Читать книгу: «Мадам Дюмон»

Глава 1

Красный пикап припарковался на центральной улице, немного задев бордюр. София до сих пор не привыкла к габаритам машины, раньше она водила только небольшие легковые модели. Это транспортное средство девушка приобрела два года назад, планируя путешествовать по свету и перевозить в кузове палатку, доску для серфинга, надувную лодку и прочие атрибуты бродяги мира. Однако пикап так и не побывал не только в другой стране, но даже на ближайшем побережье. Единственный раз его кузов использовался для перевозки стройматериалов, когда мама Софии делала ремонт в своем доме. Женщина называла машину дочери монстром на четырех колесах.

– Черт! – выругалась девушка, осмотрев новую царапину на нижней части бампера, и прокляла высокие бордюры.

С самого начала день не задался. Утром у Софии все валилось из рук, а, будучи прорицательницей, она знала, что это плохая примета. Больше всего девушка жалела о разбившейся кружке, подарке бабушки, которая умерла восемь лет назад. Внучка очень по ней скучала, даже пробовала устроить спиритический сеанс, но без толку. Видимо, бабушка нежилась на райском курорте и не слышала призывов, слушая громкую музыку. Кружка разлетелась на мелкие осколки, и из-за утренней спешки София не успела их убрать. Теперь оставалось молиться, чтобы Демон, ее черный кот, не принял осколки за угощение.

Софи зашла в аккуратное двухэтажное здание из бежевого кирпича. На первом этаже располагалась кофейня, и в нос сразу ударил бодрящий аромат крепкого напитка. Девушка поздоровалась с обаятельным владельцем заведения Марвином. Молодой человек одарил Софию приветливой улыбкой и протянул бумажный стаканчик с кофе.

– Ванильный? – спросила девушка.

– Нет, клубничный. С тебя три пятьдесят, – пожал плечами Марвин и тряхнул густой светлой шевелюрой.

– Ужасный день, – прохныкала Софи, – занесу позже, сейчас очень опаздываю.

Этот кофейный ритуал проходил каждое утро. Если девушка угадывала, какой сироп добавил в кофе Марвин, он доставался ей бесплатно, если нет – приходилось платить.

София поднялась на второй этаж, где располагался Салон магии. Она арендовала помещение вместе с другой прорицательницей Лолой. Та практиковала уже более двадцати лет, Софи же ступила на волшебное поприще всего четыре года назад.

– Наконец-то! – воскликнула Лола, услышав переливы колокольчиков подвешенной над дверью гирлянды, – Клиентка пришла уже двадцать минут назад.

Софи промчалась мимо коллеги, оставив после себя шлейф аромата с нотками цитруса. В магической комнате она встретила длинноволосую девушку в платье с пестрым рисунком, от которого рябило в глазах. Клиентка с интересом осматривала полки, заставленные различными предметами: вазами с засушенными цветами и черными перьями, капсулами с цветной жидкостью, свечами, черепами и камнями. Все это барахло Софи с Лолой принесли с домашних распродаж, некоторые вещи заказали через Интернет.

– Доброе утро, – сказала София.

От неожиданности клиентка выронила сосуд, который держала в руках. Пол украсился осколками и кристалликами соли.

– Ой, простите, – девушка наклонилась, чтобы собрать результаты своей оплошности.

– Ничего страшного, потом уберу. Присаживайтесь за стол, а я пока налью вам особого эликсира, – загадочно произнесла гадалка.

Посетительница устроилась на стульчике и боязливо рассматривала магический шар, стоящий на столе, спрятанный под бархатным покрывалом. София стояла спиной к гостье около небольшого буфетного шкафчика. Она заварила девушке ромашкового чая и капнула в чашку несколько капель из стеклянного флакончика в форме сердца. Волшебная жидкость была не чем иным, как водкой.

– Вокруг вас витает аура боли и сомнений, – мистическим тоном сказала Софи, тихонько помешивая магический напиток.

– Это так заметно? – с грустью спросила гостья.

