Читать книгу: «Осторожно, страдания!»

I
Бодра, весела, и совсем не в марамзи

(с) Кронк, «Новая школа императора»

Поездка в тот спортивный лагерь в Анапе сильно изменила мою жизнь. Я наконец-то почувствовала простор и свободу действий. Можно сказать, я шла на определенный риск, отправившись туда. Потому что в прошлом году провела три недели в языковом лагере, и это было полное непопадание, мне категорически не понравилось. Но я дала себе второй шанс и решилась на поездку со своими ребятами с джиу-джитсу. Все-таки, с ними я уже знакома и, если что не буду чувствовать себя потерянной, как в прошлый раз. Хотя по большей части все эти пацаны были младше меня, а некоторые довольно сильно младше, и вообще я была единственной девочкой. Была пара моих ровесников, на одного из которых я безответно запала, но на нем мы не будем концентрироваться. Благо, в том лагере мне и без него было чем заняться, о да! Наш немногочисленный отряд пополнили другие, еще незнакомые ребята, с которыми, к счастью, все сложилось. В этот раз почти все карты сыграли в мою пользу, кроме той, что отвечала за везение в любви. Ну да ладно, теперь это так неважно.

Я чувствовала себя здесь своей. Будто со всеми этими людьми знакома давно. У нас было достаточно много свободного времени, чтобы творить всякую дичь. Например, швыряться бомбами из презервативов в людей на улице.

Однажды мы стреляли через окна в прохожих из водных пистолетов. Выстрел – и тут же прячешься. Это было ужасно забавно – люди шли, и не понимали, откуда льется вода. Возможно, догадывались, но доказать ничего не могли, так как прятались мы быстро и ловко. Да и что такого в простой водичке, льющейся на тебя из ниоткуда в жаркий летний день? Только приятное.

В какой-то момент мы решили добавить экстрима и в качестве снарядов залить в пистолеты вместо воды… мочу. Мы с пацанами «скинулись» – по очереди пописали в бутылки, кто сколько смог, поплевали туда, слегка разбавили водой для объема и понеслась! Я чувствовала себя такой крутой.

Неудивительно, что в этот раз безнаказанными остаться не удалось. Одному мужику явно не понравилось, что на него кто-то нассал с неба. А мальчик, что попал в него, так развеселился, что не успел вовремя спрятать свою ржущую во весь голос физиономию. Вот и все – мужик дошел до администрации, ребята получили втык и угрозу отправить домой, которая осталась лишь угрозой и превратилась в отработку на тренировке. Всех участников группировки досконально никто восстановить не мог, так что я вышла сухой из воды. Все это происходило в комнате мальчиков, а я к тому же имела хорошую репутацию у тренера, и пацаны меня не сдали.

Мой внутренний бунтарь наконец вырвался на свободу, ему было где разгуляться после многолетнего заточения за решеткой прилежного и скромного поведения. Тогда я по-настоящему ощутила вкус жизни.

Ночью напиться паленого коньяка, уснуть в туалете, а утром пойти на тренировку? Да, повторите, пожалуйста. Пиратская жизнь по мне.

От нефиг делать пристать к двенадцатилетнему мальчику, самой будучи пятнадцатилетним лбом (пятнадцатилетней лбицей?).

– Ты будешь моим братаном!

– Ахахаха ладно.

Не осудите, здесь уж точно сыграл не романтический интерес (за этот аспект отвечал другой чел, как я уже говорила). Он и правда был мне как младший братик, маленькое солнышко с обворожительной успокаивающей улыбкой и довольно взрослым умом для его возраста.

С девчонками мы любили слушать дурацкие страшилки из ютуба, зачитываемые нарочито пафосным устрашающим голосом, и разыгрывать сценки оттуда. После таких «тихих часов», когда мы собирались на полдник, мой новый братан, смеясь, говорил:

– Ваш ржач на весь этаж было слышно.

Порой, когда я сидела в печали из-за своей невзаимной симпатии, братан подходил ко мне и говорил:

– Ты что-то кислая сегодня. Чо случилось-то? Недавно хохотала с девчонками, а теперь грустная сидишь.

И мне сразу становилось легче.

Однажды на дискотеке какая-то девятилетка спросила меня:

– У тебя есть парень?

– Неа.

– Ты чо, даже у меня он есть!

Ха-ха. Ох уж эти малолетки с их отношениями. В ее возрасте мне было до лампочки на любовь-морковь.

Здесь я могла не сплетать свои длинные волосы в косу и впервые их обрезать до плеч и не пожалеть об этом. Наоборот, найти свой стиль. Мне хотелось вести шальной образ жизни.

В последний день смены у моего братана был день рождения, ему исполнялось 13. Я сделала для него открытку из подручных материалов. Боялась, что не поймет прикола в том, что я там понаписала, косо посмотрит и выкинет эту бумажку. Но он расхохотался. И положил ее с собой, в чемодан. Мой маленький братан умен не по годам.

С большинством из ребят мы больше никогда не виделись, поехать в тот же лагерь больше не довелось. Ну что ж, так тому и быть. Пусть те три недели останутся сказкой, которая волшебным образом перевернула мое мировосприятие.

II
С. – значит Страдания?

В университете я узнала о возможности поехать летом на «учебно-оздоровительную базу» в Туапсе, о которой слагали легенды и которая была пристанищем для многих студентов. Я поняла, что мне туда надо. Поехать в лагерь как в старые добрые. Только имея больше свободы и ума.

Теперь мы были достаточно взрослые, чтобы не стрелять мочой в прохожих, однако могли заниматься другими интересными штуками.

На смену поехали многие мои приятели из универа, и уже на месте мы отлично поладили с новыми знакомыми.

И среди них был С.

С, я буду говорить с тобой через эти страницы, хоть ты и не услышишь моих слов.

1

В какой-то момент мне стало казаться, будто внутри меня есть датчик. Когда М клала голову тебе на плечо, когда вы тыкали и щекотали друг друга, этот датчик нагревался от ревности, тоски, ярости и, достигнув предела, взрывался моими слезами. Когда ты шел и болтал со своим другом, а не с ней, когда сидел далеко от нее и не смотрел в ее сторону, накал снижался, мне становилось чуть легче. И так целыми днями напролет: показатели в датчике скакали вверх-вниз, как на американских горках. Взрывался он пока всего пару раз.

Сначала ты был очень скромным. Казалось, так легко тебя поймать. Но потом ты вдруг почувствовал себя на своем месте и разошелся: стал таким заводным шутником-весельчаком, и тебя окружили люди. Меня раздражала эта внезапная трансформация. Раздражала, потому что прежде в своей жизни я не замечала, чтобы человек так внезапно менялся, врывался в ту же компанию совсем другим человеком. Раздражала, потому что к тебе стало сложнее подступиться. Раздражала, потому что таким ты мне стал нравиться еще больше. Раздражала, потому что появилась М.

У нее есть парень, кстати. И ты знаешь об этом. Но вы слишком много времени проводите вместе, вы слишком близки. Женщина, у тебя есть совесть? Остановись. Парень, попридержи коней. Может, я себе что-то выдумываю, глядя через призму завороженных глаз? Но вы слишком близки. Мне больно от того, что я вижу.

Иногда мне хотелось закричать тебе: «Хватит шутить!». Иногда ты слишком расходился и сыпал шутками, и с каждой шуткой я влюблялась все больше.

Зачем ты такой красивый? Зачем у тебя такие красивые большие глаза?

Я пишу это прямо при тебе, а ты убираешься в комнате и болтаешь, и ничего не знаешь. Наши кровати стоят рядом. Когда ты подойдешь к своей, я стану прикрывать написанное.

На смене мы устроили местные 23 февраля и 8 марта. Мы с девочками организовали квест, в конце которого парней ждала замечательная самодельная шаверма. Было придумано начать праздничный день с того, что каждый мальчик случайным образом вытянет себе имя девочки, которая весь день будет исполнять его желания.

Перед жеребьёвкой у меня в голове промелькнула мысль «я буду завидовать той, которую ты вытянешь». Но я ей не завидовала. Ты вытянул мое имя. Без всякого энтузиазма. Я весь день должна исполнять твои желания. Но такое чувство, что, если бы спустя пол дня я не подошла сама и не спросила «придумал желание?», ты бы и не загадал мне ничего. Но если б тебе выпала она, ты бы весь день от нее не отлипал.

А вечером на квесте ты с закрытыми глазами узнал меня наощупь по талии, с первого раза. А потом я делала тебе массаж. В конце ты подошел и сказал «массаж классный». Это было лучшее, что ты мне сказал за все это время. Сам. Я не спрашивала «как массаж?». Ты сам сказал. Я приняла это за величайшее достижение. Тебе правда понравилось. Так ведь? Эта фраза потом очень часто всплывала у меня в голове. Поначалу она немного помогала снизить накал в датчике, как обезболивающее.

Она кладет голову тебе на плечо, ты приобнимаешь ее. «Массаж классный».

Вы ложитесь спать рядом, она кладет на тебя руку. «Массаж классный».

Я захожу в комнату. Она делает тебе массаж. «Массаж классный».

Потом вы уходите в другую комнату, где находится ее кровать, и где ты будешь делать ей массаж. Хорошо, что я этого не увижу. «Массаж классный, массаж классный, массаж классный!». Уже не помогает. Мне остается только надеяться, что мой массаж лучше, чем ее. Это мало что решает, но это все, что у меня осталось.

Мама посоветовала абстрагироваться. Я честно решила попытаться, но как же это сложно! Особенно по утрам.

Я не должна была плакать здесь, я должна была отдыхать и веселиться, но ничто меня толком не радует, я только хочу перестать видеть вас двоих, хочу уехать. Да, так глупо уезжать из крутого места из-за какого-то парня, но что делать, если я не могу прочувствовать всю эту крутость, насладиться ей? Я мучаюсь, как бы красиво тут ни было, сколько бы развлекух мы ни придумали, сколько бы интересных людей кругом ни смешили меня. В чем смысл терзаться? Я не хочу насиловать себя. Мы планировали тусить тут шесть недель, а я кое-как пережила две. Мне больно, и отделаться от этой боли смогу только вдали от С. Мне нужно время наедине с собой, своими увлечениями. Успокоиться дома. Мне нужно распрощаться с местом, которое ассоциируется с ним. Торчать здесь нет смысла, если это не приносит никакого удовольствия, а только страдания. Это не пытка, не работа, не обязанность, я имею право уехать, но все еще надеюсь, что станет лучше и здесь.

2

Ты мог бы быть умнее, парень,

Ты мог бы быть умнее, ё маё!

Ты мог бы, но выбрал её…

Вы лежите вместе и смотрите видосы. Я сижу рядом и пишу это. Она положила руку тебе на живот. Какой к черту «массаж классный»?! Уже ничего не поможет. Но мне уже не так больно, скоро мне возможно станет все равно. Я абстрагировалась. Хотя кого я обманываю?

«Это мы вчера возле бассейна», – говоришь ей ты.

Вы должно быть смотрите какие-то тупые мемные видосы, которые я бы сама не стала смотреть. Только если б ты предложил.

«Я слюни об тебя вытерла», – говорит тебе М.

Вы посмеиваетесь. Мне все равно. Я знаю, что вы смотрите какую-то чепушню.

Она смеется.

«Сама пошутила – сама посмеялась», – сказал ты.

– Оцениваем парней. Хммм… ну справа нормальный.

– Нет, мне понравился другой.

– Вот этот.

– Нет.

– Вот этот самый…

– Не, мне другой понравился

Ты начинаешь теребить ее волосы. Я выхожу из комнаты.

3

Эти утра убивают меня. Я просыпаюсь и вижу тебя. Больше нет сил. Я учусь управлять своими слезами. Каждый божий день. Это как медитация, когда пытаешься остановить нескончаемый поток мыслей в твоей голове. Так я пытаюсь останавливать слезы. Возможно, за это время я так натренируюсь, что больше никогда в жизни не буду плакать. Я пишу это, а ты сидишь на соседней кровати, мы ждем пока настанет время завтрака. Кто-то лежит, кто-то собирает вещи для предстоящей поездки на квадроциклах по горным рекам. Мы молчим. Надеюсь, завтрак будет вкусным. Идем.

Сидим в столовой. Вы с ней, конечно, сели рядом. А я со своими друзьями. Она кладет голову тебе на плечо. Я закрываю глаза. Я их боюсь открывать, потому что под веками уже скопились слезы.

