Комментарии, 103 отзыва

Есть много причин, по которым эта книга должна была мне понравится. Во-первых, одним из главных героев является собака, и не просто собака, а бульдог! Любите ли вы бульдогов так, как люблю их я? Задаётесь ли вы животрепещущими вопросами, вроде тех, что ставит влюблённый, как и я, в бульдога Дима («Может ли бульдог стать вегетарианцем?»)? Во-вторых, действие происходит в Китае, а главные герои – наши соотечественники. Судьба русских в Китае волнует меня с детства, а виной тому сериал «Государственная граница». Часть действия там происходила на русско-китайской границе, и по малолетству и исторической безграмотности я почти ничего не понимала. Почему Харбин – это, практически, русский город? Куда этот Харбин потом делся? Что русские вообще делали в Китае? Теперь я разбираюсь в этом намного лучше, но, как говорится, чем лучше знаешь тему, тем она интереснее. Поэтому я буквально впитывала множество деталей «русской китайской жизни», раскиданные по тексту. В-третьих, книга живо напомнила мне ещё один сериал, веселивший меня в молодые годы, – «Петербургские тайны». Это не бог весть какая литература, написанная вполне лапидарным языком, примитивная с точки зрения композиции, временами морализаторская, временами занудноватая. Но на это я практически сразу закрыла глаза, потому что не в этом прелесть книги. Прелесть именно в несовершенстве, какой-то почти детской наивности, тягучести, когда ждёшь, что вот-вот повествование закончится, а оно всё тянется. Появляются новые, совсем необязательные, но по-своему забавные герои, завязываются и обрываются сюжетные линии, и наступивший всё же финал выглядит гораздо оптимистичнее, чем мог бы.

Вот, каждый раз, когда мне по какой-либо игре попадается неудачная книга, думаю, это был последний раз. Пора завязывать с играми и читать только то, что сама выбираю. А потом попадается вот такая жемчужина и я понимаю, почему я играю. Без игр я бы, скорее всего, прошла мимо этой удивительной книги, а это крайне обидно.

Итак, Китай, 1937 год, британская концессия, на чьей территории расположен пансион №11. Пансионом пытается управлять семья российских эмигрантов. Бабушка, Мать, дочь Лида и двое племянников-сирот Петя и Дима. Вроде бы тяжелая книга о людях, которые потеряли все: мужей, сыновей, друзей, Родину, традиции, богатство, и при всем при этом безумно светлая книга. Светлой ее делают эти люди, ее герои. Ни голод, ни война, ни потери, ни другие страшные испытания не смогли сломить их внутренний стержень, убить внутреннюю силу духа и любовь к другим людям. И это чувствуют все, кому повезет попасть в Пансион: и семья чудака-профессора, и скандальная "несчастная еврейка", и пьянчужка-англичанка, и многие другие. Вообще, все герои настолько колоритны, что, если начать говорить о каждом, рецензия получится бесконечной. Лучше один раз прочесть самому, чем сто раз услышать)

Еще было очень интересно, хотя и страшно, и грустно, читать о той войне, которая меня прежде абсолютно не интересовала. 1937 год. Япония нападает на Китай. Никогда сильно не задумывалась о том, что происходило в мире перед Второй Мировой где-либо помимо СССР, Европы и Америки. А происходило страшное. Трупы, плывущие по реке. Взрывы бомб. Потери среди мирного населения. Голод. Отсутствие хоть какой-либо работы. Беззаконие. Страшно...Очень страшно Семье вновь оказаться в эпицентре трагических событий. Но при этом опять же остаться в первую очередь людьми и не побояться, несмотря на последствия, сказать "Нет!" на предложение японских военных присоединиться к ним, чтобы пойти на Россию, чтобы свергнуть действующий там режим.

К плюсам книги могу еще добавить, что мне очень понравилось то, как показана религиозность в книге. Истово верующие, но без фанатизма, в Боге они находят опору и утешение. При этом никому не навязывая свою точку зрения.

Потрясающая, "цепляющая" книга и я безумно рада, что она не прошла мимо меня!

