обещает накопить магию и уйти. Отсюда делаем вывод – надо помочь Теодору с магией, и пусть возвращается в свой мир. Только как ему помочь, если волшебства в нашем мире нет?

Зато предмет моих размышлений неожиданно появился в дверях кухни. Мрачный и сосредоточенный, словно пытался решить как минимум проблему мирового господства.

– Твоя подруга слишком болтливая, – заметил с порога. – А уводить мужчин из семьи могут только падшие женщины.

Что? Кажется, у меня отвисла челюсть.

– Ты что, подслушивал? – спросила растерянно.

– Вы говорили слишком громко, а у меня хороший слух, – невозмутимо ответил Теодор, присаживаясь к столу и косясь на надкусанный бутерброд в моих руках. Он голодный, что ли? Не знаю, что на меня нашло, но вместо того, чтобы предложить гостю завтрак, я смачно так откусила бутерброд и начала тщательно пережевывать, запивая чаем. Теодор отвел взгляд. Гордый.

– Тебе бутерброд сделать? – сжалилась я.

– Нет, – хмуро ответил парень.

Ах, так! Я достала из холодильника остатки колбасы, сделала еще два бутерброда и продолжила пытку. Хоть и давно уже наелась. Подлила чая, потому что есть бутерброды всухомятку было выше моих сил. Пусть привыкает. Мир – мой, квартира – моя. И правила тоже – мои!

– Как поживает твоя магия? – спросила осторожно.

– Плохо, – поморщился Теодор. – Если она будет восстанавливаться такими темпами, то мне понадобится лет десять, чтобы создать портал.

– Извини, лет десять тебя в своей квартире терпеть не намерена.

– Не забывайся, женщина, – сверкнул оставленный мною нож и уперся в шею. Я судорожно сглотнула. Доигралась. Но нож исчез и вернулся на стол. Я тут же убрала его в рукомойник.

– С ума сошел? – спросила тихо, хотя сердце заходилось от страха. – Еще одна такая выходка, и будешь восстанавливать магию где-нибудь в другом месте.

– Напугала, – прищурился Теодор. – Думаешь, ваш мир страшнее моего?

– Думаю, да, – ответила на полном серьезе. – В вашем мире все тебя боялись. А в этом найдутся те, кто сильнее тебя.

Конечно, я в этом сомневалась. Но взрыв гранаты любого мага возьмет. Мне так казалось. Только не проверять же опытным путем.

– Ты странная, – Теодор неуловимо вздохнул. – Трясешься ведь. А делаешь вид, что не страшно. Не беспокойся, я не собираюсь тебя убивать. Если ты этого не заслужишь. Я женщин просто так не убиваю.

– А Ритка? – спросила я.

– А Ритка слишком много говорит. Это уже преступление, – подмигнул мне личный злодей и вышел из комнаты. Я так и осталась сидеть за столом с остывающим чаем в чашке. Потому что совершенно не знала, что делать дальше. Только понимала, что моя жизнь никогда не будет прежней. Никогда.

Глава 3

В кои-то веки я решила приготовить обед. Заглянула в холодильник, поняла, что погорячилась, и засобиралась в магазин. Еще и у Муза корм заканчивался, а оставить кота без пищи бесчеловечно. Он-то вермишель не ест. Поэтому я натянула джинсы, любимую бежевую кофточку и уже обувалась в прихожей, когда из зала вышел Теодор.

– Ты никуда не пойдешь, – скрестил он руки на груди.

– Не пойду? – выпрямилась, оставив в покое туфельку. – А есть мы что будем? Ты, может, и на диете, а вот Муз на это не подписывался.

И обличительно указала на кота.

– Тогда я иду с тобой.

Час от часу не легче!

– У тебя документов нет, – напомнила этому ненормальному. – Да и ведешь себя странно. Сразу заметят.

– Не заметят. Если что – отведу глаза, – пообещал он.

С другой стороны, мне тоже будет спокойнее, если этот особо опасный маг останется под присмотром. Иначе приду, а на месте квартиры – черная дыра. А может, он увидит наш мир, ужаснется и сбежит? Страх снова отступил – невозможно постоянно бояться, да и Теодор обещал меня не убивать. Поэтому я кивнула:

– Пойдем. Только в таких сапогах тебя посчитают сумасшедшим. Подожди, у меня где-то мужские туфли были. Размер какой?

– Чего? – уставился на меня Теодор.

– Обуви, – чувство, что разговариваю с психом, только усилилось

– Откуда мне знать?

Я вздохнула и поплелась к обувному шкафу. Там было две пары ботинок – Пашкины и папины. Пашке они ни к чему, папа приезжал редко, поэтому никто не обидится.

– Меряй, – приказала Теодору. Решила, папины подойдут, у него нога меньше, чем у Паши. Глазомер не подвел, ботинки сели, как влитые. Теодор, конечно, поморщился, растаптывая непривычную обувь, но в таких сапогах я с ним на улицу не выйду. Рубашка, правда, тонковата для весенней погоды, но ничего, потерпит. Свитеров приличных не сохранилось.

Я захватила деньги, заперла дверь и пошла к лифту. Тео по пятам следовал за мной. Чуть ли не в затылок дышал. Сразу стало неуютно, но до лифта потерпела, оставив разбирательства на потом. Нажала на кнопку и замерла в ожидании.

– Чего мы ждем? – осторожно спросил Теодор.

– Лифт, – ответила я.

Парень задумался. Видимо, рылся в тех словах, которые достались ему во время магического ритуала. Затем кивнул, но как-то неуверенно. Зато перед нами разъехались дверцы, и я наконец-то шагнула внутрь. Теодор поспешил за мной. Но когда лифт ухнул вниз, его пальцы накрепко вцепились в мою руку. Злодей даже побледнел. Впечатлительный попался. От постоянного стресса в голову лезли мысли – одна глупее другой. Но отделаться от них никак не могла, учитывая абсурд ситуации. Лифт остановился, мы вышли на первом этаже, но хватка и не думала разжиматься. Наверное, страшно вот так оказаться в чужом мире. Что бы делала я, если бы переместилась в его страну? Туда, где есть магия, но нет электричества? С ума бы сошла. И, судя по лицу Теодора, он был близок к этому. Вздохнув, взяла мага под руку – чтобы не выглядело, словно тащу его на буксире.

– Тут недалеко, – «утешила» будущую жертву шопинга. – Пару улиц всего.

Мимо с ревом пронесся автомобиль. А ведь мы даже еще из двора не вышли. Тео попятился было, но быстро успокоился. Завидую его самообладанию.

– Как вы тут дышите? – тихо спросил он. – Воздух – не вдохнуть.

– Мы привыкли, – ответила, сворачивая в проулок, ведущий на проспект. – Даже не чувствуем.

Стоило вывернуть из проулка – и нас оглушил шум. Куда-то спешили люди, мчались автомобили в четыре полосы, где-то гремела музыка. Я тайком наблюдала за Тео – когда мысленно называла его сокращенным именем, он казался не таким страшным. А наблюдать было интересно! Маг держался из последних сил, только покусывал губы. Но вдруг его лицо перекосило. Я проследила за взглядом – и увидела девушку. Обычную такую, в коротких шортиках, футболке, курточке и на высоченных шпильках. Учитывая температуру воздуха, девушка, видимо, зимой моржевала. Потому что мне даже в теплой кофточке было холодновато.

– О чем ты думаешь с таким диким выражением лица? – спросила у Теодора.

– Наверное, ваш мир слишком беден, раз женщины ходят в одном исподнем? – пробормотал мой спутник.

– Это не исподнее, Теодор, а мода. Дама капризная и больная на голову. Не обращай внимания, это еще не самый смелый наряд. А вот и магазин. Следуй за мной и ничего не трогай.

Мы медленно шли вдоль рядов. Теодор, похоже, устал удивляться и просто молча провожал глазами очередную консервную банку или пакет чипсов.

– Ты уверена, что это съедобно? – лишь раз шепотом спросил он.