– Я вижу все, – уверенно заявила Софи и поставила перед девушкой чашку с целительным напитком. Сама же села напротив и стала с любопытством рассматривать посетительницу. За считанные секунды ей было необходимо определить ее имя, возраст, семейное положение, профессию и примерное прошлое. И все это лишь по внешнему виду.

Локоны темно-русые, не крашенные, нет ни одного седого волоса, значит девушке, точно, меньше тридцати. Замужем, это просто: на безымянном пальце кольцо. Из сумочки торчит учебник по американской литературе. Скорее всего, в юности не успела закончить университет из-за незапланированной беременности и теперь наверстывает упущенное. Волосы натурального цвета, но пахнет краской, значит, работает в парикмахерской. На шее цепочка с подвеской в форме буквы Д, вероятнее всего, это подарок, так как больше украшений нет, значит не особо их любит. Как же ее зовут? Дженнифер? Дженис? Джулия? Девушка родилась где-то в конце восьмидесятых, самым популярным женским именем тогда было Джессика. Если представить, что подвеску подарила мать, то она весьма не оригинальна и вполне могла назвать дочь, как и большинство. Что ж, можно рискнуть.

– Что у вас случилось, Джессика? – ласково спросила Софи.

Посетительница подняла на прорицательницу удивленные глаза. Гадалка уже решила, что ошиблась и придумывала, как может выкрутиться. Чаще всего в случае промаха она начинала убеждать клиентов, что в прошлой жизни они носили именно такие имена.

– О, Мадам Дюмон, я не знаю, что делать! – зарыдала гостья. Чашка в ее руках затряслась, и волшебный эликсир вылился на магический шар.

Софи вздохнула и взяла девушку за руку. Джессика приносила слишком много проблем, и ей хотелось, что она поскорее убралась из салона.

– Тише-тише, моя дорогая, – ласково попросила гадалка, – он не стоит ваших слез.

Девяносто девять процентов клиенток приходило с амурными делами. В основном женщины сомневались в своих мужчинах и просили, чтобы им подсказали, что делать. Обычно они хотели слышать, что ошибаются, и их ненаглядные самые лучшие на свете, и все будет хорошо. А когда прорицательница пыталась открыть женщинам глаза на их возлюбленных, те не верили, начинали ругаться и обзывать Софи шарлатанкой.

На самом деле, она и была шарлатанкой. Ей не снились вещие сны, не приходили видение, и магический шар девушка считала обычной стекляшкой, как и остальные. Зато Софи неплохо разбиралась в людях и обладала хорошей интуицией. В университете она получилась профессию психолога, прочитала кучу книг и имела огромный запас знаний о человеческой душе. Особенно ей нравилась литература о чтении эмоций по мимике и жестам.

София пыталась работать по профессии, но со временем выяснила, что магический бизнес выгоднее. По сути, она делала то же самое, но при этом могла носить вычурную одежду, вдыхать приятные ароматы благовоний в офисе и немного импровизировать. Но в целом процесс работы был схож: она должна выслушать клиента и дать полезный совет.

В жилах Софи текла цыганская кровь, ее бабушка и дедушка до сих пор бродили по миру вместе с табором. Это мама решила обосноваться в одном месте, но перед этим успела родить дочку от зеленоглазого цыгана. Поэтому, возможно, София и имела какие-то способности, но они не проявлялись так ярко, как, например, у Лолы. Компаньонка обнаружила в себе дар после того, как в нее ударила молния.

Софи носила фамилию Браун, а вовсе не Дюмон. Однако она смотрелась не так красиво в творческом псевдониме. Девушка неспроста выбрала французскую фамилию: она всегда восхищалась французской прорицательницей мадам Ленорман. Гадалка предсказала судьбу Россини, Бальзаку и самой Марие-Антуанетте.

– Мне кажется, муж мне изменяет, – сквозь всхлипывания промолвила Джессика, – вот его фотография.

Гостья протянула гадалке снимок, на котором был запечатлен статный мужчина с белоснежной улыбкой. Наверное, они познакомились в колледже. Самый популярный парень влюбился в ботаничку, классика жанра. София с интересом разглядывала фотографию, затем положила на стол, закрыла глаза и поводила перед ней ладонью.

