Читать книгу: «Простить нельзя обижаться»

© М. Анаэль, текст 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Свадьба дочери прошла безупречно, оставшись в воспоминаниях яркой искрящейся вспышкой. Все было именно так, как хотела Ясмина: изящно, дорого, трогательно. Именно такой, мечтая, женщина представляла идеальную свадьбу, правда, свою. Удивительно и в то же время закономерно, как много наши дети берут от нас. Ляля унаследовала от матери самые лучшие качества: упорство, трудолюбие и врожденное чувство вкуса. Очень хотелось надеяться, что жизнь будет к ней благосклоннее и уменьшит, хотя бы наполовину, количество преград и трудностей на долгом жизненном пути. Во всяком случае, она, Ясмина, сделает для этого все возможное. Да и Кристина, которая с недавнего времени стала почти членом семьи, не оставит их без своих поистине ценных и своевременных консультаций.

В организации торжества будущая теща, новый статус которой никак не вязался с отражением в зеркале, участия не принимала. Молодые решили устроить все самостоятельно. Помогала лишь тогда, когда просили. Так, вместе с Лялей ездили выбирать свадебное платье и, откровенно говоря, больше это было необходимо Ясмине. Ей, прошедшей через два брака, миновавшей два развода и ни разу не блиставшей на собственной свадьбе, это казалось жестокой преднамеренной несправедливостью.

Дочь, озаряя салон пленительной улыбкой, примеряла одно платье за другим. Ясмина, утонув в объятиях лилового «честерфилда», с гордостью и едва ощутимой грустью взирала на такую взрослую и такую самостоятельную Лялю.

«Когда это она успела стать невестой?» – воспоминания кинолентой вставали перед глазами, всплывая кадрами смешливой пухлощекой девочки из далекого детства.

– Как тебе такое?

Ляля выплыла из примерочной словно Царевна Лебедь. Затянутая в полупрозрачный корсет, она казалась необычайно легкой. Пышная юбка, ниспадающая на пол послушным водопадом, продолжалась искрящимся шлейфом.

– Италия. Новейшая модель. Порядка пяти тысяч кристаллов Swarovski, – безуспешно попытался описать сверкающее чудо консультант.

– Девочка моя, ты самая красивая!

– Мамуль, не торопись с выводами. Это только первое платье. – Ляля довольно посмотрела на мать и упорхнула переодеваться.

Пока ассистенты облачали дочь в очередной дизайнерский шедевр, Ясмина вспоминала свои свадьбы: безликие и безрадостные – ни платья, ни настроения. Грустные мысли прервало громкое цоканье каблучков и манящий шелест материи.

Ляля стояла перед матерью – открытая, ликующая, лучезарная. Платье цвета «шампань» выгодно подчеркивало эффектную смуглость кожи. Силуэт «рыбка» нежно облегал заметно похудевшие девичьи изгибы. Обнаженные плечи, тонкая точеная шея, счастье, пронизывающее юное тело от макушки до самых стоп.

«Так вот как должно быть! Только так и не иначе», – отметила про себя Ясмина.

– Ля-ля-я! – только и смогла вымолвить мать.

– Хороша чертовка, правда?

– Даже слишком.

Мама с дочкой в унисон рассмеялись.

– Мамуль, да ты и сама у меня невеста. Глядишь, скоро местами поменяемся, – игриво подмигнула Ляля и зацокала в сторону примерочной.

Дважды побывавшая за чертой брака Ясмина не знала, хочет ли она этого в третий раз. Точнее, знала. Знала, что так, как было, уже не хочет. Никогда. Новые, только зарождающиеся отношения казались иными: более зрелые, качественные, дарующие силы и уверенность. Это была та связь, которой не нужны официальные подтверждения: штамп в паспорте и признание в обществе. Голос матери, безостановочно твердивший в голове: «Не позорься, дочка. Подумай, что люди скажут!» становился все тише и тише. Однажды он просто исчез. Теперь Ясмина могла позволить себе поступать так, как считала нужным. Будет ли в ее жизни свадебное платье, покажет время. Торопить его она точно не собиралась.

Штора в примерочную открылась, вырвав молодую тещу из омута метавшихся мыслей. Мать, увидевшая Лялю, прикусила губу. Она благодарила небеса за счастье дочери и силилась скрыть подступившие слезы.

– Мам, это оно! – Ляля не отводила глаз от себя в зеркале.

Белоснежное платье, минимум отделки. Невесомая ткань заботливо окутывала стройную фигуру. Казалось, что невеста распустилась прекрасной лилией в правильно подобранной вазе: статная, строгая, но при этом невероятно хрупкая и желанная.

– Да, родная, это оно!

– Извините, – обратилась Ляля к консультанту, – я беру это.

– Вы уверены? – зачем-то и совсем не к месту поинтересовался ассистент, все это время присутствовавший в зале.

– Совершенно, – безапелляционно парировала Ляля.

Ясмина бережно хранила счастливые моменты, нанизывая их, словно драгоценные бусины, на холщовую нить памяти. Несмотря на тернистый путь, а может, и вопреки, радости в жизни тоже было много. И будет. Веру в лучшее в Ясмине ничто не могло поколебать. Ничто и никто.

Лежавший на туалетном столике телефон сначала беззвучно завибрировал, а после звонкой весной Вивальди ворвался в настоящее. От неожиданности Ясмина, вырванная из плена воспоминаний, вздрогнула, но, тут же сообразив, протянула тонкие смуглые пальцы к тумбочке и взяла трубку. На другой стороне раздался громкий нетерпеливый голос Кристины.

– Тоже мне подруга! Звала-звала в гости, а сама не пускаешь. Минут пять уже трезвоню к тебе в дверь. А ты!

– Стой! Как это не пускаю? Да я ждала тебя, как первый снег, как солнце после долгой метели. Но подожди. – Ясмина распахнула дверь. Никого. – Давай-ка с самого начала. В какую квартиру ты звонишь?

– В двенадцатую. Как ты и написала.

– Дорогая, у меня квартира номер пятнадцать. Этажом выше. Поднимайся скорее.

Через минуту запыхавшаяся Кристина стояла в просторной прихожей и стягивала роскошное малахитовое пальто, пытаясь не уронить ни одного перстня.

