Цитаты из книги «Тоня Глиммердал», страница 25

"Почему ты любишь своего папу, Тоня Глиммердал?" - спросила Хейди вчера. Почему - почему, думает Тоня. Потому что он папа, вот и все. Потому что у него борода такая смешная, и потому что он открывает банку йоки, когда у Тони плохо на душе, и потому что он заботится о ней. Папа почти как гора, думает Тоня. Всегда рядом. Поэтому она и любит его.

- Гунвальд, что бы ты делал без меня? - часто спрашивает Тоня. - Я бы сам закопал себя в землю и сдох, - отвечает Гунвальд.

Мне кажется, Гунвальд впадает в маразм, - сказала Тоня папе.

Голос у нее грустный. Мало удовольствия иметь закадычным другом маразматика.

Но есть одно железное правило: Тоня Глиммердал не делает даже простейшего прыжка на лыжах, если Гунвальд не следит за ней в бинокль из своего окна. Во-первых, что за радость прыгать, когда никто на тебя не смотрит? А во-вторых, хорошо, чтобы кто-нибудь мог позвонить в Красный Крест и вызвать спасателей, если она приземлится так, что встать уже не сможет.

Гунвальду семьдесят четыре года, и он лучший Тонин друг.

— Неслабо, однако, — говорит Тоня в мрачные минуты, — закадычный друг у меня — упрямый старый пень. Всё же выбор в Глиммердале прискорбно мал.

- Взрослые делают много глупостей, Тоня, я знаю, что говорю, - видишь, сам нализался с утра в будний день.

И он покачал головой, порицая свое поведение.

– Но самое важное знаешь что?

Он повернулся к Тоне:

- Дети ни в чем не виноваты.

На каждое слово Нильс ударяет пальцем Тоню по коленке, словно вколачивает в нее эту истину: дети-ни-в-чем-не-виноваты.

- В чем не виноваты? – спрашивает Тоня едва слышно.

- Ни в чем. Все глупости взрослые делают сами.

Нет, правда, когда бы Тоня ни пришла, он сидит, уставившись в окно.

- О чем ты думаешь? – спрашивает Тоня.

- Хм, - отвечает Гунвальд.Однажды Тоня ворвалась без стука. Перед Гунвальдом по столу были разложены фотографии, но, увидев Тоню, он сразу сгреб их в кучу.

- Что это? – спросила Тоня.

- Хм, - ответил Гунвальд.В другой раз Гунвальд сидел и читал зеленую книгу. При виде Тони он закрыл ее и спрятал под стол.

- Что это за книга? – спросила Тоня.

- Хм, - ответил Гунвальд.Мне кажется, Гунвальд впадает в маразм, - сказала Тоня папе.

Голос у нее грустный. Мало удовольствия иметь закадычным другом маразматика.

- Хм, - сказал папа.

- Откуда у меня возьмется крестьянская жилка, если мне не разрешают не спать по ночам! – кричит Тоня сердито.

Папа уверен, что жилка возьмется сама по себе. К тому же мир устроен так, что девочка девяти лет может не спать только одну ночь в месяц, и в нынешнем месяце Тоня свою ночь истратила на Хейдином крыльце.

Как же это похоже на Гунвальда - купить такого придурочного барана! А теперь половина ягнят - его дети. Скоро у Гунвальда будет отара психованных овец, думает Тоня. И он опять будет приставать ко мне, как ему с ними управляться.

Мальчики тоже замечают ее и сбавляют ход. И вот они уже стоят лицом к лицу посреди заснеженной долины Глиммердала. Тоня не успевает улыбнуться, как мальчик в бандане говорит:

— Только попробуй тронуть моего брата!

Тоня поднимает брови.

— Вот только тронь его, я тебя порублю в фарш и накручу из тебя котлет с соусом, — задирается мальчишка и смотрит на нее очень грозно.

Второй мальчик, тот, которого нельзя трогать, стоит и поеживается, глядя в сторону. Ну как тут удержишься? Тоня демонстративно ставит «финки» в снег, проходит мимо задиры, подходит к тихоне у обочины и приставляет указательный палец к его плечу.