– Уверена, – похлопала парня по плечу. Захватила куриное филе, грибы, булочки, сыр. Буду кулинарить. Зря Ритка говорит, что я вообще не умею готовить. Пара коронных блюд у меня все-таки есть. И жульены – одно из них. К ингредиентам добавились привычные макароны, кое-какие специи, сок, еда для Муза.

– Ты что любишь есть? – спросила у Тео. Мало ли, может, он вегетарианец. В книге как-то обошла этот момент стороной.

– Всеяден, – был ответ.

Потом вспомнила, как он главе так в десятой готовил тушку змеи на костре. Наверное, действительно всеяден. Мы подошли к кассе. Я достала кошелек, протянула кассиру скидочную карту, как вдруг Тео напрягся – и куда-то рванул. Быстро подхватила пакет, сгребла сдачу и понеслась за ним. Под машину попадет, идиот! А Тео несся под сигналы клаксонов, перепрыгивая через капоты автомобилей. Ненормальный! Я едва протиснулась за ним, надеясь только, что никто из водителей не запомнит меня в лицо и не задавит при случае. О, боже, да куда же он?

Неожиданно Теодор затормозил, и я чуть не врезалась в его спину.

– Арресанте, – пробормотал он. И, судя по тону, это было ругательство.

– Что не так? – гаркнула я.

– Кейн, он был здесь, – Теодор чуть ли не шипел, глотая половину звуков. – Упустил!

– Тео, – прикоснулась к сжатой в кулак ладони, – здесь не может быть Кейна. Это другой мир. Ты здесь оказался случайно. А он и вовсе не мог.

– Ты откуда знаешь? – чужие пальцы вцепились в ворот кофточки и приподняли над землей. – Говори, женщина!

– Мужчина, вы что делаете? Я сейчас полицию вызову! – послышался женский голос. Вот она, хваленая женская солидарность! Хрупкая девушка уже достала мобильный и набирала номер.

– Не надо, спасибо, – прохрипела я. – У моего… гм… брата сложный жизненный период. Да, Тео?

Тот разжал пальцы, и я чуть не рухнула на землю. Ох, кто-то останется без обеда! На голодный паек посажу. Перехватила пакет, гордо расправила плечи, еще раз поблагодарила неожиданную помощницу и пошла прочь. Хочет – пусть догоняет. Нет – он и на улице не пропадет. Угодит в тюрьму раньше, чем закончится день.

Оглянулась только у подъезда – Теодор шел за мной, опустив голову. Дошла до лифта, нажала на кнопку и шагнула внутрь. Тео едва подавил вздох, но снова забрался в лифт и терпел, пока тот не остановился. Открыла дверь, пропустила этого мерзавца и заперла замок. Теодор свернул в гостиную, а я отнесла пакет на кухню. Ко мне тут же протиснулся Муз в ожидании любимой колбасы. Пришлось кормить – мой кот ни за что не останется голодным. А после я включила плиту и принялась за готовку. Обжарила курицу и грибы, смешала со сметаной, добавила приправы. Аккуратно вынула середину у булочек, наполнила теплым жульеном. В тот момент, когда достала терку и начала тереть сыр, на пороге появился Теодор.

– Прошу прощения, был неправ, – склонил он голову.

– Что? Я не ослышалась? – на всякий случай, протерла уши.

– Нет, – тот явно едва сдерживался. – Я допустил ошибку и прошу прощения. Скажи, откуда ты знаешь Кейна?

– Я его не знаю, – пожала плечами. А то, чего доброго, узнает, что я – автор книги о его несчастной судьбе, и придушит ненароком. – Просто догадалась, что это парень из твоего мира. И сам подумай – откуда ему здесь взяться?

– Ты права, неоткуда, – признал Теодор. А я сама искренне надеялась, что и правда права. Потому что получить Кейна в довесок к его извечному врагу – это уже слишком. – А… обед еще не готов?

Вот сволочь! Чуть не придушил, а теперь обедом интересуется. Но я сделала вид, что все хорошо. Не буди лихо, пока спит тихо. Мое персональное лихо, кажется, готово было пойти на мировую, и нельзя было этим не воспользоваться.

– Присаживайся, через четверть часа будет, – миролюбиво ответила я. Сыр отправился к булочкам, булочки – в духовку. И уже через пару минут по квартире поплыл изумительный запах грибов. Страстно люблю это блюдо! Обернулась – и чуть не рассмеялась. Тео смотрел на духовку, как кот на мышь. Еще бы. Это он сутки в нашем мире, плюс в книге еще день ему было не до еды – Кейн наступал на пятки. После двух дней голодания и слона проглотить можно. Сам виноват, не надо было утром устраивать сцену.

Зато меня удивил Муз, который чужих не переносил на дух, и даже Ритку терпел в качестве исключения. Он забрался на колени к этому монстру и замурлыкал. Тео едва заметно улыбнулся и провел ладонью по рыжей спине.

– Любишь кошек? – спросила я.

– Люблю, – кивнул тот. – Они свободолюбивы, как и я.

Не поспоришь. Это сейчас, когда холодно, Муз сидел дома. Но как только потеплеет, его не дозовешься. Пока жульены запекались, я села напротив Теодора и не могла не заметить, каким умиротворенным и спокойным он сейчас выглядит. Говорят же, что кошки – лучше валерьянки.

Наконец, мое коронное блюдо было готово. Сняла с крючка дощечку и поставила на стол. Сверху взгромоздился противень, на котором булочки щеголяли хрустящими бочками.

– Прошу, – милостиво махнула рукой. – Только смотри, горячие.

Но Теодору, похоже, было все равно. Жюльены исчезали один за другим. Я даже забеспокоилась, как бы магу не стало плохо. Все-таки непривычная тяжелая пища после длительного голодания. Но Тео ел с таким аппетитом, что я не осмелилась ничего сказать.

– Спасибо, – наконец, он взял полотенце и аккуратно вытер руки и рот. Аристократ, чтоб ему! – Ты превосходно готовишь.

Хоть кто-то оценил! Сердце возликовало. И я даже перестала злиться за сцену возле магазина. Сама же знаю, что он зациклен на Кейне так же, как и Кейн на нем. Вот и мерещится ему извечный враг. Зато теперь злодей довольно щурился и сам напоминал кота, только не рыжего и холеного, как Муз, а черного и бездомного, которому вдруг перепал кусок колбасы и теплая подстилка.

– Почему ты не замужем? – вопрос выбил меня из колеи. Я так и замерла с булочкой, поднесенной ко рту. Хорошо, хоть укусить не успела.

– Ты с какой целью интересуешься? – спросила осторожно. – И вообще, с чего ты взял, что я не замужем? Может, мой супруг в командировке?

– Где? – Тео снова пришлось напрягать мозги. – А, в командировке… Нет, ты определенно не состоишь в отношениях. Потому что спишь в странной пижаме, в ванной только один набор принадлежностей, в доме нет мужских вещей. Я сейчас не об одежде.

Ладно ванна – когда только успел в ней побывать? Но пижама моя ему чем не угодила?

– А насчет того, с какой целью… – Теодор пожал плечами. – Тебе сколько лет? За двадцать, правда?

– Двадцать пять, – не видела смысла скрывать.

– В нашем мире, если женщина до двадцатилетия не вышла замуж, значит, либо она не блюла себя до свадьбы, либо у неё такая слава и такой характер, что никто не женился.

– Может, в вашем мире просто с женщинами напряженка? – подскочила со стула.

– Подожди, – Теодор перехватил мою руку. – Я говорю о своем мире, а не о тебе. Просто ты – не уродка, готовить умеешь, в квартире чисто. Тогда почему?

– У нас не принято выходить замуж только потому, что так надо. Я, может, согласна пойти под венец только по любви, – выпалила в лицо Теодору и умчалась прочь. Нет, ну это надо! И оскорбить успел, и вроде как комплимент сделал. Я начинала мечтать о том дне, когда этот ненормальный покинет мою квартиру. Пусть катится… к Кейну!