Всегда с опасением читаю книги, написанные в эмиграции нашими бывшими соотечественниками, теми, которых революция выдавила с родных насиженных мест в послереволюционные годы, вымела за порог всех, правых и виноватых, не разбирая. В ажиотаже тех дней все они получали ярлык чуждых элементов, и те, кто действительно посвятил себя борьбе с новой властью, и те, чья вина состояла... да не было никакой вины. ну, не крестьяне и не рабочие, вот и вся вина.

Обыкновенная не очень богатая семья. Средний класс. Не торгаши, не владельцы заводов, газет пароходов, небогатые дворяне, разночинцы - кто разбирался? Когда-то была большая семья, остались Бабушка, Мать, дочь, двое племянников. остальные сгинули. А эти бежали от недружелюбной власти, бежали туда, где примут. Приняли в Китае. И вот устроились и выживают, как могут. Держат пансиончик для таких же как они гонимых бедолаг, под защитой английской концессии. Приходится выкручиваться, экономить, хитрить. Места мало, спят на полу, на стульях, связанных между собой. А на дворе уже 1937 год

О политике в книге ни слова. Никто не хает новую советскую власть, никто не горюет о старой. И горевать не о чем, и ругать не за что, новая власть далеко, а надо жить тут и сейчас. Надо уживаться с жильцами, колоритный набор, пьющая старуха-англичанка, потомственная гадалка то ли из Сербии, то ли из Румынии, несколько японцев, китаец, небольшой такой интернационал. И как выясняется, никаких особенных национальных различий нет, люди как люди, с бедами и праздниками. И война Японии и Китая не делает жильцов врагами, они просто живут.

Семья обрисована доброжелательно, как впрочем и вся книга. чувствуется легкая усмешка автора, но она симпатизирует своим героям, у нее просто нет несимпатичных, разве что отвратительная мадам Климова. Но в основном все они очень умные, милые и доброжелательные люди. Задает тон в семье Бабушка, а после ее смерти - Мать, Это те самые русские женщины, на которых держится мир. Не зря ближе к концу автор задумывается, почему именно вокруг Матери сплачиваются жильцы пансиона в доме номер 11? Есть и добрее, есть и умелее, есть и умнее. Но именно ее слово имеет вес, именно ее слушают, именно она - мерило общих поступков. Что скажет Мать? - вот главное, чем руководствуются герои.

К финалу из жителей пансиона остается всего двое - Мать и дочь, Таня и Лида. Судьбы остальных туманны, они пошли своим путем, даже маленький Дима. Хочется верить, что все окончится хорошо, но... не верится. До мировых потрясений осталось совсем недолго

На выбор книги повлияло название. Хотелось чего-то уютного, семейного, домашнего. Не все ожидания оправдались, но всё же...

Понравилось, что автор пишет с большой буквы: Бабушка, Мать, Семья. Это заставляет смотреть на героев по-другому, как будто и читателю они не чужие. Доброта Семьи безгранична, они примут всех, накормят, обогреют, оставят у себя.

Все герои самобытны. Конечно, жизнь в изгнании нелегка, когда ты своей стране не нужен и здесь ты не свой... И документов никаких. Люди стараются помогать друг другу.

В процессе чтения спрашивала себя мысленно, нравится ли мне? Как-то ровно всё "шло", но концовка меня "зацепила". Последние дни профессора, его письмо жене особенно произвели впечатление. Каждый пошёл своей дорогой, у Димы свой путь, даже Собака нашла себе нового хозяина.

Прощание с Димой тоже не оставляет равнодушными. Говорить можно много и про каждого. Наверное эту книгу даже больше понимаешь и осмысливаешь, дочитав.

Я открыла для себя нового автора. О жизни российских эмигрантов в 20-30-х я до этого практически ничего не читала. Федорова же написала, как по мне, интереснейшую книгу. Она рассказала о проблемах миллионов на примере лишь одной Семьи. И при этом написала прекрасным языком, умело рисуя образы героев. 5 членов семьи: Бабушка, Мать, Лида, Петя и Дима. Им предстоит выжить в Китае во время нападения на страну Японии. Им придется подставить плечо другим эмигрантам, оказавшимся в еще более плачевном состоянии. Они будут держаться вместе, но ведь жизнь умеет преподносить сюрпризы. Каждому придется сделать свой выбор. Финал этой книги намекает открыто на продолжение истории. И мне поскорее хочется узнать, что же судьба приготовила для Семьи в этот раз. Так что книгу Нина Федорова - Дети хочется открыть уже поскорее.

