Читать книгу: «Бессмертие: это дар или проклятие»

Космос был пуст. Холодный, безмолвный, равнодушный. Он дрейфовал среди мёртвых звёзд и разбитых миров, единственный свидетель их исчезновения. Его тело, невесомое, неуязвимое, неслось сквозь бесконечность, но боль не угасала. Она жила в нём, как вторая кожа, сросшаяся с его бессмертной плотью. Иногда ему чудились голоса – шёпот давно ушедших, обрывки слов, растворяющиеся в веках. Лица тех, кого он любил, всплывали в памяти: их глаза, полные то ли печали, то ли обвинения, смотрели на него из тьмы. Он помнил их имена, их смех, их страх. Но что толку в памяти, если они – лишь призраки, а он – единственный, кто остался? Один вопрос, как ржавый гвоздь, вонзался в его разум: был ли это дар… или проклятие?

Ему было двадцать, когда болезнь сковала его тело. Лёгкие разрывались от кашля, кожа горела, а слабость лишала сил даже дышать. Врачи качали головами, родные шептались за дверью их деревенского дома, где запах сырого дерева смешивался с дымом от очага.

– Он не выживет, – доносилось сквозь тонкие стены.

Он и сам в это верил. Каждую ночь, уставившись в потрескавшийся потолок, он молил о смерти, лишь бы прекратить боль. Но смерть не пришла.

Однажды ночью, когда кашель утих, а жар спал, он проснулся с чувством странной ясности. Его тело больше не болело. Он встал, ожидая слабости, но её не было. Сердце билось ровно, лёгкие дышали свободно, словно он никогда не был болен.

– Чудо, – прошептала мать, обнимая его. Её слёзы падали на его плечо, горячие, как солнечный свет, пробивающийся сквозь щели в ставнях.

– Проклятие, – ответил он тихо, глядя в её глаза, полные надежды. Она не поняла. Тогда ещё никто не понял.

Годы шли. Его мать поседела, отец сгорбился, а он оставался прежним – двадцатилетним, с гладкой кожей и ясным взглядом. Он бродил по деревням, где люди ещё помнили его как "того парня, что выжил". В таверне, где пахло хмелем и мокрой шерстью, он встретил Сергея – друга детства, чьи шутки были такими же громкими, как звон кружек.

– Тебе чертовски повезло с генами, брат! – смеялся Сергей, хлопая его по спине. Свет от очага отражался в его весёлых глазах, но в них уже появились первые морщины.

– Повезло? – Он смотрел на Сергея, чувствуя, как внутри растёт холод. – Ты бы хотел смотреть, как все, кого любишь, умирают, а ты остаёшься?

Сергей замолчал, его улыбка потухла, как свеча на ветру.

– Я… не думал об этом, – пробормотал он, отводя взгляд к потемневшим от копоти стенам.

– Никто не думает, пока не окажется на моём месте, – сказал он, допивая пиво. Вкус был горьким, как его мысли.

Он уходил из городов, менял имена, но не мог убежать от вечности. В одном из городов он встретил Анну – женщину с глазами, как летнее небо, и смехом, что звенел, как колокольчики. Они гуляли по полям, где колосья шелестели под ветром, а её волосы пахли ромашкой.

– Ты как Питер Пэн, – говорила она, касаясь его щеки. Её пальцы были тёплыми, живыми, и в её улыбке было столько света, что он на миг забывал о своём проклятии.

– Хотел бы я, чтобы ты осталась со мной, – шептал он, прижимая её к себе, чувствуя тепло её тела под тонкой тканью платья.

– Я никуда не денусь, – отвечала она, смеясь, и её голос был как песня, которую он хотел слушать вечно.

Но годы шли. Её волосы серебрились, морщины покрывали лицо, а он оставался тем же. Они сидели в их маленькой комнате, где свет свечи дрожал на стенах, отбрасывая тени, что казались живыми. Анна смотрела на него, её глаза наполнились не любовью, а страхом.

– Ты не человек… – Её голос дрожал, пальцы сжимали край шали. – Что ты такое?

– Я тот же, кем был, – сказал он, но его слова звучали пусто, как эхо в заброшенном доме.

Она ушла, оставив его у порога. Он смотрел ей вслед, пока её фигура не растворилась в вечернем тумане, а в груди росла пустота, как выжженное поле.