Читать книгу: «Одержимость. Его пленница»

Глава 1

Я недоуменно оглядела пустую платформу, и до меня медленно начало доходить, что я вышла не там. Так давно не была на бабушкиной даче, что совсем забыла о том, что станция у нее называлась «Железнодорожная 2», а не просто «Железнодорожная».

Стукнув себя по лбу, я посмотрела расписание электричек, и выяснилось, что следующую нужно было ждать почти сорок минут. Сама бабушкина станция была не так уж и далеко, по путям можно было дойти минут за пятнадцать. А если пойти через лес, то и вовсе можно было выйти прямиком к дачному поселку.

В детстве я часто там гуляла, но с тех пор прошло много времени, и я уже не так хорошо ориентировалась в этой местности. Обычно, когда я навещала бабушку, я шла к ней по главной дороге. И все же я решила рискнуть, потому что стоять на платформе сорок минут в конце ноября не очень хотелось. Уж лучше прогуляться по лесочку.

Я крепче подхватила пакет с провизией, который несла бабушке, и спустилась с платформы прямиком в лес. Сразу стало понятно, что так делала не только я, потому что за первыми кустами показалась протоптанная тропинка. Воодушевившись, я пошла прямиком по ней, нисколько не сомневаясь, что она ведет к дачному поселку.

Несмотря на холод, я начала получать удовольствие от прогулки. Давно не выбиралась на природу, а лес, хоть и был уже не красочно-осенним и еще не заснеженным, а скорее голым – все равно радовал глаз. Я медленно шагала, наслаждаясь свежим воздухом, пока внезапно не услышала вдалеке выстрел.

Вздрогнула и начала оглядываться. Насколько я помнила, в этом лесу не водились звери, а значит и охотников быть не должно. Максимум грибники. Так кто тогда стрелял?

Раздался еще один выстрел, на этот раз громче, будто источник приближался. Мне стало не по себе, и я ускорила шаг. Оставалась еще примерно половина пути, и мне хотелось как можно скорее выйти туда, где жили люди.

Но я не прошла и сотни метров, как выстрелы раздались уже совсем рядом. Я перешла на бег, ничего не различая перед собой, и закричала, когда внезапно врезалась в огромный и голый торс откуда-то взявшегося мужчины.

Он выругался, когда я очень болезненно ударилась об него, но на удивление удержался на ногах. Мне пришла в голову странная мысль, что я где-то его уже видела. Слишком знакомое лицо, будто мелькало в телевизоре или газетах. Я уже успела немного успокоиться, решив, что он актер и я видела его в фильме. Хотела извиниться, что вмешалась в съемку, но запоздало осознала, что вокруг не было ни персонала, ни камер.

Лишь глухой лес. Выстрелы. И странный полуголый мужчина.

Он схватил меня за плечи и удивленно оглядел, но уже через мгновение оттолкнул меня. Я отшатнулась и застыла в полном ужасе, когда он поднял руку с пистолетом.

Я зажмурилась и услышала оглушающий выстрел. Забыла, как дышать, и стояла, не пошевелившись, пока осознание того, что я еще жива, не привело меня в чувство. Я открыла глаза, резко обернулась и увидела на земле тело еще одного мужчины с простреленной головой.

Крик застыл в горле. Я отшатнулась. Перед глазами все скакало, ноги подгибались, и я бы, наверное, упала, если бы мои плечи не схватили сильные руки.

Я замерла, поняв, что убийца стоял за моей спиной. Резко дернулась, услышав прямо возле уха сначала грязную ругань, а потом разъяренное шипение.

– Твою мать! Откуда ты здесь взялась?

Сердце забилось как бешеное от страха. Губы пересохли, и я ничего не могла выговорить. Он резко развернул меня к себе, и я оказалась лицом к лицу с тем, кто только что хладнокровно убил человека.

А через мгновение я почувствовала у своего виска еще теплое дуло его пистолета.

Глава 2

– П-пожалуйста, – еле слышно пробормотала я. – Я никому… ничего… не скажу.