Нина Федорова (настоящее имя – Антонина Федоровна Рязановская) была женой выдающегося ученого-культуролога Валентина Александровича Рязановского. историю. Роман «Семья» был написан на английском языке и в 1940 году опубликован в США. За его написание Нина Федорова была удостоена премии популярного американского журнала «Атлантический ежемесячник». Роман переведен на двенадцать языков, а в 1952 году был издан в Нью-Йорке на русском.

События в романе разворачиваются в 1937 году, русская Семья бежит от революции в Китай. Здесь, испытывая, нищету, лишения, она не теряет главного - любовь, заботу, внимание ко всем членам Семьи. Все члены Семьи интеллигенты, добры, готовы отдать последнюю крошку хлеба нуждающимся. В их дом вхожи не только бедные, но и обеспеченные люди, которые меняются в хорошую сторону прямо на глазах. Книга меня захватила с первых страниц, здесь нет быстро меняющихся событий, но от этого не менее интересно читать.

"Это время движется сквозь нас", а не мы живем... - Какое меткое и в то же время веющее безнадежностью определение, которое дает Татьяна в диалоге с графиней. Где-то прочитала мнение, что самое печальное слово в лексиконе - "поздно", от него всегда веет чем-то несбывшимся. Для многих героев "Семьи" как раз уже поздно: поздно жалеть, поздно желать, поздно любить, поздно стремиться к мечте. Но не для всех, часть персонажей прорывается сквозь паутину безнадеги, в другую вселенную, не известно - счастливую ли (а скорее всего наверняка такую же тяжелую), но хотя бы другую. Очень простое и в то же время глубокое повествование о жизни осколков одной некогда богатой семьи в эмиграции наверняка найдет отклик в сердце многих. И не только в нашей стране. Тема эмиграции постоянно всплывает и сейчас повсеместно, а уж бурные лета прошлые нашей страны катком прошлись по каждой семье в той или иной степени. И уж наверняка, читающие вспомнят яркую эпоху диких 90-х, отголоски которой не новы, и в этой книге, вышедшей в далеком 1940-м году прекрасно ощущаются. Круг героев различен, но все они находится сейчас в Китае, на территории британского покровительства, в крайней бедности, на черте. Персонажи не живут, к ним сложно применить определение выживают, скорее - они существуют, просто они есть сейчас в этой точке мира и в это время. Для них, утративших практически все, такая тень жизни является базисом, держащим их вместе. Все стараются богатеть хотя бы духовно, но как это смотрится из сытого времени странно больно. И если старшему поколению есть с чем сравнить, то младшее и не видело ничего иного, как такая эмигрантская серость, отчего их становиться только жальче. Минимально приспособленные люди в тяжелой жизненной ситуации. Хотела бы только заметить, что в бурные 90-е мне не встречались люди, хоть толику не задетые жаждой вещизма - всем чего-то желалось, без возможности купить, просто хотелось всякой яркой ерунды. Тут автор убеждает, что сплошь живут бессеребренники, наверное люди все-таки иначе смотрели на потребление?)) И чувства, такие крепкие, такие сильные чувства рождает то странное осколочное безвременье, не сравнить с теперешними сиюминутными увлечениями и разочарованиями. Будто бы слетело все наносное, осталось только полное настоящее. В Семье это видно четко, и эта настоящесть притягивает к Семье других, меняет их постепенно, да и сами члены Семьи меняются. Жильцы пансиона, не принадлежащие к семье, не менее колоритны. Профессор, маниакально строчащий письма, эдакий Дон Кихот с ветряными мельницами, беспомощно жалок и бессмысленно деятелен, житейски неприспособлен абсоютно, но мне жальче его жену, если честно. Прочие же - гадалка, алкоголичка, китайский профессор, японцы - дурдом на выезде, а не жизнь, если смотреть со стороны. Изнутри же - вполне в духе времени, существование сегодняшним днем без потери для себя понимания настоящего человека. Не смотря на такую открытую концовку, на обрыв рассказа с намеками на некий позитив, мне не верится в счастливый финал, не знаю отчего. Скорее всего потому что по большей части книга показывает угасание человеческих судеб, где лишь крупицам выпал хороший билет и шанс на поворот судьбы. И песня девушки с полным звучным оперным голосом только показывает, что люди ценят красоту одного момента, по окончании которого снова покрываются панцирями суеты и эгоизма. Но не надо о грустном: книга хороша, и за кажущейся простотой учит многому, дает невероятно мощный посыл для размышлений, такие книги необходимо читать и любителям истории, и ценителям семейных саг, и тем читателям, которые хотят задуматься над глубокими вопросами человеческого смысла жизни.

