Читать книгу: «Сарафаны»

Глава 1. Стелла является ко мне без приглашения

Пообщаться со мной без труда может каждый встречный: я охотно болтаю даже с трехлетками в транспорте. Вчера, например, имела удовольствие беседовать в автобусе с молодой дамой по имени Елизавета Петровна и теперь знаю, что у нее во дворе живет много, много собак – две! – и одна из великого множества этих псин очень громко гавкает, когда кто-то идет мимо калитки. Елизавета Петровна плохо спит и потому не желает сегодня идти в садик.

Не поверите, иногда я даже пару минут поддерживаю разговор с любопытной пожилой соседкой, которой позарез нужно выведать, что это за девушка с зелёными волосами вчера копалась в наших зарослях крапивы, гордо именуемых садом. Девушка вела неравную борьбу с сорняками, а сын мой при этом стоял рядом с фотоаппаратом в глубокой задумчивости. Руки травой, поганец, сам не пачкал. О девушке с зелеными волосами я и сама бы с удовольствием с кем-нибудь посплетничала, да нельзя: у нас в семье не принято соваться в личную жизнь ближнего.

А вот доверительные и глубокие отношения с новыми собеседниками я давно не строю – вполне достаточно имеющихся приятелей. Познакомишься – это же общаться придётся? Отвечать на сообщения? Ходить – Боже упаси! – в гости? Нет уж, увольте. У меня есть проверенные временем друзья, больше мне никто не нужен.

Прекрасные рассуждения, но я не учитываю, что у Вселенной на меня свои планы.

Помню, несколько лет назад мне на телефон внезапно пришло сообщение: "Мы выезжаем, скинь адрес". Я озадачилась, но адрес скинула и поспешно засунула в посудомойку тарелки, брошенные сыновьями на столе после обеда.

И вот они приехали – мама с дочкой, яркие льняные сарафаны до пят. Легкая, щебечущая, не совсем вменяемая Стелла; Лика – красивая и мрачная, по-подростковому ненавидящая всех окружающих.

Стелла впорхнула на нашу кухню как к себе домой и сразу стала раскладывать на столе какие-то неведомые разноцветные флакончики, кулечки, экзотические специи. Лика, даже не взглянув на попугайчиков, развернулась и под вопли беснующейся кавказской овчарки Груни ушла в сад, залезла там на яблоню.

Я осторожно поинтересовалась:

– Вы вообще кто, девушки?

– Я – репетитор по английскому! – сияя и с порога переходя на "ты" , ответила Стелла, – ты же оставляла заявку на обмен уроками? Ты нам вокал, а я – английский для твоих мальчиков.

Я представляла себе репетиторов по английскому немного иначе. Например, суровая Маргарита Ивановна, которая учила моих детей ранее, одним небрежным взмахом отбила нападение гигантской лохматой собачищи, внезапно выпрыгнувшей на нее из -за двухметровой ограды вольера. Груня наша, помню, по неведомым причинам очень не любила репетиторов по английскому.

Но – всякое бывает, я покорилась судьбе и разрешила новой знакомой немного помучить мальчишек. Подозреваю, что сыновьям, конечно, было интереснее посидеть на яблоне с Ликой, но они в те годы ещё слушались мать и стеснялись незнакомых красоток.

Стелла включила нам всем дурацкий мультфильм на английском, мы немного посмеялись.

Затем я провела урок вокала – открыла пианино и выучила со Стеллой романс. Природного голоса и музыкального слуха у нее не было, но я – человек очень упорный. Говорить можешь – значит, запоёшь. Речь человеческую разбираешь? В верные ноты – не мытьем, так катаньем – попасть заставлю.

– Не век тебе птаааашечкой звонкой распевааааать, легкокрылой бабочкой по цветааам порхать, – спела Стелла через час моих истязаний. Очень довольная собой, сняла насупленную дочь с дерева и упорхнула.

Глава 2. Стелла продолжает общение

Если честно, я не жаждала новых встреч. Стелла и Лика меня позабавили, но совершенно не заинтересовали в качестве собеседников. Чудиков-то я много на своем веку видала, мне бы поглядеть теперь на нормальных людей.

В качестве репетитора по английскому я Стеллу не рассматривала. Все фразы даже на родном языке она строила с середины и нередко забывала, о чём говорила, не в силах справиться со сложными грамматическими конструкциями.

Боюсь, что я предпочитаю учителей-зануд: четкость, ясность, грамматика, пунктуация.

От ненужного общения я отбивалась, как могла: то у меня работа, то уезжаю в отпуск, то голова болит.

Но мои пожелания судьбой в расчет не принимались: я начала самым чудесным образом сталкиваться со Стеллой в разных местах – в метро, в оперном театре, а один раз – даже в маленьком ресторанчике, куда мы с сыновьями забрели отметить какую-то не очень важную дату.

– О, вот и ты! – кричала эта непостижимая девушка, – слушай, сейчас я тебе такооооое расскажу!

– Ээээ, привет-привет! – говорила я, сияя фальшиво-радостной улыбкой и мысленно закатывая глаза, – как ты здесь оказалась?

–Тебя поджидала! – отвечала Стелла и начинала излагать свои запутанные, но невероятно интересные истории.

Обычно я плохо узнаю людей, если видела их всего один-два раза. Зрение у меня стопроцентное, но пользуюсь я им мало – пребываю в своих мыслях и лишь немного поглядываю под ноги, чтобы не споткнуться. Окружающих не рассматриваю, запоминаю по голосам.

Но эту красотку не узнать было сложно. Она всегда бодро и невразумительно чирикала, сияла, благоухала. Блестящие рыжие волосы эффектно распущены по плечам, косметика наложена умело и точно.

Я так и не разобралась, кем была Стелла по образованию – не имею привычки спрашивать о столь скучных вещах – но она неплохо рисовала и вечно уговаривала меня составить ей компанию при выезде на пленэр.

– В ботаническом саду сакура цветёт! Надо завтра ехать, даже если дождь! – звонила она мне в полночь.

