Читать книгу: «Когда-нибудь мы будем улыбаться»

Ты меня ненавидишь,

Твоя злость безгранична.

Каждый раз унижаешь,

Избиваешь публично.

А я все любить,

Тебя продолжаю,

Хоть и сердце кричит:

«Я от боли страдаю».

Была сильной девчонкой,

И не знала беды,

А потом появился,

Безжалостный ты.

В твоих руках,

Игрушкой стала я,

А ты лишь сказал:

«Я сломаю тебя».

Глава 1

Я просыпаюсь от яркого света, который светит мне прямо в глаза.

Вскакиваю с постели от страха, но понимаю, что это светит солнце.

Я сразу же успокаиваюсь. Чувство страха покидает меня.

Сегодня выходной. Я улыбаюсь, осознавая это.

Подхожу к окну и смотрю на улицу. Погода крайне удивительная, уже долгое время шли дожди, но сегодня она явно решила нас побаловать. Яркое солнце слепит глаза, и я щурюсь от этого. По прохожим людям на улице, на которых довольно-таки легкая одежда, я понимаю, что там тепло.

Целый день я не буду видеть это чудовище. Целый день я смогу дышать спокойно, зная, что мне ничто, и никто не угрожает. Целых двадцать четыре часа я не буду его видеть и слышать.

На моем лице снова появляется улыбка.

Полусонная, я иду в ванную. Посмотрев в зеркало, вижу небольшой синяк на щеке. Но все это не страшно, учитывая какие синяки я прячу на своих руках и ногах. Я уже молчу о том, какие раны у меня на сердце.

Я иду на кухню. Мне очень хочется есть, но вижу, что еды у нас, как всегда нет.

Взявши деньги и переодевшись, иду в магазин за продуктами.

На стене подъезда замечаю надпись, которая была здесь уже около месяца:

«Филатова шлюха»

Мое сердце обливается кровью, когда я вспоминаю автора этого творения. Я ненавижу его.

Выйдя на улицу, замечаю своих родителей на лавочке, в окружении компании алкашей и кучей бутылок.

Да, мои родители пьют алкоголь в больших количествах. Слишком много. Так давно, что я и не помню, когда последний раз видела их в трезвом состоянии. Я все время наблюдаю эти пьяные лица.

Ненавижу своих родителей. Видимо я ужасная дочь, но я их просто ненавижу. Да, они подарили мне жизнь, но хорошими родителями, они так и не стали. За всю свою жизнь, я так и не получила от них ни капельки поддержки. Ни грамма любви. Я никогда не слышала от них хорошего слова в свой адрес. Мама с папой никогда не занимались моим воспитанием. Им просто плевать на меня.

Мой отец начал пить еще до моего рождения. Он тогда пил немного. После моего появления, мама вообще не пила. Ей приходилось одной воспитывать меня и моего любимого брата.

Когда мне было три года, отец начал пить каждый день, и был в постоянном запое. Он избивал маму, на наших с братом глазах. Избиения были частыми, но мама терпела это. Уже в моем пятилетнем возрасте, мама взялась за бутылку. Поначалу она пила мало, но со временем присоединилась к отцу. Моему брату Паше – на тот момент было четырнадцать лет. Отец тогда уже не поднимал руку на брата, ведь Паша мог постоять за себя. До того как Пашка еще не мог заступиться за себя, отец его жестоко избивал. Он бил их с мамой вместе, и лишь мне никогда не доставалось от него. Когда у папы начинался приступ агрессии, брат прятал меня от него.

Я никогда не забуду все те места, в которых пряталась от отца.

Вспоминая все это, у меня дрожат колени.

Уже с шести лет, я была без воспитания родителей. Для любого ребенка, это огромный удар, и если бы не Паша, не знаю, что бы тогда со мной было. Целыми днями я была с ним. Он всегда поддерживал меня и говорил, что все будет хорошо. И я верила ему. Брат смог заменить мне маму и папу. Он для меня – все. Я даже не хочу думать, что бы делала без него.

Когда Паше исполнилось шестнадцать, он уехал в другой город учиться. Ему нужно было туда ехать. Тогда мне было всего семь лет. Брат не хотел уезжать, оставляя меня с родителями. Даже в том маленьком возрасте, я смогла убедить его ехать в тот город на учебу. Он хотел забрать меня с собой, но этого нельзя было делать, потому что я была слишком маленькой. Потихоньку я начинала привыкать к этой жизни. В детский дом меня не могли забрать. Когда к нам кто-то приходил, я отбирала бутылку у родителей, и они могли выглядеть более-менее трезво. Я не хотела оказаться в детдоме, и делала все зависящее от меня, чтобы не попасть туда.

Сейчас Паше уже двадцать пять лет, и он хочет забрать меня к себе жить, но я не поддерживаю это. При каждой нашей встрече, он уговаривает меня переехать. Но я каждый раз отвечаю ему отказом.

Я привыкла жить так, как живу сейчас. Не могу сказать, что это легко, но это не настолько трудно, чтобы уезжать отсюда. Мне хватает того, что Паша высылает деньги и приезжает в свои выходные, которые бывают редко. Он работает адвокатом и ему хватает денег, чтобы обеспечить меня и себя.

Можно сказать, что в квартире я живу одна. Родители лишь иногда там бывают. Они всегда бывают у своих друзей. За квартирой полностью слежу я.

Еще с пяти лет я научилась быть сильной. Я умею постоять за себя.

Но все это, сейчас бесполезно с одним человеком. Только с ним, я полностью потеряла способность быть сильной. С ним я жалкая и беспомощная. Даже от своих родителей, я никогда не испытывала такого страха, как от него. Один его взгляд, и у меня подкашиваются ноги. Я боюсь его. Безумно боюсь.

Вспомнив о нем, вздрагиваю.

Уже завтра я его увижу. Уже завтра он унизит и оскорбит меня.

Целый день я провожу перед телевизором. Хороший сериал, и мое настроение поднимается.

Только вечером вспоминаю, что забыла сделать уроки. Пока я разбираю учебники, звонит мой телефон.

– Алло, – отвечаю, не успев посмотреть на экран.

– Привет, Лер. – Я улыбаюсь, когда слышу самый родной голос. – Как у тебя дела?

– Привет, Паш. Все хорошо.

Я быстро рассказываю ему о своей прошедшей неделе, но упоминая лишь хорошие моменты, промолчав о своих проблемах в школе. Паша не должен о них узнать.

На моем лице появляется широкая улыбка, когда брат говорит, что скоро приедет. Настроение сразу повышается.

Поговорив еще минут десять по телефону, отключаю его.

Я безумно рада, что Паша скоро приедет. Момент встречи с ним, для меня всегда является праздником.

Не убирая с лица улыбку, продолжаю перебирать учебники, пока в одном из них не нахожу записку.

Улыбка сразу меркнет, появляется страх.

Трясущимися руками, открываю ее.

Сразу же узнаю этот почерк, и от этого мое сердце бьется как сумасшедшее. Этот почерк уже смог врезаться в мою память.

Затаив дыхание, читаю записку:

«Скоро игрушка будет сломана»

Он называет меня своей игрушкой. Он считает меня своей игрушкой, играя, как ему вздумается. Он обещает меня сломать.

Я привыкла к его угрозам, но все равно очень боюсь. Этот человек не знает меры, он просто не знает предела. Его жестокость ко мне безгранична.

Домашнее задание, я так и не делаю, решив сделать себе еще один выходной. Мне нужен еще хотя бы один день, чтобы набраться сил, и терпеть его агрессию.

Глава 2

– Здесь есть кто-нибудь?

Я стою в коридоре школы совершенно одна. Меня пугает отсутствие людей. Подойдя к двери в класс, я отчаянно пытаюсь ее открыть. Заперто. Снова дергаю, и снова бессмысленно. То же самое происходит с остальными дверьми. У меня паника. Я бегу к выходу, и там дверь тоже не подчиняется мне. Со всей силы бью по двери.

Я слышу чьи-то шаги, меня сковывает страх, и я начинаю дрожать.

Из-за угла появляется Ян.

Еще сильнее, я бью в дверь, но она намертво закрыта.

– Даже не пытайся. Тебе не уйти отсюда.

Его голос заставляет дрожать колени. По моим щекам льются слезы.

– Что тебе нужно от меня? – собрав все свои силы, спрашиваю у него.

Ян подходит ближе, и я отступаю назад.

Выхода нет. Мне никак не уйти от него.

В руках у Яна появляется какая-то кукла. Он поднимает ее к моему лицу.

Я скатываюсь вниз по стене на пол. У меня начинается истерика. Он держит в руках куклу, которая до безумия похожа на меня. Он держит в руках мою маленькую копию.

– Видишь это? – он еще ближе придвигает куклу ко мне. Я киваю. На его лице появляется дьявольская улыбка. – Это ты.

Ян начинает смеяться. Его смех как из фильма ужасов. Он смотрит на меня и заливается смехом.

Я дрожу от неистового страха перед ним. Мои рыдания никак не прекращаются.

– А теперь смотри.

Внезапно, он перестает смеяться и смотрит мне прямо в глаза с серьезным лицом. Меня это еще больше пугает.

Он резко хватает куклу и ломает ее. Он ломает меня.

Ян снова смеется, а я кричу от страха.

Он только что сломал мою маленькую копию.

Я слышу чей-то крик. Ужасный, душераздирающий крик. До меня не сразу доходит, что это я кричу.

Я просыпаюсь в холодном поту.

Сон. Это был всего лишь сон.

По моим щекам льются слезы. Я плакала сквозь сон. Я кричала сквозь сон. Я чувствовала всю ту боль. Мое сердце бьется, словно бешеное. Руки дрожат. Я пытаюсь утешить себя, что это был сон и сейчас все хорошо, но перед глазами, вновь и вновь, появляется Ян с куклой. Его смех. Резкое движение, и кукла сломана. Я сломана.

Часы показывают всего три часа ночи. Пытаюсь подняться с постели, но получается у меня это с третьей попытки. Медленными шагами, иду в ванную комнату, держась за что угодно, только бы не упасть. Включив свет, подхожу к зеркалу.

У меня ужасный вид. Все лицо красное и потное, залитое слезами. Волосы прилипли к лицу. Я морщусь от своего отражения.

Включив воду, брызгаю на лицо, в попытке хоть немного освежиться. Не помогает.

Мои руки дрожат так, как никогда не дрожали до этого.

Я возвращаюсь в свою комнату и ложусь в постель.

Мне нужно поспать. Мне просто нужно уснуть и забыть этот ужас. Но я даже не могу спокойно закрыть глаза. Как только я их закрываю, сразу вижу тот момент, когда ломается кукла.

К глазам подступают слезы, но я быстро их смахиваю.

Черт возьми, мне нужен сон.

Всю ночь я так и не могу уснуть, но ближе к утру, все же проваливаюсь в сон. На это раз мне ничего не снится.

Когда я просыпаюсь, часы показывают час дня.

У меня нет того страха, что был ночью. Я абсолютно ничего не чувствую. Внутри полная пустота.

Поднявшись с кровати, подхожу к столу. На нем лежит листочек бумаги. Не вспоминая, что это, открываю его. Сразу же внутренняя пустота заполняется страхом.

«Скоро игрушка будет сломана».

Я уже и забыла про эту записку, но сейчас она снова появилась перед моими глазами.

Я разрываю ее на мелкие кусочки.

– Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. – Кричу на всю квартиру.

Страх немного отступает, когда я вижу что осталось от этого листочка.

Я подхожу к окну, открыв его, выбрасываю все остатки от записки. Чувствуется легкость от этого, будто я только что выбросила в окно весь свой негатив.

Все же я нахожу в себе силы улыбнуться, и сердце сразу наполняется теплом.

Немного успокоившись, решаю, что мне нужен свежий воздух. Мне нужна прогулка.

Быстро надеваю джинсы и футболку. Подхожу к зеркалу, осмотреть свой внешний вид. Пустой взгляд, огромные синяки под глазами и следы от слез.

Нахожу свою любимую толстовку и надеваю ее, накинув капюшон на голову.

Так, меня никто не узнает.

Оказавшись на улице, понимаю, что не зря надела толстовку. Очень холодно, несмотря на ярко светящее солнце.

Я иду в парк, решая посидеть на лавочке. По дороге встречаю парня и девушку, которые идут, обнявшись и мило хихикая. По ним сразу видно, что они влюбленные. Их глаза просто светятся от счастья. От них так и пахнет любовью.

Мое сердце сжимается.

Мы ведь тоже могли быть вместе. Гулять как эта пара. Смотреть друг на друга взглядом, полным любви, а не ненависти.

Все это могло у нас быть.

Любовь намного сильнее ненависти. Нужно быть сильным, чтобы выбрать любовь, но он видимо слабый. Он выбрал ненависть.

Неожиданно мой взгляд падает на какого-то парня. Такие же черные волосы, как у Яна. Такие же глаза, губы, брови. Это он.

Отвернувшись от него, начинаю бежать как сумасшедшая. Люди смотрят на меня, будто на идиотку, но они не знают, почему я так быстро бегу. Мои ноги отказываются так быстро бежать, и я останавливаюсь.

Затаив дыхание поворачиваюсь, чтобы посмотреть, где он.

Черт.

Я обозналась. Это не он. Это не Ян. Я просто перепутала этого парня с Яном. Но от этого, легче мне не становится. Я боюсь.

Довольно-таки часто, я вижу его в других лицах. Это не первый такой случай.

Мои колени дрожат. Руки дрожат. Все мое тело дрожит.

Найдя неподалеку лавочку, сажусь на нее. Сидевший рядом маленький мальчик, встает и уходит. Я ухмыляюсь. Даже ему противно находится рядом со мной.

Опустив голову на колени, прикрываю ее руками. Мои глаза закрыты, и я просто погружаюсь в свой маленький мир. Мир, где нет этой ненависти, от которой у меня возникает столько проблем.

Как бы я хотела сейчас оказаться маленькой девочкой, и все это мне бы просто приснилось. Я хочу, как в детстве, улыбаться и радоваться жизни.

Но ведь настоящего детства у меня так и не было. Пока все дети играли во дворе и ходили в садик, я сидела дома и плакала.

Воспоминания врезаются мне в голову, и по щеке катится слеза. Одна. Вторая. Я уже сбиваюсь со счета. Я снова плачу, вспоминая тот ужасный день из детства. Сердце обливается кровью.

Тогда мне было всего пять лет. Именно тогда, я впервые увидела разъяренного отца. Я просто сидела и смотрела мультики, пока не услышала, как папа кричит на кухне. Он кричал на маму. Выбежав из комнаты, я помчалась на кухню к маме и обняла ее. Она говорила мне, чтобы я ушла к себе в комнату, но я не отпускала ее. Отец все продолжал кричать на маму. Внезапно она оттолкнула меня от себя. И именно в тот момент, папа ударил ее кулаком в нос, откуда сразу же хлынула кровь. Отца это не остановило, и он продолжал наносить удары, один за другим. Я сидела на полу и кричала, не плакала, а именно кричала. Неожиданно, появился Паша и забрал меня оттуда.

– Лер, ты меня слышишь? – спросил он, сжимая мое лицо в своих ладонях. Я кивнула. – Все будет хорошо.

Брат обнял меня, и я успокоилась.

В тот момент, я безумно боялась отца.

«Все будет хорошо».

Именно эта фраза спасла меня тогда. Я перестала бояться папу. Почему-то я понимала, что не могу возненавидеть его из-за того, что он избил маму. Вместо ненависти, я выбрала любовь и простила отца, продолжая его любить.

По моим щекам продолжают литься слезы. Я вытираю их, но это бесполезно.

Это воспоминание прочно засело в моей голове. Этот момент вряд ли я смогу забыть.

Мое сердце сжимается, когда я слышу чей-то смех.

Ян. Это его смех. Только сейчас он не звучит дьявольским.

Я видимо отключилась от реальности. Я даже забыла, что нахожусь сейчас в парке. Но этот смех, я смогла услышать сквозь свои мысли.

Я сижу на лавочке, по-прежнему, опустив голову на колени. Я боюсь поднять голову. Боюсь его увидеть. Но мне нужно это сделать, чтобы оценить всю эту ситуацию.

Затаив дыхание, все же потихоньку поднимаю голову.

Видимо он просто меня не заметил, раз прошел мимо. Но Ян не один. Мое сердце разбивается, когда я вижу его с девушкой.

– Сотников, прекрати, – кричит девушка и смеется, когда Ян пытается ее поднять.

Они смеются как маленькие дети. До этого, я никогда не слышала его искренний смех. Он всегда смеется мне в лицо, как дьявол.

Девушка рядом с ним выглядит счастливой. Ее улыбка так и кричит о любви.

По щеке скатывается слеза от мысли, что Ян тоже мог испытывать к ней любовь. У меня снова начинается истерика. А я уже и забыла тот день, когда не плакала.

Сотников обнимает эту девушку, а внутри у меня все рушится. Мне больно. Мне невыносимо больно видеть его с другими девушками. Даже его удары не доставляют мне столько боли.

Эта девушка просто красотка. Ее светлые волосы выглядят изящно. Милое кукольное личико и большие серые глаза. Она выглядит дорого, в своем красном платье и туфлях на огромной шпильке. Это платье, я видела недавно в интернете, и стоит оно как весь мой гардероб. Видимо у этой особы немало денег, раз она так одевается.

Я никогда не смогу выглядеть как она. У меня никогда не будет такого идеального лица, такой идеальной фигуры. Единственное, чем я могу похвастаться – мои волосы. Это моя гордость. Длинные, густые, абсолютно ровные и блондинистые. От природы, я светлая блондинка. В остальном, мне моя внешность никогда не нравилась. Из-за этого у меня много комплексов.

Я продолжаю наблюдать за Яном и этой девицей. Они просто гуляют, взявшись за руки. Мне становится еще хуже, когда Сотников целует ее. Я отворачиваюсь от них и закрываю глаза, лишь бы этого не видеть.

Меня не может сломать его ненависть, меня будто бы ломает, когда он с девушками.

Я решаюсь посмотреть в сторону, где они стояли и целовались. Когда поворачиваю голову, то просто не вижу их. Они ушли.

Зачем он так поступает со мной? Он назвал дурацкую причину, но я не верю, что та причина послужила такой безумной ненависти. Ян сломает меня, как ту куклу во сне. Вспомнив о том сне, мне становится страшно. Мне всегда страшно, когда дело касается Сотникова.

Ян Сотников. Его имя и фамилия, заставляют дрожать колени. Я никогда не была такой трусихой, но рядом с ним, я узнала другую свою сторону. Рядом с ним, я уязвима. За всю свою жизнь, я не плакала столько, как за этот месяц.

Я нахожусь в парке уже около двух часов и все это время плачу. Откуда у меня столько слез?!

– Девушка, с вами все в порядке?

Я поднимаю голову и вижу перед собой какого-то парня. Он выглядит довольно-таки неплохо. Светлые волосы в красивой и модной прическе. Небольшие серые глаза и пухлые губы.

– Да. Все хорошо, – отвечаю, вытирая слезы.

Он садится рядом, и меня начинает это раздражать.

– Ну, если бы все было у тебя хорошо, ты бы не плакала здесь уже два часа.

Он что, следит за мной?

Я смотрю на него с опаской.

– Ты вообще кто? И что тебе от меня нужно? – резко спрашиваю.

Мне совсем не нужно это знакомство. Меня совершенно не интересует этот парень. Мне нужен Ян.

Господи, какая же я глупая, если продолжаю любить Яна. Да, я действительно его люблю всем сердцем. Уже давно. Я его люблю и одновременно ненавижу.

Как такое вообще возможно? Я сама не могу понять, почему так происходит. Как я могу его продолжать любить после того, что он делает со мной?!

Я люблю его. Безумно. Мне никто и никогда так не был нужен, как он. Я никогда не была влюблена, и не собиралась влюбляться, но это получилось как-то спонтанно и глупо.

Я ненавижу Яна. До безумия его ненавижу. Я ненавижу его каждой клеточкой своей души, и тем же самым люблю.

Более глупых людей, чем я, я никогда не встречала.

– Меня зовут Антон, и я подошел узнать, почему ты плачешь.

Голос этого парня, выводит меня из своих мыслей.

– Со мной все нормально, – говорю сквозь стиснутые зубы, надеясь, что он уйдет.

– А ты сильная, раз продолжаешь меня убеждать сквозь слезы, что с тобой все нормально, – говорит он и улыбается. На его щеках появляются красивые ямочки.

Я не могу сдержать улыбки.

– Как тебя зовут? – спрашивает парень и берет меня за руку. Я отдергиваю ее от него.

– Никогда так не делай.

Мне было противно каждый раз, когда кто-то прикасался к моим рукам. Сейчас я тоже не в восторге.

– Ты чего? – испуганно спрашивает Антон.

– Ничего, – быстро отвечаю, отодвигаясь подальше от парня.

Я смотрю на него. У парня испуганный вид. Он явно не знает, что делать, как и я. Мне хочется, чтобы он ушел, оставив меня в покое. Но Антон не уходит, продолжая сидеть и смотреть на меня. Вся эта ситуация начинает меня раздражать.

Молча, поднимаюсь с лавочки и направляюсь в сторону дома.

– Подожди, – кричит мне вслед этот парень, но я не обращаю внимания. – Можно хотя бы узнать твое имя?

Антон останавливается передо мной, и мне приходится смотреть на него. Если бы я не была по уши влюблена в Яна, то обратила бы внимание на этого парня.

– Зачем тебе мое имя? – строго спрашиваю.

– А что, если ты мне понравилась?

Его слова ставят меня в тупик. Я в оцепенении стою перед ним, не в силах ничего сказать. Такого я не ожидала. В этом нет никакого смысла.

Я обхожу стороной Антона и продолжаю идти в сторону дома.

– Почему ты такая равнодушная? – парень снова умудряется меня догнать. – Неужели мы не можем просто пообщаться?

Я останавливаюсь.

Что, если это общение внесет хоть немного позитива в мою жизнь?!

– Лера, – быстро говорю и ухожу.

На этот раз, он меня не догоняет. Я просто ухожу.

Конечно, я понимаю, что общение с Антоном ни к чему хорошему не приведет, но мне нужен хотя бы один человек, с которым я не буду думать о Сотникове. Мне нужен этот глоток свежего воздуха. И может быть, этим самым глотком станет Антон. Возможно, у нас и получится общение. Странно то, что такой парень обратил на меня свое внимание.

Оказавшись в своей квартире, улыбаюсь. Не знаю почему, но я широко улыбаюсь. Заметив верхнюю одежду родителей, улыбка пропадает. За целый месяц, я видела их дома всего пару раз.

Я иду на кухню. Они сидят там и пытаются о чем-то разговаривать.

– Привет, – говорю им, надеясь на взаимность.

Мама смотрит на меня, и по ее взгляду я понимаю, что ей больше нельзя пить, ведь это может плохо закончится. Такое происходило уже пару раз. И каждый раз, я предчувствовала этот момент. Сейчас я чувствую то же самое, и это меня пугает.

Отец решает тоже посмотреть на меня. От его взгляда, сердце бьется чаще. Снова страх. Взгляд отца переполнен агрессией. Это выражение лица, я помню еще с детства. Каждый раз, когда он так смотрел, он избивал маму.

Мне приходится отвести взгляд от отца, чтобы он не почувствовал, как сильно я его боюсь.

На столе стоит полупустая бутылка. Пора бы мне уже и привыкнуть, но я не могу.

Мама пытается мне что-то сказать, но у меня не получается разобрать ее пьяную речь. Я просто смотрю на эту чертову бутылку, не в силах отвести глаза. В этой бутылке весь смысл жизни родителей. Бросив взгляд на маму, понимаю, что должна ей помочь. Подхожу к столу и беру в руки этот яд. Мои руки дрожат.

Я знаю, что сейчас произойдет. Морально, я уже к этому готова. Конечно, я могла этого избежать, но так я помогу матери.

Из-за стола встает отец, и я инстинктивно делаю шаг назад.

– Поставь на место, – четко слышу его голос, но не делаю, как он сказал.

Со всей силы, швыряю бутылку в стену, и та разбивается. Осколки разлетаются по всей комнате, а запах водки заполняет воздух.

– Ах ты тварь.

Мои ноги становятся ватными. Я понимаю, что мне срочно нужно бежать отсюда, но я не могу.

Отец замахивается, и через секунду я чувствую адскую боль в области глаза. Я падаю на пол. Мой глаз ужасно болит, и слезы появляются сами собой. У меня снова начинается истерика.

Родители выходят из кухни, оставляя меня одну. Слышно как закрывается входная дверь. Видимо они пошли искать себе очередную бутылку.

Я продолжаю сидеть на полу, заливаясь слезами. У меня нет сил, чтобы подняться. Все мое тело болит. Глазом, я практически не вижу.

Спустя полчаса, я все же нахожу в себе силы и поднимаюсь. Кое-как передвигая ноги, иду в ванную комнату. Когда я смотрю в зеркало, то вскрикиваю от того ужаса, что там вижу. Мой глаз совершенно не открывается.

Я быстро бегу к холодильнику, чтобы найти лед. Приложив его к глазу, осматриваю кухню. Нужно убрать все эти осколки.

Лед практически растаял, и я снова осматриваю глаз. Я снова могу видеть двумя глазами. Улыбнувшись, сразу же жалею об этом. Глаз отзывается сумасшедшей болью, и я морщусь от этого. С таким синяком, что начинает потихоньку появляться, мне явно нельзя идти в школу. Теперь, мне придется сидеть дома, пока он станет менее заметным. Целую неделю, мне нельзя будет выходить из дома.

Отлично. Надеюсь, за это время я успокоюсь и получу немного сил.

Почему я все время получаю удары? Почему меня все время бьют?

Я никогда не забуду первый удар отца. Этот день прочно засел в моей голове. Такое не забывается. Тогда мне было девять лет. До того момента я избегала ударов. Пряталась от них. Но все же отец ударил меня. Его глаза, пропитанные ядом, я помню и сейчас.

Был обычный день. Я, как всегда вернулась домой из школы в отличном настроении. Родителей не было дома. Быстро сделав все уроки, я села смотреть телевизор. Через какое-то время, услышала открывающуюся входную дверь. Мне следовало бы уйти к себе в комнату, но я будто приросла к дивану в гостиной. В комнату зашел отец, кое-как передвигающийся на своих ногах. Без каких-либо объяснений и причин, он просто подошел ко мне и ударил пощечину. Мои глаза были наполнены ужасом. Я просто не могла тогда в это поверить. Быстро убежав в свою комнату, я проплакала всю ночь.

На глазах вновь появляются слезы, вспомнив этот жуткий момент.

Я иду к себе в комнату, по пути заглянув в зеркало, и увидев, что синяк, как и был огромным, так и остался. Взяв тональный крем, который подарила мне подруга, пытаюсь хоть немного скрыть последствие удара, но ничего не помогает. Даже боюсь подумать, что будет, если Паша приедет на этой неделе и увидит это.

Пашка всегда подозревал, и сейчас подозревает, что меня бьют родители. Он много раз говорил со мной на эту тему, но я, конечно же, не признаюсь ему в этом. Никогда в жизни, я не расскажу ему об избиениях отца и Яна.

Я слышу, как открывается дверь в квартиру, и мое сердце замирает.

Тихонько приоткрыв дверь своей комнаты, вижу, как родители пытаются зайти в квартиру, на еле-еле передвигающихся ногах. У мамы в руках находится бутылка.

Отец идет на кухню.

– Лера, иди сюда. – слышу я.

Это папа. Он ищет меня, чтобы снова ударить. В этом я уверена.

Быстро схватив свой телефон и куртку, выбегаю в коридор. Надев кроссовки, беру ключи и замечаю, что отец идет сюда. Выбегаю из квартиры, надеясь, что он не пойдет за мной. Оказавшись на улице, я понимаю, что не зря взяла куртку, ведь здесь довольно-таки прохладно.

Мне нужно погулять, пока родители не успокоятся. Где-то час мне придется сидеть здесь. Идти мне никуда нельзя, ведь у меня синяк под глазом. Да и некуда мне идти.

Это не первый раз, когда мне приходится ночью сидеть на улице. Иногда я даже ночевала на лавочке.

Закрыв глаза, я и не замечаю, как проходит время. Скрестив пальцы, возвращаюсь в квартиру.

Глава 3

Неделя, проведенная дома, дала мне возможность успокоиться от угроз.

Мне сложно и одновременно легко, не видеть Яна. Я хочу его увидеть, но боюсь вновь получить всю ту боль, которую он мне причиняет.

Синяк практически прошел, и сегодня я решаю все-таки пойти в школу. Не могу же я всегда сидеть дома. Мне и так нельзя пропускать занятия, ведь у меня скоро экзамены. Но я ничего не могу с собой поделать. Я просто боюсь ходить в школу. Мне страшно от того, что он может со мной сделать.

Целую неделю, я провела спокойно и без капли слез.

Вчера мне звонил Паша и предлагал приехать, но я в панике отказала ему. Небольшой след от удара еще остался. Ни в коем случае нельзя, чтобы брат это увидел.

Я улыбаюсь, вспоминая наш диалог.

– Ну что малая, завтра ты свободна? – спросил веселым голосом Паша.

– А что такое? – спросила я, прекрасно понимая, к чему он клонит.

– Хочу приехать.

Я застыла на месте, не зная как отговорить брата от этой идеи, перебрав в голове все возможные варианты.

– Ну, так что?

Его голос вывел меня из мыслей, и я выпалила первое, что пришло в голову:

– Нет, не приезжай. Мне учебу подтянуть нужно.

Я прикусила губу, ожидая его ответа. Если он все равно решит приехать, то нужно будет думать другую отговорку.

– Ну тогда ладно. В следующий выходной обязательно приеду. А ты давай, учись.

Я улыбнулась и вздохнула от облегчения.

– Лер…

– Что? – спросила я, все еще с тревогой.

– Да так, ничего. Ну ладно, я пошел. Пока, малая.

Целый день в школе, я провожу с чувством страха. Мне страшно его увидеть. Но за весь учебный день, мы так и не видимся. На душе весело и грустно одновременно.

Когда заканчивается последний урок, я с улыбкой собираю свои вещи и иду на выход. На пороге я резко останавливаюсь, заметив до боли знакомую фигуру. Он стоит недалеко от меня, лбом уткнувшись в стену, и разговаривает по телефону. На нем снова идеальные джинсы, кроссовки и синяя толстовка, которая мне нереально нравится.

Я просто стою на пороге, рядом с ним, и тупо смотрю на него. Ян меня не замечает, и мне становится плевать, если вдруг он меня увидит.

Внешность у него всегда была отличной. И сейчас он идеален. Но внешность обманчива.

– Все малыш, пока. Я позже перезвоню, – говорит он в телефон. Мое сердце обливается кровью. – И я тебя.

Последняя его фраза, меня окончательно добивает.

Он только что ответил в любви какой-то девушке?!

Предательские слезы льются по щекам, и я даже не пытаюсь их сдержать. Снова эти чертовы слезы, а мне казалось, я и забыла за эту неделю, как плакать.

Ян поворачивается в мою сторону, и от этого дрожь проходит по телу. Мне нужно убегать от него, но я не могу. Мои ноги, уже в который раз, становятся ватными.

Мы просто стоим на пороге школы, смотря друг другу прямо в глаза. Мои глаза говорят о любви и обиде на него. Его же взгляд, передает всю ненависть ко мне. Хорошо, хоть взглядом нельзя убивать, иначе я бы уже лежала мертвой.

Мне не страшно смотреть ему прямо в глаза. Сейчас, я ничего не боюсь. Первый раз, за столько времени, я не чувствую перед ним страха. Чувствуется лишь странная уверенность, которую прежде, я никогда не ощущала рядом с ним.

Я вытираю глаза, полные слез. Мне абсолютно не хочется плакать, но слезы появляются сами собой.

Ян ничего не делает. Не бьет, не унижает. Очень странно с его стороны. Он просто стоит и смотрит на меня. Его взгляд становится равнодушным. Всего несколько секунд назад, он смотрел на меня убийственным взглядом, а сейчас смотрит так, будто ему глубоко плевать на меня.

Только не равнодушие. Только не оно. Нет ничего хуже равнодушия. Все что угодно. Пусть ненавидит меня. Пусть испытывает ко мне отвращение. Ну хоть что-нибудь, только не это чертово равнодушие.

В его руках звонит телефон, и он отводит от меня взгляд.

– Да, милая, – его глаза наполняются нежностью, когда он произносит эти слова в телефон.

Мне нужно срочно уходить отсюда. Обхожу стороной Яна и направляюсь домой.

Нужно просто забыть о нем. Просто забыть, и все. Но не все так легко в действиях, как на словах.

Зайдя в свою квартиру, сразу проверяю, дома ли родители. К моему облегчению, их дома нет, иначе мне бы снова пришлось куда-то идти, пока они не уснут или не уйдут пить со своими друзьями.

Быстро переодевшись, подхожу к зеркалу. Следы от слез, сразу бросаются в глаза. Огромные синяки от недосыпа. Меня уже, какую ночь подряд мучает бессонница. Сложно уснуть, зная, что приснится очередной кошмар, в главной роли с Яном.

Мой телефон вибрирует, и я беру его в руки. Пришло сообщение.

«Давай через десять минут».

Черт.

Я и забыла про встречу с Юлей. Еще неделю назад, мы договорись сегодня пойти погулять.

За пять минут, я успеваю одеться, привести себя в порядок. Толстовка, джинсы, кроссовки, и я готова. Быстро расчесав волосы, убираю их в хвост.

В парк, я практически бегу, чтобы не опоздать на встречу с подругой. Я ищу ее глазами, но никак не могу найти.

– Кого ты ищешь? – раздается голос позади меня.

От неожиданности, я вздрагиваю и поворачиваюсь.

– Тебя, – отвечаю и улыбаюсь, когда вижу Юлю.

Подруга улыбается мне в ответ, тем самым демонстрируя свои ямочки на щеках.

Мы находим свободную лавочку и садимся на нее.

Большие серые глаза Юли, так и светятся от счастья. Мне становится интересно, что же смогло так сильно обрадовать подругу.

– Ты чего такая веселая? – не выдержав, спрашиваю у нее.

– Да так, просто, – сухо отвечает она.

Время проходит незаметно. Мы уже около часа сидим здесь, разговаривая обо всем.

С Юлей, мне всегда легко общаться. Она моя лучшая подруга с самого детства. Юля старше меня всего на один год. Сейчас она уже учится в колледже на журналиста. Многие видят в ней куклу. Обычную красивую куклу-пустышку, но она не такая. За подругой бегают многие парни, с предложением встречаться, еще бы, она нереально красивая и не слишком самовлюбленная.

Юля рассказывает мне о своем колледже, новых знакомых, о новом парне, и про своих подруг – Алену и Магдалину.

– Магдалина? – переспрашиваю в удивлении, ведь такое имя, я слышу впервые.

– Ну да. Ее так зовут, – объясняет мне подруга, поправляя свои блондинистые волосы. – Она очень крутая. Ей восемнадцать, а она уже подрабатывает моделью.

– Ого.

– Она просто очень красивая.

Я ухмыляюсь. Ничего себе, у Юли подруги.

Для подруги, всегда была важна внешность в людях. Она никогда не будет общаться с человеком, если он не слишком для нее хорош.

Я явное исключение.

Еще наши родители дружили, когда я была маленькой. Собственно, так мы и познакомились.

– Как у тебя на личном фронте? – неожиданно спрашивает Юля. – Появился кто-то?

– Нет, – резко отвечаю, чтобы Юля не задавала больше никаких вопросов на эту тему. – Пойдем пройдемся.

Поднявшись с лавочки, иду в центр парка. Подруга следует за мной. Она больше не задает вопросов о моей личной жизни, и я рада этому. Видимо она поняла, что мне не хочется сейчас говорить об этом.

Мы говорим о всякой ерунде и смеемся, как сумасшедшие.

Неожиданно, Юля останавливается возле какого-то магазина.

– Я вернусь через минуту. Подожди меня здесь, – говорит она и идет в этот магазин.

Я осматриваю прохожих. Снова влюбленные парочки, и снова сжимается сердце от них. Я вновь чувствую боль. Он равнодушен ко мне. Пусть лучше ненавидит меня, чем относится, как к пустому месту. Это хуже ненависти. Безразличие ужасно.

– Привет, – тихо шепчет мне кто-то на ухо.

Я подпрыгиваю от неожиданности и резко поворачиваюсь.

Твою мать.

– Я тебя напугал? – спрашивает Антон и улыбается.

– Нет.

– А ты что здесь делаешь? – он с удивлением, смотрит на меня.

– С подругой гуляю. Она в магазин отошла.

Антон ухмыляется, поправляя свои светлые волосы.

Неловкое молчание. Я не говорю ему ничего, и он молчит. Мы просто смотрим друг на друга. Как сегодня с Яном. Сердце в очередной раз сжимается, от мысли о нем.

– Дай мне свой телефон, – неожиданно выпаливает парень.

– Зачем?

На его лице появляется улыбка. В ответ, я тоже улыбаюсь.

– Ну, так что? – спрашивает он, улыбаясь еще шире.

Не знаю почему, но я достаю свой телефон из кармана и протягиваю его Антону.

Через некоторое время, он возвращает мне его назад.

– Спасибо, – на его щеках снова появляются ямочки. – Извини, но мне нужно идти.

Я улыбаюсь и киваю.

Антон уходит.

Почему это происходит? Почему я испытываю к нему то равнодушие, которое испытывает ко мне Ян?! Ну почему я просто не могу влюбиться в такого парня, как Антон, и радоваться жизни?!

Антон конечно милый, но он мне абсолютно не интересен, как парень. Возможно как человек, он хороший. Может, мы и будем с ним друзьями, но встречаться с ним, я точно не собираюсь. К сожалению, я по уши влюблена в этого монстра, по имени Ян.

– Вау. И кто это был?

Мне и не нужно поворачиваться, чтобы понять, что это Юля.

– Никто. Просто знакомый, – сухо отвечаю.

– Просто знакомый? – со змеиной улыбкой, спрашивает Юля. – И давно вы знакомы?

– Юль, сразу говорю, он мне не нравится. И никак мне не интересен.

– И как вы познакомились? – не обращая внимания на мои слова, снова спрашивает она.

– Ты меня вообще слышишь? Он мне абсолютно не интересен, как парень. Понимаешь? Он мне не нравится!

– Лер, да ты чего? Он же очень красивый. Как такой парень, может не нравится? – с невинным выражением лица, спрашивает подруга. Я смотрю на нее убийственным взглядом. – Ладно, не кипятись.

Юля просто переводит тему разговора на модные цвета в этом сезоне, и я ухмыляюсь.

Погуляв еще полчаса, мы расходимся.

Когда я уже вхожу в квартиру, замечаю отца, который сидит на кухне. Затаив дыхание, иду в свою комнату на носочках, пытаясь не издать ни единого звука.

В комнате, быстро собираю свой рюкзак на завтрашний учебный день. Завтра я снова пойду в этот ад – в школу.

На часах всего восемь вечера, но я решаю пораньше лечь спать. Мне необходим сон. Мне нужен отдых.

Мне снится Ян. Снится, что мы вместе гуляем по парку, взявшись за руки, и мило улыбаясь друг другу. Он останавливается и берет мое лицо в свои ладони. Поцелуй. Такой нежный и ласковый. Такой длинный и сладкий. Ян отстраняется, а по моим щекам катятся слезы.

– Малыш, ты чего? – нежным голосом, спрашивает он, вытирая мои слезы. – Ты же знаешь, что я тебя люблю.

Я просыпаюсь от противного звука будильника.

Черт. Почему это был всего лишь сон? Почему это не может быть реальностью?

Я прикасаюсь к своему лицу. Щеки мокрые от слез. Я снова плакала сквозь сон. Но почему я плакала, если была так счастлива во сне?! Ян сказал, что любит меня, но это был всего лишь сон. А я бы все отдала, лишь бы этот сон стал реальностью. Даже не могу описать, насколько сильно мне хочется услышать от него эти три слова. Но это был сон. Фантастика. А мы живем в суровой реальности.