– Да, нелегкая задача, – подтрунивала над подругой Ясмина. – Давно хотела спросить, как ты справляешься с таким количеством красоты на руках? – Она головой указала на разномастные, одно удивительнее другого, кольца.

– Я ж говорю, цыгане в роду. А кровь, знаешь ли, не вода. – Крис наконец справилась с пальто и оглядывалась по сторонам – Хорошо у тебя тут. Несмотря на то, что ты не хотела меня видеть, я тебя все равно нашла.

– Ну что ты, дорогая. Чай стынет, урбеч на столе.

Я очень по тебе соскучилась.

– Ладно. Я тебя прощаю. – Кристина, как всегда громко и заливисто, засмеялась. – Вот только скажи мне, пожалуйста, как ты умудрилась двойку с пятеркой перепутать?

– А я и не путала.

– Подожди! – Крис остановилась в поисках нужного сообщения. – Ну вот же. – Она хотела было протянуть подруге телефон, но застыла, обратившись в статую. – Не может быть!

– Все-таки пятнадцать?

– Да. И, знаешь, в этом нет ничего удивительного. Пятнадцатый аркан уже успел стать твоим любимым.

– Дай угадаю! Дьявол?

– Я ж говорю: не только хватка, но и память замечательная. Не то что у меня.

Подруги смеялись, стоя посреди прихожей.

– Пойдем. – Ясмина взяла Кристину под руку и увлекла ее в светлую, изысканно оформленную гостиную.

– Знаешь, – любопытно оглядывалась по сторонам гостья, – я думала, что это ты стремишься к уюту, теперь мне кажется, он просто ходит за тобой по пятам. – Кристина опустилась на большой серый диван, усыпанный подушками. – Божественно!

– Крис, а расскажи, пожалуйста, что не так с двенадцатой квартирой, кроме того, что ты чуть не сломала звонок? – Ясмина игриво сощурила глаза.

– Ну, во-первых, со звонком все нормально. Во-вторых, я уже сделала тебе расклад на этот год. Можешь не благодарить. – Женщина кокетливо щурила глаза. – И этот самый двенадцатый аркан дает торможение во всех делах, если даже не откат назад. А вот это уж точно не про тебя.

– Милая, не поверишь! – Ясмина теребила маленький бриллиантик сережки. – Я же изначально хотела взять именно ее, но там какие-то проволочки с документами. У меня времени и так не было, а тут еще Арсюше в сентябре нужно в школу идти. Жить на две квартиры, которые обе не твои: одна до конца не продана, другая еще не куплена – тоже не вариант. Мне предложили пятнадцатую, этажом выше. Все то же самое: и метраж, и планировка, только вид из окна еще лучше, ну я и согласилась не раздумывая.

– И правильно сделала. Вообще-то, в таком вопросе могла и ко мне обратиться! – Кристина надулась и метнула в сторону хозяйки дерзкий карий взгляд. – Будем считать, что на этот раз тебе повезло.

– Дорогая моя подруга, – четко выговаривая каждое слово, начала Ясмина, – у тебя и так плотный график. Не могу же я дергать тебя по любому вопросу!

– Можешь! К тому же покупка квартиры в сердце столицы – не любой вопрос, а очень даже серьезный шаг. Все, давай пить чай. Я так соскучилась по нашим с тобой посиделкам.

Ясмина принесла в гостиную прозрачный чайник, два небольших армуда, по форме напоминающих полураспустившиеся тюльпаны – из таких пьют чай в ее родном Дагестане – десертные ложки и банку все того же абрикосового урбеча. В небольшой керамической чаше лазурного цвета, иссеченной геометрическим орнаментом, бок о бок лежали орехи и сухофрукты.

– Какая прелесть! – Кристина без тени лукавства крутила в руках крошечный стаканчик с золотой каймой. – Но разве это удобно? – Ей, привыкшей поглощать чай литрами, было непривычно. – Почему они такие маленькие?

– Да удаленькие, – улыбаясь, ответила Ясмина. – Смотри, – она указала на тяжелое массивное дно, – благодаря толщине стекла чай не остывает, а к верху стаканчик раскрывается лепестками чудесного цветка, обеспечивая комфортную для питья температуру. Да что рассказывать, тут надо пробовать. Поверь, ты быстро втянешься.

Кристина недоверчиво поставила на столик армуд, Ясмина, не доливая пару сантиметров, наполнила его ароматным чаем.

– Вкусно-то как. Ммм… – Гостья маленькими глоточками пила мягкий напиток с нотками душицы и чабреца. – Тебе впору открывать свое производство чая. А лучше сразу чайхану в центре Москвы, может даже, целую сеть. Как минимум один постоянный посетитель у тебя уже есть.

– Я подумаю над этим предложением. – Ясмина приоткрыла в улыбке красивые белые зубы. – Пока же могу поить этого посетителя дома, если он квартиры больше путать не будет. А ты в курсе, что с греческого «чабрец», он же «тимьян», переводится как «дыхание жизни»? Еще он считается оберегом от нечистой силы и негативной энергетики.

– Ого, какие познания, – не переставая улыбаться, отметила Кристина, подняла от стаканчика открытый карий взгляд, такой же теплый и многогранный, как напиток в ее армуде, и засмеялась. Но потом, оборвав смех на середине, абсолютно серьезно обратилась к Ясмине:

– Дорогая, я так соскучилась по новым главам твоей книги. Вроде бы она уже выпущена и я даже сумела разделить с тобой момент триумфа на презентации, все-таки бестселлер, что ни говори, но мне нестерпимо хочется твоих историй! Может, начнешь уже писать второй том?

– И об этом я тоже подумаю, но…

– Завтра? – вновь открыто расхохоталась Кристина, едва не расплескав содержимое стакана.

Подруги долго беседовали, словно впереди предстояла длинная разлука и в один вечер необходимо было уместить максимум чувств, эмоций и информации.

– Дорогая, знаешь, ты стала гораздо спокойнее, – заметила Кристина. – Те темы и вопросы, которые раньше задевали за живое, теперь даются тебе гораздо легче. Как ты думаешь, в чем причина? Это время? – Женщина удобно расположилась на диване и смотрела на подругу внимательным взглядом.