Его холодные синие глаза смотрели на меня изучающе, и я не могла пошевелиться под их пристальным взглядом. Чувствовала, как он сильнее прижал дуло к моему виску, и испуганно зажмурилась. Даже не успела ни о чем подумать, ни о чем вспомнить. Понимала, что вот-вот умру, а в голове – пустота.

Но шли секунды, а выстрела все не было. Медленно я открыла глаза и встретилась все с тем же пристальным взглядом. Он, не отрываясь, изучал мое лицо. Я и представить не могла, о чем он думал в тот момент, но боялась, что, если скажу хоть слово – он меня пристрелит.

– На кого ты работаешь? – наконец спросил он.

– Ни на кого… – пробормотала я. – Я просто шла мимо. Я клянусь. Я никому не скажу! Отпустите меня…

Он сжал губы, все еще глядя мне в глаза, а потом отвел дуло от моего виска.

– Без глупостей, – сказал он.

Я лишь испуганно кивнула, а он, продолжая удерживать в одной руке направленный на меня пистолет, второй принялся шарить по моему телу.

– Разворачивай карманы, – приказал он.

Трясущимися руками я вывернула карманы куртки. Мой телефон, ключи от квартиры, билет на электричку и всякая мелочь вывалились на землю. Он нахмурился и кивнул на мою сумку.

– Открывай.

Пальцы у меня так дрожали, что я только с третьей попытки смогла расстегнуть молнию сумки. Открыла ее и показала ему содержимое: бутылка с водой, книжка, кошелек и документы. Ничего подозрительного.

Я надеялась, что это убедит его и он наконец меня отпустит, но он лишь выхватил из сумки мой паспорт и, продолжая удерживать меня на прицеле, открыл его.

– Пронина Елена Андреевна… – пробормотал он, сверяя мое лицо с фотографией. – Ну и куда ты идешь, Леночка?

– К бабушке… – пробормотала я.

– К какой нахуй бабушке?! – зарычал он.

Трясущимся пальцем я показала в сторону выхода из леса.

– Там дача… бабушки…

– Хочешь, чтобы я поверил, что кто-то еще живет на даче в ноябре?

– Она там круглый год… У нее печь… отопление, – сглотнув, я сложила руки в мольбе. – Пожалуйста… Я ничего не видела, ничего не скажу никому. Я не пойду в полицию, я клянусь! Пожалуйста!

С минуту он прожигал меня странным взглядом, а потом кивнул на валявшиеся на земле вещи.

– Собирай.

Я судорожно все подняла и рассовала по карманам. После этого мужчина схватил меня за руку и потащил за собой. Я уперлась ступнями о землю, сопротивляясь, но он вновь пригрозил мне пистолетом.

– Или ты идешь со мной или уже никуда не пойдешь. Прямо как он.

Убийца кивнул в сторону трупа, и желание сопротивляться сразу же отпало. Я позволила ему утащить себя.

Только тогда заметила, что бок у него был окровавлен, будто его царапнула пуля. А еще увидела, что из обуви на нем были лишь сланцы. Такое ощущение, что его внезапно выдернули из дома, иначе я не понимала, как он мог решиться выйти на улицу в минусовую температуру будучи практически голым.

Он придвинул меня к себе, крепко придерживая одной рукой, а второй ткнул пистолетом мне в живот.

– Быстрее шагай, – сказал он.

Я подчинилась и зашагала быстрее, хоть это и было сложно, потому что он слишком крепко меня держал. Наконец мы вышли из леса, и я с облегчением выдохнула, поняв, что мы все же попали в дачный поселок. Вот только не в ту его часть, где жила бабушка, а на самый край, граничивший с лесом. Там, на отшибе, было несколько заброшенных домов, и именно к одному из них меня и привел убийца.

– Заходи, – сказал он, толкая меня внутрь старого деревянного дома. Он захлопнул дверь, из-за чего внутри стало гораздо темнее, но я все еще могла разглядеть обстановку под светом огня, горевшим в огромном железном баке прямо посреди комнаты.

