Читать книгу: «Варя»

Глава 1

Слегка пасмурный, но, тем не менее, весьма и весьма тёплый вечер. Мой самолет только что сел в прекрасном городе, омываемом теплым морем и обрамленным величественным горным хребтом.Сразу же я поймал себя на мысли: мне нравится!

Мне всегда горы нравились несколько больше, чем море. Глядя на каменных исполинов, я будто бы наполнялся уверенностью и тягой к жизни. Мне нравилось гулять по горам, у их подножия, искать и находить пещеры. И, в общемто, горная природа давала мне энергию и дарила недолгое, но неподдельное счастье. Отдельным удовольствием для меня было искать ящериц. Вообще, я не очень люблю маленьких представителей фауны и тем более насекомых и всяких рептилий, но маленькие ящерки зелёного или пыльнокаменистого цвета мне всегда казались очень и очень милыми.

Я прилетел сюда по работе. Я молодой, двадцати шести лет, медицинский работник. Ещё совсем недавно я беззаботно наматывал круги по до боли знакомому маршруту от дома до работы гдето в Москве, но уже сегодня я прилетел на юг Африки с гуманитарной миссией. Нельзя сказать, что я сильно радовался этой командировке: я вообще не оченьто радуюсь командировкам. Но за плечами у меня много работы, переезды с семьёй и, конечно же, армия. И именно поэтому, решив,что бояться мне уже нечего, отказываться я не стал.

По прилете меня сразу же встретил сотрудник местной клиники, таким же образом прикомандированный откудато из Владивостока — Санек, двадцати восьми лет, фельдшер и по совместительству старший в нашей команде. От аэропорта до нашего жилища было около двух часов езды. Возможно, изза перелета, а может быть, изза стресса или просто от нежелания, я был не особенно разговорчив. Но Санек точно не желал ехать в тишине. Да и в глазах у него ярко играл некий энтузиазм, поэтому он не оставлял попыток рассказать мне, как тут всё устроено, и порасспросить, как там ваша Москва.

— Ну, Москва как Москва, стоит себе, — нехотя, уставшим голосом сказал я, откинувшись на спинку сиденья и потерев глаза.

— Даа, был я у вас пару лет назад — не моё это, не понравилось! — с доброй ухмылкой заявил Санек и крутанул руль.

— Ой, а чего так? — недовольно спросил у него я, покосившись в окно на проплывающие пальмы.

— Да в ваших больших городах все вечно кудато спешат, и жизнь у вас на бегу — с неким отеческим напором, будто доказывая мне мою неправоту, говорил Санек. Он даже поднял указательный палец, как учитель на уроке. — Вот ты встал с утра — на работу и побежал, побежал, ейбогу, как в гонке какойто участвуете!

Он на секунду оторвал руку от руля, сделал вид, что бежит на месте, и громко запыхтел, изображая задыхающегося горожанина. Я невольно усмехнулся.

— То ли дело у нас в деревне: проснулся, свежего воздуха глотнул вдогонку к свежему молоку — и пошёл себе не спеша на работу. А там и люди все добрые, встречают улыбками, а всё потому, что все свои! — воодушевленно и с огромной любовью к родному краю закончил Санек, мечтательно закатив глаза.

— Сань, а чем мы, собственно, тут заниматьсято будем? — спросил я, потягиваясь и стараясь стряхнуть остатки усталости после перелета.

— Да чем, как обычно: лечить, ставить уколы, измерять давление и прочие процедуры. Работа как работа, одно только отличие — дежурств меньше, потому что народу много, а так — всё как у нас. Да ты не переживай, освоишься быстро! — он ободряюще хлопнул меня по колену.

Я уже понемногу привык к Саньку и, вдоволь наглядевшись видами проплывающего за окном города — пальмами, яркими вывесками, разноцветными домиками, — с приятной улыбкой, в шутливой манере спросил у него:

— Сань, а тут девчонкито есть?

— Хах! — Санек громко рассмеялся, чуть не вильнув на дороге. — Вот ты шустрый — только с трапа слез, и сразу девчонки ему!

— Ну так я ж молодой и к тому же свободный, глядишь, может, жену найду себе, — ответил я,нарочито серьёзно выпрямившись.

— Есть, ещё как есть. Нас, пацанов, тут вообщето поменьше будет, все в основном девочки. — Санек заговорщически подмигнул. — Сейчас приедем, заселим тебя — и всё тебе расскажу и покажу: что, где и как. Даже карту нарисую, если надо! — он весело хохотнул.