— Но как вы живете? — Я не знаю, как мы живем и живем ли мы, — призналась Мать. — Это время движется, а не мы живем. И обе они засмеялись.

Ода бедности — два слова достойны описать всю книгу, и от этого нужно отталкиваться в целом. У нас есть Семья, в которой главные действующие лица — Мама и Бабушка — безымянные, а значит абстрактные, общие, которых непременно подсознательно примеришь на себя во время чтения. Семья — ограниченное количество оставшихся людей, ищущее приют в чужой стране, с чужой культурой. В прошлом знатные и богатые люди — теперь они живут в пансионе, где их находят такие же несчастные.

Казалось бы, после всех бед Семья должна держаться вместе и стремиться от нищеты. Тут же — полное смирение, доведенное до абсолюта. Даже странно, ведь, обычно, люди, которые видели хоть кое-какие возможности, стремятся к ним снова, хоть на чуточку, и не станут сидеть сложа руки, тем более лелея нищету. Видно Семью, лишенную естественных человеческих амбиций. Я согласна, что деньги — не все в нашей жизни и главное — быть вместе, знать, что вы есть друг у друга, что вы — семья. Но ведь кому интересна позиция жертвы?

«Надо рассчитывать не на хорошую жизнь, а на хорошую смерть.»

Дальше...

Пустить все по течению и день ото дня плакать от собственного безденежья, при этом не особо часто искать какие-то дополнительные возможности заработка — странная оборона даже с позиции «бедные, но вместе». Несколько странных моментов было уже и по ходу сюжета. Непонятны мне сомнения Бабушки, когда она думает, селить человека в пансион или нет, если он атеист — это наверно что-то такое исконно советсткое, из тех времен; возня с миссис Парриш тоже странная: взять алкоголичку, которой нужна то ли нянечка, то ли сиделка и терпеть ее истерики, а то и спаивать в азарте карточной игры – тут тоже позиция странного смирения при вобщем-то актуальности пансионата, но уже сначала стало ясно, что будет какой-то моральный аспект, непонятно, почему Семье в итоге было уютнее с капризной пьяной леди, нежели с непьющей; неприятно мне было похабное отношение маленького Димы к Собаке: вначале он ее хочет до того, что хитростями выпрашивает в подарок, после чего наконец завоевывает приязнь животного, и когда уже до счастья оставался шаг — Дима увлекся более интересным человеком и пренебрег животным; дивная сцена открывается на венчании солдата и Ирины, когда батюшка в первой части речи клеймит девушку за непатриотизм

«Стоишь ты перед алтарем круглая сирота. А отсюда поедешь с мужем-иностранцем в чужие, далекие края и даже говорить забудешь по-русски. Как тебя встретят там? Кто выбежит обнять тебя при встрече? Кто назовет ласковым именем? Возможно, ты встретишь только вражду да насмешку. Не нашлось тебе места на родине! Мачехой тебе стала Россия, и ты — сирота — бежишь от нее к другой мачехе. Это ли счастье?»

…а уже во второй благодарит Америку за «удочеренную сироту». Всё хоть как-то понималось, если бы они не находились в Китае. А как же их вынужденное бегство? В своем глазу, как говорится, и соринки не видно. Если хотелось в Россию, почему бы не поступить, как поступил Петя?

Понятный для меня персонаж — профессор. Он прослыл в книге чудаком, помешанным на науке и свободе, как итог… Не буду спойлерить — прочтете сами. Приятна так же пара Лиды и Джима, очень хотелось бы, чтобы их история приобрела искренность молодости и счастья, а так же стержень новой мотивации в будущем, способности еще иначе воспринимать бедность — не быть покорной. Покорность, вырощенная поколениями рождает слабость духа, из которой выходить надо тоже целыми поколениями.

«Пока есть жизнь, есть надежда».