– И время тоже, – негромко ответила Ясмина, наливая очередной стаканчик чая. – Ты же ведь помнишь, что я сейчас много практикую, помогая людям, а сама, получается, была как сапожник без сапог. Я много размышляла, прорабатывала свои проблемы и обиды, и знаешь, к какому выводу пришла?

– К какому?

– Обиды, словно якоря, тянут нас на дно и не дают дышать, ломают и разрушают. Они, как медленный яд, убивают изнутри. Обижаясь, мы делаем хуже только себе. Исключительно себе. Понимаешь? – на одном дыхании проговорила женщина.

– Дорогая, в теории все правильно и просто. – Кристина закатывала глаза от наслаждения, отправляя в рот уже третью ложку урбеча. – Но как тебе удалось реализовать это на практике?

– Ты удивишься, – серьезным тоном произнесла Ясмина. – Наверное, это будет странно звучать, но… Знаешь, я, как фокусник, вытаскивала обиды из глубин души и времени одну за другой, мысленно сажала их в разноцветные воздушные шарики, прощалась и отпускала. – Ясмина смотрела перед собой. – Я настолько все визуализировала, что почти ощущала шелест шаров над головой. Не поверишь, для того, чтобы простить человека, надо понять всего лишь одно.

– Что? – Кристина внимательно смотрела на подругу.

– Что человек и не думает делать кому-либо плохо, он просто стремится сделать хорошо себе.

– Только и всего? – Кристина и вправду искренне удивилась, как и ожидала от нее подруга.

– Помнишь ситуацию с моим домом на родительском участке? Я же ведь в итоге оформила его на племянника. А сколько было проблем, разговоров. Изначально хотела его продать, и это бы здорово помогло мне в тот жизненный период: потеря близких, грядущий развод с Сашей, раздел имущества, ответственность за двоих детей, рэкетиры, доставшиеся мне в наследство после попытки продажи антикварного магазина, – все свалилось как снег на голову. Тогда я и жила как-то по инерции, даже вспоминать тоскливо. Сделка с домом решала все материальные проблемы, но мой младший брат, любимец родителей, высказался против, а отец… Отец его поддержал. Ты даже представить не можешь, как же мне было обидно! Я – старший ребенок в семье, с детства приученная к ответственности за младших братьев и сестер, никогда ничего не просила у родителей, напротив, всегда старалась помогать чем могла: деньги, связи. Пробивая себе место под солнцем головой, одна с маленьким ребенком, я умудрялась копить и отправлять деньги родителям. Как оказалось потом, они все отдавали младшему брату, который воспринимал это как норму. И вот в тот самый момент, когда мне нужна была поддержка, я, получается, осталась один на один со своими проблемами. Это даже смешно, я не могла продать свой дом, я была лишена самой возможности распоряжаться построенным мной имуществом. – Ясмина прикусила губу и скользнула взглядом по элегантно убранной гостиной. – Как видишь, сейчас все позади.

– Вижу, дорогая, и очень этому рада. Но ты продолжай!

– И тогда во мне зародилась обида. Понимаешь, не заслужила я такого отношения. В каждый мой приезд в Дагестан непременно вставал вопрос с домом. Я переживала за сирот, детей погибшей сестры, думала уже, что брат и этот дом хочет себе забрать, оставив их с пустыми руками. Хотя, казалось бы, зачем ему столько домов? Переживала за отца, ведомого братом. Переживала-переживала… за всех. А потом с моих глаз словно пелена слетела: они ведь взрослые самостоятельные люди. Понимаешь? Что отец, что брат абсолютно во всем смогут разобраться без моего участия. Наконец, осознав, что они вольны самостоятельно принимать решения, я отпустила эту ситуацию, отписала дом племяннику и выдохнула. С облачком пара в небо поднялся воздушный шарик, полный горькой разрушающей обиды, на секунду завис над крышей моего в прошлом дома и скрылся за облаками. Я стала свободной.

– Какая же ты мудрая и сильная. – Кристина наполнила армуды жидким янтарем и, отпив пару глотков, выудила из глубокой сумки хорошо знакомую колоду. – Ты позволишь?

– Конечно, – спокойно ответила Ясмина.

Кристина ловко разложила карты и, задумчиво потирая рукой подбородок, принялась их изучать.

– Смотри, – указывала она на изображение деревянного колеса. – Это десятый аркан «Колесо Фортуны». Появление этой карты в раскладе указывает на некий поворотный момент в твоей жизни, обнуление. Полагаю, это было то самое время прощения обид. Единица отвечает за братьев и сестер. Хм, четырнадцать. Это про баланс энергии и некий срединный путь, – озадаченно потирала переносицу Кристина.

– Извини, – перебила ее Ясмина, как и в первый раз, увлеченная загадочным языком карт. – У брата день рождения четырнадцатого числа. Или это не имеет значения?

– Еще как имеет. – Кристина внимательно вглядывалась в карты. – А это пятерка в карме.

– Что это значит?

– Не поверишь, но это кармические отношения с отцом. Тебе всегда нужно уважать его волю. А ты постоянно лезла на рожон. Вспомни, куда ведут благие намерения! Но не переживай, отпустив обиды, ты повернула в нужную сторону. Понимаешь, если нет уважения к воле отца, то нет уважения к мужчинам в целом. Предыдущие твои отношения – яркий этому пример.

Ясмина, внимательно слушая подругу, согласно кивнула. Та, прочитав ее мысли, предложила:

– Хочешь, сделаем расклад на отношения?

– Еще спрашиваешь!

Крис привычным движением перемешала колоду и вынула карту.

– Пятнадцатый аркан. Дьявол – это ты.

– Я уже даже не удивляюсь. – Ясмина приподняла плечи и развела руки в стороны.

– А еще пятнадцатый аркан способен открыть человеку путь великого духовного учителя, чья задача состоит в том, чтобы показать людям истинное направление, став для многих спасением от тьмы, – уточнила Кристина. – Так что зря ты так про него. Дьявол очень даже хорош, – трясла пальцем в воздухе женщина.

– Это ОН. – Кристина вынула из колоды карту с изображением строгого и величественного светила. – Девятнадцатый аркан, «Солнце», а с ним счастье, радость, волнение и успех.