Убийца сделал шаг вперед, и, вздрогнув, я отступила.

– Раздевайся, – грубо приказал он. – Полностью.

Глава 3

Я вцепилась в свою куртку и в страхе уставилась на мужчину, а он вновь навел на меня пистолет.

– Я сказал раздевайся!

– З-зачем? – пробормотала я.

Вместо ответа он только дернул пистолетом, и я сглотнула. Сняла с себя куртку и бросила ее прямо на пол. Не отрывая от меня взгляда, он взял мою куртку и тщательно ее ощупал.

– Дальше, – приказал он. – Все снимай.

Я стянула свитер, потом обувь и джинсы. Все это он так же тщательно осмотрел, а потом вновь повторил:

– Я сказал все.

Я стояла перед ним в одном только белье и как могла закрывалась руками. Из-за горевшего огня в комнате было довольно тепло, но я все равно вся дрожала.

– Ну, – зарычал он. – Живее!

Я отвернулась, чтобы не видеть его лица и медленно сняла с себя сначала бюстгальтер, потом и трусы. В наступившей тишине отчетливо слышала свое сердцебиение. Мне было страшно даже представить, что он собирался со мной сделать. Ожидала, что он схватит меня, но он все так же стоял в нескольких шагах и не двигался.

Осмелев, я повернулась к нему и удивленно застыла, увидев странный блеск в его глазах. Он смотрел на меня не так, как раньше. Его безжалостные синие глаза потемнели и были уже не такими холодными. Наоборот, их взгляд обжигал.

– Признавайся сама, – хрипло сказал он. – На кого ты работаешь?

Мне показалось, что я вот-вот заплачу, и я отчаянно замотала головой.

– Да ни на кого я не работаю! Я просто шла к бабушке!

Я не знала, что сделать, чтобы он мне поверил. Как еще доказать, что я просто случайный прохожий? Как убедить его отпустить меня?

– Ты кому-нибудь говорила, что едешь сюда? – спросил он.

– Только бабушке… Она меня ждет. Я просто должна была привезти ей продукты, я клянусь!

Он нахмурился.

– Как ты добралась сюда?

– На электричке…

– По дороге с тобой никто не разговаривал? Ничего не передавал?

– Нет…

– Ты уверена?

– Да…

– Никто к тебе не прикасался? Не обещал вознаграждение?

– Нет… Я клянусь, ничего такого…

– Отслеживающие или прослушивающие устройства никуда не засовывали?

Он красноречиво посмотрел мне ниже пояса, и я почувствовала, как краснею.

– Нет!

– А если найду?

Я в ужасе отшатнулась и скрестила ноги, а он неожиданно усмехнулся.

– Ладно, Леночка. Одевайся.

Он бросил мне обратно мою одежду, и я сразу же ухватилась за нее. Принялась рывком натягивать ее на себя под его немигающим взглядом.

– Можно я пойду? – спросила я, обувшись и подхватив куртку.

– Не так быстро.

Он бесцеремонно взял мою сумку и снова вытащил паспорт. Достал из кармана кнопочный телефон и принялся что-то печатать. По тому, как он заглядывал в мой паспорт, я догадалась, что он кому-то отправлял данные. Ноги еще сильнее ослабели, и я села на старый табурет в углу.

Закончив, он вернул паспорт в мою сумку и вновь взглянул на меня.

– Медицинское образование есть? – спросил он.

Я покачала головой.

На самом деле, какое-никакое медицинское образование у меня было, ведь я закончила ветеринарный колледж, но говорить я ему об этом не стала. Неизвестно, что он заставит меня сделать, если выяснится, что я умею орудовать скальпелем.

– А выглядишь как медсестра, – хмыкнул он. – Ладно, сам справлюсь.

Он отложил мои вещи, выдвинул ящик тумбы и достал оттуда аптечку. Щедро облил свою рану перекисью, а потом принялся медленно разматывать бинт.