Ночь. Я засыпаю, а твоя кровать еще пуста. Ты с ней наедине.

Меня раздражает, когда я ложусь спать раньше тебя. Я знаю, что ты с ней наедине, вы придете поздно. Мне кажется, что все это время я тоже должна что-то делать, чтобы чувствовать, что у меня наполненный вечер, что мне и без тебя есть чем заняться. Вы там гуляете, а я делаю то, се, и пятое, и десятое – поболтала с тем, потом с другим, потом пошла туда. Веду активную социальную жизнь, у меня столько планов и развлечений, что мне не до сна. Я хочу ложиться после тебя. Моя ночь насыщенней. Но я ложусь раньше…

А я ведь действительно поговорила и с тем, и с другим, и сходила туда и сюда, но успела сделать все это до твоего прихода. Мне нравится то, чем я занимаюсь и с кем общаюсь, с кем секретничаю. Но я все еще ложусь раньше тебя. Как будто твоя ночь насыщенней. А по факту вы просто все это время занимаетесь хрен знает, чем. Я боюсь представлять, чем. Не хочу этого знать, не хочу видеть это в своей голове. Вернись уже в комнату и ляг спать, и я почувствую, что моя жизнь содержательней, динамичней и ярче, я перестану писать и отложу телефон.

Я решила послушать музыку. И ты пришел. Честно, я думала, что не дотяну. Я и не собиралась вообще-то через силу. Но ты пришел и теперь я могу думать, что моя жизнь круче. Я тебя переиграла.

4

Господи, ты ненормальный. Уже без пятнадцати 3 ночи, в 6 утра нам надо быть готовыми к походу в горы, а тебя все еще нет в комнате, ты все еще с ней. Я сама одной из последних пришла в комнату, обычно в такое время ты уже спишь, но сейчас не тот случай. Я сидела с Д и Л, когда все уже разошлись. Я не насиловала себя, мне правда не хотелось уходить спать. Сейчас я буду слушать музыку, и если в это время ты придешь, то я буду считать, что опять тебя переиграла. Играю честно, послушаю ровно столько песен, сколько захочу и не буду заставлять себя.

2 песни. Ты не пришел…

Утром я как бы невзначай спросила, во сколько вы легли спать. Она ответила, что в 4:30. У меня даже шанса не было. Получается, вы спали чуть больше часа.

Чем вы так долго занимались? Ладно, не трудно догадаться, чем. Но я так боюсь об этом думать. Боже мой… Снова хочу уехать. Мысли об отъезде посещали и раньше, но я сумела прогнать их на какое-то время, а теперь они лезут опять. Я так устала бороться со всем этим. Слезы, остановитесь, сейчас не время! Здесь почти некуда убежать, чтобы прореветься. При этом не хочу выключать грустную музыку.

Датчик опять взрывается. Нельзя, чтобы видели, как я плачу. Я вытираю слезы банданой и прячу за солнечными очками, читая мамины наставляющие сообщения.

5

Я убиваю в себе эту ревность

Я убиваю в себе эту злость

Цепляюсь за чувство безразличия к тебе. Чувство почти полного успокоения и принятия. Не знаю, сколько оно продлится. Хотелось бы чтоб вечность… Но это вряд ли, поэтому я наслаждаюсь им сейчас, хочу прочувствовать полностью, тщательно.

Сегодня она легла рано, а значит и ты тоже. Мне ничего не стоило тебя переиграть сегодня.

Я больше не играю в эту игру.

Возникает чувство, что одна ночь похожа на другую. Слишком быстро кончается, слишком мало простора. Или это все мои отговорки? Куда деть эмоции, разрывающие меня? Я слишком много чувствую. Хочется что-то изменить, но как? И что мне остается в такой ситуации? Только писать об этом.

Надеюсь, я прошла свой болевой порог, самую больную точку. Сейчас идет этап принятия, примирения с ситуацией, поиска новых путей реализации, новых источников счастья (или страдания?). И едва ли этот этап сильно легче. Он не такой травмирующий, но все равно терзающий и мучающий раздумьями. Я очень стараюсь концентрироваться на хорошем, но это хорошее слишком слабое, его так мало. Возможно, скоро я начну считать дни до конца. Плохой знак.

«Ты еще в универе мне понравилась. Я твои фотки лайкал, ты лайкала мои в ответ. Но я ничего не предпринимал, потому что знал, что у тебя есть парень» – процитировала она тебя. Она тебе понравилась еще в универе… Еще один удар мне в сердце. Это ты мне понравился еще в универе!

Настал этот момент: обрезала волосы. И на следующее утро проснулась с твердым желанием уехать. Сдала билет.

Я вывела гипотезу: на каждую парочку, образовавшуюся на смене, есть одно разбитое сердце. Я могу назвать их по именам.

Моей дорогой, не побоюсь этого слова, подруге Л, безответно нравится К. Однажды я проснулась и увидела, что Т и К спят в обнимку на одной кровати. Мне стало больно за Л, я прекрасно понимаю, что она почувствует, когда узнает об этом. «Хорошо, что я уезжаю», – в который раз промелькнула мысль.

И мы с Л не единственные такие, есть еще парень, Р, но я не буду вдаваться в подробности насчет него – ничего нового и оригинального в его истории тоже не будет.

6

Mama said be careful of that girl

Mama said you know that she's no good

Mama said be cool, don't you be no fool¹

© «You don`t fool me», Queen

Когда уже пройдена большая часть пути, я люблю возвращаться мыслями к началу: вспоминать старые надежды и ожидания, сравнивать, какими люди казались мне тогда, и какими я вижу их сейчас, по новой анализировать различные моменты, которые теперь приобрели другой смысл.

Что приходит в голову, если вспоминать эпизоды с тобой? Самое первое: когда я заприметила тебя в университете. Мы вместе ходили на физру, на плавание. На самой первой паре у нас вместо занятия была просто вводная информация, техника безопасности и прочая дребедень. Я села рядом с тобой, спросила, как дела, на кого ты учишься и прочая банальщина. Это было так неловко. Жаль, если после этого у тебя сложилось не самое лучшее первое впечатление обо мне.

Затем волонтерский выезд от универа на первомайские праздники. Мы такие активные и трудолюбивые поехали в пригород облагораживать улицы и красить заборы.

Мы с тобой все время сидим рядом во время еды, напротив нас – М. Ты весь такой молчаливый, но вдруг кто-то заводит разговор о знаках зодиака, М подхватывает эту тему и начинает подкалывать тебя по поводу того, что ты Скорпион. Ты сразу оживляешься. Я тоже Скорпион, между прочим, и я упоминаю об этом между делом, но всем плевать. Если М нравилась тебе еще с универа, то тогда ты должно быть думал только о том, что она с тобой заговорила. И, возможно, это стало причиной твоего внезапного преображения на следующий день. После двух дней тихого и скромного существования, ты вдруг становишься таким болтливым и заводным, и так быстро нарастает желание стать к тебе ближе, что аж бесит!

Поезд, который увезет нас в новую жизнь, на смену в Туапсе. 2 дня в пути. Мы мило болтаем и весело играем, но по-настоящему оживляешься ты только рядом с ней. В глубине душе я уже тогда все почувствовала, но не собиралась придавать этому значения. «У нее есть парень» – почему-то тогда это мне казалось какой-то надежной защитой, будто это закрывало перед тобой ее двери. Ведь тогда я еще не знала, что она та еще шлюха (упс! Не слишком резко?), которая за свои 18 лет сменила 13-14 парней (она сама даже не помнит точную цифру). Так будет и с тобой, будешь четырнадцатым тире пятнадцатым в ее списке, дурачина ты наивная!

Где-то второй или третий день смены. Нам с ребятами приспичило поиграть в оленей. Нужно поделиться на пары мальчик-девочка. Мне посчастливилось быть в паре с тобой. Мы прилепили себе на головы ветки, будто рога. Мою левую руку примотали скотчем к твоей правой руке, а левую ногу – к твоей правой ноге. Мы стали одним целым. В таком положении мы должны были убегать от охотников. Скотч больно натирал мне ногу – огромный синяк на голени еще несколько дней после напоминал об этой игре. Больше никогда мы не были так близки, как тогда. Мы всех победили, от всех убежали, остались одни непойманные, непобежденные. Когда игра закончилась, я предложила тебе массаж. Я решила, что для этого был подходящий настрой, уже был заложен фундамент. И ты согласился. Наверное, это и был лучший день моей смены. По крайней мере один из них. Он определенно был самый трепетный и полный надежд. Как жаль, что на самом деле он значил ничего.

Но пески времени относят меня обратно в настоящее, я и так слишком долго побыла в прошлом…

7

Я буду свободна, и я отдам тебе свое сердце.

Жаль лишь, что ты сердце мне не отдашь.

© Калипсо, «Пираты Карибского моря. На краю света»

Настал день отъезда. Напоследок мне остались от тебя только пустые объятия и слова:

– До встречи в универе.

8

После всего мы периодически встречались на университетских тусовках.

Каждая встреча с С напоминала мне, что я должна двигаться вперед, развиваться, искать себя. Хоть какая-то есть от него польза. Он был для меня как триггер. Когда я расслаблялась, начинала лениться, мне было достаточно просто увидеть его, и это вновь заставляло мой мозг работать – будто сильный удар током или ведро ледяной воды. Резко, неприятно, но невероятно бодрит и побуждает к движению.

Эта история стала кульминацией для моих безответных влюбленностей, коих была целая тьма.

11 лет, сосед по лестничной клетке.

13 лет, парень с бадминтона.

15 лет, парень из лагеря джиу-джитсу.

16 лет, близкий друг моего брата Славика.

19 лет, С.

Это если брать наиболее яркие фигуры, однако на деле их было больше, просто в силу обстоятельств они быстро отпали. С большинством из них я хорошо общалась, но дело не заходило дальше. Почему? Я давно ищу ответ и анализирую эти случаи, читаю всякие психологические книги и статейки, занимаюсь самолечением. Есть несколько версий, и все правдивы. Есть и прогресс в решении этих проблем. Я люблю сравнивать себя настоящую с собой прошлой и каждый раз приятно удивляться. Когда-то, будучи той замкнутой замухрышкой, я и подумать не могла, что стану настолько опупенной. А значит, дальше будет только лучше.

После С я твердо решила, что больше не влипну в подобную историю. Я не буду проявлять инициативу, как делала прежде, и на что-то надеяться. Я слишком устала. Если появится кто-то, кто мне понравится, пусть действует сам, а я уже решу, что дальше с этим делать. Если не появится (что, конечно, просто смешно и невозможно), то и слава богу. С меня хватит. И я справилась с заданной установкой, хотя искушение было. Провела практически целый год в спокойствии, без изнуряющих любовных страданий. Как же это было прекрасно.

Весной мы познакомились с П. Я его заценила, но помнила данное себе обещание. Сама я первой не начинаю. Однако начал он. Я слегка прифигела, если честно. Все по сценарию. Мы были на университетской тусовке. Немного алкоголя, немного флирта, и вот мы уже целуемся. Общаемся только потом, и то разгоняю в основном я. Это только на один раз, я ничего не жду. Но наутро он снова подходит ко мне. Когда П. приближается, мне хочется сбежать. Когда он отстранен, я негодую внутри: «чего это он не уделяет мне внимания?»

Я знаю о своей проблеме эмоциональных качелей и понимаю, как неприятно другому человеку иметь дело с этим аттракционом, ведь и сама когда-то была по ту сторону. Я с этим борюсь, и делаю успехи. Поняла, что сама накосячила и отпугнула человека своим непостоянным непонятным поведением. Приложила много усилий, чтобы это исправить, напрямую выясняла отношения, признавалась в чувствах, перехватила инициативу. Но все это того не стоило. Ничего не вышло. Мы безмолвно перешли в режим игнора, и дай бог здоровались друг с другом будучи в одной компании. Я устала пытаться выбить что-то из этого, а сам П ничего не делал.

С ним все было так бесперспективно, растянуто и даже скучно, что и распинаться-то не стоит. Я не пролила по этому поводу ни одной слезинки, настолько быстро мне стало все равно. Мы просто не подходили друг другу по стилю общения и к тому же он был еще совсем ребенком морально. Однако не стоит недооценивать роль этой истории. Именно тогда я была ближе всего к тому, чтобы построить какие-то отношения. Что ж, ну значит, в следующий раз я зайду еще дальше. Только уже с другим человеком. А пока наслаждайся свободой, подруга. Как раз сдан диплом, окончен университет, и впереди два месяца работы вожатой в лагере (да, я перешла на новый уровень). Со старыми и новыми друзьями. С детьми, которые с одной стороны так невинны и неопытны, а с другой будто знают что-то, чего не знаешь ты.