Все время, пока я собираюсь в школу, с моего лица не сходит улыбка. Я широко улыбаюсь, в ожидании нашей встречи. Плевать, что это был всего лишь сон, я счастлива здесь и сейчас.

Я подхожу к школе и ищу взглядом Яна. На пороге школы стоит много школьников, и сложно среди них отыскать Сотникова.

Неожиданно мой взгляд падает на синюю толстовку.

Ян.

Мое лицо расплывается в широкой улыбке.

Сотников стоит с парнями из его компании. Без девушек. От этого, моя улыбка становится еще шире. Ян стоит лицом ко мне, но, не замечая меня. И я снова, как идиотка, смотрю на него.

Ну почему он такой идеальный во внешности, и такой не идеальный внутри?! Почему он так сильно засел в моем сердце?

Звенит звонок на урок, и Ян уходит со своей компанией. Я тоже следую в класс.

За весь учебный день, я больше его не вижу. После уроков, сразу беру свой рюкзак и иду домой.

«Ты же знаешь, что я тебя люблю».

Эти слова, так и не покидают мою голову.

– Ооо, кого я вижу, – раздается голос позади меня.

Я вздрагиваю и ускоряю шаг. На душе появляется тревога. Становится тяжело дышать. Больше не улыбаюсь. Теперь мне страшно.

Какая же я дура. Хотела увидеть Яна? Идиотка.

– Стой, сука, – слышу я этот мерзкий голос, и мое сердце бешено бьется от страха и чувства беззащитности перед ним.

Меня резко хватают за руку, тем самым останавливая. Все, мне конец. Я пытаюсь закричать, но Сотников закрывает мне рот своей рукой. Моя рука дико болит от его безумной хватки, и я пытаюсь своей свободной рукой убрать его от себя. Но Ян умело перехватывает и другую руку. Я полностью в его власти, и это меня пугает еще больше.

Когда я снова пытаюсь вырваться от него, Сотников сжимает мои запястья еще сильнее. Это жуткая боль.

– Убежать от меня решила? Не вариант, – Ян сжимает мои руки сильнее, и я начинаю кричать от этой боли, но мой крик похож на мычание из-за его руки, продолжавшей закрывать мне рот. – Еще раз попытаешься крикнуть, и я тебя по стенке размажу. Поняла?

Я быстро киваю, и парень убирает руку от моего рта, но его вторая рука продолжает сжимать мои запястья.

– Ну вот, хорошая девочка.

– Ян, что тебе нужно?

Лицо Сотникова излучает только гнев, и ничего кроме него. Я морщусь от этого.

– Доказать тебе, что ты не самая сильная. Что ты, самая обычная игрушка. Поиграться тобой, как ты тогда игралась мной.

– Я не…

– Заткнись. Ты смогла сломать меня, а теперь моя очередь сломать тебя, – Ян прижимается губами к моему уху и шепчет в него, – как куклу. Раз… и все. Куколка сломалась. Куклы больше нет.

Я вздрагиваю от его слов, и парень отодвигается от меня с дьявольской улыбкой. Его улыбка, похожа на ту, которой улыбаются в фильмах ужасов.

– Я сломаю тебя.

Вторая волна дрожи проходит по телу. Кожу левой щеки обжигает. Ян ударил мне пощечину. Он еще сильнее, еще крепче, сжимает мои запястья, так, что я из последних сил сдерживаю крик. Если я закричу, то Ян еще больше разозлится, но на помощь мне, конечно же, никто не придет.

– Я сломаю куколку.

Убрав от меня свои руки, Сотников поворачивается и уходит. Я смотрю ему вслед.

Неужели это тот самый человек, которого я люблю?! Как можно продолжать любить, когда тебе причиняют такую боль?!

Ненависть. Вот, что я испытываю к нему сейчас.

Щеку адски жжет, от его пощечины. Совсем скоро на моих руках, появятся два огромных синяка. Вся я, покрыта ими полностью. Все мое тело, и вся моя душа.

И всему этому, есть только одна причина – ненависть Яна ко мне.

Глава 4

«Куколка сломалась. Куклы больше нет».

Эти слова, снова и снова, звучат в моей голове. Даже спустя три дня, я помню каждое его слово и действие в тот день. Эти три дня, я избегала его в школе. Каждую перемену пряталась в уборной. Каждый урок проходил для меня в страхе. Я пыталась держаться поближе к учителям, ведь так, он не сможет мне ничего сделать.

Учеба проходит крайне тяжело. Моя успеваемость падает. Учителя кричат на меня, из-за такого отношения к урокам, но мне нечего им ответить. Я же не могу назвать истинную причину.

Наконец-то выходные. Как же сильно я их ждала.

Поднявшись с постели, я иду в душ. Посмотрев в зеркало, улыбаюсь тому, что не вижу ни единого синяка. Такое случается крайне редко.

Выйдя из душа, я слышу какой-то шум в комнате родителей, и от этого сжимается сердце. Аккуратно подхожу к их комнате. Тихонько открыв дверь, вижу, что мама спит на кровати, а отец на полу. И снова, на полу валяется несколько бутылок. Не в силах больше на это смотреть, закрываю дверь.

Хочется кричать от боли и обиды на них. Конечно, хотелось бы, чтобы они перестали пить, и мы жили нормальной семьей.

Отлично, даже свой выходной я проведу в страхе. Просто шикарно.

Услышав звонок своего телефона в комнате, я быстро иду к нему. Если он разбудит родителей – мне конец. Взяв телефон в руки, у меня буквально останавливается сердце. Звонит незнакомый номер.

Как он достал мой номер?! Зачем звонит?! Снова хочет поугрожать?!

Мои руки дрожат, когда я сбрасываю вызов. Мне сейчас действительно страшно. Что ему нужно от меня?! Он и так унижает и всячески запугивает меня в школе, а теперь решил это делать и на расстоянии?!

Телефон оповещает о входящем сообщении от этого самого номера. Черт. Сердце уходит в пятки, когда я открываю его.

«Почему не отвечаешь? Может, погуляем?»

Так, стоп. Похоже у меня паранойя. Ян, точно не мог это написать. Конечно, я могу ожидать от него все, что угодно, но никак не предложение о прогулке. Тогда кто мог приглашать меня на прогулку, с неизвестного номера?!

Экран загорается от звонка. Конечно же, звонит этот номер.

С замиранием сердца, принимаю вызов.

– Привет. Почему ты не отвечаешь?

Голос кажется мне знакомым, но кто это, понять я не могу. Но это явно парень.

– Эмм… А это кто?

– Ты прикалываешься?!

– Нет. – я чувствую себя неловко.

– Ты реально не узнаешь мой голос? – возмущенно спрашивает парень.

– Реально. Но если ты назовешь свое имя, это упростит мне задачу.

– Антон.

Черт. Как я могла забыть о нем?! Я же сама, дала ему свой номер. И как это я сразу не поняла, что это он?!

– Ой, прости, – неловко говорю.

С извинениями, у меня всегда было туго. Ну не умею я правильно извиняться, так, чтобы снова не обидеть. Не мое это.

– Ничего. Бывает.

Повисает неловкое молчание.

Ну, вот что я должна говорить ему? Почему он молчит? Почему я молчу?

– Ты не занята? – разрушает тишину Антон, своим вопросом.

– Нет. Сегодня у меня выходной.

– Тогда может погуляем?

Я снова не знаю, что ему ответить. Хочу ли я идти с ним куда-то?! Надо ли мне это вообще?!

– Хорошо, – резко выпаливаю, даже не осознавая, что только что сказала.

– Тогда давай через час в парке.

– Ага, – быстро ответив, сбрасываю вызов.

Черт. Что я натворила?! Зачем я общаюсь с Антоном, если не хочу этого?! Он для меня – глоток свежего воздуха, как я и хотела этого, и действительно, когда мы общаемся, я не думаю о Яне. Хотя о Сотникове, я думаю всегда и везде, не важно, с кем рядом нахожусь.

Взяв свою косметичку, иду в ванную комнату. Должна же я выглядеть, более менее нормально. Моя косметика не имеет таких запасов, как у Юли. У меня есть всего лишь тональный крем, тушь и красная помада. Все это, подарила мне подруга. Я бы даже, никогда не могла себе позволить купить, такую дорогую косметику.

Вид в зеркале у меня, мягко говоря, не очень. Я наношу тональный крем и тушь, и улыбаюсь от своего отражения. Так, оно нравится мне больше.

Надеюсь хоть сегодня, я не буду плакать, и тушь не потечет.

Я иду в свою комнату в раздумьях, чего бы мне надеть на эту прогулку. Подойдя к шкафу, достаю оттуда черные джинсы и небесного цвета толстовку. Одевшись, собираю волосы в хвост, но понимая, что мне так совершенно не идет, распускаю их.

Не успеваю я заметить, как проходит час, и мне уже пора идти. Быстро надев кеды, иду на улицу. Как только я выхожу из подъезда, сразу появляется солнце. Погода по-настоящему весенняя.

Не доходя до парка, я вижу Антона и улыбаюсь. Сейчас он выглядит прекрасно, впрочем, как и всегда. Но жизнь, научила меня не судить о людях по их внешности. Синие джинсы, кеды и… синяя толстовка. Почему именно она? Мне она до боли напоминает толстовку Сотникова.

Черт. Не думать о Яне. Только не думать о нем.

– Привет.

Я даже не заметила, как ко мне подошел Антон. Быстро киваю, вместо приветствия.

– Мило выглядишь, – говорит он, улыбаясь. И снова эти ямочки.

– Ты тоже, – улыбка появляется сама собой.

Без единого слова, мы идем в парк. Здесь большое количество людей, и все лавочки заняты. Я полностью погружаюсь в свои мысли, пока меня не возвращает в реальность голос Антона.

– Расскажи мне что-нибудь о себе.

Я останавливаюсь. Он тоже.

Что я должна ему рассказать? То, что меня бьют и унижают? Или то, что я на хрен никому не нужна? Что он хочет от меня услышать?

– Ну, ты спрашивай, а я отвечу.

– Хорошо, – Антон на секунду задумывается, а потом выпаливает. – У тебя есть парень?

Сердце снова сжимается. У меня мог бы быть парень. Все могло быть, если бы не одно мое слово. Это я все разрушила. Сама. И сейчас, жестоко за это расплачиваюсь.

– Нет, – отвечаю я. – А у тебя есть девушка?

Твою мать. Кто меня за язык тянул? Зачем я спросила это? Он же теперь подумает, что нравится мне. Только этого мне сейчас не хватает.

На лице Антона появляется самодовольная улыбка, и мне хочется ударить по этому красивому лицу.

– Нет, – отвечает парень, улыбаясь еще шире.

Все. Я попала. Теперь я уверена, что он думает, что мне не безразличен.

– Сколько тебе лет? – быстро перевожу тему разговора.

– Восемнадцать. А тебе?

– Пятнадцать.

– Да ладно?!

– А что тебя так удивляет? – возмущенно спрашиваю.

– Я думал тебе семнадцать.

Это звучит обидно. Я всегда выглядела младше своего возраста, и больше тринадцати лет, по внешности, мне не давали.

– Спасибо, – отвечаю, сквозь стиснутые зубы, и продолжаю идти куда угодно, лишь бы подальше от Антона.

Успеваю пройти всего пару метров, как парень догоняет меня. Это не может, не раздражать.

– Лер, ну извини.

Антон обнимает меня, и мои глаза расшириваются от шока. Ненавижу объятия. Может я какая-то неправильная, но я действительно не люблю обниматься.

– Руки убери.

Парень сразу же убирает руки, не отводя от меня глаз.

– Лер, я…

– Проехали. Все нормально.

– Точно?

– Да, – я улыбаюсь, в знак доказательства.

– Хорошо, куколка.

Какого хрена? Он действительно, только что назвал меня куколкой? Ну зачем он снова все испортил?

– Никогда. Слышишь? Никогда, меня так не называй.

Я просто закипаю от злости. Ярость достигает своего пика. Мы гуляем меньше часа, а уже два раза поссорились. Хорошее начало дружбы.

– Извини.

Его извинение звучит искренне. Антон, виновато опускает взгляд. Он чувствует себя виноватым, и это причиняет мне боль.

– Продолжаем опрос. Где ты учишься?

Резко подняв голову, парень несколько секунд смотрит на меня ошарашено, а затем широко улыбается. Теперь мне нравится эта улыбка.

Даже не могла подумать, что с Антоном, так хорошо общаться. Мы ходим по парку уже около часа, разговаривая о всякой ерунде. Наш смех, можно услышать за километр. Он смеется искренне, и у меня нет фальши. Не помню когда последний раз, так искренне смеялась.

Мое лицо резко меняется в выражении. Вместо улыбки, появляется шок и страх. По телу проходит дрожь, от такого неожиданного поворота. Черт.

Ну почему именно сейчас? Почему даже такой счастливый момент, может испортить Ян? Даже когда я о нем успела забыть и радоваться жизни, он появляется и все портит.

– Лер, ты чего? – ошарашено, спрашивает Антон, заметив резкое изменение моего настроения.

Не в силах ответить на вопрос, я просто стою, не двигаясь, уставившись на компанию Яна, которая стоит от нас, всего в десяти метрах. Мой взгляд падает на Сотникова, который весело общается с каким-то парнем.

– С тобой все в порядке? – снова спрашивает Антон.

Перевожу взгляд на него. Он выглядит испуганно. Повернувшись, я смотрю на Яна. Надеюсь, он меня не заметит. Антон тоже поворачивается.

– Лер, это кто?

Парень показывает на эту компанию. Я молчу. Мне нечего ему ответить.

Неожиданно, Ян встречается со мной взглядом. Он снова убивает меня своими глазами. Почему-то, я не могу оторвать от него глаза. Мне просто хочется на него смотреть. Он как всегда красив. И как только я могла влюбиться в него? Сколько раз уже этот парень доказывал мне, что его красота – обман. Я его люблю, он меня ненавидит. Ничего не изменится.

С трудом, перевожу взгляд на Антона, но он не смотрит на меня, а рассматривает компанию Сотникова.

Мне нельзя сейчас здесь находиться. Ян может снова проявить свою агрессию. Ну уж нет, я не допущу, чтобы это произошло на глазах у Антона.

Я поворачиваюсь в противоположную сторону и направляюсь домой быстрым шагом. Плевать, что обо мне подумает Антон. Главное, уйти отсюда. Не успеваю я пройти и два метра, как меня хватают за плечи и останавливают. Это не Ян, я бы почувствовала его.

– Ты куда? – тихо спрашивает меня Антон, будто боясь, что нас кто-то услышит.

– Домой.

– В смысле?

– В прямом. Отпусти меня.

Я вырываюсь из его рук, и продолжаю быстро идти. Но в этот раз, меня останавливают, схватив за руку.

– Лер, что происходит?

– Ничего.

– Не ври. У тебя не получается врать, – Антон, пальцами берет меня за подбородок так, чтобы я смотрела ему прямо в глаза. – Я только что сам все видел.

– Что ты видел? – огрызаюсь я.

– То, как ты изменилась при виде того парня. Ты испугалась его, это было уж слишком заметно. Он твой парень?

– Что? – ошарашено спрашиваю. – Нет.

– Тогда кто он тебе?

Хороший вопрос. Этот вопрос, мучает меня саму уже давно. Действительно, кто мне Ян? Любимый человек? Сомневаюсь. Враг? Вряд ли, врагов не любят. Тогда кто же мне Сотников?

– Оставь меня в покое, – говорю я в ярости, вырываясь от него. И когда мне это удается, снова ухожу.

Сейчас, мне глубоко плевать на Антона. Мне просто нужно уйти отсюда. Как можно скорее.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть, идет ли за мной Антон. Нет. Он стоит на том же самом месте, не отрывая от меня взгляда. Его челюсть напряжена и он в ярости.

Сотникова нигде не видно, и я не могу не радоваться тому, что сбежала от него подальше.

Каждый раз, когда все идет хорошо, в конце меня обязательно ожидает какой-то подвох. И так всегда.

Я уничтожила все, своими же руками. Два года назад, я смогла все разрушить. Из-за своей же тупости и трусости, я сейчас страдаю.

Двадцать пятое мая. Именно эта дата, изменила все. Именно двадцать пятого мая, два года назад, я сделала ужасную ошибку. Если бы только можно было бы вернуть время назад. Только бы вернуться в тот день и все исправить. Одно мое «нет», и сейчас я жертва в руках Яна.

Глава 5

Был сказочный день. На улице светило яркое солнце. Тогда, день был по-настоящему волшебным. Может из-за такой отличной погоды, а может потому, что был последний звонок. Оставалось всего несколько дней до лета. Еще немного и начались бы каникулы.

Не могла сказать, что мне нравились каникулы. Я любила ходить в школу. Там, были все мои друзья. Там, была вся моя жизнь.

На все лето, мои друзья и знакомые уезжали кто куда. Кто-то ездил к родственникам, а кто-то на отдых в другие страны. Единственный человек, с которым я проводила свои каникулы – это Юля.

Это будет последний год Юли в школе. Она хотела уйти со школы с девятого класса и пойти учиться в колледж.

Юля была очень популярной девочкой в школе. Я даже не знала, почему мы с ней так хорошо дружили. Популярность, делает людей эгоистами.

В классе, я имела некое уважение среди одноклассников. Все со мной хорошо общались. Учеба была для меня на первом месте. Мне нужно было хорошо учиться, чтобы в будущем, я могла поступить в хороший университет. В то время, когда все друзья веселились и отдыхали, я сидела перед учебниками. Для меня было важно, иметь только пятерки в журнале. Я была отличницей с первого класса, и поддерживала этот статус.

Среди моих друзей, в основном были парни. Мне просто было легче найти с ними общий язык. Парни не обсуждают, не сплетничают, как это делает большинство девочек. Моим лучшим другом был Саша, мой одноклассник. С ним, я могла разговаривать о чем угодно, не чувствуя себя при этом неловко.

У меня было всего несколько подруг. Моя одноклассница – Инна, Юля, и девочка с Юлиного класса – Амина. Это единственные девочки, с которыми у меня получилось общение.

Всего один год учебы, и все три подруги уходят со школы. Юля с Аминой уходят в колледж, а Инна уезжает в другой город.

На последний звонок, Юля решила меня немного преобразить. Она всегда занималась моим макияжем и прической, пробуя на мне все новые идеи, хотя я и сопротивлялась.

У меня совсем не было косметики, и подруги часто мне ее дарили, хоть и красилась я редко.

– А это не слишком? – спросила я, когда примерила черную мини-юбку, которую заставила меня надеть Юля.

– Нет. Ты выглядишь шикарно, – успокоила меня подруга, поправляя юбку. – У тебя отличные длинные ноги. Зачем ты вообще их прячешь?

В ответ, я лишь пожала плечами, рассматривая свой вид. Выглядела, я действительно шикарно: белая рубашка, мини-юбка и черные босоножки на небольшом каблуке.

– Не перебор, как для ученицы седьмого класса?

– Лер, успокойся. Ты выглядишь, как с обложки. Посмотри на себя внимательно.

Я выполнила просьбу подруги. Длинные блондинистые волосы спадали на спину небольшими волнами. Макияж в стиле smoke eays.

– А так вообще можно краситься в школу? – спросила я, с любопытством рассматривая свои глаза в зеркале.

– Конечно можно. Так все одинадцатиклассницы каждый день красятся. А ты, так боишься сходить один раз в школу?

Я не отрывала взгляда от своего отражения. Та девочка в зеркале, выглядела симпатично. В таком образе, я никак не была похожа на семиклассницу.

– Ну что, пойдем? – перебила мои мысли Юля.

Я кивнула, и мы пошли в школу. Мой дом находился недалеко от школы, и мы могли просто пройтись пешком.

Родители Юли, уже ждали нас в школе. Они всегда ходили на праздники, где выступала их дочь. Ее маме было всего тридцать три года, что никак нельзя было сказать по ее внешнему виду. Отцу Юли, было тридцать четыре года, и он имел свой бизнес, что позволяло Юле не жаловаться на недостаток финансов. Это была по-настоящему дружная семья.

Моя же семья, была полной противоположностью. Родители, выглядели намного старше своего возраста. С финансами, у нас всегда была проблема. Я даже не знала, откуда они берут деньги себе на бутылку. Деньги, мне давал только брат. Каждую неделю, он пересылал мне нужную сумму на всякие нужды.

Когда мы подошли к школе, я сразу улыбнулась. Праздничное настроение было на высоте.

Одинадцатиклассники носили синие ленточки, а девятиклассники – красные. По количеству ленточек, не вооруженным взглядом было видно, что в школе много выпускников.

Уже через два года, и я примерю ленточку, и через четыре – снова.

Линейка прошла быстро. Юля и Амина, были ведущими, отлично исполнив эту роль. Никогда не могла бы подумать, что это восьмиклассницы. Черные волосы Амины, всегда делали ее старше. Все закончилось тем, что директор пожелал нам всем хорошо отдохнуть на каникулах.

Как и всегда, учителя рассказывали нам о правилах безопасности на каникулах. Закончив свой рассказ, нас отпустили домой.

– Отлично выглядишь.

– Спасибо, Саш. Ты тоже.

Друг мне улыбнулся.

– Ты домой идешь, или как?

– Извини, но я с Юлей договаривалась пойти.

– Ну ладно. – немного подумав, Саша спросил. – Ты сегодня не занята?

– Для тебя – свободна. А есть какое-то предложение?

– Да, – друг снова улыбнулся, и я улыбнулась в ответ. Проведя рукой по своим светлым волосам, Саша улыбнулся еще шире. – Давай вечером погуляем. Юлю возьмешь?

– Так вот в чем дело. – я ухмыльнулась. – Тебе Юля нравится?

– Ну не то чтобы…

– Не ври. Ты не умеешь.

– Да. Она мне нравится. Но она сейчас, же с Сотниковым, да?

– Нет. Они недавно расстались, и Ян на нее не претендует.

На лице Саши, снова появилась широкая и искренняя улыбка. Выглядел он, ну очень счастливым.

– Ну, так что? – спросил друг, продолжая улыбаться.

– Давай в восемь?

– Хорошо. Я зайду к тебе.

Я кивнула и пошла на улицу искать подругу, чтобы пойти домой.

Я подозревала, что Саше нравится Юля. Он часто спрашивал у меня о ней. Но у друга не хватало смелости признаться ей в этом. Юля рассталась с Яном не так давно, после месяца отношений. Они были одной из самых красивых пар в школе.

Яна, я практически не знала. Мы лишь иногда общались с ним, когда гуляли с Юлей, и он был с нами. Собственно Юля, нас и познакомила. До этого, я лишь иногда видела его в школе. Не могла сказать, что Ян был хорошим парнем. Я была даже рада, что подруга рассталась с ним.

Саша, был бы отличным парнем для Юли. Красота у него была не только внешняя, но и внутренняя. Он никогда не предавал меня и всегда поддерживал. Прямо как брат.

Увидев на улице Юлю, я сразу же подошла к ней и обняла.

– Из тебя получилась шикарная ведущая.

– Спасибо Лерка.

– У тебя есть планы на вечер?

– Нет, а что? – спросила подруга, подняв брови.

– Может, погуляем? Ты, я и Саша.

– Какой Саша?

– Анисимов.

– А, это тот самый симпатичный мальчик, который тебе типо «друг»? – Юля сделала в воздухе кавычки.

– Не типо, а он действительно мой лучший друг.

– А у него девушка есть сейчас? – спросила подруга, прикусив нижнюю губу.

– Нет. У него никого сейчас нет.

Юля сразу же улыбнулась, а в ее глазах появился огонек. И как это я раньше не заметила, что Саша небезразличен Юле?

– Во сколько?

– В восемь.

– Я приду.

– А как же Сотников? Ты ведь с ним совсем недавно рассталась.

– И что? Мы теперь просто друзья. Ну, повстречались, разбежались.

Я в шоке, посмотрела на подругу. Она так просто говорила об отношениях. Для нее не проблема, менять парней, как перчатки. Нет, Юля не была легкодоступной. Она была непостоянной. Подруга хотела нормальных отношений, просто не могла найти «нормального», как всегда она мне объясняла.

– Кстати, про тебя Ян спрашивал.

– Что? – мои глаза расширились от шока. – В смысле?

– В прямом. Спрашивал, где ты живешь, есть ли у тебя парень, с кем хорошо общаешься и многое другое.

– Зачем?

– Не знаю я. Спросил – я ответила. Все. – с улыбкой, говорила мне Юля.

Я в недоумении, отвела от нее взгляд.

Какого черта? Зачем Ян спрашивал Юлю обо мне? Что ему от меня понадобилось? Мы с ним, никто друг другу, тогда к чему все это? Такие парни, как он, почему-то мне казались опасными, и я держалась на расстоянии от них.

– Эй, ты чего зависла?

Перед моими глазами, подруга щелкнула пальцами, и я посмотрела на нее.

– Мы домой идем?

– Лер, ты извини, но я с родителями пойду.

Юля грустно улыбнулась.

– Ладно. Но чтобы в восемь, была у меня.

– Отлично.

Подруга обняла меня, а потом пошла искать своих родителей, а я просто стояла на том же самом месте, не сдвинувшись ни на миллиметр. Мне не хотелось идти домой. Куда угодно, но только не туда. Весь позитивный настрой, будет испорчен.

– Ты чего тут стоишь?

Испугавшись, я резко повернула голову, чтобы увидеть обладателя этого голоса.

– Ты меня напугал.

Макс ухмыльнулся.

– Так чего ты домой не идешь? – В ответ, я смогла лишь пожать плечами. – Что ты здесь делаешь?

– На тебя любуюсь. Подари мне свою ленточку. Я тоже хочу быть уже выпускницей, – говорила я, улыбаясь.

– И ты сдашь за меня экзамены?

– Нет.

Кто-то из одноклассников, позвал Макса.

– Ладно, ты извини, но мне пора идти.

Я кивнула, и парень ушел.

Макс – мой друг. Но еще Макс и лучший друг Саши. Так что, можно сказать, что мы общались хорошо. Он был уже в одиннадцатом классе, и на следующий год, его здесь уже не будет.

Я собралась идти домой, но вспомнила, что телефон я забыла в классе. Вот черт. Гарантия того, что он был еще там, равна нулю. В нашей школе часто воровали телефоны. И тут еще я его оставила в пустом классе.

Я пошла за ним, все же надеясь, что телефон еще на месте. К моему удивлению, он действительно был там, просто лежал на том же самом месте, где я его и оставила. Я улыбнулась, радуясь тому, что его еще никто не забрал себе.

Сбегая по лестнице, краем глаза, я увидела какого-то парня. Мое внимание, сразу привлекла красная ленточка. Значит он девятиклассник. Посмотрев на него, я поняла, что это Сотников. Хоть он и в девятом классе, он был популярным мальчиком, и практически каждая девочка хотела с ним встречаться. Еще бы, кому не понравится такой парень, как Ян?! Я исключение.

Как и всегда, он выглядел отлично. Белая рубашка, которая ему нереально подходила, черные брюки, черные туфли и выпускная ленточка. На нем, все смотрелось шикарно. Такого идеального парня по внешности, я не встречала.

Неожиданно, Ян остановился прямо напротив меня. Я тоже остановилась.

– Привет, – сказал он, мило улыбаясь.

– Привет.

Его улыбка, буквально заставила меня улыбнуться в ответ.

– Мы можем поговорить? – спросил Ян, слегка смущаясь.

Я кивнула, даже не представляя тему нашего с ним разговора. До этого, мы просто иногда перекидывались парой фраз. Был только один раз, когда мы общались наедине. Тогда, мы сидели в кафе втроем: я, Юля и Ян. Подруга отошла в уборную, оставив нас с Яном одних. Парень первым начал разговор. О чем мы говорили, я не помнила, в памяти лишь были странные взгляды Яна в мою сторону, наш искренний смех и его милая улыбка.

Я вспомнила, как Юля говорила, что Сотников расспрашивал ее обо мне. Стало как-то неловко.

Ян направился в мой класс, и я пошла следом за ним.

О чем, черт возьми, он хотел поговорить?! Мне очень хотелось спросить у него, что ему от меня нужно, но я лишь молча шла за ним.

Только в начале этого года, я узнала о существовании Яна. Хоть я и легко находила общий язык с парнями, с ним, мне сложно было о чем-либо говорить. Сотников был слишком высокомерным и эгоистичным. А с такими парнями, я не общалась. Изредка я ловила долгие взгляды Яна на себе, и от этого, чувствовала себя неловко.

Когда мы зашли в класс, я сразу же подошла и села на парту. Ян подошел ко мне и стал напротив. Он был настолько близко, что я ощущала его дыхание на своей коже.

– Можно спросить? – неловко произнесла я, прикусив губу. В ответ, Ян кивнул. – Зачем ты спрашивал обо мне у Юли?

Этот вопрос, очень волновал меня.

– Она тебе все рассказала?

Ян ухмыльнулся, поправляя свои черные, как вороново крыло, волосы.

– Да. Она моя подруга, и все мне рассказала.

Он улыбнулся, но я стояла и смотрела на него с серьезным лицом.

– Что тебе нужно? – спросила я, не выдержав.

– Поговорить.

– Говори.

Ян отошел к окну. Около минуты он смотрел в него, и я терпеливо ждала, когда он что-то скажет. Мне хотелось уйти, наорать на него, ударить за это молчание. Что-нибудь, но только не эта тишина. Ненавижу тишину, она рождает шум.

Сотников подошел ко мне вплотную. Наше дыхание соединилось в одно целое. Еще немного, и наши носы бы соприкоснулись. Я отодвинулась подальше от него. Меня пугала такая близость с этим парнем.

С минуту, мы просто смотрели друг другу в глаза. Оглушающая тишина, которая была громче крика. У Яна были темно-карие, неимоверно красивые глаза. В них, так и хотелось смотреть, не отрываясь ни на минуту. Потом, мой взгляд упал на его губы. Какие же у него были губы, не такие пухлые, как у многих, но красивой формы. И здесь все идеально.

Я снова перевела взгляд на его глаза. Его же взгляд, был устремлен на мои губы. Затем он снова посмотрел мне в глаза. Этот взгляд, был полон нежности. Я вздрогнула от этих мыслей.

– Лер…

– Я тебя слушаю.

Сотников взял меня за руку, и я покраснела. Мне совсем не понравился этот жест.

– Это нелегко сказать, – Ян прикусил губу и ухмыльнулся. – Ты мне очень нравишься. Давно.

Так стоп. Что он сказал? Может у меня проблемы со слухом? Ян никак не мог сказать то, что я услышала. Это просто нереально.

– Что ты сказал?

Я в изумлении, посмотрела на парня, но его взгляд был прикован на наши руки. Моя ладонь была по-прежнему в ладони Яна.

– Ты все слышала.

– Я думала, что мне послышалось. Это же не может быть правдой?

– Почему это?

– Я не могу тебе нравиться.

– Да почему? – Ян перешел на крик.

– Да потому. Ты такой популярный парень. Вокруг тебя всегда много девчонок. Красивых, таких же популярных девчонок, а я…

– А ты?

– А я не отношусь к их числу, – говорила я Сотникову, будто пытаясь его в этом убедить.

Мне было неловко смотреть на Яна, и я опустила глаза.

– Ты лучше их всех, – прошептал мне на ухо парень, отчего я вздрогнула, и мое лицо сразу же покраснело. Чувствовала я себя, очень неловко. – Ты намного лучше.

Зачем он это сказал мне? Почему он считает меня лучше всех тех девушек, которых он знает? Я никак не могла быть лучше всех этих девчонок. У меня не было такой эффектной внешности, как у них. Все они, одеты, как с обложки журнала, а я…

Мой взгляд по-прежнему был прикован к нашим руками. Я даже не заметила, как Ян сплел наши пальцы. Парень поднял мой подбородок своими пальцами, вынуждая смотреть ему в глаза, но я закрыла их, не в силах выдержать его взгляда.

– Куколка, открой глаза.

Какого черта? Куколка? Серьезно?

От шока, я быстро распахнула глаза.

– Лер…

– Что? – слишком грубо спросила я.

– Давай встречаться.

– Что? – мои глаза буквально вылетели из орбит. Такого, я явно не ожидала. – Я не хочу с тобой встречаться. Не хочу быть твоим очередным увлечением. Ян…

– Ты не будешь очередной. Ты будешь единственной и последней.

Вот это поворот. Единственной и последней? У меня просто не было слов. Конечно, я не верила ему.

– Почему именно я?

Ян провел ладонью по моей щеке, но я скинула его руку.

– Я не знаю, как это объяснить. Просто смотришь на человека и понимаешь, что это твой человек. Ты не похожа ни на кого из них. Ты особенная. Ты не похожа на клубную девочку на неделю, ты создана для нормальных серьезных отношений.

О каких серьезных отношениях может идти речь, если мне тринадцать лет? Ему всего лишь пятнадцать. Он с ума сошел?

Я не могла сдержать смех.

– И что я такого смешного сказал?

– Мне тринадцать лет, тебе пятнадцать. Какие еще серьезные отношения? Ян, очнись, это смешно.

– Нет, не смешно. Кто-то встречает свою вторую половинку в сорок лет, а кто-то и в тринадцать и пятнадцать.

Вторую половинку? У меня округлились глаза. Он точно не моя вторая половина.

Многие бы девушки, будь на моем месте, визжали бы от радости. Многие, но не я. Он правду сказал, когда имел в виду, что я не похожа на всех его прежних пассий.

В таком возрасте, как у меня, мысли должны быть заняты учебой, но никак не парнями. Даже если бы у нас с Яном были отношения, учеба была бы полностью забыта. В будущем, я хотела поступить в университет, а для этого нужно хорошо учиться. Учеба и так не давалась мне легко, а еще если будут отношения, то университету и хорошему образованию, можно сказать пока.

– Лер, что ты на это скажешь?

Его вопрос, выбил меня из раздумий.

– Ты Юле тоже говорил, что она твоя единственная. Говорил, какая она хорошая. Но потом ты ее бросил.

– Нет, мы расстались по обоюдному согласию. Лер, послушай…

– Нет. Это ты меня послушай. Ты говорил все эти слова всем своим девушкам, с которыми встречался. А теперь, ты говоришь это мне. И я должна в это поверить?

– Да.

– Что? Нет, – я снова рассмеялась.

– Да. Ты должна мне верить. Я много чего говорил всем им, но никогда. Слышишь? Никогда, я не говорил никому, что люблю их. Я никогда не чувствовал к ним любви.

– Можно подумать, будто ко мне…

– Да. Ты все правильно поняла.

О, Боже мой. Это ведь не может быть правдой. Не может ведь?

Ян взял мое лицо в свои руки. Мы просто смотрели друг на друга.

– Ты правильно все поняла, – снова повторил он.

Мое лицо вмиг покраснело.

– Я влюблен в тебя. Я не знаю, как так получилось, но я по уши в тебя влюблен. Тот наш разговор в кафе, именно тогда я понял, что влюбился. Мне хотелось говорить с тобой, не останавливаясь, слышать твой смех. В тот момент, у меня внутри будто что-то щелкнуло. Такого прежде никогда не было. Именно ты, смогла зацепить меня так сильно.

Я закрыла глаза. Черт. Как так получилось, что Ян в меня влюблен? Может это просто розыгрыш? Банальный спор? Да, точно. Это видимо просто спор. Ян не мог влюбиться в такую, как я.

Пока я думала обо всем этом, почувствовала теплые и нежные губы Яна, на своих. По телу сразу же пробежала дрожь. Несколько секунд я была в шоке, но под напором парня, ответила на поцелуй. Не знаю, как так получилось, но я поцеловала его в ответ. Когда язык Сотникова прошелся по моей нижней губе и встретился с моим, я испугалась. Нет, я действительно испугалась, растерялась. И только тогда, ко мне дошел смысл всей ситуации. Я резко отодвинулась от него и ударила Яну пощечину. Парень явно позволил себе лишнего.

– Извини, – неловко произнес Сотников.

Все, хватит. Нужно прекратить все это.

Ян держал руку на той щеке, куда я его ударила. Я ухмыльнулась от этого. Он действительно это заслужил.

Я посмотрела парню в глаза. Те самые глаза, которые всегда светились, будто померкли. Нет прежнего огонька, который был там всегда. Меня пугало это.

Я просто должна сказать это, чтобы прекратить все.

– Нет, – резко сказала я, на одном дыхании. Такое сложно говорить.

– Что «нет»?

– Я не буду с тобой встречаться.

Не дождавшись его ответа, я подошла к двери, чтобы уйти, но повернулась посмотреть на него.

– Извини.

Я практически вышла из класса, но замерла на месте, когда услышала его голос.

– Ты еще пожалеешь об этом, но тогда будет поздно.

Я хотела спросить у него, что он имел в виду, но, не набравшись смелости, ушла. Я чувствовала себя паршиво. До этого, я никогда не отказывала парням, потому что мне никто и не предлагал встречаться.

На душе была просто пустота.

Меня не должны волновать парни в тринадцать лет. В таком возрасте не существует нормальных отношений.

Когда я была уже дома, то сразу же пошла в свою комнату и замкнулась в своих мыслях. Праздничное настроение куда-то пропало. Разговор с Яном, выбил меня из колеи.

В дверь позвонили, и я пошла открывать.

– Ты даже не переоделась?

– Что? – я осмотрела себя, понимая, что не переоделась после школы.

– Ты прикалываешься? Ты сама предложила мне сходить на прогулку.

Твою мать. Я забыла про это прогулку.

– Проходи. Я сейчас быстро переоденусь.

– Что ты делала все это время, если до сих пор, не переоделась?

Я пожала плечами, и мы с подругой пошли в мою комнату. Настроение было испорчено, и я кое-как пыталась его поднять.

– Мы с Сашей договорились, что он будет ждать нас на улице.

– Ясно, – смогла выдавить из себя.

Тогда меня не волновал ни Саша, ни Юля. В моих мыслях был только один человек, который перевернул тот день вверх дном.

– Юль…

– Что?

– Я могу у тебя кое-что спросить, но без последующих твоих вопросов?

– Да, конечно.

Нужно было как-то тактично задать ей тот самый вопрос, который не давал мне покоя.

– Когда ты встречалась с Яном, он признавался тебе в любви?

– Нет. Сотников никому не говорил этих слов.

– А он не участвует во всяких там спорах на любовь?

– Что? – Юля рассмеялась. – Ну, он никогда не участвовал в этом. Ему вряд ли нужны все эти споры и приколы. Ян с кем захочет, с тем и будет. Ни одна девчонка ему не откажет.

Значит, я была первой, кто отказал?

– Лер, меня пугают твои вопросы о Яне. Зачем тебе это? Даже не думай о нем. Сотников не такой хороший, как тебе может показаться.

– Я не интересуюсь им. А раз уж он такой плохой, то зачем ты тогда с ним общаешься? Ты сама мне говорила, что вы теперь друзья, – меня очень волновал этот вопрос.

– Не всегда дружишь с тем, с кем хочешь. Он популярный мальчик, я популярная девочка. Мы должны дружить, понимаешь?

Я кивнула, хоть совсем не понимала этого. Это общение у них, было больше похоже на лицемерие, чем на дружбу.

За несколько минут я собралась, и мы пошли на улицу.

– Лер, не хочу сказать ничего лишнего, но кажется, Ян к тебе что-то чувствует. Ты ему явно не безразлична, – сказала подруга, пожав плечами.

Меня будто ударили монтировкой по голове.

– С чего ты это взяла? – кое-как выдавила я из себя.

– Да это даже слепой увидит. Ты не замечала, как он смотрит на тебя? Ни на одну девушку, никогда он так не смотрел. Только на тебя. Неужели ты этого не замечаешь?

Мои глаза расширились от слов подруги.

– Помнишь тот огромный букет ромашек? Ты тогда еще пыталась выяснить, от кого он.