Я рисовать-то умею, и даже – временами остаюсь вполне довольна своими художествами, но, увы, это дается мне слишком легко. Я люблю лишь те занятия, где необходимо прикладывать неимоверные усилия, чтобы добиться хоть какого-то результата: петь я училась лет двадцать подряд, но до сих постоянно нахожу недостатки в своём звукоизвлечении.

На пленэры я ездить, конечно, отказывалась, но в гости меня каким-то колдовством заманили.

Глава 3. Стелла играет в ведическую женщину

Я подозревала, что жилище Стеллы будет фантастическим. Воображение рисовало стены, расписанные розовыми единорогами, коврики для йоги вместо стульев, клетка с райскими птичками на окне. Горы любовных романов в мягкой обложке на книжной полке. Много воздуха, света и свободного пространства…

Я не угадала. Квартира оказалась настоящей берлогой, от пола до потолка заваленной коробками, шкатулками, пакетами, – миллионом немыслимых, но, вероятно, очень нужных вещей.

Пробраться в недра этого логова можно было только боком, отчаянно втягивая живот.

"Решено: с завтрашнего дня ем только грейпфруты", – подумала я, застряв в проходе, как Винни-Пух в кроличьей норе.

Над всеми этими сокровищами непрерывно курился фимиам из дешёвых ароматических палочек, нестройно и назойливо звякали колокольчики индийских подвесок. Где-то в глубине, в потайных комнатах, куда меня не пригласили, тихо звучала атональная индийская музыка, вызывая у меня лёгкую головную боль.

Стелла самозабвенно играла в игру под названием "ведическая женщина". Натиралась маслами, ела какие-то семена, вела заумные и малопонятные разговоры о чакрах и паразитирующих на них тонких сущностях. Я, если честно, терпеть не могу эзотерику, – впрочем, религиями тоже не балуюсь.

Для меня всё одно: фигурка Кришны, икона святого Пантелеймона. Я никогда не фокусирую свой взгляд на таких малоинтересных вещах. Впрочем, я отношусь к чужим увлечениям и закидонам весьма лояльно: верьте хоть в макаронного монстра, только меня не трогайте.

– Ты пока не эзотерёхнутая, вот что! – сказала мне Стелла, наливая красного вина в бокал, – а мне такое нравится!

– Меня всё забавляет, но я ни во что не верю. У меня своё колдовство, – ответила я.

– О, поучи меня своему колдовству! – попросила моя знакомая с горящими глазами. Такие разговоры её всегда волновали.

– Ну, это сложно и долго…Сначала нужно научиться петь гаммы…

Глава 4. Стелла и специи

Мне всегда казалось: дом отражает сущность человека более явно, чем внешность. Одеждой, думаю, мы пытаемся дорисовать те качества, которых нам не хватает.

Например, я, наряжаясь в строгие черные костюмы, пытаюсь придать себе чёткость и сосредоточенность, организовать свои мысли. Не знаю, насколько это мне помогает, в одном уверена твёрдо:если вдруг когда-нибудь надену оранжевую юбку и распущу волосы – буду сидеть перед зеркалом, любоваться собой и ни за что не поеду на работу. Зачем такой красавице работать?

Жилище, если вам удается туда проникнуть, всегда подскажет, с кем вы в действительности знакомы. Если я попадаю в излишне чистые, стерильные обители – стараюсь иметь с их владельцем поменьше общего. В детективах, из которых я почерпнула большую часть своих познаний в области психологии, дом без единой пылинки всегда намекает, что его хозяин в конце романа окажется серийным убийцей.

Запущенная квартира, где пол покрыт липким слоем грязи, а мусорное ведро переполнено гниющими отходами, обычно показывает нам человека доброго, готового по первому зову броситься на помощь ближнему или дальнему. Как правило, в фантазиях владелец такой квартиры считает себя невероятным аккуратистом и чистюлей, но сетует на недостаток свободного времени для уборки, что вполне правдоподобно: все силы у него обычно отнимают религиозные мероприятия и благотворительная деятельность.

Но бывают – без сомнения – и просто злобные грязнули, а также раздолбаи и пофигисты без особых моральных перекосов.

Квартира Стеллы была явлением уникальным. Я встречала на своем пути немало ценителей хлама, но всем им было далеко до моей новой подруги.

Ящики и упаковки разных фасонов громоздились всюду опасными неустойчивыми грудами: в коридоре, комнатах, на кухне, в ванной и туалете. Чем была заполнена вся эта бесконечная тара, я так и не узнала. Мне – аскету, считающему излишеством даже настенные календари – было в этой пещере сокровищ откровенно страшно.

Ориентировалась хозяйка квартиры в своих богатствах без проблем. Собираясь кормить гостей, она переставляла с места на место сотню коробок и извлекала на свет божий массу хитроумных приспособлений для лентяев: терки, овощечистки, яйцерезки, кисточки, блендеры. На стол вываливались диковинные индийские специи, соли, загустители и разбавители. Еда сотворялась из отборных продуктов, названия которых я, возможно, когда-то слышала, но покупать никогда даже не пыталась.

Если честно, я – кухарка скучная. Готовлю блюда простые, на две копейки, к деликатесам отношусь с опаской и подозрением. Умею варить кашу из топора даже без топора.

Результат, по моему мнению, не стоил произведенной суеты. Специи, ароматные сами по себе, в готовом блюде словно убивали друг друга на дуэли – от них не оставалось ни запаха, ни вкуса, ни цвета.

После угощения мне неизменно становилось плохо, но я почему-то, утомившись выдумывать причины для отказа, начала покорно ездить к Стелле в гости.

Глава 5. Профессиональная невеста

Долгое время я не понимала, на что, собственно, Стелла с дочерью существуют: моя новая подруга с утра до ночи порхала по каким-то безумно интересным мероприятиям, о трудовой деятельности никогда даже не заикалась. В одной из дальних комнат своей огромной квартиры в центре Питера она устроила мастерскую по изготовлению декоративных свечей и мыла, но баловалась всем этим не очень рьяно – от случая к случаю. Продавала шедевры неохотно, больше раздаривала или использовала для собственных нужд.