Глава 4

Я злилась. Нет, не так. Я ЗЛИЛАСЬ! И готова бы разорвать Теодора на кусочки. А что? Если разобраться, по документам его в нашем мире нет. Да и вообще, кто его придумал, а? Вот сейчас пойду и напишу, что он вернулся в свой мир и пропал без вести, потому что его растерзал разъяренный автор. Это же надо! Не уродка, говорит. И на том спасибо. Оценил. Пусть на себя посмотрит, чучело огородное!

Схватила Муза и плюхнулась с котом на кровать. Проклятый Теодор. Хорошо, хоть у меня родители живут в другом городе. А то бы вот так явились, увидели этого монстра – и вызвали бы дочери психиатра. Потому что только сумасшедшая может связаться с таким субъектом. И они были бы правы! Я бы сама обратилась к врачу, если бы не была уверена, что Тео – настоящий. Иначе ему бы не сигналили автомобили. Значит, его вижу не только я.

Безумие какое-то! Р-р-р.

– И что мне делать, Муз? – спросила у кота, чувствуя себя параноиком. – Призвать сюда Кейна, чтобы свершилась финальная битва? Боюсь, второй раз тот же номер не пройдет. Хватит того, что ему и так Кейн везде мерещится. Вот это потрепало парня, да? Главное, чтобы он не узнал, с чьей легкой руки.

Дверной звонок – и я тут же подпрыгнула с кровати. Потому что у меня на кухне мой худший кошмар доедал свою порцию жульенов. Или уже добрался до другой еды, потому что странно затих. Я вышла в коридор и взглянула в дверной глазок. Снова Ритка! Да что ты будешь делать?

– Еще раз привет, – открыла дверь.

– Ника, выручай, – подруга смела меня, как ураган, и помчалась в гостиную. – Мне срочно, очень срочно нужно твое красное платье на молнии.

– А позвонить ты не могла? Я бы его подготовила.

– А ты пробовала трубку поднимать? – поинтересовалась Рита.

Точно, мой телефон валяется где-то в глубине квартиры. Я его так и не зарядила. Так что дозвониться мне Рита при всем желании не могла.

– Платье, – напомнила подруга.

– Хорошо, – пошла я в спальню и открыла шкаф. Так, красное платье с молнией…

– Ник, я пойду, водички попью. Спешила, пить хочу – сил нет.

– Нет! – вылетела я в коридор, но было уже поздно. Рита вошла на кухню – и замерла, перегородив дверной проем.

– Ой, ты не одна, – смутилась подруга. – Так бы и сказала. Познакомишь?

– Э-м-м, – все-таки протиснулась я в помещение и на всякий случай встала между поднявшимся на ноги Тео и подругой. – Это Теодор. Он у нас по обмену через клуб. По-русски говорит плохо.

– Я нормально говорю на вашем языке, – произнес Тео практически без акцента, а затем подвинул меня плечом, галантно взял Ритку за руку и запечатлел на кисти аккуратный поцелуй. – Позвольте представиться, Теодор Арреан, третий граф Малерн.

– Граф? – округлились глаза Ритки.

– Тео, – зашипела я.

– Очень приятно, Маргарита Иванцова, – расцвела подруга. – Главный специалист по операциям с недвижимостью. Так что если решите обзавестись жилплощадью в нашем городе – обращайтесь.

– Спасибо, на данный момент меня устраивает эта квартира, – улыбнулся Теодор, словно и не он тут главная заноза в пятке. – Ника, что же мы стоим? Давайте выпьем чаю.

– Платье, – напомнила Рите.

– Ой, да, – схватилась она за голову. – Простите, Теодор, обязательно продолжим наше знакомство, а сейчас мне надо бежать. Свид… Встреча через пару часов, а молния на платье сломалась, вот, пришла у Ники одолжить шмот… платье. До встречи. Безумно приятно было встретиться.

Я вручила Рите пакет с платьем, она мне подмигнула и прошипела: «Хоро-ош», а затем скрылась за дверью, многозначительно хихикая. Ох, уж эта Ритка.

– Теодор? – вернулась я на кухню. Мой персональный кошмар мирно пил чай, причем взял мою любимую кружку.

– Какие теперь претензии? – поинтересовался он. – Тебе не угодишь. Убивать твою подругу нельзя. Вести себя вежливо – тоже нельзя. Так как же с ней общаться?

– Нормально! – рявкнула я.

– Ника, я, конечно, ни на что не намекаю, но «нормально» для меня – совсем не то же самое, что «нормально» для тебя. Я всего лишь представился твоей подруге. Так, как принято в нашем мире. По-твоему, было бы лучше, если бы я встретил её заклинанием облысения?

– А ты и такое можешь? – да, не все я знаю о своем герое.

– И много другое, – загадочно усмехнулся Теодор. – Поэтому садись пить чай. А то остынет.

Странно, но всю злость сняло, как рукой, и я мирно уселась к столу. Теодор даже поднялся и достал для меня чашку, а затем наполнил её заваркой и кипятком.

– Спасибо, – почувствовала, что краснею. Не привыкла, чтобы за мной кто-то так ухаживал. – Извини, что накричала. Просто испугалась, что ты и правда Ритку убьешь.

– Она выглядит жалко. Неохота руки марать, – развеял Тео все очарование момента. Да чтоб ему провалиться! Я залпом глотнула чай, чуть не обожгла язык и вылетела из-за стола. Нет, долго мне так не продержаться.

Я ходила по спальне из угла в угол. Что делать? Что же мне делать? Как избавиться от несчастья, свалившегося на голову? Как помочь ему восполнить запас магии?

– Тео, – выглянула из комнаты.

– Что? – донесся голос из гостиной.

– А как можно ускорить процесс восстановления твоих сил?

– В моем мире есть артефакты и особые места, в которых усилен магический фон, – Теодор вышел в коридор. – А здесь… Здесь до крайности бедный мир. Пока что я не почувствовал ни одного места, где хотя бы можно было найти проблески магии. Пусто.

– Подожди, – я тоже вышла на переговоры. – Но ведь есть дома с привидениями, мистические места вроде Стоунхенджа…

– Кладбища, – подсказал Теодор.

– Зачем кладбища? – опешила я.

– Потому что там похоронены разные люди. Среди них могли быть те, кто обладал силой. Человека нет, а магия осталась. Бесхозная и мечтающая, чтобы её кто-то прибрал к рукам. Поэтому кладбища – это самое оно. Только вот на сегодня с меня хватит приключений. Давай завтра, хорошо? – и передо мной закрыли дверь собственной гостиной.

Да чтоб ему! Я приложилась дверью так, что затрещали стены. «Давай не сегодня». Словно на романтическое свидание его приглашаю, тьфу ты! Конечно, это не я свалилась ему на голову, сижу в его доме, строю глазки его подругам… то есть, друзьям. И потом таким невинным тоном заявляю… Нечисть проклятая!

Включила ноутбук. Творчество всегда меня успокаивало. Вот только уставилась на лист – и поняла, что не могу написать ни строчки. Как писать, если мой герой – за соседней стеной? Ладно, начну править то, что уже написала. Может, в биографии Теодора есть нечто, что я упустила из виду?

Буквы прыгали перед глазами. Закончилось все тем, что я включила первый попавшийся слезливый сериал, захватила с кухни вазочку с печеньем, устроилась поудобнее – и уснула раньше, чем закончилась первая серия. А когда проснулась, в доме царила темнота и тишина. Ноут снова мигал в спящем режиме. Включила свет – неплохо бы переодеться перед сном. Потянулась к любимой пижаме – и не стала. Чертов Теодор! Вместо этого достала из шкафчика старую футболку и домашние шорты. Вот так и буду спать, чтобы потом Теодор не сказал, что у меня на него виды.

Кстати, о Теодоре. Что-то он притих. На цыпочках вышла в коридор и подкралась к гостиной. Там тоже было темно. Отворила дверь – луна заливала комнату неясным светом. Тео спал на диване. Во сне его лицо казалось расслабленным и умиротворенным. И усталым. Наверное, переход между мирами – это все-таки сложно. Для меня это – сказка, а для него – жизнь. Ничего, пусть отдохнет. Взяла с кресла сложенный плед – любила читать у окна, и укрыла своего персонального злодея. Затем не удержалась и коснулась щеки.