Ясмина смотрела на подругу, не отрывая глаз.

– Девятый аркан. «Отшельник».

– А это кто?

– Терпение, моя дорогая. – Кристина широко улыбалась, глядя то на карту, то на Ясмину. – Это все он же. Третья карта помогает яснее представить того, кого мы представить очень хотим. Верно?

– Верно.

– Так вот. Отшельник символизирует мудрость, самоанализ, уединение.

– И что в итоге? – Ясмине не терпелось услышать от подруги полную расшифровку расклада.

– Какая же ты нетерпеливая. – Крис задумчиво играла перстнями на левой руке. – Но, думаю, тебе понравится. Значит, так, – театрально выдержала паузу Кристина. – Арканы говорят о знакомстве с мужчиной старше и мудрее, ярким, влиятельным, самодостаточным. Хотя, возможно, с большой долей вероятности, вы уже знакомы с ним. Быть может, это бизнесмен, управленец, политик. Посмотри повнимательнее вокруг. Никого не узнаешь?

Сердце предательски колотилось в груди, сбивая дыхание.

– Надо подумать, – уклончиво ответила Ясмина. – Ой, чайник-то пустой, пойду заварю новый.

Кристина дала Ясмине время для размышления, тактично оставшись в гостиной. Чутким взглядом она сразу прочла волнение на лице подруги и поняла, что расклад попал в самую точку.

Когда хозяйка вернулась, разговор возобновился.

– Я, надеюсь, все так и будет, – произнесла Ясмина. На смуглых щеках выступил яркий румянец.

– А у тебя был хотя бы один повод сомневаться во мне? – делано возмутилась Кристина.

– Ну что ты! Конечно, не было. Ни одного. – Ясмина повысила голос и важным тоном, словно конферансье, произнесла: – И за это наша юная чайная компания хотела бы отблагодарить вас новой порцией ароматного крафтового напитка. – Она широко улыбалась, вновь наполняя стаканы чаем.

В этот вечер, впрочем, как и всегда, подруги никак не могли наговориться. Шагнувшая навстречу своему предназначению, Ясмина стала спокойнее и увереннее в себе. Кристина уже не прикрывалась ширмой холодной строгости и недосягаемости. Они несколько раз в течение вечера прощались, но, увлекаемые нитью разговора, никак не могли разойтись.

Вечерняя Москва засветилась сверкающими россыпями фонарей. Кристина, опять-таки не без труда, надела свой роскошный малахитовый наряд и покинула квартиру под номером пятнадцать. Ей предстояла дорога домой. Женщина завела двигатель машины, сделала музыку погромче. Вьющаяся лента дороги, изумруды светофоров и мягкий притягательный голос из колонок, где-то она его уже слышала:

 
Эйфория – твое имя.
Забери меня навсегда.
Не вернемся мы, не разобьемся мы.
В медитации я и ты.
 

Океанов много не бывает

В дверь светлого просторного кабинета на втором этаже бизнес-центра негромко постучали. Через пару секунд стук повторился.

– Войдите, – ответила хозяйка офиса.

Ясмина уже больше двух лет вела частную практику. С того момента, когда она впервые пошла на курсы по психологии, прошло достаточно времени, чтобы убедиться: помощь людям – это ее призвание. Невозможно сосчитать, сколько было пройдено тренингов по самопознанию и личностному росту, бизнес-мотивации и космоэнергетике, сколько раз она заходила в наставничество к самым лучшим мастерам своего дела. Каждый раз глядя на трансформации, происходящие с людьми, Ясмина убеждалась в силе человеческой мысли. Чувствуя глубокую потребность в помощи другим, она с каждым днем все больше и больше понимала – ей есть что дать людям. Будучи трекером, она сумела привести десятки своих подопечных к блистательному результату и значительному росту дохода. Подобные ситуации повторялись изо дня в день, от встречи к встрече. С кем бы ни работала Ясмина, его жизнь волшебным образом преображалась, касалось ли это самореализации и раскрытия потенциала, роста благосостояния или личной жизни и отношений с детьми. Прорабатывая с клиентами проблемы, она уверенно убирала страхи, подсвечивая сильные стороны, твердой рукой вела их на пути к осуществлению заветных желаний.

Понимая и принимая путь помощи окружающим, она, горячо поддерживаемая Кристиной и в соавторстве с ней, решилась на открытие собственной «Школы трансформации реальности “Ясный взгляд”». Совмещая различные программы и практики, знания в области психологии и медитации, женщины уже многим помогли и не собирались останавливаться на достигнутом.

Ясмина поднялась из-за изящного стола в современном стиле: эпоксидная смола заботливо обтекала затейливую фактуру дерева акации. Женщина сделала пару уверенных шагов в сторону двери и резко отворила ее. Хрупкая коротко остриженная девушка вздрогнула от неожиданности.

– Здравствуйте, – произнесла она почти шепотом. – Я София, мы с мужем записывались к вам на консультацию. – Девушка опустила глаза в пол и совершенно не смотрела на Ясмину. Тонкая, отсвечивающая синевой кожа, пульсирующая вена на почти детской шее, скованность в движениях.

«С мужем?» – удивилась про себя Ясмина и жестом руки пригласила новую знакомую в кабинет.

– Кирилл сейчас внизу, разговаривает по работе. Он скоро подойдет, – оправдывалась девушка. – Извините, пожалуйста.

– Ничего страшного, – улыбнулась Ясмина, – можем начать без него, а он присоединится чуть позже.

От мягкого доброго свечения карих глаз хозяйки кабинета девушка словно оттаяла и немного успокоилась. Сняв пудровую невесомую кофту, опустилась в кресло и почти полностью в нем утонула. Ноги в легких белых балетках едва доставали до пола.

«Какая хрупкая Дюймовочка», – отметила про себя Ясмина.

София, устроившись в кресле, наконец подняла на собеседницу голубые, кристально чистые глаза и еле слышно, на одном дыхании произнесла:

– Я не могу родить Кириллу ребенка. Мы вместе уже четыре года. Два женаты. Поженились сразу, как я закончила институт. С тех пор пытаемся забеременеть, но безрезультатно. У Кирилла уже есть дочь от первого брака, так что дело точно во мне. – София нервно крутила тоненькое кольцо на безымянном пальце. – Врачи говорят, все в порядке, но беременность не наступает.