Я как завороженная смотрела за его движениями, пока не осознала, что он использовал обе руки. Взгляд устремился к пистолету, который он оставил на тумбе. Я сглотнула. Быть может, если я сделаю это быстро, то смогу его выхватить. Дверь как раз рядом, я выстрелю ему в ногу и убегу. Пистолет ведь заряжен?

Сердце забилось чаще. Я еще никогда не стреляла. Я даже пистолет никогда не держала в руках. Там ведь нужно нажать на курок и все? Или нет? Ох…

Пока я раздумывала, он обмотал бинтом свой торс и принялся искать ножницы в ящике. Повернувшись, он сбил локтем аптечку. Она упала на пол, и он потянулся, чтобы поднять, а меня словно током ударило.

Сейчас.

Другого шанса не будет.

Откуда-то взялась сила в ногах. Я резко дернулась, схватила пистолет с тумбы и сразу же бросилась к входной двери. Услышала за спиной грубую ругань, а затем почувствовала, что он бросился мне вслед. Сердце от страха колотилось, как бешеное, и я действовала машинально. Распахнула дверь, выбежала на холод и не глядя выстрелила внутрь.

Не ожидала, что отдача от выстрела будет такой сильной. Я отшатнулась на несколько шагов и чуть не выронила пистолет.

Пуля пролетела мимо мужчины, а он уставился на меня разъяренным взглядом.

– Что ты, блять, творишь?! – зарычал он.

Я испуганно выдохнула, развернулась и что есть мочи бросилась бежать. Легкие горели, ноги гудели, но я не останавливалась. Бежала изо всех сил, пока что-то тяжелое не придавило меня к земле.

– Набегалась? – прорычал он над самым ухом.

Он всем своим весом прижимал меня к земле, не давая пошевелиться. Я убрала руку с пистолетом, чтобы он не смог до нее дотянуться. Боялась, что он отберет у меня оружие, а вместе с ним и единственный шанс на свободу.

Он слегка приподнялся, рывком развернул меня лицом к себе, а я, дрожащими от страха руками, направила пистолет ему в грудь.

– Стрелять хоть умеешь? – злобно спросил он.

– Один раз получилось…

– Если бы получилось, не пришлось бы повторять. – Он наклонился ближе, и дуло уткнулось ему в плечо. – Отдай сюда, Леночка. Это не детская игрушка.

– Я выстрелю…

– Не выстрелишь. Стрелять в воздух не то же самое, что стрелять по живому. Разве ты убийца?

Его глубокие синие глаза смотрели в упор на меня. Он нависал так низко, что я чувствовала на лице его дыхание. Я знала, что он злился, но голос был ровным. Ни намека на страх. Я крепче сжала пальцы на рукоятке пистолета, боясь уронить его.

– Не дури, – сказал он, наклоняясь еще ближе. – Ты сама себя закапываешь.

– Отпустите меня. Дайте уйти.

– Я уже сказал. Не так быстро.

– Тогда я выстрелю…

Он обхватил меня за лицо, наклонился еще ближе и практически прошипел мне в губы:

– Да? Стреляй.

Рука задрожала. Не думая, я зажмурилась и нажала на курок.

Глава 4

– Твою мать!!!

Он зарычал от боли и схватился за окровавленное плечо, а я сначала застыла, а потом отпихнула его ногой. С трудом выползла из-под него и встала, но он вцепился рукой в мою щиколотку, чуть снова не повалив на землю.

– Не умеешь ты стрелять, – прошипел он. – Я же сказал, только глубже себя закопаешь.

Я дернула ногой, стараясь высвободиться, но он держал слишком крепко. Разъяренно дышал сквозь стиснутые зубы, как раненный зверь. И взгляд его глаз был пугающе решительным.

Терять мне было нечего. Я сильнее сжала рукоятку и ударила его пистолетом по окровавленному плечу. Он вновь зарычал. Его хватка ослабела, и я смогла вырваться, но от неожиданности упала. Отползла от него, а потом рывком вскочила и бросилась оттуда со всех ног.