Радуйся, пока можешь.

P.S. И да, в итоге С и М расстались. Ч.т.д.

III
7 – счастливое число?

Eins. Hier kommt die Sonne

²

Это произошло на очередной пьяной тусовке, на коих за универские годы я побывала тысячу раз. Мы с ребятами выехали с палатками в лес на выходные. Ни одна из этих вечеринок не проходила без того, чтобы я не засосалась с каким-то рандомным челом. Не из любви – из любопытства. И, наверное, из страсти, которая сидела внутри меня и не находила выхода. Она отчаянно искала этот выход. Но пока не нашла подходящего человека, могла позволить себе только такой.

Поначалу сосаться со всеми подряд было прикольно, но потом перестало. Я чувствовала себя такой взрослой, такой бунтаркой, но по-настоящему взрослее стала только когда пообещала себе перестать поддаваться каждому, кто полезет ко мне целоваться (и не только). Я уже доказала себе, что мега крута и могу засосать кого угодно при желании, так что с меня хватит. К тому же, один такой прикол закончился для меня очень неудачно и после него я окончательно решила завязать. Теперь на пьяных тусовках я только общаюсь. Это моя цель. Новые знакомства, которые никуда не приведут, новые люди, с которыми ты хорошо можешь провести время в моменте, отдохнуть, а потом со спокойной совестью забыть их. Только болтовня обо всем и ни о чем, глупые смешные вопросы, философские темы и ржака. Именно так я хотела провести ту тусовку. Хотя там была оговорка, довольно справедливая, на мой взгляд: «Можно поцеловаться с кем-то, но только если человек тебе действительно сильно понравится». В это я практически не верила, так что данный пункт остался где-то в подсобке.

Изначально все шло по плану. Пока мой взгляд не зацепился за НЕГО. Ох уж это смазливое лицо. Красивое. Он сидел у костра на бревне. Я подошла. «Присаживайся», – сказал он, взглянув на меня, и указал на место рядом с собой. Если честно, я не собиралась садиться. Хотела постоять, но мое тело подчинилось, и я неосознанно села.

Ну вот и всё. Приехали. Я поймала себя на мысли, что попалась, но еще была в состоянии сохранять рассудок и силу воли, пока все это не зашло слишком далеко. «Только не влюбись, ты знаешь, чем это закончится», – сказала я себе и продолжила невинный флирт. «А ты знаешь людей с отчеством Артёмович?», – задала я вопрос, который задавала при знакомстве всем без исключения. Опытным путем я пришла к выводу, что это хороший нетривиальный вопрос для того, чтобы заинтересовать собеседника. Сработало и с ним. Мы разговорились. Я заставила его угадывать мое имя, очень простое и распространенное, но он думал там целую вечность. Это было забавно.

– Давай топ твоих любимых бутербродов, – сказал он.

Я растерялась настолько, что забыла все существующие виды бутербродов. И смогла выдавить из себя ну разве что два варианта максимум. Но все еще была на позитиве и на очаровании. Когда я задавала тупые вопросы или рассказывала какой-то бред, который считаю смешным, я чувствовала себя уверенно. Когда он брал инициативу в разговоре, я робела. Мы смеялись. Я очень старалась не потерять нить, боялась, что он уйдет. Мой мозг активно работал, подкидывая новые темы и стараясь отвечать на его вопросы в условиях стресса.

– Как тебя лучше звать? Егор/Егорка?

– Хммм. Ну для Егорки сейчас как будто не то настроение. Давай «Солнышко».

«Да, я тоже ему понравилась», – промелькнуло в голове, но я все еще сохраняла холодный рассудок. «Возможно, тебе только кажется, ты хочешь, чтобы это было правдой, но на самом деле ты это придумала. Вспомни, сколько раз так было. Не обманывайся». Хорошо, голос рассудка и печального опыта, я буду начеку. Но очень быстро стало очевидно, что нет, не показалось. Я поняла, что нравлюсь ему и при этом мне даже не захотелось удрать. Этого не может быть. Тут точно что-то не так. Такого у меня еще не было. Неужели ты исцелилась?

– А тебя как лучше звать?

Я немного поразмышляла вслух и выдала:

– «Любовь всей моей жизни».

Очень нескромно, подруга, очень смело. Но я почувствовала, что уместно это сказать. Это прикольно. И все еще ни к чему нас не обязывает. Хотя я, конечно, испытала тягу «запрограммировать» его.

Похоже, он этого не ожидал. Когда я увидела, что он призадумался, то решила, что переборщила и попыталась исправить ситуацию:

– Ну или ты можешь сам придумать, как меня звать.

Он сгенерировал какое-то несуществующее дурацкое слово, мы посмеялись и вскоре забыли о нем. Егор и правда называл меня так, как я попросила изначально. Это было невероятно.

От кого-то из наших поступило предложение прогуляться. Я была не прочь пройтись, теперь полезно немного сменить локацию и вид деятельности. Он пошел со мной. А еще с нами пошел мой двоюродный брат, Славик. Мы с ним очень близки, не разлей вода. Они с Егором, кстати, учатся вместе. Мне со Славиком очень повезло. Я была рада, что он пошел, в его присутствии я чувствовала себя спокойно. И он вовсе не собирался как-то отгонять Егора от меня, наоборот, в таких ситуациях Славик мне содействовал. Мы лучшие друзья.

И вот мы с Егором шатаемся вместе целый день напролет, до самой ночи. Общаемся, заигрываем. Я кстати и не была особо пьяной при этом. Это было прекрасно. Я все еще смущалась и пребывала в смятении, но наслаждалась каждым моментом. И да, я уже сделала это. Я целовалась с ним. Изначально нашим посредником был алкоголь. Мы переливали его изо рта в рот, смеху ради. Потом выпивали и целовались словно на закуску. А позже и алкоголь не понадобился.

«Ладно, ты можешь позволить себе здесь все что хочешь, но будь готова к тому, что это только на один день. Уже завтра уезжать. Сейчас кайфуй, но потом ты вернешься в реальность», – напомнила я себе.

– Как ты относишься к детям? – спросил Егор. Уместный вопрос вожатому в лагере.

– Имеешь ввиду, хочу ли я детей?

– Ну да.

– Как сказал один мудрец «Заводить детей нужно только тогда, когда они перестанут заводить тебя». Ну, в целом я хочу детей, но не сейчас. Попозже.

– Я тоже. Хотя лет в 14 я был жесткий чайлдфри.

– Удивительно, ведь обычно подростки всерьез задумываются о родительстве.

Он рассказывал много интересного о себе. Любит готовить, занимается спортом, подрабатывает репетиторством. Я в его возрасте подрабатывала мемодельством, придумывая мемы для одной группы в соцсетях, что тоже очень круто и обалдеть как весело, но очень неприбыльно. Порой я скучаю по тем временам.

Много интересов – это очень хорошо. С ним точно не станет скучно, и он не будет зациклен только на мне, как это бывало с другими парнями, а значит мне не захочется сбежать.

Ночь. Мы сидели у костра и пели песни. В какой-то момент он спросил «хочешь массаж?» Ранее днем мы обсуждали эту тему. Он мял плечи одному своему дружбану, и я спросила, любит ли он массаж. Я вот люблю, очень. Хороший, конечно. Егор сказал, что не умеет делать полноценный, только так, плечики помять. Я часто это слышала от разных людей. Ну что ж, все не умеют. На самом деле, это не так сложно. Делай, как чувствуешь, пробуй разные движения, и ты найдешь свой стиль. И человека, которому подходит твой стиль, которому будет нравиться именно твой массаж. «Ладно, тогда вечером попробуем», – сказал он. И этот вечер настал.

И так, мне уже все ясно. Думаю, вам тоже. «Хочу», – ответила я и сходила за массажным маслом (я приехала подготовленной, да). Мы пошли в его палатку.

– Сначала я тебе или ты мне? – спросила я.

Обычно, если человек собирается делать что-то впервые, уместно сначала показать ему, как это делается. Не факт, что он будет делать также, хотя бы будет иметь примерное представление. Однако он сказал: «давай я тебе».

Он справился очень хорошо. Очень уверенно. Уверенности ему не занимать. У многих в первый раз движения неуклюжие, кто-то боится сильно надавить, но здесь не тот случай. Закончив, он начал целовать меня в спину. Я подумала: «ну наконец-то», а дальше вы и сами можете догадаться. Наш первый раз друг с другом, самый неловкий и волнительный. Но именно этот я сейчас вспоминаю чаще всего. И вообще тот день.

– Не хочешь как-нибудь потом повторить?

Звучит заманчиво, но не ведись. Это еще ничего не значит. Не жди продолжения.

– Хочу, – сказала я, потому что это была правда, но держала у себя в голове написанное выше.

После всего мы пошли опять тусить. Какой-то незнакомый парень сказал, что мы отлично смотримся вместе:

– Вы такие милашки! Сколько вы уже встречаетесь?

– Ну как тебе сказать? Один день.

Во мне промелькнула мысль сбежать, но я тут же придушила ее в зачатке.

Мы еще сидели и разговаривали не пойми сколько. В какой-то момент я уже притомилась. Не привыкла к такому количеству внимания. Да и пора отдохнуть друг от друга. Он проводил меня до моей палатки, я сказала» «тебе пора». Он ответил: «да, я понял, я уже и сам собирался уходить». Мы чмокнулись напоследок. Наутро я рассказала обо всем Славику. Он был очень рад и взбудоражен.

– Я видел, вы так классно общались.

– Да, только жаль, что все это скорее всего останется здесь, и дальше мы не будем общаться. Как обычно это и бывает на подобных тусовках.

Я все еще не нырнула в розовые иллюзии и осознавала, что вероятно мы больше не увидимся. Мне даже и не грустно от этого. Ну только если совсем чуть-чуть. Я хорошо провела тут время, а теперь пора обратно. Ничего не жди.

Но он написал мне в тот же день. Отоспавшись в своей кроватке после этого активного времяпрепровождения, я увидела сообщение от него. С тех пор мы стали переписываться каждый день. Я не сразу к этому привыкла. Он постоянно что-то спрашивал, что-то рассказывал. Порой я даже заставляла себя отвечать. Из вежливости. Не игнорировать же его. Переписываться каждый день? Это перебор. Я ни с одним человеком так часто не переписываюсь. Может, так принято у парочек? Не знаю, ведь прежде у меня не было отношений.

Однако потом я вошла во вкус. Я привыкла к милым мемам с котами, к «доброму утру» и «спокойной ночи», к ежедневным «как дела?», к «сегодня на улице холод собачий, смотри не замерзни», «солнце мое», «радость моя». Привыкла всем с ним делиться. Мои рутинные рабочие будни уличного продавца сувениров тире «разводилы для туристов, который нормально так зарабатывает» разнообразились переписками с ним.

Zwei. Hier kommt die Sonne

³

– На работе рядом постоянно бегают челики, которые заманивают туристов кататься на корабликах, и мне тоже теперь хочется! – поделилась я с Егором, без задней мысли. Это не был намек.

– Принято, – ответил он. Вот и повод для встречи.

На следующий день он написал:

– Ты в воскресенье весь день свободна?

– Да.

– Отлично. Тогда жду тебя у метро в 14:10.

– Как скажешь, мистер точное время.

Обалдеть. Потрясающе. Я стащила для него с работы фигурку милого зайчика и подарила со словами:

– Он на тебя похож, Солнышко.

Егор рассказывал про свою репетиторскую работу.

– Я одну девчонку к ЕГЭ подготовил, она сдала на высокий балл, говорит: «спасибо большое за занятия, мне очень помогло», я говорю «тогда поставь пожалуйста пять звезд мне на сайте», она такая: «да-да, конечно». И ни фига.

– Поматросила и бросила получается.

– Ну получается так.

Когда мы катались на кораблике, я махала в ответ всем, кто стоял на берегу, на мостах и махал нам. Обычно это дети.

– Спасибо большое, мне очень понравилось, – сказала я Егору, когда экскурсия закончилась.

– Ладно, куда дальше пойдем?

– Дальше? – задумчиво произнесла я.