Девушка опустила голову, пытаясь не расплакаться. На щеках яркими флажками пылал румянец, ладони взмокли от переживаний.

Неловкое молчание прервал телефонный звонок.

– Да, я уже зашла. Офис номер пятнадцать. Мы тебя ждем.

Ясмина отчетливо слышала, как на другом конце трубки прогремело:

– Хорошо. Так это в первом корпусе, получается? Почему ты мне сразу не сказала?

– Я говорила, – произнесла девушка, но уже в пустоту.

Через пять минут раздался громкий настойчивый стук в дверь.

– Это Кирилл. – Девушка привстала с кресла.

– Войдите, – ответила Ясмина.

Дверь отворилась. На пороге стоял мужчина средних лет. Про таких принято говорить «кровь с молоком». Высокий, широкоплечий, уверенный в себе, он озабоченно озирался по сторонам, но, увидев Софию, спрятавшуюся в глубоком кресле, широко заулыбался.

– Здравствуйте. Я Кирилл, – отрапортовал незнакомец. – С моей Соней, вижу, вы уже познакомились.

– Рада видеть. Я Ясмина. Замечательная, однако, у вас Соня.

– Да-а-а, – гордо протянул великан.

Он не отрывал взгляда от жены. В глазах читалась нежность, страсть и неподдельное любование. Кирилл действительно очень любил Софию и не думал этого скрывать.

– Вероятно, вы уже в курсе нашей проблемы? – Мужчина повернул голову в сторону Ясмины в ожидании ответа.

– Да. София мне все уже рассказала. Кирилл, – Ясмина на мгновение замолчала, – а вы тоже хотите ребенка?

– Конечно, хочу, – на открытом лице великана отразилось неподдельное удивление. – Очень хочу. Сына. – Мужчина мечтательно смотрел в потолок. – Да и дочь можно. Я вообще хочу большую семью, – громко говорил Кирилл.

Соня вцепилась в кресло и, затаив дыхание, вслушивалась в диалог.

– А где вы планируете жить? – продолжала Ясмина.

– Сейчас мы живем в двушке. Квартира, если что, наша, не съемная, – явно торопясь, рассказывал Кирилл, – и параллельно строим дом. Большой дом. – Он зажмурил глаза от предвкушения. – К концу следующего года должны уже переехать. Извините. – Мужчина посмотрел на Ясмину твердым уверенным взглядом. «За таким точно как за каменной стеной», – пронеслось у нее в голове. – Я, к сожалению, ограничен во времени. Как назло, заказчик перенес на сегодня встречу. Вы сможете обойтись без моего участия? – с надеждой уточнил Кирилл.

– Думаю, да, конечно. Была весьма рада знакомству.

– Я тоже. Прошу меня простить. – Мужчина нежно поцеловал жену, попрощался с Ясминой и, отвечая на заставший его на пороге телефонный звонок, вышел из кабинета.

– Хороший у вас муж, – обращаясь к девушке, заметила Ясмина.

– Да хороший. Очень, – оперативно согласилась София. И грустно добавила: – И детей хочет. А я…

– А чего хочешь ты? Что доставляет удовольствие тебе? Мы же можем на «ты»? – уточнила Ясмина.

– Да, конечно, – закивала головой девушка – Чего хочу я? – медленно повторила София. – Наверное, того же, что и Кирилл. Хотя сложно сказать. Раньше я любила танцевать. Но это все как-то несерьезно. Еще люблю сладкое. По мне этого не скажешь, но в студенчестве частенько заглядывала в кондитерские. Капучино и «Наполеон» – что может быть лучше? – Девушка частила, перескакивая с одной мысли на другую.

– А почему ты сейчас не танцуешь? И что не так со сладким? – Ясмина внимательно смотрела на застывшую в раздумьях Софию.

Та ответила не сразу. Девушка на время замерла, как будто пыталась сформулировать ощущения.

– Не знаю, когда получила диплом экономиста, решила, что выросла, и перестала заниматься танцами.

– А разве взрослые не танцуют и не любят сладкое? – Ясмина в удивлении вздернула брови цвета ночи.

– Наверное, любят, – перескочила на тему сладкого София. – Но вы, – осеклась девушка, – прости, ты же видишь, какой у меня Кирилл. Постоянные тренировки, правильное питание. Он большой молодец. Каждое утро бегает по три километра. Дождь, снег, ураган – ему все нипочем! Я искренне им восхищаюсь!

– И есть за что, – справедливо подметила Ясмина.

– Представляете, за полтора года он похудел на восемнадцать килограммов. Сменил все привычки и гардероб. Чтобы его поддержать, я тоже отказалась от сладкого. Сама. Он не заставлял.

– Значит, он попросил тебя об этом?

– Нет. Я сама так решила.

Ясмина все внимательнее вглядывалась в девушку. Она давно не встречала такой губительной самоотдачи. Сложив руки на груди, уточнила:

– Хорошо. А просил ли Кирилл тебя быть грустной и неуверенной в себе?

– Конечно нет, – не задумываясь выпалила София.

– То есть Кирилл абсолютно доволен своей жизнью и внешним видом, делая то, что ему нравится. Правильно? – уточнила Ясмина.

София согласно покачала головой.

– А теперь, дорогая, подумай, пожалуйста, хотел бы он, чтобы ты добровольно отказалась от того, что делает счастливой тебя?

– Наверное, нет, – на мгновение зависла София – Точно не хотел бы! – Девушка покрутила головой из стороны в сторону.

Час, отведенный на встречу, пролетел, словно острокрылый стриж над озером.

– Значит, так, – Ясмина широко заулыбалась, – внимательно слушай домашнее задание.

– Ага. – Соня привстала с кресла.

– С сегодняшнего дня ты снова начинаешь себя баловать. Хочется танцевать, включаешь музыку и танцуешь – для этого не обязательно куда-то выходить. Хочется сладкого, идешь в ближайшую пекарню и покупаешь себе самый красивый, самый вкусный десерт. Делай то, что заставит глаза загореться. Устрой своему внутреннему ребенку каникулы.

Заглянувшая в дверь помощница предупредила о следующем клиенте.