Найти бабушку, сообщить в полицию и уматывать отсюда как можно скорее!

Это все, о чем я думала, пока бежала вдоль ровных построек. На мне не было куртки, но разгоряченная кровь скакала по венам, и холода я не чувствовала.

Добежав до бабулиной дачи, я влетела туда, даже не постучав. Повезло, что дверь оказалась открытой. Грудь у меня болела от долгого бега и проглоченного холодного воздуха. Я остановилась в прихожей и прислонилась к стене, тяжело переводя дыхание. Из комнаты доносилось тихое бормотание работающего телевизора.

– Кто там? – закричала бабушка. – Лена, ты?

Я не ответила. Отдышалась, а потом прямо в обуви прошла в комнату. Бабуля сидела на диване и читала какой-то журнал под кулек семечек, при этом еще параллельно поглядывая на экран телевизора.

– Ну вот, а я все в окно выглядывала, ждала тебя, – сказала она, когда я показалась на пороге. – А ты чего не разулась? Грязь же на улице, Лена!

– Бабуль, собирайся. Нам уезжать надо. Срочно.

– Куда уезжать, ты о чем?

Сердце все еще колотилось от страха. Спохватившись, я подбежала к окну и задернула шторы. Запоздало осознала, что все мои вещи остались в том заброшенном доме: и куртка, и документы, и телефон, и даже ключи от квартиры. Мысленно выругалась и начала кусать пальцы, пытаясь придумать, что делать. В первую очередь нужно было сообщить в полицию. Быть может, они подскажут, как быть и помогут вернуть вещи.

– Дай телефон, – сказала я.

Бабушка удивленно протянула мне свой мобильный.

Пока я судорожно набирала 102 и вслушивалась в гудки, мысленно умоляя оператора ответить быстрее, по телевизору показывали репортаж о скорых губернаторских выборах. Основным кандидатом был молодой успешный бизнесмен, построивший миллиардное предприятие и полюбившийся народу за крупные пожертвования в благотворительные фонды.

– За него голосовать буду, – уверенно сказала бабушка. – Такого губернатора нам надо. Родился в простой семье рабочих и сам всего добился, своим умом. И голодал, и за копейки трудился. Через все в жизни прошел, хоть и молодой. И тридцати пяти нет еще, а людей так хорошо понимает. И сердце у него большое. Больницу, говорят, построил. Больным деткам миллионы выделил, представляешь? Золото, а не человек.

Трубка выпала из моих рук.

«Полиция. Чем можем помочь?» – послышался оттуда голос диспетчера.

Я медленно наклонилась и нажала на кнопку отбоя, не отрывая взгляда от экрана телевизора.

Холодные синие глаза на красивом лице. Дорогой костюм, легкая улыбка, уверенные движения. Вкрадчивый голос, раздававший предвыборные обещания, заставляя довериться, поверить в лучшую жизнь для всех. А внизу сдержанным шрифтом фамилия и имя, которые всплывали во всех заголовках новостей за последние несколько месяцев.

Дмитрий Ледовский.

– О Господи… – пробормотала я, садясь прямо на пол.

Вот откуда я знала его лицо… Известный бизнесмен и политик. Тот, кому пророчили легкую победу на выборах. Будущий губернатор нашего региона. Но как?

Почему он оказался в лесу с пистолетом? Почему стрелял в того человека? Что вообще происходит?

Я ничего не понимала кроме того, что полиция мне не поможет. Если этот убийца и в самом деле Дмитрий Ледовский, это значило лишь то, что при его деньгах и влиянии, он наверняка останется безнаказанным. А вот у меня вырисовывались очень большие проблемы…

Вспомнив, что он отправлял кому-то мои паспортные данные, я обреченно прикрыла глаза и очень грязно выругалась.

– Лена! – возмущенно сказала бабушка. – Что это за слова такие? И вообще, чего это ты побледнела? Замерзла, небось?