– Ну да. Не расходиться же нам сразу. А то покаталась, получила свое и все. Поматросила и бросила, получается?

Я рассмеялась.

После корабликов мы еще долго гуляли.

– Как ты относишься к гендерным ролям? – спросил он.

– Ты про то, что парень должен всегда платить и тому подобное?

– Да, в том числе.

– Ну, я этого не жду. Конечно, приятно, когда за тебя платят. Но не воспринимаю это как данность.

– А вот должны ли мы спасать, к примеру, женщин Ирана от неравноправия?

– А хотят ли они быть спасенными? Это их культура. Если их все устраивает, то зачем спасать, если нет, пусть уезжают в другую страну. Мы не можем их спасти. Со своим уставом в чужой монастырь не ходят. И в каждой паре люди договариваются сами, как им удобно, что их устраивает, а что нет.

– Какая мудрая и опытная.

Мы шли из центра города до самого моего дома, а это путь не близкий. По набережной, под дождем, без зонта. Целовались под ливнем. В реальной жизни так не бывает, только в кино.

– Ты мне нравишься. – сказал он.

– Ты мне тоже.

Рядом с ним я могла быть слабой. В самом приятном смысле этого слова. Я не мучалась в придумывании вопросов и подборе слов для продолжения беседы. Он сам вел беседу. Рассказывал о себе, спрашивал меня.

«На чем я остановился?» – самый частый вопрос. В потоке своего повествования и с моими наводящими и уточняющими вопросами он мог свернуть совсем в другую сторону и забыть, с какой целью начал что-то рассказывать. Я всегда напоминала, на чем он остановился, демонстрируя навык внимательного слушателя. Я бы слушала его сколько угодно. Я не испытывала потребности дождаться, пока он закончит, чтоб вставить свое слово. Дополняла забавными комментариями и громко смеялась, как я это умею. Смех – моя фишка. Егору все это конечно нравилось. А кому не понравится?

После двух месяцев работы вожатой в летнем лагере, где мне постоянно приходилось самой выстраивать контакт не только с детьми, но и с коллегами, самой проявлять инициативу и решать конфликты, искать общий язык с людьми; после четырех лет взаимодействия с двумя моими университетскими подругами, когда за движ всегда отвечала я и за ведение беседы – я; после неудачной и даже глупой попытки построить отношения с П, который в нашем общении никогда не интересовался мной и не спрашивал даже элементарных «А ты? А у тебя?»; после всего этого с НИМ я вдруг почувствовала себя так легко. Наконец-то я могу отдохнуть. А он, будучи любителем поболтать, может быть выслушанным.

На следующий день, в понедельник, мы с моим коллегой, Саней, стояли в паре, продавая сувениры, и болтали о том о сем. Прежде мы не работали с ним вдвоем и мало общались, так что я не ожидала, что он начнет открыто демонстрировать свою симпатию ко мне. Сначала вроде как в шутку, но быстро стало очевидно, что далеко не только ради смеха. Начал зазывать к себе в гости, использовал любую возможность, чтобы прикоснуться ко мне. Этот день был не очень удачным на продажи, но благодаря Сане я легко и с удовольствием его пережила, смеясь с его пошлых шуток и тактично отбиваясь от подкатов.

– У меня есть парень – сказала я.

Впервые в жизни я использовала эту фразу, потому что это правда, а не просто для того, чтобы человек от меня отстал. Это было так непривычно и приятно.

– Фотка есть?

– Ага.

– Пакеж.

Я показала Сане фотку, которую Егор мне скинул из спортзала.

– Чо за красавчик! – воскликнул Саня с характерным кавказским акцентом – Он хорош. Но он тебя кинет.

– Нет, не кинет.

– Кинет.

– Да не кинет.

– Это твои первые отношения?

– Как ты это понял?

– Ну, умным людям обычно сложно найти себе пару.

Drei. Sie ist der hellste Stern von allen

⁴

Животрепещуще. Сладкое предвкушение. Спустя неделю Егор пришел в гости, с ночевкой, потому что мои родители улетели на неделю в отпуск. Хата свободна. Он приготовил ягодный десерт по семейному рецепту. Мы смотрели кино и всякие смешные видосы. А дальше и сами можете догадаться.

В постели с ним я громко стонала. По-настоящему. В этом плане я никогда не отыгрываю, но и не сдерживаю себя. Мне действительно нравилось. Больше, чем с кем-либо (хоть и опыт у меня не большой). Я могу довериться ему полностью. Я наконец могу быть слабой. Мне хотелось ему подчиняться. Он знал, что делает.

В переписках я стала без стеснения говорить, что хочу его, скидывать соблазнительные фотки (не пошлые, а эстетичные – в купальнике, в красивых позах). А при встрече была скромной и покорной. Он наверняка чувствовал себя сильным. Ему это конечно нравилось. А кому не понравится?

Неделю спустя у нас был корпоратив, вскоре после которого я собиралась свалить с этой работки. Уже октябрь, и туристов все меньше, сезон закончился, стоять на улице целый день все неприятнее, и это дело порядком наскучило и утомило, так что пора двигаться дальше и искать другую работу.

На корпоратив админы сняли домик с сауной, маленьким бассейном и настольным футболом. Там я заболталась с еще одним коллегой, Костей. Я всегда считала его симпатичным и заценила этого парня в самый первый рабочий день несколько месяцев назад, еще до того, как уехала на смену в лагерь. Однако, как и в ситуации с Саней, раньше мы особо не общались. Но здесь обстановка была благоприятной. У меня было социально активное настроение, я уже пригубила колы с коньяком, и резала помидоры, когда Костя зашел на кухню.

– Как дела? – спросила я.

– Замечательно.

– Что ты пьешь?

– Пиво. А ты?

– Ну на, сам попробуй. Это вкусняшка.

Он недоверчиво взглянул на содержимое моего стакана и сделал глоток. Поморщился. Я рассмеялась.

– Слишком ядрено для меня.

Он направился к выходу.

– Костя, сколько тебе лет?

– Двадцать. Ой блин! Надо было спросить: «сколько дашь».

– Ну раза два, – по инерции ответила я. Славик очень любил этот прикол, и я, понабравшись от него, тоже стала постоянно так отвечать.

– Раза два по десять?

Он не выкупил. Я промолчала и просто задержала на нем взгляд.

– А, дошло, – с улыбкой сказал он и вышел из кухни.

В оставшийся вечер мы продолжили играть в эту игру. Сидим в гостиной.

– О, Костя, ты здесь, я так рада тебя видеть!

– Я тебя тоже!

Он заглядывает в мою комнату без стука.

– Ты чего здесь сидишь?

– Я только капли в нос закапаю. Чтоб не умереть. Через минуту спущусь.

– Точно спустишься?

– Да, Кость, обещаю. Ради тебя спущусь.

– Ну ладно, жду.

Сидим всей компанией в сауне. Между нами с Костей сидит Соня. Потом она уходит, чтоб нырнуть в бассейн.

– Ура, наконец-то мы рядом сидим!

В какой-то момент его пальцы тыльной стороной едва скользнули по моему бедру. «Разумеется, случайно», – подумала я. Вскоре я вышла, чтобы окунуться в холодный бассейн. А затем пошла в свою комнату, греться.

– Ты уже уходишь?

– Ага. Не хочу тебя покидать, но мне пора.

– Очень жаль.

Костя снова открывает дверь в мою комнату без стука.

– Эй, а если б я была голой?! – с поддельным недовольством восклицаю я.

– Я был бы не против. Ты чего так рано ушла?

– Я замерзла.

– Так давай согрею.

О нет. Только не «давай согрею». Они всегда так говорят. Дежурная фраза. До меня дошло, что это уже не прикол. Костя подошел ко мне на неприлично близкое расстояние и уже успел чмокнуть в лоб. Еще чуть-чуть и мы бы поцеловались по-настоящему, но я вовремя отстранилась со словами: «у меня есть парень».

– Правда?

– Да.

– Ну и что? – усмехнулся Костя, но дальше приставать не стал и вышел.

Я правда всего этого не ожидала, хотя обычно хорошо распознаю подобные штуки. Была уверена, что мы просто прикалываемся. Я часто так делала. Обычно в лагере, но этот паттерн поведения перетек и в обычную жизнь. Это весело, очаровательно и располагает человека к тебе, но ни к чему не обязывает. Мне казалось, что Костя того же рода приколист и общается так со многими. Наверное, после двух месяцев работы в лагере я позабыла, что в реальной жизни обитают люди, неподготовленные к такой открытости и флирту, они воспринимают все чуть серьезнее. Возможно, парнишу просто по пьяни понесло, но тем не менее. Если б не Егор, я бы точно поцеловалась с Костей. Еще как. Даже не сомневайтесь. Но Егор мне нравился гораздо больше. И вообще, в течение всего этого мероприятия я писала ему и рассказывала, что мы делаем.

– Сейчас напилась, и теперь трахаться хочется сильно.

– Э, ты там это, не балуй.

– Без тебя не начну, Солнышко.

– Слава богу.

– Кажется, тут все, кроме меня, курят траву.

– А ты не решаешься?

– Я и не хочу решаться.

– Ну и правильно. Я как-то раз попробовал, мне не понравилось. Так что умничка. С другими дяденьками в постель не ложится, психотропные вещества не употребляет. Разве не идеал женского начала?

– Да, повезло тебе.

– Еще как.

Vier. Und wird nie vom Himmel fallen

⁵

Спустя неделю мы не встретились. Но едва ли меня это расстроило. Ни разу. Я найду чем заняться. Только-только уволилась с работы и радостная бегу домой, а затем в баньку к ребятам. Рай. Теперь у меня будет время на себя, прежде чем я устроюсь в другое место. Позволю себе небольшой отпуск. Смогу наконец покататься на экскурсионном автобусе, который искушал меня все эти рабочие дни, а еще сходить в музей, рядом с которым продавала сувениры, и в котором бывала еще мелкой, но давным-давно позабыла как он выглядит внутри. Займусь музыкой. Впереди столько простора, я могу делать что хочу!

Ту неделю я кайфовала, исполнила все свои хотелки и даже состряпала резюме с портфолио, не спеша потыкивая в разные вакансии на сайте. Мама все-таки надоумила меня поискать работу по профессии, хотя изначально это не входило в мои планы. Я не хотела быть журналисткой. Еще на смене в лагере продумывала варианты, куда могу устроиться. Там были всякие банальные варианты типа официантки. Чтобы иметь какую-то денежку и очаровательный график 2/2, где в свободное время я смогу заниматься игрой на синтезаторе, пока не стану профессионалом и не соберу свою рок-группу. Но ладно, так и быть, я попробую поискать работу по профессии. Это все-таки попрестижнее как-то и вероятно прибыльнее.

Егор писал:

– Кстати, о нас. Когда пойдем в кино?

– Ну, я даже не знаю. С субботы на воскресенье я иду на день рождения к другу, а потом на девичьи посиделки. С тусовки на тусовку короче. Но между ними, думаю, успеем.

Удивительно, тогда я еще могла спокойно допускать мысли о том, что на какой-то неделе мы не встретимся и вносить свиданку с Егором в свой график (невероятно плотный после увольнения – просто не продохнуть без дела!) в последнюю очередь. Славное время.

– Девичьи посиделки?

– Ну да. Это когда мы чисто девочками собираемся и друг с другом сексом занимаемся.

– А, понял.

На дне рождения друга я заглянула в телефон в два часа ночи. Сообщения от Егора:

– Повеселись там. Скучаю по тебе и жду нашей встречи, любовь всей моей жизни.

– Я тоже скучаю, Солнышко.

Тот день был так сладок. После тусовки я приехала домой отсыпаться. Как только проснусь, я пойду гулять с Егором. Просто волшебно.

Он встречал меня со словами:

– Целых две недели не видел! Две недели!

Мы снова шли под дождем. На этот раз я взяла зонтик. После кино, которое нам не особо понравилось, мы пошли кушать.

– Я часто выгораю из-за учебы, особенно перед сессией, – рассказывал он, – а у тебя когда в последний раз было выгорание?