– Слушай, а чем ты по жизни занимаешься? – как-то раз осторожно поинтересовалась я.

Задавать неделикатные вопросы – не в моём духе, но в данном случае любопытство пересилило воспитанность.

–Я-то? Замуж хожу! – Стелла засияла от удовольствия и принялась вываливать на меня миллион прекрасных историй, из которых я запомнила и записала лишь малую толику.

Итак, Стелла ходила замуж – вернее, вечно пребывала в статусе невесты. Женихи отлавливались заграничные, достойные, обеспеченные, часто немолодые, умеющие красиво ухаживать и дарить дорогие подарки. Жизнь моей подруги напоминала непрерывный праздничный хоровод – полная противоположность моему унылому и монотонному существованию.

Слушать истории было интересно – такой успех у мужчин мне и не снился. Втайне я, конечно, мечтала перенять опыт подруги и тоже кого-нибудь немножко охмурить, едва лишь мои сыновья-подростки встанут на ноги.

Естественно, я не куковала в полном одиночестве. В ближайшем окружении всегда водились поклонники-музыканты, но эта категория мужчин со мной, как выяснилось, категорически несовместима. Гениям нужна серая мышка, которая будет подавать завтрак в постель, завязывать любимому шнурки и мило молчать. Мне же требуются философские разговоры за завтраком, а ещё я, увы, непрерывно шучу. Жирный минус на рынке невест.

Сравнивая Стеллу с собой, я неизменно понимала, что и в подметки ей не гожусь: никогда не сумею так последовательно и целенаправленно работать над своим образом беспомощной блондинки. Не видать мне, к сожалению, нового мужа, даже самого завалящего.

Забавно: я произвожу впечатление человека, уверенного в себе, умеющего водить машину и воспламенять взглядом. Мои взрослые вокальные ученики поначалу уверены, что я могу управлять Вселенной, но, узнав педагога поближе, перед намечающимся концертом всякий раз осторожно спрашивают, способна ли я самостоятельно арендовать зал для выступления.

Машину я водила один-единственный раз в жизни – до первого столба. До сих пор не понимаю, как можно было в принципе пустить за руль такую клушу…

Стелла – в отличие от меня – могла и умела всё: водить машину, менять перегоревшие лампочки, вести телефонные переговоры. Легкая придурковатость была частью продуманного имиджа, искусно изготовленной и намертво приросшей маской.

Глава 6. Духи с феромонами

Стелла мечтала научиться петь – вероятно, чтобы очаровывать мужчин своим сладкоголосьем. Я была не против ей в этом помочь, но существовала непреодолимая проблема:моя ученица не умела приходить на занятия вовремя. Если ты опаздываешь на урок на час – ты приходишь к началу урока другого ученика, неужели не ясно?

Стелла не просто опаздывала на час: она могла перепутать день, место проведения занятия – хорошо, если не планету.

У меня же со временем отношения такие: когда я вижу, что мой автобус тащится слишком медленно и существует шанс задержаться на тридцать секунд, я выскакиваю из транспорта и дальше сломя голову несусь бегом. Помню, когда мама была жива, она по причине поломки трамвая опоздала на встречу со мной на целых семь минут. За это долгое время я начала метаться, непрерывно набирать ее номер и воображать себе ужасы. Хорошо, что в "скорую" позвонить не успела.

Как известно, в мире все стремится к равновесию, и потому мне в своё время на небесах был выдан муж, умеющий опаздывать с размахом – на сутки, на неделю, на всю жизнь. Собираясь куда-либо идти, мой муж сначала ходил по дому из угла в угол, потом ложился на диван с гитарой и полчаса перебирал струны, мечтательно рассматривая потолок; шел на кухню пить чай, опять возвращался на диван. Когда ему начинали звонить разгневанные клиенты, нехотя вставал и начинал медленно и бестолково искать ключи от машины – как правило, не находил и вновь с облегчением ложился. Телефон выключал. Казалось бы, за восемь лет брака я должна была привыкнуть к подобным обстоятельствам и сама хоть немного в этом плане испортиться, но мой невроз на тему пунктуальности, увы, в результате лишь обострился.

Стелла была из той же счастливой породы, что и мой бывший. Безнадёжно опоздав на урок, она ничуть не расстраивалась – оставалась сидеть в классе на подоконнике, слушала других учеников, что-то весело щебетала, мешая мне вести занятие.

– Девочки, я вчера купила такиииие духи с феромонами – закачаетесь! Хотите понюхать?

– Стелла, ты нам мешаешь, – строго говорила я, с вожделением скосив глаз на флакончик с духами, но продолжая правой рукой играть на пианино вокальные упражнения.

– Да брось, мы к тебе пришли пошушукаться, правда, девочки? Хотите скидочку на духи? Девочки согласно кивали и обрадованно нюхали феромоны.

Урок прерывался. Отчаявшись призвать Стеллу к порядку, я исключила её из студии, но общаться мы продолжили.

Глава 7. Стелла устраивает девичник

– Приезжай ко мне прямо сейчас, устроим девиШник! – кричала моя новая подруга в трубку.

– Ладно,– я покорно бросала все дела и мчалась к ней.

Девичник – это что-то яркое и новое в моей однообразной, расписанной по минутам жизни.

В какой-то момент Стелла решила, что я буду хорошо смотреться в ее коллекции подруг. Выполнение задачи было безупречным: подманить, приручить, ловко накинуть хомут и заставить скакать в нужном направлении. Для наживки использовались бесконечные истории про отношения с мужчинами – тема, безусловно, волнующая, вечно актуальная – тем более, что я собиралась когда-нибудь, едва вздохну посвободнее, начать сочинять романы. Что может быть интереснее, чем приключения вечной невесты?

Стелла непрерывно посещала различные курсы по повышению женской энергетики. Девушкам разного возраста объясняли, как правильно говорить с мужчиной, строить глазки, улыбаться. Великое искусство: после каких слов жениха следует мелодично смеяться. Отдельно разбирались случаи, когда, вероятно, лучше бы прикусить язык и промолчать.