В мгновение ока я очутилась на диване. Теодор нависал надо мной сверху. С его пальцев скрывались искры магии и грозили выжечь мне глаза. Лицо парня исказилось от ненависти настолько, что стало совсем чужим. И вдруг во взгляде мелькнуло узнавание. Магия исчезла.

– Никогда, – прошипел Теодор мне в лицо, – никогда не подкрадывайся ко мне, когда я сплю!

– Я не подкрадывалась, – меня душили слезы обиды. – Хотела тебя укрыть, холодно в доме. Идиот!

Вырвалась из ослабевшей хватки и помчалась в спальню. Дверь пострадала в который раз за день. Наверное, соседи решат, что я решила сделать ремонт. И заменить сразу все двери. Ухнула лицом в подушку и позорно разревелась. Слезы катились по щекам – и сама не знала, почему. Просто не ожидала, что так может произойти. Устала его бояться. Или верила, что Теодор не причинит мне вреда?

Раздался осторожный стук. Я не ответила. Пусть проваливает, куда хочет. В другой мир, на другую планету. Но стучал Тео только из вежливости, потому что, не дождавшись ответа, просто вошел в комнату и сел на край кровати. Сидел и молчал. Я не торопилась к нему оборачиваться. Еще бы, и так не красавица, теперь и глаза на мокром месте. Велика честь, из-за него плакать. И долго он думает в молчанку играть?

Теодор поднялся – все так же молча – и пошел прочь.

– Зачем приходил тогда? – все-таки обернулась я.

Тот пожал плечами. Вот злодей! И замер в дверях, словно это я извиняться должна.

– Если ничего не хочешь мне сказать – уходи, – потребовала у этого невыносимого человека.

– Я, может, и хочу. Но готова ли ты меня выслушать?

Подушка полетела в Теодора раньше, чем осознала, что делаю – и взорвалась на полпути, засыпая комнату перьями. Они кружились в воздухе, оседали на мебели, наших волосах, ковре на полу.

– Тео, – ласково позвала я.

Но маг понял, что легко и безболезненно не будет, поэтому помчался прочь, а я не собиралась прощать убийцу моей подушки, поэтому подхватила сестру безвинно почившей и понеслась за негодяем – сначала на кухню, но Теодор проскочил под рукой и ловко нырнул в ванную. Раздался скрежет шпингалета. Закрылся!

– Тео, открывай, – потрясала я подушкой. – Открой немедленно! Или будешь жить в ванной!

– Я-то буду, а где ты станешь умываться? – поинтересовались из-за двери.

– Воду можно и на кухне погреть, и в тазу вымыться, – ответила я.

– А если я в этот момент выйду? У тебя запираются только ванная и туалет.

– То я в тебя не подушкой запущу, а чем-нибудь потяжелее.

– И не жалко тебе вещей, – посетовали с той стороны. – Ника, давай зароем подушку войны. Мы же взрослые люди. Не будешь швыряться предметами в магов. У меня защита на уровне рефлекса, понимаешь? Уже выработанная привычка. Иначе не выжить. Поэтому я на тебя напал. И мне жаль.

– Жаль ему, – фыркнула я. – Прощу, но перья тебе убирать.

– Прости, уборка – не мужское дело, – гад злодеистый!

– А я и не мусорила, чтобы убирать. Веник на кухне.

И я с гордо поднятой головой пошла в гостиную, включила телевизор и уставилась в экран. Теодор понял, что осада снята, и выбрался из убежища. Послышались его осторожные шаги до спальни, а потом обратно. Тео спокойно вошел и сел на диван рядом со мной.

– Убрал? – спросила я.

– Что это? – указал он на телевизор. – Магия?

– Наука. Телевизор называется.

– Коробка с картинками, – фыркнул Теодор. – Как он устроен?

– Прости, я не мастер, во внутренностях техники не разбираюсь. Так что там со спальней? Уверена, веник ты в руки не брал.

Тео пожал плечами и отобрал у меня пульт. Повертел в руках. Чуть ли не на зуб попробовал.

– Вот эти кнопки переключают каналы, – показала я. – А здесь – звук. Развлекайся.

Что ж, раз уж мне все равно полночи перья из ковра выдирать, тоже пойду – развлекаться. Открыла двери спальни – и замерла. Абсолютно целая подушка лежала на кровати. И ни одного перышка. Нигде. Как он это сделал?

– Магия? – спросила, возвращаясь в гостиную.

– Да уж не наука, – усмехнулся Теодор.

– Кажется, кто-то собирался экономить.

– Извини, пока не получается. Говорю же, привычка. И… больше не подкрадывайся ко мне, хорошо? Не хочу случайно причинить вред. Просто у меня очень чуткий сон, чтобы я в любой момент мог отразить нападение. Сама понимаешь, враги редко нападают днем. Они предпочитают видеть тебя слабым, несобранным.

– Ты хоть высыпаешься? – поинтересовалась я.

– В принципе, да. Два-три часа отдыха мне хватает, – кивнул Тео.

– Так вот почему ты такой злой. От хронического недосыпа, – сделала свои выводы. – Знаешь, что? Время позднее. Телевизор подождет до завтра. Давай спать? Тут – не твой мир, и ночью никто не нападет. Разве что комары, но они тобой отравятся. Поэтому отдыхай.

– Спасибо, и за одеяло тоже, – Тео улыбнулся, и я снова удивилась, как может меняться выражение его лица. Сначала тихий и расслабленный, потом разъяренный, серьезный, иронизирующий, и, наконец, безмятежный и улыбающийся. Удивительный человек, которого я совсем не понимала, хотя должна была понимать лучше всех.

– Оставляю тебе трофей, – указала на напарницу восстановленной подушки. – Спокойной ночи.

Я вернулась в спальню, хоть сна не было ни в одном глазу. Поэтому вернула ноут в рабочий режим и открыла таблицу с данными героев. Итак, Теодор Арреан, третий граф Малерн. Внешние данные можно пропустить – чего я там не видела? А вот в качества характера добавила: «Когда надо, умеет быть добрым и милым. Спит слишком чутко, потому что каждую минуту ожидает нападения. Любопытен. С ужасным чувством юмора. Всеяден. Любит животных». Странный портрет злодея получается. И с каждым часом, который мы живем бок о бок, он становится все более противоречивым.

Глава 5

Я проснулась от запаха гари. Подскочила и понеслась в коридор, а оттуда – на задымленную кухню. По пути чуть не сбила кого-то с ног, но принеслась вовремя, чтобы увидеть печку, черную от копоти, и такой же чайник. И даже пятна на стенах и потолке.

– Я все исправлю, – пообещали из-за спины.

– Не сомневаюсь, – я медленно обернулась к Теодору, такому же взъерошенному и черному, как и все вокруг. – Вот скажи, что надо было делать с кухней, чтобы довести её до такого состояния?

– Чайник ставил, – парень отвел взгляд.

– Чайник? – вцепилась в ворот его рубашки. – Какой, к черту, чайник?

– Ника, я же сказал, что все исправлю, – кажется, Теодор начинал злиться, но меня было уже не остановить.

– Так исправляй! Что замер? За сутки в моей квартире ты успел довести меня до белого каления, угрожал убить мою подругу, чуть не попал под автомобиль – и я вместе с тобой, меня пару раз чуть не прибил. Теперь еще и кухни меня лишил! Как надо было ставить чайник, чтобы сгорело все?

– У тебя нет огнива, – гаркнул Тео.

– Конечно, нет! Это двадцать первый век, планета Земля. У нас нет огнива, Тео, потому что у нас есть спички, – потрясла перед ним полным коробком. – Чем ты его зажигал?

– Магией, естественно, – глаза Теодора сузились до щелочек. – Что-то не устраивает, женщина?

– Сам ты женщина!

– А что, я и тут ошибся?