– Бабуль…

Я даже не знала, что ей сказать. Даже не знала, как именно поступить теперь. Бежать, но куда? Просить помощи, но у кого? Ведь он найдет меня везде…

Схватилась за голову, отчаянно пытаясь хоть что-то придумать, но вздрогнула, услышав громкий, требовательный стук в дверь.

Глава 5

– Странно, соседи все разъехались давно, – сказала бабушка. – Пойду гляну, кто там.

Она встала с дивана, но я вскочила, схватила ее за плечи и усадила обратно.

– Нет! – закричала так нервно, что у бабушки округлились глаза.

– Леночка, ты меня пугаешь. Что происходит?

– Сиди здесь. Я сама посмотрю.

Она лишь растерянно проводила меня взглядом, а я на цыпочках вернулась в прихожую. Сердце было готово выскочить из груди. Я боялась в любую минуту услышать выстрел, хоть и знала, что пистолет я у него забрала. А вдруг у него есть запасной? Или еще что похуже?

Я взяла пистолет с тумбочки, на которой оставила его, когда прибежала в дом. Сжала в руках холодный металл и сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Вот только я понимала, что, даже если смогу убить его – мои проблемы от этого только увеличатся. Ледовского, может, и не посадят за убийство, зато меня – еще как.

Нерешительно застыла в прихожей, но вскоре вздрогнула, когда в дверь с новой силой застучали.

– Открывай или будет только хуже, – приказал властный голос, и я почувствовала, как по спине пробежала ледяная дрожь. Подошла к двери и сжалась.

– Пожалуйста, – взволнованно сказала я в скважину. – Я никому ничего не скажу. Я не знала, кто вы. Клянусь, я больше никогда не создам вам проблем, только отпустите меня. Я буду молчать.

Напряглась, со страхом ожидая его ответа, но он не говорил ни слова. Я крепче стиснула рукоятку пистолета. Услышала позади шаркающие шаги бабушки, спрятала оружие за спину и закричала:

– Не подходи!

– Лена, да что с тобой такое?

– Ничего. Иди в гостиную, я прошу тебя!

– Кто приходил-то?

– Никто, дверью ошиблись. Иди!!!

Видя, что бабушка не двигается, я сорвалась на крик. Она покачала головой, явно недоумевая, но, к счастью, подчинилась. Ушла обратно, хоть и не без ворчания, что в ее время молодые не позволяли себе повышать голос на старших. Когда она скрылась, я немного успокоилась и вновь повернулась к двери.

– Открывай, – раздалось с той стороны. – Если будешь делать все, как я скажу, никто не пострадает. Это в твоих же интересах.

Я прикусила губу. Не верила его словам, но понимала, что другого выхода у меня все равно не было. Не дыша, повернула замок, отворяя дверь. И сразу же почувствовала сильный толчок. Не успела ничего понять, как Ледовский ворвался внутрь, рывком потянул меня на себя, скрутил меня и отобрал пистолет. И все это только одной рукой. Вторая, с окровавленным плечом, висела без движения.

Он разрядил пистолет и, убрав его в задний карман, притянул меня к себе за ворот свитера. Краем глаза я увидела, что с его плеча прямо на деревянный бабушкин пол капали крупные капли крови.

– Значит так, – тихим, но не терпящим возражения тоном заговорил он, наклонившись ближе к моему лицу. – Если ты еще хоть раз взбрыкнешь, я прикончу старуху. Ты поняла меня?

Я испуганно кивнула и почувствовала на щеке его горячее дыхание.

– Вот так-то лучше. А теперь слушай меня, Леночка. Ты пойдешь, извинишься перед своей бабулей и скажешь, что тебе срочно нужно ехать. Спокойно и с улыбкой. Без резких движений.

Он развернул меня и подтолкнул в спину. Я сделала несколько нетвердых шагов, но потом остановилась.

– Она не отпустит. Я должна была привезти ей еды, а пакет остался в том заброшенном доме. Пожалуйста, можно мне сходить туда-обратно за своими вещами?