– Помню.

– Цветы были от Яна. Ни одной девушке, он не дарил цветы.

Я застыла на месте.

– Лер, он тебе хотел сказать что…

– Привет, – прервал наш разговор Саша.

Мне до безумия хотелось спросить у подруги, о чем она говорила, но спрашивать об этом при Саше, я не могла. И даже если я позже спрошу у Юли, что она имела в виду, то она явно меня вычислит. А я не хотела, чтобы кто-то знал о том, что произошло между мной и Яном.

Пусть все останется так, как было.

Глава 6

Мое лето проходило отлично. Целые дни, проведенные с Юлей, были шикарными. Мы часто гуляли вечерами втроем: я, Юля и Саша.

Юля все-таки встречалась с Сашей. Лучший друг и лучшая подруга. Я была безумно рада за них.

Когда было слишком жарко, мы просто сидели у Юли в квартире, пересматривая всякие сериалы. Юлины родители уехали в командировку на целый месяц. И тот месяц, я почти жила я подруги. Незабываемые дни, проведенные с ней, и так все лето.

Квартира Юли была в элитном районе. У таких квартир, немыслимые суммы, но родители подруги могли позволить себе жить в таких условиях.

Каждое лето подруга уезжала с родителями куда-то на отдых. Для их семьи, не было проблемой съездить на какие-либо острова. Но тем летом, Юля осталась со мной в городе.

За целое лето, у меня не было ни одного плохого дня. Видимо это потому, что я редко приходила домой. И даже, когда я была дома, родители не спрашивали у меня, где я и с кем была. К безразличию можно привыкнуть.

Я ездила к брату на неделю, в другой город. У него была отличная квартира.

– Нравится? – спросил Паша, когда я осматривала интерьер.

– Очень. Ты когда переехать сюда успел? Ты мне вроде ничего не говорил по поводу переезда.

– Недавно. Лер, может, ты все-таки переедешь от родителей?

Я закатила глаза, и брат видимо понял, что меня бесполезно уговаривать. Не могла я просто так все бросить, и уехать сюда.

Поездка была незабываемой. Мы с Пашей, почти и не были в квартире, целыми днями гуляя на улице. Брат показывал мне город, в котором я была всего пару раз. Уезжать от Паши, мне совсем не хотелось, но это было необходимо. Я не хотела жить у брата и сидеть у него на шее.

Три месяца блаженства прошли, как пару дней. Когда ты счастлив, время идет быстро. Это были самые лучшие каникулы в моей жизни.

За все то время, я так и не видела Яна. Я практически о нем забыла, но до конца забыть, так и не получалось. Когда я оставалась одна, то все время думала о Сотникове. Мне было интересно, где он был, с кем, что делал, как у него дела. Спросить о нем у Юли, я не решалась.

И вот первое сентября.

У Юли был последний год в школе, и она уходит в колледж. Мне же, еще учиться четыре года.

На праздничной линейке, я все осматривала класс, в котором должен учиться Ян. Но его, я так и не увидела среди одноклассников.

На душе появилась тревога и чувство боли. Хотя я даже не понимала, почему это чувствовала.

– Юль, а кто в этом году с девятого ушел?

Спрашивать про Яна напрямую, я не хотела, поэтому решила деликатно задать вопрос подруге, чтобы не вызывать никаких подозрений.

– Царский, Климова, Сотников и Дихтярь вроде.

Что? Ян ушел со школы? Юлины слова, просто выбили меня из колеи. Нет, он не мог уйти. Не мог, ведь?

На сердце появилось непонятное чувство. Такое, мне было незнакомо. Вперемешку с этим чувством, я ощущала боль, будто мне вырвали сердце и потоптались по нем.

– А Ян куда ушел, не знаешь? – в тот момент, мне было глубоко плевать, если Юля поймет то, что Ян мне нравился. Мне просто нужно было знать, где он.

Так, стоп. Я сказала, что мне нравился Ян? Было ли это правдой? Совру, если скажу, что он мне был безразличен.

Я была полной идиоткой, если сначала отказала ему, а потом он мне начал нравиться. Как такое вообще возможно? Я не поверила ему, растерялась, а потом пожалела тысячу раз об этом. Растерянность – мой враг.

– Так ты не знаешь?

– А что я должна знать?

Тогда, внутри все сжалось от ожидания. Чего я не знала?

– Ян уехал в другой город. Может временно, а может навсегда. Оборвал все связи со всеми из школы. Никто толком и не знает, где он. Сама не знаю почему, но я единственная с кем он общается из школы. Но даже мне не говорит, куда уехал, что случилось и вернется ли вообще.

На моих глазах появились слезы.

– Я сейчас приду, – сказала я, направившись в свой класс, где уже никого не было.

Мне нужно было срочно успокоиться.

Как только я оказалась в классе, истерика накрыла меня с головой. Слезы лились ручьем, ладонь не помогала заглушить всхлипы.

Мне нельзя было тогда идти в свой класс. Куда угодно, но только не сюда. Ведь именно в этом месте, я совершила самую ужасную ошибку. Именно в своем классе я лишилась своего счастья, по собственной тупости.

«Давай встречаться»

«Ты не будешь очередной. Ты будешь единственной и последней»

«Я влюблен в тебя»

Его фразы, одни за другими, появлялись в моей голове.

Я сама себя лишила счастья. Дура.

Казалось, что еще недавно он стоял рядом, держал меня за руку, целовал, признавался в любви.

Сотников мне нравился. Очень сильно. И я последняя дура, раз так тогда поступила с ним. Все это звучало очень глупо, после моего отказа. Даже когда я не видела его три месяца, и не факт, что увидела бы снова, он оставался для меня самым лучшим. Но слишком поздно я это поняла.

Было нереально сложно вникнуть в учебу, когда все мысли занимал лишь один человек. Но я все же пыталась полностью сосредоточиться на школе.

Учеба. Учеба. Учеба. Все мое время занимала учеба. Целыми днями, я делала уроки, не отходила от учебников, брала дополнительные задания. Все, лишь бы только было меньше свободного времени. В свободное время, я всегда думала о Яне.

Юля с Сашей пытались вытащить меня отдохнуть, хотя бы на выходные. Но им, это не удавалось. Я вела себя эгоистично, по отношению к ним. И я это знала, но другого выбора, у меня не было.

Я скучала по Яну. Безумно. Мне его катастрофически не хватало. Господи, какой же глупой я была. Сама ведь отказалась от всего. У меня был шанс.

Больше всего, я хотела его увидеть. Я ждала и надеялась, что он приедет. Но вернется ли он вообще сюда когда-нибудь? Увижу ли я его когда-то снова?

Весь восьмой класс, я провела с этими мыслями. Целый год я ждала встречу с Яном. Если бы только я могла его увидеть.

Меня мучили мысли о том, как я могла ему понравится. Как вообще такой парень, как Ян, смог обратить на меня внимание, и судя по его словам – влюбиться?! У Сотникова был выбор между самыми красивыми и крутыми девушками, но встречаться он захотел именно со мной.

Я никогда не считала себя красивой или симпатичной, хотя Юля, меня постоянно убеждала в обратном. Мой характер был ужасен. На все повлиял переходный возраст.

Я была самой обычной девочкой, которая особо ничем не выделялась из толпы. Единственная гордость с детства – волосы. Они действительно привлекали внимание окружающих. От мамы, по внешности, мне достались красивой формы губы, а от папы – зеленые глаза. Ничем не примечательная внешность.

Ну и как я такая, могла понравиться Яну?

Если бы он только вернулся, я бы сразу призналась ему в своих чувствах. И я, идиотка, если думала, что он, невзирая на все обстоятельства, продолжал меня любить. Но мне хотелось в это верить.

Что я чувствовала к Сотникову? Могла с уверенностью заявить, что была влюблена в него по уши.

Возможно, ли влюбиться в человека сквозь расстояние, при этом, не зная о нем, практически ничего?! Раньше, я бы посмеялась над этим. Но тогда, мне было совсем не смешно.

– Юль…

Я подошла к подруге, когда она разговаривала с кем-то по телефону. Юля попросила подождать, продолжая разговор. У нее тогда уже появились новые друзья из колледжа, хоть она и была там всего пару раз.

Был последний звонок. Окончание моего восьмого класса. Прошел целый год, после того случая.

Почти все мои знакомые уйдут со школы в этом году. Юля с Аминой уйдут в колледж. Саша переезжал в другой город. А с остальными, я мало общалась.

Мне было и плохо и хорошо. Смешанное чувство.

Я оглядывалась по сторонам, мечтая увидеть одного единственного человека. Я была полностью погружена в свои мысли, пока не услышала до боли знакомое имя.

– Да, Ян. Хорошо.

Я посмотрела на подругу, а она смеялась и продолжала говорить по телефону. Юля посмотрела на меня, и подмигнула.

– Сотников, ты идиот, – сказала подруга и отключила телефон.

Внутри у меня все разбивалось на мелкие осколки, а я продолжала улыбаться. Почему я тогда улыбалась, понять я так и не могла. Мне было дико больно, а я улыбалась.

– Ну что, идем?

Я осознала, что стояла во дворе школы перед Юлей.

Неужели Юля общается с ним? Она знает, где он?

Моя лучшая подруга общалась с тем самым парнем, от которого я без ума. Как же это ужасно: сквозь расстояние быть влюбленным и не иметь возможности видеть любимого человека.

И как только я могла в него влюбиться? Почему именно этот парень? Вокруг было столько парней, а влюбилась я именно в Сотникова.

Самой себе я пообещала, что при первой же нашей встрече (если она, конечно состоится) обязательно скажу Яну три главных слова. Если мы увидимся, то я признаюсь ему в своих чувствах. Но вот только, состоится ли эта встреча вообще?

Глава 7

– Почему ты такая грустная?

Поводов для моей грусти, было много. Но обо всех, рассказать брату, я не могла.

– Паш, не ну а чему мне радоваться? Я не вижу ни одного повода для веселья.

– А может ты просто влюбилась?

Брат любил меня подкалывать этим, часто задавая мне вопросы о личной жизни и придумывая мне не существующих парней.

От вопроса брата, мои щеки покрылись румянцем, а сердце бешено колотилось в груди. Хорошо, что мы тогда разговаривали с Пашей по телефону, а не вживую.

– Нет. Конечно нет. – Быстро, и слишком резко, говорила я брату. – Просто завтра уже в школу, и я волнуюсь.

Частично, я сказала ему правду.

– И чего так бояться этой школы?

Да, действительно, чего мне так бояться? Те же классы, те же самые люди. Все то же самое. Но почему-то на душе появилось чувство тревоги.

Уже с завтрашнего дня начнутся мучения. Уже завтра начнется учебный процесс и мой девятый класс. Мне, как никогда, стоило сосредоточиться на учебе. Если я плохо сдам экзамены, то у меня будут серьезные проблемы.

Но это была не главная причина моей грусти. Я была до безумия расстроена, что Юля ушла со школы в свой колледж, и теперь мне практически не с кем общаться в школе.

Все ученики школы, были поделены между собой на компании. Моей компанией, была Юля. И без нее, я понимала, что буду одна. Почти все, с кем я хорошо общалась, ушли со школы по разным причинам. Как бы я не уговаривала Сашу остаться в городе, он все же уехал. Поначалу, мы созванивались каждый день, но со временем, общение практически прекратилось.

Даже наша прекрасная дружба с Юлей, немного испортилась. У нее появились новые друзья, и наше общение, с каждым днем, становилось только хуже.

Очень больно наблюдать за тем, как твои лучшие друзья, превращаются в незнакомцев.

– Ладно, Паш, ты извини, но я пойду собираться в школу. Сегодня праздник все-таки.

Я грустно улыбнулась.

– Лер, не грусти ты так, – брат меня всегда мог поддержать, что бы ни случилось. – Все будет хорошо. Иначе быть не может.

– Да, конечно.

Я отключила телефон и пошла собираться на первое сентября.

В планах, у меня было погулять с Юлей после школы. Мне было интересно узнать, как пройдет первое сентября у нее. Подруга предложила погулять в парке.

Тогда мне хотелось побыть с Юлей вместе, без ее новых друзей, и поэтому я попросила подругу, не брать никого с собой.

И вот настал тот самый ужасный момент, когда я оказалась в школе. До праздничной линейки, оставалось еще много времени. Я не знала, чем себя занять, и просто решила поиграть в телефоне. И как только я раньше любила школу?!

Я улыбнулась, когда мне позвонил Саша. Такое, случалось редко.

– Привет, Лер.

– Привет. Как у тебя дела?

– Все отлично. У тебя как? – голос друга, звучал счастливо.

– Тоже отлично.

– Ты сегодня вечером не занята?

Меня немного напряг этот вопрос.

– После школы собиралась с Юлей пойти погулять, а что?

– Хотел к вам присоединиться. Надеюсь, ты не против?

Мои глаза расширились от шока, но сквозь телефон, Саша явно не мог этого видеть. В голове была полная каша. Мне так хотелось спросить у него, что он имел в виду, но от такой неожиданности, я лишь молчала.

– Ты что, в городе? Ты приехал? – спросила я, отойдя от шока.

– Просто отец сюда приехал по делам. Вот я с ним и увязался.

– А когда ты уезжаешь?

Мне не хотелось слышать ответ. Я боялась услышать, что он снова уедет. Мне бы очень хотелось, чтобы он не уезжал. Но это, не я решаю.

– Завтра утром.

– А потом ты когда приедешь?

– Не гарантирую, что приеду вообще. Отец хочет продать эту квартиру, и вряд ли я сюда вернусь. Родители хотят вообще уехать из страны. Отцу предложили хорошую работу в Риге, и он вроде согласился.

Вот так вот легко, я снова теряла своего лучшего друга. Это расстояние, забирало у меня близких людей.

– Лер, не плачь.

– Я не плачу. С чего ты это взял?

– Я слишком хорошо тебя знаю.

Саша был прав. По моим щекам катились слезы. Не так уж и легко знать, что сегодня, я увижу близкого человека в последний раз.

Прозвенел звонок, оповещающий всех о начале линейки.

– Саш, извини, но мне нужно идти.

– Хорошо. Так во сколько мы увидимся?

– Давай в два часа в парке.

Я не стала ждать его ответа, отключив телефон.

На линейке было много народу, будто бы весь город решил сюда прийти. Половина людей, была в отличном настроении, что было видно по их улыбкам. Другая же половина, была с грустными лицами, будто убили кого-то. Я относилась ко второй половине.

Мне было плевать на пламенную речь учителей. Я просто копалась в своем телефоне, делая вид, что мне интересно их слушать.

Я написала Юле СМС, в котором предупреждала, что к нам присоединится Саша.

«Ты серьезно? Он же уехал».

Я рассказала подруге о появлении Саши в городе, и о том, что он, возможно уезжал навсегда. Юля расстроилась не меньше меня, хоть они и не особо общалась с Сашей, после расставания.

Когда линейка почти закончилась, нам сказали разойтись по классам.

Как же сильно все меняет время. Время беспощадно. Еще недавно, в этой школе были самые дорогие для меня люди, не считая Пашу. А что теперь? Я была совсем одна.

Целый час, в классе учитель промывал нам всем мозги за наши экзамены и выпускной.

На свой выпускной в девятом классе, я не собиралась идти. Для него, нужно было много затрат, которые я никак не могла себе позволить. Да и не хотелось мне. Может я еще и передумаю, хотя вряд ли.

А ведь у Яна в этом году тоже выпускной. Только у него будет выпускной в честь окончания одиннадцатого класса, а у меня – девятого.

При мысли о Сотникове, я вздрогнула. У меня не получилось его забыть, и видимо уже никогда не получится.

Я пробовала переключиться на другого мальчика, с которым меня познакомила Юля. Когда меня обнимал этот парень, я отталкивала его, потому что мне были противны объятия. Когда он пытался меня поцеловать, я ударила ему пощечину. На том, наше общение и закончилось. Ну не могла я целовать нелюбимого человека.

Мне ничего не помогало. Совсем ничего. Я будто была Янозависима. Все время, я думала о нем, проклиная себя за это.

Все лето я провела в мыслях о Яне. То лето, было худшим в моей жизни. Мне часто снилось, что мы вместе, счастливы, как дети.

Интересно, а какой он сейчас? Сильно ли изменился?

За два года, с ним могло произойти все, что угодно. Даже я, за это время изменилась. Как и внешне, так и внутренне. Время меняет людей. И оно изменило меня.

– Филатова, вы все поняли?

Ох, черт. Я в недоумении посмотрела на учителя, не понимая, где вообще нахожусь. Потом я все же поняла, что была в своем классе.

Я кивнула, и учительница отвела от меня взгляд.

О чем она спрашивала, и что я там должна была понять, я не понимала. Если бы она спросила у меня о чем-то, мне был бы конец.

Но к моей радости, нас просто отпустили домой.

Я была в шоке, как же сильно изменились мои одноклассники. Почти все, стали слишком взрослыми. Их больше не волновала учеба, им были интересны только клубы и вечеринки. Не все, но большинство стали такими. Им было всего по четырнадцать – пятнадцать лет, а они уже начали регулярно посещать клубы и употреблять алкоголь. Еще больше меня удивило то, что половина класса начала курить.

Даже самая тихая девочка класса, которую вообще не замечали, стала самой настоящей шлюхой. И все мальчики восхищались ею. Меня от этого стало тошнить. Когда эта девочка была скромной и тихой, она была серой мышью, на которую было всем плевать, хотя Диана (а именно так ее и зовут) и была красивой. Как только она стала курить и пить, все мальчики сразу обратили на нее внимание.

Мои глаза расширились от шока, когда я увидела, как Диану прижимали к стене и лезли ей под юбку, а она просто улыбалась.

Неужели в наше время для того, чтобы на тебя обратили внимание, нужно стать шлюхой? Я поморщилась от такой мысли. В таком случае, лучше быть серой мышью.

Мне было противно находиться с этими людьми в одном классе. Обсуждение парней, девушек, пошлые шутки и пошлые вопросы. Все это звучало в нашем классе. Я вышла оттуда, как можно скорее.

Я думала, что хорошо знаю своих одноклассников и легко смогу найти с ними общий язык, в этом учебном году, но как же я ошибалась. Лучше я буду одной, чем в их обществе, которое больше не знает, что такое скромность.

Все-таки за три месяца, многое что изменилось. Все вокруг стало другим. И я в том числе.

Мой телефон завибрировал. Звонила Юля.

– Да, – коротко ответила я.

– Я просто хотела убедиться, что ты это серьезно писала на счет Саши.

– Да. Он завтра уедет навсегда, – с горечью произнесла я.

– Но сейчас же, он здесь?

– Да, но он все равно завтра уедет.

– И что? Научись ценить то, что происходит. Просто не думай о том, что он уедет. Наслаждайся тем, что он здесь.

Может Юля и была права.

– Как в школе дела? – перевела она тему разговора.

– Лучше и не спрашивай. Вот почему, все стали такими шлюхами? – на полном серьезе, спросила я.

Подруга засмеялась.

– В смысле? – спросила подруга, сквозь смех.

– Я про девочек из своего класса. Особенно я в шоке за Диану.

– Так ты не знала?

– Не знала что?

Похоже, я что-то пропустила.

– Диана вроде как встречается с богатыми мальчиками. Они покупают ей все, водят по ресторанам, а она в свою очередь, с ними…

– Фу, – перебила я подругу. Мне было противно слышать дальше. – Диана же была такой скромной, а сейчас…

– А сейчас что? – прозвучало за моей спиной.

Я понимала кто это. Собравшись с мыслями, я повернулась.

– Ну же, давай договаривай, Филатова.

Передо мной стояла Диана. Ее вид, заставил меня вздрогнуть.

– Чего же ты молчишь? – спросила она, ехидно улыбаясь. – Нечего сказать, да? А вот и не хрен обсуждать меня за спиной, а потом заткнуть свой рот при виде меня.

Я покачала головой, не веря тому, как изменилась эта девушка.

– Разве это не правда, что ты спишь со всеми за деньги?

– Закрой свой рот, сучка. Это не твое дело, так что не лезь. Я буду делать то, что захочу. А ты, держи свой рот на замке, – сказала Диана, направившись в сторону выхода.

– Ну-ну, – тихо сказала я.

Посмотрев на экран телефона, я была удивлена, что вызов с Юлей не оборвался. Значит, она все это слышала.

– Вау, круто там у вас.

– Да уж. Очень круто, – сказала я, хмуро улыбнувшись.

– Ладно, я пойду. До встречи.

– Ага, пока.

Я сбросила вызов и пошла на выход из этого мерзкого места. В коридоре было очень тихо, как будто все вымерли, и я осталась одна.

Похоже, у меня будут проблемы. Я не поладила с Дианой, а она была неким авторитетом в классе. Авторитет – шлюха. Потрясающе. Что будет дальше, такими темпами?

Я полностью погрузилась в свои мысли, пока чуть не врезалась в стену.

Что за черт? Меня чуть не сбили с ног, я смогла лишь кое-как удержаться, чтобы не упасть. Отлично. Мне как раз нужно было выпустить свой пар. Мне было необходимо освободиться от напряжения, которое я чувствовала. Наорать на этого человека, было лучшим вариантом.

Я повернулась, чтобы посмотреть на эту жертву. Повернув голову, увидела темноволосого парня, который был повернут ко мне задом, и я не могла увидеть его лица. Но я сразу же заметила выпускную ленточку, по которой поняла, что он одинадцатиклассник.

Я посмотрела по сторонам, убедившись, что учителей рядом не было.

– Молодой человек, а не могли бы вы быть аккуратнее? – сквозь сжатые зубы, спросила я. Внутри все кипело от злости.

Парень повернулся в мою сторону.

О, Боже.

Что за черт?

Я просто не верила своим глазам. Это сон?

Я стояла в ступоре, округлив глаза, пока парень не ухмыльнулся и не ушел.

Мне срочно нужен был свежий воздух.

Я вышла на улицу, но его там не было. Я уже начала сомневаться в своей адекватности. Мне казалось, что это была галлюцинация. Ущипнув себя за руку, я лишь тогда убедилась, что все было реальностью.

Ян.

Несколько секунд назад, передо мной стоял Сотников, собственной персоной.

Неужели он вернулся?

На моем лице появилась широкая улыбка. В животе, я чувствовала тех самых бабочек, о которых так много говорили. Раньше, со мной такого не происходило.

Вот оно, счастье. Я была до безумия рада его видеть. Такой родной, такой любимый.

Более счастливого момента в жизни, я не ощущала. Даже в детстве, когда мне дарили игрушку, о которой я мечтала, я не была так счастлива, как тогда, когда увидела Яна.

Ян вернулся. От этой мысли, мое сердце забилось чаще. На душе стало тепло и легко.

За это время, он очень изменился. Я не успела еще с ним пообщаться, поэтому не могла определить каким человеком он стал. Но его внешность стала другой. Его волшебно-карие глаза, стали еще лучше. Они светились от счастья, излучая нежность. Все те же черные волосы, только уже не коротко подстрижены, а сделаны в модной прическе. С этой прической, он выглядел более мужественно, и она ему нереально подходила.

Увидев его один раз, мне стало слишком хорошо, ведь эту встречу, я ждала очень долго. И вот она случилась.

У меня был всего один вопрос в голове: что же чувствовал ко мне Ян?

Был ли он все так же влюблен в меня, как и тогда? А вдруг он был ко мне полностью равнодушен? От этих мыслей стало нелегко на душе.

Я даже не заметила, как оказалась у себя в квартире. Родителей, как и всегда, не было дома. И мне было глубоко плевать, что с ними происходило.

Еще утром, я ненавидела школу, а уже спустя несколько часов, смогла полюбить ее. Ведь именно в тот день, я увидела любимого человека, по которому безумно скучала.

«Все будет хорошо». Слова брата, снова и снова, появлялись в моей голове. Паша был прав. Все хорошо. Все могло бы быть идеально, если бы родители прекратили пить, а Юля вернулась в школу. Но это было бы слишком хорошая ситуация, чтобы стать моей.

Мой телефон издал звук входящего сообщения.

«Через десять минут в парке».

Черт. Ну как я могла забыть, о нашей встрече с Юлей и Сашей? Встреча с Яном выбила все мои мысли.

Я быстро пошла переодеваться и собираться на прогулку. Особо наряжаться, я не стала. Просто надела джинсовые шорты и майку. На голове был полный бардак, и времени его исправлять не было, поэтому я просто надела бейсболку.

Я побежала в парк, ведь времени у меня совсем не оставалось.

Когда я уже была на месте, ни Юли, ни Саши, еще не было. Я забыла телефон дома и не могла им позвонить, чтобы узнать, где они. Но одно все-таки радовало: я не опоздала. Не любила опаздывать.

Спустя минут десять, Юля появилась.

– Лерка, прости меня, – подруга мило улыбалась.

– За что?

– За опоздание.

– Проехали. Все нормально.

Юля еще шире улыбнулась, поправляя свои белые, как снег, волосы.

Мы сидели в парке около часа, говоря обо всем сразу.

– Странно, что Саши до сих пор нет, – тихо сказала я.

– Он сказал, что опоздает немного. У него какое-то срочное дело.

Я ухмыльнулась, и Юля продолжила рассказывать мне о своих новых знакомых и каком-то парне, с которым она встречалась.

– Юль, ну ты как всегда. Не успела и дня там поучиться, а уже парня себе завела.

– Ну он такой милый.

Я не сдержала смех. У Юли все парни были милыми.

– Что в школе нового? – перевела тему разговора подруга.

– Я же тебе рассказывала.

– Ты про Диану? – спросила Юля, ухмыляясь. Я кивнула в ответ. – У нее проблемы в семье. Она с мамой очень сильно поругалась и ушла из дома. Ну и ее затянуло в эту клубную жизнь.

– Это не оправдание ее поведения. Она же может вернуться…

– Нет. Не может, – перебила меня Юля. – Ладно, давай не будем о ней.

Я кивнула.

Повисла тишина. Первый раз за всю нашу дружбу, у нас было неловкое молчание. Почему-то меня это не напрягало.

– Ты уже видела Яна? – неожиданно спросила подруга.

Я умудрилась подавиться воздухом, никак не ожидая такого вопроса.

– Что?

– Ну, Сотников же вернулся в город и в школу.

– А почему он вернулся? – спросила я, прикусив губу. Мне безумно хотелось расспросить у Юли многое о нем.

– Я толком не знаю. Он ничего особо не говорит, – Юля повернулась ко мне и широко улыбнулась. – Так ты его видела?

Что я должна была ей ответить? Что чуть не потеряла сознание от радости, когда его увидела? Я была без ума от него, но сказать это подруге, я не могла. Врать, у меня получалось плохо. Вместо ответа, я просто кивнула.

– Он таким красавчиком стал. Так возмужал. Нет, ну он и так был хорошеньким, а теперь вообще идеален.

Вот с этими словами Юли, я была полностью согласна.

– Как он тебе?

Мое лицо исказилось. Этот вопрос, выбил меня из колеи.

– Юль, я видела его сегодня один раз, и то мельком. И вообще…

Неожиданно мне закрыли глаза ладонями, не дав договорить. Я прикоснулась к этим рукам, и сразу же поняла их обладателя.

– Сашка, привет, – с сумасшедшим восторгом сказала я и начала обнимать друга.

Мы не виделись с ним около трех месяцев, но было такое чувство, что я не видела друга лет пять.

– Ты так изменился, – сказала Юля.

Парень улыбнулся, и на его щеках появились ямочки, которые мне всегда нравились. Я не могла не улыбнуться в ответ.

Мы гуляли втроем очень долго, даже не заметив, как стало полностью темно. Саша рассказывал о городе, в котором жил, о новых друзьях. Было интересно слушать рассказы о его девушке, с которой он встречался два месяца.

Проводив Юлю к дому, Саша решил проводить меня.

– Ты чего такая счастливая? – спросил друг, когда мы шли к моему дому. – Что ты курила?

– Ничего я не курила. Просто очень рада тебя видеть.

– Не ври.

– Я не вру. Я действительно рада тебя видеть, – обиженно сказала я.

– Этому я верю. Я тоже безумно рад тебя видеть. Но есть, же что-то еще, из-за чего ты вся светишься от счастья. Не пытайся меня обмануть, я слишком хорошо тебя знаю. Ну, так кто, или что, стало причиной твоей такой радости?

Мне хотелось рассказать ему все. С Юлей, я не могла этим поделиться. Мне не хотелось, чтобы она знала о моей влюбленности.

Саша не очень хорошо относился к Яну, и из-за этого, я боялась реакции друга.

– Обещай, что никому не расскажешь.

– Все так серьезно?

Он даже не представлял, насколько.

– Обещай, – снова повторила я.

– Ладно, обещаю.

Я набрала в легкие побольше воздуха. Было сложно кому-то открыть свою душу.

– Сотников вернулся.

– И что?

– Нет. Ничего, – растерянно сказала я и пошла дальше, а Саша продолжал стоять на месте.

Не сделала я и два шага, как он догнал меня и повернул к себе лицом, заставляя смотреть ему в глаза. Хоть на улице и было темно, но я отчетливо видела лицо Саши.

– Что у тебя с ним? – разъяренно спросил друг.

– Ничего.

– Не ври. Вы встречаетесь?

– Не все так легко, Саш, – сказала я, опустив глаза.

– Так расскажи мне тогда.

Мне хотелось ему все рассказать. Хотелось, чтобы Саша все знал.

– Я люблю его, – выпалила я, на одном дыхании.

– А он тебя?

Хороший вопрос. Мне тоже это было интересно знать. Любил ли меня Ян?

В ответ пожала плечами.

– И как ты только умудрилась в него влюбиться?

Мне пришлось все рассказать Саше. Все. Начиная с того момента, как мы разговаривали в кафе, когда Ян встречался с Юлей, и заканчивая сегодняшней нашей встречей.

– Я не знаю, как так получилось. Я не могу до сих пор понять, зачем я тогда ему отказала, если он мне нравился. А теперь, я влюблена в него по уши.

Вместо бесполезных слов, Саша обнял меня и поцеловал в макушку. Мы стояли в тишине, пока мои слезы не прекратились.

– Я просто испугалась. Я думала, что он поспорил на меня. А потом, я влюбилась в него.

– Лер, ты дура, – вздохнул друг.

– Я знаю, Саш. Я сама себя лишила счастья. Сама отказала, а потом как-то влюбилась. Саш, я идиотка, – с этими словами, по моим щекам снова полились слезы.

– Ты действительно его так сильно любишь?

– Я влюбилась в него на расстоянии, и не смогла разлюбить.

Друг вытер мои щеки от слез, еще крепче обняв.

– Скажи ему об этом.

– Скажу. Я обещала сама себе, что признаюсь Яну в своих чувствах, при первой нашей встрече.

– Все будет хорошо, – шепнул мне Саша на ухо.

Не говоря больше ничего, мы снова пошли к моему дому. Саша не отпускал меня. Его объятия были очень сильными, и я думала, что у меня сломаются кости.

Мы подошли к дому и сели на лавочку у подъезда. Никто из нас не говорил, как будто нам не о чем было поговорить.

Саша посмотрел на свои часы и сказал:

– Лер, мне уже пора.

– А сколько времени?

– Уже двенадцать.

Что? Как могло быть уже двенадцать?

– Может, ты еще останешься? – с надеждой в голосе, спросила я.

– Извини, малыш. Мне, правда пора.

Мы поднялись с лавочки и обнялись. Слезы снова хлынули из глаз, и я даже не пыталась их сдержать.

– Ты знаешь, как я отношусь к Сотникову, но все же я буду счастлив, если вы будете вместе, – шепнул мне на ухо Саша.

– Спасибо.

Как бы я не оттягивала момент нашего расставания, он все же настал.

– Пока, маленькая. Я буду скучать по тебе.

– Пока, не маленький. Я тоже буду скучать. Очень сильно.

– Будь счастлива, – сказал Саша, поцеловав меня в щеку. Затем, он просто ушел.

– Я постараюсь, – сказала я тихо ему вслед, но он явно не смог этого услышать.

Глава 8

Как только я оказалась в квартире, сразу же пошла к себе в комнату.

У меня началась сильнейшая истерика.

Очень сложно расставаться с любимым человеком. Я даже не могла подумать, что будет так тяжело.

Неужели я больше никогда не увижу Сашу? Нас объединяло пять лет дружбы. Это было замечательное время. Практически никто не верил в нашу дружбу. Мало кому верилось в дружбу, между мальчиком и девочкой. Существовала ли, такая дружба на самом деле? С уверенностью могла заявить, что да.

«Будь счастлива».

Мне было приятно, что Саша сказал, что будет рад, если я буду с Яном. Сотников, для Саши, был ужасным человеком. Эти парни совершенно не ладили, и не один раз между ними возникали конфликты, и даже драки.

Я не могла никак понять свое самочувствие. Мне было очень больно от того, что Саша уезжает. Возможно, я больше никогда не увижу своего лучшего друга. Становилось плохо от таких мыслей.

Но в то же самое время, я была счастлива. Мой любимый человек вернулся.

Целую ночь, я так и не могла уснуть.

Отпустив все мысли о Саше, я думала о Яне. Его внезапное возвращение, выбило меня из колеи. Я думала о том, что могло бы быть между нами.

Я хотела сказать Сотникову о своих чувствах. Я была безумно влюблена в Яна. До того, я никогда не любила. Чувство любви было чуждо для меня. И не зря говорили, что первая любовь, очень сильная.

Я не была в курсе, что люди должны чувствовать, когда они влюблены. Вот я, чувствовала многое. Он для меня, был идеальным. Слишком идеальным. Просто увидев его, я была счастлива. Одной встречи мне хватило, чтобы сойти с ума.

Только под утро, мне все же удалось погрузиться в сон.

Мне снова снился Сотников. Его улыбка, его глаза, которые так и светились от счастья. Мне снилось, что мы гуляли с ним по парку, держась за руки. Мы обнимались, а с наших лиц, так и не сходила улыбка. Мы были, как обычная влюбленная пара.

Прозвенел будильник, и я неохотно поднялась с постели. Один противный звук, смог перебить мой чудесный сон.

Улыбка не сходила с моего лица все утро.

Когда я посмотрела в зеркало, то была в шоке от своего отражения. Ужасные синяки под глазами, следы от слез, были на моих щеках.

Я решила немного преобразиться перед встречей с Яном. Я нанесла легкий макияж, распустила волосы и надела новое платье, которое подарила мне Юля. Посмотрев на себя в зеркало, я удивилась, насколько хорошо выглядела. Эту девушку, в отражении, смело можно было назвать симпатичной.

Я не могла дождаться, когда же наконец-то увижу Сотникова. Я расскажу ему. Обязательно все расскажу. Ян должен знать, что я чувствую к нему. Мы будем вместе. Мы обязательно будем с ним счастливы вместе. Жаль, что для того, чтобы понять это, мне потребовалось столько времени.

Всю дорогу до школы, я обдумывала свой план действий. Не могла же я просто подойти к Яну и сказать: «Я тебя люблю».

Я надеялась, что время не изменило его.

Я практически дошла до школы, как на душе внезапно появился страх. Не думала я, что все могло быть настолько сложно. Тяжело будет говорить ему о своих чувствах.

Моя радость сразу сменилась на отвращение. На душе стало противно и гадко. Было ощущение, будто взяли нож и воткнули мне его в сердце. И все это, было только из-за того, что я посмотрела на порог школы.

Закрыв глаза, снова открыла их и посмотрела в то самое место. Я надеялась, что все увиденное мне просто показалось, ну или я продолжала спать. Но все же тот момент был реален.

На пороге школы, стоял Ян. Он обнимал какую-то рыжую девушку, мило ей улыбаясь.

Эту девушку, я сразу же узнала. Это была одна из самых крутых девчонок школы. Ксения Крюкова. Ее имя и фамилия, прославились на весь город. На счету у Ксюши, было немало романов с самыми крутыми парнями. Девушка была легкодоступной, именно так бы назвали это в фильмах и книгах, в жизни же все называли шлюхой.

Я чувствовала отвращение к этой рыжей. До того, она была мне просто безразлична, но тогда, я ее возненавидела.

Во рту пересохло, а сердце билось как бешеное.

Стиснув зубы, я решила просто пройти мимо них. Было уж слишком больно на это смотреть. В особенности, когда Ксюша поцеловала Яна. Внутри все сжалось.

Такую боль, тогда я испытывала впервые. Мне никогда не причинял боль любимый человек. Может просто потому, что у меня никогда и не было любимого человека.

С кислой физиономией я оказалась в классе. Все одноклассники были в одной компании и обсуждали вчерашний поход в клуб. Никто из них, не обращал на меня внимания, и это меня радовало.

Неожиданно, ко мне подошла подруга Дианы.

– И что ты там вчера говорила про Диану?

Я подняла на нее свой взгляд. Милана смотрела на меня с неким отвращением.

– Что, прости? – тихо спросила я.

– Что слышала. Вчера ты была видимо слишком смелой, раз позволила себе открыть рот на Диану. А сегодня делаешь вид, что ничего не говорила? Нет, дорогая. За свои слова, нужно отвечать.

Черт. Только этого мне не хватало. В моей жизни и так было много проблем, и тут еще проблемы с одноклассниками.

– Что тебе нужно?

– Извиняйся перед Дианой.

– Еще чего. Я сказала то, что думаю. У каждого есть свое мнение, – уверенно заявила я.

– Я вижу, ты у нас стала слишком дерзкой, да?

Не успела я ничего ответить, как дверь в класс открылась и зашла девушка, которую я меньше всего хотела видеть.

– Привет, милая, – сказала Ксюша, обняв Диану.

Я даже не была удивлена, что они были подругами. Диана с Ксюшей, отличались только цветом волос. В остальном же, они были полностью одинаковыми.

– Что здесь происходит? – неуверенно спросила рыжая, посмотрев на меня.

– Да вот, у нас появилась слишком смелая. Диану шлюхой назвала, а теперь извиняться не хочет.

Взгляд Ксюши в мою сторону, был полон отвращения.

Прозвенел звонок на урок. Это был спасительный звук для меня.

– Ладно, я пойду, – тихо сказала эта рыжая и вышла из класса, напоследок бросив на меня омерзительный взгляд.

Милана продолжала стоять рядом, прожигая взглядом.

– Сучка, – прошипела она, скинув мои вещи с парты.

Этого, уже стерпеть я не могла.

Быстро поднявшись со стула, я посмотрела ей прямо в глаза. Этот жест, всегда отвлекал противника. Я резко схватила Милану за волосы и толкнула ее. Мила упала, зацепив пару парт. Мельком, я посмотрела на Диану, которая просто наблюдала за всем происходящим.

– Ура. Кошачья драка, – крикнул какой-то парень из задней парты.

Все смотрели на нас.

Милана быстро поднялась и подошла ближе ко мне.

– Зря ты это сделала, – шепнула она. – Ты даже не представляешь, на что подписалась.

Мне было плевать на то, что обо мне подумают. Я должна была защитить себя. Не могла же я позволить, чтобы об меня вытирали ноги. Особенно, если это такие, как Диана и Милана.

Времени на раздумья, у меня совсем не оставалось. Я просто снова схватила Милу за волосы. Она сделала то же самое. Я чувствовала ужасную боль, но пыталась не концентрироваться на ней, собрав в себе все силы для следующих действий. Я подняла колено, выставив его вперед, резко дергнула ее голову на него. Этот метод был травмоопасным, но другого выбора, у меня не было. Иногда, мне доводилось видеть, насколько хорошо умеет драться Милана.

Как только я отпустила волосы Милы, она сразу же подняла голову.

– Ты совсем больная? – прокричала девушка.

– Так все, хватит, – решила все же вмешаться Диана, подойдя к Миле.

У Миланы, был разбит нос. Кровь стекала по ее подбородку. Мне было противно от той картины.

Диана прикоснулась к носу Милы, и та вскрикнула.

– Просто так, я все это не оставлю, – напоследок сказала Милана, выходя из класса.