– Вижу, его имя начинается на С, – протянула гадалка.

– Да! Его зовут Саймон! – воскликнула Джессика.

– Крылья, – уверенно произнесла Софи, – я вижу крылья, полет.

– Он пилот, – подсказала гостья.

– Вокруг него всегда много женщина, ему это нравится, – прорицательница резко открыла глаза и сочувственно посмотрела на Джессику, – ваши сомнения не напрасны: муж вам изменяет.

Девушка еще сильнее зарыдала, упав лицом на руки, которые положила на стол. Резким движением локтя она задела магический шар, и он уже решил сигануть вниз, но София успела его поймать. Прорицательница протянула клиентке носовой платок, посоветовала расстаться с мужем и предсказала в скором времени новое любовное приключение.

– Вижу в Вашей жизни мужчину в очках, волосы до плеч, в твидовом пиджаке. Возможно, он Ваша судьба, – сказала Софи, поводив руками около магического шара. Он не успел высохнуть после алкогольного чая, и теперь пальцы были мокрыми.

– О Боже! – в очередной раз воскликнула Джессика, – Кажется, я понимаю, о ком речь.

София и сама знала, кого имеет в виду. Мистера Эванса, преподавателя латинского языка в местном университете. Если Джессика изучает американскую литературу, должна проходить и этот языковой курс. Мистер Эванс – приятный мужчина, разменивающий четвертый десяток и ценящий естественную красоту. Джессика как раз в его вкусе. Откуда София это знает? Потому что ее мать преподает культурологию на этом же факультете и когда-то пыталась свести дочь со своим коллегой. Они сходили на несколько свиданий и поняли, что совершенно друг другу не подходят. София любила пиццу с грибами, а мистер Эванс терпеть их не мог. Может быть, Джессика вспомнит предсказание и сделает первый шаг, а что будет дальше, решит судьба.

– Ну что? Удалось облапошить еще одну невинную душу? – усмехнулась Лола, когда София, наконец, проводила Джессику.

– Вообще-то я сказала ей правду, – обиделась девушка, – ее муж тот еще мерзавец. Вчера клеился ко мне в баре, а после отказа зажимался с другой девицей, и они вместе уехали.

– Вот что значит маленький городишко! Здесь сложно хранить секреты.

– Не скажи, – хитро улыбнулась Софи, – мне до сих пор это удается.

Глава 2

Софи сидела в магическом кабинеты Лолы, который больше напоминал пещеру: черные стены и мебель, везде острые кристаллы, а из угла за каждым твоим движением следил внимательный ворон, отчего становилось не по себе. София сморщилась, в очередной раз испугавшись чучела птицы, и села за стол напротив коллеги, взяв в руки колоду Таро.

– Ты специально выбирала, где есть голые мужчины? – спросила Софи, рассматривая картинки с обнаженными героями, – Купила бы сразу эротические карты и гадала в свое удовольствие.

– Дай сюда! – обиделась Лола и отобрала колоду, – Таро всегда показывают правду. Тебе бы не помешало научиться их использовать.

– Нет, я читала, что гадать на них – грех.

– А обманывать людей, нет? – Лола живописно изогнула черную бровь, продукт биотатуажа.

– Я не осуждаю твои методы, ты – мои, – сразу убила зародыш конфликта София, – раскинь мне лучше на судьбу, пока я жду Брук.

Лицо Лолы моментально преобразилось: гадать она любила больше всего на свете. Женщина перетасовала колоду, как умелый крупье, затем начала раскладывать карты на стол. Софию забавляла ее сосредоточенность, выраженная в пыхтении и испарине на лбу. Лоле постоянно было жарко, потому что она нахлобучивала на себя кучу платков, чтобы скрыть двойной подбородок. Лишний вес нисколько не мешал женщине в жизни: она всегда нравилась мужчинам и до сих пор ходила на свидания, хотя ей было уже больше пятидесяти.