Едва сдержалась, чтобы не вцепиться мерзавцу в лицо. Но в последний момент напомнила себе, что жизнь дороже кухни, развернулась и пошла прочь. Демонстративно грохнула дверью спальни – похоже, мне все-таки грозит ремонт. Слышала, как Тео возится на кухне и тихо ругается. Потом наступила тишина. А я немного успокоилась. Хлопок входной двери. Эй, куда это он?

Выглянула в коридор – кухня сияла чистотой. Зато жутких сапог не было. Вот еще упрямец! Хорошо, хоть в свою одежду переодеваться не стал. Может быть, потому, что я спрятала её от греха подальше? Быстро переоделась и помчалась за ним. Выбежала во двор – пусто. Еще и дождь начинал накрапывать, как назло. Привычные бабульки – божьи одуванчики испарились со скамеек. Почему, когда надо, их никогда нет? И куда мог подеваться черный маг из книжного мира в современном городе?

– Тео! – громко позвала я.

– Мяу, – откликнулся мокнущий на лавочке кот.

– Да не ты, – вздохнула в ответ. Где его искать? Открыла зонтик и поспешила на поиски. Город опустел. Только маршрутки везли людей, спрятавшихся от дождя, да гудели автомобили. А если Тео опять вынесся на дорогу? Если на него напали? Или он на кого-то напал? Что тогда? Одна мысль казалась ужаснее другой. Уже было не жаль даже кухню. Только бы нашелся!

Вышла по знакомому проулку на проспект, продолжая глазеть по сторонам. Тео, ну где же ты? Неужели настолько обиделся? Глупый, невыносимый! Но не оставлять же его одного в незнакомом мире. Он тут погибнет.

Я брела по лужам. Дождь и не собирался заканчиваться. Наоборот, только усилился. Может, его уже арестовали? Или… или…

Свернула в старый парк. Аттракционы здесь больше напоминали декорации для фильма ужасов. Впрочем, это не помешает городским властям в мае открыть парк для детишек. А сейчас здесь было пусто и неуютно. Голая земля с редкой порослью едва пробивающейся травы, облезлые скамейки, замершее колесо обозрения. И одинокая фигура на дальней скамейке. Темные волосы прилипли ко лбу, одежда насквозь промокла. Тео сидел, уставившись на дорожку невидящим взглядом, и даже не услышал, как я подошла. Окликнуть его не решилась, помня, как он отреагировал вчера на простое прикосновение. Вместо этого занесла над ним зонтик. Видимо, Теодор заметил, что поток воды прекратился, поэтому повернул голову.

– Зачем ты пришла? – спросил осипшим голосом. Не хватало еще, чтобы он заболел!

– Надо было тебя здесь оставить? – решила, что не буду вешаться найденышу на шею и кричать от радости, а то еще подумает о себе невесть что.

– Да. Я же тебе мешаю.

Невыносимый мужчина. Он – не злодей. Он – сплошное ходячее несчастье. Мало его мамка в детстве ругала! Или, наоборот, слишком много? Вспомнила его мамку, поежилась. Мне не нравилось даже про неё писать. Редкая дрянь.

– Мешаешь, – согласилась я. – Но, в отличие от некоторых, у меня есть стыд и совесть. Поэтому сейчас ты поднимешься и пойдешь домой.

– Не пойду.

– Значит, я сяду рядом и по твоей вине простужусь, – решила взять его измором.

– Твое право.

Я покосилась на мокрую скамейку, вздохнула и села. Зонта как раз хватало на двоих. Опустила голову на плечо Теодора, чтобы капли дождя не попадали на голову. Холодно. Что-то весна не торопилась вступать в свои права.

– Ты заболеешь, – напомнил Теодор.

– И что? Лечить будешь, ты же маг.

– Я только упокоить могу по-быстрому. Я же темный маг.

– Утешил!

Тео тихо рассмеялся и поднялся со скамьи, а затем протянул мне руку:

– Идем. Доведу тебя до дома.

– Или до ручки, – пробормотала я.

– Что?

– Да так, ничего. Местный фольклор. Идем, о великий и ужасный. Будем учиться ставить чайник без применения магии.

Мы брели по утонувшим в воде улицам. Небо нависало над головой грязной ватой. Странная ситуация, странные ощущения. Но мне было спокойно. С Тео можно было ничего не бояться, кроме его самого. Кажется, я спятила.

– Ты странно молчаливая, – заметил Теодор.

– Я вообще мало говорю, – откликнулась я.

– По тебе не скажешь.

Что ему доказывать? Я же не виновата, что он постоянно выводит меня из себя. Но ему положено. Он же злодей. Я его создавала с особой любовью, чтобы было страшно – ух. Пока что «ух», но не страшно. Наоборот. Плохо, видимо, продумала. Поэтому рукописи и не берут.

Мы поднялись домой. Муз тут же бросился под ноги – еще бы, рано утром ушла, его не накормила. Я сложила зонтик и повесила сушиться, а потом подхватила кота и потащила на кухню – кормить и ставить чайник.

– Ты что стоишь? – обернулась к Тео. – Мокрый совсем. Иди прими горячий душ. Или нет, пойдем, я сама все включу. А то еще сваришься ненароком.

– Я тебе не дитя малое, – нахмурился парень.

– Ути-пути, какие мы злые, – усмехнулась я больше чтобы его раздраконить, чем на самом деле. Но на этот раз Тео не поддался. Наверное, и правда замерз. Поэтому мы вместе направились в ванную. Когда я делала ремонт в новой квартире, друзья советовали установить душевую кабинку. Но я сделала выбор в пользу ванны – максимально большой. Что поделать, если обожаю полежать в пене с книгой? Вот и теперь повернула кран, пробуя температуру воды.

– Душ или ванна? – спросила у Тео.

Тот пожал плечами. С другой стороны, ванна лучше согревает.

– Значит, так, – замерла перед ним, скрестив руки на груди. – Краны не трогать. Пену и гели трогать можно, только много не лей, потом все на полу окажется. Полотенце возьмешь сиреневое, оно чистое, гостевое. Одежда… Одежду повесишь на сушилку. Я поищу что-нибудь другое.

– Сама сначала переоденься, – вздохнул Теодор. – Я не заболею, а вот ты – можешь.

– У меня иммунитет, – фыркнула в ответ и пошла переодеваться. Потом сушила феном волосы, долго рылась в вещах бывшего и наливала чай. Из ванной комнаты не доносилось ни звука. Утонул он там, что ли? На цыпочках подошла к двери.

– Тео, ты там жив? – позвала тихо.

Ответа не было. Может, ему плохо стало? Вода сильно горячая, к примеру? Я вообще фанат горячей воды. А ему, может, слишком. Или душно. Или…

В общем, рванула дверь на себя, чтобы нос к носу столкнуться с Теодором, щеголявшим в одном полотенце. Тот разразился бранью на своем, на вердарисском, а я – на исконно русском языке.

– Ты спятила? – рявкнул Теодор.

– Закрываться на щеколду надо! – завопила в ответ. – Извращенец!

– Что?!

Я резко закрыла дверь. Надо отдышаться и собраться с мыслями. И чего я, спрашивается? Просто эффект неожиданности.

– Тео, одежда в гостиной на диване, – сказала сквозь дверь. – И… я прошу прощения, побоялась, что тебе нехорошо. В общем, жду в кухне. С чаем.

Щеки алели от стыда. Это же надо, ворваться к парню в ванную! Дожилась, называется. Нет, так дальше не пойдет. Надо вводить какие-то рамки. Хотя, какие тут рамки, если Тео уже второй день переворачивает мой мир с ног на голову? Странный, непонятный, все время сыплет угрозами. И в то же время было в нем что-то, что заставляло меня забывать, как дышать. Если такой эффект от Тео, что было бы, если бы я познакомилась с Кейном?

Наконец, мой персональный злодей появился в дверях кухни. На этот раз – в темно-синей футболке, с глубоким трудом выуженной из груды бесполезных вещей, и черных джинсах. С волос все еще стекали капельки воды. Зато он вроде бы согрелся и перестал напоминать сосульку.

– Прошу прощения за возникшее недоразумение, – пробормотал Теодор, подхватывая ближайший к нему бутерброд и чай.