Твою мать. Что же я натворила? Я понимала, что у меня будут проблемы. Не то чтобы я боялась, но понимала, что это нехорошо.

Я посмотрела на одноклассников. У всех них, были испуганные лица. Видимо такого, от меня никто не ожидал.

– Круто, Филатова, – крикнул какой-то парень и похлопал меня по плечу.

Я не видела его лица, мои глаза были опущены на пол.

Если Милана общалась с Ксюшей, значит и об этом, она узнает. Мила просто выпалит все, этой рыжей. На это, мне было плевать. Но вот мне совсем не было все равно на то, что Ксюша может рассказать все Яну. Мне совсем не хотелось, чтобы и он узнал об этом.

В класс зашел учитель. Я уже испугалась, что и он знал обо всем. Если о драке узнают учителя, то ничего хорошего не выйдет. Меня могли просто выгнать из школы.

Дверь класса резко распахнулась. В класс зашли Мила с Дианой.

Мой взгляд сразу же упал на Милану. На ее лице было еще немного крови. Ее нос опух, и с него сочилась кровь. Вид у Милы, был жалкий.

– Абрамова, что с вами случилось? – взволнованно спросил учитель у девушки.

Мое сердце сжалось. Она же могла просто рассказать ему обо всем, и меня бы тогда точно вызвали к директору.

Мила кинула на меня взгляд, полный ненависти.

– Все хорошо, Валерий Александрович. Я просто упала.

– Ну, в таком случае, можете собирать вещи и идти домой. Можете считать, что сегодня у вас выходной. Директора, я предупрежу.

– Спасибо, – коротко ответила Милана и пошла к своей парте, собирать вещи.

Почему? Почему она не сказала правду учителю? Ведь у нее был такой прекрасный шанс сделать мне кучу проблем. Но Мила промолчала. Она не сдала меня. Я даже не знала, хорошо это или плохо.

Я знала, что Милана с Дианой будут мне мстить. Это звучало действительно страшно. Они могли сделать со мной все, что угодно: унижать, позорить, настроить всю школу против меня. Они могли сделать все, и я бы никак не смогла ему противостоять. Против коллектива, не попрешь.

Я посмотрела на Диану. Она убивала меня взглядом. От нее, так и сочился яд в мою сторону.

Выходя из класса, Мила кинула на меня убийственный взгляд.

Прозвенел звонок с урока. Я быстро убрала все свои вещи в рюкзак, чтобы никто не мог с ними ничего сделать. Мне нужно было срочно уйти из класса, пока Диана не смогла мне ничего сделать. Меня это пугало.

Я практически дошла к двери, как меня толкнули в плечо.

– Молись, тварь, – прошипела мне на ухо Диана и вышла из класса.

От ее слов, я поняла, что у меня проблемы.

Я вышла из класса и пошла на улицу. Мне нужен был свежий воздух. Как только я вышла из школы, сразу заметила на пороге рыжую макушку.

Черт. Там стояла Ксюша… с Яном. В обнимку. Это был удар под дых. Я ощущала дикую боль в области сердца.

Отличный день прям. Не день, а сказка.

Я уже и забыла, что хотела поговорить с Сотниковым. Проблемы с Миланой, смогли выбить из меня все мысли. Я просто запуталась. Мои мысли не покидала драка с Милой и конфликт с Дианой. Они обещали отомстить.

Как полная дура, я стояла и наблюдала за Яном и этой рыжей. Мне хотелось убить Ксюшу, когда она засунула свой язык Яну в глотку. Я поморщилась от той картины. Мне пришлось отвернуться от них, из-за ужасной боли в области груди. Мой взгляд упал на детей из младших классов. Все они улыбались и радовались, даже не представляя, что их ждет во взрослой жизни.

Я снова повернулась в сторону Яна, надеясь, что Ксюша отлипла от него, ну или ушла. Но мое сердце, сжалось еще больше, когда я увидела возле них Диану. Она разговаривала с Ксюшей, а Ян просто смотрел по сторонам.

Неожиданно, наши глаза встретились. По телу сразу прошла дрожь. Взгляд Яна был полностью холодным, не отражающий никаких эмоций. Сотников не отводил взгляда, и я тоже продолжала на него смотреть.

Господи, какими же красивыми были у него глаза. Длинные ресницы, которым явно завидовало большинство девушек. Пронзительный взгляд, который будоражил воображение.

Ян улыбнулся мне. Сложно было не улыбнуться в ответ. Его улыбка была слишком самоуверенной, и от того, я чувствовала себя неловко.

Сотников отвернулся от меня, делая вид, что ему интересно слушать свою пассию. Мне стало противно от их вида, и я пошла в свой класс.

Поговорить с Яном, я решила после уроков.

Все оставшиеся перемены, я провела в классе, боясь встречи с Сотниковым и Крюковой.

К моему несчастью, у нас поставили совместный урок с одиннадцатым классом. Физкультура. Как же я ненавидела ее. Мне никогда не нравился этот предмет.

Мне пришлось сделать жалостное лицо и умолять физрука, чтобы посидеть на лавочке.

Весь урок, я смотрела на Яна. Он почти не подходил к Ксюше, ведь она была с Дианой. Меня поразила физическая подготовка Сотникова. Видимо, он занимался спортом.

Пару раз, мы встречались с Яном взглядом, но он сразу же отводил его. По такому странному поведению, я никак не могла понять, что парень ко мне чувствовал.

Ян не общался со мной, не проявлял знаков внимания, но и не делал вид, что я ему противна. Он будто не подпускал к себе близко, но и не отталкивал. Все было слишком запутано. Нужно было бы просто поговорить с ним и все решить.

Кое-как я дождалась звонка с последнего урока. Как только он прозвенел, я сразу же пошла на улицу. Мне просто нужно было дождаться Яна.

Долго ждать не пришлось. Краем глаза, я увидела, как вся компания Сотникова вышла из школы. Все самые крутые и популярные парни школы, были в той компании. Любая девушка хотела оказаться с ними. Даже Диана хотела быть в их компании, но у нее ничего не вышло. Ни один парень из компании, не хотел, чтобы там были девушки. Сугубо мужская компания. О них я вообще ничего не знала, пока мне все это не рассказала Юля. Одно время, подруга тоже хотела присоединиться к ним, но все было бессмысленно. Я не понимала, как Сотникову удалось за такое короткое время, стать главным в компании.

Несколько парней, среди которых был Ян, пошли за школу, где все обычно курили. Остальные же, направились домой.

Меня очень обрадовал тот факт, что с ними не было никаких девушек.

Подождав минуты две, я последовала за школу. Более подходящего момента, чтобы поговорить с Яном, не было.

Я увидела трех парней, которые курили, прислонившись к стене. Набравшись смелости, подошла к ним. Ян сразу заметил меня, но ничего не сказал. Он просто бросил на меня мимолетный взгляд, ухмыльнулся и отвернулся.

– Мы можем поговорить? – сказала я Сотникову, но он сделал вид, что не заметил меня.

– Ян, с тобой поговорить хотят, – подал голос какой-то из парней, указав в мою сторону.

– Я слышал, – коротко ответил Ян.

– Малыш, зачем тебе этот Сотников? – этот самый парень подошел ко мне и попытался меня обнять, но я сразу же скинула его руки. – Давай я с тобой поговорю.

Я сделала шаг в сторону от этого парня, смотря на него убийственным взглядом.

– Эй, малышка, не кипятись ты так. Я же просто пошутил, – пытался оправдаться этот придурок.

– Ладно, Дан, пойдем. Пусть говорят, – обратился второй парень к этому придурку, при этом мило улыбаясь мне.

Видимо этот второй парень не был таким идиотом, как тот, который пытался меня обнять.

– Ян, увидимся вечером.

Парни ушли, а я продолжала молча смотреть на Сотникова. Он снова ухмыльнулся мне и посмотрел в сторону, докуривая сигарету.

– Привет, – набравшись смелости, сказала я.

Я надеялась на взаимность. Надеялась, что он улыбнется. Но он лишь посмотрел на меня с серьезным лицом. Его взгляд не выражал никаких эмоций. Полностью холодный. Абсолютно равнодушный.

– Ты что-то хотела?– голос Яна был очень грубым, будто был полностью пропитан ядом.

Почему он так мне ответил? Неужели он настолько изменился? Что с ним могло произойти такого, что он стал таким грубым и безразличным?

Я ощущала дрожь по всему телу от страха. Мне было страшно от того, как он отреагирует на мои слова.

– Нет, – коротко ответила я.

Мне было очень сложно ему что-либо говорить. Чувство паники сразу поглотило меня.

Я продумывала весь наш разговор в своей голове столько лет. Много раз я думала о том, что скажу ему. Каждое слово было в моей голове. Но в тот момент, перед ним, у меня все вылетело из головы. Я стояла перед ним, как полная дура.

– Просто, я никак не могла забыть нашу последнюю встречу, – кое-как сказала я.

Мне было сложно сказать хоть одно слово. Мое лицо начало краснеть, и я отвела взгляд от Сотникова. Не так я представляла нашу встречу. Совсем не так.

А может мне ничего не говорить? Зачем ему вообще знать о моих чувствах? Может оставить все так, как есть?

В своей голове, я признавалась ему в любви почти каждый день. Но в жизни, моя смелость испарилась.

Я подняла глаза на Яна, но он продолжал смотреть в сторону, закурив вторую сигарету. Мне хотелось уйти оттуда. Было очень сложно находиться с ним рядом. Но нет. Я не могла уйти, ведь я обещала сама себе, что признаюсь ему. Я просто должна была это сделать. Закрыв глаза, я набрала в легкие воздуха.

– Ян, я люблю тебя.

Я слышала, как парень поперхнулся сигаретным дымом.

Мои глаза по-прежнему были закрыты. Я представляла, что нахожусь дома. Представляла, что открыв глаза, у меня все будет хорошо.

«Все будет хорошо».

Снова вспыхнули в моей голове, слова брата. Я всегда верила в его слова.

Я все же решила открыть глаза, но смотрела лишь себе под ноги. Я не могла посмотреть на Яна, ибо боялась его реакции.

Набравшись смелости, я посмотрела на Сотникова.

Секунду. Всего секунду на его лице был испуг, страх, что-то необъяснимое, а потом… Потом он просто начал смеяться. Ян заливался таким громким и дьявольским смехом.

Внутри все оборвалось.

Такой реакции, я явно не могла предвидеть.

А может он обнимет меня и скажет, что тоже любит меня? Но этого не происходило.

Я просто стояла перед ним в ступоре, не зная, что мне делать дальше.

– Филатова, ты реально дура, – сказал Сотников, продолжая громко смеяться, будто я сказала какую-то очень смешную шутку.

Я не могла понять этой ситуации, но отчетливо ощущала удар под дых. Ничего хорошего, его смех не мог означать. Резко, лицо Яна стало серьезным. Он не показывал никаких эмоций. Только равнодушие. Боль пронзила мое сердце.

Одним движением, Ян схватил меня за руку, прижав к стене. Я начала дрожать. Мне было больно смотреть ему в глаза, в которых я не видела ничего. Пустота. Вот, что было в его карих глазах. Как будто кукла-пустышка.

Я совсем не понимала, что происходит. От испуга, я даже забыла, как дышать. Мне катастрофически не хватало воздуха.

– Что ты делаешь? – спросила из последних сил.

Слова давались мне тяжело. Я закашлялась. Мне было тяжело дышать. Я пыталась убрать его руку от себя, но Ян ее откинул. Я пыталась вырваться, но он еще сильнее сжимал мое горло, и я прекратила сопротивляться. Сопротивление было бессмысленно.

Ян видел, что мне плохо. Он делал мне больно.

Сотников приподнял мой подбородок другой рукой, заставляя смотреть ему в глаза. До того момента, я смотрела на его руку, сжимающую мою шею. Но Ян, буквально заставил меня смотреть ему в глаза. Его глаза были черными. Да, именно черными, а не темно-карими. Они были такими, когда я смотрела в них. Те самые карие глаза, которые излучали добро и счастье, сверкали ненавистью и злобой. Его глаза сочились ядом.

Я поморщилась. Мне было адски больно смотреть на него.

Ян смотрел на меня, как на врага. Его рука была по-прежнему на моей шее. Он сжимал мое горло, но я не чувствовала боли. Мне было больно от того, как он на меня смотрел.

– Я делаю то, что со мной сделала ты тогда. Больно, – последнее слово, он прошептал мне на ухо, отчего я вздрогнула.

Ян убрал свою руку от моего горла и огляделся по сторонам. Я могла спокойно дышать. Дышала я так, будто пробежала кросс. С замиранием сердца, я огляделась по сторонам в надежде, что найдется тот, кто мог бы мне помочь. Вблизи никого не было, и я вздохнула от разочарования.

Меня пугала неизвестность. Я опустила взгляд. Внезапно мою щеку обожгло. Такого, ожидать я не могла. Ян ударил мне пощечину. Я вскрикнула от сильнейшей боли, закрыв лицо руками.

– Больно тебе? Ты думаешь, что такая крутая? Думаешь, что можешь разрушать чужие жизни?

О чем он говорил?

Я убрала руки от лица и увидела, что Ян стоял совсем рядом. Я могла ощущать его дыхание, на своей коже.

– Ян, я…

– Заткнись. Закрой свой рот.

Я закрыла свои глаза в надежде, что все было лишь сном. Мне нужно было проснуться. Просто проснуться.

– Кого ты вообще из себя возомнила? Ты не такая хорошая и умная, как думаешь. Ты глубоко заблуждаешься, милая.

Можно сказать человеку обидное слово, при этом не обидеть его. Но можно сказать человеку простое "привет" и глубоко ранить его этим.

«Милая» – это слово прозвучало, как начало войны.

Ян придвинулся ближе ко мне, наклонившись к моему уху.

– Ты тогда сломала меня, – прошептал он дьявольским голосом. – Сломала как игрушку. Ты сделала мне очень больно. Я любил тебя. Был по уши в тебя влюблен. А ты, просто посмеялась надо мной. Ты даже не представляешь, как мне было больно. Думаю, ты гордишься этим. Сука.

От его слов, по моим щекам побежали слезы.

Ян ударил рукой по стене. Прям в нескольких сантиметрах от моей головы. Я вскрикнула.

– Я уехал отсюда из-за тебя, мразь. Именно ты стала причиной моего переезда. Но теперь, я вернулся, чтобы ты испытала то же самое. Именно ты, сломала во мне человека. Ты, – прокричал последнее слово парень.

Ян замолчал и отошел от меня, снова осматриваясь по сторонам.

Я чувствовала себя виноватой. Чувство вины съедало меня изнутри. Вытерев глаза руками, я надеялась таким образом перестать плакать. Но это мне совсем не помогало. Первый раз в жизни, я так сильно рыдала.

Сотников подошел ближе, снова наклонившись к моему уху.

– Человек, которому разбили сердце, становится бесчувственным. Я сделаю тебе то же самое. Я сделаю тебе больно, чтобы ты поняла, какого это. Ты испытаешь то, что испытал я. Только все же есть одно отличие: ты причинила мне душевную боль, а я причиню тебе еще и физическую. Ты будешь жалеть, что вообще учишься здесь. Ты пожалеешь о своем существовании. Я любил тебя тварь, а ты…

– Но я ведь тебя сейчас люблю, – закричала я, не в силах сдерживаться.

Моя щека снова ощутила резкую боль, и я вскрикнула. Снова пощечина от любимого человека.

– Это не имеет никакого значения. Я тебя ненавижу, мразь. И скоро ты поймешь это. Ты будешь ощущать все те капли боли, что я испытал. Таких, как ты, ломают очень быстро. И ты не станешь исключением. Ты будешь сломана, как и все.

Я села на землю и закрыла лицо руками. Мне было глубоко плевать на свой внешний вид. Было плевать, что обо мне могли подумать. Мне просто было до ужаса больно в груди. Мою щеку неимоверно жгло от его ударов. Но эта боль, никак не могла заглушить боль в сердце.

Как Ян мог меня ударить? Неужели он любил меня так сильно, что после моего отказа испытывал боль?

Каждый раз, когда у меня начиналась истерика, я всегда говорила правду в лицо. Мне всегда было все равно, что обо мне могли подумать. Мне было плевать на последствия. Именно по этому поводу, я не один раз ругалась с близкими людьми. Никто не любил правду. Абсолютно никто. А я всегда говорила ее в лицо, при истерике.

– А ты думаешь, мне легко? – закричала я так, что Ян вздрогнул от неожиданности. – Думаешь я не жалею о своем выборе? Все это время без тебя, я жалела о своих словах. Я сделала ужасную ошибку. Все время я думала о тебе. Я влюбилась в тебя, как полная идиотка. Мне до безумия хотелось с тобой встречи. Я бы очень сильно хотела все вернуть. Вернуться в тот день и все изменить.

Мне безумно хотелось подойти к нему и обнять. Мне было необходимо его тепло, его любовь. Но то, что я чувствовала от Яна, иначе как ненавистью и озлобленностью, нельзя было назвать.

Я посмотрела на Сотникова. На его лице читался явный испуг и шок. Он явно не ожидал такого высказывания. Но меня это не волновало. Я сказала все то, что и хотела сказать.

Мне действительно было жаль. Я очень хотела все изменить. Но ошибки неисправимы. Мне уже нельзя ничего сделать. Я бессильна перед ним.

Я снова закрыла глаза и опустила голову на свои колени, обхватив ее руками. Краем глаза я видела, как Ян присел рядом со мной. Мне хотелось верить, что он обнимет меня.

– Запомни милая: это ты сделала меня таким.

По телу прошла дрожь.

– Я просто отвечу взаимностью, – парень приблизился к моему уху. – Я сломаю тебя.

Быстро поднявшись, Ян ушел. Он просто ушел, оставив меня наедине со своей истерикой. Я сидела на земле, обхватив колени и дрожала от неимоверного страха. Мои слезы никак не прекращались.

Никогда в жизни, мне не было так страшно. Иногда мне угрожали родители, но даже тогда, я испытала меньше страха, нежели в тот момент, перед Яном.

Даже в самом страшном сне, мне не могло присниться то, что он сказал и сделал.

Лучше бы меня заставили выпить яд, нежели испытывать ту боль от любимого человека. Мне хотелось разбиться в лепешку, лишь бы только Ян не причинял мне столько боли.

Посидев еще около десяти минут, я поднялась с земли. С первого раза мне это не удалось. Когда я все же поднялась на ноги, то подняла свой рюкзак и нашла в себе последние силы, чтобы пойти домой.

Внешний вид, у меня был ужасным. Опухшее лицо. Очень грязное платье. Я выглядела, как ребенок, который игрался в грязи и плакал из-за сломанной игрушки.

От школы, я жила недалеко. Но даже такое маленькое расстояние, я прошла с огромным трудом.

А что если Ян, сказал это серьезно?

Получается, он уезжал из города из-за меня. Он любил меня. Любил. Но уже не мог любить.

А если Ян вправду сломает меня, как игрушку?!

Глава 9

Домой, я пришла на ватных ногах. Истерика никак не заканчивалась. Я пыталась успокоить себя различными способами, но ничего не помогало.

Я закрылась у себя в комнате и рыдала, обхватив колени руками и опустив на них голову.

Родители были дома и спорили о чем-то на кухне. Более разьяренных криков, я не слышала. Но мне было плевать на их ссоры. У меня были свои проблемы. Решать мне нужно было только их, а не думать о том, как успокоить родителей.

– Лера, – раздался громкий крик. Это был голос отца. Голос разьяренного и безжалостного отца.

Я сразу почувствовала неладное. Слезы прекратились, и мне пришлось взять себя в руки.

– Лера, иди сюда, – снова звучал голос, пропитанный ненавистью. Именно такой голос, я слышала от Яна. – Я кому сказал?! Сюда иди!

С замиранием сердца, я слышала, как к двери приближались шаги. Заплетающиеся пьяные шаги. Я подбежала к двери и закрыла ее на замок.

Мне не было так страшно. Я не испытывала абсолютно ничего. Одно равнодушие. Чувство страха покинуло меня. За школой, я уже сумела испытать сильнейшее чувство страха и беззащитности. Мне уже не было страшно…

Отец постучал еще раз.

– Выходи. А ну быстро вышла.

Я улеглась на кровать и накрыла голову подушкой.

Снова началась истерика. Удары кулаком в дверь продолжались, также как и крики, угрозы. Но я не издавала, ни единого звука. Я даже не смогла заметить, как уснула.

Мне снились удары, унижения. И все это, исходило от Яна.

Я проснулась в холодном поту. Меня трясло.

Я села на край кровати и опустила голову на свои колени. На мне по-прежнему было платье. Оно было полностью испачканным. Вчера, я так и не успела переодеться. Мне просто было некогда.

Под моими глазами красовались огромные мешки. На щеках застыли следы от слез.

Я посмотрела на часы. Было всего шесть часов утра.

В школу, я решила не идти. Я бы не смогла пока там находиться. Мне нужен небольшой перерыв. Я боялась туда идти. Безумно боялась. Страх сковывал мое сердце, и одновременно я продолжала любить.

Неужели вообще возможно соединять любовь с ненавистью? Бояться и любить? Любить и страдать? У меня так получалось. Я вообще адекватный человек, если не испытывала к Яну злости, после его действий? Видимо нет.

Вечно сидеть дома, я не могла, и мне пришлось идти в школу через несколько дней. Нельзя же было пропускать учебу из-за Яна. Это очень глупо.

Ян ведь не собирался мне мстить? Я надеялась, что он просто сказал этот бред и уже давно забыл.

Целый день в школе, Сотников не обращал на меня никакого внимания, что радовало. Весь день я пряталась от него. Мельком видела Яна в объятиях Ксюши. Каждый раз мое сердце сжималось от боли, при их виде.

В классе, у меня было небольшое затишье. Диана с Миланой не ходили в школу. Меня это, несомненно радовало. Но я все же знала, что рано или поздно, я увидела бы их. И именно тогда у меня будут проблемы.

Господи, как же все могло так сильно измениться? Всего год назад, я была небольшим авторитетом. Я не была популярной, но и не была серой мышкой. Со мной почти все общались хорошо. У меня не было врагов. Но все резко изменилось. У меня начались проблемы с Яном, и возможно, проблемы с самыми крутыми девчонками школы.

Когда уже закончились все уроки, я просто пошла домой, одновременно радуясь, что Сотников ничего не сделал, как обещал. Значит, он и вправду не собирался мне ничего делать.

Но уже на следующей день в школе, я смогла убедиться в его словах по-настоящему.

Я расслабилась и перестала избегать Яна. Я не чувствовала от него какой-либо угрозы. Я радовалась свободе. Я была свободной. Ян не причинял мне боли, одноклассники не причиняли боли, родители тоже этого не делали. Я была счастливой. Всего несколько дней.

В школу, я шла с отличным настроением. Пусть Сотников меня и не любил. Пусть. Я до последнего надеялась, что он тоже был в меня влюблен. Но это было лишь мечтой. Что-то из ряда фантастики.

Прозвенел звонок с последнего урока, и я пошла домой. Я очень спешила домой. Не было никакого желания оставаться в школе лишнюю минуту. Я так спешила, что даже не заметила компанию Яна.

Резко, мое лицо встретилось с полом. Сумасшедшая боль пронзила меня, и я закричала.

Мне поставили подножку, от чего я упала, сильно ударившись носом. Эти мрази поставили мне подножку.

Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.

Весь коридор взорвался смехом. Все люди, стоявшие рядом, тыкали в меня пальцем и смеялись.

С огромным трудом, я поднялась и посмотрела прямо Яну в глаза. Мне даже не нужно было узнавать, кто это сделал. Я просто смотрела в глаза этой мрази. Сотников смеялся, как и все. Он подмигнул мне, от чего мое сердце облилось кровью.

Я знала, что это Ян поставил мне подножку. Я была полностью уверена в этом. Никто кроме него, не мог это сделать. Дианы и Милы не было в школе, значит, только он до этого додумался.

Я стояла посреди коридора, вытирая кровь с носа. Оказываетс, это очень больно, когда разбивают нос. Сильнейшей физической боли, я никогда не испытывала.

Вся моя душевная боль, никогда не сможет сравниться с физической. Но черт, разбитый нос, это тоже больно. Не меньше разбитого сердца.

Кровь стекала по моему подбородку. Руки были в крови. На моей белой рубашке, красовались яркие красные пятна.

Я посмотрела на пол. Там была лужа крови. Мне стало плохо от той картины. Я ненавидела кровь. Меня всегда тошнило, только от одного ее вида. А тут, я была почти вся испачкана кровью.

Мне не хватало простых сил, чтобы уйти оттуда. Я была бессильна, стоя посреди коридора и смотря на собственную кровь.

Мои мысли были забиты Сотниковым. Я думала об этом мерзком человеке. Он просто ужасен. Безжалостный и беспощадный. Это не человек, а мразь, тварь, редкостный ублюдок. Кто угодно, но не человек.

Размышляя о Яне, я и не заметила, как он подошел ко мне.

– Видишь? Я же обещал тебе отомстить.

– Ты мразь. Ты придурок. Ты нечеловек.

Ян лишь ухмыльнулся. В его глазах, я снова могла увидеть ненависть.

Даже разбитый нос, хоть на немного не смог заглушить боль внутри, которую я испытывала. Нос отдавался сумасшедшей болью, но боль в душе, я описать не могла. Настолько сильной она была.

Мы так и стояли в коридоре, убивая друг друга взглядом. Он ненавидел меня, и это читалось сквозь его глаза. Ничего не говоря, Ян прожигал меня взглядом.

К Сотникову подошла Ксюша, и парень сразу же отвел от меня взгляд и посмотрел на эту рыжую суку. Мне так и хотелось вцепиться в нее и вырвать ей волосы. Хотелось просто убить ее. И клянусь, если бы у меня в тот момент оказался под рукой пистолет, я бы не думала, нажав на курок.

Ян улыбнулся рыжей и обнял ее за талию. Взявшись за руки, они ушли из школы.

Вот это, был настоящий удар.

Сотников мог хоть убить меня, пустить мне пулю в лоб. Я бы все равно не испытала такой дикой боли, как при виде его с другой девушкой. Это был удар под дых.

Тот взгляд, которым он смотрел на Ксюшу, кардинально отличался от того, как Ян смотрел на меня. Это было полной противоположностью. Взгляд на рыжую, был полон нежности. В его глазах сияли огоньки. Но стоило ему перевести свои глаза на меня, как он становился демоном.

Ян был хорошим актером, или эта рыжая ему действительно не была безразличной. Только от его вида, я была будто бы загнанный в угол зверек.

– Филатова, что здесь происходит?

Я повернулась и увидела директора.

Черт.

– Ничего. Я просто бежала и упала.

– Иди смой с себя все это, и в медпункт.

Ничего не ответив, я пошла в уборную. Посмотрев в зеркало, я не выдержала и вскрикнула. Вид у меня был такой, будто я снялась в фильме ужасов, в сцене убийств. Весь нос был в крови, и она продолжала капать. Все лицо было измазано кровью. Вся рубашка спереди была красной. Вид слишком мерзкий.

Я быстро отмыла кровь с лица, но она не прекращала течь из носа.

Минуты через две, кровотечение прекратилось, и я смогла полностью вымыть лицо. Такой вид, мне нравился гораздо больше.

Проблемы с белой рубашкой были серьезнее. Кровь совсем не оттиралась от ткани, а лишь сильнее размазывалась. В итоге, вся моя рубашка была бордового цвета. Я прекратила тратить время на бесполезное занятие. Мне было уже плевать на свой внешний вид.

Когда я проходила с таким видом мимо людей, все морщились от отвращения. Выражение лица у всех было такое, будто они увидели привидение.

Вернувшись домой, я ужаснулась от своего вида в зеркале. Девочка в отражении, была совсем не похожа на меня. Эту девушку, я прежде никогда не видела. Все лицо снова было в крови, шея тоже. Да уж, удачно я кровь вытерла. Видимо я ее просто размазала по лицу. Эту ужасную рубашку, мне хотелось вообще выбросить.

Я подпрыгнула от неожиданности, когда услышала, как кто-то звонит в дверь.

Кто это мог быть? Я даже не представляла. Обычно родители использовали свой ключ.

Я быстро подошла к двери и посмотрела в глазок.

Черт. За дверью стоял Паша. Он ведь мог открыть дверь своим ключем, и тогда бы он увидел весь тот ужас.

– Паш, подожди минутку, – крикнула я, брату.

– Хорошо.

Молниеносно я побежала к себе в комнату и схватила футболку. Сняв с себя рубашку, я вытерла тело от пятен крови. По пути в ванную комнату, мне удалось надеть футболку. Я принялась отмывать лицо. К счастью, кровь с носа больше не текла. Мне пришлось наносить на нос тональный крем, чтобы травма не была слишком заметной.

Минуты за три, мне удалось полностью привести себя в порядок, и я пошла открывать дверь.

– Привет, – я мило улыбнулась брату.

– Привет. Что ты так долго делала?

– Переодевалась.

Паша кивнул и пошел на кухню, с какими-то пакетами в руках. Я последовала за ним.

– Я тебе решил немного сладостей привезти.

– Ничего себе немного, – сказала я, заглядывая внутрь пакета.

– Ну, я решил немножко тебя побаловать, – улыбнулся мне брат. Его улыбка, вызвала во мне ответную реакцию.

Мое настроение было просто на высоте, и мне было плевать на разбитый нос и разбитую душу.

Брат подошел ко мне сзади и обнял. Это заставило меня улыбнуться. Мне всегда было приятно, когда Паша меня обнимал. Только так, я чувствовала себя в полной безопасности.

– Лерка, я соскучился.

– Я тоже, – вздохнула я.

Мы стояли посреди кухни и обнимались, как маленькие дети. Паша отстранился и щелкнул меня по носу, как делал это всегда. Я зажмурилась от дикой боли. Мне пришлось сдерживаться, чтобы не закричать.

– Я сейчас приду, – сказала я из последних сил.

Оказавшись в своей комнате, я закрыла рот рукой. Было сложно не кричать от боли, когда нос адски болел. Я аккуратно дотронулась до кончика носа. На моем пальце появилась кровь. В зеркале я увидела то, что и ожидала: кровь снова пошла из носа.

Просидев в комнате минуты две, я останавливала кровотечение. Когда мне все-таки удалось это сделать, я пошла на кухню.

– Где ты была? У тебя все нормально?

Черт.

– Эмм… Ну, я разговаривала по телефону.

Что? Какой телефон? О чем, черт возьми, я думала?

– А почему, я тогда не слышал, что ты разговаривала? Или ты научилась мыслями общаться?

– Нет. Просто я шепотом говорила. Ну и в основном, я слушала, – врала я. Понимая, что Паша не поверит в этот бред, решила перевести тему разговора. – Давай рассказывай, как у тебя дела.

– Отлично. У тебя как?

– Нормально.

Да уж, нормально так нормально. Лучше некуда.

Мы сидели на кухне и разговаривали о всякой ерунде. Паша рассказывал о своей работе, об интересных случаях. А я просто молча сидела и слушала его, изредка улыбаясь. Когда речь зашла обо мне, я нахмурилась. Мне пришлось неохотно отвечать на вопросы брата. В основном, я врала ему. Говорила о том, как хорошо проходят мои дни в школе и дома, какие замечательные у меня отношения с одноклассниками.

Мне было противно от самой себя. У меня никогда не получалось хорошо врать. Но мне пришлось это делать, рассказывая о своих делах.

Только с Пашей, я могла говорить обо всем. Мне очень хотелось рассказать ему про Яна. Но это категорически запрещено. Если бы об этом узнал брат, то ничем хорошим это бы не закончилось. Паша очень вспыльчивый.

– Лер, – сказал Паша, взяв меня за руку. – Мне больно смотреть и думать, как ты здесь живешь с родителями…

– Я понимаю, к чему ты клонишь, – перебила я брата. – Нет. Я не перееду отсюда. Об этом, я говорила тебе уже не один раз. Может, ты уже прекратишь спрашивать у меня об этом?

Паша покачал головой, ухмыляясь.

– Нет. Ну а вдруг ты передумаешь.

– Не передумаю.

– Да почему? – закричал брат.

Я хмуро посмотрела на него. Мне никогда не нравилось, когда Паша кричал. Глаза сразу стали мокрыми. Черт возьми, по моим щекам полились слезы. Я смахнула их рукой.

– Лер, извини, я не…

– Паш, все нормально. Правда.

Я пыталась убедить Пашу, что все хорошо, но мне следовало бы сначала себя в этом убедить. Все было далеко от хорошего.

– Малая, прости. Мне не следовало…

– Прекрати. Если ты еще раз извинишься, то я тебя ударю.

Брат улыбнулся и обнял меня.

– Когда ты уезжать?

– Ты меня выгоняешь? – поддразнил меня Паша, ухмыляясь. В ответ, я покачала головой. – Через два часа.

– Понятно, – мое лицо сразу изобразило грустную улыбку.

За два часа, я чувствовала себя действительно маленькой счастливой девочкой. Брат смог поднять мне настроение. Я смеялась, улыбалась. Я была счастлива.

Отпускать Пашу, было очень больно. Мне хотелось уехать с ним. Оставить в этом городе все свои проблемы, и просто уехать.

Как только дверь закрылась за братом, на моих глазах снова появились слезы. Слезы обиды, отчаяния и боли.

Что, черт возьми, происходило? Почему я так часто плакала? Я превратилась в истеричку и плаксу. А ведь до того момента, я была сильной девчонкой, которую нельзя было сломать.

Все изменилось.

Мне действительно не хотелось уезжать из этого города. Здесь была Юля, Ян. Пусть он меня и ненавидел, но я его безумно любила. Сотников причинил мне адскую боль. Как физическую, так и душевную.

Я никак не могла показать Паше, свои истинные эмоции.

– Филатова, ты реально дура, – тихо прошептала я. Это были те самые слова, которые говорил мне Ян.

Мне хотелось кричать от боли в сердце, рвать на себе волосы. Мне до безумия хотелось причинить себе ужасную физическую боль, чтобы заглушить боль в сердце.

Телефон издал звук входящего вызова. На ватных ногах, я подошла к нему. Звонок был от Саши.

– Привет, Лер. Я очень соскучился.

– Привет. Я тоже по тебе скучаю, – сказала я, улыбаясь.

Саша начал рассказывать про свой город и новую школу. По голосу, я могла определить, что он был счастлив.

– Скоро я улетаю с родителями в другую страну.

Мне нечего было ответить. Я просто молчала.

– Как у тебя с Яном? – спросил Саша, переводя тему разговора.

От такого вопроса, я вздрогнула.

– Ничего у меня с Яном.

– В смысле? – ошарашено спросил друг, будто я сказала глупость.

– В прямом, – вздохнула я, пытаясь успокоиться.

– Так вы встречаетесь? Вы друзья? Кто вы сейчас друг другу? Ты ведь обещала, что поговоришь с ним и все расскажешь.

Я сделала глубокий вдох.

– Он пытается сломать меня, – заорала я в телефон.

– Что, прости?

– Ничего. Все хорошо. Саш, давай не будем об этом. Пожалуйста.

– Хорошо.

Видимо Саша понял, что мне очень больно говорить с ним на эту тему, и перевел тему разговора.

Глава 10

Следующая неделя была худшей в моей жизни.

Никогда прежде, я не видела столько агрессии и ненависти, в одном человеке. Для меня было дико все это. Более эгоистичного и ужасного человека, чем Ян, я никогда не встречала. И самое ужасное и дикое то, что я продолжала его любить.

Разбитый нос и разбитое сердце, не смогли остановить Яна. За неделю, я получила три огромных синяка на руках. Также у меня были небольшие синяки на щеках, от пощечин. Никогда не могла бы подумать, что от пощечины, может остаться синяк.

Сотников бил меня, будто бы я его игрушка. Будто я принадлежала только ему, и он мог со мной делать все то, что захочет. И я принадлежала ему. До последнего я верила, что Ян меня любил. Верила, что не безразлична ему, как девушка, а не как объект насмешек.

При первой нашей встрече, Ян мог сказать мне:

«Привет, я причиню тебе боль».

Если бы он сразу сказал свои намерения, то я бы даже не узнала его имени, никогда бы не подходила к нему. Но вместо этих слов, Ян притворился влюбленным в меня. Он говорил когда-то, что любил меня. Но видимо, это мне просто приснилось. Ведь по его отношению ко мне, никогда нельзя было бы подумать, что он был когда-то в меня влюблен. Это звучало, как полная чушь.

Я сидела перед зеркалом и пыталась замазать синяк на щеке тональным кремом. Что за черт? Мне даже не помогал хороший крем, чтобы скрыть следы от удара.

Завтра уже выходной. Уже завтра все будет более-менее нормально.

На моем телефоне заиграла песня входящего вызова. От такой неожиданности и испуга, я выронила крем из рук и подскочила со стула.

Твою мать, я всегда буду такой пугливой? Я боялась абсолютно всего. Любой шорох, любой скрип или звук, и я уже тряслась от неимоверного страха.

Взяв в руки телефон, я приняла вызов, не успев посмотреть на имя того, кто звонил.

– Да, – коротко ответила я.

– Привет, Лерка.

На моем лице, сразу же появилась улыбка. Так действовал на меня голос Саши

– Ты давно мне не звонил, – хмуро сказала я, снова принявшись замазывать синяк.

– Извини, я был занят.

За всю неделю, мы ни разу не созванивались с Сашей. Наш прошлый разговор, закончился не совсем удачно, и поэтому, я боялась звонить первой.

– Может, ты все-таки расскажешь мне?

– Ты о чем? – в недоумении спросила я.

– О тебе и Сотникове.

Тональный крем снова выпал у меня из рук. Мне до безумия хотелось разбить телефон о стену.

– Почему ты молчишь?

– А что я должна тебе ответить? – спросила я, дрожащим голосом.

По моим щекам полились слезы. Было сложно думать обо мне и Яне, как об одном целом.

– Что между вами происходит?

– А что между нами происходит?

– Это я и хочу у тебя узнать.

Я закрыла глаза и вздохнула. В горле появился ком, не позволяющий говорить. Между нами повисло неловкое молчание.

– Зачем тебе нужно это знать? – сквозь ком в горле, мне удалось спросить.

– Мне важно знать, что происходит. Понимаешь?

– Зачем? – тихо прошептала я.

– Почему ты не можешь мне все рассказать? Что такого могло случиться, что ты так боишься об этом говорить?

– Ничего.

Я зажмурилась, в попытке остановить слезы.

– Не ври. Что произошло? – заорал Саша в телефон.

По телу пробежала дрожь от его крика. Сердце начало бешено стучать в груди.

– Он ненавидит меня. Доволен? – закричала я.

– Черт. Почему ты мне ничего не говорила?

– Я не обязана тебе все рассказывать.

Мы не разговаривали, а кричали друг на друга, в попытке кто кого перекричит.

– Ян обещал меня сломать. Он ломает меня. Медленно, но верно, он убивает меня, – тихо прошептала я, надеясь, что Саша меня услышал.

– Кто-то знает об этом?

– Нет.

– Почему ты никому не сказала об этом?

– Никому нельзя знать. Слышишь? Никому. И если ты кому-то расскажешь…

Я замолчала, придумывая, что могло заставить Сашу молчать о Яне. Меня пугало то, что друг мог кому-то рассказать все это.

– Вспомни, как мы обещали хранить тайны друг друга. А это моя тайна.

Когда-то, у нас с Сашей был договор: никогда и не при каких обстоятельствах, не рассказывать тайны друг друга. Как ни странно, но этот наш договор, мы никогда не нарушали.

– Это совсем другое. Я не могу…

– Нет, Саша. Это моя тайна, и ты ее никому и никогда не расскажешь, – строго сказала я, словно приказывала.

Не выдержав, сбросила вызов и выключила телефон. Не было никакого желания продолжать разговор. Я боролась с желанием бросить телефон в стену, но меня останавливало лишь то, что мне не купят новый.