– Не знаю, сложно сказать. В последнее время у меня все хорошо. И я вообще обычно не использую термин «выгорание». Нууу, может, на первом курсе. Когда начался коронавирус и мы перешли на дистанционку. Многим нравилось, но не мне. С одной стороны хорошо, переться никуда не надо, можно спать подольше и, если что, притвориться, что у тебя микрофон не работает, чтоб не отвечать. Но с другой, весь день сидишь дома, за компутером, аж дышать нечем. Холодильник в пешей доступности, что естественно не способствует похудению. Нагрузки только больше стало. Раньше я могла делать домашку прямо на ходу, на паре, когда спрашивают. А теперь нужно было готовить ее полностью, печатать на компе и загружать на портал. Я в какой-то момент так задолбалась – легла на полу и ревела, мама пришла из соседней комнаты меня успокаивать.

– Я плачу в двух случаях: из-за женщин, и когда мама не разрешает купить Несквик на завтрак.

– Из-за женщин?

– Ну да. Бросила женщина – грустно. А ты когда в последний раз плакала?

Спроси меня об этом сейчас, и я бы ответила «сегодня».

– Наверное, этим летом в лагере. Но я уже конкретно не помню, из-за чего, ерунда какая-нибудь. Там почему-то всегда находится причина поплакать. Хотя эта смена мне понравилась, гораздо больше предыдущих. Не знаю, что бы я делала без этого всего.

Потом я предложила пойти в детский мир поглазеть на всякие прикольные игрушки. Мы со Славиком любим это дело и уже будучи здоровыми взрослыми лбами нет-нет да купим себе какую-нибудь куклу и маленькую ванную с туалетом в дополнение к ней. Мне нравится чувствовать себя ребенком в такие моменты. Это очень расслабляет и веселит.

– Вау, как круто! – воскликнула я, увидев игрушечную стиральную машинку. – Хочу такую.

– Давай я тебе еще вещи свои принесу постирать.

Нагулявшись по торговому центру, мы пошли в парк рядом с моим домом. Было уже темно.

– Там есть скамейки? – спросил Егор.

– Да, полно, только они наверное все мокрые после дождя.

– Хм, ну тогда на мой рюкзак сядем.

– Рюкзак двухместный?

– Что-нибудь придумаем.

Все очевидно. Я села к нему на колени. Мы очень долго целовались, пока проходящие мимо люди вероятно думали: «что за срамота, как это бесит». Может, они так и не думали. Но я всегда так думала до появления Егора. Меня раздражали люди, целующиеся в общественных местах.

Он проводил меня до дома. В теплом подъезде мы вжимались в стены. Очень хочется. Это был пик сладкого напряжения. Но полностью насладиться друг другом в тот момент было негде. Пора расходиться.

F

ü

nf

.

Hier

kommt

die

Sonne

⁶

Нарисовалась проблемка. У меня отлично получалось развлекаться, а вот делать дела – не очень. Даже занятия на синтезаторе не шли. Я могла только играть всякое старье, которое и так хорошо знаю, а хотела выучить новое, но оно все никак не давалось. Не могла сосредоточиться. Постоянно отвлекалась на мысли о НЁМ. Уже не говоря о поиске работы, которая также связана с умственным трудом. Нужна концентрация, которой я никак не могу добиться. Мне стало его не хватать.

– Блин, ты что натворил! Я ничего делать толком не могу, все время секса хочется! – писала я ему.

– Ахахахаха, мой план сработал! А вообще, впервые встречаю такого заряженного партнера.

Неделю спустя мы прошлись по местам моей молодости. ПМК, где я занималась джиу-джитсу, школа вождения (я так и не сдала на права), обычная школа.

– Если в следующем году я не пойду на военную кафедру, то буду больше работать и снимать квартиру. Только надо найти, с кем снимать, – он взглянул на меня.

– Воу, притормози, мальчик.

Мне, конечно, польстило такое намерение и далекий взгляд в будущее, но мы встречаемся всего месяц, не стоит бежать вперед паровоза и строить такие планы. Планы вообще вещь очень хрупкая. Не жди.

А еще мне немного непривычно было то, что встречаемся мы исключительно по воскресеньям. Ну в крайнем случае по субботам. Своим друзьям я могла предложить погулять в любой день. Образовалось свободное окошко, и я могу написать: «пошли потусим». Может согласятся, может нет. Это уже другой вопрос. Но я всегда чувствовала себя свободной в плане предложить и иметь шансы 50 на 50. Так же и в обратную сторону.

А с Егором как будто так нельзя было. Я быстро поняла, что, если он может и хочет встретиться, то предложит сам. Если нет, смысла проявлять инициативу особо не было. В тот день, когда ко мне подкатывал Саня, я написала Егору:

– Не хочешь ко мне на работу заскочить?

– Не смогу, прости, занят сегодня.

Я не сказала: «спаси меня, тут мужик ко мне пристает», в этом не было никакого смысла, зачем тревожить человека почем зря. Поводов для беспокойства на самом деле не было. Но я хотела, чтоб Саня увидел моего парня. Предъявить товар лицом, так сказать.

Ну ладно, ничего, в отношениях порой приходится идти на компромисс и принимать особенности партнера. Ничего не имею против воскресений. Минус только в том, что по выходным мои родители практически всегда дома, а значит мы с Егором вынуждены зажиматься в кустах.

Егор – не спонтанный и очень деловой человек. Что ж, так тому и быть.

Приближалось следующее заветное воскресенье, а он все не предлагал встречи. Суббота. Я уже предчувствовала, что он меня отошьет, но все-таки решила попробовать и написала первой:

– Какие планы на завтра?

– Прости, завтра не получится встретиться. Неделя очень загруженная.

Удар в солнечное сплетение. Минус эта неделя. А за ней и следующая, потому что там он улетает на несколько дней в родной город. Сразу же хватаюсь за через следующую неделю. К тому же, есть весомый повод – мой день рождения. Я придумала снять небольшой домик загородом на две ночи, чтобы провести одну с Егором, а другую – с подругами. Но это только через три недели. А сейчас? Внутренний голос претенциозно предъявил мне: «Ну что? Что ты теперь будешь делать, а? Что ты будешь делать без НЕГО? Просто выживать?» Я найду чем заняться. Буду снова бесконечно выполнять тестовые задания для разных журналистских вакансий и биться об стену. Но сперва немного погрущу.

Это был первый звоночек. Я держалась изо всех сил, но слезы все равно вырвались наружу. Сперва я послушала грустную музыку, потом поиграла ее на синтезаторе, эмоционально бахая по клавишам.

Тогда я еще могла позволить себе такой выплеск эмоций. Чуть-чуть прорыдаешься под слезливые песни, и отпустит. Однако мне было хуже, чем я пыталась себя убедить. Так что я достала свою тетрадь для страданий и стала беспорядочно записывать туда свои чувства. Это хорошая терапия, и часто помогает мне.

Я не могу отделаться от мыслей о Егоре, и мне это не нравится. Мы увидимся еще не скоро, и мне нужно как-то коротать это время. Дай бог меня возьмут на работу, и там я смогу отвлечься. Как показала практика, пока я переживаю по поводу статьи, мысли о Егоре вытесняются. Все остальное плохо помогает. Я уже и спортом успела заняться, помахала руками и ногами, попрыгала с утяжелителями, помылась, села наконец за чтение и… всё. Эффект сошел на нет не более, чем через 5 минут. Я снова витаю где-то далеко: либо в прошлом, вспоминая предыдущие встречи, либо в будущем, воображая грядущие. Это невыносимо. Жду полуночи, чтобы со спокойной совестью пойти спать, чтобы преодолеть 8 часов одним махом – 8 часов без него. Мне не нравится, что я живу от встречи до встречи с ним. Даже на тусовках с ребятами, когда мне реально весело, когда я общаюсь с другими людьми, мысли о нем все равно маячат на заднем плане.

С одной стороны, я очень сильно рада, что встретила его. Это совершенно новый опыт для меня. Чувство сбывшейся мечты, осуществление чего-то долгожданного. И похоже, что именно он мне подходит, потому что он не доступен до конца. Будь он всегда готов прийти, мне бы точно наскучило, я себя знаю. Я получаю свою дозу любовных страданий, загонов, додумываний. Слезу ли я когда-нибудь с этой иглы?

После увольнения с сувенирки я хотела прокачаться в игре на синтезаторе, но не могу концентрироваться дольше двадцати минут. Отвлечься и перекрыть эти переживания могут лишь более сильные переживания, коими для меня стало выполнение рабочих заданий. Но и это не надежное средство. Эффект непостоянен и, полагаю, недолговечен. К тому же, очень уж волнительный и нервный способ. Я бы все-таки хотела спокойнее относиться к работе. Постоянно нервничать мне ни к чему.

Я чувствую себя такой слабой, жалкой, зависимой, одержимой. Слабой, слабой, слабой. Я не хочу такой быть, и ей не являюсь. Но вот я уже реву. Это так глупо. Это меня злит, выводит из себя, я не хочу реветь из-за парня. К тому же он сейчас занимается своими деловыми делами и даже не думает обо мне. Ну, разве что мимолетом. Мне не нравится разводить здесь эти сопли, но я их развожу, потому что я должна быть честной с собой и признаваться в своих чувствах. Это то проявление силы, которое я пока еще могу себе позволить. Мне нужно писать, иначе я не справлюсь. Мне нужно принять эти чувства.

Успешная продуктивная сильная независимая женщина. Ага, да. Ленивая, апатичная, одержимая, непостоянная и очень-очень слабая. Это не ты. Это не должна быть ты. Но ты так любишь страдать и ныть. Так любишь зацикливаться. Ты не любишь спокойствия, равнодушия, ты любишь помучиться. Любишь сильные, контрастные чувства. Эмоциональные качели. Смех и слезы. Пискарёвка и попасмеялка. Ты всегда найдешь, за кого зацепиться, чтобы пострадать по нему. Лишь в небольших промежутках между своими зависимостями ты можешь нормально делать свои дела. Как это было, например, прошлым летом. Когда ты успешно погрузилась в игру на синтезаторе и написание собственных мелодий. Занималась регулярно, соблюдала дисциплину.

Я думаю о том, как бы поскорее прошло время. Но так нельзя. Это очень плохо и вредно. Я хочу проводить с пользой каждый день и делать какие-то дела не только для того, чтобы было что рассказать Егору, создать иллюзию активной деятельности, сделать вид, что мне и без него хорошо, а потому, что я правда хочу и могу что-то делать. Такая беспомощная…

Полночь. Отрефлексировав, проверяю соцсети. Да, там сообщение от него. Пришло два часа назад. Рассказывает, как прошел его день. Ура, доза.

– Надеюсь, ты еще не спишь, – последнее сообщение.

– Не сплю. Погрузилась в писанину – нахлынул поток мыслей.

– Жиза на самом деле. На меня тоже сейчас нахлынул поток мыслей. Вот ходил в одиночку по улице, слушал музыку и думал.

Хочется узнать, о чем он думал, но спрашивать нельзя. Это раздражающий вопрос. Если б хотел, сказал бы сам. Но он не сказал. Собственно, так же, как и я.

Sechs. Hier kommt die Sonne

⁷

Казалось, меня отпустило. Поплакала один раз и нормально. Но на самом деле я всего лишь жила со знанием той даты, когда мы встретимся и смиренным ожиданием этого дня. Вижу цель, не вижу препятствий. Жизненную энергию я получала от переписок с ним. Я успокаивалась. Мы общались каждый день как всегда: мемы с котами, пошлые шутки и намеки. Сладкая иллюзия того, что все хорошо.

Мы переписывались, пока я была на очередной пьяной тусовке, а он – у себя на родине.

– Никто там к тебе не пристает? Ты ж меня знаешь, если что я им морду разобью.

Вот это секс конечно.

Один из его дружбанов постоянно подходил ко мне и спрашивал, как дела, все ли нормально.

– Ты тоскуешь по Егору? – подлетел он ко мне навеселе.

– Я тоскую по Егору. – также бодро отвечала я, без тени тоски.

– Ну ничего, не грусти, он скоро приедет. У вас же с Егором все стабильно?

– Ага.

Да? Я и правда так думала.

– Мне про тебя тут столько хорошего наговорили, – сообщение ему.

– Солнце мое, скучаю по тебе и с нетерпением жду нашей встречи, – сообщение от него.

День Х. День Ха, если вдруг кто неправильно прочитал. Я целый день собирала вещи, готовила блины и тирамису. Я набрала с собой целый чемодан, большую часть места в котором заняли 5 моих личных дневников, где я вела записи о школьных временах – хотела почитать их ему, это забавная штука. В планы также входило поотвечать на те самые «36 вопросов на влюбление» – хорошая вещь для более глубокого познания человека, мы обсуждали их с моими близкими подругами и действительно находили что-то новое несмотря на то, что знали друг друга уже годы. «Я никогда не, 18+», прикольная веселая игра для создания настроения. Еще я хотела посмотреть «Пиратов Карибского моря» и поиграть в лего видеоигры. Из всего этого мы выполнили только последние два пункта. Остальное время ушло на другое занятие.