– Я тоже, – пришлось признать со вздохом. – Просто привыкла жить одна и иногда не думаю, что делаю.

– Понимаю, я тоже привык, – улыбнулся Теодор. – Кстати, у тебя удобная ванная. Женщины из нашего мира позавидовали бы. Особенно обилию средств для мытья.

То-то моим любимым гелем для душа в воздухе пахнет. «Обилие средств» Теодор оценил на собственном опыте.

– Смотри, еще привыкнешь, – ответила я. – И не захочешь возвращаться назад.

– Это вряд ли, – Теодор качнул головой. – Мало того, что у вас магии нет, так еще и одежда жутко неудобная. По-твоему, в этих брюках можно скакать на лошади? Или отбиваться от врагов? Да я в них ходить боюсь.

– Во-первых, это не брюки, а джинсы, – обиделась за любимый предмет гардероба. – Во-вторых, какие кони? У нас только автомобили. Ну, а отбиваться… Тут уже в чем враги застали, в том и отбиваться надо. У меня знакомую ограбить решили, так она туфелькой на шпильке оборонялась. Грабители в больнице, подруга осталась при сумке. Так что тут не угадаешь.

Тео пожал плечами. Видимо, не поверил. Что ж, его право. После завтрака мы разошлись по углам. Он – в гостиную, изучать список телепрограмм. Я – в спальню, к ноутбуку. Чтобы продолжить прерванную главу. Реальными событиями. А что делать? Оставить книгу на середине? Иначе не закончу её никогда, потому что любое другое развитие событий покажется ложью. После книги нужно было немного доработать рекламный проект, чтобы сдать его пред светлые очи начальства. Да и встреча в клубе тоже требовала внимания. Одним словом, бездна работы. На обед пошли те же бутерброды. Теодор поглядывал на меня неодобрительно, но молчал. Поэтому меня замучила совесть, и к ужину я приготовила суп. Не самый удачный, но съедобный. Судя по тому, что исчез суп быстро, с ним было не все так плохо.

Затем я вернулась к ставшему ненавистным проекту, уткнулась в графики и чертежи. И только ближе к полуночи вспомнила, что неплохо бы еще и выспаться перед рабочим днем. Выключила ноут, сладко зевнула и потянулась за пижамкой. Потом хлопнула себя по рукам и натянула футболку с шортами. Хватит сцены в ванной! Не буду пижамой щеголять. Я уже тащилась к кровати, когда в двери осторожно постучали. Что ему не спится-то?

– Входи, – откликнулась я.

А когда Тео появился на пороге, сразу поняла – что-то не так. Он и с утра не был румяным богатырем, но сейчас его бледность пугала, и только щеки пылали на бескровном лице.

– Что случилось? – кинулась к нему.

– Ничего, – Тео вымученно улыбнулся. – Ника, в вашем мире есть какие-нибудь зелья?

– Зелья? Зачем? – не сразу поняла суть вопроса.

– Лекарские зелья. От жара.

– У тебя температура, что ли? – прикоснулась ко лбу. – Ничего себе. Сейчас термометр возьму.

– Кого? – Тео уже не понимал, чего я от него хочу.

– Термометр, – подтолкнула его к кровати. Говорила же не сидеть на мокрой скамейке под дождем! Упрямый дурак! – Садись, посмотрим, что с твоей температурой. Вот, зажми подмышкой.

Тео покрутил в руках электронный термометр, но все-таки послушался. Через тридцать секунд прибор запищал. Я взглянула на экран – и чуть не выругалась вслух. Тридцать девять и шесть! Что за злодей мне попался? Кейн его не угробил, зато недоработки Кейна смогла восполнить обычная простуда.

– Ложись немедленно, – толкнула его в кровать, понимая, что сама уже не усну. – Сейчас принесу таблетки. Зелья, – пояснила для особо непонятливых.

Помчалась на кухню и вывернула на стол содержимое аптечки. Возблагодарила небеса за пакетик жаропонижающего, а вот давать ли Теодору что-то посерьезнее? В их мире таких лекарств нет. Если аллергия пойдет? Или еще что? Я даже скорую вызвать не смогу, потому что у него нет никаких документов. А если вызову, из больницы он потом отправится в полицию.

Вернулась в спальню. Тео молча следил за мной. И почему-то мне казалось, что ему стало хуже. Протянула ему стакан. Тот заметно подрагивал в руках Теодора. Но Тео держался и медленно пил, морщась, словно это как минимум рыбий жир.

– Все, теперь отдыхай, – сказала, когда стакан опустел. Поправила одеяло, укрывая Теодора до ушей. – Может, разделся бы? Неудобно…

На меня посмотрели так, словно я предложила ему переспать. Вот они, прелести фэнтезийного воспитания.

– Я отвернусь, – пообещала несчастному. Не подействовало. Но я все-таки отвернулась. И, судя по скрипу кровати, Тео внял голосу разума. Когда я обернулась, одеяло было на месте, а одежда – на стуле.

– Спи, – прикоснулась к горячему лбу. – Во сне организм восстанавливается быстрее.

По крайней мере, мне так казалось. Поэтому во время болезни я старалась поскорее уснуть, чтобы проснуться почти здоровой. Вот и сейчас переместилась в кресло, снова включая ноутбук. Не лягу, пока жар не спадет.

Тикали большие настенные часы. Я стучала по клавиатуре ноутбука. Тео лежал, закрыв глаза. Пару раз покосилась на него, но дергать не стала. Может, он и правда уснул? Наконец, решилась проверить, молясь, чтобы на этот раз обошлось без удара магии. Осторожно отодвинула столик с ноутбуком и села на край кровати. Прикоснулась ко лбу – и схватилась за градусник.

– Тео, давай температуру померяем, – попросила ласково.

– А? – парень открыл помутневшие глаза.

– Термометр, – потрясла перед ним градусником. Тот послушно поднял руку и позволил включить прибор. Так и знала! Сорок! И что мне делать? Я заметалась по дому. А если ему не помогают земные лекарства? Если он умрет? Мамочки!

Схватила с тумбочки мобильный и набрала Ритку.

– Ника, ты спятила? – минуту спустя раздался сонный голос подруги. – Ты на часы смотрела?

– Рита, миленькая, солнышко, спасай! – запричитала я. – Мне нужен врач, немедленно.

– Заболела? – сон исчез из голоса Риты.

– Не я, Тео. Понимаешь, мне кажется, он простудился. А с документами… В общем, беда у него с документами, Рита, украли на улице. Я не могу вызвать скорую, потому что… не могу. У тебя знакомые врачи есть?

– Да, – кого только у Ритки в знакомых не было. – Помнишь Мишку Пороха? Он на скорой работает, а вообще – терапевт, вроде бы. Я его наберу, он даже недалеко от тебя живет. Жди.

Я вернулась в спальню, прижимая к груди телефон.

– Тео, ты как? – склонилась над магом.

– Арре миане, – ответил он.

– Я не понимаю по-вашему, – напомнила тихо. Но и Тео меня почти не слышал, потому что продолжал говорить на своем языке. Кажется, он бредил.

Когда в двери позвонили, я уже чуть было не ревела. А Мише радовалась, как новогоднему подарку.

– Что у тебя? – деловито спросил он, ничем не выказывая раздражения оттого, что его подняли среди ночи.

– Идем, – потащила в спальню. – Понимаешь, Теодор утром вымок под дождем и заболел, у него температура сорок.

– Иностранец? – уточнил Миша.

– Ну да, пару дней, как в нашей стране. Я не знаю, какие лекарства ему давать, и… Мишенька, спасай! Я заплачу любые деньги!

Миша вымыл руки и двинулся в спальню. Пока он осматривал Тео, я места себе не находила. Затем Михаил достал из чемоданчика шприц и ампулу.

– А ему хуже не станет? – осторожно спросила я.

– Хуже – не станет, – заявил Миша. – Главное, чтобы стало лучше. Если через час температура не начнет снижаться, позвонишь мне. Приду, сделаю еще один укол. Разбудить не бойся, не стесняйся. Думаю, тут дело в резкой смене климата. Твой друг приехал, еще не успел привыкнуть к нашим условиям, поэтому и заболел. Должно пройти.