Женщине, вышедшей на охоту, следовало носить длинные развевающиеся платья, какое-то особенное белье, говорить нужно было нежным и высоким голосом – желательно, конечно, милую чепуху про духи и наряды. Казалось бы, ничего сложного, но везде есть свои нюансы, и Стелла щедро делилась со мной этой ценной информацией.

У меня от природы тонкий разговорный голос – я не говорю, а почти напеваю. Чепуху нести – этому мне тоже учиться не нужно, могу сама давать мастер-классы. Но существует небольшая проблема, на корню убивающая все мои попытки стать мечтой любого мужчины: моя чепуха не всегда мила.

По всему выходило, что для успеха у мужчин мне не хватает специальной дамской охотничьей одежды, но тут я впала в ступор: не настолько мне интересна данная тема, чтобы расставаться с привычными чёрными брюками и футболками. Я пребывала – и пребываю до сих пор – в иллюзии, что умному человеку могу быть интересна и в невзрачных тряпках. Вариант "познакомиться с глупым, но богатым" меня совершенно не устраивал, поэтому я лишь слушала, развесив уши, а Стелла набирала обороты.

– Слушай, а кого ты хочешь найти? – спрашивала я её, – скажи мне сейчас серьёзно, кто тебе нужен?

Стелла на минуту снимала маску беспечного мотылька и задумчиво отвечала:

– Если честно, я хочу найти человека, в объятиях которого мне будет легко умереть.

– Зачем сразу умереть? А как же –"жить долго и счастливо"? – удивлялась я.

– А живу я сейчас, – хихикала подруга и начинала рассказывать истории.

Глава 8. История про француза

Первый иностранный жених, отец Лики, был французом, владельцем полуразрушенного замка и обширного поместья, где разводил коров какой-то особенной молочной породы.

Чтобы познакомиться с французом, в своё время Стелла провела весьма серьёзную подготовку.

Первым делом она нанесла визит известной колдунье – купила приворотное зелье и попросила снять венец безбрачия. В существовании венца не сомневалась: на неё – ухоженную красавицу с лёгким характером – никто не смотрел. Мужчины вечно обходили стороной, выбирали простеньких, несимпатичных, иногда даже откровенно страшненьких подруг.

Колдунья пошептала, напустила в комнату ароматного дыма, начертила круг пламенем свечи. Налила в маленький стеклянный флакончик тягучей лиловой жидкости:

– Подмешаешь жениху в алкоголь.

– А вдруг он не пьёт ? – взволнованно захихикала Стелла.

– Тогда сама выпьешь, – последовал строгий ответ, – тоже лишним не будет.

Венец безбрачия, так печаливший Стеллу, был, по словам ведьмы, успешно снят И действительно: женихи пошли косяком.

Француз пленился выставленными на сайте знакомств фотографиями в соблазнительных позах и сразу пригласил Стеллу к себе в замок. Купил билет в бизнес-класс, оплатил визу.

Стелла часто вспоминала, что успела в своей жизни немного пожить в раю: утром каталась в тумане по чисто подметенным дорожкам поместья на породистой белой лошади, на завтрак получала от служанки свежевыжатый апельсиновый сок. Жених не жадничал, свозил девушку в Париж на оперу, подарил дорогие духи.

Всё было безоблачно. Француз влюбился без памяти, обещал страсть до конца жизни, но Стелла, ещё не очень веря в свою удачу, исхитрилась накапать ему в вино приворотное зелье.

Через десять дней жениха нашли в ванне мертвым: сердечный приступ. Стелла, шатаясь от потрясения, вернулась домой на дешевом автобусе, потеряв где-то по пути часть багажа с подарками француза и почему-то ботинок с левой ноги. Так и вышла на автовокзале – растерянная, наполовину босая. Без чемодана.

Через положенное время родила дочь.

– Я надеюсь, что не моё приворотное зелье виновато в его смерти, – часто повторяла Стелла за бокалом вина, когда точно знала, что Лика нас не подслушивает.

Глава 9. История про англичанина

Англичанин был владельцем фабрики по производству консервов для собак и кошек. Отчаявшись найти себе подходящую леди на родине, он подал заявку в международное брачное агентство.

В агентстве под названием "Сваха Ксения" дело было поставлено серьёзно: там готовили к будущим отношениям не только невест, но и "мальчиков" – так ласково называла владелица фирмы своих клиентов, далеко не юных иностранных женихов.

Для "мальчиков" были написаны инструкции, как правильно себя вести с русскими невестами: покупать "девочкам" билеты на самолёт с удобными стыковками, делать предложение, красиво падая перед избранницей на одно колено. Внушали, что русские женщины никогда не платят за свой кофе самостоятельно, зато, получив кольцо на палец, ежедневно готовят мужу восхитительный обед из трёх блюд – даже в случае, если им совсем не давать денег на хозяйство.

Мальчики щедро платили за просмотры анкет наших девушек. Девушки им нравились, – судя по фотографиям, все они были красавицами с прекрасным характером.

Немного подрастив маленькую Лику, Стелла пристроила её на временное проживание к своим родителям и вновь ринулась с головой в пучину международного дейтинга.

Англичанин, умница и истинный джентльмен, привез нашу героиню к себе в лондонскую квартиру и с порога сделал предложение. Таких очаровательных леди у нас в туманном Альбионе не выпускают, сказал он на родном языке. Стелла английский в те годы знала не на самом высоком уровне, но всё отлично поняла.

Британия нравилась Стелле меньше, чем Франция. Здесь у нее не было своей белой лошади и служанки с апельсиновым соком.

Обещать – не значит жениться. О свадьбе речь больше не заходила, англичанин моментально повесил на Стеллу всё домашнее хозяйство и стал думать, как по максимуму реализовать ее таланты себе на пользу.

С утра англичанин возил невесту на своё предприятие, знакомил с технологиями. Интересовался, как бы она изобразила корм для животных в рекламных буклетах. Уверял, что теперь это предприятие принадлежит им обоим и просил Стеллу помочь с разработкой бренда. Когда виза закончилась, купил билет на самолёт и обещал в скором времени навестить.