Немного успокоившись, я достала из телефона SIM-карту и сломала ее. У меня была другая карточка, но ее номер не был известен Саше. Быстро поменяв карту, отправила сообщение Юле и Паше, что это мой новый номер, а тот, я потеряла.

Именно в тот момент, я оборвала все связи с Сашей. У меня больше не было лучшего друга. И мне почему-то не было грустно от этого.

Глава 11

Мой телефон, уже пятый раз издает звук входящего сообщения. Восемь пропущенных вызовов, пять непрочитанных SMS. И все это, от Антона.

Не знаю, как так вообще получилось, что я сделала Антона виноватым в той нелепой ситуации на улице, когда я увидела компанию Сотникова.

Я поднимаюсь с кровати и иду за телефоном. Взяв его в руки, открываю сообщения. Я права, они от Антона.

«Лер, извини меня»

«Что я такого сделал?»

«Почему ты обиделась?»

«Ответь, пожалуйста»

«Лер, не игнорируй меня»

Он чувствует себя виноватым. Но виновата, лишь я сама.

Я ненавижу себя. Я сама все разрушаю в своей жизни.

Телефон снова издает звук входящего звонка. Закрыв глаза, выключаю его. Мне совсем не хочется отвечать. Нет никакого желания говорить с Антоном. Не сейчас.

Сегодня, я снова пропускаю школу. Я не могу туда идти. Морально и физически.

Черт возьми, меня могут выгнать из школы, если я буду столько пропускать. Только совсем недавно начался мой девятый класс, а у меня уже огромное количество пропусков.

Снова закрыв глаза, пытаюсь отключить свой мозг, чтобы не думать о сложившейся ситуации.

Тишину в комнате, нарушают капли дождя, которые барабанят в окно. Еще вчера, была отличная и теплая погода, а уже сегодня, небо затянуто тучами и идет дождь.

Как же я ненавижу эту погоду. Сразу появляется желание сбежать туда, где солнце и нет дождя.

Я слышу, как открывается входная дверь. Сразу же вскакиваю с кровати и иду к двери, чтобы посмотреть, что там происходит.

Картина маслом. Пьяная мать, пытается выйти из квартиры. И ей, это удается с третьей попытки. Если мама уходит, значит, и отца дома нет. Отлично.

Я переодеваюсь с пижамы в обычные шорты и футболку и иду на кухню. Сделав чай, иду к телевизору. В такую погоду, только и хочется сидеть целый день перед телевизором, с чашкой горячего чая.

Перед телевизором, я провожу целый день, даже не замечая этого.

Как только входная дверь открывается, я быстро выключаю телевизор и иду к себе в комнату. Краем уха слышу, как отец кричит матом на маму. Мне становится очень обидно за нее, но я ничего не делаю, чтобы защитить маму перед отцом.

Это шикарный день. Я ни разу не подумала про Яна, хотя сейчас о нем вспоминаю.

Моя жизнь, сплошной лабиринт из неудач, и я никак не могу найти этот чертов выход.

Взяв в руки телефон, включаю его. Мне сразу же приходят новые сообщения от Антона. Я чувствую себя отвратительно.

Тишину в комнате, заполняет песня с телефона, которая оповещает о входящем вызове. Это Антон. Решая больше не мучить его и себя, я принимаю вызов.

– Да, – коротко отвечаю, не зная, что вообще сказать.

– Лер, извини меня. Я не хотел тебя обидеть. Я…

– За что ты вообще извиняешься? – шокировано, спрашиваю.

– За вчерашний вечер. Ты ушла и попросила, чтобы я оставил тебя в покое, – с горечью в голосе, говорит Антон.

– Ты здесь ни при чем. Давай забудем это. Все нормально.

– Точно? Я просто…

– Антон, успокойся. Я тебе говорю, что все нормально, значит все нормально.

Услышав его вздох, понимаю, что поступила и поступаю с ним, как сука. Этот парень, не заслуживает такого отношения к себе.

– Как у тебя дела? – спрашиваю я, надеясь на нормальное общение.

– Все отлично, не считая, что я виноват перед тобой. У тебя как?

Твою мать, он, похоже действительно себя за что-то винит, хотя он вообще не виноват. Я сама психанула и ушла, сделав его виноватым.

– У меня тоже все отлично.

Между нами появляется неловкое молчание. Ненавижу это.

– Лер, я действительно чувствую себя мудаком…

– Если ты еще раз вспомнишь тот вечер, то я обижусь на тебя.

Круто извинилась.

– Хорошо, – голос Антона, звучит слишком грустно. – Ты сейчас не занята? Может, погуляем?

– Ты прикалываешься? Ты вообще в окно смотрел?

Я поднимаюсь со стула и иду к окну. Погода ужасная. Дождь никак не прекращается, и вместе с этим, еще и ветер поднялся.

– Ну, мы могли бы сходить в кафе, – с надеждой в голосе, говорит парень.

– Нет, – слишком резко, говорю в ответ.

Снова появляется это ужасное молчание. Я не знаю, что ему сказать.

– Ладно, Тош. Я пойду. – решаю закончить разговор.

– Тоша? – как-то шокировано и удивленно, спрашивает Антон.

– А ты что против, если я буду так тебя называть? – с наигранным удивлением, спрашиваю. Ухмылка появляется на моем лице.

– Нет, не против.

– Ну, вот и хорошо. Пока, Тоша.

Не дожидаясь ответа, сбрасываю вызов.

Улыбаюсь, как идиотка. Я очень рада, что хоть с Тошей, мне удалось все наладить. Хоть где-то, у меня все хорошо.

Я быстро собираю свой рюкзак на завтрашний день в школу, и переодевшись, иду спать.

Снова этот чертов сон. Снова Ян, и его избиения.

Я подрываюсь с кровати в холодном поту. У меня такое дыхание, словно я пробежала кросс. На часах, всего пять утра. Еще два часа можно было спать, но мне приснился весь это ужас, что заставил меня проснуться.

Включив в комнате свет, ложусь в постель. Мне всегда становится немного спокойнее, когда в комнате светло.

Мои мысли возвращаются к Сотникову. Слишком уж много, я о нем думаю.

Звонит будильник, и я снова вскакиваю с кровати, чтобы быстрее отключить его, не разбудив родителей.

Желания идти в школу, совсем нет. И вряд-ли оно когда-нибудь появится.

Я иду в душ, чтобы хоть немного освежиться. Лицо само по себе кривится от отвращения, когда я смотрю на себя в зеркало. Просто ужас. Да мне можно сниматься в фильмах ужасов, без гримма.

Когда я возвращаюсь в свою комнату, замечаю входящий вызов на телефоне. Кто мог мне звонить в такое время? Конечно же Юля.

– Да.

– Привет, я тебя не разбудила? – слишком уж бодро, спрашивает подруга.

– Нет.

– Ты сегодня свободна?

Меня раздражает слишком бодрый голос Юли, будто у нее сейчас день или вечер, но никак не семь утра.

– Нет, а что? И чего ты вообще такая веселая? – не выдержав, спрашиваю.

– Просто настроение хорошее. Может, увидимся сегодня у тебя?

– Можно. Надеюсь, родителей дома не будет.

– Отлично. Тогда я тебе напишу, когда освобожусь. Хорошо?

В ответ, я угукаю и отключаю телефон.

Если Юля такая веселая в семь утра, значит, этому есть весомая причина. И мне необходимо узнать это.

Надев джинсы и толстовку, убираю волосы в хвост. Улыбнувшись самой себе, беру рюкзак, надеваю кроссовки и иду в школу.

Как только я оказываюсь на улице, то вздрагиваю от холода. Погода просто отвратительная. Сильный ветер, буквально сбивает с ног и небольшой дождь, капли которого, бьют в лицо.

Накинув капюшон, следую в сторону школы.

За весь путь, я раз пять проклинаю такую погоду. Я промерзла до костей и дрожу от такого холода.

Оказавшись в классе, сразу же напрягаюсь. С этими людьми нужно быть максимально осторожной.

Хоть Милана с Дианой, и оставили меня в покое на некоторое время, я все равно нервничаю. Эти две сучки, так и не отомстили мне за разбитый нос Милы. Внутри себя, я радуюсь, что смогла успокоить их. Хоть где-то, я чувствую себя победителем. Но все же иногда, я слышу от них противные слова в свой адрес. Я знаю, что они поливают меня грязью за спиной. Но мне плевать. Ведь когда я рядом, они боятся сказать мне и слово.

Все ученики меня презирают. Никто не хочет со мной общаться. Но мне вполне хорошо быть одной. Мне действительно нравится, когда я одна. А все это стадо, лишь зависит от мнения остальных. Но я одна, и так, я чувствую себя свободной.

В класс заходит Диана и бросает на меня взгляд, пропитанный отвращением. В ответ, я улыбаюсь ей. Она меня явно ненавидит, но и боится.

Вслед за Дианой, в класс заходит Инга. Это самая сильная и крутая девчонка школы. Инга не шлюха, но общается только с такими. Эта девушка занимается боксом. Многие, ее побаиваются.

Мое сердце, почему-то сжимается от страха. Я боюсь Ингу.

Что? Я действительно ее боюсь?

Как бы хорошо, я не умела разбивать носы, у Инги удар явно лучше моего. С этим не поспоришь.

Ко мне подходит Диана и ухмыляется.

– Ну что сучка, допрыгалась?

Я в недоумении смотрю на нее. В этот момент, к нам подходит Инга. Черт.

– Это та самая сучка, которая разбила нос Миле? – с отвращением, спрашивает Инга.

– Да, она, – отвечает Диана, улыбаясь как змея.

Я поднимаюсь со стула и становлюсь напротив этих двух девушек. Мне становится страшно.

– Послушай, к тебе, у меня вообще нет никаких претензий и проблем. Мы с тобой, лично не ссорились. Так зачем тебе сейчас, со мной выяснять отношения? – спрашиваю, дрожащим голосом.

Инга, не Милана, ее ударить, у меня не получится. Мне нужно как-то выкручиваться из этой ситуации. Ничем хорошим, это не закончится.

– Ты ударила мою подругу, – шипит Инга, показывая на меня пальцем.

Ну, вот и настали мои проблемы. Со своим авторитетом, эта девушка легко может сделать меня изгоем школы.

Инга подходит ко мне и сжимает мою руку, до безумной боли, и я вскрикиваю.

– Отпусти, – кричу на весь класс, пытаясь вырваться, но Инга лишь сильнее сжимает мою руку.

Что за черт? Инга сжимает мне руку, так же сильно, как и Ян. И видимо сила у нее, ничем не уступает парню.

– Слушай меня сюда. Если ты еще хоть раз, скажешь что-то против в их сторону, – Инга показывает на Милу и Диану, – тогда я, покажу тебе настоящий ад. Ты меня поняла?

Я молчу. Мне страшно сказать что-то не то.

– Я спрашиваю, ты меня поняла? – кричит девушка, еще сильнее сжимая мою руку.

В ответ, я киваю.

– Не слышу, – говорит Диана, которая стоит рядом, ухмыляясь.

– Да, – кричу, из последних сил.

– Ну, вот и умница.

Инга отпускает мою руку и ухмыляется. Я дрожу от страха. Такие же чувства, я испытываю рядом с Яном. Но Инга, не Ян, а страха не меньше.

Я сажусь на свой стул и смотрю на руку. Она ужасно болит. Дотронувшись до руки, сразу же жалею об этом. Я зажмуриваюсь от дикой боли.

В класс заходит учитель, и на ватных ногах, я поднимаюсь со стула. Мое тело все еще дрожит. Страх так и не отступает. Мимо проходит Диана и задевает меня своим плечом, ехидно улыбаясь. Как же я ненавижу эту суку.

Каждый урок, каждая перемена, проходят для меня в напряжении. Сплошной день, одно напряжение.

Я избегаю Сотникова. Избегаю Ингу. Мне страшно, что я не сдержусь и отвечу Миле или Диане.

Просто ужасный день.

Когда я оказываюсь дома, то выдыхаю от облегчения. Да, я сумела пережить весь этот ужас. У меня получилось.

Выложив все свои вещи на стол, замечаю одну мерзкую вещь. Черт. На моем учебнике по алгебре, на всю страницу написано черным маркером «Сучка». Автор этого творения, явно себя имел ввиду. Почерк мне знаком. Это написала Диана. Видимо эта сука думает, что Инга дала ей зеленый свет по поводу меня.

Бросив учебник на стол, я иду на кухню. В этот момент, мой телефон пищит от сообщения.

«Буду у тебя, через полчаса».

Черт. У меня из головы совсем вылетела встреча с Юлей.

Мне приходится замаскировывать синяки тональным кремом. Обычно девчонки моего возраста используют тональный крем, чтобы скрыть прыщи, но я использую его для скрытия синяков.

Только сейчас, я замечаю, что родителей нет дома. Не могу не радоваться этому.

Я иду на кухню и вижу на столе пустую бутылку из под водки. Быстренько убираюсь к приходу подруги. Случайно ударившись рукой о стол, я вскрикиваю. Сумасшедшая боль пронзает меня.

Услышав звонок в дверь, я иду ее открывать.

На пороге стоит Юля и улыбается. Мне бы так, улыбаться и быть счастливой, а не все это.

– Привет, проходи, – говорю, отходя в сторону, чтобы подруга могла пройти.

Молча, мы идем на кухню. Юля садится на стул, а я становлюсь напротив нее. От ее широкой улыбки, я не могу, не улыбнуться в ответ.

– Ты чего такая счастливая? – вопрос вырывается сам собой.

Конечно Юля всегда на позитиве. Она всегда веселая и жизнерадостная. Но такой счастливой, я ее никогда не видела.

Подруга молчит, и меня ужасно раздражает эта тишина. Улыбка не сходит с ее лица, и я начинаю подозревать, принимала ли она что-то.

– Ты что-то курила? – с недоверием, спрашиваю.

– Что? Нет. С чего ты взяла?

– Ну, просто ты так подозрительно улыбаешься.

– Да ну тебя, – говорит Юля и снова продолжает улыбаться.

– Что происходит?

Подруга снова молчит. Мне хочется уже кричать на нее, лишь бы только выяснить причину ее радости, а не быть в тишине.

– Понятно, – вздыхаю, отвернувшись от Юли.

Если подруга не хочет говорить о чем-то, то никогда и не начнет разговор, не поддержит его. Видимо ей просто нужно время, чтобы рассказать о причине такой внезапной радости.

– Я влюбилась.

Ложка выпадает из моих рук. Сказать, что я в шоке, ничего не сказать. Улыбка появляется на моем лице. Для меня немного дико то, что Юля влюбилась. До этого, она никогда не была влюблена, считая влюбленность глупым делом. Да, ей многие нравились, но больше чем симпатии, подруга к ним не испытывала. Влюбленность Юли – шок для меня.

Повернувшись, смотрю на нее. Она снова улыбается.

– Мне сейчас послышалось, или ты сказала, что влюбилась?

Подруга закатывает глаза.

– Нет. Не послышалось. Я действительно влюбилась.

– Я в шоке, – говорю на полном серьезе.

– Ой, та я и сама пока в шоке.

Не отрывая от Юли глаз, сажусь напротив нее. Я смотрю ей прямо в глаза. Они выдают, насколько сильно она счастлива. Глаза не врут.

– Кто он вообще? Представляю, каким он должен быть, что ты в него влюбилась.

– Ой, Лерка. Он идеален, – мечтательно говорит подруга, закрыв глаза, но все так же улыбаясь.

– Не сомневаюсь, раз ты умудрилась на него запасть.

Немного посидев в тишине, Юля достает свой телефон из кармана и, покопавшись в нем, протягивает мне.

– Ну, разве он не хорош? – спрашивает она.

Взяв телефон, я несколько раз осматриваю фото на экране. Парень с фотографии, действительно хорош. И это, еще мягко сказано. В глаза, сразу бросаются его высокие и нереально красивые скулы, милые голубые глаза. Да этот парень похож на кена.

– Он случайно не модель?

– Нет. Хотя мог бы им стать, – отвечает мне подруга.

– Ну и как зовут этого красавчика?

– Влад.

– Вы будете отличной парой, – без всякого лицемерия и зависти, говорю я.

– Спасибо, – отвечает Юля, слегка смущаясь.

– Как вы познакомились?

Мне хочется узнать все о нем. Просто интересно, что в нем есть такого, что Юля влюбилась. Она встречалась с очень красивыми мальчиками, но даже все они, не годятся в подметки Владу. По крайней мере, по внешности, он идеален.

– Нас Алена познакомила. Влад – давний друг Алены. Мы как-то гуляли в одной компании. Ну, вот там мы с ним пообщались и меня зацепило. Это будто любовь с первого взгляда.

– Не бывает любви с первого взгляда, – говорю я, хмурясь.

– Бывает. Поверь мне, – ангельски улыбается мне Юля.

– Ладно.

Подруга тянет ко мне свою руку, и я отдаю ей телефон. Мое лицо морщится от адской боли, когда Юля задевает рукой мою руку.

– Я сейчас, – быстро говорю и иду в ванную комнату.

Включив холодную воду, придвигаю руку под струи воды. Непроизвольно улыбаюсь, когда боль чувствуется не так сильно.

– Лер, – зовет меня подруга из кухни.

– Иду, – выкрикиваю, выключив воду. Быстро вытираю руку и иду на кухню.

Меня уже начинает напрягать, что Юля никак не прекращает улыбаться. Как у нее это получается?

– Видимо глупо об этом спрашивать, но я все же спрошу. А что Влад чувствует к тебе?

Юля пожимает плечами.

– Ну, он взял мой номер. Позвал погулять завтра. Ничего конкретного, я не знаю. Влад ничего такого, не говорил.

– Ну а как он ведет себя, рядом с тобой?

Я решаю побыть немного психологом в личной жизни Юли. Что-что, а вот влюбленного человека, я сразу могу определить по поведению.

– Ну, он улыбается часто. Пару раз обнимал меня. Ну и на прощание, в щеку поцеловал.

Широкая улыбка, появляется на моем лице. Я полностью уверена в том, что эта маленькая блондинка, запала Владу в душу. Мне уже поскорее хочется увидеть эту пару.

– А вы вместе никогда не гуляли? Ну, наедине, – спрашиваю, улыбаясь.

– Нет, – тяжело вздыхает подруга. – Он только провожал меня один раз до дома. Поцеловал в щеку. Я думала, что умру от счастья. Я тогда растерялась. Просто сказала ему «пока» и ушла.

Я закатываю глаза, понимая, что подруга упустила идеальный шанс для их первого поцелуя.

Минут сорок, мы сидим, обсуждая какой же Влад хороший и добрый. Обычно все красивые люди, чрезмерно эгоистичны, не знающие, что такое помогать другим, но судя по описанию Влада, он исключение.

– Что у тебя с тем симпатичным мальчиком? Только честно, – неожиданно выпаливает Юля.

– С каким?

– А у тебя их разве много? – спрашивает подруга, подняв брови, на что, я закатываю глаза. – Я про Антона.

– А что у меня с ним?

– Вы ведь недавно гуляли. Вот я и решила, что вы встречаетесь.

– Откуда ты знаешь, что мы гуляли?

Я шокировано смотрю на Юлю, будто у нее выросла вторая голова. Она точно не могла знать, о нашей прогулке с Тошей.

– Мне Алена рассказала. Она видела вас в парке.

Что за черт? Я даже не знакома с этой Аленой, а она уже лезет в мою жизнь.

– Она же меня не знает.

– Я показывала ей наши фотки. Она рассказала, что видела тебя с каким-то симпатичным блондином. Вы о чем-то разговаривали и смеялись. Ну, так что у вас с ним?

Я делаю глубокий вдох, понимая, что Юля не уйдет с этой темы.

– Ничего. Юль, давай прекратим этот бессмысленный разговор. Он не имеет смысла.

– Да почему? Лер, почему ты ломаешься? Этот парень очень красивый, как и внешне, так видимо и внутренне, раз ты с ним общаешься. Антон явно неспроста с тобой гуляет. Ты ему нравишься, и это очевидно.

– Пожалуйста, прекрати. Я не собираюсь встречаться с Антоном. Давай закроем эту тему.

– Почему ты так против отношений с ним?

– Да, потому что я лю…

Я вовремя закрываю свой рот, не успев сказать ничего лишнего. Твою мать, я чуть не проболталась Юле, о самом главном и важном для меня.

– Все. Прошу, хватит. Иначе мы просто поссоримся, – шепчу я, успокаиваясь.

Юля улыбается и кивает, начиная разговор о всякой ерунде. Мне становится неловко. Я, почему-то не чувствую той уверенности с подругой, которую прежде всегда ощущала.

Оставалось всего три буквы и имя, и тогда бы, Юля все узнала. Она бы узнала, что я по уши влюблена в Сотникова. Не умею я, держать язык за зубами.

– Помнишь, я рассказывала тебе про Магдалину?

Я киваю, пытаясь вспомнить, о ком говорит подруга.

– И что? – неуверенно спрашиваю, не понимая, к чему ведет Юля.

– Та ничего такого, просто хотела рассказать, что она начала встречаться с Сотниковым.

Ничего такого? Зачем? Ну зачем, Юля рассказывает мне об этом? Разве ей не понятно, что мне до безумия больно от ее слов?

Внутри все сжимается от сильной душевной боли. Эта боль, в тысячи раз сильнее и хуже физической. Мне приходится скрывать свои эмоции, надев маску безразличия.

– Ну и что? – спрашиваю, сквозь ком в горле. Кое-как мне удается не заплакать.

– Да ничего. Просто когда он вернулся, стал конкретным бабником.

– А может, хватит? – не выдержав этого, кричу. Еще немного, и я признаюсь Юле, что до сумасшествия люблю Яна. Но я этого не делаю. – У нас разве нет других тем, кроме Яна?

– Ты чего так завелась?

– Ничего.

Хорошее настроение куда-то пропало. Мне поскорее хочется остаться наедине со своими мыслями, чтобы переварить всю информацию, сказанную Юлей.

– Юль, извини, но мне нужно делать уроки.

– Все нормально. Я тогда пойду. Позвоню тебе завтра.

В ответ, я киваю, не в силах выдавить из себя слова. Мне сложно говорить.

Как только дверь закрывается, я даю волю своим чувствам. По моим щекам начинают литься слезы. Черт. Снова истерика. Я снова плачу, как идиотка. Мысль о том, что Ян встречается с Юлиной подругой, меня просто убивает. Не так уж и легко любить человека, когда он причиняет тебе адскую боль.

«Я сломаю тебя».

Почему-то именно в этот момент, мне вспоминаются угрозы Яна. Сердце просто падает на дно.

Я спускаюсь вниз по стене и опускаю голову на колени, накрыв ее руками. Я просто рыдаю навзрыд. Мне больно. Очень больно. Он ломает меня. Он действительно меня ломает. Как же это ужасно.

Моя истерика продолжается около получаса. Мне очень сложно успокоиться, но я делаю это, собрав последние силы.

Я иду в свою комнату и падаю на кровать. Мне наплевать на свой внешний вид.

«Она начала встречаться с Сотниковым». Простая фраза, которая смогла довести меня до сильнейшей истерики и буквально вырвать сердце из груди.

Со слезами на глазах, мне все же удается уснуть.

Мне снится Антон. Черт, мне снится Антон. Мы будто бы гуляем по парку, взявшись за руки. Внезапно, парень останавливается и целует меня в щеку.

– Ты мне нравишься. Очень.

В ответ, я улыбаюсь и целую его.

Звонит будильник, и мне приходится кое-как подниматься с постели, чтобы выключить его.

Что за бред, мне только что снился? Почему я вообще была с Антоном? Он мне абсолютно безразличен. И я не обманываю себя. Может быть, я и нравлюсь ему, но он мне не интересен как парень. В этом, у него нет никаких шансов. Но я хочу дружбы с этим парнем. Мне, почему-то чувствуется в Тоше родственная душа. У меня был лучший друг, а теперь его нет.

Я вздрагиваю от воспоминания о Саше. Мы с ним, теперь вообще не общаемся. Больно от потерянной дружбы, но всему приходит конец.

Нехотя, иду в душ. Мне необходимо освежиться.

В школу, я собираюсь за полчаса. Погода на улице, встречает меня сильным ударом ветра в лицо, и я сразу же морщусь от этого. Хорошо, хоть сегодня я надела куртку. В ней, не так холодно.

До школы, я добираюсь очень быстро. Мне никак не приносит удовольствия, долго ходить в такую погоду.

По пути к моему классу, я раз пять слышу грязные словечки в свой адрес. Мне становится очень больно и обидно, ведь я ничего им не делала, а они такое про меня говорят. Травля. По-другому, это не назовешь.

Зайдя в класс, как и всегда, я замечаю, что на передних партах сидят все самые крутые парни с девчонками. Как всегда, их компания. Заметив несколько парней из компании Яна, я морщусь. Почему они вообще здесь?

– О, сучка здесь, – говорит мне Милана, ухмыляясь как змея.

Вся компания, сразу же переводит на меня все свое внимание.

– Так вот это, разбило нос Миланке? – спрашивает какой-то парень, подчеркнув слово «это» и говоря всю свою речь с отвращением. Я знаю о нем только то, что он общается с Яном.

В ответ этому парню, я улыбаюсь. Мне совсем не хочется отвечать ему агрессией или хамством.

– Она всегда улыбается? Что она курит? – спрашивает этот же парень.

– Она у нас, больная просто, – отвечает Диана.

Подмигнув ей, иду к своей парте.

Что. За. Черт. Какого хрена? На моей парте, огромным шрифтом написано «Филатова шлюха». У меня расшириваются глаза от шока. Пытаясь держать себя в руках, решаю просто пересесть на соседнюю парту. Оттирать это, я не собираюсь.

– Что, Филатова, не нравится правда? – кричит Диана.

– Какая правда?

– Про то, что ты шлюха.

– То есть, это я сейчас сижу на руках у очередного парня, и это он лапает мою задницу?

– Закрой свой рот, Филатова. Иначе Инга просто выбьет тебе все твои зубы, – с невинной улыбкой, говорит мне Мила.

– А чего ты подругой прикрываешься? Сама за себя постоять не можешь? – разъяренно спрашиваю.

– Могу. Показать как?

Милана подходит ко мне, смотря прямо в глаза. Это действительно отвлекает, и я не замечаю, как сзади ко мне подходит Диана и какая-то брюнетка.

Мила подходит ко мне вплотную и бьет пощечину. Сразу же замахиваюсь для ответного удара, но мои руки заламывают назад. Черт. Я пытаюсь вырваться, но у меня ничего не получается.

– Давай, Мила. Покажи ей кто она, – кричит кто-то из передних парт.

Одним резким движением, я оказываюсь на полу, совсем не понимая, что происходит. Чувствуется адская боль в голове и все расплывается перед глазами. Сквозь боль, слышу громкий смех. Открыв глаза, понимаю, что все смеются надо мной. Становится еще больнее.

Они сломали сильную. У них это получилось.

На еле передвигающихся ногах, я иду на выход из этого ада. Мне нужен свежий воздух. Срочно на улицу.

Выйдя из школы, я сажусь на порог. Мне плевать на сильный ветер и ужасный мелкий дождь, который бьет мне в лицо. Накинув капюшон на голову, опускаю ее на колени, закрыв руками.

Слезы, сами собой появляются на моих глазах. Голова отзывается сумасшедшей болью. Я могу слышать только наполовину. Очень сложно сконцентрироваться на окружающем мире. Видимо удар, пришелся очень сильным.

Господи, ну как я могла всего год назад быть неким авторитетом и хорошей девчонкой, а сейчас, я настоящий изгой в этом диком обществе.

Краем уха я слышу, как хлопает входная дверь, но ничего не делаю. Мне также становится плевать, когда кто-то садится рядом со мной. Я не поднимаю голову с колен.

В мой нос, врезается до боли знакомый парфюм. Я сразу же поднимаюсь, встречаясь с шикарными карими глазами.

– Что тебе нужно? – спрашиваю, сквозь ком в горле.

На лице Яна, появляется ухмылка.

– Что, уже не сильная, да?

Я опускаю взгляд на землю. Мне нечего ему ответить. Меня пугает присутствие Сотникова.

– Я же говорил тебе, что сломаю тебя. Еще немного осталось.

Ян, обнимает меня за плечи. По моему телу бегут мурашки, то ли от любви, то ли от страха, а может, вообще от холода. Я не понимаю.

– Еще немного, и все, – шепчет мне Ян на ухо.

Сотников начинает смеяться. Его смех, ничем не отличается от смеха в фильмах ужасов. Сейчас он звучит также дьявольски и ужасно.

– Хватит здесь уже сидеть. Простынешь еще, – говорит парень. Его голос, звучит вполне нормально и адекватно, что даже нельзя подумать о его агрессии.

– Что? – ошарашено спрашиваю.

– Ты глухая? Пойдем в школу, чтобы не заболеть.

Я продолжаю в недоумении, смотреть на него. Ян дергает меня за руку, поднимая с порога, и я даже не сопротивляюсь. Парень обнимает меня за плечи и ведет ко входу. Я по-прежнему нахожусь в недоумении.

Как только мы оказываемся возле моего класса, Ян убирает руку и уходит. Я стою возле класса и тупо смотрю ему вслед. Даже не знаю, радоваться мне или бояться.

Глава 12

– Филатова, где вы были? – спрашивает учитель, когда я захожу в класс.

– Извините за опоздание, – мямлю я, опустив голову.

– Садитесь на свое место.

Кивнув головой, иду к своей парте. Мои глаза округляются, когда я замечаю, что надписи на парте больше нет. Ее стерли. Кто?

Осмотревшись по сторонам, ловлю на себе взгляд Дианы. Пренебрежение, ненависть, брезгливость. Все это, видно в ее глазах.

Я отворачиваюсь от Дианы и сажусь на стул. Но мои глаза, вновь возвращаются к ней. Она просто убивает меня, своим пронзительным взглядом. Я делаю то же самое. Не отвожу от нее взгляда, ехидно улыбаясь. Диана ухмыляется в ответ и отворачивается.

Да, я смогла хоть в этом одержать маленькую победу.

– Филатова, к доске!

Я смотрю на учителя ошарашеным взглядом. Черт. Только этого, мне сейчас не хватает. Нехотя, поднимаюсь со стула и иду к доске.

– Вот вам задача.

Максим Сергеевич дает мне лист бумаги, на котором написана какая-то задача. Сделав глубокий вдох, понимаю, что не смогу решить ее. Физика, никогда не давалась мне легко.

Повернувшись к классу, вижу, что все уставлены на меня. Абсолютно все ученики класса, смотрят на меня. Я вздрагиваю от этого и опускаю голову.

– Я не знаю, – тихо говорю.

– Что? – спрашивает Максим Сергеевич и подходит ко мне.

– Я не знаю эту тему.

– Она у нас знает, только как понты кидать, – кричит кто-то из одноклассников.

Я поворачиваю голову, чтобы увидеть этого придурка, который только что открыл свой рот. Ну, конечно же, это самый популярный парень из класса, который слишком высокомерный.

– Тихо, – огрызается учитель физики и смотрит на меня, отчего у меня дрожат руки. – Садитесь, Лера. Два.

Опустив голову, иду к своей парте. Только двойки мне сейчас не хватает.

Следующая часть урока, проходит для меня с неким облегчением. Но весь учебный день, становится полным напряжением. Когда звучит звонок с последнего урока, я улыбаюсь от радости.

Быстро собравшись, иду домой.

* * *

– Лер, почему ты не хочешь?

– Юль, ну а что я буду там делать с вами? Я там явно буду лишней.

Грустно улыбнувшись, снова пытаюсь убедить подругу, что не хочу знакомиться с ее новыми друзьями. Мне это совсем не нужно. Я знаю, что Юлины подруги эгоистичные сучки, которым глубоко плевать на других людей. Я не из их общества.

– Филатова, я устала, – кричит Юля. Мне никогда не нравилось, когда подруга говорила со мной в таком тоне. – Ты пойдешь, и это не обсуждается.

– Зачем?

– Иначе, я обижусь на тебя, – ну, конечно же, ключевая фраза подруги.

– Ладно, Красильникова. Я пойду, – тихо говорю.

Юля визжит в трубку, и я морщусь от этого, убирая телефон подальше от уха.

– Юль, у меня нет денег на кафе. Ты ведь это знаешь. Может, мы просто погуляем? – с надеждой спрашиваю, прикусив губу.

– Нет. Мы пойдем в кафе. Я заплачу за тебя, и возражения не принимаются.

Не успеваю я возразить, как подруга сбрасывает вызов.

Я чувствую себя неловко из-за этой ситуации. Мне совсем не нравится, когда Юля платит за меня. В таких ситуациях, я чувствую себя нищенкой.

Ну что ж, рано или поздно, все равно настал бы момент знакомства, с подругами Юли. Но подруга, решила ускорить этот процесс. Про Юлиных подруг, я знаю немного. Алена и Магдалина. Именно с ними, я буду знакомиться.

Усердно думая, что же мне надеть, подхожу к своему шкафу. Наряжаться для такой встречи, я не буду. Не так уж и важна эта встреча для меня, чтобы прихорашиваться.

Я надеваю обычный серый свитер, синие джинсы и курточку. Волосы убираю в высокий хвост, а на губы наношу красную помаду. Беру тональный крем и скрываю им синяки. Мне это практически удается, хотя все же остаются небольшие следы.

Надев капюшон, я собираюсь выйти из своей комнаты, как мне звонит мобильный телефон.

– Привет, Тош, – радостно говорю.

– Привет. Как у тебя дела?

– Все хорошо. Ты как?

– Нормально. Может, увидимся сегодня? Сходим погуляем.

Антон постоянно зовет меня на прогулку, но я вечно ему отказываю. Очень неловкое чувство.

– Извини, Тош. Я не могу, – говорю, извиняющимся тоном, грустно улыбаясь. – Я уже с подругой договорилась встретиться. Мне, правда жаль.

Я слышу вздох от него.

– А когда ты будешь свободна?

– Я не знаю.

И я действительно не знаю. У меня конкретные проблемы с коллективом, с Яном и с учебой. Из всех этих проблем, я могу решить только одну. Учеба. Мне нужно пересдать эту чертову физику и перестать прогуливать эту чертову школу.

– Антон, давай я тебе тогда сама позвоню, когда буду свободна. Ну и если, ты тоже будешь не занят, то мы пойдем погуляем.

– Для тебя, я всегда свободен.

И даже сквозь телефон понимаю, что Тоша улыбается. Его слова, врезаются в мое сердце, и я вздрагиваю.

Антон мог отложить для меня, все свои дела. По его словам, он может бросить все и пойти со мной на прогулку. Я же, всегда не нахожу для него времени. Чувствую себя последней сукой из-за этого.

– Извини, но мне нужно идти, – говорю я, улыбаясь.

– Хорошо, буду ждать твоего звонка.

– Угу. Пока.

Сбросив вызов, я кладу телефон в карман джинс. Надеваю кеды и иду на улицу.

Не знаю, как так получается, но я снова думаю о Яне. Я думаю о нем всегда.

Любовь намного лучше ненависти. И сейчас я испытываю к нему только светлые чувства. Я люблю его до безумия, но и порой ненавижу. Мне хочется убить Сотникова, когда он причиняет мне сумасшедшую физическую и душевную боль.

Господи, что же со мной вообще происходит?

«Скоро игрушка будет сломана».

Ужасные слова, которые не выходят из моей головы. Это то самое чувство, когда чувствуешь ненависть от любимого человека.

Если он меня так сильно ненавидит, тогда зачем он проявлял ко мне заботу? Зачем, черт возьми, он обнимал меня? Зачем ему это?

Я его игрушка. Да, я игрушка Яна. В его руках, я превратилась в куклу, которая со временем ломается.

«Хватит здесь уже сидеть. Простынешь еще».

«Пойдем в школу, чтобы не заболела».

Его слова звучат в моей голове. Мне так хочется верить, что он такой хороший и заботливый. Хочется верить, что он такой жестокий, только публично, чтобы люди увидели это и все. Но это самообман. Он также избивает меня, когда мы наедине. Ян – бесчувственная мразь, не знающая предела.

Я беспомощна. Мне саму себя жаль. Я практически сломана.

Что же происходит со слабыми, если сильные так ломаются? Да, я сильная. Была. До встречи с Яном. А сейчас, я лишь слабое подобие человека. Всего лишь одним словом, меня можно довести до бешенства и истерики.

Я даже не замечаю, как оказываюсь возле кафе. Сделав глубокий вдох, открываю дверь и вхожу. Мне страшно. Я боюсь этого знакомства.

Зайдя в кафе, замечаю столик, за которым вижу блондинистую макушку подруги. За одним столом с Юлей, сидят какие-то две девушки. Брюнетка и шатенка.

А может мне просто развернуться и уйти? Никогда не могла бы подумать, что так буду бояться людей. Сейчас, у меня возникает страх абсолютно ко всему.

Он сделал из меня запуганного зверька. Он сделал из меня куклу. Благодаря Яну, я теперь боюсь всего. Любой странный звук, и мое сердце уходит в пятки.

Я все еще стою возле входа, никак не решаясь подойти к столику. Мои ноги отказываются ходить. Мне хочется уйти. Но у меня не получается этого сделать, так как Юля замечает меня и машет мне рукой.

Мне приходиться надеть маску радостной и счастливой девочки, у которой совершенно нет никаких проблем. Полное вранье.

Если бы люди не умели притворяться, что у них все хорошо, а показывали свои настоящие эмоции и чувства, то тогда бы все окружающие были в шоке. Но все мы умеем притворяться, чтобы показать людям, как у нас все отлично.

Вцепившись ногтями себе в руку, снова делаю глубокой вдох. Я всегда так делаю, когда ужасно нервничаю. Собравшись с мыслями, подхожу к столику.

– Привет, – неловко говорю, пытаясь улыбнуться.

Юля одобрительно мне улыбается и кивает. Она видит, что я нервничаю и чувствую себя неловко, и подмигивает мне.

– Знакомьтесь, это Лера.

Подруга указывает на меня, поправляя свои светлые волосы.

– Лер, это Алена, – показывает Юля на шатенку, а затем на брюнетку, – а это Магдалина.

Мое сердце чувствует удар, когда я рассматриваю их вблизи. Черт. Они выглядят, как с обложки глянца. Я видела много моделей по телевизору и в журналах, и эти девушки ничем не уступают им.

– Привет, – улыбается мне Магдалина. – Рада знакомству. Можешь называть меня Линой, ну или Магдой.

Я улыбаюсь и киваю.

Магдалина – имя конечно странное, но девушка мне уже нравится. Даже не знаю почему, но мне кажется, что у нас с ней получится общение.

Алена же, наоборот, делает кислую физиономию с неким отвращением ко мне.

Сняв куртку, сажусь на стул рядом с Юлей.

Первое впечатление о Магдалине, очень хорошее, а вот про Алену все кардинально по-другому. По ее поведению понятно, что она та еще сука. Вся такая кукла Барби. Ее стервозному поведению, могут позавидовать даже Диана с Миланой.

– Лер, сколько тебе лет? – спрашивает у меня Магдалина, убирая назад свои черные волосы.

В этой компании, я чувствую себя лишней.

– Пятнадцать, а тебе? – слова даются мне с трудом. Я сильно нервничаю из-за этой встречи.

– Мне восемнадцать, – отвечает Магда.

Вот это реально шок. Никогда не могла бы подумать, что ей восемнадцать лет. Лина выглядит как минимум на двадцать, хоть внешность действительно модельная. У Магдалины длинные черные волосы. Немного смазливое личико. Небольшие карие глаза, шикарные скулы и пухлые губы. Неудивительно, что Ян с ней встречается.

Черт, даже здесь меня не оставляют мысли о нем. Как я могу хорошо относится к Лине, если она встречается с парнем, в которого я по уши влюблена?! Я должна ее презирать и ненавидеть, но я не испытываю к ней этих чувств.