Встреча на вокзале.

– Ты с чемоданом едешь?

– Ага. Там бипки.

– Понял. Только больше не говори никому.

Сидим в электричке. В какой-то момент свет в вагоне выключается на несколько секунд.

– Ах, как романтично! – восклицает Егор и тянется ко мне, чтобы поцеловать, но свет снова включается.

От станции еще нужно было проехать на такси. В инструкции по заселению хозяин дома просил позвонить ему за 10 минут до прибытия, чтобы нас пропустили через шлагбаум в поселок. Сели в машину.

– Давай, звони своему мужику.

– Зачем? Ты же здесь.

Вот и приехали. Очень миленький уютный домик с панорамными окнами. Это я выбирала. Я молодец. Мы не сразу нашли «кейхолдер» (потому что толком не знали, что это такое), в котором лежал ключ от дома. Сперва рылись в каком-то цветочном горшке, но потом я заметила маленькую черную коробочку, присобаченную к крыше. Ввела код и достала заветный ключ.

– Умничка.

Вошли. Так тепло и атмосферно. Тут я сразу могу начинать с фразы «а дальше вы и сами можете догадаться». Как же я изголодалась по нему!

…

– Будешь плов? – спросил он.

– Не, я хочу сладенького.

– Ладно, тогда себя разогрею.

4 часа утра.

– Ты спишь? – спрашиваю.

– Не-не, я не сплю.

– Можем лечь спать, если хочешь.

Я была готова тусить всю ночь, но он явно устал.

Я встала в 10 утра, проветрилась на веранде, вернулась обратно в кровать.

– Ты как, уже просыпаться планируешь? – пробормотал он спросонья.

– Да я уже проснулась.

– Я пока еще спать планирую. Можешь пойти покушать.

– Да я не голодная.

«Наслаждайся этим моментом пока можешь», – говорила я себе уже тогда, лежа в его объятиях, потому что чувствовала, что следующая такая встреча наступит нескоро. Сначала я просто лежала и думала. Потом и сама задремала. Где-то через час он спросил снова:

– Вставать что ли пора уже?

– Можешь еще поспать, если хочешь.

Через полчаса тоже самое. Я бы уже подскочила скорее осуществлять оставшиеся планы, ведь скоро Егору уходить, но пусть лучше отдохнет как следует. Однако в 12 я уже не выдержала и разбудила его известным способом.

Часа через три я проводила его до такси. Еще никогда мне не было так грустно с ним прощаться. Ключевое слово «прощаться».

Он уехал на встречу с дружбанами в баню, а ко мне через несколько часов уже должны были приехать подруги. Что я планировала делать в этот промежуток времени? Включить на компутере видосики фоном и весело и беззаботно заниматься приготовлением шавермы, для которой привезла все ингредиенты. А вместо этого я… плакала. Рыдала, ревела. Врубила погромче душераздирающие песни на колонке и стала писать всем друзьям, о том, как мне плохо.

Мне снова нужно учиться жить самой по себе. Я всегда так болезненно привязываюсь к людям. В какой-то момент я подумала, что стала такой из себя сильной и независимой. Я ни по кому не страдаю, не трачу время на тех, кому я безразлична, смелее говорю о своих чувствах, но тут появляется он. Мой первый в жизни парень. Такого быть не может. Только блин не со мной. Я уже смирилась со своей судьбой прошагать эту жизнь без пары, и меня это абсолютно устраивало. Почему? Потому что я самодостаточна, у меня есть любимые занятия, безумная фантазия и крутые друзья. Я постоянно общаюсь с необычными интересными людьми. Все это приносит мне радость и спокойствие, удовлетворение от своей жизни. Конечно, бывают и размолвки с близкими, и кризисы в творчестве, плохое настроение, в конце концов. Но никогда расставание с человеком на короткий срок не вызывало во мне настолько тоскливых чувств. Даже на долгий не вызывало. Я никогда не плакала по этому поводу. Почему же я реву из-за НЕГО уже который раз? Это неправильно, так быть не должно. Я ему нравлюсь, он нравится мне. Казалось бы, радуйся. Изначально так и было. Первый месяц с нашего знакомства примерно. Затем я уже вляпалась по полной. Я погрузилась в него. Я привязалась. Я очень грущу, когда его нет. И даже когда он есть, потому что знаю, что скоро он уйдет. Понятно, когда ты плачешь от невзаимности. Но чего реветь, когда вдруг все так удачно сложилось? Чего ты боишься? Боишься потерять его. Достаточно ли ты интересна, чтобы он хотел встречаться с тобой долго, всегда? Провести с тобой жизнь? Я плачу так, будто мы расстались.

Рядом с ним я теряюсь. Робею. Как будто часть моей харизмы испаряется, и на ее место приходит скромность. Наверное, это ему нравится во мне. Это же так мило. Но МНЕ это не нравится во мне. Я хочу чувствовать себя уверенно. Мне еще многому предстоит научиться. Быть собой до конца в его присутствии. И самое главное, спокойно обходиться без него. Надеюсь, у меня получится.

Чёрт. Мысли о нем всегда маячит где-то на заднем плане, что бы я ни делала. Я никогда не должна была стать такой. Я боялась стать такой. Мне никогда не нравилось подобное поведение. Я надеялась, что уже достаточно очерствела и начиталась умных книг, и теперь мне точно не грозит это состояние. Меня не пробить, я думала. Но это произошло, и вот будто весь опыт стерт, и я снова размякла. Я снова маленькая 11-летняя девочка, влюбившаяся в первый раз.

– Сестренка, когда ты плачешь, мне тоже хочется плакать, – отвечал Славик на мои слезные голосовые. – Скоро к тебе придут подружки, повеселись с ними. Надеюсь, тебе станет лучше. Если нет, скажи адрес, я возьму такси и приеду.

– Дороговато будет на такси сюда переться.

– Да наплевать.

– Скажи ему, что хотела бы видеться чаще, – посоветовала моя лучшая подруга Вика, которая учится в другом городе. Она провела со мной чуть ли ни полноценный психологический сеанс.

Я металась и мучилась до тех самых пор, пока наконец не приехали Ксюша с Катей. С ними стало полегче, и я наконец смогла выговориться кому-то лично.

– Ну вы сейчас в таком конфетно-букетном периоде, в состоянии влюбленности, поэтому понятно, что ты все время хочешь быть рядом. Вот если б ты через полгода отношений так по нему страдала, тогда это уже, наверное, зависимость, а пока твои чувства нормальны и естественны.

Мне стало гораздо легче от их слов. Потом я читала им свои дневники, попивая колу с коньяком, пока они отпускали смешные комментарии, и мы ржали как в старые добрые времена.

– Ну как в баньке посидели? – написала я ему наутро.

– Да вообще прекрасно. Я их там смачно попарил, ко мне аж очередь выстроилась. Теперь, кстати, и мне про тебя много чего хорошего рассказали.

Бальзам на душу. Наисладчайшая иллюзия того, что все в порядке.

Sieben. Sie ist der hellste Stern von allen

⁸

Признаваться в своих чувствах – это всегда сила. Вне зависимости от того, что тебе ответили. Ты можешь ощущать себя глупо, но помни, что ты очень сильный и смелый. Эти качества тебе точно пригодятся. Далеко, далеко не всем под силу честно сказать о своих чувствах.

После того как заколебала нытьем всех своих друзей, дай им бог здоровья, я-таки написала Егору. Изначально хотела дождаться, пока он сам спросит, как дела, чтобы не выглядеть навязчивой. Но тезис «мы переписываемся каждый день» перестал быть актуальным. Мне было бы плевать, если б я к этому так не привыкла за полтора месяца. Он сам меня подсадил. А держать свои саморазрушительные эмоции внутри уже не было сил, и не сказать Егору о них было бы нечестно.

– Я все время плачу.

– Солнце мое, что случилось?

– Я постоянно скучаю по тебе.

Я там еще много чего наговорила, и по поводу работы тоже поныла, но основная суть в одном предложении. В ответ он настрочил много чего умного и рассудительного, как по учебнику. Выглядело очень складно, но это совсем не успокоило меня. Хотя и некоторые противоречия я тоже углядела.

«… Но если честно, я не знаю, как тебе в этом помочь. Постоянно быть рядом я не могу». Также, несколько предложений спустя: «Просто знай, что я всегда буду рядом и всегда готов помочь». Да, вероятно он устал и не очень хорошо соображал, старался меня поддержать как мог, но на самом деле вместо всей этой мантры мне бы хватило одного лишь «Я тоже по тебе скучаю». Как раньше. Но этой простой фразы не оказалось в потоке текста.

Ну что ж, поныли и перестали. Я нашла подработку, подбадривала себя мыслью о том, что в следующие выходные будет очередная тусовка с ребятами, и старалась максимальное количество времени проводить вместе с людьми, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями.

Казалось, мы с Егором продолжали общаться как обычно, хоть и реже. Рассказывали друг другу о том, как прошел день, однако теперь переписка будто стала более формальной, несмотря на наличие мемов и пошлых шуток. Что-то было не так, но я не придала этому значения – просто кризисный период и всё, он пройдет, не могло же всегда все быть радужно.

В субботу после подработки я пришла в гости к приятелю на ламповые посиделки с чайком. Нас было всего человек пять. И среди них была моя незабвенная Л, с которой мы довольно мало общались после той истории про С два года назад. Хотя на каком-то уровне все еще хорошо чувствовали друг друга.

– Пошли на балкон, покурим, – сказала Л. Явный вызов на тет-а-тет. Я не курю, да и она в итоге обронила с балкона свою единственную сигарету.

Я поделилась с Л тем, что у меня на душе, и что я постоянно плачу и скучаю по Егору.

– Я тоже все время плачу.

Поразительно, насколько мы с Л. притягиваемся в подобные моменты. Мы очень подходим друг другу для взаимоныться и страданий, для утешений и поддержки. Вместе в горе, но не в радости. В радости почему-то уже не так интересно.

– Поехали ко мне на ночевку, водки выпьем, – предложила она.

Да. Конечно, да. То, что надо. Мы тут же слиняли с чаёчных посиделок и побежали в магазин, однако для покупки алкоголя уже было поздновато, поэтому до утра закидывались чипсами, огромная пачка которых все никак не заканчивалась.

Напоминаю, это был вечер субботы. Мы с Егором, конечно, не встретимся завтра. Писать ему смысла не было, но я все же это сделала, предварительно посоветовавшись с Л.

– Не хочешь увидеться завтра?

– Не уверен, что получится, но если с домашкой успею разобраться, то можно.

Я была готова к тому, что Егор сразу меня отошьет, но он оставил дверцу приоткрытой. Хотя лучше б сразу отшил и не давал ложной надежды.

Утром готовили лазанью. Когда мы выкладывали на тесто начинку из фарша с фасолью, я подумала, что она похожа на собачий корм, но решила промолчать. Что зря, так как попробовав то, что в итоге получилось, мы чуть ни блеванули.

Вообще-то нет, пошутила, было очень вкусно.

– Вкусно получилось, хотя эта начинка на собачий корм похожа, – сказала Л, – ну, визуально.

Л всегда была полна безумных идей. С компашкой своих бывших одногруппников они развлекались тем, что постоянно брали друг друга на слабо, и выдумывали какие-то задания.

Вызов принят!

– Мне нужно поиграть с ребенком, – заявила Л.

Звучит просто, особенно если ты вожатый и на играх с детьми собаку съел (это поговорка такая). Но это на смене. А в обычной жизни все не так легко и для кого-то может показаться странным.

– Надо найти ребенка, гуляющего без взрослых, иначе они не то могут подумать. – сказал я.

– Как думаешь, надеть эти ушки? – посоветовалась Л, примеряя ободок с кошачьими ушками.

– Ну ты еще клоунский нос надень и красный шарик с собой возьми.

– Точноо!

Думаете, мы психи? Так и есть. Мы действительно отправились в магазин искать клоунский нос и шарики, но уже больше ради прикола – сфоткаться и видосик снять. Конечно, в таком виде подходить к детям мы не собирались.

– Давай в лесу фотку сделаем, – предложила Л. Так удачно, лес был совсем рядом.