Через неделю после отъезда Стеллы при посещении своего завода жених упал в чан с какими-то химикалиями, долго лежал в больнице с ожогами, да так и не поправился. Перед кончиной распорядился перевести Стелле на счёт приличную сумму, на которую была приобретена огромная квартира в центре города.

– Нет, ну тут уж точно я ни при чём! – рассказывала мне Стелла и весело смеялась, – не поила я его ничем! Сам упал!

Потом немного мрачнела и добавляла:

– Жалко его, конечно. Очень страшная смерть. Я рада, что меня в тот момент с ним рядом не было…

Глава 10. История про немца

Немца Стелла зацепила в соцсетях, – вернее, я даже не знаю, кто за кем в данном случае охотился.

Предыдущая русская жена немца – кажется, третья по счету, вытерпела положенные три года, получила вид на жительство и с облегчением сбежала в съёмное жильё, забрав с собой годовалых близнецов.

Срочно требовалась замена. Едва дверь за беглянкой захлопнулась, немец включил компьютер и сразу разыскал в соцсети нашу красавицу.

В том сезоне славянки ещё были в моде – тайские и вьетнамские трофейные жены возникли в сознании немецких мужчин чуть позже, когда русские дамы познакомились со зверствами югендамта – ведомства по делам несовершеннолетних. Детей, оказывается, нельзя шлепать по попе! Куда, скажите, катится великая Германия?

Негодующие женщины похватали своих плохо говорящих по-русски детей и начали массово удирать в родную и привычную нищету, где никто тебе не мещает воспитывать чадо как положено – при помощи крапивы или ремня.

Немец был богат, толст, лыс и скучен. А ещё – предсказуем и, естественно, скуп. Вернее, бережлив.

Утром писал: "Гутен морген, майн шатц", вечером – "Гуте нахт, майне либе" – вот и вся романтика. Но Стелла решила, что приключений ей хватило, теперь она хочет стабильности и бюргерского уюта для подрастающей дочери.

Знакомиться приехали вместе с Ликой. Дом немца был добротен и чист, массивная мебель куплена ещё бабушкой – и ничего ей не сделалось; отопление следовало выключать, выходя из помещения даже на пару минут. Стелла мысленно взвыла, но уговорила себя чуть-чуть потерпеть ради благополучия ребёнка.

Предложение по всем правилам немец не делал, просто сказал, провожая девушку на обратный рейс:

– Я хочу начать собирать бумаги для регистрации брака, а ты поезжай и сделай необходимые справки в своей стране. Всё поняла, дорогая?

– Ок, без проблем, дорогой, – ответила невеста. Заставила себя поцеловать жениха на прощание и с облегчением покатила чемодан к стойке регистрации в аэропорту.

Вернувшись в Россию, Стелла добыла пару документов, а затем отвлеклась на других женихов и перестала отвечать на "Гутен морген, майн шатц". Жаловалась мне, что немец так и ничего и не понял в ее загадочной русской душе.

Глава 11. Австрийская история

Австрийца бесконечно пилила мать: "Женись и немедленно подари мне внуков!" Невест на сайтах искала сама, подсовывала понравившиеся анкеты сыну.

Кандидатуру русской девушки с ребенком мама одобрила: славянки – хорошие хозяйки, да и ребёнок есть – значит, не бесплодная и не чайлдфри.

Был новый жених белёсым, невыразительным, сильно пьющим. Пил так много, что было непонятно, как он будет вести себя, когда протрезвеет.

В аэропорту невесту не встречал: с утра успел набраться и не рискнул сесть за руль. Стелла с дочерью доехали на автобусе, вышли в деревне и стали осматриваться. Со всех сторон обступали горы, воздух был прозрачным, трава и небо – неестественно яркими. Рядом с остановкой паслись толстые доверчивые коровы, смотрели на растерянных девушек доброжелательно.

–Мууууу, – сказала одна из коров зычным басом, подходя поближе.

– Мууууу! – отозвалась развеселившаяся Лика, приходя в себя после перелёта и автобуса.

"Хочу тут жить" , – подумала Стелла.

Дом, казалось, состоял из стекла – тот случай, когда фантазия архитектора доставляет много проблем обитателям, желающим – какие странные люди бывают! – просто жить, а не делать бесконечные селфи.

Быстро выскочить из спальни на кухню за стаканом воды было невозможно – приходилось полностью одеваться. Участок не был огорожен, дом просматривался с дороги насквозь. Это раздражало.

Мать австрийца выглядела моложе сына, жила по соседству в похожем архитектурном недоразумении и являлась без приглашения в любое время суток. Вела себя вполне прилично: приносила вишнёвые пироги, весело возилась с Ликой и ничем не напрягала.

Стелла отчаянно пыталась понять, как можно взаимодействовать с новым женихом – очень уж ей нравилось пребывание в Альпах. По всему выходило, что задержаться здесь навсегда не получится : австриец почти не просыхал, предложения не делал. Как он добыл немалые средства на свою комфортную алкоголическую жизнь, Стелла так и не узнала.

Через месяц совместного проживания австриец ушёл в какой-то особенно глубокий запой, мать отправила его в больницу, где он к утру тихо скончался, так и не протрезвев.

–Тут я стала подозревать , что со мной что-то не то, – рассказывала Стелла мне на кухне, – может, не зря у меня был венец безбрачия?

Глава 12. История про шведа

Со шведом Стелла познакомилась вживую. В то время она решила искать себе жениха среди крепких северных мужчин.

Сайты знакомств разочаровали – тщательно разработав новую стратегию, Стелла отвезла Лику к бабушке и приобрела себе горящую путёвку на горнолыжный курорт.

Он был журналистом, периодически ездил по горячим точкам. Часто появлялся в новостях шведского телевидения: весьма известная личность в своей стране.

Вечером после первого покорения трассы для новичков Стелла сидела в баре при полном марафете, исподтишка намечая потенциальную жертву. Швед подсел к ней сам, безрассудно откликнувшись на немые колдовские чары.

