Читать книгу: «Факелы»

Предисловие

Эта история произошла несколько веков назад. Цивилизация на нашей планете развивается неравномерно, и где-то, возможно, духовное развитие ушло далеко вперед, а где-то остается еще на доисторическом этапе. Но обиднее всего то, что всеобщее невежество тянет назад тех, кто уже окрылен новыми идеями, ведь, как правило, животные не любят меняться. А если они видят кого-то, кто отличается от других, то пытаются исправить его и вернуть в рамки, к которым сами привыкли, дабы не рушить свой личный комфорт.

В таком месте и жили Виктория и Вигго, те самые, что сейчас стали богами. Их родиной была Шугайская Империя, ныне Шугай. Империя была очень могущественной и держала в страхе своих соседей. Внутри государства царила специфическая, но убедительная для жителей вера. Их представление о богах было довольно далеким от реальности: они верили, что мы оставим их в живых, только если они будут подносить нам подарки. А подарки эти зачастую были… Живыми, если вы понимаете, о чем я.

Виктория, чей ум всегда был довольно гибким, привыкла с самого детства относиться ко всему скептически. По ее словам, она сама не знает, почему это происходит, ведь никто ее этому не учил. Будем считать, что это одно из ее важных врожденных качеств. Благодаря нему Виктория не верила в богов от слова совсем, и, как бы странно это не звучало, именно отсутствие веры изменило ее жизнь к лучшему и привело в итоге на Божественные Небеса.

Виктория старалась вспомнить все как можно подробнее, и на основе ее рассказа была написана эта история. Мои домыслы незначительны, они касаются только мелких деталей.

Часть 1

I got a venom like a snake running out of my mouth

(Running out of my mouth, running out of my mouth)

It's got you burning at the stake

Innocent or not, you're not a bet I care to take

And Father Ignorance will make brothers of us all

(Brothers of us all, brothers of us all)

As he sets our torch aflame

Chasing down the flimsy specters that we co-create

The Oh Hellos – Torches¹

I

«Я горжусь тем, что ты становишься сильнее, – говорил отец, – ты каждый день крепчаешь, но я не могу не осознавать с болью, что твое предназначение – дождаться моей смерти и расцвести на моей могиле».

Это были единственные слова правителя Шугайской Империи, которые запомнились Виктории, ведь она не так часто общалась с отцом. Он сказал это своему старшему сыну во время их тренировочного поединка. Виктория в это время сидела в саду и вышивала. Брат был моложе и сильнее, он давно превзошел в силе своего старого отца, и это не могло не приводить его в тоску, даже несмотря на гордость за принца-наследника.

Вчера случилось то, чего Виктория с ужасом ждала много лет: король умер. Теперь ее родной брат должен стать его преемником. Он был счастлив, и никакая совесть и любовь к отцу не мешала ему откровенно это демонстрировать. Люк никогда не скрывал своего честолюбия, он питался вниманием к себе. Виктория была зла на него, но это было не главным, что ее беспокоило.

Помимо их матери, любимой львицы умершего короля, у него была близкая связь и с другой львицей из гарема, Ольгой. Мама Виктории, Регина, воевала с ней почти с рождения Виктории. Ольга родила императору второго сына, Вигго. За это Регина ненавидела и Ольгу, и ее львенка. Львицы в гареме были, должно быть, более жестокими, чем львы-солдаты или сам король. Они всю жизнь находились в состоянии войны, плели друг против друга интриги, пытались отравить соперниц, подставить их или хотя бы изуродовать, чтобы они больше не интересовали императора. И даже если ты не заинтересована в том, чтобы стать любовницей императора, не участвуешь в войне и хочешь просто спокойно жить, тебе все равно не дадут. Тебя могут использовать для своих интриг как пушечное мясо, например, убить соперницу и свалить убийство на тебя. Виктории, как львице, повезло, что она родилась именно принцессой. Она была свободна и могла не участвовать во всем этом ужасе.