– Спасибо, – я не знала, как благодарить.

– Попробуй развести уксус водой и обтереть тело, тоже охладит немного, – после укола проинструктировал Михаил. – Если все будет хорошо, вот список лекарств, утром купишь, а я завтра все равно вечером зайду, посмотрю его.

Мы быстро попрощались. Я пыталась всунуть Мише деньги, но он не взял. Надо будет через Риту хотя бы что-то ему подарить. Все-таки разбудила человека в полночь, пришел, помог. Быстро приготовила требуемый раствор, взяла новое полотенце и вернулась в спальню. Тео вроде дышал ровнее. Намочила полотенце и аккуратно провела по лицу парня. Ничего, все пройдет. Осторожно растерла плечи. Тео открыл глаза – все еще мутные от жара.

– Эри анне? – спросил он, судя по интонации.

– Тише, – прошептала я. – Отдыхай, скоро станет легче.

– Вере диа.

– Тео, все хорошо, – ну почему я ничего не понимаю? – Ты выздоровеешь.

– Вайолет?

Имя показалось знакомым. Точно!

– Нет, я не Вайолет, – ответила осторожно. – Её здесь нет.

– Вайолет…

– Её нет, Тео. Уже давно, – отставила миску с уксусом и села рядом. Вайолет погибла еще в десятой главе. Бросилась между Тео и Кейном во время очередной их стычки. С тех пор Теодор сам искал Кейна, чтобы отплатить за её смерть. Так они и оказались на краю обрыва.

– Сете ми, – снова этот проклятый язык!

– Что? – переспросила без особой надежды.

– Останься…

– Хорошо, – тихонько легла рядом. Вроде бы жар начал спадать. Тео придвинулся ближе и опустил голову мне на плечо. Наверное, думает, что рядом с ним – Вайолет. Пусть думает, если ему так легче. Утро все равно расставит вещи по своим местам.

Глава 6

Я проснулась от того, что на меня кто-то смотрит. Вспомнила, что через час должна была заставить Тео померить температуру, и резко открыла глаза. Теодор уже не спал. И судя по тому, что он подпер голову рукой и таращился на меня, ему определенно стало лучше.

– Что? – спросила осторожно, потому что его взгляд был какой-то странный.

– Ника, я долго думал, и… – задержала дыхание, – я согласен на тебе жениться. Когда можно встретиться с твоими родителями, чтобы сообщить им о нашем решении?

– Подожди, – у меня в голове словно взорвался фейерверк. – Что ты сказал?

– Говорю, что я – честный мужчина, – повторил Теодор совершенно серьезно. – И раз мы спали в одной кровати, значит, я тебя скомпрометировал. А раз так, осознаю свою ответственность и согласен жениться на тебе.

Кажется, до меня дошло. Потому что если бы кое-кто чуть не умер минувшей ночью, я бы придушила его прямо сейчас!

– А скажи-ка мне, Теодор, – поинтересовалась осторожно, – кто тебе сказал, что я согласна выйти за тебя замуж?

– Ты не согласна? – на лице Тео читалось искреннее удивление.

– Слушай, ты, конечно, симпатичный, но то, что ты полночи умирал у меня на плече, не дает тебе права навязываться в мужья! – выпалила в лицо и унеслась на кухню, заваривать чай, потому что больным надо много пить. Главное – не вылить чай ему на голову. Случайно. Эко его температурой пришибло! Так мне еще не предлагали выйти замуж! Точнее, вообще не предлагали, но…

Я вернулась с чаем. Тео делал вид, будто ничего не произошло, сдержанно поблагодарил, выпил чай и лекарство. А я молчала, потому что понятия не имела, о чем говорить. Зазвонил мобильный.

– Алло, – ответила, даже не глядя на экран, уверенная, что звонит Рита.

– Леонова! – раздался в трубке очень злой голос моего шефа. – И где ты ходишь, интересно мне знать, когда рабочий день начался час назад?

Час? Час?! Я закашлялась.

– Иван Владимирович, я заболела, – прохрипела в трубку. – Простите, всю ночь лекарства пила, только проснулась.

– Хорошо, вызывай врача, лечись, – начальник сменил гнев на милость. – Но в следующий раз предупреждай. Кем я должен тебя заменить?

– Прошу прощения, это больше не повторится, – пообещала я. – Сейчас отправлю все правки по проекту.

– Жду.

Все-таки Иван Владимирович был хорошим начальником. Поэтому стыдно было врать. Я честно отправила законченный проект и раздумывала, как уговорить Мишу помочь со справкой. Потому что Тео лучше все-таки не оставлять одного.

– Ника, прошу прощения, что тебя смутил, – вклинился в водоворот мыслей голос Теодора. – Я просто не знаю обычаев вашего мира, и для меня многое… не так.

– Ничего страшного, – отмахнулась я. – Объявляется день лечения и безделья.

Плюхнулась обратно в кровать и закрыла глаза, натягивая на себя плед, потому что одеяло было злодейски похищено Тео. Сам Теодор наблюдал за мной с улыбкой. Видимо, понял, что брак ему в ближайшем будущем не грозит.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я.

– Лучше, – ответил он. – Спасибо тебе. Я… первый раз в жизни простудился. Просто в нашем мире магия защищает от подобных вещей, а здесь защита исчезла. Вот и получился результат.

– Главное, что ты жив и здоров, – искренне сказала я. – Ты очень меня напугал! Слушай, Тео… ты все время говоришь о Кейне. Почему между вами такая вражда? Если не хочешь, не отвечай, но… – я хотела услышать ответ. Потому что понимала – книжный герой и реальный Тео имеют не так много общего. А до причин их вражды с Кейном я так и не добралась, не считая сестры Кейна. Было несколько версий, но ни одна не казалась достаточно правдоподобной.

– Почему? Я отвечу, – улыбка Тео померкла. – Это старая история. Ты никогда не была в моем мире, тебе будет сложно понять… На самом деле, всё началось с моего рождения.

– С рождения? – такого поворота я не ожидала. Даже придвинулась ближе.

– Именно, – Теодор повернулся ко мне. – Дело в том, что Кейн – мой брат.

– Что? – я чуть не упала с кровати. Это с какого перепугу? Нет, мы так не договаривались. Я что, это напишу?

– Да, – Тео словно не заметил моего изумления. – Когда мать Кейна была им беременна, отцу стало скучно рядом с супругой, и он связался с моей матерью. Она надеялась, что граф Уолт Айрен отправит жену в монастырь и останется с любовницей. А в итоге Уолт заявил, что мать ему не нужна. И его не остановила даже её беременность.

Тео замолчал. Я дала ему время собраться с мыслями. Он взял с тумбочки остывший чай и залпом допил оставшийся напиток. А затем продолжил:

– Я никогда не был ей нужен. Она искала любовников одного за другим. Все надеялась составить личное счастье. В итоге вышла замуж. Её муж был намного старше и стал для меня настоящим отцом. Он учил меня справляться с магией, обращаться с оружием. Но возраст взял свое, и когда мне исполнилось пятнадцать, его не стало. Конечно, я знал, что Коннор – не мой отец. И меня душила обида. Мне казалось несправедливым, что Айрен предпочел забыть о моем существовании. Мать к тому времени и вовсе… В общем, ей было все равно, куда я еду и зачем.

Я бы могла дополнить его рассказ в этом месте, потому что как раз мамочку Тео описала во всех красках. Чудовище, а не женщина. «Не нужен» – это мягко сказано. Но Теодор не собирался жаловаться. Меньше всего ему было нужно мое сострадание. А вот как он связался с Кейном, хотелось услышать.

– Я приехал в имение Айрена с одной лишь целью – поговорить с отцом, – сказал Тео. – Пришел к нему, начал обвинять. Тот приказал вышвырнуть меня за дверь. Но получилось так, что наш разговор услышала его жена. Она была хорошей женщиной, только к тому времени сильно болела. И известие об измене мужа её подкосило. Она слегла и вскоре умерла. Кейн винил во всем меня. Луиза, его сестра, наоборот, отнеслась ко мне с пониманием. Мы даже подружились.