–Вы так печальны, дорогая, – напел он по-русски красивым баритоном. Стелла арию Елецкого не узнала, но обрадовалась и в ответ засияла нежной улыбкой.

Всё закрутилось всерьёз и надолго. Швед жениться не собирался, но Стелла желала быть с ним безо всяких условий. Жили на две страны, благо ездить было не так и далеко.

Стелла прилежно зубрила шведский, кавалер её русский знал вполне прилично – учил в школе и в университете.

Общение было насыщенным.

Не обходилось, конечно, без ссор и сцен, но это лишь добавляло остроты ощущениям и никогда всерьёз отношения не портило.

Лика начала называть шведа папой. Он привозил ей подарки, баловал, катал на шее, тоже порой говорил "min dotter".

Лишь одно было печально : швед страдал жуткими затяжными депрессиями. Съездив в очередной раз в горячую точку, возвращался обессиленный, лежал на кровати неделями и месяцами, принимал антидепрессанты. В это время Стеллу полностью игрорировал, не звонил, не приезжал и к себе не звал. Стелла терпела, замену ему не искала, старалась отвлечься на поиски себя в искусстве.

Длилось всё это много лет, Лика успела пойти в школу. Начали изредка заговаривать о женитьбе и общем ребёнке.

А закончилось всё, как обычно, невесело: после одного особо тяжелого периода, уже идя на поправку, швед внезапно утром встал, подошёл к окну и шагнул с подоконника шестого этажа.

Глава 13. Турок

Следующая любовная история произошла уже на моей памяти. В Турции у родителей Стеллы была небольшая квартира, где вся семья жила в межсезонье – осенние месяцы в наших краях доводят до мыслей о бессмысленности существования даже коренных северян. Турок владел гостиничным комплексом, немного знал русский язык и самодовольно считал, что хорошо изучил россиян. На пляж он обычно не ходил: скучно, когда море всегда доступно; но тут вдруг – неожиданно для самого себя – забрёл.

Стелла звонко смеялась, делала снимки дочери в волнах, порхала с камня на камень, словно яркий однодневный мотылёк . Турок засмотрелся и пошёл знакомиться. Диалог состоялся примерно такой:

–Привет! Девушки, вы Наташи?

– Нет, – расхохоталась Стелла.

– Тогда Оли?

– Нет!

– Света или Лена?

– Стелла и Лика, – представились мать и дочь.

–Так не бывает! – турок начал закипать, – у русских нет таких имён!!!

– Тогда сейчас я угадаю, –сказала Лика, которая за словом в карман никогда не лезла, – вы – Мехмет или Али!

– Мехмет, – признался турок и пригласил девушек в кафе.

Поначалу всё выглядело сказочно. Стелла жила в чудесном климате и не собиралась возвращаться в родные хмари. Из суеверия просила Мехмета не говорить о женитьбе – к тому моменту она твёрдо верила, что каждый её жених обречён.

Просто жили, наслаждаясь полным достатком, природой и морем. Лика ходила в русскую школу, завела себе друзей.

У Мехмета был один пунктик: он не выносил, когда Стелла отвлекалась от его персоны хотя бы на минуту – особенно на книги или творчество. Заметив, что мысли женщины где-то далеко, затевал адский скандалище. Вопил, топал ногами – впрочем, ни разу пальцем не тронул, да и остывал за несколько минут, но Стелла, органически не выносившая мужской крик, вынужденно забросила рисование. Перестала писать глупые женские стишки, фальшиво петь в ванной, и тут поняла, что не живёт. Тело радуется теплу, неге и вкусной еде, а душа – скончалась.

– Беги, – сказала я ей по телефону, когда услышала её охрипший, безжизненный голос. На следующий день Стелла с Ликой вернулись. В аэропорту их встречал ледяной дождь со снегом и ветром, в квартире ценный хлам зарос паутиной и пылью – а голос вновь звенел, глаза сияли.

Глава 14. Сайты знакомств

После турецкого периода Стелла решила сделать перерыв в зарубежных приключениях. Жить в гордом одиночестве ей не нравилось, вследствие чего она как-то раз позвала меня на дружеские посиделки с глинтвейном – вместе веселее регистрироваться на сайтах знакомств.

Я всегда рада принять участие в проказах. Интеллигентные женщины возрастной категории "тридцать с двумя плюсами" умеют резвиться изощрённо, но не выходя при этом за рамки приличий.

Сначала мы смотрели детские мультфильмы на старом ноутбуке, затем, слегка захмелев и прогнав с кухни любопытную Лику, полезли на сайт искать женихов.

Едва мы зарегистрировались, нас завалили заманчивыми предложениями:

"Ай, женщын, ты красивий, бери такси и приезжай ко мне!"

Получив два-три таких сообщения, я, издавая вопли ужаса, удалилась с сайта – нет, не то житьё девичье, чтоб его менять. Если это всё, что мне светит в моём уже не слишком юном возрасте – лучше уж я заведу себе сорок кошек.

Стелла же обладала выносливостью опытного бойца и скоро нашла себе вполне симпатичного русского кавалера.

Степан был моложе Стеллы лет на шесть-семь, высок и плечист. Звезд с неба не хватал, но смотрел на возлюбленную затуманенными глазами, беспрекословно выполняя любые капризы. Профессией обладал не самой интересной – кажется, служил где-то на таможне.

Стелла, бесконечно оттачивая свои женские ухватки, поймала парня в надёжный капкан. Длинные юбки, нежный щебет и умелый массаж работали, как обычно, безукоризненно.

С предполагаемым венцом безбрачия Стелла решила так: парень с виду вполне крепкий, – если и умрёт от неведомого проклятия, то перед смертью хотя бы успеет вкусить райского блаженства. К тому же, сайты знакомств никто пока не отменял, в случае печальной утраты всегда можно найти себе нового жениха.

Глава 15. Венчальная кантата

Степан переехал к Стелле с вещами через два дня после знакомства. Сначала скрывал, но позже признался – сбежал от семейных проблем. Брак его окончательно сломался на девятом году жизни – жена в ответ на каждое справедливое замечание с рыданием швырялась тарелками, двое детей росли сопливыми и вредными.