– Да-да, хорошо, – ответила Ясмина.

– Ты поняла меня? – обратилась она к Софии. – Устрой себе праздник жизни! У тебя все получится. Жду через неделю.

Хозяйка офиса проводила гостью до двери, налила себе стакан воды и залпом его осушила.

Следующая их встреча состоялась почти через три недели, совсем не так, как рассчитывали женщины. Ясмина, которой как воздух была необходима смена обстановки, улетела на неделю на Мальдивы, после – приболела София. Девушки пытались общаться онлайн, но Соня, несмотря на видимую хрупкость и беззащитность, настояла на более подходящем ей офлайн-формате.

На улице третий день лило как из ведра. Ясмина, всем сердцем любившая солнце, тосковала по светилу и старалась не смотреть в окно. К назначенному времени, опоздав на пару минут, прибежала София.

– Извини, пожалуйста, таксист долго не мог найти, где припарковаться. – Девушка говорила негромким, но уверенным голосом. Тяжелые капли, перехватившие ее на пути от такси до входа в бизнес-центр, стекали по тонкому мраморному лицу, слегка тронутому румянцем.

– Ничего страшного. Присаживайся. – Ясмина показала рукой на кресло. – Ну как дела? Рассказывай.

София медлила с ответом, будто боялась сглазить. Выдержав волнительную паузу, подняла огромные голубые глаза и многозначительно ответила:

– Хорошо.

– О, вижу, – улыбнулась Ясмина, – я чуть не утонула в глубине твоих глаз. Знаешь, они чем-то напомнили мне воды Индийского океана: такие же теплые и манящие. Теперь я понимаю, почему Кирилл в тебя влюбился. Но прости, что перебила. Продолжай.

София игриво запрокинула голову и засмеялась звонким, почти детским смехом.

– Я делала все, что ты мне рекомендовала, абсолютно все, строго следуя инструкциям. Не поверишь, возвращаться к себе – это очень приятно. Во всяком случае, мне так показалось. Через пару дней после нашей встречи, нет, подожди, через три дня. Да, точно, – исправила себя София, как будто это имело какое-то значение, – я готовила завтрак и включила фоном музыку, тихо-тихо, еле слышно. Сначала не заметила, как начала подпевать, а позже и пританцовывать. Разбуженный звуками Кирилл с недовольным лицом пришел на кухню, но, увидев меня – растрепанную в кружевной сорочке с половником наперевес, – сделал колонку громче, и, на удивление, тоже начал двигаться в такт музыке. Не помню, когда мы в последний раз так отрывались. Как ты понимаешь, в то утро мы остались без завтрака. – София загадочно улыбалась. – Но я ни о чем не жалею.

– Прекрасные результаты, – искренне радовалась за подопечную Ясмина. – Смотри-ка, даже сладкое не понадобилось!

– Ой, как это не понадобилось? – Девушка достала из сумки небольшую слегка помятую коробку. – Прости за внешний вид, надеюсь, с ним все хорошо. Это нежнейший десерт «Павлова», самый лучший во всей Москве. Я серьезно. Ты даже не представляешь, насколько я профессиональная сладкоежка. – Она аккуратно поставила картонную упаковку на изящные узоры стола.

– Спасибо большое, – благодарно приняла подарок Ясмина. – Вот что привнесет в мое дождливое утро сегодня пару лучиков солнца! Давай начнем. Расскажи, пожалуйста, чего ты хочешь от жизни? Ну, кроме детей, конечно.

– Знаешь, раньше я хотела добиться определенных успехов в карьере, ну например, стать ведущим экономистом. А еще много-много путешествовать и танцевать. Потом встретила Кирилла и…

София замолчала. Ясмина не торопила девушку, дав ей спокойно собраться с мыслями. Если подумать, мало кто с ходу может ответить на вопрос: «Чего ты хочешь на самом деле?» В ритме современного мира, среди вездесущих «надо» и «должен» маленькие, да и большие желания, приносятся в жертву обязательствам. Пролетают дни, месяцы, годы, а человек так и не находит времени на себя и для себя, живя в угоду начальникам, супругам, детям, родителям и обществу. Грустная в целом получается картина.

– Да, потом встретила Кирилла и тоже захотела детей. Ты не подумай, что я их не люблю. У меня два младших брата. Ума не приложу, как мама всех нас вырастила.

– Дорогая, ты думаешь, дети – это счастье? – Ясмина слушала Софию, уперев в висок палец с аккуратным красным маникюром.

– Конечно, счастье! – ни секунды не раздумывая, ответила девушка. – И ответственность, а еще много-много времени.

– Ты боишься ответственности?

– Нет, не боюсь, – абсолютно искренне ответила Дюймовочка, – но я понимаю, что ребенок, особенно в первые годы, будет забирать очень много моего времени, а, может, даже и все. Я видела свою маму, свою дорогую любимую мамочку… – София начала волноваться, оттого речь ее стала более тихой и сбивчивой. – Знаешь, как-то у бабушки в гостях я нашла альбом с мамиными фотографиями еще до нашего рождения. Ты не представляешь, как светились ее глаза! Почти на каждой фотокарточке она улыбалась широко и открыто. Легкая, стремительная, с появлением детей она вынуждена была затормозить свой полет. Теперь у нее были мы, и мама вообще крайне редко покидала «гнездо». Отдавая детям всю себя, без остатка, она перестала быть собой и стала просто мамой. Мамой великолепной, замечательной… Но… – Девушка опустила глаза в пол: – Я так не хочу, понимаешь? – закончила речь София.

– Дорогая, я понимаю, о чем ты говоришь, но ведь то была семья твоих родителей, а ваша история – совсем другое дело. Прости, но я догадываюсь, что Кирилл неплохо зарабатывает, и вы вполне можете позволить себе няню. Хотя бы иногда. Ты видела, как он на тебя смотрит? Уверена, муж сделает все, чтобы облегчить тебе материнство. Кстати, возможно, и бабушки захотят разделить с тобой хлопоты? Не стоит сбрасывать их со счетов. – Ясмина внимательно смотрела на утонувшую в кресле девушку.