Однако в этом году Лола все же решила похудеть и уговорила Софи записаться на йогу. Особого успеха в этом деле прорицательницы не добились, но Лола любила хвастать знакомым, что ей поддалась поза «Собака, мордой вниз». София же всегда выходила с занятий разочарованная собой, осознавая, что ее пухленькая подруга намного гибче ее.

– Ну что там? – не вытерпела Софи, заметив странное выражение лица гадалки.

– Будущее твое туманно, даже слишком. Ты стоишь на перепутье, а дороги твои различны меж собой, как огонь и вода, – Лола подняла на девушку глубокие серо-голубые глаза, – одна ведет к счастью, другая – к одиночеству.

Прорицательница взяла Софи за руку, но неожиданно откинулась назад и схватилась за виски. Никогда она не вела себя так странно, обычно делала простенький расклад, озвучивала какое-нибудь шуточное предсказание, наподобие: «Тебя ждет много нового… жира на заднице после рождественских праздников» или «Ты встретишь необыкновенного мужчину. Такого необыкновенного, что стоит проверить, все ли части тела у него на месте и нет ли лишних».

Сегодня Лола говорила серьезно и даже напугала Софи своим внезапным припадком. Конечно, все это могло быть спектаклем, но девушка начала переживать.

– Ты в порядке? – София осторожно коснулась плеча гадалки.

– Да, просто видение, – Лола открыла глаза, – очень яркое. Никогда таких не видела.

– И что там было? – нахмурилась девушка.

– Твое будущее, – прорицательница поправила съехавший платок на голове, погремев монетками на нем, – и у меня для тебя интересные новости.

Лола просто обожала делать многозначительные паузы, создавая интригу. Она смогла бы написать довольно сносный детективный роман, но Софи раздражала эта ее особенность.

– Говори уже, – нахмурилась девушка – я умру?

– В одиночестве, – продолжила фразу Лола, – если не закрутишь любовь с мужчиной, чье имя начинается на М.

В первые секунды Софи даже поверила словам гадалки, вспоминая в уме всех знакомых представителей мужского пола с подходящим именем, затем осознала, какой чушью занимается, и поднялась со стула.

– Очень смешно, – фыркнула девушка, – почему именно на М? Есть столько прекрасных имен, начинающихся на другие буквы.

– Какую увидела, такую и сказала, – пробурчала Лола. С возрастом она становилась все обидчивее, – и это не шутка. Видение пришло само собой, я редко их вызываю: они отбирают слишком много сил. Теперь мне срочно требуется поесть.

– Могла придумать повод для еды и попроще, – усмехнулась Софи.

Естественно, девушка не поверила в предсказание Лолы, о чем и поведала подруге Брук за обедом. В полдень они всегда встречались в кафе Марвина, чтобы выпить кофе и поболтать. София очень трепетно относилась к традициям и любила их создавать: поход в кино в пятничный вечер, просмотр фильма «Отпуск по обмену» перед Рождеством, день изоляции в воскресение, когда никуда не выходишь, заказываешь доставку еды и с утра до ночи бездельничаешь. Такие повторяющиеся ритуалы и составляли жизнь Софи, но иногда возникало дикое желание все бросить и уехать далеко-далеко. Именно поэтому девушка и купила пикап.

– А я верю Лоле, – заявила Брук и потянула через соломинку глясе, – перед экзаменом по Мировой культуре я попросила ее заглянуть в мое будущее. Она сказала, что у меня будет «отлично», а во время нашей встречи напевала французскую песенку. Дома я сидела перед учебниками и не знала, за что взяться, и вдруг вспомнила ту песенку. Это был знак! Я вызубрила все о Французском Ренессансе, и именно о нем меня и спросили.

– То есть твое «отлично» совсем не связано с тем, что экзамен принимала моя мама и разрешила ответить на билет, который ты лучше всего знаешь?

– Конечно, связано, но, если бы не слова Лолы, я бы не пустила все силы на один билет, и на экзамене ничего бы не смогла выбрать, – Брук энергично закивала головой, кончики ее удлиненного каре чуть не угодили во взбитую пенку, – одно связано с другим. Нужно только понять как.

