Цитаты из книги «Роковые яйца», страница 5
Он вернулся к столу, взял с него бумагу, прочитал ее раз сверху вниз поверх очков, затем снизу вверх сквозь очки и вдруг взвыл: – Панкрат! Панкрат появился в дверях, как будто поднялся по трапу в опере. Персиков глянул на него и рявкнул: – Выйди вон, Панкрат!
– Лучше б убил, ей бо…
– Неужто плакал? – с любопытством спрашивал котелок.
– Ей… бо… – уверял Панкрат.
– Великий ученый, – согласился котелок, – известно, лягушка жены не заменит.
– Никак, – согласился Панкрат.
Невыносимую дрожь отвращения возбуждают во мне твои лягушки. Я всю жизнь буду несчастна из-за них»
позвать. Дадим ему третий шлем.
Он вернулся к столу, взял с него бумагу, прочитал ее раз сверху вниз поверх очков, затем снизу вверх сквозь очки и вдруг взвыл: – Панкрат! Панкрат появился в дверях, как будто поднялся по трапу в опере. Персиков глянул на него и рявкнул: – Выйди вон, Панкрат! И Панкрат, не выразив на своем лице ни малейшего изумления, исчез
витэ[1] профессора Персикова 16 апреля 1928 года, вечером, профессор зоологии IV Государственного университета и директор зооинститута в Москве Персиков вошел в свой кабинет, помещающийся в зооинституте, что на улице Герцена. Профессор зажег верхний матовый шар и огляделся. Начало ужасающей катастрофы нужно считать заложенным именно в этот злосчастный вечер, равно как первопричиною этой катастрофы следует считать именно профессора Владимира Ипатьевича Персикова.
: «Не зарьтесь, господин Юз, на наши яйца, – у вас есть свои!»
рупор, – в связи с куриною чумой!» Театральный проезд, Неглинный и Лубян
стала желтобелой, и ее длинные волосы
Бронского. «В. И. Персиков, открывший загадочный красный луч», – гласила подпись под рисунком. Ниже, под заголовком «Мировая загадка», начиналась статья словами