– А что бабушки? Моя мама только-только выдохнула. Не совсем, конечно. Братья учатся в институтах – старший на третьем курсе, младший только закончил первый. Переехали в общежитие, но мама все равно до сих пор переживает, закончат ли учебу, не свяжутся ли с дурной компанией и все в этом роде. Мне совесть не позволит загружать ее заботами о внуке. Мама Кирилла с удовольствием взялась бы за воспитание наследника, но у нас, правда, на это слишком разные взгляды. Я, конечно, все слушаю, в основном молчу, а когда пытаюсь высказать свою точку зрения, она мгновенно обижается и вообще отказывается общаться. Кирю это очень расстраивает. Одно хорошо, свекровь живет в пяти часах лета от нас и переезжать не планирует. Во всяком случае, пока, но кто знает, что она придумает, когда родится внук!

Ясмина налила распалившейся девушке стакан воды, но София к нему даже не притронулась.

– Понимаешь, дети, они вроде как должны объединять, и я очень-очень хочу ребенка. – Девушка прижала ладони к груди: – Но мне кажется, что в нашем случае он будет яблоком раздора. А если он родится нездоровым?

– Подожди-подожди, – перебила ее Ясмина. – Откуда такие мысли? Ты вообще делилась переживаниями с мужем, говорила ему о своих страхах и опасениях?

– Нет, – покачала головой София. – Видела, какой он занятой: то встречи, то какие-то заседания. Еще и тренировки сюда добавь. Куда ему мои переживания?

– Ты серьезно? – Тут уже Ясмина не выдержала, встала со стула и заходила по комнате. – Скажи мне, пожалуйста, что может быть важнее человеческой жизни?

– Ничего, – не понимая, куда клонит Ясмина, ответила девушка.

– Вы планируете стать родителями, подарить этой планете нового настоящего человека со своими плюсами и минусами, человека абсолютно неповторимого, уникального, – продолжала хозяйка офиса. – Что может быть важнее этого? Дорогая, – Ясмина опустила изящную руку на плечо девушки, – если ты будешь обесценивать свои чувства, так же с ними будут поступать другие. Обещай мне, что поговоришь с мужем по поводу страхов и опасений. Обещаешь?

Девушка согласно кивнула.

За месяц они провели порядка семи встреч, нагоняя упущенное в самом начале общение. Ясмина давала девушке задания, учила правильному дыханию и медитации. С каждым приходом в офис София становилась радостнее и увереннее в себе. Ясмине даже показалось, что девушка стала выше на несколько сантиметров. Голубые глаза цвета океана погружали прохожих в совершенно неизвестный им мир. София, словно маленькое солнце, освещала пространство, в котором находилась, и не жалея, делилась душевным теплом со всеми, кто в этом нуждался.

Ясмина очень привязалась к новой знакомой и в последнюю их встречу решила сделать ей небольшой подарок – фигурку матери и ребенка, вырезанную из дерева акации.

– Дорогая, – произнесла Ясмина, протягивая маленькую статуэтку Софии, – в Древнем Египте акация считалась символом бессмертия и выносливости. Быстрый рост сделал ее символом плодовитости, и даже Ноев ковчег, как свидетельствует Библия, был построен из этого чудесного дерева.

Я искренне желаю тебе удачи и уверена, что у вас с Кириллом все получится. Берегите друг друга.

Девушка искренне поблагодарила Ясмину, принесшую в ее жизнь так много нового и указавшую ей путь к себе, а следовательно, и к счастью.

– Можно я? – София предприняла неуклюжую попытку обнять своего наставника. Ясмина ответила взаимностью.

Девушка попрощалась и прикрыла за собой дверь. В воздухе витало искреннее «спасибо».

С последней их встречи прошло семь месяцев. Москва в попытке пережить февральские морозы закуталась в пушистую снежную шубу. Ясмина, завернувшись в мягкий палантин цвета капучино, скучала по Бали, откуда вернулась всего пару недель назад. Ей снова не хватало энергии солнца: яркой, страстной, созидающей. В перерывах между клиентами женщина пыталась впитать тепло ароматного черного чая родом с зеленеющей Шри-Ланки. Из воспоминаний ее вырвал громкий настойчивый стук в дверь.

– Да-да, войдите, – ответила она, плотнее закутавшись в шаль.

Дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина с огромным букетом подсолнухов. Подсолнухи? В Москве! В феврале месяце!

– Здравствуйте! Спасибо вам большое, – громогласно прогремел он.

Ясмина никак не могла вспомнить, где видела этого великана.

Она встала из-за стола и приняла огромный, надо сказать, весьма увесистый букет.

– Пожалуйста. А за что? – Женщина с удовольствием разглядывала миниатюрные светила, устраивая их в прозрачной вазе на столе.

– За сына спасибо.

В этот момент Ясмина почувствовала себя акушером и рассмеялась.

– Ой, извините, – сообразил мужчина, – забыл представиться – Кирилл Савельев, муж Софии, она была у вас в мае прошлого года.

– Соня? Да, я хорошо ее помню. Волшебная девочка. Очень за вас рада! – ответила Ясмина. И, представляя ясные глаза девушки, еле слышно произнесла: «Ну здравствуй, малыш. Океанов много не бывает».

МАГ и Я. Мысли

Долгий день подходил к концу. Ясмина приняла освежающий душ и провожала солнце, лежа в объятиях прохладного струящегося шелка. Огромное светило, словно гигантская горящая монета, уходило за горизонт. Научившись управлять реальностью, Ясмина жила той жизнью, которой хотела. Обиды и шрамы прошлых лет уже не болели, она сумела сделать выводы и обратить пройденные трудности себе во благо. Теперь она прочно стояла на своем месте в пространстве рода, не пытаясь занимать иные, навязанные извне роли.

Пространство рода являло собой четко устроенную систему взаимоотношений. «Телом» служили люди, которые всегда находились при роде. Они получали все ресурсы, осуществляя свою основную задачу: рождение детей и приумножение рода. В семье Ясмины это были погибшие мать и сестра, а также младший брат, с которым женщина только недавно сумела наладить общение.