София лишь закатила глаза, она никогда не понимала логику подруги. Они познакомились еще в университете, жили в одной комнате в общежитии. От дома Софи до учебного городка было всего двадцать минут езды, но девушка захотела испытать все прелести студенческой жизни. И это того стоило! Подружки на полную отрывались на вечеринках, активно выступали на митингах в защиту природы, а в их комнате всегда собиралась куча народу, чтобы покурить кальян и попеть под гитару. Они выжали из той поры все, что могли, и теперь за чашкой кофе в обед или за бокалом вина в выходные вспоминали шальную юность.

Сразу после получения диплома Брук вышла замуж за университетского приятеля, ботаника Лукаса. Он изучал финансы и кредит и помогал девчонкам по экономическим дисциплинам. Это были взаимовыгодные отношения, а не игра в одни ворота, потому что за свои услуги молодой человек получил право зависать в их компании. Подруги никогда не смотрели на Лукаса, как на парня, но на последнем курсе он вдруг поменял прическу, снял очки и неожиданно для всех покорил сердце Брук. После университета он весьма преуспел в банковском деле, стал выглядеть еще привлекательнее, но по-прежнему оставался немножко занудой.

Высокая заработная плата Лукаса позволила Брук не работать, но она не хотела превращаться в унылую домохозяйку и нашла, на ее взгляд, удачное решение – заняться хенд-мейдом. Полтора года на все праздники Софи получала вязаные чехлы на кружку, аппликации из лоскутов, поделки из бумаги, самодельные украшения и прочие предметы рукоделия, которые захламили все полки.

К счастью, Брук бросила творчество, заявив, что больше не хочет заниматься бесполезными делами. Вместо этого она решила продолжить свое обучение: сначала закончила магистратуру, а теперь училась в аспирантуре, мечтая получить степень Доктора философских наук. Видимо, эта дисциплина казалась ей очень полезной для общества.

– Дамы, ваши десерты: черничный пирог для Эсмеральды, – объявил Марвин и поставил тарелку перед Софи, – и песочные персики для Клеопатры, – перед Брук теперь тоже стояло угощение.

Девочки от всей души поблагодарили молодого человека, они обожали десерты в кофейне «Безе» и считали их лучшими во всей округе, как и кофе. Марвин дождался, пока подруги попробуют угощение, чтобы увидеть наслаждение на их лицах, и вернулся к работе.

Когда молодой человек только открыл заведение, работал один, совмещая в одном лице весь персонал, в том числе и готовил. Сейчас на кухне хозяйничали кондитеры, но Марвин старался контролировать процесс. В первую очередь он следил, чтобы в блюдо добавляли главный ингредиент – душу.

– Может, Марвин – твоя судьба? Имя подходит, – невнятно проговорила Брук с набитым ртом.

– Да нет, мы совершенно разные, – отвергла предположение подруги Софи.

– Точно, тебе же нравятся темненькие, – девушка осмотрелась вокруг и приметила высокого темноволосого мужчину около стойки, – как тебе вон тот? Ему вполне подходит имя Марио или Марчелло.

– Его зовут Эдвард, – констатировала факт София.

Брук восторженно посмотрела на девушку большими карими глазами. Она не перестала удивляться чудесному дару подруги получать информацию о человеке по внешности.

– Имя написано на его стаканчике с кофе, – улыбнулась Софи. Ей льстило восхищение Брук, но обманывать подругу она не любила.

– Я такая невнимательная, – печально вздохнула Брук и опять завертела головой, подыскивая нового кандидата, – уверена, того полицейского, точно, зовут на М. Только у Мигеля может быть такая классная задница.

– Прекрати, Брук, – попросила Софи. Подруга так загорелась идеей найти подходящего парня, что от нее, казалось, уже исходил пар, – я не верю в предсказания, тем более ты знаешь, что я влюблена.