– А ей семнадцать, – говорит Магда, указывая на Алену, которая копается в своем телефоне, не обращая на нас абсолютно никакого внимания, будто нас здесь и нет.

Второй шок. Как Алене, может быть семнадцать? Она серьезно? Эта девчонка, выглядит еще старше Лины. Алене на вид, будто двадцать три года. Никак не меньше.

Длинные каштановые волосы Алены, сразу бросаются в глаза. Да ее волосы, длиннее моих. Что за черт? Одна единственная гордость, и та пропадает рядом с ними.

Алена, явно не знает меры в использовании косметики. Может быть, если бы она использовала меньше косметики, то выглядела бы гораздо моложе, нежели выглядит сейчас.

– Лин, а у тебя есть парень? – напряженно спрашиваю. Мне важно знать, правду ли мне сказала Юля.

– Нет, – коротко отвечает она.

Я бросаю взгляд на подругу.

– В смысле нет? Вы же с Сотниковым встречаетесь, – ошарашено говорит Юля. Видимо она мне не соврала, а просто не знала.

– Мы не сошлись характерами. Ну, если так можно сказать, – улыбается Магдалина.

Мне становится легче. Я не испытываю теперь никакой агрессии, в сторону Лины. Я улыбаюсь, как идиотка.

– А у тебя есть кандидаты для меня? – спрашивает у меня Магда, широко улыбаяясь и подмигивая мне. – Я буду непротив.

Я хмурюсь. Тот факт, что эта девушка больше не встречается с Яном, меня, несомненно радует.

– Ты ее брата не видела, – выпаливает Юля и указывает на меня. – Вот он, очень даже хороший кандидат.

Улыбка спадает с моего лица и я грозно смотрю на подругу. Юля невинно мне улыбается и подмигивает. Уровень злости во мне, просто зашкаливает.

– А что у нее за брат? – подает свой голос Алена, наконец, оторвавшись от своего телефона.

Черт, только этого мне не хватает.

Мой взгляд по-прежнему прикован к Юле. В этот момент, я готова сделать ей все что угодно, лишь бы она только заткнулась. Первый раз за всю нашу дружбу, я испытываю к ней агрессию и сумасшедшую злость.

Юля поворачивается ко мне и мило улыбается. Но моя злость не угасает. Я продолжаю сверлить ее взглядом.

– Все, Лер. Успокойся. Я же пошутила, – оправдывается подруга.

– Да, Лер. Не обижайся на нее. Она всегда может что-то лишнее сказать, – объясняет мне Магдалина, будто я только что познакомилась с Юлей, и совершенно ее не знаю. – А ты-то, чего спросила про ее брата? У тебя вроде как, Ян теперь есть.

Последнюю фразу, Магда говорит Алене. От такой неожиданности, у меня выпадает стакан сока из рук. Черт. Хорошо хоть он не смог разбиться, а всего лишь разливается по столу.

К нам, сразу же подходит официант.

– Все хорошо. Я сейчас все уберу, – произносит он, начиная вытирать стол.

Я опускаю глаза в пол. Мне становится очень неловко и стыдно.

– Расслабься, Лер. Все хорошо, – говорит мне Юля, когда официант уходит.

– Да, Лер. У всех такое бывает, – поддерживает Лина.

Я поднимаю взгляд, пытаясь улыбнуться, но у меня это плохо получается.

Наша первая встреча, а я уже опозорилась перед ними.

Мои глаза почему-то устремлены на Алену. Именно из-за нее, у меня получился такой конфуз. Ее лицо пропитано отвращением.

– Ну и что, если Ян есть? – спрашивает эта сучка у Магды. – Я что, не могу интересоваться другими парнями?

Мое сердце просто обливается кровью.

А может они говорят не про Сотникова? Я очень на это надеюсь. Имя Ян, же не у одного Сотникова. Да это вообще распространенное имя. И чего, я тогда так переживаю?

– И вообще, мы с ним друг другу ничего не обещали, – эхом раздается в моей голове.

Мне до безумия, хочется убить эту суку.

– И давно вы с Сотниковым вместе? А то я, почему-то не в курсе. Совсем недавно, он с Линой был, а теперь с тобой? – спрашивает Юля, оторвавшись от своего напитка.

Мне кажется, или я перестала дышать? Весь воздух выпустили из моих легких. Мой маленький мир, полностью рухнул. Внутри все сжимается от боли. От адской и сумасшедшей боли внутри.

Ян, как шлюха, которая ходит по рукам от одной к другой.

Я сижу за одним столом с сукой, которая заняла мое место. Я уже ненавижу эту мразь.

– Нет. Всего несколько дней, – спокойно отвечает Алена.

Магдалина ведь тоже была его девушкой. Она также встречалась с Яном. Но почему-то общение с ней, у меня получилось сразу же. Лина очень открытый и искренний человек. Это видно сразу. С ее внешностью, она может быть полной стервой, но это не про нее.

А вот Алена… Она самая настоящая сука. Мне кажется, что я скорее подружусь с Дианой, ну или даже Ингой, чем с этой Аленой.

– Он ведь такой хороший, – начинает говорить эта стерва. Мне хочется уйти прямо сейчас. Просто уйти от обсуждения Яна. Но я продолжаю сидеть на своем месте. – Красивый, при деньгах еще. Такие как он, на дороге не валяются.

Я закрываю глаза в надежде, что хоть так у меня пропадет желание задушить Алену прямо сейчас. Сложно слушать рассказ о любимом человеке, из уст его девушки. Это невыносимо сложно.

– Вы достали уже со своим Яном, – возмущенно говорит Магда, отчего нравится мне еще больше. Она будто прочитала мои мысли.

Алена ухмыляется и снова копается в своем телефоне, игнорируя нас.

– Смотри, – говорит она, протягивая свой телефон Юле. Подруга поворачивает экран ко мне.

Мое сердце замирает. Кое-как мне удается сдержать слезы, от сильнейшей боли и обиды. На экране телефона фотография. Это не просто какая-то там картинка. На этой фотографии Ян с Аленой. Он смотрит в камеру и улыбается, а Алена целует его в щеку. Они выглядят очень счастливо. Такие прям хорошие актеры. В жизни же, Алена не выглядит счастливой, говоря о Яне.

Юля отдает Алене телефон. Но фотография стоит перед моими глазами. Как Алена целует Яна. Как он обнимает ее за плечи и счастливо улыбается, глядя в камеру.

– Лер, а у тебя парень есть? – выводит меня из оцепенения, голос Магдалины.

Я качаю головой.

– У нее есть один друг, – отвечает Юля, вместо меня, сделав в воздухе кавычки на слове «друг».

– Какой друг?

– Антон вроде, – отвечает подруга.

Зачем она делает это? Она же ни хрена не знает о том, что я чувствую к Яну, и то, что я не чувствую к Антону ничего. Зачем Юля обижает меня, таким образом? Неужели, подруга хочет казаться так круче, перед Магдой и Аленой?

– Так почему тогда друг, а не парень? – спрашивает у меня Лина.

– Потому что он, мне не нравится, – отвечаю я.

– Ну, кто-то же тебе нравится. Значит, тебе нравится кто-то другой, – говорит Юля.

Да подруга прям психолог. Только не тогда, когда это нужно.

Я смотрю на Юлю убийственным взглядом, но она лишь улыбается. Она несомненно права во всей этой ситуации. И мне ни кто-то там нравится, а Ян. Не просто нравится, а я влюбена в него. Это же насколько сильная моя любовь, что даже после всего этого, я продолжаю сходить по нему с ума.

Вместо ответа, пожимаю плечами.

– На твоем месте, я бы не выпендривалась. С такой внешностью и одеждой, она еще и перебирает, – бурчит себе под нос Алена.

Мои глаза округляются от шока.

– Что? – спрашиваю я.

Эта стерва переводит свои глаза с телефона, на меня.

– Нет, нет, ничего, – отвечает Алена, невинно улыбаясь.

– Я что-то слышала про «с такой внешностью и одеждой, она перебирает», – не отступаю я, от своего.

– Тебе послышалось.

– Ну ну.

Магдалина с Юлей не обращают на нас никакого внимания, говоря о чем-то своем. Меня даже радует, что они нас не слушают.

Алене звонит телефон, и она прислоняет его к уху.

– Да, милый, – говорит она, с натянутой улыбкой. – Да. Конечно. С Магдалиной и Юлей в кафе сижу. Конечно, Ян.

Не выдержав этого разговора, встаю со стула.

– Извините, но я выйду на пару минут.

Не дожидаясь ответа, иду на выход. Мне нужен свежий воздух. Мне необходимо побыть одной.

Разговор Алены и Яна по телефону, становится моей последней каплей. Я бы не смогла больше сдержаться, просто разбив нос этой суке.

Накинув капюшон на голову, сажусь на ближайшую лавочку, недалеко от кафе. Я поднимаю голову, смотря в небо, тем самым подставляя лицо под капли дождя. Но мне плевать на это.

Холод сковывает мое тело, но намного хуже, сидеть сейчас в кафе с этой мерзкой Аленой. Нет уж, лучше замерзнуть.

Мне приносит боль, слушать рассказы о Яне. Мне никогда не стать такой же красивой, как Алена. Никогда не суждено быть с Яном. А у нее сейчас, все это есть. Она нереально красивая и встречается с Сотниковым. Черт. Это самое лучшее, что может быть в жизни. Но Алена, ни капельки не ценит это.

Слезы затуманивают зрение. Мой мозг, совсем отказывается принимать информацию про эту сучку и Яна.

Никакой удар, не сравниться с тем, что я сейчас чувствую.

Посидев на улице около получаса, я решаю вернуться в кафе. Нужно просто не обращать внимания на Алену, и все. Это же так просто.

Когда я вхожу в кафе, то застываю на месте. Они меня не замечают, что несомненно радует.

На сердце ужасная боль от увиденного. За нашим столиком в кафе, сидит Ян с девчонками. На его коленях сидит Алена. Все четверо, мило хихикают.

Я быстро выбегаю оттуда, отправив Юле SMS с извинениями.

Я не могу находиться здесь, больше ни минуты.

Глава 13

– С тобой все в порядке?

– Да, а что? – в недоумении, спрашиваю у подруги.

– Ты почему вчера ушла с кафе?

– Я же извинилась.

– И что? Ты вышла на пять минут, но не вернулась, написав только SMS.

Мне очень сложно объяснить Юле, почему же на самом деле я ушла. Да, я поступила очень гадко и мерзко, но другого выбора у меня не было.

– Мне правда, очень жаль, – тихо говорю.

– Почему ты ушла?

Думай Лера, думай. Нужно срочно придумать причину, по которой я вчера покинула кафе. Правду, я сказать не могу. Остается только врать.

– Мне Паша позвонил и сказал, что приехал. Вот я сразу и ушла.

– Но почему ты тогда не подошла, чтобы это сказать?

Черт, а эта девчонка не такая уж и глупая, как иногда кажется.

– Просто я знала, что если пойду к вам, то ты уговаривала бы меня остаться, – слова сами собой вылетают, что я даже не успеваю подумать. – Ну и как вы вчера посидели, после моего ухода?

Лучше перевести тему разговора, чтобы Юля больше не спрашивала о моем уходе.

– Нормально. К нам Сотников присоединился, а ты ушла.

И хорошо, что я ушла.

– Ясно.

Я грустно улыбаюсь, переодеваясь из школьной формы, в спортивный костюм.

– Ты завтра вечером свободна? – спрашивает Юля. В ответ, я угукаю. – Пойдем со мной в клуб.

Что? Какой клуб? Я там никогда не была.

– Какой еще клуб?

– Ну, отличный такой. С музыкой и танцующими людьми, – отвечает подруга. По ее голосу слышно, что она улыбается.

– Во-первых: нас туда не пропустят. Во-вторых: у меня нет денег. Ну и, в-третьих: я там никогда не была, и не собираюсь.

– Все сказала? – со смехом, спрашивает подруга. – А теперь, давай послушаешь меня. Во-первых: нас пропустят, потому что у меня там есть знакомые. Во-вторых: я за все заплачу. В-третьих: рано или поздно, я тебя туда затащу.

– Я не…

Услышав короткие гудки, понимаю, что Юля просто сбросила вызов. Отлично прям, теперь мне еще нужно идти, в этот чертов клуб, чтобы не обидеть подругу. В голове у меня, только один вопрос к ней, и я пишу Юле SMS.

«А почему ты, Алену и Магдалину не берешь с собой? Зачем я там тебе нужна?»

Через несколько минут, он вибрирует от входящего сообщения.

«Потому что ты – моя лучшая подруга. Завтра в восемь, я за тобой зайду. Не пойдешь – обижусь »

Я вздыхаю, понимая, что теперь мне никак не отмазаться от похода в клуб. Черт. Мне даже нечего туда надеть.

Мне становится скучно одной, в пустой квартире. Чувствую себя одиноко. Внезапно, в мою голову приходит одна гениальная идея.

Я беру телефон и набираю номер Антона. Я ведь обещала, что позвоню ему. Звучит всего два гудка, и Тоша отвечает на звонок.

– Привет, Лер, – мягким голосом, говорит он.

– Привет. Не занят?

– Нет.

– Помнишь, я обещала тебе позвонить, когда буду свободна? Ну вот, я подумала, что если ты не занят, тогда мы могли бы погулять, – в моем голосе звучит некая надежда, и я улыбаюсь.

– Давай тогда через полчаса в парке. Можем просто погулять, если хочешь. Там погода хорошая.

Поднявшись с кровати, я подхожу к окну. Погода на улице, действительно замечательная. Дождя нет, ветра тоже, из-за облаков выглядывает солнце.

– Хорошо.

Сбрасываю вызов, не дожидаясь ответа.

Не могу сказать, что мне так сильно хочется идти на эту прогулку, но это необходимо, чтобы не обидеть Антона.

Что за черт? Почему я всегда делаю то, что хотят другие люди, только чтобы не обидеть их? Мне нужно идти в этот чертов клуб ради Юли. Мне необходимо идти на эту прогулку, чтобы не обиделся Антона. Что со мной не так? Почему я не могу просто отстоять свое мнение? Я слишком услужливая. А все просто, меня пытаются сломать, а я поддаюсь этому. Всего лишь один человек, смог сделать из меня такую хрупкую девчонку.

Я подхожу к шкафу и смотрю в него, даже не представляя, что мне надеть для этой прогулки. В итоге останавливаю свой выбор на голубых джинсах, куртке и кедах. Распускаю волосы и замазываю кремом свой синяк на щеке. Быстро переодевшись, я иду на улицу, прихватив с собой телефон.

Погода оказывается очень теплой и даже весенней, хотя на улице октябрь месяц. Я улыбаюсь, когда солнце полностью выходит из-за облаков.

Я иду в парк, осматривая всех прохожих, надеясь увидеть Антона, но его нигде нет.

Быстро набираю ему SMS:

«Ты где?»

Через несколько секунд, мой телефон оповещает о входящем сообщении.

«Извини, куколка. Скоро буду».

У меня темнеет в глазах от этого слова. Куколка. Ведь это просто слово, а мне уже становится плохо.

Антон не смеет меня так называть. Никто не смеет меня называть куклой. Я ненавижу это слово. Ведь Ян, называет меня своей куклой, игрушкой.

Я снова думаю о Сотникове. Черт. Он когда-нибудь, оставит в покое мои мысли? Я думаю о нем постоянно. Даже когда сплю, Ян мне снится. Жила бы себе спокойно, но нет же, по уши влюбилась в самого эгоистичного и мерзкого человека. Нет, Ян не человек, он дьявол. Самый настоящий дьявол, который не дает мне покоя.

Я подпрыгиваю от неожиданности, когда чья-то рука, прикасается к моему плечу.

– Ты чего? – в шоковом состоянии, спрашивает Антон.

– Ты идиот? Зачем ты подкрадываешься?

Мое сердце бьется как бешеное, от того страха, который я только что испытала.

– Ну извини.

Широкая улыбка появляется на лице Антона, демонстрируя идеальные ямочки. Я улыбаюсь ему в ответ.

– Ты отлично выглядишь, – говорит Тоша, осматривая меня с ног до головы.

– Спасибо, – отвечаю, слегка смущаясь.

– Ну, пошли?

– Куда?

Антон ухмыляется, берет меня за руку и куда-то ведет. Я даже не сопротивляюсь.

Около часа, мы просто гуляем по городу, рассказывая всякие глупости и смеясь над всем. Тоша ведет меня на крышу его девятиэтажки. Мне безумно хочется туда попасть. Всегда мечтала побывать на крыше, когда уже достаточно темно.

– Спасибо, что привел меня сюда.

В ответ, Антон лишь улыбается и подмигивает мне.

– Могу я у тебя, кое-что спросить? – тихо спрашивает он.

Киваю, понимая, что ничего хорошего Тоша не спросит. Я знаю, что нравлюсь ему. Нет, я не самовлюбленная или высокомерная, но когда ты нравишься человеку, это видно сразу.

Я до безумия боюсь разговора с Антоном, на эту тему. А что, если он предложит мне встречаться?

У меня однажды была подобная ситуация. Два года назад. И тогда, я совершила ужасную ошибку, из-за которой расплачиваюсь до сих пор.

– Кто тебе тот парень? – выпаливает Антон. – И не говори мне, что ты его не знаешь.

Закрыв глаза, делаю глубокий вдох. Конечно, я не могу рассказать все Тоше, но именно здесь и сейчас, мне хочется излить кому-то свою душу. Наверное, вид ночного города, так на меня влияет.

– Понятно, – тихо говорит Антон и отходит от меня, поближе к краю. Мне становится страшно, но я подхожу к нему.

Минут пять, мы просто стоим и молчим, смотря на город с крыши. Шикарный вид, стоит перед нашими глазами.

Набираю в легкие больше воздуха, чтобы ответить на вопрос Тоши.

– Это был Ян Сотников.

Антон поворачивается ко мне и я открываю глаза. Его взгляд устремлен в мои зеленые глаза, которые никогда не смогут соврать.

– Кто он тебе?

Я опускаю взгляд. Не так уж и легко, открыть кому-то свою душу.

– Я люблю его, – тихо шепчу.

Мой взгляд невольно поднимается. Я смотрю в серые глаза, в которых вижу боль. Сразу же морщусь от этого. Я причиняю людям боль.

Эта ситуация, очень напоминает мне последний звонок в седьмом классе. То же самое: признание, боль.

Антон отворачивается от меня.

– А он тебя?

Адская боль. Вот, что я чувствую при этом вопросе. Слезы сами по себе, льются по моим щекам.

– Нет.

Я всхлипываю. Черт. Снова начинается эта истерика. И самое ужасное в том, что это видит Антон. Он видит меня тряпкой, которая может просто так заплакать.

Тоша поворачивается в мою сторону. Увидев слезы, он пальцами вытирает мои щеки. Парень обнимает меня, и я улыбаюсь от этого.

– И давно так?

Я киваю, не в силах что-либо сказать.

– А не пробовала с другими встречаться? Если он тебе не любит, забудь его.

Ошарашено смотрю на Антона. Вот он, тот самый неловкий момент, которого я так боялась.

– Что ты имеешь в виду? – настороженно спрашиваю.

Антон берет мое лицо в свои ладони, смотря прямо в глаза. Черт. Черт. Черт. Я уже знаю, что будет дальше. И мне от этого, никуда не деться.

– Лер, дай мне шанс. Я докажу тебе, что я не такой придурок, как этот Ян. Ты мне очень нравишься. Правда. Мне безумно хорошо, когда я рядом с тобой. Лер, пожалуйста, дай мне шанс.

Ну вот. Я была права. Он сказал то, что я и думала. Рано или поздно, но этот разговор все равно бы состоялся.

Я закрываю глаза в надежде, что все это, мне только послышалось. Пусть это все, окажется сном. Пожалуйста.

– Лер, посмотри на меня, – голос Антона, звучит требовательно, и в то же время, очень безнадежно.

С большим трудом, открываю глаза. Слезы снова льются, не останавливаясь. Тоша вытирает мои щеки. Это заставляет меня вздрогнуть.

– Почему именно я? – мой голос дрожит.

– Ты особенная. Ты не такая, как все. Не пустая, не поверхностная. Ты настоящая. Не девушка на один день.

Все. Это становится моей последней каплей. Все его слова, будто скопированы у Яна. Одинаковая ситуация, похожие фразы. Что, черт возьми, происходит?

Я вырываюсь из рук Антона и отхожу от него.

– Я не буду с тобой. Я люблю Яна. Мне плевать, что ты там ко мне чувствуешь. Нам вообще не стоило, все это начинать.

Твою мать. Я это сказала? Серьезно? Как я могу сказать то, что не чувствую на самом деле?

Я не чувствую к Антону того безразличия, о котором только что сказала. Мне совсем не наплевать на него. Он мне нужен, но только как друг. Я поступаю с ним, как полная сука, ничем не уступающая Алене.

– Антон, извини. Я не это имела в виду, – тихо шепчу, пытаясь взять его за руку, но он ее отдергивает.

– Ты мне все сказала.

Слезы, градом льются по моим щекам.

– Да, я люблю Яна, и что? Что? – кричу со всей силы. – Ты мне тоже очень дорог, но только как друг. Понимаешь? Я не люблю тебя. Но я хочу иметь такого друга, как ты.

Тоша опускает взгляд и глубоко вздыхает.

– Лер, я люблю тебя. Как полный идиот, я влюбился в тебя, сам того не осознавая.

– Не говори так. Ты не любишь меня. Может быть, я тебе и нравлюсь, но ты не можешь меня любить. Невозможно так быстро влюбиться. Возможно, это просто привязанность, но не любовь. Нет, – мой голос дрожит от слез, но я все равно пытаюсь убедить Антона, что у него нет ко мне любви.

– Ты ни черта не знаешь, – грубо отвечает он мне. – Пойдем.

– Куда?

– Домой.

За всю дорогу домой, мы не говорим друг другу ни слова. Убийственная тишина. Антон провожает меня к дому и сразу уходит. Я не успеваю сказать ему ни единого слова. Внутри лишь одна пустота.

Быстро поднявшись в квартиру, даже не переодевшись, я иду спать. Сон – это единственная вещь, когда мы не думаем, а просто отключаемся от реальности.

На удивление, мне снится нормальный сон. Не Ян, не Антон. Никто. Мне просто снится мое детство. Счастливые родители, улыбки, радость.

Мне совсем не хочется просыпаться, но как назло, звонит противный будильник.

Я поднимаюсь с постели, с широкой улыбкой на лице, пытаясь просто не думать обо всех несчастьях, которые со мной происходят.

Быстро собравшись в школу, выхожу из дома.

Телефон, я отключила еще вчера вечером. Мне не хочется его включать. Совсем нет желания, выходить с кем-либо на связь.

В школе, как и всегда, меня встречают острыми словами и мерзкими взглядами. В ответ им всем, я лишь гордо улыбаюсь. Пытаюсь сделать вид, что у меня нет никаких проблем. Но все это, лишь маска. Я разрываюсь изнутри от боли и адской обиды, но совсем этого не показываю. Просто делаю вид, что мне глубоко плевать на них.

С таким же дерзким взглядом, вхожу в класс и сажусь за свою парту. Я замечаю ошарашенные глаза Дианы и Миланы, от моего такого поведения. Черт, а это приятно, чувствовать себя победителем в этой ситуации. Я уверенно смотрю в глаза Диане. Да, мне нравится это. Но эта сучка, отводит от меня свой взгляд.

Ухмылка появляется на моем лице.

Очень приятно показывать своим врагам, что у тебя все отлично.

Весь учебный день, я пытаюсь только улыбаться им всем в лицо. Я знаю, их это раздражает.

Вся моя радость сразу пропадает, когда я вижу Сотникова. Черт. Какого хрена, он делает в нашем классе? Я надеялась, хоть здесь спрятаться от него, но нет. Этот ублюдок, и сюда добрался.

Ян заходит в наш класс и идет к Диане. Мои глаза расшириваются, и я смотрю на него в надежде, что он пришел не за мной. Но он просто разговаривает о чем-то с Дианой. Их разговор, я не могу услышать из-за сильного шума в классе. Сотников даже не замечает меня, и я, несомненно радуюсь этому.

Ян подходит к двери, продолжая говорить с Дианой. О чем он вообще может говорить с этой шлюхой? Твою мать, что происходит?

– Да, хорошо, – говорит Ян Диане, улыбаясь.

Мой страх отступает. Я смотрю на него с широкой улыбкой. Я просто схожу с ума, от его голоса, от тембра и интонации. И мне становится плевать, что этот парень разбивает мне сердце.

Мне безумно нравится его улыбка. Потрясающие белые зубы. Изумительные губы. Он весь идеален. Только уж слишком идеальный.

Взгляд Яна, встречается с моим. Улыбка пропадает с моего лица, но он продолжает улыбаться. В его взгляде, нет ненависти. В глазах нет озлобленности и прочего. Я совсем не чувствую к нему ненависти, злобы. Я до безумия его люблю. Хоть и иногда, эта любовь смешивается с сильнейшим чувством – ненавистью.

На лице Сотникова, появляется дикая ухмылка, и он подмигивает мне. Затем просто открывает дверь и выходит.

Я сижу с ошарашеным лицом. Что это вообще было? Что все это значит? Его глаза, были пропитаны нежностью и добротой. Это точно Сотников? Сомневаюсь в этом. Очень сильно сомневаюсь.

Больше мы с Яном, не сталкиваемся. Я просто ухожу домой с отличным настроением.

Как только оказываюсь в квартире, сразу же иду в свою комнату и падаю на кровать. Улыбка не сходит с моего лица.

Я решаю включить телефон, чтобы Паша не волновался, если вдруг он мне позвонит, а я вне зоны доступа. Мой телефон сразу же пищит от входящих сообщений. Пять от Антона, одно от Юли. Антон звонил мне вчера несколько раз, после нашей не совсем удачной прогулки, и сегодня два раза. Странно, а я-то думала, что он больше не захочет вообще со мной разговаривать.

Открываю SMS от Юли.

«Что ты наденешь?»

Черт. Черт. Черт.

Я забыла о сегодняшнем походе в клуб. Ну почему я такая рассеянная?

Быстро набираю ответ и поднимаюсь с постели. Подойдя к шкафу, тупо смотрю на свои вещи. Что я могу надеть в клуб, если у меня нет нормальной одежды для выхода? Джинсы и толстовка для клуба – это слишком. Мне срочно нужно платье. Но у меня нет ни одного подходящего.

Рассеянно, сажусь на стул, пытаясь вспомнить обо всем своем гардеробе.

Вскочив со стула, подхожу к шкафу. Роюсь в нем и пытаюсь найти нужную вещь. Когда наконец нахожу нужное мне платье, улыбаюсь.

Про это платье, я уже забыла. Именно сейчас тот случай, когда оно идеально подходит. Черное миниатюрное платьице, длинна которого, еле достает до колен. С небольшими стразами на груди и V-образным вырезом.

Быстро скинув с себя школьную одежду, надеваю это платье. Странно, что я до сих пор в него помещаюсь.

Все оставшееся время до прихода Юли, я трачу на свои волосы, пытаясь придумать, что с ними сделать. Но ничего умнее, как просто распустить их и собрать половину волос наверх, мне в голову не приходит.

Смотря на свое отражение в зеркале, я улыбаюсь. Сейчас я действительно выгляжу симпатично.

Наношу помаду на губы, немного тонального крема на левую щеку, чтобы скрыть небольшой синяк. Я отношусь к тем счастливицам, у которых нет проблем с кожей. И меня это, несомненно радует.

В дверь звонят, и я иду открывать, поправляя свое платье.

– Ты готова? – спрашивает Юля, с порога.

Кивнув, я осматриваю ее. Ну, кто бы сомневался, что подруга наденет мини-платье и короткую куртку. Ну и конечно же, ботильены на огромной шпильке. Про макияж Юли, я лучше промолчу.

Надев сапоги, беру куртку, запихнув в нее телефон, выхожу из квартиры.

– Ты отлично выглядишь.

– Спасибо, – смущенно отвечает подруга. – Ты тоже.

Я снова киваю.

На улице, мы ловим такси и едим в какой-то совсем незнакомый мне клуб. Я пытаюсь расспросить у Юли, куда именно мы едим, но она лишь улыбается и молчит. Черт, а это настораживает.

Когда мы прибываем на место и выходим с машины, я оглядываюсь по сторонам. Мои глаза расшириваются, когда я вижу название клуба.

– Как мы вообще сюда пройдем? – спрашиваю у Юли.

– Спокойно, – уверено отвечает подруга, и мы идем ко входу.

Черт, это самый популярный и самый дорогой клуб, во всем городе. Я много слышала о нем. Здесь всегда отдыхают мажоры. И да, Юля относится к их числу.

Оказавшись в самом клубе, я невольно закрываю уши. Музыка просто глушит. Мы быстро сдаем верхнюю одежду и идем в самый центр. Я морщусь, когда вижу огромное количество подростков. Видимо не одни мы, находимся здесь нелегально.

Юля хватает меня под руку и ведет за барную стойку.

– Две текилы, – говорит она бармену.

– Юля, нет. Я пить не собираюсь.

– Лер, просто расслабься, пожалуйста. Ты всегда выглядишь какой-то озадаченной.

А может она права? Мне просто нужно расслабиться и забыть все это, хотя бы на один вечер.

– Ладно, я согласна. Но только одну. Больше, я пить не буду.

– Отлично, – подруга улыбается и подмигивает.

Когда нам на стойку ставят две текилы, я морщусь. Мне совсем не хочется пить. Но мне действительно нужно расслабиться. Я выпиваю все, отчего мое лицо морщится.

– Вот умничка. А теперь пошли танцевать.

Юля берет меня за руку и ведет в самый центр этого сборища. У меня нет желания танцевать. Да и не особо, я умею это делать. Но подруга заставляет меня двигаться в такт музыке.

Я успеваю сто раз пожалеть, что вообще поперлась сюда, пока алкоголь не ударяет мне в голову. Вот он, тот момент, когда ты отключаешься от реальности. Плевать на все проблемы, и просто хочется танцевать.

Краем глаза, замечаю парня из компании Сотникова. И… О, Боже, Ян тоже здесь.

Черт. Я надеялась хоть здесь, отдохнуть от него. Но мне, и этого не удается. Рядом с ним, ну точнее в его объятиях, я замечаю какую-то брюнетку. И нет, это не Алена.

Неожиданно наши глаза встречаются, и я сразу же отворачиваюсь и иду в другую сторону.

Черт. Он меня заметил. Ничего хорошего, мне ожидать не стоит.

Эта сучка рядом с ним, в своем платье, которое едва можно так назвать, просто убивает меня. Снова эта боль в области сердца, когда я вижу как рука Яна, лежит на ее заднице.

Нахожу подругу в этой толпе, с каким-то парнем, подойдя к ней, я прошу немного денег. Заказываю себе еще порцию алкоголя, чтобы полностью забыться.

Коктейль снова бьет в голову и я перестаю что-либо чувствовать. Я просто танцую, как сумасшедшая.

Меня резко прижимают руки, к какому-то горячему телу. Я не отталкиваю его от себя. Скажу больше, мне становится приятно от этого. Завтра, мне будет стыдно, но сейчас в моей крови алкоголь, что делает меня совсем другим человеком.

Я чувствую себя какой-то шлюхой, но не отхожу ни на миллиметр, от этого горячего мускулистого тела. Этот парень, резко и неожиданно поворачивает меня к себе и впивается своими губами в мои. Дергаюсь назад, чтобы отойти, но меня еще сильнее прижимают и заламывают руки назад.

Я больше не сопротивляюсь. Мне приятно чувствовать губы этого парня, хотя мне и должно быть противно, ведь я целуюсь с незнакомцем.

Парень отпускает мои руки, и я запускаю их в его волосы. Его руки, опускаются на мою задницу, и я отталкиваю его.

Незнакомец отстраняется от меня, и мы оба тяжело дышим. Я поднимаю глаза, всматриваясь в его лицо.

Что. За. Черт?

Ошарашено смотрю на Яна, а он ухмыляется.

– А задница у тебя, ничего такая, – говорит он мне на ухо, затем уходит.

Я не могу сдвинуться с места, переосмысливая ситуацию. Я решаю пойти вслед за Сотниковым и узнать, что это вообще было.

Ян останавливается возле столика, за которым сидит его компания и несколько девушек, в том числе и эта брюнетка.

Подхожу ближе, чтобы услышать их разговор.

– Ты сам все видел. Я жду деньги, – говорит Ян, протягивая руку какому-то парню.

– Ох, Сотников. Сделаешь ты меня банкротом, из-за споров с этой Филатовой. Неужели она такая шлюха, что не оттолкнула тебя?

– Девочка выпила и расслабилась, – ухмыляется Ян, забирая деньги у парня.

Я моментально трезвею. На глазах появляются горькие слезы. Такого, раньше я не испытывала. Быстро забрав свою куртку, отправляю Юле сообщение и выбегаю на улицу.

Глава 14

Мое внутреннее состояние, просто невозможно описать словами.

Я отхожу недалеко от клуба и нахожу лавочку. Сажусь на нее, положив голову на колени и обхватив ее руками.

Не могу поверить в то, что эта мразь поспорила на меня.

Господи, как же я ненавижу этого придурка. Он ломает меня. Я просто на пределе.

Рядом со мной кто-то садится, и я вскакиваю с лавочки. Мои глаза полны ужаса.

– Ты чего? – спрашивает у меня девушка.

Вздыхаю от некого облегчения, что это не какой-то парень, ну или маньяк. Это просто девушка. Я снова сажусь на место, смотря в глаза этой девушке. В ее глазах читается недоумение.

– Что? – ошарашено спрашивает она.

Не зная, что ответить, качаю головой.

Девушка достает из кармана пачку сигарет, затем протягивает мне одну.

– Будешь?

– Нет, – слишком резко отвечаю.

– Милая, просто расслабься. Я же вижу, что тебе это необходимо.

– Нет уж, спасибо.

У меня уже сегодня получилось расслабиться и забыться. И что в итоге из этого вышло? То, что я сижу, черт знает где, черт знает с кем, размазывая слезы по лицу.

– Зря. Сигарета – одна из немногих вещей, которая заставляет тебя полностью забыться.

Ничего не ответив, продолжаю сидеть и рыдать. Мне плевать на эту девушку и на то, что она думает обо мне. Я выгляжу жалкой.

Ян знал. Он знал, что я не оттолкну его и отвечу на этот поцелуй, особенно когда мной руководил алкоголь. Он знал все это и сделал спор, за который получил немалую сумму денег. Этот нечеловек, поспорил на меня и мои чувства. Все это, не укладывается в голове. Как можно быть настолько циничным и меркантильным?

Самое ужасное в том, что мне понравился этот поцелуй. Да, мне было даже приятно, но это никак не отменяет того факта, что это было мерзко.

Черт, да что со мной вообще происходит? На меня поспорили, а я еще и ищу в этом позитивные моменты.

Я действительно чувствую себя последней шлюхой, раз позволила ему себя поцеловать. Ведь сначала я не знала, что это был Сотников. Получается, я поцеловала незнакомого человека, как я изначально думала. Но потом, я посмотрела в глаза этому парню.

Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу

– Эй, что с тобой происходит?

Я подпрыгиваю от неожиданности, но потом вспоминаю, где нахожусь.

– Ничего, – огрызаюсь я.

– Может, поделишься?

– С чего бы это? Я тебя даже не знаю.

Девушка ехидно ухмыляется, сделав затяжку и протягивая мне руку.

– Кристина.

С не особым восторгом, пожимаю ее руку.

– Лера.

– Ну, вот и познакомились.

Кристина широко улыбается. Я улыбаюсь в ответ, не в силах сдержаться.

– Ну, так почему ты плачешь?

Даже не знаю, с чего начать. Мне действительно хочется излить кому-либо свою душу. Сложно все сдерживать в себе.

– Меня ненавидит любимый человек. Он поспорил на меня, – тихо говорю, вытирая глаза.

– И все? – равнодушно, спрашивает Кристина.

Меня бесит, это ее равнодушие.

– Нет, – шепотом отвечаю, закрыв глаза. – Он избивает меня, унижает. Говорил, что сломает как игрушку, и делает это. У него получается. Он меня ненавидит, а я его люблю. Да, я полная идиотка, если ты так подумала. Я продолжаю его любить, невзирая на все его поступки. У меня серьезные проблемы с коллективом в школе. Они меня презирают. Также мои родители алкоголики, которым глубоко плевать на меня. И я их ненавижу. Моя лучшая подруга, меня всегда предает. Моя жизнь ужасна.

На глазах застывают слезы.

Вот она – правда, в которой я так боялась признаться себе.

Тишина. Кристина ничего не говорит, подкуривая вторую сигарету.

Сложно поверить в то, что я только что открыла свою душу. Вывернула себя наизнанку, перед абсолютно незнакомой мне девушке.

– Милая, в этой жизни, ты можешь надеяться и доверять только себе. Все вокруг тебя обманут. Рано или поздно, но это случится. У тебя, есть только ты сама.

Это самый лучший совет, который мне когда-либо давали.

– Мне бы твои проблемы, – тихо говорит девушка, отчего я ошарашено смотрю на нее. – Да, у тебя не все так легко, но подумай о том, что у других людей, есть проблемы и похуже.

– Не поняла, – говорю в недоумении, абсолютно не понимая Кристину.

Девушка делает глубокую затяжку и выпускает дым. Затем выбрасывает сигарету, смотря мне прямо в глаза. От такого пронзительного взгляда, у меня начинают дрожать колени.

– Видишь это?

Кристина убирает волосы с шеи, и мне открывается вид на огромный шрам у нее на шее. Я закрываю рот рукой, чтобы не закричать от шока.

– Это шрам от аварии, в которую я попала, – объясняет мне она. – У меня не было никаких шансов выжить, но я жива. Погиб мой парень, с которым мы хотели пожениться. Погиб мой ребенок, когда я была на втором месяце беременности. Целый год, я была в коме. У меня нет родителей. Я сирота с рождения. Я выросла в детдоме, где каждый день была избита до полусмерти. Сейчас, у меня нет абсолютно ничего. Нет своего жилья, семьи. Меня никуда не берут на работу, и я вынуждена работать проституткой, чтобы хоть как-то получить деньги.

По моим щекам, снова полились слезы. Только я плачу не из-за себя, а за эту девушку.

– Я вынуждена ночевать у своих клиентов. В свои двадцать семь лет, у меня нет вообще ничего.

Я всхлипываю, отчего Кристина смотрит на меня. В ее глазах, ничего не отражается. Они пусты и полностью равнодушны.

– Тебе лет семнадцать…

– Пятнадцать, – поправляю я.

– Ну, пятнадцать. И ты жалуешься на жизнь? Ты не видела еще всей жизни. Она не так прекрасна, как кажется. У тебя есть родители, пусть они и пьют, но они есть. У тебя есть друзья, с которыми, я уверена, что у тебя все наладится. А этот парень… – на секунду, девушка задумывается. – Дай ему понять, что у тебя все хорошо. Он никогда не сломает тебя. Я вижу, что ты сильная.

Я опускаю взгляд, пытаясь переосмыслить ее слова.

– Не будь слабой. Ты сильная. И ты действительно очень сильно любишь этого парня, раз позволяешь так поступать с собой.

Кристина поднимается с лавочки.

– Будь сильной.

Она просто уходит.

Я нахожусь в полном недоумении и шоке. Что только что вообще произошло? Что, черт возьми, это было? Кто эта девушка?

Если думать, что жизнь ужасна, то такой она и будет. Нужно просто подумать, что у других людей есть проблемы и гораздо хуже моих, но они не впадают в отчаяние, как это делаю я.

В моей голове, больше не осталось мыслей о споре. Мысли забиты ситуацией Кристины. Она потеряла все в своей жизни, но продолжает жить и относится ко всему равнодушно. Она очень сильная. Эта девушка смогла потерять родителей, любимого человека, ребенка, и при этом остаться сильной.