«Кровью» рода становились те, кто уезжал из родного дома. Им совершенно не давали ресурсов. Эти люди сами несли в пространство рода информацию, деньги, энергию. Именно такой была Ясмина. Уехав из Дагестана в Москву, она не перестала быть частью семьи. Женщина регулярно помогала оставшимся в Махачкале родственникам – финансово и связями. После трагедии с угоревшими родными именно Ясмина содействовала отцу в оформлении опеки на внуков, своих племянников. Именно она обивала пороги всевозможных инстанций, пытаясь вернуть детей в семью. Из-за бюрократических проволочек факт смерти их матери официально не был установлен, отец детей, поначалу выказавший намерения забрать ребят к себе, вскоре растворился. Бабушка со стороны отца отказалась принимать внуков под опеку, ссылаясь на нездоровье. В итоге трое детей, недавно живших, казалось бы, в полной семье, детей, имеющих многочисленных родственников как со стороны матери, так и со стороны отца, вынуждены были жить в детдоме. Сам факт нахождения племянников в интернате заставил Ясмину взять билеты на самолет и, отложив на потом решение своих проблем, коих на тот момент было немало, отправиться помогать родным. Видя, что отец с братом не справляются, Ясмина не задумываясь бросилась им на помощь. Не зря сердце безостановочно качает кровь, обеспечивая прилив кислорода ко всем органам. «Кровь» наполняла род ресурсами, делая возможным его дальнейшее существование.

«Кожей» рода были изгои. Они принимали на себя большинство глобальных проблем, служили неким барьером, фильтром, который задерживал на себе все плохое, дав остальным возможность жить счастливо и достойно. Часто ими являлись алкоголики и умалишенные, наркоманы или люди, страдающие иной пагубной зависимостью. Об их существовании умалчивали, их стыдились, сторонились, а порой и жестко критиковали, что является в корне неверным поведением. Забывая, человек провоцирует изгоев на проявление, и тогда с большой долей вероятности они могут вернуться в наших детях. Поэтому родные люди обязаны помнить о тех, кто, пусть и неосознанно, пожертвовал собой ради их благополучия. В Ясмининой семье роль «кожи» рода исполнял брат Вадим – тихий безобидный сумасшедший, опасный исключительно для себя самого. Ни в чем не виноватый, но избранный судьбой, он, не зная того, избавил родных от множества болезней и невзгод.

«Хранителем» рода, как правило, являлся самый старший член семьи, обычно женщина. В случае Ясмины этим человеком была бабушка. За ней по возрасту следовал отец Ясмины. Принятые старшими в роду решения не подлежали критике и поддерживались единогласно.

Когда все устроились на своих местах, пазл сложился. Каждый жил своей жизнью, играя предначертанную ему роль. Такие разные, разделяемые идеями и расстоянием, они составляли единое целое, незримо поддерживая друг друга.

Ночь укутала спящую Москву в мягкий тающий кашемир. Золотые пуговицы фонарей выстроились в стройные ряды и одаривали редких пешеходов еле заметным светом. Ясмине не спалось.

Ступив на путь наставничества, она щедро делилась с людьми знаниями и личным опытом в реализации потребностей и желаний, раскрытии личностного потенциала и безграничных возможностей человека. В последнее время запросов было настолько много, что Ясмина просто физически не могла всех принять. Тогда в голове яркой пульсирующей вспышкой возникла мысль о создании программы управления реальностью: она поделилась идеей с Кристиной, та вновь безоговорочно поддержала подругу в осуществлении задуманного. За этим внезапным, казалось бы, минутным решением последовали долгие месяцы разработки уроков и практик, подбор команды. Ясмине хотелось дать ученикам в относительно короткие сроки максимум знаний и умений, помочь осознать истинные желания и начать движение в сторону их осуществления.

Двенадцать шагов на пути к управлению реальностью – шагов, приближающих к жизни мечты. Тридцать три урока, более сорока практик и медитаций, направленных на изменение мировоззрения, осознание страхов и борьбу с ними, раскрытие потенциала и, как следствие, воплощение мечты в реальность. Огромный пласт работы, проделанный Ясминой в соавторстве со своей командой, был позади. Скоро планировался запуск, а женщина никак не могла придумать курсу название. На помощь как всегда пришла Кристина. Перемешав хорошо знакомую колоду, женщина вытянула карту и аккуратно держала ее на весу. В объятиях тонких изящных пальцев, увешанных массивными перстнями, возвышался первый аркан – изображение мужчины со знаком бесконечности над головой.

– Ух ты! – зачарованно всматриваясь в картинку, изображенную на карте, медленно проговорила Кристина. – Ты не поверишь! Это «Маг»! Нарочно не придумаешь! Карта пророчит успех в любых делах и начинаниях. Наделяет способностью влиять на ситуацию и людей. Это карта про управление мыслями с помощью слов. Ты еще сомневаешься?

– Конечно, нет, – улыбнулась не случайному, а она была в этом уверена, совпадению Ясмина. – «Программа управления реальностью “МАГ”». По-моему, звучит отлично. Как думаешь?

– Думаю, что ты права. Да и арканы никогда не ошибаются. Помнишь? – Кристина убрала карту обратно в колоду и довольно посмотрела на подругу.

Старт программы был запланирован на июнь. Приближаясь к заветному моменту, женщина не могла скрыть волнения. Она знала, что скоро сможет изменить жизнь огромного количества людей: заблудившимся – указать верный путь; существующим по инерции – скинуть оковы обыденности, дав дорогу переменам; абсолютно всем – раскрыть удивительную силу мысли.

Ясмина жила свою лучшую жизнь. Оставалась женщиной, подругой, матерью, наставником, участвовала в проектах по нумерологии. В круговерти дней и событий острота ожидания сгладилась. Назначенный на завтра пилотный запуск программы «МАГ» воспринимался ею как естественный ход вещей. Бесконечный простор небосвода, ласковое солнце, крылья птиц в голубой вышине успокаивали, давали уверенность в себе и своих силах. Ясмина знала: у нее все получится.

Утро не заставило себя долго ждать, явившись на порог ярким светом и звуками просыпающейся улицы. «Да, все-таки вчера надо было лечь пораньше, – щурилась Ясмина, – ну, что было, то было». Умывшись и надев легкое шифоновое платье, она двинулась на кухню. Сытный завтрак и ароматный свежезаваренный чай с нотами все тех же душицы и чабреца бодрили и настраивали на рабочий лад.