– О, пошли ты уже Тайлера ко всем чертям! – взмолилась Брук, всплеснув руками, – Сохнешь по нему уже восемь лет, пора понять, что ничего не будет.

– Просто еще не время, – спокойно заявила Софи. Она привыкла к негативной реакции Брук, если речь заходила о Тайлере.

С ним девочки познакомились в начале первого курса: молодой человек ходил по комнатам, собирая деньги на лечение бездомных животных. Тогда Софи отдала ему всю полученную на днях стипендию и свое сердце. Тайлер показался ей самым добрым человеком на свете. Они стали друзьями, и эта дружба длилась уже восемь лет. Молодой человек был коллегой Софии по образованию и, в отличие от девушки, работал по профессии.

– Ты, правда, думаешь, что он не знает, что ты в него влюблена? Он же психолог! Ты для него, как открытая книга, – не унималась Брук.

– Мы подходим друг другу, я это поняла сразу, а ему требуется время, – оборона от нападок подруги возводилась долгие годы и стала крепкой, как китайская стена.

– Ты начала так думать после сна, в котором увидела вашу идеальную жизнь. Верить в сны даже глупее, чем в предсказания!

– Угомонись, Брук, – снисходительно улыбнулась София, – нет никакого предсказания, Лола просто пошутила.

– Иногда ты еще большая зануда, чем мой муж, – обиделась девушка и уткнулась в десерт.

Глава 3

Софи крутила в руках магический шар, липкий из-за пролитого Джессикой чая. Теперь имелась веская причина, наконец, протереть его тряпкой. Не будь посетительница так неуклюжа, волшебный предмет и дальше дремал бы под внушительным слоем пыли.

Какой же бред это предсказание! Конечно, Софи и сама каждый день озвучивала клиентам загадочные пророчества, якобы заглянув в будущее, но это было другое. Да, она шла на обман, но лишь с целью помочь человеку. Девушка старалась открыть людям глаза на вещи, которые он сам не замечает или не хочет замечать, отвергает чужое мнение и надеется на чудо. В таких случаях воздействие можно оказать, только обернув слова в магическую оболочку, чем Софи и занималась. На деле же человеку всего лишь требовался дружеский совет.

Прорицательница отполировала шар, как только могла, и тот даже блеснул в знак благодарности. Оказывается, он был прозрачным, как воды кристально чистого озера. Софи понравилась проделанная работа, и она улыбнулась своему отражению. Марвин не зря звал девушку Эсмеральдой, сходство, действительно, казалось неоспоримым: чарующие зеленые глаза смотрели спокойно, но заинтересовано, будто читали тебя, как знакомую книгу, на алых губах скрывалась призрачная улыбка, черные брови и волосы гармонично сочетались со смуглой кожей. Бывший Софи называл такой цвет кофе с молоком, где молока больше, чем кофе.

А в предсказании Лолы есть и положительные моменты, теперь София может не переживать, что рассталась с бывшим парнем, ведь его имя начиналось не на М. Значит, он не ее судьба.

Они встречались всего год, но успели надоесть друг другу, будто находились в браке несколько десятков лет. Прорицательницу раздражало пыхтение молодого человека, которое сопровождало его всегда. Складывалось впечатление, что парень только что пробежал марафон, хотя он просто читал книгу или разгадывал кроссворд. Пыхтун же не понимал, чем постоянно недовольна Софи, и про себя считал ее брюзгой в теле привлекательной красотки.

– Софи! Скорее, Софи! – послышался пронзительный крик Лолы. София моментально вскочила из-за столика и побежала в соседний кабинет.

– Что случилось? – взволновано спросила девушка.

– Птица! С рыжим оперением! – кричала прорицательница, глаза ее были закрыты, но пальцем она указывала куда-то в сторону.

– Где? – Софи вертела головой во всех направлениях, но ничего не видела.

– У меня было новое видение, – наконец, объяснила гадалка, – там порхала рыжая птица.

– И поэтому ты визжала, как поросенок?

– Я же не могла молчать о твоем будущем, – Лола устало потерла виски.