Черт, я тоже хочу относиться ко всему безразлично. Но при каждом случае, я начинаю плакать, как маленький ребенок, у которого отобрали конфету.

Спустя полчаса, решаю вызвать такси и поехать домой. Благо, деньги я взяла у Юли.

Такси приезжает сразу. Всю дорогу, я думаю об этой незнакомке, по имени Кристина. Одними своими словами, она изменила меня. Наверное.

Я полностью переосмысливаю сложившуюся ситуацию. Другими словами, мне становится плевать на этот спор.

Расплатившись с таксистом, захожу в подъезд.

Мой телефон вибрирует, когда я захожу в квартиру. Сняв с себя верхнюю одежду, иду в свою комнату. Переодеваюсь в пижаму и ложусь в постель. Телефон снова издает звук, и я беру его в руки.

Два входящих сообщения и один пропущенный вызов. Мне звонил Паша, но я не слышала. Черт. Быстро отправляю ему SMS с текстом, что у меня все хорошо и чтобы он не волновался.

Одно сообщение пришло от Юли.

«Я убью тебя, Филатова. Завтра позвоню»

Хмурясь, понимаю, что таким образом я подставила свою лучшую подругу.

Следующее сообщение от Антона. Затаив дыхание, открываю его.

«Нам нужно поговорить»

Мои глаза расшириваются, потому что я никак не ожидала какой-либо реакции от Тоши. Я думала, что между нами все кончено, хотя по сути, ничего и не было. Но он делает первый шаг.

SMS прошло всего две минуты назад, значит, он сейчас не спит. Я решаю позвонить Антону, пока моя смелость совсем не пропала.

На часах уже глубокая ночь, но Тоша сразу берет трубку.

– Ты написал, что нам нужно поговорить, – говорю, решая не ходить вокруг да около, а сразу все обсудить.

– Да, нужно.

Я молчу, ожидая его следующих слов, но он тоже молчит. Антон сам хочет поговорить, и сам молчит. Мне хочется кричать на него, но между нами одна тишина.

– Лер, давай забудем тот наш разговор.

– В смысле?

– В прямом. Давай будем просто друзьями, невзирая на тот случай на крыше, – в голосе Тоши, слышится надежда и некая тоска.

Я ведь и сама хочу быть с ним друзьями. Мне необходима его поддержка и наше общение. Да, я скучаю по этому.

– Лер, не молчи.

Но я продолжаю молчать. Черт. Я будто забыла все слова, не в силах ничего сказать.

– Пожалуйста, не молчи.

– Хорошо, – кое-как говорю. – Давай все забудем. Я скучаю по нашему общению. Правда.

– Я тоже, – сквозь голос понятно, что Антон улыбается. Но я не могу, это сделать в ответ. – Ты была права. Я не люблю тебя. У меня к тебе привязанность. Но я очень дорожу тобой, как другом.

– Я всегда права, – слишком самоуверенно заявляю.

Тоша начинает смеяться, и я смеюсь в ответ. Мы смеемся, как маленькие дети. Чистый, звонкий, искренний смех от всей души.

– Я рад, что у нас все хорошо.

– Я тоже.

Снова появляется молчание.

– Может, сходим завтра куда-нибудь? – с некой надеждой в голосе, спрашивает Антон.

У меня нет никакого желания, идти завтра куда-то. Но если я откажусь, то могу обидеть Тошу, а мне совсем не хочется этого делать.

– Хорошо, давай.

Я знаю, что завтра, ну а точнее уже сегодня утром, мне будет не очень хорошо после выпитого алкоголя.

Мое лицо морщится, когда резкая боль пронзает голову.

– Может быть в кино? Я заплачу, в качестве извинений.

– Ладно. Во сколько?

– Давай в три. Я буду ждать тебя, возле твоего подъезда.

– Хорошо.

Рвота подступает к горлу и я бегу в туалет, сбросив вызов.

За всю ночь, я успеваю раз десять пожалеть о выпитой текиле. Под утро, я все же засыпаю.

Просыпаюсь от сумасшедшей боли в голове, издавая стон от новой волны дискомфорта. Черт. Ну и зачем я вообще, вчера ходила в клуб?

Кое-как поднявшись с постели, чувствую сильную слабость и желание выпить воды. Полностью осушив литровую бутылку, мне кажется, что и этого мало. Обессиленная, я снова ложусь в кровать. Не думала, что алкоголь будет так на меня действовать.

Голова отзывается новой порцией боли, когда мой телефон, издает звук входящего звонка.

– Да, – тихо шепчу.

– Теперь объясни мне, что вчера произошло.

– А что вчера произошло?

– Ты издеваешься? Почему ты вчера ушла? – разъяренно спрашивает Юля.

Черт. Мне срочно нужно придумать нормальную причину моего ухода из клуба, но мой мозг отказывается это делать.

– Я просто увидела там Диану и Милану.

– И что?

В самом-то деле, и что?

– Ну и мне не хотелось с ними сталкиваться. У нас сейчас не самые хорошие отношения, – придумываю я всякий бред.

– Лер, что за чушь? Ты не могла просто уйти из-за них.

– Но я, же ушла.

Подруга делает глубокий вдох, и я понимаю, что она знает, что я вру ей.

– Ты мне лучше расскажи, что это за парень с тобой вчера был в клубе, – перевожу я тему разговора.

– Миша. Мы с ним вчера познакомились.

– Какой, черт побери, Миша? Ты же с Владом встречаешься. Ты сама мне рассказывала, что без ума от Влада.

– Мы с ним поссорились сильно, – грустно говорит подруга.

– Из-за чего?

– Он общается со всеми бабами, убеждая меня в том, что они все просто знакомые и подруги. А мне запрещает даже разговаривать с парнями. Круто устроился.

– Вы как дети.

– Лер, мне надоело терпеть, как он общается с этими сучками.

В этом, я Юлю понимаю. Мой любимый человек общается, обжимается со всеми, пока внутри у меня все рушится.

– И поэтому, ты пошла знакомиться и зажиматься с незнакомым парнем? Но зачем? – мне очень трудно разговаривать, но я должна расспросить об этом подругу.

– Влад вчера был в клубе. Ну и он видел меня. Вот я и решила ему немного отомстить. Я заметила, что Влад смотрел на меня, и тогда я решила действовать. Подошла к первому встречному парню, предложив потанцевать.

Слушая Юлю, я ухмыляюсь.

– И что было дальше? – заинтересованно спрашиваю.

– Посреди танца, когда руки Миши опустились ниже моей талии, подошел Влад и оттащил Мишу от меня. Бил его, пока их не разняли.

– Я в шоке. И что ты делала?

– Я кричала и просила Влада остановиться, но он кинул на меня злобный взгляд и ничего не сказав, ушел. Лер, мне кажется, что он меня теперь ненавидит.

Я ухмыляюсь. Юля не знает, что такое ненависть на самом деле.

Ненависть – это сильнейшее чувство, которое способно разрушить всю жизнь.

Кто кто, но я-то знаю и чувствую ненависть по полной программе. И это ужасное чувство, исходит от любимого мною человека.

Я ненавижу сама себя из-за того, что у меня не получается его также сильно ненавидеть, как и он меня. Как полная идиотка, я бегу за ним, а он от меня. Как сойти с этого пути, мне неизвестно.

– Юль, он не может тебя ненавидеть.

– Но почему он тогда игнорирует меня? Первый раз за всю жизнь, я первая позвонила парню, а он не отвечает.

Ого. Такого, я не ожидала. За все время, подруга ни разу не позвонила, не написала ни одному парню первой. Никогда она не делала этого. А тут, она сломала свои принципы. Вот это уровень.

– Юль, ты дура. Ты обидела его. Не ну сама подумай, что бы ты чувствовала, когда увидела, если бы он обжимался в клубе с какой-то девушкой?

– Я бы убила эту сучку, а потом бы убила его.

– Ну вот. Тебе бы не было приятно, также как и ему.

Около получаса, я убеждаю подругу, что ей нужно извиниться перед Владом, и она наконец-то соглашается.

– Ладно, я пойду.

Я угукаю и сбрасываю вызов.

Мне очень сложно подняться с постели. В теле чувствуется неимоверная слабость. Я просто закрываю глаза и пытаюсь уснуть, не думая обо всех проблемах. Я отключаюсь от всей этой мерзкой реальности, пытаясь погрузиться в сон. Но мне этого не удается сделать, так как телефон снова оповещает о входящем звонке.

Мне хочется убить этого человека, который нарушил мой сон. Поморщившись от головной боли, сбрасываю вызов.

– Да, – грубо говорю, приняв вызов.

– Лер, ну ты где?

– Что?

– Ну, вообще-то мы договаривались сходить в кино.

Черт. Черт. Черт.

– Не отключайся. Подожди минуту, – говорю Антону, поднимаясь с постели. Быстро иду на кухню и в комнату родителей, не замечая их там. Отлично. – Тош, ты сильно хочешь идти в кино?

Моя квартира хоть и не идеальна, но она совсем не похожа на квартиру алкашей. Довольно-таки часто, я делаю уборку. Да, у нас в квартире очень скромно, но не настолько бедно.

– Все зависит от твоего желания, – ухмыляется парень.

– У меня есть немного другое предложение.

– Я слушаю.

А вдруг, Антон не совсем правильно поймет мое предложение? Вдруг он поймет, это как-то по-своему? Знаю, это не лучшая моя идея, но я все же решаюсь ему предложить.

– Давай просто посидим у меня в квартире. Мне совсем не хочется куда-то идти.

– Хорошо. Какая квартира?

– Пятьдесят четвертая.

– Отлично. Сейчас буду.

Бросив телефон на стол, иду в ванную комнату, чтобы оглядеть себя. Я сразу же ужасаюсь, от огромных синяков под глазами. Пустой взгляд и бледный цвет лица. Волосы спутаны и выглядят, как гнездо.

Я иду в свою комнату, переодеваясь с пижамы в шорты и толстовку. Расчесываю волосы и убираю их в высокий хвост.

В дверь звонят и, убедившись, что нигде нет пустых бутылок, я иду ее открывать. За дверью, стоит улыбающийся Антон.

– Это тебе, – протягивает он мне шоколадку, отчего я морщусь. За целый день, я так ничего и не съела.

– Спасибо. Проходи.

Тоша кивает и заходит в квартиру. Сняв верхнюю одежду, я веду его на кухню и ставлю чайник.

– Ты какая-то бледная, – говорит он, внимательно рассматривая меня.

– Я вчера в клуб с подругой ходила.

– По тебе заметно.

Минут десять, мы сидим на кухне, разговаривая обо всем сразу. Совсем не чувствуется неловкости. Мне вполне комфортно с ним.

– Ой, что-то мне плохо, – тихо шепчу, морщась от боли в голове.

Антон поднимается со стула и подходит ко мне.

– Где твоя комната?

Парень берет меня за руку и ведет, куда я ему указала. Оказавшись в моей комнате, Тоша останавливается возле кровати.

– Ложись, – приказным тоном говорит мне Антон, и я не сопротивляюсь.

Он садится рядом на стул, возле кровати, не отводя от меня взгляда.

– Тебе что-то принести?

– Нет. Спасибо.

– Это сколько же ты вчера выпила, что тебе сейчас так плохо? – ухмыляясь, спрашивает Тоша.

– Две текилы.

– Ну ты и даешь.

Его смех, звонко звенитя у меня в ушах, отчего голова, снова отзывается болью. Легче, мне никак не становится.

– Принеси мне воды, пожалуйста.

Антон кивает и выходит из комнаты. Через минуту, он возвращается со стаканом.

– Спасибо, – хрипло отвечаю и жадно пью воду.

– Ты Филатова? – снова с ухмылкой спрашивает Тоша, держа в руках мою школьную тетрадь. И когда он только успел, полазить по моим вещам на столе?!

– Да, а что?

– Ничего. Просто знаю парня Пашу Филатова.

– Это мой брат. А ты откуда его знаешь?

– Через общих знакомых.

Улыбка озаряет лицо Антона, но у меня не хватает сил, чтобы улыбнуться в ответ.

– А какая вообще у тебя фамилия? А то я, даже не в курсе.

– Шелыгин.

Мои глаза невольно закрываются. Чтобы не уснуть, я пытаюсь подняться с кровати, но Тоша останавливает меня и накрывает одеялом.

– Все нормально, Лер. Ты спи, а я пойду.

Мне неловко, но я соглашаюсь с ним.

Минут через пять, мне удается уснуть, но звук криков заставляет меня проснуться и подняться с постели.

Родители. Это они ссорятся. Я подхожу к двери и закрываю ее на замок. На столе, замечаю небольшой листик. Подойдя к столу, беру его в руки.

«Ты очень мило спишь. Я не стал тебя будить и просто ушел. Извини, если что не так. Антон»

Я улыбаюсь и убираю записку в ящик стола. Затем снова иду спать.

Глава 15

Просыпаюсь я, от слишком громкого будильника, который кажется, вышибает мне мозг. Мои мысли полностью затуманены. Не получается ни на чем сосредоточиться.

Голова еще немного болит, доставляя мне некий дискомфорт. Живот дает о себе знать, резкой болью. Я ведь вчера, почти ничего не ела.

Поднимаюсь с постели, сразу же хватаясь за край кровати, от неожиданного головокружения.

Стоило мне тогда выпить, как я уже два дня не могу отойти от тошноты и безумной головной боли.

Я иду в душ в надежде, что это хоть немного поможет мне освежиться. Но все бесполезно. Мне приходится пить таблетку от боли и тошноты, хоть таблетки я очень редко пью.

Черт. Это был мой первый раз, когда я попробовала алкоголь в таких дозах. Раньше, я лишь иногда выпивала немного пива или вина. И то, это было всего несколько раз.

В полусонном состоянии, пытаюсь собрать свои вещи в школу. Широкая улыбка появляется на моем лице, когда я случайно достаю записку Антона.

Вчера я видела, как он заботится обо мне. Его забота просто умилительна. Для меня, это дико. Я не привыкла к такому. Я чувствую себя гадко, когда отвечаю ему грубостью. Я просто срывала на нем свою злость.

Быстро одевшись, выхожу из квартиры пораньше, чтобы не опоздать, ведь ходить быстро, у меня пока не получается.

На полпути к школе, мне звонит телефон. Появляется улыбка, когда я вижу на экране «Тоша».

– Привет, – тихо говорю.

– Привет, как ты? Хоть немного стало легче? – в голосе Антона, слышится забота и нежность.

Мне безумно приятно, что еще остались люди, которым я небезразлична.

– Немного.

– Может тебе привезти чего-нибудь?

– Нет, спасибо. Все в порядке.

– Ну, тогда может, я хоть встречу тебя после школы?

Невольно, мое лицо морщится. Даже не знаю, что ответить на это Антону. Кажется, я не понимаю его.

– В смысле?

– Я имею в виду, может, я за тобой на мотоцикле приеду, и домой отвезу. Что ты будешь пешком ходить, если есть вариант прокатиться?!

– У тебя есть мотоцикл? – спрашиваю в недоумении.

Я никому никогда не говорила об этом, но мне всегда безумно нравились мотоциклы. Но у всех моих знакомых парней, их не было. Мне хотелось, ночами напролет ездить на мотоцикле, наслаждаясь ночным городом. Нет ничего прекраснее ночного города.

– Да, есть, – с гордостью отвечает Тоша.

Я задумываюсь о том, что могут подумать люди, когда увидят, как меня встречает Антон на мотоцикле. Что будет, если это увидят Мила с Дианой? А Ян?

Так, стоп. Почему я вообще должна заботиться о мнениях других людей? Разве мне это нужно?

– Хорошо, давай.

– Во сколько подъехать?

– Давай в три.

– Отлично. Буду ждать.

Улыбнувшись, сбрасываю вызов.

Мне действительно плевать на то, что обо мне подумает это общество. Я не должна зависеть от их мнения. Они всего лишь кучка придурков, зависящих от мнения других.

В своем классе, я замечаю Яна. Он стоит возле окна, о чем-то разговаривая с Дианой.

Как только дверь закрывается за моей спиной, я сразу же встречаюсь с темно-карими глазами. Внутри все сжимается. На лице Яна, появляется дьявольская ухмылка. Да и он, не человек. Ян – самый настоящий дьявол. Мой личный персональный дьявол.

Я отвожу взгляд, не в силах больше смотреть в эти глаза. Не обращая на них внимания, иду к себе за парту и сажусь на стул.

Краем глаза, мне удается увидеть, что Сотников все также смотрит на меня, ухмыляясь.

– О, шлюшка пришла, – говорит мне Диана и улыбается.

Мои глаза расшириваются от шока.

– Что? – спрашиваю я.

– Ну а как называется та, кто пьет в клубах и целует всех незнакомых парней, позволяя себя облапать на спор?

На моих глазах появляются слезы. Быстро смахиваю их, продолжая убивать Яна взглядом.

Он все ей рассказал. Все. Чтобы сделать мне еще больнее. Да, у него это отлично получается. Парень даже не представляет, насколько мне больно.

Сотников бросает на меня убийственный взгляд, снова ухмыляясь. Дьявол.

Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.

– Что, нечего ответить? – спрашивает у меня эта мерзкая сука, и они с Яном начинают смеяться.

Я понимаю, что по моим щекам льются слезы обиды и горечи. Быстро выбегаю из класса и иду на улицу, чтобы хоть немного успокоиться.

Уже конец октября, и погода не совсем радует теплом. Целыми днями идет дождь. Сильный ветер, просто сбивает с ног. Но и к такому, можно со временем привыкнуть.

Простояв на улице около получаса и до конца успокоившись, иду в класс.

Получается, что я полностью прогуляла первый урок, и самое ужасное, что мне нужно зайти в класс, а учительница до сих пор там сидит.

Черт.

Не дождавшись ухода учителя, вхожу в класс и пытаюсь незаметно пройти на свое место.

– Филатова, можно вас?

Обернувшись, вижу перед собой учительницу русского языка – Наталью Владимировну.

В ответ, я киваю.

– Следуйте за мной, – говорит она мне, выходя из класса.

Я следую за ней. Волнение и страх, полностью сковывают мое сердце. Куда, черт возьми, она меня ведет?

Конечно, я могу сейчас извиниться перед ней, но мой язык будто отсох. У меня нет сил, произнести ни единого слова.

Мы подходим к кабинету, и Наталья Владимировна останавливается. Мой взгляд падает на табличку кабинета. «Директор». Отлично прям. Просто супер. Что может быть еще хуже, нежели оказаться в полной заднице?!

– Елена Максимовна, хочет с тобой поговорить, – произносит учительница, открывая для меня дверь в кабинет.

Набрав в легкие побольше воздуха, я вхожу.

– Здравствуйте, – тихо говорю, опустив голову.

– Садись, Лер, – говорит мне директор.

Я смотрю на Наталью Владимировну, будто она может мне помочь. Мои глаза полны надежды и некой жалости. Но она выходит за дверь, оставляя меня с директором наедине.

– Итак, Валерия, объясни мне причину своих прогулов и такого отношения к учебе.

Мое сердце сжимается. Черт. Прямо сейчас, меня просто могут выгнать со школы. Мне нужно срочно думать причину моих пропусков и двоек.

– Просто я в последнее время, не совсем хорошо себя чувствую.

Частично, я говорю правду.

– У тебя что-то болит? – взволнованно спрашивает Елена Максимовна.

– Черт, нет.

– Валерия, контролируйте свою речь, – кричит на меня директор, этой чертовой школы, но я абсолютно не чувствую себя виноватой.

Твою мать, меня отчитывают за мои двойки и прогулы, а мне все равно.

– Ты показывала отличные результаты в учебе все время. Но почему-то в этом году, ты скатилась очень сильно. Этому есть причина?

Я киваю.

– Я надеюсь, ты понимаешь, что если все будет так продолжаться, то мы будем вынуждены тебя отчислить?!

Что? Она серьезно? Я, конечно, это понимала. Но одно дело – думать об этом, надеясь на ошибку, а другое дело – слышать, что это правда.

Подняв голову, ошарашено смотрю на нее.

– Не смешивай личное, с учебой.

От ее слов, на моих глазах появляются слезы. И почему я стала такой плаксой? Любая мелочь вызывает во мне слезы.

– Ты можешь идти.

Кивнув, быстро выхожу из этого адского кабинета. Меня могут вышвырнуть из школы. Черт. Мне необходимо решить проблему с моими оценками, ну и ходить сюда, как можно чаще. Я пропускаю школу, только по одной причине – Ян. Из-за этого дьявола, я боюсь ходить на занятия, тем самым, получая проблемы с посещаемостью.

Если меня отчислят – мне конец.

Следующий урок – физика. Как раз по ней, я получила двойку, и мне нужно это исправить. Но как я могу это сделать, если совсем не понимаю этот предмет? Даже не представляю, как раньше я имела успехи по физике и другим предметам.

Оказавшись в классе, открываю книжку по физике и просто начинаю зубрить. Мне все же удается за урок получить пятерку. Отлично.

Следующий предмет, с которым у меня проблемы – алгебра. Шикарно прям. Именно алгебра и геометрия – самые сложные для меня предметы.

Нахожу учителя по алгебре и получаю от него гору заданий, которые мне нужно сделать, чтобы не было проблем с оценками.

Звонок на урок уже прозвенел, и я быстро направляюсь в класс, погружаясь в свои мысли. Мой мозг полностью занят мыслями об учебе. Черт. Нужно спасать эту ситуацию любыми способами.

Я полностью отключаюсь от реальности, пока не ощущаю адскую боль в голове. Потихоньку до меня доходит, что я упала. Ну а точнее, мне помогли упасть.

Все ученики, находящиеся вокруг, взрываются от смеха.

Мне поставили подножку. Этот дьявол поставил подножку. Мразь.

Я сразу встречаюсь с ним взглядом, как только поднимаю голову. Эта скотина, смеется мне прямо в глаза, и я невольно морщусь от этого.

– Эй, ты, – кричит мне Ян. – Кто тебе разрешил прикасаться к моей ноге?

Это стадо учеников, снова смеется.

Кое-как мне удается подняться, и я начинаю собирать свои учебники, разбросанные по всему коридору.

– Заткнись. Просто заткнись, придурок, – говорю, сквозь сжатые зубы.

Я подхожу к нему и резко бью пощечину.

О. МОЙ. БОГ. Я только что это сделала?

Все снова начинают смеяться. Только уже не с меня. С Яна.

Черт. Черт. Черт.

Зачем? Ну, зачем я сделала это? Положить руку в пасть крокодилу, было бы меньше риска, чем это. Ян же теперь убьет меня. Я унизила его публично, и эти люди смеются с него. Не с меня. С него.

Ничего лучшего, чем просто бежать, мне в голову не приходит. Я резко срываюсь с места, начиная бежать в сторону женского туалета. Он туда не зайдет. Не зайдет, правда ведь?!

Но как только я забегаю за угол, меня резко дергают назад, отчего я падаю на пол.

– Что ты там пикнула, сука? – в его голосе, слышится ужасная ненависть.

Черт. Предательские слезы катятся из глаз.

– Как ты тварь, меня там назвала? И объясни мне, какого черта, ты меня ударила?

Глаза Сотникова, сочатся сумасшедшим гневом и нереальной озлобленностью.

Ян подходит ко мне, и я инстинктивно отползаю назад. Это продолжается, пока я не упираюсь спиной в стену. Мое зрение, полностью затуманено от слез.

– Вставай.

Я никак не реагирую на его приказ.

– Я сказал, поднимайся.

Обессилено продолжаю сидеть на полу. Сотников хватает меня за руку и резко дергает вверх. Я невольно поднимаюсь.

Его мерзкая рука бьет по моей щеке, отчего я вскрикиваю.

Я снова отхожу от Яна, упираясь в стену. Слезы ручьем льются из моих глаз. Страх и беззащитность сковывают мое сердце. Только перед ним, я такая.

Сотников подходит ко мне вплотную и кладет свою руку мне на шею. Затем вторую. Я пытаюсь сбросить их, но он начинает сжимать мне горло. Пытаюсь кричать, хоть у меня практически нет сил.

Видимо, он просто хочет задушить меня. Мне совершенно не хватает воздуха. Из последних сил, я пытаюсь схватить хоть немного кислорода.

Ян убирает руки, отходя от меня.

Перед моими глазами, все расплывается и начинает темнеть. Мне нечем дышать. Закрыв глаза, молюсь, чтобы все это поскорее закончилось.

В чувство, меня приводит еще одна сильная пощечина. Мне хочется кричать, но я молчу.

– Если я еще, хоть один раз услышу, что ты открываешь рот в мою сторону, – парень замолкает, оглядываясь по сторонам. – Я убью тебя, куколка. И я не шучу.

Третья пощечина. Но я уже не ощущаю боли. Мне становится плевать на боль.

«Я убью тебя».

Конечно, я понимаю, что Ян совсем не шутит. Я даже не сомневаюсь в том, что он может это сделать. И это, не будет ему ничего стоить.

Сотников резко хватает меня за волосы, ставя на колени. Пытаюсь подняться, но мне это не удается.

– Извиняйся, – этот приказной тон, заставляет меня вздрогнуть.

Ян еще сильнее дергает за мои волосы и, не сдерживаясь, я кричу от сумасшедшей боли.

– Я тебе сказал, извиняйся.

Почему я просто не могу сейчас упасть в обморок? Тогда бы, все это закончилось. Ну, по крайней мере, я бы ничего не чувствовала. Такого унижения, как сейчас, я никогда прежде не испытывала.

Новый рывок за волосы, заставляет меня еще сильнее закричать

– Ян…

Еще один мощнейший рывок.

– Извини меня, – выкрикиваю из последних сил.

Сотников бросает меня на пол, и я совсем не в силах подняться. Он топчется по моим волосам, разбросанным вокруг головы. Затем, просто уходит.

У меня нет сил ни на что. Я полностью обессилена.

Минут пять, я продолжаю лежать на полу, наплевав на то, если меня кто-то увидит. Затем, собрав волю в кулак, поднимаюсь. Мои ноги подкашиваются, но я продолжаю идти в уборную. Мне нужно немного освежиться.

Никто. Никто не заступился за меня. Ни один человек, не захочет за меня заступиться. Все это лишь потому, что если кто-то посмеет дать отпор Сотникову, то и этот человек будет страдать от рук Яна.

Несколько раз, я умываюсь холодной водой, но от этого мне не становится лучше.

Вытерев слезы, быстро иду в класс и забираю все свои вещи.

– Что, Филатова? Понравилось? – ехидно спрашивает у меня Милана.

Ничего не ответив, выхожу из класса, по пути захожу к классному руководителю и отпрашиваюсь домой. С трудом, но она меня все же отпускает.

Выйдя на улицу, сразу же набираю номер Антона. Мне нужно срочно убраться отсюда. После двух гудков, он берет трубку.

– Ты можешь сейчас за мной приехать в школу?

– Что-то случилось? – обеспокоено спрашивает Тоша.

– Да. Нет. Мне просто срочно нужно домой.

Почему-то я уверена, что Антон не сможет мне отказать.

– Хорошо. Буду через пять минут.

Эти пять минут, становятся самыми длинными в моей жизни. Когда я все же вижу Антона на мотоцикле, то сразу улыбаюсь и бегу к нему.

– Что случилось?

Я пытаюсь выдавить из себя невинную улыбку.

– Ничего.

– Не ври. Лер, ты можешь мне доверять, – его слова, пронзаются мне прямо в сердце. Неужели еще остались люди, которым я могу доверять?

– Я знаю, Тош. Но правда, все в порядке.

Антон недоверчиво мне улыбается, протягивая шлем. Быстро надев его, сажусь на его спортивный мотоцикл.

По-другому, я представляла свою поездку на мотоцикле. Совсем не с красным лицом от слез и разбитым сердцем.

Когда мотоцикл останавливается возле подъезда, я спрыгиваю с него.

– Спасибо, – тихо произношу.

Не знаю, что со мной происходит, но я впиваюсь своими губами, в губы Антона.

Что, черт возьми, я делаю?

Ни я, ни он, не останавливаем это. Даже наоборот, Тоша прижимает меня к себе, охотно отвечая на поцелуй. Все мои проблемы, полностью отступают на второй план. Мне просто хорошо, здесь и сейчас, и совсем не важно, что будет потом.

Внезапно в мою голову приходит воспоминание о прошлом поцелуе. С Яном. При промелькнувшей мысли о Сотникове, я резко отстраняюсь от Антона. Чувствую себя шлюхой, которая целуется со всеми подряд.

– Извини, – мой голос дрожит.

Быстро забрав свой рюкзак у Тоши, захожу в подъезд.

Только оказавшись в своей квартире, я снова даю волю своим чувствам. По щекам льются слезы, а мне самой, хочется кричать от внутренней боли, которая пожирает меня изнутри.

Я иду к зеркалу в ванной комнате, осматривая свое отражение. Красные щеки, отдающие адской болью. Красная шея, которая по боли, ничем не уступает щекам. Осмотрев волосы, замечаю грязный цвет. Я сразу же вспомнинаю, из-за чего они такие. Мне становится мерзко, как никогда.

Ян наступил на единственную мою гордость. Черт. Он буквально растоптал меня.

До конца не понимая своих действий, иду к себе в комнату и беру на столе ножницы. Затем снова направляюсь к зеркалу.

Ухмыляясь самой себе, отрезаю первую прядь своих длинных волос, которая теперь, едва достает до плеча. Этот трюк проделываю со всеми волосами.

Я осматриваю свое новое отражение. Черт, а оно мне нравится.

Убедившись, что отрезала все испорченные волосы и сделала это ровно, выхожу из ванной комнаты.

Совсем непривычно, чувствовать себя так. Без длинных волос, которыми я всегда гордилась.

Найдя мусорный пакет, выбрасываю туда все отрезанные волосы. Мне ни капли их не жаль. Только что, я избавилась от единственной своей гордости, и мне плевать.

Мне совершенно не хочется плакать и жалеть о чем-либо. Ощущение, будто новая длинна волос, дала мне неимоверную силу и уверенность в себе. Мое настроение резко повышается.

Я иду в свою комнату и, взяв телефон, набираю номер Паши.

– Привет, малая.

– Привет.

Мне так хочется поделиться со всем с Пашей. Мне до безумия, хочется все ему рассказать. Услышать его совет и быть счастливой.

– Я надеюсь, ты послезавтра свободна.

– Ну, вообще-то мне нужно идти утром в школу.

Я не знаю, пойду ли послезавтра на занятия или нет. Да, у меня много пропусков, но я предупредила классную руководительницу, что мне плохо, и если я побуду дома, думаю, это не будет такой проблемой.

– Я знаю. Я имею в виду, после школы.

Я уже догадываюсь, к чему ведет наш разговор, и широко улыбаюсь.

– Да.

– Отлично. Я приеду тогда.

– Насколько? Может, хоть останешься на ночь? – с надеждой, спрашиваю.

– Нет, малая. Ты же знаешь, что у меня не получится.

Я издаю вздох разочарования.

– У меня есть для тебя новость.

– Какая?

– Как приеду, так и расскажу.

Я хмурюсь.

– Новость, хоть хорошая?

– Да.

Мое лицо озаряет широкая улыбка.

Минут десять, я пытаюсь расспросить у брата про его хорошую новость, но он молчит. Спустя полчаса, мы все же прощаемся, и я бросаю свой телефон на кровать. Он сразу же издает знакомый звук, оповещающий о входящем сообщении. Затаив дыхание, открываю его.

«Что это было?»

Сообщение пришло от Антона. Черт. Я и забыла о нашем поцелуе.

«Без понятия»

Отправляю ответ и иду принимать душ, чтобы смыть с себя всю эту мерзость и ненужные воспоминания о сегодняшнем дне.

Через несколько минут, после душа, мне приходит ответ от Тоши.

«Зачем ты меня поцеловала?!»

Хороший вопрос. Мне и самой интересно знать на него ответ. Только вот мой мозг, отказывается думать.

Зачем я поцеловала Антона? В самом-то деле, зачем? Ответить на это, я не могу.

Спустя минуту, я все же набираю единственный ответ, в котором действительно уверена:

«Я не знаю»

Телефон, буквально через секунду, оповещает о входящем вызове. Антон. Черт, ну и что я ему скажу? Мои мысли полностью путаются, и я не могу адекватно мыслить. Но я все же принимаю вызов.

– Да.

– Лер, объясни мне, что, черт возьми, происходит? – кричит Антон, отчего я морщусь.

– Не кричи на меня.

– Извини.

Между нами, повисает ужасная тишина.

– Лер, я просто ничего не понимаю. Совсем ничего. Ты мне отказала, а сегодня, сама меня поцеловала.

Я молчу, не зная, что ответить.

– Не молчи.

На моих глазах появляются слезы, от своего собственного мерзкого поведения. Мое поведение, очень гадкое по отношению к Антону. Слишком мерзкое. Как это исправить, я не знаю.

– Ты меня слышишь?

– Да, – тихо говорю, вытирая глаза.

– Что ты чувствуешь, по отношению ко мне?

Я пожимаю плечами, но Антон явно не может этого увидеть сквозь телефон.

– Я могу приехать?

– Зачем? – ошарашено спрашиваю.

– Нам действительно нужно поговорить.

– Хорошо. Как будешь у подъезда – позвонишь. Я выйду.

Не дожидаясь его ответа, выключаю телефон и бросаю его на стол. Я понимаю, что нам необходим этот разговор. Но это, будет очень тяжело сделать. Я беру телефон и включаю его, понимая, что если проигнорирую Антона, то потеряю его. И тогда, я уже ничего не смогу исправить.

У меня есть всего несколько минут, чтобы собраться.

Пригласить Тошу в квартиру, будет не самым лучшим вариантом, пока пьяные родители о чем-то бурно спорят на кухне.

Переодевшись в свитер и джинсы, сажусь на стул, в ожидании звонка. Долго ждать не приходится, и уже через минуту звонит телефон.

– Я внизу, – единственная фраза, которую говорит мне Антон и бросает трубку. По его голосу понимаю, что настроение у него не самое лучшее.

Мое сердце бешено бьется в груди, когда я выхожу из подъезда и вижу знакомый мотоцикл. Рядом на лавочке, сидит Тоша и смотрит куда-то в сторону. Без лишних слов я сажусь рядом с ним, но он не поворачивается ко мне.

Тишина. Уже в который раз эта тишина.

– Может, ответишь на вопрос?

От его неожиданного вопроса, я немного открываю рот.

– На какой?

Антон поворачивается ко мне. В его взгляде я вижу отчаяние и некую боль.

– Что у тебя с волосами?

Я улыбаюсь и пожимаю плечами.

– Они мне надоели. Тебе нравится?

Пытаюсь просто перевести тему разговора.

– Непривычно.

Снова улыбаюсь и ожидаю его улыбку в ответ. Но его лицо полностью серьезное и на нем нет, ни одного намека на улыбку.

– Лер…

– Я тебя слушаю.

– Что ты ко мне чувствуешь?

Опускаю взгляд, не зная, что ему ответить и тем самым не потерять его. Уж слишком я привязалась к этому парню.

Я беру Антона за руку.

– Тош… – я закрываю глаза, чтобы собраться со своими мыслями. – Ты мне очень дорог. Ты мне необходим. Ты будто свежий глоток воздуха в мою жизнь. И я очень сильно тебя люблю, но…

– Но?

– Но как друга, понимаешь? – открыв глаза, встречаюсь с ним взглядом, – Как к парню, я к тебе ничего не чувствую.

Как же это больно, причинять боль дорогим тебе людям, зная, что этого никак не избежать.

В его глазах полным полно всяких чувств и эмоций: нежность, доброта, любовь и боль. Адская боль просматривается сквозь них.

Мне совсем не хочется делать ему больно, но я никак не могу соврать, что чувствую что-то к нему.

– Я не могу быть с тобой и врать о любви, которой я не испытываю.

– Зачем ты меня поцеловала?

– Я не знаю. Мне просто захотелось тебя поцеловать.

И это правда.

Антон убирает свою руку от меня и поднимается с лавочки, затем направляется в сторону мотоцикла.

– Тош, мне правда очень жаль, но я не смогу врать.

– Я понял.

– Я очень надеюсь, что мы так и останемся друзьями, – мой голос звучит беспомощно и жалко.

Антон поворачивается в мою сторону и широко улыбается, но я знаю, что это всего лишь маска. В его глазах отчетливо видна боль и страдания.

– Да, конечно.

Он подмигивает мне. Затем просто садится на мотоцикл и уезжает.

Я причиняю боль дорогому мне человеку. Антон имеет большое значение в моей жизни. Отношения все разрушат.

А что, если я всегда буду такой идиоткой, которая по уши влюблена в своего же врага и тем самым причинять боль тем, кто будет хотеть со мной отношений?! Видимо, так оно и будет.

Глава 16

Спустя некоторое время, я все же решаю пойти в квартиру.

На улице идет сильный дождь, отчего я промокаю до нитки. Капли дождя, сливаются с моими слезами.

Кое-как я поднимаюсь на свой этаж и захожу в квартиру. Сразу же иду переодеваться с этой мокрой и липкой одежды, в пижаму. Затем просто иду в свою комнату и ложусь спать. Но не успеваю я закрыть глаза, как вспоминаю о домашнем задании, которое мне необходимо выполнить.

Сломя голову, поднимаюсь и иду к своему рюкзаку, чтобы забрать из него учебники. Из какой-то книги, выпадает неизвестный мне листок.

Мое сердце бешено стучит в груди, пока я смотрю на эту записку. Совсем не хватает сил, чтобы поднять ее. Я просто смотрю, но никак не могу разобрать, что там написано. Руки дрожат, но я все же беру этот листок. Правда, получается у меня это с третьего раза. Он просто выпадает из моих рук.

Закрываю глаза, в надежде не видеть того, что там вообще написано. Я боюсь. Мне страшно ее прочесть. Я практически уверена, что это от Яна. Только он, пишет мне это гадство.

Черт, моя жизнь превращается в ад.

У меня, никак не получается забыть этого человека. Просто вычеркнуть его из жизни так, чтобы раз и навсегда.

Я могла бы быть счастливой с Антоном, не отказывая ему. Но в моей жизни, появился Ян. Черт, как же я ненавижу этого человека. Хотя и человеком, его можно назвать с большим трудом.

Открыв глаза, я удивляюсь, когда вижу совсем другой почерк. Это не Сотников. Ну, хоть что-то меня радует.

Прочитав записку, сначала хмурюсь, а затем улыбаюсь. Так и знала, что это Диана. Кроме нее, Милы и Яна, больше это никому не нужно.

«Шлюшка Филатова»

Эта фраза, мне совсем не кажется обидной, даже наоборот, она веселит меня.

Они думают, что я сломаюсь? Ха. Этого никогда не произойдет. Я буду сильной. Конечно, я никак не могу противостоять Яну, его агрессии. Я не могу дать ему отпор. Единственное, что мне остается – терпеть. Быть сильной и терпеть все издевательства со стороны Сотникова и остального коллектива.

Я всегда была сильной, но потом появился человек, сделавший меня очень слабой. Сейчас, мне снова нужно научиться давать отпор.

С неимоверным облегчением и сумасшедшей ухмылкой, я разрываю записку и подхожу к окну. Погода далека, от нормальной. Сумасшедший дождь, делает легко на моей израненной душе.

Широкая и ехидная улыбка, появляется на моем лице. Открыв окно, я вдыхаю этот прекрасный и свежий воздух. Выбрасываю из окна этот лист бумаги, который мне потрудилась написать Диана. Мне действительно становится легче на душе. Такая мелочь, а становится хорошо.

Мне необходимо прямо сейчас, решить хотя бы одну проблему. Подойдя к столу, беру телефон. С улыбкой на лице, сажусь на подоконник. Дрожащими руками набираю Тошин номер. С неимоверным волнением, ожидаю ответа. Но этого, так и не происходит.

Слезы снова появляются на глазах, но я быстро их смахиваю, пообещав себе больше не плакать. Нужно возвращать ту старую Леру, которую я всегда знала, а не эту, которая всегда плачет и ломается, как игрушка.