Тот «листочек», что остался от российской Семьи, развеялся по ветру, не оставив никакой цельности, причем отнюдь не всегда волею одной высокой судьбы — решением простого человека. Такое странное счастье.

Как это случается, — размышляла она, — что один человек проживет долгую жизнь, не сумев привязать к себе никого, а другой там же делается центром всеобщей любви, как магнит, притягивает всех, и все делятся с ним радостью, горем — всей жизнью?

Русская семья, когда-то богатая и знатная, прошедшая через войну, революцию, нищету и болезни, она потеряла большинство своих членов, смертность в ней значительно превысила рождаемость и сейчас на состояла всего из пяти человек- Бабушка, мать Татьяна, дочь Лида и два племянника-сироты- Петя и Дима. Чуть позднее еще одним полноправным членом семьи стала Собака.

Бабушка являлась духовным оплотом Семьи. Она жила с раскрытой душой, доступная всем, отдавая каждому частичку своего сердца. Природная доброта и любовь к людям, перенесенные беды и страдания сформировали в ней особое мировоззрение, она не гневила судьбу, не жаловалась на трудности, она дарила свет и тепло окружающим, помогать ближним было для нее так же естественно, как дышать.

В 1937 году Семья жила в китайском городе Тянцзин на территории британской концессии. В Китае в то время жило очень много мигрантов-европейцев, кроме британской в городе были французская, немецкая и итальянская концессии. Это было связано с тем, что Китай охотно принимал всех приезжающих, независимо от национальности и наличия паспорта. Русских в Китае было особенно много, кто-то бежал от революции, кто-то жил здесь еще со времен строительства КВЖД.

Все члены Семьи были нежно привязаны друг к другу, для каждого из них на первом месте стоял общий интерес. Они жили полной духовной жизнью, их интересовали общечеловеческие проблемы, книги, музыка. Семья арендовала дом, превратив его в пансион в основном для бедных русских иммигрантов. Финансовое положение семьи определялось попытками что-нибудь заработать и развитием навыков обходиться без необходимого, в последнем все они мастерски преуспели.

Слово Семья стоит трактовать в более широком смысле, ведь в нее каким-то непостижимым образом вливались жильцы пансиона. Гадалка мадам Милица, профессор Чернов и его жена Анна Петровна, эксцентричная любительница крепких напитков англичанка миссис Парриш, русская беженка Ирина Гордова, ожидающая разрешения на брак с американским солдатом- все они очень быстро стали членами одной дружной семьи. И во многом это заслуга Бабушки, а потом Матери, которые стали своеобразным центром притяжения, неким цементирующим раствором для этого разношерстного братства.

Японская оккупация Китая сильно осложнила положение проживающих в стране иностранцев. Они могли чувствовать себя в безопасности только на территории иностранных концессий, многие жители пансиона вообще не могли выйти за пределы британской зоны. Но и положение концессий постепенно становилось все более шатко. Для Семьи настали очень трудные времена, ее членам пришлось принять ряд тяжелых решений и при этом они сумели сохранить ту светлую душевную силу, что уже многие годы поддерживала их на плаву.

Книга оставляет в душе какое-то светлое чувство, хотя большинство описанных в ней событий трудно назвать радостными. Наверное, это происходит из-за того, что она очень человечная.

Потому что, вопреки всем различиям в расе и в вере, вопреки разным течениям нашей истории и нашей жизни, вопреки всему, что заставляет нас бороться и ненавидеть, — мы все, по существу, одна единственная во вселенной человеческая Семья.

Потрясающая книга!.. Давно я не испытывала таких впечатлений. Глубокая, пронзительная, проникновенная, грустная, всеобъемлюще жизненная. Я полюбила Бабушку, Мать и всех остальных членов Семьи, включая жильцов их пансиона. Боже мой, какая же эта книга, как она делает больно - своей искренностью и настоящестью о чувствах, о боли людей, об их грусти, надеждах. Сама не знаю, как я отношусь к миссис Парриш - ничего плохого не могу о ней сказать, но все же она стоит особняком среди всех этих героев. О Климовой нечего и говорить, она вне поля зрения. Мадам Милица тоже сродни Бабушке - свой человек, надежная как скала, человечная. Вот не могу назвать там ни одной сюжетной линии, которая была бы неинтересной. И как я так долго проходила мимо этой книги?