– В твоем видении прорехи: я не собираюсь заводить никакую птицу.

– Они предвещают гостей, а тебе теперь придется быть радушной хозяйкой для каждого, кого зовут на М, если хочешь замуж. Кстати как насчет свидания с моим сыном? – гадалка заговорчески дернула искусственными бровями.

– Лола, я помню, что твоего сына зовут Теодор, и я не буду делать его мужчиной. Когда он будет готов, сам найдет себе девушку.

– Я хотела назвать его Марком. Это идиотское имя придумал его идиотский папочка, – проворчала женщина.

Продолжая что-то бурчать себе под нос, Лола нагнулась вниз и выставила на стол ведро с куриными крылышками. С удовольствием откусывая мясо, гадалка успевала параллельно крыть бывшего мужа самыми изощренными ругательствами.

– Ты, что, хранишь запасы под юбкой? – Софи приподняла одну бровь.

– Хочешь? – заботливо предложила прорицательница, протягивая коллеге откушенное крылышко.

– Нет, спасибо, – поморщилась девушка, – и, если я когда-нибудь заведу птичку, тебя в гости, точно, не позову.

***

Красный пикап припарковался у небольшого двухэтажного особнячка из белого камня с черепичной крышей. Этот дом мама Софи выбрала сразу: после ухода из табора она не располагала лишним временем, чтобы осматривать разные варианты. Главное, что внутри было тепло и светло, а снаружи имелся газон, где маленькая дочка могла бегать босиком.

София любила этот дом, он походил на огромную шкатулку воспоминаний. Каждый раз, когда девушка приезжала в гости, несколько секунд стояла перед зданием и улыбалась, вспоминая юные годы. Виоле удалось подарить дочке счастливое детство.

– Мам, это я! – крикнула прорицательница, оказавшись внутри.

Виола позвонила Софии и попросила отвезти ее на пленер. Женщина уже несколько лет посещала уроки рисования для взрослых и заявляла, что должна была стать художником, но поздно начала развивать свои навыки. Софи не спорила с матерью и уж тем более не говорила, что ей не стоило вообще брать в руки кисть. То, что создавала Виола, больше напоминало отрыжку единорога, чем произведение искусства.

– Мама, ты дома? – снова позвала София. Она пообещала заехать в три, но прибыла пораньше.

Девушка поднялась на второй этаж и чуть кубарем не скатилась обратно вниз, так ее поразило увиденное зрелище. По коридору пробежал голый мужчина и скрылся в спальной комнате. Спустя несколько секунд из нее вышла Виола в халатике достаточно эротического вида. Еще со времен жизни в этом доме Софи знала, что этот наряд для особых случаев.

– Привет, маслинка, – невозмутимо поздоровалась Виола. Она была такой же смуглой и черноволосой, как и дочь, только глаза горели темными карими огнями, – ты уже освободилась?

– Да, мама, мы договорились на три часа, – сказала Софи тоном настоящей ханжи, какой она быть не хотела, поэтому поспешила исправиться, – это тот любитель оперы, с которым ты ходила на свидание пару дней назад?

– Ага, – кивнула цыганка. Ее лицо было довольным, как у сытой кошки, – он душка, правда?

– Прости, не успела оценить, – Софи помотала головой, но не стала скрывать улыбки, – быстро у вас все. Вы же даже не успели толком познакомиться.

– Знаешь, мне достаточно, что он не пахнет рыбой, – засмеялась Виола. Дело в том, что последние три месяца женщина встречалась с продавцом рыбного отдела, – я уже устала чувствовать себя престарелой русалкой.

Из спальни вышел герой-любовник. Это был мужчина лет пятидесяти пяти с густой, на удивление, шевелюрой и аккуратными усами. Он поклонился Софи, подобно кавалеру из прошлых столетий, и представился, как Джозеф. После обмена несколькими репликами мужчина коротко чмокнул Виолу в щеку и направился к выходу.

– Действительно, душка, – улыбнулась София, но в глубине души обиделась на несправедливость, что у пожилых людей личная жизнь насыщеннее, чем у нее.