Вигго было всего пять лет от роду. Люк и Виктория любили с ним играть, он был милым невинным львенком, но старшие знали, что на самом деле Люк и Вигго – смертельные враги, хоть последний об этом не подозревал. Виктории было больно осознавать, что Вигго любил их, как родную семью. Однако закон был таков, что во имя безопасности Империи нельзя было оставлять в живых других принцев после того, как наследник взойдет на престол. Иначе другие принцы могут начать борьбу за трон. Виктория знала, что либо Люк однажды погубит Вигго, либо Вигго устранит Люка. Но последний вариант был очень маловероятен. Это и было главным, что беспокоило принцессу. Она любила Вигго больше, чем Люка.

Отец скончался вчера, а Люк вел себя так, будто он уже десять лет на троне. Во дворе слуги готовили все к празднику, посвященному его коронации, прощанию с предыдущим королем и жертвоприношению. Люк наблюдал за процедурой в раскрепощенной позе и деловито руководил.

Виктория сидела в своей любимой беседке и вязала. Она хмуро наблюдала за процедурой, но отворачивалась, как только взгляд брата падал на нее. Она доделывала игрушку для Вигго, но не могла сконцентрироваться, потому что любая мысль о львенке вызывала у нее желание рыдать в голос.

Виктория поняла, что вязаный бычок у нее все равно не получится в таком состоянии, поэтому убрала поделку в сумку, резко встала и направилась во дворец, не глядя назад.

Виктория села на балкон и стала смотреть на пасмурное небо. Во дворце тоже все суетились, и это приводило львицу в ярость. Только на балконе было спокойно. Виктория, наконец, могла выпустить слезы, которые давно наворачивались на глаза на глаза. Взгляд ее затуманился от влаги. Она не переставала думать о маленьком Вигго, который любил всех вокруг и никогда ни от кого не ожидал подлости. Но сегодня вечером он превратится в ничто.

Кто-то зашел на балкон. Виктория сдержала раздражение: не могут оставить ее в покое даже тут. Краем глаза она заметила, что это мама, светло-бежевая львица. Она села на соседний стул.

– Так грустно, что Мигель скончался, – сказала она, – но… зато теперь наш любимый Люк займет его место. Он достойный преемник.

Виктория не ответила.

– Я знаю, что тебе жаль отца, Виктория. Но все мы однажды уходим. Надо относиться к этому, как к части жизни. Когда мы проживаем наш путь, мы просто уходим в иной мир.

– Разумеется. И Вигго, значит, уже прожил свое?

Регина нахмурилась.

– Виктория, ты должна же помнить, как устроен наш мир. Львицы становятся сильнее, поглощая соперниц, принося их в жертву, потому что, несмотря на все разногласия мы объединены в одно целое, и, как капли, одна становится больше за счет другой. То же самое относится и ко львам. Старший принц должен принести в жертву богам младших, чтобы они наградили его достаточным количеством сил для того, чтобы править Империей. Вигго совершит благое дело ради всех нас. Просто каждый старается ради Империи так, как может.

– Да? А вы спрашивали Вигго, хочет ли он таким образом помочь Империи?

Регина снова стала мрачной.

– Мы все должны стараться во имя Империи, без исключений, Виктория.

Спорить бесполезно. Эти дураки слишком погрязли в своей вере. Виктория же привыкла относиться ко всему скептически и анализировать все своим собственным умом. Она уже давно стала сомневаться в существовании богов и в том, что жители Империи поступают правильно, следуя нормам их веры. Но она не могла высказать этого, потому что это могло поставить под угрозу ее жизнь. Вера творит страшное с животными.

Вигго мог бы помочь Империи, если стал бы визирем или просто воином! С чего они взяли, что он захочет претендовать на трон. Да и если бы пытался, то его можно было бы прото отослать, или, в конце концов, убить уже тогда, когда он стал бы вести себя подозрительно… но велик шанс, что он бы и не стал.

Виктория молча ушла. В другое время она бы пошла к Вигго. Она проводила с ним чуть ли не больше времени, чем Ольга, любила его, как сына. Но сейчас у нее просто не хватило бы духу посмотреть на него. Она прошла мимо покоев Ольги и Вигго и заперлась в своих покоях. У Виктории не было сил, она сама чувствовала себя вязаной игрушкой. Опустившись на кровать, она лежала так, глядя в потолок, пока не уснула.