Слушая кухонные разглагольствования Степана, я – что греха таить? – всецело была на стороне его брошенной жены, прекрасно представляя себе, как можно советами и ценными указаниями довести женщину до состояния полной невменяемости.

Временами, когда Степан начинал занудствовать, не прожевав до конца очередной кулинарный шедевр, моя рука тоже непроизвольно подрагивала и тянулась к пригодным для метания предметам. Но подруга только сладко лепетала и целовала умника в лысоватую макушку. Тем же милым тоном она временами командовала:

– Лапа, быстренько вынеси мусор. Нет, сейчас, а не завтра перед работой!

Степан моментально подчинялся, убегал выполнять задание, давая нам со Стеллой время немного посплетничать наедине.

– Ну, как тебе? – спрашивала подруга весело, когда дверь за женихом захлопывалась, – хорош гусь? Ничего, воспитаем!

Через полгода состоялась пышная свадьба.

Мне было предложено спеть на мероприятии арию из кантаты Баха, написанную для церемонии венчания. Я вежливо, но твёрдо отказалась, сославшись на плотный рабочий график.

Я не пою для пьяных гостей.

Глава 16. Неупокоенные души

Мне казалось, что жизнь подруги наконец-то пришла в состояние уютного равновесия. Мы начали реже встречаться, но из виду друг друга не теряли.

Полчища неведомых квартирантов-коробочек были изгнаны из стеллиного жилища и угнездились, вероятно, на крошечной дачке, купленной молодожёнами в кредит после свадьбы; эзотерические атрибуты, свечи и ароматы были преданы забвению. В квартире стало просторно, легче дышалось, но я немного скучала по нашим девичьим посиделкам в прежней захламлённой, пропахшей ладаном берложке.

Года полтора всё было спокойно и тихо. Лика маленько чудила, прогуливала гимназию и через слово хамила отчиму. Постриглась наголо, отказывалась носить пошитые у портнихи эксклюзивные сарафаны, – словом, вела себя абсолютно нормально.

Дети Степана где-то отдельно росли, он про них никогда не упоминал.

Стелла по-прежнему мечтала о вокальной карьере, постоянно меняла педагогов – вероятно, никто подолгу не выдерживал её удивительной пунктуальности.

В этот момент у нашей начинающей певицы завелся новый молодой поклонник – пианист, с удовольствием мучивший вместе со Стеллой неупокоенные души старинных оперных композиторов. Я не понимала, как он выдерживает эти адски фальшивые звуки, но он – не поверите! – не просто выдерживал – восхищался.

– Я не люблю чистые ноты, – говорил он с пафосом, – мне нужны искренние чувства!

– Благодарю тебя, моя радость! – восклицала певица, взмахивая длинными, тщательно накрашенными ресницами, – я так счастлива, что ты меня понимаешь!

Я – педагог по вокалу – неодобрительно молчала, слегка пожимая плечами. Конечно, я завидовала, но изо всех сил старалась не подавать виду.

Эх, эх, приворотные зелья, сарафаны-сарафанчики…

Глава 17. Невинная жертва

На этот раз стеллин венец безбрачия дал крен – забрал в лучший мир невинную жертву. Эля, бывшая жена Степана, внезапно – за пару месяцев – истаяла в скелет и скончалась, оставив горевать двоих детей, – девятилетнего Витю и семилетнюю Алёну.

Дети, конечно, отца ещё помнили, но уже не любили – оковы родственных связей моментально ржавеют, но, увы, не спадают до конца человеческого существования. Так и висят, гремят тяжкими цепями обид на всю душу.

Переезжать в квартиру мачехи дети категорически отказались – вероятно, Эля перед смертью дала им чёткие инструкции по выживанию. Да Стелла не очень-то и звала – в тот момент у неё зрел новый роман, уход за чужими детьми в её планы не входил. Сказала, конечно, для виду:

– Ох, какой ужас, Степаша, привози их, пусть с Ликой подружатся!– но голос звучал неискренне – слишком уж приветливо – и Степан вдруг впервые не поверил, заподозрил какой-то подвох. Было непонятно, сможет ли вечно порхающая Стелла заменить детям мать.

Какая-то совесть у Степана всё же была, сдать детей в интернат он не пожелал и как-то в один день вдруг собрал вещи и вернулся в свою прежнюю квартиру.

– Явился? – ядовито спросил подросший незнакомый сын, открывая дверь, – неужели про нас вдруг вспомнил?

Из кухни вышла Марина, мама Степана, оставшаяся после развода на стороне невестки. После новой женитьбы она практически прекратила общение с сыном, со Стеллой знакомиться отказалась.

Бабушка обняла внука за плечи и, сурово поджав губы, процедила:

– Раз пришёл – гнать не будем. Не стой в дверях, Тиша выскочит.

Степан коленом затолкал шкодного кота в квартиру, втащил чемодан, сел в прихожей на скамеечку и беззвучно заплакал. Кот подобрался к нему с опаской, понюхал, узнал и дружелюбно запнул за штанину когтистой лапой. Дети подошли и молча встали рядом.

Глава 18. Египтянин

Стелла не унывала.

– Замуж я сходила, заветная цель достигнута! – весело пропела она мне по телефону, – теперь я не хуже других! Могу пуститься во все тяжкие!

Пианист Виктор, любитель фальшивого пения, как выяснилось, увлекался лишь замужними женщинами. Едва Стелла осталась одна – поклоннику внезапно предложили длительные гастроли, серьёзно захворала мать, забарахлил этот чёртов айфон…

– Поеду-ка я отдыхать в Египет, родители денег подкинули, – заявила Стелла, – а Лику оставлю дома, красота!

В Египте Стелла первым делом отправилась кататься на яхте. Молодой араб, инструктор по плаванию с аквалангом, играя мускулами, подошёл знакомиться.

– Как поживаешь? – сказал он по-русски с забавным акцентом, – ты красивая! Я люблю тебя!

Стелла окинула его критическим взглядом. Понятно, что нищета, но для курортного романа вполне сойдёт.