– Ты за идиота меня держишь?

– Нет…

– Скажи, что закажешь ей доставку.

– Сюда не приезжают курьеры…

Я чувствовала его раздражение и застыла, боясь, что он сорвется. Но вместо этого он долго смотрел на меня в упор, а потом достал телефон и, не сводя с меня взгляда, позвонил кому-то.

– Привези продуктов по адресу, который я тебе скину, – процедил он в трубку. – Скажи, что по благотворительной программе. И буклет ей оставь, пусть за меня голосует.

В трубке что-то ответили, и Ледовский, удовлетворенно хмыкнув, отвел телефон от уха.

– Адрес, – требовательно спросил он.

Я продиктовала, и, отправив сообщение, он вновь кивнул мне на дверь в гостиную.

– А теперь иди и сделай, что от тебя требуется. Мое время очень дорого стоит, Леночка. Потом ведь не расплатишься.

В его взгляде промелькнуло что-то очень странное, что заставило напрячься еще сильнее. Без слов я отвернулась и прошла в гостиную.

Бабуля сидела на диване и демонстративно игнорировала меня. Обиделась…

Я вздохнула.

– Бабуль, ну извини, пожалуйста. У меня сейчас проблемы в личной жизни, вот и нервы сдали.

Присела на корточки рядом с ней, но бабуля скорчила мину и отвернулась. Как ребенок, ей-богу…

Я сжала ее руку и заглянула в чистые голубые глаза. Бабуля для меня – единственный родной человек, ведь мой отец погиб, а мать давно жила за границей с новым мужем.

Нельзя было допустить, чтобы мои проблемы как-либо навредили бабушке. А я нисколько не сомневалась, что Ледовский сдержит свое слово и убьет ее так же хладнокровно, как и того мужчину в лесу. Я не могла рисковать, поэтому изо всех сил старалась не показывать своего состояния.

– Мне надо уехать, но я обязательно позвоню тебе, слышишь?

– Как хочешь, – буркнула она. – Я всего лишь в пять утра встала, чтобы твою комнату растопить и прибрать все к твоему приходу. Внучка называется. Могла и на ночь остаться, знаешь ли. Не каждый день видимся.

– Я знаю… В следующий раз я обязательно останусь с тобой подольше. Мне правда надо ехать, бабуль. Меня на собеседование приглашают, не хочу терять такую возможность.

Соврала, но с облегчением отметила, что это сработало. Бабуля улыбнулась.

– Ох, Лена, а чего же ты раньше не сказала? Это же замечательная новость! Куда хоть позвали?

– Администратором в ветеринарную клинику.

– Так это же прекрасно! Беги, конечно, девочка моя! Дай бог, все у тебя наладится и на работу хорошую устроишься.

Она поцеловала меня в щеку, а я обняла ее. Слишком крепко, потому что не знала, когда еще увижу ее, если вообще увижу. Будущее пугало меня. Но я не хотела, чтобы бабушка чувствовала мою тревогу.

Выдавила улыбку. Встала и пошла к выходу, но, к моему ужасу, бабуля пошла за мной. Я уже хотела остановить ее, но заметила, что Ледовского в прихожей не было – должно быть, догадался и вышел, чтобы дождаться меня снаружи.

Я попрощалась с бабушкой, сказав, что оставила верхнюю одежду на веранде, потому что слишком торопилась снять ее из-за духоты в электричке. Боялась, что она заметит следы крови на полу, поэтому, притворившись, будто поправляю шнурки на ботинках, присела и вытерла пятна собственными джинсами. Повезло, что бабуля плохо видела и ни о чем не догадалась. Отпустила меня с радостными надеждами, взяв обещание перезвонить после собеседования.

А потом я лишилась ее теплых объятий. Вышла, закрыв за собой дверь, прямо в ноябрьскую стужу. И первое, что увидела – холодные синие глаза того, в чьих руках теперь была моя судьба.