Женщины переместились в гостиную, где Виола напоила дочку лимонадом и угостила вчерашними черничными маффинами. Раньше они всегда готовили выпечку субботним утром, включали серию «Девочек Гилмор» и наслаждались спокойными выходными.

Виола воспитывала Софи одна, но девушка никогда не чувствовала какой-то пустоты: она с ранних лет привыкла, что их семья состоит всего из двух человек, и больше было не нужно.

– Бабушка жаловалась, что ты не отвечаешь на ее звонки, – рассказала Виола, имея в виду свою неофициальную свекровь.

Мирела разозлилась из-за ухода невестки из табора, но потом приняла ее выбор и свыклась с ним. Свобода – самое ценное для цыган, и никто не в праве ее ограничивать. Да и ее сын почти сразу завел новую семью.

– Она опять будет заставлять меня встретиться с внуком ее подруги, а я не хочу, – объяснила Софи, – иногда мне кажется, вы поспорили на деньги, кто быстрее подберет мне мужа.

– Просто мы тебя любим и хотим, чтобы ты была счастлива, – ласково прощебетала Виола, – ой, у меня для тебя подарок!

Женщина вскочила с кресла и убежала в другую комнату. Вернулась Виола с большим холстом в руках. Он был повернут к Софи задней частью, но она уже понимала, что ее ждет нечто ужасное.

– Это моя новая картина! – объявила Виола и поставила холст на пол.

На нем было изображено что-то непонятное и пестрое. София наклонила голову набок, чтобы рассмотреть картину получше, но прозреть ей так и не удалось.

– Это птица, – подсказала Виола, устав ждать, когда дочь сама догадается.

После слов матери Софи и правда начала распознавать черты птицы: неуклюжие крылья, кривой хвост, клюв, расположенный намного выше, чем обычно. Но в целом образ птицы нарисовался, и она была рыжей.

Глава 4

Черный кот вальяжно прошелся по комнате и запрыгнул на диван. Его гладкая шерстка была настолько ухоженной, что лоснилась даже в темноте. Однако это вовсе не заслуга хозяйки, а чистоплотность самого животного. Софи применяла к Демону всего два действия: кормить и гладить.

Котик забрался на колени к владелице, понюхал еду, которую она держала в руке, и недовольно потряс головой. Эта девушка никогда не ела что-то вкусное для него, например, рыбку или кальмаров, а выбирала какую-то дрянь.

– Не хочешь, как хочешь, – проворчала Софи и засунула в рот шоколадную палочку.

Телевизор транслировал новый выпуск «Холостяка». София всегда называла это шоу идиотским, но никогда не упускала возможности его посмотреть. Было любопытно наблюдать, как куча красавиц борются за одного принца. Прорицательница поражалась, как можно так унижаться, но за героинь все равно переживала.

– Я болею за рыженькую, а ты? – девушка почесала Демона за ушком, он благодарно замурлыкал.

Свободной рукой Софи потянулась к миске с фисташками и положила одну в рот. Гадалка любила одновременно есть сладкое и соленое, получался своеобразный микс из вкусов. В баре к пиву она всегда заказывала чесночные гренки и макала их во фруктовый джем, а мороженое любила поливать соевым соусом. Брук не одобряла такого пристрастия и называла его кулинарным извращением.

Разукрашенный мамой холст стоял на полу, прислоненный к стене. Кажется, Виола забыла о маленьких размерах квартиры дочери и погорячилась с величиной картины. Такому подарку придется выделить целую стену, хотя в этом есть плюс: холст прикроет обои, испорченные в связи с недавним затоплением пожилой соседкой сверху.

Сейчас пятна прятались за несколькими плакатами в стиле пин-ап, с которых улыбались пышногрудые дамы с красными губами и высокими прическами. Картинки были забавными, но пошлыми, и создавалось впечатление, что находишься в комнате холостяка из прошлого. Но это единственные постеры, которые удалось купить в газетном ларьке на углу, а заняться ремонтом у Софи не доходили руки.