– Меня зовут Стелла, – сказала благосклонно и изящно протянула тонкую руку тыльной стороной. Египтянин сообразил – умный мальчик попался, да и русских женщин немало повидал – руку поцеловал.

– Стелла означает "звезда", – пропел он по-английски, а я Хэй – "море".

– Сколько тебе лет, Хэй? – спросила Стелла.

– Двадцать шесть. А тебе, красотка? Восемнадцать?

– Восемнадцать, – легко согласилась сорокатрёхлетняя Стелла.

Глава 19. Кормушка

Египтянам живётся непросто. Ходить в обнимку по улицам разрешено двум мужчинам или же двум женщинам – и в этом нет ничего предосудительного, но прилюдно обниматься женщине с мужчиной категорически запрещено. Попробуй проигнорировать эти правила – получишь реальный срок в египетской тюрьме – по крайней мере, так объяснил Хэй.

Пришлось встречаться тайно, под покровом ночи.

В номер к одинокой женщине мужчину в Египте тоже не пускают, но когда такие меры кого-то останавливали?

Хэй назначал свидания на пляже. Удивительная способность Стеллы опаздывать на два-три часа встретила полное понимание со стороны юного кавалера: египтяне считают ниже своего достоинства являться на встречу вовремя.

Прятались по темным закоулкам, украдкой целовались. Море блестело, южное тепло проникало в вены и вселяло надежду на возможность нескончаемой молодости. Стелле нравилась эта авантюра, она и вправду чувствовала себя привлекательной, едва начинающей жить девой – если не невинной, то ещё не познавшей всю горечь реальной женской доли.

Иллюзий, конечно, Стелла не питала. Для молодого египтянина она была кормушкой, дойной коровой. Молодые темноглазые мальчики едут из своих забытых богом селений, выучив по видео в ютубе несколько русских фраз, чтобы найти себе богатую покровительницу – она и смартфон новый купит, и денег на приличную одежду подкинет.

Дома – в глубинке – от уехавшего на заработки юноши ждут денежных переводов и посылок. Всё, что удастся разными способами добыть у стареющей русской дамы, положено отправлять домой.

Подаренные женщиной вещи будут заботливо распределены по сундукам незамужних младших сестёр добытчика: приданое – дело серьёзное. Деньги пойдут на прокорм большой семьи, но часть будет непременно положена на счёт кормильца – на будущую свадьбу и покупку четырёх драгоценных колец для невесты, присмотренной заботливыми родителями мальчика ещё в колыбели.

В гостиничном номере Хэй вёл себя по-обезьяньи бесцеремонно – хватал в руки вещи, спрашивал:

– А что это? Для чего?

– Это графический планшет, – терпеливо поясняла Стелла, – я в нём рисую.

– Можешь подарить? Мне он нужен, – требовательно говорил Хэй.

– Нет, не могу, – отвечала Стелла, смеясь.

– А это что? – совершенно не смущаясь спрашивал юноша, хватая термос, – о, тебе не нужен? Подари мне!

Стелла уставала, давала кавалеру денег на такси. Он жарко целовал её в шею, оставляя красноречивые лиловые следы – и уезжал, не забывая прихватить свою добычу.

Через неделю Стелла улетела, но общение не прервалось. Хэй названивал днями и ночами. Говорил о любви, просил денег.

В этот период моя приятельница начала с энтузиазмом изготавливать и продавать свои поделки – свечи и мыло. Деньги безропотно переводила любовнику по первому требованию. Летала в Египет каждые два месяца.

Лика бесилась, обзывала мать гадкими словами, но изменить, увы, ничего не могла.

Глава 20. Законная жатва

– Слушай, а давай со мной в Египет, а? – всё время предлагала Стелла, – найдём и тебе славного мальчика!

– Ээээ, нет, спасибо, у меня уже есть двое, – отвечала я, имея в виду сыновей, – ты же знаешь, я предпочитаю мужчин постарше.

– Да брось, один раз живём, – чирикала подруга в трубку и покупала с кредитки очередной билет Петербург – Хургада.

Я таскалась на работу под дождём и ветром – день за днём, год за годом. Отпуск я позволила себе лишь во время пандемии, когда весь мир замер, с ужасом прислушиваясь к телевизионным новостям.

Мы с сыновьями отдыхали и гуляли по цветущему майскому лесу – в деревне никто не требовал от нас соблюдения странных правил карантина.

Лес был безлюден, на дорожки выползали погреться змеи и ящерицы, которых мы никогда раньше не встречали в наших местах. Как-то раз на закате мы с изумлением заметили в прозрачном воздухе стремительные чёрные молнии – вылетевших на охоту летучих мышей.

– Природа за время карантина настолько очиииистилась, – не веря своим глазам, протянул сын Михаил, пытаясь быстро выхватить из узкого кармана застрявший смартфон.

Стелла осталась пережидать трудные времена в Египте. В соцсетях я ставила лайки её неизменно солнечным фотографиям – унывать и печалиться моя подруга-мотылёк не умела.

Вот Стелла на балконе арендованной квартиры – тянется тонкими руками к морю, густые длинные волосы развеваются на ветру.

Стелла на кухне в одноразовой маске и коротком ярко-красном халатике – готовит Хэю завтрак в русском стиле. Пышные оладушки на жёлтой тарелке. Хэй – маска сдвинута на подбородок – улыбается озорной улыбкой, тянется к горячему кушанью волосатой загорелой рукой.

В какой-то момент фото пропали. Я ждала новостей, не особо тревожась – мало ли какие бывают проблемы с интернетом?

Через месяц или два вести пришли и ко мне, не самой близкой стеллиной подруге: вирус, явившийся нашей семье в виде лёгкой простуды, снял-таки свою страшную законную жатву.

Стелла и Хэй, как позже рассказала мне по телефону неузнаваемо тусклым голосом Лика, заболели одновременно.

Лежали, обнявшись, в душной жаркой комнате, дышать становилось всё тяжелее. Врач так и не приехал.

Жили недолго, но умерли, как когда-то намечтала подруга – в один день…