Цитаты из книги «Содом и Гоморра», страница 8

...чтобы постичь один из законов человеческого общеста – разумеется,

допускающий исключения, – который заключается в том, что люди

стойкие – это люди слабые, в свое время потерпевшие крушение,

и что только сильные люди, не обращающие внимания на то,

любезны ли с ними или от них отворачиваются, отличаются

кротностью, которую обыватели принимают за слабохарактерность

Скука – это одно из навименьших зол, скука, которую наводил

он, существовала, быть может, лишь в воображенеии других,

или, зная его милую скромность, кто-то сумел ему это

внушить. Но он тщательно скрывал, что его никуда не

зовут, и никому не навязывался. Конечно, нежелание

уподобляться человеку, которому доставляет большое

удовольствие направо и налево раскланиваться в

общественных местах и, после длительного промежутка

времени снова встретившись с вами и увидев вас в ложе, в

блестящем окружении, ему неизвестном, второпях, но во

всеуслышание поздороваться с вами и тут же извиниться

за то, как он рад вас видеть, за то, что это его так

взволновало, за то, что ему так приятно снова встретиться

с вами в театре и удостовериться, что вы хорошо выглядите

и т. д. Но, в противоположность людям такого сорта, уж

чересчур робок.

Ситуация как будто бы проста, и, однако, что всеми обсуждается,

то, что вряд ли найдет себе где-нибудь защитника, – сплетня, –

затрагивает ли она вас лично и потому должна быть особенно вам

неприятна, доводит ли она до вашего сведения о каком-нибудь

другом то, что вы о нем до сих пор не знали, имеет

психологическое значение. Она не дает вашему уму усокоиться

на ложном понятии о вещах, в силу кторого вы принимаете

оболочку явления за его сущность. Сплетня переворачивает явление

с волшебным проворством философа-идеалиста и мгновенно

открывает вашему взору краешек изнанки.

...мы с Морелем из осторожности придвинули к себе пивные кружки и начали опасаться, как бы, едва лишь скрестятся шпаги, не были ранены не только противники, но и врач и секунданты.

Познание целого всегда предшествует узнаванию подробностей,

благодаря этому безмерно облегчая их исследование, и так как

оно уничтожает власть невидимости, то человек уже бессилен

продолжать утаивать то, что ему так хочется скрыть.