Еще интереснее. Как же тогда получилось, что он её убил?

– Мы часто виделись, – продолжал Тео. – А потом отец решил сделать её разменной монетой и выдать замуж, чтобы поправить пошатнувшиеся дела. Луиза умоляла не делать этого. Накануне свадьбы я прокрался к ней и предложил бежать. Но она знала, что у меня самого не то положение, что мне некуда идти. Я продолжал уговаривать, но тут появился Кейн. И пока мы в гостиной пытались укоротить друг другу жизнь, Луиза выпрыгнула из окна. Конечно, Кейн записал это на мой счет. Так все и закрутилось. Он гонялся за мной по всей стране. Я злился – за то, что у него было все, а у меня ничего. И старался отомстить больнее. Отбивал у него возлюбленных, мешал любой цели. Нужно ли мне было это? Нет. Но я жаждал мести. Мне было двадцать, и я знал только, что такое ненависть. Наверное, так бы и продолжалось. Меня даже забавляла эта гонка. Я ведь сильнее его. Думал, что сильнее. Пока как-то раз он меня не достал. Рана была серьезная. Кейн думал, что меня убил, но я пришел в себя и добрался до храма. Одна из светлых жриц спрятала меня и выходила.

Тео снова потянулся за чаем, но чашка была уже пуста. Он растерянно посмотрел на неё и вернул на место, а у меня защемило сердце. Чем закончилась эта история, я уже знала.

– Я влюбился, – глухо продолжил он. – Вайолет было все равно, кто я, откуда, как очутился у её двери. Она просто была светлой. Настоящей светлой, а не как Кейн. Поначалу она меня отвергла, но потом… мы нечасто виделись. Я пропадал на тренировках, хотел увеличить свою силу. Да и боялся, если честно. За неё, не за себя. Так прошло три года. И за это время я понял, что плевать мне на Кейна. Надо забирать Вайолет и уезжать из страны. Потому что это была не жизнь, а бесконечная погоня. Я приехал к ней. Помню этот вечер, как сейчас. Была сильная метель. Мы сидели у камина, и я уговаривал её оставить храм и уехать. Но она была против. Просила меня остаться – её богиня не запрещала жрицам вступать в брак. Я настаивал. До сих пор не понимаю, как не почувствовал опасности. Наверное, дело было в непогоде, она притупляет ощущения. Но когда Кейн ворвался в дом, я оказался перед ним безоружным. И даже не успел призвать магию, когда он напал. Вайолет кинулась наперерез. Заклятие убило её на месте. Светлое, как и она сама. С тех пор я обезумел и начал сам искать Кейна. Забирал всё, что ему дорого. Втаптывал в грязь. Потому что я – это я, но какое право он имел лишать жизни Вайолет? Она никогда и никому не причинила вреда. Только потому, что она меня любила?

Тео сжал мою руку. Я не знала, что ему сказать, и чувствовала себя бесконечно виноватой. Я тоже не хотела, чтобы так все получилось. Точнее, не думала, что он где-то есть. И есть девушка Вайолет, которой стало жаль раненого парня, истекавшего кровью на её пороге. Которая рискнула доверить сердце темному магу, зная, что на его руках – кровь. Ведь она и правда была виновата только в том, что полюбила Тео. Зная, какой он.

– Я заставил тебя грустить, – Тео попытался сменить тему, пусть и не особо успешно. – Это все болезнь. Обычно я не говорю о прошлом. Оно для меня уже не существует.

– Зато ты пытаешься убить Кейна.

– А он – меня. Но в этом мире его нет, правда?

– Нет, – подтвердила я, искренне надеясь, что это так.

– Значит, не о чем беспокоиться. Я посплю еще, ладно?

Я кивнула. Тео закрыл глаза, а я сидела рядом и думала, думала… Даже не замечая, что по-прежнему сжимаю его руку.

Во второй раз нас разбудил дверной звонок. За дверью обнаружился Михаил. Он осмотрел больного и подтвердил, что опасность миновала.

– Рекомендую еще пару дней постельного режима, и будете здоровы, – сказал он Теодору.

Сам Тео в присутствии Миши вообще молчал. Видимо, вспомнил, что он для моих знакомых – иностранец. Либо просто наговорился на год вперед. А когда за доктором закрылась дверь, сказал:

– У вас странные лекари. Как они могут лечить, не обладая магией?

– Наука, – многозначительно сказала я. – Ну что, как самочувствие?

– Отлично, – ответил Теодор. – Помнишь, ты обещала мне вылазку на кладбище?

– Это ты к тому, что ночью был одной ногой в могиле? – осторожно уточнила я.

– Нет! Просто близится вечер. Самое время поискать нужную могилу.

– Тео, а заняться этим в светлое время суток никак нельзя? – без особой надежды спросила своего мучителя, потому что ночь и кладбище были для меня величинами несовместимыми.

– Нельзя, – отрезал Теодор. – В ночное время суток магия тьмы более активна. Поэтому собирайся, вечером идем на поиски.

С таким заявлением неудивительно, что мне кусок в горло не лез. Зато Тео был бодр и весел. Снова час полоскался в ванной – счастливый человек! Быстро привыкает к благам цивилизации. И даже ничего не сжег, не утопил и не залил. Поэтому довольная физиономия Теодора никак не вязалась с моим постным лицом. А тут еще Рита навязывалась в гости, проведать больного и убедиться, что у нас все в порядке. Но к Ритке у меня была другая просьба. Документы. Ночное происшествие доказало, что мало ли, когда они могут понадобиться. Рита пообещала содействие и приказала сделать фото на паспорт. У меня уже голова шла кругом от всего, что на неё свалилось.

– Ты нездорова? – Тео все-таки заметил мой кислый вид. – Я тебя заразил?

– Нет, что ты, – махнула рукой. – Просто ты тащишь меня ночью неведомо куда.

– Хочешь сказать, ты боишься? – прищурился мучитель.

– Представь себе. Кладбище и днем-то не самое приятное место. А тут – ночью!

– Ника, это глупо, – рассмеялся Теодор. – Призраки никому не причинят вреда.

– Хочешь сказать, они существуют? – сердце предательски пропустило удар.

– Конечно. Но они безобидны, если к ним не совать нос. А мы не будем этого делать. Просто поищем могилу колдуна или колдуньи. Должны же в вашем мире такие быть.

– Ты меня так успокоил, – я попыталась держать себя в руках, но получалось плохо.

– Хочешь – пойду один, – сорвалось с губ Тео заманчивое предложение. – Подождешь меня у ворот кладбища.

Писательское воображение живо подсунуло картину: ночь, каркают вороны, я одна-одинешенька стою перед рядами могильных крестов и часа так три жду, пока Тео найдет могилу колдуна.

– Ни за что! – замотала головой. – Идем вместе, там и разберемся. Нам что-то понадобится?

– Ничего, – усмехнулся Теодор. – Надо же, я не считал тебя трусихой, Ника. Неужели ты боишься безобидных призраков больше, чем меня?

– А чего тебя бояться? – спросила устало. – Убивать ты меня не станешь, как женщина я тебя не интересую, да и вообще… Я тебе жизнь спасла, между прочим. Точнее, пыталась спасти. Остальное сделал Миша.

– Все верно, – кивнул Тео, и мне почему-то стало обидно. Мог бы и возразить. Особенно по поводу моей женской привлекательности. Но сказал то, что сказал. Да и глупо было хотеть другого. Тео восстановит магию и исчезнет. А я останусь – со своими рукописями и котом. Точка. Хэппи-энд.

Как только стемнело, мы вышли из дома. Я пыталась уговорить Тео надеть папину рабочую куртку, в которой он когда-то делал в квартире ремонт, но Теодор отказался наотрез. Сказал, что холод ему не страшен. О температуре сорок он предпочел не вспоминать. Поэтому я куталась в джинсовую курточку, а Тео вышагивал рядом в футболке, являя собой верх безрассудства и эгоизма. Придется раскошелиться на свитер. Одни траты!