В итоге все оказалось куда проще. Стоило только ступить на детскую площадку и единственная девочка, гулявшая там, сама к нам подкатила. Мы просто съехали с горки для разогрева – она за нами. Залезли на паутинку – она не отстает. В какой-то момент с меня слетела шапка – эта девочка тут же кинулась ее поднимать. Познакомиться с ней не составило труда. Она училась во втором классе и рассказывала про своих подружек и дебилов-одноклассников.

– Как думаешь, сколько мне лет? – спрашиваю.

– Двенадцать?

– Ну почти, – рассмеялась я. – Цифры те же.

Л поиграла с ней в ладушки, а я сняла это на видео. Миссия выполнена. Затем я уехала домой плакать. От души проревевшись и скачав себе несколько новых грустных песен, я прочла сообщение от него:

– Солнце мое, прости пожалуйста, что не смогли сегодня встретиться, совсем в учебе увяз. Может, на неделе у тебя найдется время?

Ну ты в своем репертуаре, подруга. Опять загналась из-за ерунды, надумала себе всякого, как ты это любишь. А на самом-то деле все в порядке. Заработался человек, с кем ни бывает. И он впервые в жизни предлагает встретиться не в выходной день. Это очевидно прогресс. Впереди только самое светлое будущее.

– Ладно, давай на неделе, только в следующий раз хотя бы напиши мне мол «не смогу сегодня».

– Да, прости, и правда нехорошо поступил.

Те пара прекрасных дней счастливого неведения и сахарных иллюзий выдались очень продуктивными. У меня наконец-то появились желание, силы и даже концентрация, чтобы снова делать дела. Получилось разучить новую мелодию на синтезаторе, приспичило пойти на занятия по вокалу – подыскала место и уже записалась на пробный урок, смогла сосредоточиться на чтении книги. Я была полна сил и энергии, меня распирало от мотивации и активности. Ну сейчас-то заживем! Все пойдет как по маслу.

Во вторник после учебы он приехал ко мне. Замаянный, уставший, это было видно. Надеюсь, сейчас он сможет расслабиться и отдохнуть. Заварила чай, рассказала, как мы тусили с Л, он снова показывал мемные видосы.

– Хочешь массаж? – предложила я.

Он замешкался. Явно не в силах для «а дальше сами догадайтесь».

– Просто массаж, – поспешила уточнить я.

– Да, давай, а то спина так устала.

Когда я закончила, он притянул меня к себе, и мы лежали в обнимку. Так хорошо и спокойно. Так не хочется вставать. Но скоро мама вернется домой, поэтому пора идти.

Мы просто гуляем по окрестностям. Я почувствовала напряжение. Рассказываем что-то друг другу и смеемся. Но не держимся за руки. Он не тянется за моей ладонью, как раньше. Да просто холодно, вот и всё – руки в карманы. Говорит о планах на новый год, на лето. Но в этих планах нет меня. Ни намёка. «Наш корабль снова в пути, но там, где мы будем, ей места нет». Очередная цитатка из «Пиратов Карибского моря» лезет в голову. Сначала рассказывает он, затем спрашивает «а ты чем планируешь заниматься?», а я мимикрирую под него и говорю также, через единственное число. Хотя и хотела бы сказать во множественном, но чувствовала, что не стоит. Что-то не так. Отгоняла эти мысли, убеждая себя в том, что просто надумываю себе лишнего, как это часто бывает. Он просто устал.

В итоге он провожает меня до самой двери в квартиру.

– Я бы хотел с тобой поговорить.

Ну что ж, всё ясно, подруга.

– М?

– Нам нужно расстаться.

Мое сознание будто отключилось. Это правда происходит? Он разрыдался.

– Прости меня пожалуйста. У меня сейчас такой стрессовый период, ужасный завал на учебе и работе, батрачу круглые сутки, мне вообще не до отношений. Я так устаю, что забываю про тебя. Я не хочу быть плохим парнем. Я не хочу тебе писать просто потому, что должен.

Я конечно все понимаю, но как будто это не повод для разрыва. У всех бывают тяжелые периоды, но это не значит, что нужно расставаться насовсем. Мне кажется, что это не истинная причина и пытаюсь докопаться до настоящей.

– Ты не хочешь меня? Я не привлекаю тебя как девушка?

– Ты очень хорошая девочка. Просто из-за постоянного стресса я не испытываю к тебе чувств.

По мне звучит как бред, но допустим.

– Но так же не всегда было?

– Нет, в начале-то у нас с тобой все хорошо было.

– Тебе неинтересно со мной общаться?

– Да нет, мы же сейчас с тобой хорошо погуляли, посмеялись.

– И что ты будешь делать, когда это закончится?

– Да в том-то и дело, что я не знаю, когда это закончится. Ну пройдет оно, а потом начнется снова. И будем мы видеться дай бог раз в месяц. Я не хочу тебя мучить.

«День на берегу – десять лет в море. Не слишком ли дорогая цена?» Сами догадаетесь, откуда эта цитата.

Мы стояли в обнимку, и пока я прокручивала у себя в голове тысячи мыслей и судорожно соображала, что еще спросить, как прояснить ситуацию, как быть может ее вырулить, найти решение, он рыдал у меня на плече. Ничего не имею против мужских слез. Я не считаю, что парни должны скрывать свои эмоции, потому что они МУЖИКИ, наоборот, не бояться показать свои чувства – это признак силы. Но почему-то у меня самой никогда не получается плакать рядом с плачущим парнем, даже если мне тоже очень грустно, и как только мы разойдемся, я тут же начну реветь. Неважно, в одиночестве, в метро, с подругами, с мамой, но только не с плачущим парнем. Что бы это значило?

– Ладно, я пойду, – всхлипнув, сказал он.

– Пока.

Kann verbrennen, kann dich blenden
Wenn sie aus den Fäusten bricht
Legt sich heiß auf dein Gesicht
Legt sich schmerzend auf die Brust
Das Gleichgewicht wird zum Verlust

Lässt dich hart zu Boden gehen

⁹

Начались мои скитания по улицам, квартирам друзей, по бессмысленным тусовкам, а также по закоулкам собственной памяти, тайникам чувств, ощущений и размышлений.

Войдя в квартиру, я все еще не могла до конца осознать произошедшее, а потому и заплакать толком не получалось. Тут же раззвонила всем своим друзьям. Дай им бог сил и терпения, мое нытье они еще долго будут выслушивать.

Моим первым пристанищем снова стала квартира Л:

– Приезжай, водки выпьем.

Забавно, что после этой фразы мы делали что угодно, но только не пили водку. Первая мысль была отказаться, потому что я чувствовала себя слишком обессиленной, чтобы куда-то ехать, но быстро поняла, что именно общение мне сейчас нужно. А также добрая порция колы с коньяком. Валяться в своих слезах в одиночестве не катит. Валяться в своих слезах в компании – да.

Я быстро собралась и поехала к Л. По мере того, как я поднималась по лестнице к ее квартире, слезы подступали все ближе. Едва ступив за порог, я разрыдалась. Л умеет утешать, и хотя плакать я практически не переставала, с ней было спокойнее. Она все что-то говорила, читала стихи собственного сочинения, включила мне Рамштайн, пока я нервно попивала колу с коньяком и судорожно закусывала булкой с плавленным сыром. В итоге Л вызвонила Славика.

– Блин, Славян, приезжай, я тут одна не справляюсь.

Конечно, братишка сразу подорвался.

– Ну не плаачь. Когда ты плачешь, мне тоже хочется плакать. Тебе не идут слезы, тебе идут улыбка и смех. Хочешь, ирисково-коричневый пирог приготовим? – сказал Славик.

Вскоре я наконец прекратила реветь, потому что выдохлась. Просто устала. Хотелось бы, чтоб это чувство кажущегося успокоения продлилось подольше, но утром я буду рыдать с новой силой. Мы легли спать втроем на одну кровать.

Спросил как-то Губерниев Бузову: «вы перестали пить коньяк по утрам?» Что было довольно не в тему, и ему стоило бы спросить об этом меня. И ответ был бы «нет, не перестала». Ладно, шутка, я только тем утром бахнула коньячку и всё – просто допила остатки с вечера. Спиваться я не собираюсь.

Славик ушел на учебу. Я, конечно, могла остаться у Л подольше, но захотела домой по неведомой причине. Мне все еще казалось, что я более-менее успокоилась и готова делать какие-то дела.

– Спасибо, я без тебя бы уже загнулась, – сказала я, уходя.

– Да погодь, у тебя еще целый день впереди.

День, неделя, месяц…

Села на автобус до дома. «Следующая остановка – Сердобольская улица», – объявил автобусный голос. Хах, ну и названьице. Это моя остановочка.

Только зайдя в свою квартиру, я снова разрыдалась, врубив грустную музыку. Что на самом деле ужасная ошибка. Можно позволять себе слезливые песни при невысоком уровне грусти. Тогда они помогут тебе проплакаться, и сразу отпустит, полегчает. Однако в данной ситуации они только вскрывали не успевшую толком затянуться рану, ерзали там и так и сяк без всякой анестезии, а кровь лилась, не прекращаясь, делая смерть долгой и мучительной. Правило №1: не слушать грустные песни. Жаль, соблюдать я его начала далеко не сразу.

Еще меня раздражали следы ботинок перед входной дверью. Наши вчерашние следы. Погода нынче такая – погулял по снежной улице и натоптал в подъезде. Позже пройдется уборщица и вымоет пол, но когда она там доберется до сюда! А избавиться от следов нужно прямо сейчас. Я взяла тряпку и сама вытерла пол в коридоре.

За те дни я много чего наслушалась от друзей и родственников, всячески пытавшихся меня успокоить:

– Хорошо, что вы сразу расстались, и не стали мучать друг друга.

– Да он урод этот твой Егор. Он мне сразу не понравился. Он, конечно, красавчик, но вот этот его взгляд…

– У тебя этих Егоров еще сколько хочешь будет.

– Он тебя не достоин.

– Да он еще прибежит к тебе, вот увидишь!

– Все мужики козлы!

– Это просто не твой человек.

– Ну что ж, он сделал свой выбор.

– Это надо просто пережить.

– Все будет хорошо.

– Да забудь ты про него.

– Да сейчас он разгребет свои дела, а потом будете с кайфом общаться.

– Отношения должны приносить радость, а ты в последние дни только страдала из-за него.

Утверждений много, и каждое имеет право на существование. Все разные, есть похожие, а есть полностью противоречащие друг другу. И мне не нравилось ни одно из них. Каждому я могла найти контраргумент, с каждым хотелось поспорить, все это меня только раздражало.

Что меня утешало:

– Как ты себя чувствуешь?

– Ты можешь прийти переночевать ко мне, когда захочешь.

– Пупа и Лупа пришли в парфюмерную. Им выдали пробники духов, но у Лупы был заложен нос, поэтому Пупа нюхнул за Лупу.

– Ты сейчас дома? – написала моя лучшая подруга Вика.

– Да.

– Хорошо. Ближайший час никуда не уходи.

Сама Вика училась в другом городе, поэтому я догадалась, что скорее всего она мне что-то пришлет доставкой. Это оказалась пицца. Приняв ее из рук курьера, я разрыдалась. С одной стороны, я очень растрогалась от этого жеста, с другой, стало еще грустнее, потому что аппетита у меня совсем не было. Но как известно, он приходит во время еды, так что решила попробовать. Оказалось вкусно. Я с удовольствием съела несколько кусочков под жизнеутверждающий сериал. Правило №2: смотреть смешные видосы и сериалы.

***

Это не слезы, просто мои глаза

истекают излишками моей клёвости,

и мне нужно ее высвободить

(Фраза, вдохновленная цитатой Барни Стинсона из «Как я встретил вашу маму»)

Ладно. Ладно. Попробуй что-нибудь сделать, кроме просмотра сериала. Ты сможешь. Ты не должна ждать. Сейчас ты более-менее успокоилась и самое время начать жить. К занятиям музыкой пока не лежит настроение, но попытаться стоит. Хоть что-нибудь. Ты нашла всякие там музыкальные конкурсы, во всех хочешь поучаствовать, уже примерно прикинула, что хочешь исполнить, но не готовишься. Не можешь играть. Настроение есть только на грустные мелодии, а из-за них ты начинаешь плакать. Кап-кап на клавиши. Не хотелось бы разрыдаться на сцене.

Скучаю по временам, когда текст в грустных песнях для меня ничего не значил. Мне просто нравилась музыка, и я могла слушать ее когда угодно, в любом настроении. Они там что-то завывали про разные любовные разочарования, но это никак меня не касалось. Они поют про это, потому что так, наверное, модно, страдать и скучать по кому-то. Народ слушает, народ выкупает. Но это все не для меня, это для этих грустных взрослых, ведь я такой никогда не буду.

Ну как, чувствуешь себя свободной и независимой? О такой жизни ты мечтала в университете?

Ладно, не ругайся на себя. Ты всегда мыслишь слегка наивно и чуть более оптимистично, чем надо. Тебе кажется, что все проще чем есть. Но ты все равно найдешь и сделаешь то что хочешь, пусть это займет чуть больше времени, чем ты предполагала. Все ошибаются. Твои близкие тебя не осудят и не будут давить.

Ты знаешь, что ты любишь и умеешь делать лучше всего. Это уже пол дела. Совсем скоро станет еще лучше. Ты точно знаешь, что станет лучше. Такова тенденция твоей жизни. Ты постоянно развиваешься. И будет период, когда ты не будешь скучать по кому-то или от безделья. У тебя будет наполненная жизнь. Не ругай себя пока. Уже завтра ты сможешь сделать что-то еще.

Кстати, об этом. Сегодня ты ни разу не заплакала, хоть и были порывы, ты смогла их остановить. Это тоже маленькая победа. Ты вырвалась из графика слез 2/1. Завтра у тебя целый свободный день полный возможностей. Наслаждайся своей свободой, которую ты так хотела. В четверг немного поработать и получить копеечку в копилку. Только спокойствие. В пятницу квартирник с ребятами. Наконец-то попоешь в компании хороших людей. Да, там вероятность заплакать может быть чуть выше. Но это не страшно. Это уже не должно быть так сильно и болезненно.

Черт, эта неделя тянулась так долго. Целую вечность. Но ты уже на финишной прямой. Пережила кульминацию. Дело близится к развязке. А ведь там, на смене, и уж тем более до нее, ты вообще не представляла, что все будет ТАК. Это все не входило в твои планы. Как же это забавно. Планы точно не для тебя.

Только не забывай, что с тобой все в порядке. Ты очень умная. Наивность не порок. Ты будешь учиться всю жизнь. У тебя отличная интуиция. Возможно даже пугающе отличная. Ты предчувствовала, что некоторые вещи произойдут. И это расставание, да. Ты знала, что так будет. Но не хотела себе в этом признаваться. Как же ты этого боялась, просто до смерти. Отгоняла эти мысли, говорила себе, мол, нет, у тебя нет этого предчувствия, этого не будет, ты лишь накручиваешь себя. Самообман. Доверяй своим чувствам. Не всегда они подсказывают хорошее.

***

А сейчас все встаньте и посмотрите себе под ноги,

потому что я собираюсь обронить немного мудрости

(с) Барни Стинсон, «Как я встретил вашу маму»

Старая поговорка гласит: утро вечера мудренее. Часто это действительно так. Мне нравится, что по утрам мозг сбрасывается до заводских настроек. Чушь, волновавшая тебя накануне вечером, стирается, а решение проблемы оказывается таким простым и очевидным. Однако я заметила, что это касается по большей части рациональных, умственных проблем. Ты не мог найти решение задачи, но утром тебя осенило.

Но в периоды эмоциональных потрясений, таких как, ну, к примеру, расставание, утро – самое тяжелое время дня. Даже если на кону вечером боль притупилась, и ты более-менее успокоился, утром неприятное чувство возвращается. Обычно это первая мысль, с которой ты просыпаешься. Она сама будит тебя, ударяет в голову ни с того ни с сего: какое-то воспоминание о человеке или, не дай боже, грустная песня! Это как если ты, например, ушиб ногу. Несерьезная травма. Есть небольшая опухоль. Можешь самостоятельно передвигаться, хромая. Не нужен никакой гипс, достаточно помазаться мазью и ждать несколько дней, пока это само пройдет. Тут важно как раз-таки не залеживаться, а ходить. Утром эта травма дает о себе знать с новой силой. Подниматься тяжело. Но нужно подвигаться.

Твои мысли и чувства, как и твое тело, еще не размялись, не расходились. Внутренние процессы замедлились после нескольких часов лежания. Нужно встать и начать что-то делать, разогнать кровь. И постепенно все проходит. К завтрашнему утру эта боль станет чуть-чуть меньше, а затем еще чуть-чуть меньше.

Зима. Что есть зима? Сейчас для меня это полная тоска (хоть и технически сейчас осень – за окном снежище). Апатия, нежелание что-либо делать. Мрак, холод. Одно из самых неприятных эмоциональных потрясений в моей жизни.

Но скоро это пройдет. Сменится праздничным настроением, зимним уютом, предвкушением чего-то нового. Это время всегда непростое, но в разной степени. В школьные и универские годы это период самой большой лени, усталости, недосыпа, прогулов, сессии. Но что-то тебе помогает в холодные печальные дни. Встречи с друзьями, вкусное какао, веселый сериал, любимая музыка.

Зима – время переосмысления?

***

Кто-нибудь, дайте ему выпить,

он снова начинает думать

(с) Барни Стинсон, «Как я встретил вашу маму»

Наверное, моя проблема и в том, что я не хочу забывать. Не хочу становиться равнодушной. Чего я хочу, так это вернуть все как было в начале, но прошлого не воротишь. Я боюсь, что это останется лишь воспоминанием, где-то там позади, в забвении, во сне. Не так просто перестать думать о счастливых днях своей жизни, полных любви, к тому же не зная, когда сможешь испытать подобные чувства снова.

Мое настроение – это стихия. Волны, неконтролируемые. То нахлынет, то отпустит. И так без конца.

С одной стороны, я могла быть в шаге от истерики из-за того, что в магазинах шампанское не подписывают как «шампанское» (потому что как мне объяснила мама, так можно называть только бухло, произведенное в регионе Шампань), а как «игристое вино», а меня попросили купить шампанское. С другой, мне могло быть абсолютно до лампочки, если какая-нибудь бабка меня отчитает или тетка с работы скажет, что я медленно считаю. Я перестала волноваться на всяких собеседованиях и стажировках, потому что мне все равно – возьмут или нет, получится или нет. А по итогу ведь и брали, и получалось. Неудачи уже не могли меня расстроить, таким теперь не пробьешь. Однако это благодаря не спокойствию и уверенности, а равнодушию. И хоть я не люблю быть равнодушной, пожалуй, чем-то оно мне и помогло, я извлекла из него пользу.

***

С тобой разочарования

не кажутся такими разочаровательными

(с) Барни Стинсон, «Как я встретил вашу маму»

Для меня «поплакать» стало частью повседневной рутины. Это не так грустно, как может показаться. Сейчас слезные приступы хотя бы заканчиваются довольно быстро, в отличие от того, что было в начале. Если я начинала плакать, поток не остановишь целую вечность. Сейчас это приходит резко и также быстро уходит. Но когда-нибудь я перестану плакать.

Я стала очень благодарной людям, с которыми провожу время. Даже если оно было не самым приятным. Потому что именно люди, именно человеческое общение помогали мне отвлечься. Ничто не работало так как это. «Спасибо тебе, дорогой человек, что помог мне вынести еще несколько часов этой жизни». Мне нравится помогать людям. Подсказать дорогу, помочь какой-нибудь бабушке разобраться с банкоматом. На работе мне нравилось подавать им вещи в гардеробе, провожать их за столик, говорить «осторожно, лестница скользкая».

Правило №3: побольше общаться с людьми, особенно с близкими.

***

Любой ваш поступок в жизни никогда

не станет легендарным, если рядом с вами

не будет ваших друзей

(с) Барни Стинсон, «Как я встретил вашу маму»

Все это время я грешила тем, что искала какие-то скрытые смыслы в его словах. Но он такой человек, который всегда говорит то, что думает. Вряд ли этот раз – исключение. Отношения для него не в приоритете. Но мне было недостаточно этого объяснения, потому что я бы так не поступила. Если я люблю человека, то сделаю все, чтобы быть вместе, несмотря ни на что. Если бы меня спросили: «Что ты выберешь – успешную карьеру музыканта или счастливые отношения?» Я бы ответила: «Иди нафиг, я не хочу выбирать. Я хочу и то, и другое». Жизнь – не тест с двумя вариантами ответа. Может, это наивно и глупо, но я бы точно хотя бы попробовала.

О чем я буду писать музыку, если просто запрусь у себя в комнате и буду видеть близких людей раз в месяц? Разве что о своей тоске. Но этого недостаточно. Нужен контакт со внешним миром. Я всегда получаю вдохновение от людей. Это невероятно интересно. Они все очень разные и сложные.

Конечно, оставаться наедине тоже нужно, чтобы заняться собой, отрефлексировать, проанализировать, чтобы создать песню, выразить свои чувства в произведении. А затем снова выходить в свет и наполняться вдохновением. Я не могу отказываться от одного в пользу другого. Они неразрывно связаны и друг без друга не работают.

Для чего я пишу музыку? Чтобы поделиться своими мыслями и чувствами, это мой способ самовыражения. Чтобы люди узнали меня, как я думаю и чувствую, чтобы нашли что-то близкое для себя, и может это помогло бы им справиться с грустью или просто хорошо и весело провести отдых.

Поэтому я хочу оставаться ребенком в каком-то смысле. Хочу радоваться игрушечной стиральной машинке и играть в кораблики в ванной. Обстреливать людей из водного пистолета. Дети знают ничего и всё об этой жизни.

Другая проблема в том, что я всегда очаровываюсь такими людьми как Егор. Их независимость, целеустремленность и всесторонняя развитость невероятно заманчивы. Очень хочется романтизировать их образ, быть на них похожей. Да, у них есть чему поучиться, хотя на деле все наверняка не так радужно, как кажется. У этих ребят есть другого рода трудности.

***

Ничего и всё вознеможно!

(с) Барни Стинсон, «Как я встретил вашу маму»

Мое настроение так и не сменилось на новогоднее, но это ничего. Оно хотя бы сменилось на нормальное, рабочее. В этому году впервые за всю свою осознанную жизнь я не участвовала в украшении ёлки, хотя на самом деле перестала получать удовольствие от этого занятия еще курса с первого, если не раньше. Я делала это вместе с мамой, потому что так вроде как надо. Но уже не испытывала былого трепета. Новогоднее настроение может напасть на меня один раз, внезапно, в октябре-ноябре, когда пройдет первый снег. Тогда я в порыве вешаю у себя в комнате гирлянды, запал проходит, и в другие дни включаю их только потому, что «ну надо, не просто так же я их повесила, и вообще скоро новый год, надо праздничную атмосфэру создать ляля три рубля». Но меня это не расстраивает. Я понимаю, почему так происходит. Я перестала воспринимать новый год как нечто волшебное, и что-то от него ждать, ведь знаю, что само все не поменяется, и это по факту, самый обычный день.

На самом деле чудо нагрянет на меня в неожиданном месте, потому что самые крутые вещи в этой жизни происходят внезапно.

А сейчас вынырнем из беспорядочного потока мыслей и разложим все по полочкам. Теперь я в состоянии структурировать информацию.

Итак, несложные правила для сложных жизненных периодов:

Не слушать грустные песни!!!

Смотреть смешные видосы и сериалы

Побольше общаться с близкими людьми

Не сидеть без дела

Вещи, которые я знаю точно:

Моя жизнь будет еще круче, чем прежде, потому что таков ее закон. С каждым годом она становится все лучше и лучше. Может, не проще, но определенно лучше. Так показывает многолетний опыт, эта тенденция не меняется с моих одиннадцати лет. Поэтому сомневаться нет оснований. И да, этот год все еще лучше предыдущих, несмотря на такое эмоциональное потрясение, на эту подлянку под конец.

У меня очень крутые друзья, которые действительно познаются в беде. Каждый поддерживал меня как мог, без них я бы уже валялась в канаве. Я просто счастливчик. У меня есть люди, в которых я могу быть уверена.

Больше всего в этой жизни я люблю смеяться, и эту возможность у меня никому никогда не отнять.

Скоро день начнет увеличиваться, а я перестану плакать.

«Когда я печалюсь, я перестаю печалиться и вместо этого становлюсь клёвым» (с) Барни Стинсон, «Как я встретил вашу маму».