Еще раз набираю номер Антона, но снова игнорирование. И так три раза.

Черт возьми, видимо я причинила ему сильную боль, сама того не осознавая. Это ужасно, видеть страдающего родного человека, которому ты не можешь помочь. Я не могу врать Антону. Это уже слишком. Нельзя сделать человека счастливым, обманывая его.

Я набираю Тоше сообщение, решив больше не звонить.

«Прости меня, пожалуйста. Мне, правда, очень жаль, но я не буду врать».

Спрыгнув с подоконника, с грустным видом, закрываю окно. Снова сажусь за уроки, но мой мозг отказывается воспринимать какую-либо информацию.

* * *

Я просыпаюсь от крика за моей спиной. Кричит мама. Обернувшись, ничего не замечаю. Черт, я вчера все-таки уснула за этими учебниками. Сонно потянувшись, иду в кровать. На часах всего шесть утра. Отлично, значит, у меня есть еще час для сна.

Подрываюсь с постели, когда снова слышу крик и какой-то грохот на кухне. Черт. Кажется, я понимаю, что происходит.

На ватных ногах, иду на кухню. Я сразу же закрываю рот рукой, чтобы не закричать, от этой мерзкой и ужасной картины.

На полу сидит мама, прижимаясь к стене. Ее глаза, пропитаны страхом и беззащитностью. На мои глаза наворачиваются слезы, но я быстро их вытираю. Я обещала не плакать. Обещала.

Над мамой нависает отец, пытаясь ей что-то сказать, но из-за его не совсем трезвого состояния, у меня не получается разобрать его речь.

– Я убью тебя, – говорит отец, отчего дрожь проходит по моему телу.

К моим ушам, доносится мерзкий и отвратительный звук пощечины.

Черт. Я не могу больше этого терпеть. На еле передвигающихся ногах, подхожу к ним. Отец не обращает на меня абсолютно никакого внимания, а вот мама, переводит на меня свой взгляд.

От такого взгляда, у меня бегут мурашки по коже. Черт. Ее глаза просят о помощи, они буквально умоляют об этом. Я – единственная, кто может ей помочь, и без всяких раздумий, я хватаю отца за руку. Полуоткрытые, от выпитого в огромных количествах алкоголя глаза, смотрят прямо в мои, и я морщусь от сильнейшего отвращения.

– Не лезь к ней, – мой голос, звучит слишком уверенно. Вау, я и сама не ожидала от себя такого.

Отец отступает немного от мамы, направляясь в мою сторону. Инстинктивно, отхожу назад.

– Да я убью, вас обеих, – мямлит папа.

Я теряю уверенность, снова превращаясь в бесхарактерную девчонку. Черт, да что же со мной происходит?

– Пап, тебе нужно поспать. Давай я провожу тебя в комнату.

– Я убью вас. Я сказал, что убью вас, – кричит он мне в ответ.

– Пап…

– Заткнись. Ты – жалкое подобие человека. Я был прав тогда. Твоей матери, следовало бы тогда сделать аборт, а не ломаться.

– Ч-ч-что? – спрашиваю, заикаясь.

– Нужно было делать аборт, пятнадцать лет назад.

Мой рассудок затуманивается. Весь мир вокруг, буквально плывет перед глазами.

– Ты… Ты врешь.

– Я говорил ей, что аборт необходим. Но твоя мамаша, захотела еще одного спиногрыза. И что в итоге? Родилась ты, – с отвращением, говорит отец.

Я бегу к себе в комнату и закрываю дверь на замок. Обессиленная, падаю на пол и закрываю глаза.

Не плакать. Не плакать. Не плакать.

Я обещала сама себе, что не заплачу, но предательские слезы, наполняют мои глаза.

– Все хорошо, – успокаиваю я сама себя.

Мой мозг, абсолютно не подчиняется, посылая истерику. Мне приходится зажать рот рукой, от сильных всхлипов.

Я всегда знала, что мои родители меня ненавидят и презирают. Да, я знала это и все время, жила с такими мыслями. Безумно тяжело с ними уживаться, но я пыталась, как могла.

Но сейчас… Сейчас все изменилось.

Вот она – правда, о которой молчали мои родители, все это время. Пока я радовалась в детстве их любви, они жалели о моем существовании в этом мире.

Черт, мой собственный отец, хотел убить меня, когда я была еще у мамы в животе.

Мое состояние, не описать словами.

Мой отец, хочет моей смерти. Что, может быть еще хуже?

Плевать на травлю коллектива. Плевать на Яна и его вечные издевательства. Меня, сейчас вообще могло бы и не быть здесь.

Я пытаюсь привести в порядок свои мысли, но в моей голове, то и дело, звучит одна единственная фраза: «Нужно было делать аборт, пятнадцать лет назад».

Я буду сильной. Я просто обязана быть сильной, в этом жестоком и беспощадном мире.

Телефон начинает издавать звук входящего звонка, но я не обращаю внимания. Мне плевать.

Моя душа разбилась на миллион осколков, всего одной фразой. Очень больно, узнавать правду.

* * *

– Почему ты трубку не брала?

– Занята была. А ты чего звонила?

– Я не могу позвонить, своей подруге? – с неким недоверием, спрашивает Юля.

– Можешь.

Я морщусь, когда мне в лицо, снова бьет ветер. Не очень-то и приятное ощущение.

– Лерка, у меня проблемы.

Ухмыляясь, я даже не могу представить, какие проблемы могут быть у Юли, чтобы переплюнуть все то, что происходит сейчас у меня.

– Что уже случилось?

– Влад меня игнорирует. Мы так и не помирились. Я пытаюсь с ним поговорить, но он, молча уходит, делая вид, что меня нет. Магдалина с Аленой пытались с ним поговорить, но он отнекивается и говорит, что больше не собирается со мной общаться. Лер, мне плохо.

Черт, и это проблемы? Юле плохо от того, что с ней не разговаривает какой-то мальчик? Серьезно?

Мне так хочется кричать на нее и рассказать, что такое проблемы, на самом деле. До безумия, мне хочется поделиться с ней тем, что я сейчас чувствую, чтобы она, наконец, поняла, что игнорирование парня, не является концом света. На этом, жизнь не заканчивается.

Юле не узнать, что я чувствовала, когда собирала в себе все возможные силы, чтобы подняться с пола и пойти в школу. Получилось это у меня, с огромным трудом.

– Юль, это не проблемы.

– Да ладно? Это, по-твоему, не проблемы? Я в полной заднице.

– Юль… – мой голос, звучит слишком громко, и я понимаю, что снова срываюсь. Чтобы не наговорить подруге лишнего, я решаю закончить этот разговор. – Мне нужно идти. У меня урок. Извини.

Не дожидаясь ее ответа, сбрасываю вызов. Набравшись побольше воздуха в легкие, открываю дверь и вхожу в школу. В коридоре полным полно учеников, и на меня, просто никто не обращает внимания. Я улыбаюсь от этого.

– О, шлюха тут, – кричит Милана, где-то из толпы.

Ей что, мало разбитого носа? Сейчас, я просто на пределе. Любая мелочь, может вызвать во мне бурю негативных эмоций, спровоцировать на конфликт, и даже драку.

Господи, да я боюсь сама себя.

Почти все ученики, переводят на меня свои взгляды. Их глаза расшириваются от шока. Все они, привыкли видеть меня с длинными волосами, а сейчас они короткие. Хотя зная мои волосы, их длина восстановится очень быстро.

Я встречаюсь взглядом с Милой. Грубая и дерзкая ухмылка, появляется на моем лице. Я знаю, что это ее раздражает.

Нужно просто улыбаться своим врагам в лицо, и тогда они поймут, что зря стараются испортить тебе жизнь.

Обойдя стороной удивленную Милану, иду в свой класс. Да, я снова чувствую себя победителем в этой ситуации. И мне, это чертовски нравится.

Мне остается всего метров десять до класса, как я встречаюсь с карими глазами, которые меня ненавидят. Их обладатель, стоит возле соседнего класса и слушает, как ему что-то рассказывает какой-то парень. Ян даже и не пытается сказать что-то своему собеседнику. Все его внимание, полностью приковано ко мне.

У меня не хватает сил, чтобы идти. Остановившись, я продолжаю смотреть на Сотникова. На его лице появляется ухмылка, когда его взгляд проходится по моим волосам. Ян явно удивлен, отсутствием моих длинных волос. Нет, он, что реально думал, что я так и оставлю свои волосы, после того, что он с ними сделал?!

Набравшись немного сил, я все же иду в свой класс. Мне приходится отвести взгляд, чтобы больше не видеть такое гадство и мерзость, в глазах Яна.

На моей парте, меня снова ждет сюрприз. Ну конечно же, гаденькая надпись, написанная ярко-розовым цветом лака для ногтей.

Ухмыльнувшись, пересаживаюсь за другую парту.

Со звонким смехом, в класс заходит Диана и Мила. Мои глаза расшириваются от неожиданности, когда я вижу, что вслед за ними, заходит Амина. Да, та самая Амина.

Я слышала недавно от Юли, что Амина снова переводится к нам в школу. Причину, я так и не могу вспомнить, хотя я ее знаю.

Поднявшись со стула, иду к ней.

Ну, неужели, я теперь буду не одна?! Неужели все теперь прекратится?! Амина, ведь может повлиять на всех тех людей, которые меня унижают. Я широко улыбаюсь, от этой мысли.

– Привет.

Амина поворачивается в мою сторону, морщась так, будто увидела какую-то мерзость.

– Что тебе нужно от меня?

Что? Мне сейчас послышалось? В полном недоумении, смотрю на нее.

– Что?

– Филатова, какого черта, ты вообще со мной разговариваешь? Кто тебе это разрешил?

Все ученики в классе, взрываются от смеха.

– Что, прости? – спрашиваю у Амины, действительно надеясь на то, что мне послышались ее слова. Снова самообман.

– Прощаю.

– Что ты здесь делаешь?

– Твою мать, Филатова, не разговаривай со мной, – кричит Амина.

Сзади нее, стоят Мила с Дианой, явно наслаждаясь всей этой ситуацией.

– Она же у нас шлюшка, – подает свой голос Диана. – Думает, что ей все можно.

Амина начинает смеяться.

– Амин, что происходит? Мы ведь отлично с тобой дружили, до того, как ты ушла со школы. Что произошло?

На мой вопрос, девушка кривит лицо, будто бы съела сотню лимонов.

– Сама не понимаю, как дружила с такой шлюхой, как ты, – указывает она на меня пальцем. Мне хочется сломать этот палец.

Мой взгляд, моментально падает на руку Амины, на ярко-розовый лак, у нее на ногтях. Черт. Как такое, вообще может быть? Она не могла написать мне, все эти гадости на парте. Не могла ведь?

Мне очень хочется верить в то, чего просто нет. Это лишь самообман.

Это является моей последней каплей, и я просто не сдерживаю своих эмоций.

– Может, все-таки расскажешь истинную причину твоего перехода в эту школу? – самоуверенно спрашиваю.

Как же хорошо, а главное вовремя, я вспоминаю эту причину. Я практически уверена в том, что никто не знает правду. Не думаю, что если это всплывет, Амина будет такой же уверенной в себе и популярной, как сейчас.

Ее глаза мгновенно расшириваются, когда к ней доходит, что я знаю правду.

– Ну что? Молчишь, да?

Я вижу, что Амина такого явно не ожидала. Ее выражение лица, буквально умоляет меня ничего никому не рассказывать. И я молчу. Пока молчу.

– О чем она говорит? – обращается Милана к Амине. Она ничего не отвечает, а просто смотрит на меня.

Звенит звонок на урок, и мы все поворачиваем головы в сторону двери, когда та, открывается с громким стуком.

Черт. Мне уже никак не спасти эту ситуацию. Я снова даю слабину, когда встречаюсь с карими глазами.

– Что здесь происходит?

Ян подходит к нам, смотря на меня убийственным взглядом.

– Да вот, наша шлюшка, рот свой открывает на Амину, – ухмыляется Диана.

– А, куколка, – улыбается мне Сотников, отчего я сжимаюсь от страха.

Я буду сильной. Я буду сильной. Я буду сильной.

– Куколка?

– Ну да.

Диана улыбается Яну, а он улыбается ей в ответ. Черт. Это выглядит мерзко.

– Пойдем, нам поговорить нужно, – говорит Сотников Диане, взяв ее за руку. Затем, они просто выходят из класса.

Мне становится плевать на все происходящее, на Амину и Милу, которые убийственно смотрят на меня. Внезапно, Амина срывается с места и выходит из класса. Я же, продолжаю стоять на месте, боясь шелохнуться.

Дверь класса открывается и заходит веселая Диана, сзади нее идет Ян. Оба они смеются и о чем-то говорят.

Черт. Как я еще могу чувствовать любовь к этому парню, после всего этого? Не так уж и просто, разлюбить человека.

Мои глаза расшириваются, когда я вижу, что Ян лапает Диану за задницу. В этот момент, его глаза смотрят в мои. Он ехидно ухмыляется, показывая всем своим видом, что победитель в этой ситуации. Мой же вид, показывает всеми возможными способами, что я проигрываю эту игру. И меня это ужасает.

На ватных ногах, иду к своей парте и сажусь на стул, пытаясь сконцентрировать все свое внимание на параграфе в учебнике.

Не плакать. Не плакать. Не плакать.

* * *

– Боже мой, что у тебя с волосами?

Глаза Юли расшириваются, когда она смотрит на меня.

– Они мне надоели, – пожимаю плечами.

– Ты с ума сошла?

Подруга прикасается своей рукой к моим волосам, будто не веря во все происходящее.

– Ты действительно сумасшедшая. И дура.

– Я тебя тоже люблю. Как у тебя там с Владом?

Подруга сразу превращается из веселой, в грустную и какую-то мрачную. На ее глазах, появляются слезы, но она быстро смахивает их.

– Что, все так плохо?

Юля кивает, и я морщусь, понимая, что она действительно страдает.

– Ты с ним говорила?

Подруга снова кивает.

– Ну и что он тебе сказал?

Красильникова опускает голову, снова вытирая глаза.

Я иду в свою комнату и беру пару салфеток для Юли. Затем возвращаюсь к ней.

Сегодня со школы, я пришла в более-менее нормальном состоянии, но недавно пришла Юля. У меня сразу же ухудшилось настроение, из-за такого самочувствия подруги.

Господи, да она серьезно влюблена в этого парня.

– Держи, – протягиваю я ей салфетки. Юля сразу вытирает глаза, вместе с тушью и тенями.

Молча, сажусь напротив нее, устремив свой взгляд в заплаканные серые глаза. Я знаю, что подруга обязательно заговорит, но только тогда, когда будет готова к разговору. А сейчас, она просто молчит.

– Лер, я люблю его.

Ничего не говоря, беру Юлю за руку. Перепуганные серые глаза, смотрят на меня.

– Я пыталась, ему все объяснить. Пробовала несколько раз с ним поговорить. Но он все время уходит и говорит, что я ему больше не нужна. Мое сердце разбито.

Ох, если бы подруга только знала, что творится с моим сердцем.

– Юль, все еще наладится.

Красильникова машет головой, вытирая глаза.

– Твою мать, Красильникова, я тебя не узнаю. Что такое? Где та самая Юля, которую я всегда знала? Где та Юля, которая никогда не плачет из-за парней? Где она? Кто ты? Верни мне, мою старую подругу.

Юля всхлипывает и смотрит мне прямо в глаза. Она опускает голову, и по ее щекам бегут горькие слезы. Черт, кажется, я слишком много сказала.

– Юль, прости. Извини, я не хотела этого говорить. Мне жаль и…

– Нет, Лер. Ты права. Ты чертовски права. Я стала слабой. Я превратилась в слюнтяйку, рядом с Владом. Да я никогда не могла бы подумать, что смогу так влюбиться. Да и еще не взаимно.

Мое сердце разрывается на части. Молча, подхожу к подруге и обнимаю ее.

Входная дверь открывается, и мои глаза расшириваются от шока. Черт. Вернулись родители.

– Лер, я, наверное пойду.

– Ты уверена?

Юля улыбается, ну, по крайней мере пытается это сделать.

– Дай мне номер Влада.

– Зачем?

– Не важно. Просто нужно.

Подруга протягивает мне свой телефон, и я быстро переписываю номер.

* * *

С широкой улыбкой на лице, возвращаюсь домой, после тяжелого учебного дня. Нет, Ян сегодня ко мне совсем не лез, лишь изредка посылая убийственные взгляды и колкие фразы. Мне было безумно тяжело, на каждом уроке поднимать руку и отвечать на все вопросы учителя, чтобы получить хорошую оценку.

Достав из кармана телефон, набираю номер Паши, по пути снимая с себя кроссовки и куртку.

– Да, малая, – раздается голос Паши.

– Ну, ты где?

– Еду малышка, еду.

– И когда ты приедешь?

– Как приеду, так скажу.

Закатив глаза, ухмыляюсь.

– Все, не отвлекай меня. Я за рулем.

Не успеваю я что-то сказать, как брат сбрасывает вызов.

Снова закатив глаза, иду к себе в комнату. Бросаю рюкзак на пол, и в этот момент, из него выпадает какая-то записка. Черт, снова эти ужасные записки. Затаив дыхание, читаю ее.

«Не обольщайся хорошему отношению. Все меняется»

Почерк Сотникова. Конечно же.

Снова он начинает меня преследовать. А я ведь действительно думала и надеялась, что все налаживается. Видимо, я врала сама себе.

На глазах начинают появляться слезы. Смахнув их, подхожу к окну и открываю его. Делаю то же самое, что и в прошлый раз с запиской. Выкинув ее, чувствую облегчение.

Почему я такая глупая и наивная? Что вообще творится со мной? Где та прежняя Лера, которая никогда никого не боялась, за исключением родителей?! Черт побери, где она? Почему на ее месте, испуганный ребенок, который плачет по всем возможным причинам?!

Услышав звонок в дверь, иду ее открывать. Конечно же, натянуто улыбаюсь. Это стиль такой: всегда улыбаться, чтобы не заплакать.

– Привет, – говорит мне Паша, крепко меня обнимая.

Как же я люблю чувствовать тепло от объятий. В такие моменты, я чувствую, что живая.

– Я соскучилась. Почему ты так редко приезжаешь?

– Лер, я работаю. Ты же знаешь.

Я грустно улыбаюсь и иду вслед за братом, на кухню.

– Родители где?

В ответ, пожимаю плечами.

– И давно их нет?

– Утром были, – вру я.

Паша ставит пакеты на стол, доставая из одного из них конверт с деньгами.

– Держи, это тебе на месяц. Должно хватить.

Кивнув, забираю конверт.

– Спасибо.

Брат улыбается в ответ, разбирая продукты из пакетов. Я просто стою сзади, наблюдая за ним.

– Как у тебя дела? – прерываю я тишину.

– Отлично. Девушка появилась.

– Да, ладно? Неужели ты начал думать, не только о работе?

На моем лице, расплывается широкая улыбка.

– Между прочим, я с ней уже месяц встречаюсь.

– Расскажи мне о ней. Интересно, что в ней такого особенного, что заставило тебя подвинуть работу на второе место.

Я сажусь на стул, внимательно смотря на брата.

– Ну и, что тебе рассказать?

– Как ее зовут?

– Лина.

– Сколько ей лет?

На лице Паши, появляется ухмылка, и он садится напротив меня.

– Восемнадцать.

Я немного хмурюсь. Брат никогда не встречался с девушками, которые намного младше него самого.

– Но у вас, же разница в семь лет.

– И что? Разве возраст имеет значение?

– Зацепила, да?

Паша широко улыбается и кивает.

– Я влюблен.

– Вау. Я удивлена.

Брат пожимает плечами.

– Она очень хорошая. Когда-нибудь, я вас познакомлю. Думаю, она тебе понравится, – подмигивает мне Паша, и я закатываю глаза. – Ну а ты как тут? Нашла себе парня?

Мои глаза снова закатываются.

– Нет, не нашла. Я учусь, и учеба у меня на первом месте, – вру брату, отчего он ухмыляется.

По моему телу, разливается жар. Черт, я снова вспоминаю о Сотникове. Мои щеки, вмиг покрываются красным оттенком.

Поднявшись со стула, снимаю свою толстовку. И только сняв ее, я понимаю, что это огромная ошибка. Черт.

На мне лишь джинсы и футболка. Паше открывается отличный вид на огромный синяк, который находится на моей руке.

Я собираюсь снова надеть на себя толстовку, чтобы брат не смог увидеть этот ужасный участок моей кожи. Но я не успеваю этого сделать, потому что Паша резко хватает меня за эту руку.

– Это что?

Я молчу. Никогда в жизни, я не скажу ему, что это сделал Ян. Никогда.

Мой взгляд устремляется на брата, но он полностью сосредоточен на моем синяке. Черт.

– Тебя родители бьют? – в его голосе, очень много горечи, отчего я вздрагиваю.

– Что? Нет. Я просто упала. Серьезно.

Убрав руку от Паши, надеваю толстовку. Его лицо хмурится. Он явно мне не верит. Это нехорошо. Нужно как-то уйти от этой темы.

– Паш, все хорошо. Ты слышишь меня? Все хорошо.

Я пытаюсь убедить, скорее себя, чем его.

– Пойдем, погуляем? – пытаюсь поменять тему разговора.

Паша, лишь сильнее хмурится.

– Ну П-а-аш. Пойдем.

– Ладно, иди одевайся. В кафе хоть сходим.

Широко улыбнувшись, иду к себе в комнату.

* * *

– Ну как тебе?

– Здесь отлично, – улыбаюсь я, когда мы с Пашей заходим в кафе.

– Пошли, – брат берет меня за руку, ведя к свободному столику.

Сев на стул, осматриваю помещение. Черт, а здесь действительно отлично. Дизайн кафе, сделан в пастельных тонах, и выглядит оригинально.

– Лер…

– Что?

– Я понимаю, что достал тебя уже этим вопросом, но все же, ты не заберешь у меня надежду.

В недоумении, смотрю на Пашу.

– Ты не передумала?

Ну, конечно же. Как это я сразу не додумалась, о чем пойдет речь?!

В ответ на вопрос брата, качаю головой.

– Ну, я не мог не спросить.

Ухмыльнувшись, открываю меню, чтобы что-то себе выбрать.

Уже сделав заказ, мы, молча сидим с братом, просто смотря друг другу в глаза. Паша не говорит ни единого слова. Я тоже молчу. Когда я не говорю ни с кем, в мои мысли впивается один человек, точнее нечеловек.

Не думать о Яне. Не думать о нем. Просто не задумываться об этой мрази.

Черт, мне ничего не помогает. Я думаю об этом парне.

Внезапно, на моем сердце появляется тяжесть и некая неловкость. С чего бы это? Мне безумно сложно описать свои мысли и внутреннее состояние.

– Лер, что происходит?

Из последних сил, выдавливаю из себя улыбку.

– А что у меня происходит?

– Ты какая-то хмурая и совсем не веселая, как прежде. Я тебя просто не узнаю.

Да я и сама, себя не узнаю.

– Паш, у меня все хорошо.

– Да ты врешь.

Покачав головой, искренне улыбаюсь.

Дверь в кафе, закрывается с громким грохотом, что привлекает мое внимание. Мои глаза, сами по себе расшириваются, наполняясь страхом.

Черт. Черт. Черт.

Я не отвожу взгляда от Яна. Он делает то же самое. Сотников обнимает какую-то блондинку, прижимая ближе к себе. А как же эта стервочка Алена? Недолго же они встречались.

Паша замечает, что я смотрю куда-то, и поворачивается, чтобы проследить за моим взглядом.

Сотников шепчет что-то на ухо этой белобрысой, отчего та хмурится. Затем кивает и уходит в другую сторону от Яна.

Сердце сжимается. Черт, я ощущаю, как оно стучит в моих висках. По всему телу, разливается жар. И все это лишь потому, что Ян направляется прямо к нашему столику.

Неужели он решил снова издеваться надо мной, при Паше?

Я перевожу взгляд на брата. Его глаза, полностью сосредоточены на Сотникове. Что, черт возьми, здесь происходит?

Когда Ян подходит к нам, Паша поднимается со стула. Они пожимают друг другу руки.

– Привет, Паш. Давно тебя не видел.

– Я только иногда приезжаю. Давно здесь не был.

Сотников кивает. Мой взгляд, полон недоумения.

–Вот, с сестрой решил в кафе сходить, – брат показывает на меня. – Лер, познакомься, это Ян. Ян, это Лера.

Сотников ехидно ухмыляется, протягивая мне свою руку. С отвращением, смотрю на нее и неохотно пожимаю. Ян сжимает мою руку, до адской боли. Я зажмуриваюсь, пытаясь не закричать от этого.

– Мне вроде говорили, что ты уехал из города, – голос Паши, прерывает тишину.

– Я вернулся, – отвечает ему Ян, смотря мне прямо в глаза, но отпустив мою ладонь. – Пришлось уехать, из-за одной мерзкой проблемы. Но совсем скоро, я решу эту проблему.

Дрожь проходит по моему телу.

– Ладно, я пойду. Может, еще увидимся, – говорит Сотников брату.

Паша кивает и Ян уходит, бросив мне напоследок убийственный взгляд. На лице брата, сияет счастливая улыбка, когда он садится на свое место.

– А кто это был? – спрашиваю у него. Мне нужно узнать, почему они вообще знакомы.

– Ян. Он крутой парень. Слишком самоуверенный, но прикольный. Он всегда за нами во дворе бегал, когда маленьким был. Да уж, веселое тогда время было.

Паша снова улыбается. Широко и искренне.

– А что, понравился? – ухмыляясь, спрашивает он у меня.

Нет, не понравился. Я в него по уши влюблена, и мне, это ни черта не нравится.

Мне приходится с огромным трудом, сдерживать свои чувства и эмоции. Лишь бы только не покраснеть, как полная дура.

– Не неси чушь.

* * *

– Ну как доедешь – напиши.

Паша кивает, обнимая меня. Черт, как же мне нравится это. Затем, он целует меня в макушку и отпускает.

– Люблю тебя, малая.

– И я тебя.

Брат просто выходит из квартиры. Я закрываю за ним дверь. Вот и снова, я одна.

Неожиданно вспомнив об одном важном деле, которое я должна выполнить, я иду в свою комнату. Взяв телефон, набираю номер. Сердце бешено бьется в груди, когда звучат гудки.

– Да, – отвечает приятный голос.

– Это Влад?

– Да. А это кто?

– Не важно. Мне просто нужно кое-что тебе сказать.

Волнение просто зашкаливает, и это слышно по моему сердцебиению.

– Ты вообще кто? И почему это, я должен тебя слушать?

– Это очень важно, что я скажу тебе.

– Ладно, говори, – неуверенно говорит мне Влад.

– Я знаю, что ты не хочешь ничего слышать о ней. Не хочешь говорить о ней. Но… Она тебя любит. Прежде, она никогда не любила. Ты даже не представляешь, как она страдает от твоего игнорирования. Никогда прежде, я не видела ее такой несчастной. Дай ей шанс.

Я слышу глубокой вздох, а потом молчание. Одна тишина.

Спустя некоторое время, Влад все же решает заговорить.

– И что?

– Юля влюблена в тебя. По уши. Поговори с ней. Будь мужчиной.

Не дожидаясь его ответа, отключаю телефон, чтобы он не смог мне позвонить.

Я надеюсь, что к Владу дойдет смысл моих слов.

Пусть хоть у Юли, будет все хорошо в жизни.

Глава 17

– Лер, ну пожалуйста.

– Я не знаю.

Сквозь телефон я чувствую, что подруга напряжена.

– Ладно, хорошо, – со вздохом, произношу. – Но только не заставляй меня, что-то покупать. Особенно при Алене и Магде.

– Отлично. Обещаю.

Подруга сразу же сбрасывает вызов, видимо, чтобы я не могла отказаться.

Черт. Как у Юли получается, каждый раз уговаривать меня на то, что она хочет, а я нет?! У меня почему-то не получается, ей отказывать.

Тяжело вздохнув, иду собираться на встречу с Юлей и ее подругами.

Красильникова позвонила мне со счастливым голосом, рассказывая о том, что Влад сам ей позвонил и пригласил на свидание. Она просто пищала от радости. В ответ, я лишь улыбалась и поздравляла ее. В глубине души я надеюсь, что на Влада так подействовал наш с ним разговор по телефону.

Юля очень паниковала, буквально умоляя меня пойти с ней, Магдалиной и Аленой, в торговый центр, чтобы выбрать там платье для сегодняшнего свидания.

Я спрашивала у подруги, не может ли она просто пойти со своими подругами, но Юля пыталась убедить меня, что это я – ее лучшая подруга. И, в конце концов, я сдалась.

Посмотрев на себя в зеркало, я отмечаю, что мне действительно идет с короткими волосами, которые уже успели немного отрасти.

Надев толстовку и теплые синие джинсы, подхожу к окну, чтобы посмотреть стоит ли мне одеться еще теплее.

Когда я открываю окно, мне в лицо сразу же ударяет поток холодного и мерзкого ветра. Погода просто ужасная. Как всегда бывает, в начале ноября. Вздрогнув от холода, закрываю окно. Быстро надеваю теплую куртку и сапоги. Затем беру телефон и выхожу из квартиры.

Оказавшись на улице, меня сразу же пронзает холод, от адского ветра и начинающегося дождя. Противные мелкие капли дождя, пытаются попасть мне в лицо. Собравшись с силами, иду на остановку.

Спустя некоторое время, когда я все же подхожу к торговому центру, сразу замечаю ярко-розовую куртку, которую так любит Юля. Сколько раз, я просила подругу не одевать ее. Но Юля, теперь специально ходит в ней, чтобы пораздражать меня этим безумным цветом, который я просто на дух не переношу.

Возле Юли, стоит Алена с Магдалиной, о чем-то мило беседуя.

Я напрягаюсь от их вида. Видеть подруг Юли, мне совсем не хочется. Ну, может быть, Магда и хорошая девчонка, но, черт возьми, она встречалась с Сотниковым.

Так стоп. Не думать о Яне.

Перевожу свой взгляд на Алену. Даже ее внешний вид, говорит о ее высокомерии. Пальто, которое сейчас на пике моды, и о котором просто мечтает Юля, подчеркивает идеальную фигуру Алены. Белые джинсы, которые я недавно видела в модном журнале и полусапожки на огромной шпильке. Черт, да она выглядит просто идеально.

Несмотря на такую идеальную внешность, Алена слишком мерзкая внутри. Я никак не могу понять, как Магдалина и Юля, с ней общаются. Это же, какие нервы надо иметь, чтобы терпеть эту суку.

Как-то Юля, мне случайно проболталась, что Алена жесткая мажорка. Не считает за людей тех, у кого меньше денег, чем у нее самой. Черт, я к таким и отношусь «не людям».

Парней же, Алена меняет, как перчатки. Больше недели, никто не задерживается. В список ее парней, входят только самые популярные и богатые.

Набравшись смелости, подхожу к ним. Подруга сразу одаривает меня широкой улыбкой. Я подмигиваю ей.

– Привет, – говорит мне Магда, лучезарно улыбаясь.

Выдавливаю улыбку в ответ и киваю.

– Привет.

Магдалина подмигивает мне.

– И это ее, мы ждали? – с неким отвращением, спрашивает Алена у Юли, бросив на меня брезгливый взгляд.

Черт. Как же мне хочется ударить ее, прямо сейчас.

– Пойдемте уже, – говорит Юля, видимо заметив мое напряжение.

Не сказав ни слова, иду вслед за ними. Алена с Магдой что-то обсуждают, а Юля разговаривает по телефону. Я чувствую себя лишней.

– Спасибо тебе.

В недоумении, смотрю на подругу, когда она подходит ко мне, закончив свой телефонный разговор.

– За что?

Юля останавливается, взяв меня за руку.

– За Влада. Он рассказал мне, что ему позвонила какая-то девушка и убеждала его, что я по уши в него влюблена. Магдалина с Аленой, этого не делали. Значит, это ты.

Я ухмыляюсь.

– Не за что.

– Нет, Лер. Есть за что. Правда, огромное тебе спасибо.

Широко улыбнувшись, подмигиваю подруге.

– Пойдем.

Юля кивает, и мы направляемся вслед за Аленой и Линой. Мы заходим в огромный магазин, с большим количеством разнообразных платьев. У меня просто разбегаются глаза. Такого, раньше я никогда не видела. Просто дух захватывает.

– Ого, – не выдержав, говорю.

Ко мне подходит подруга и улыбается.

– Да. Здесь круто.

Кивнув, снова осматриваю шикарные платья. Черт. Ну, вот почему, у меня нет возможности, купить себе хоть одно из них? Мне даже страшно смотреть на ценники.

Мои глаза буквально приклеиваются к одному прекрасному платью, и все вокруг, становится не важным. На манекене, оно смотрится идеально. Длинна, немного выше колена, небольшой вырез декольте и потрясающий пояс, который мерцает стразами. Но больше всего, меня покоряет этот цвет. О, Господи, это божественный оттенок. Цвет морской волны. Изумительный нежно-голубой.

Мои ноги, сами по себе, ведут меня к этому платью. На ощупь, оно такое же потрясающее. Очень мягкая и нежная ткань.

– Нравится?

Я вздрагиваю от неожиданности. Поворачиваюсь и вижу перед собой улыбающуюся Юлю. Кивнув головой, снова поворачиваюсь к платью. Оно просто божественное.

– Может, купим его? Это будет мое «спасибо», за твой разговор с Владом.

Я качаю головой.

– Юля, нет.

– Но почему?

Не ответив, я нахожу на платье ценник. Мои глаза вмиг округляются от той суммы, которая там написана. Черт, да весь мой гардероб стоит в разы меньше, чем это платье.

Юля подходит ближе к манекену и смотрит на ценник. Затем переводит взгляд на меня.

– Почему ты не хочешь, чтобы я тебе его купила?

– Ты издеваешься?

– Нет, – серьезно отвечает подруга.

– Юль, мы не один раз это обсуждали.

Красильникова подходит ко мне и обнимает.

– Лер, я просто хочу тебя отблагородить.

В ответ, закатываю глаза.

– Ты, меня уже поблагодарила.

Не став дожидаться ее ответа, иду дальше, рассматривая другие вещи.

Девчонки выбирают себе по несколько платьев и расходятся в примерочные. Я же, просто стою и жду их. Меня совсем не забавляет вся эта ситуация, но это гораздо лучше, нежели покупать себе вещи за Юлин счет.

– Лер, ну как тебе?

Подняв голову, вижу Магдалину, которая подходит ко мне. Черт, да она всегда выглядит замечательно. Но в этом платье, у меня просто нет слов…

Прекрасное синее платье, которое едва ли прикрывает ее задницу, подчеркивает фигуру девушки и длинные ноги.

– Ого.

Магда мне улыбается.

– Это платье, тебе идеально подходит.

– Я тоже так думаю, – отвечает мне Лина.

К нам приходит Юля. У меня просто отвисает челюсть от ее вида. На подруге, одето красное облегающее платье с глубоким декольте, но его длинна, достает до колен, что не позволяет выглядеть Юле пошло.

– Ну как я вам?

– Очень круто, – говорит Магдалина и уходит в примерочную.

Так, отлично. Юля и Лина выбрали себе уже платья. Остается, только одна Алена. Набравшись побольше воздуха в легкие, иду искать эту стерву, чтобы поторопить ее.

Нахожу я Алену, в отделе самых дорогих вещей. Ну, кто бы сомневался. Небрежно, она перебирает платья, одно за другим.

Я подхожу к ней, но Алена делает вид, что совсем не замечает меня.

– Ну, ты еще долго? Девчонки, себе уже все выбрали.

Краем глаза замечаю, как Магдалина и Юля подходят к кассе.

– Я освобожусь только тогда, когда я выберу себе платье.

Я морщусь от такой интонации Алены. Она подходит ближе ко мне и тычет в меня пальцем.

– И тебя, вообще никто не просил здесь быть. Зачем ты с нами-то поперлась?

Не успеваю я и слова сказать, как эта сука разворачивается и идет в примерочную.

– Нет денег на платье – не хрен тогда вообще ходить с нами по магазинам. Нищебродка, – шипит себе под нос Алена.

Черт. Я нахожусь всего в шаге от того, чтобы подойти и ударить эту сучку. Она давит на больное. Она знает, как причинить боль.

Я стою в ступоре от ее слов. Ко мне подходит Магдалина, легонько толкая своим локтем, меня в бок. Я вскрикиваю от этого.

– Да не кричи ты так, – говорит мне Лина, улыбаясь.

У меня совсем не хватает сил, чтобы улыбнуться ей в ответ. Мне дико больно от слов Алены. Она сказала правду. Из ее уст, это звучало очень гадко и слишком ядовито.

– Лер, ну ты чего?

Повернув голову, наблюдаю счастливую Юлю. Качаю головой и отворачиваюсь.

– Она всегда такая хмурая? – спрашивает Магда у Юли.

– Нет. Но и такое бывает.

Около минуты, мы просто стоим в тишине и ждем Алену.

– А ты почему, себе ничего не купила? – спрашивает у меня Лина. Я опускаю голову.

– Она против, чтобы я ей покупала платье, – возмущается подруга.

– А почему, ты тогда сама себе не купишь?

Я грустно улыбаюсь, вместо ответа. В этот момент, к нам подходит Алена, мерзко улыбаясь. Я напрягаюсь от этого.

– У нее проблемы с деньгами, – отвечает Красильникова, вместо меня.

Я смотрю на Юлю, убийственным взглядом.

– Нет денег – нет проблем, – тихо говорит Алена.

– Заткнись, – огрызаюсь я.

– Что? – спрашивает эта сука, невинно хлопая глазами. У меня складывается впечатление, что если она и дальше будет так делать, то просто взлетит от хлопков таких длинных ресниц.

– Что слышала. Закрой свой рот.

Во мне, не остается ни капли малейшего терпения. Прямо здесь и сейчас, я готова убить эту тварь.

– Нет, вы слышали? Она мне еще и рот закрывает.

Закатив глаза, пытаюсь успокоиться. Юля подходит ко мне и берет меня за руку.

– Лер, ты не права.

– Что?

– Извинись перед Аленой. Ты действительно не права.

Резко отдергиваю свою руку от подруги, отходя на несколько шагов назад.

– И ты, ее еще защищаешь? Поверить не могу.

– Лер, извинись.

– Да пошла ты, – срываюсь я, на Юлю.

Подруга стоит в полном недоумении, явно не ожидая такого от меня.

– Никогда в жизни, я не буду извиняться перед такими суками, как она, – пальцем указываю на Алену, которую явно умиляет эта ситуация.

Красильникова подходит ко мне.

– Ты еще пожалеешь об этом.

– Главное, чтобы ты не пожалела, – в такой же омерзительной интонации, произношу.

На став дожидаться ее ответа, выхожу из магазина. На душе, до безумия мерзко.

Оказавшись на улице, вздрагиваю от холода. Такое чувство, будто сейчас февраль, а не ноябрь.

В моей жизни, все идет по наклонной. Что бы я ни делала – все плохо. Ощущение, будто все люди вокруг, сговорились меня ненавидеть и ломать.

Жизнь – это американские горки. Иногда ты взлетаешь и чувствуешь себя отлично, но и иногда ты падаешь. И вот, я даже не помню, когда последний раз чувствовала себя прекрасно, когда была на высоте. Черт, я всегда падаю. Я всегда на дне. И у меня недостаточно сил, чтобы оказаться выше.

Я делаю глубокий вдох и закрываю глаза. По моим щекам, начинают катиться слезы.

– Не плакать. Только не плакать, – шепчу сама себе.

Я стою в полной растерянности, даже не представляя, что делать дальше.

Черт, а это больно – терять друзей. Я осталась совсем одна. В моей жизни, больше нет человека, который сможет выслушать меня в трудные моменты и подставить свое плечо. Нет человека, которому я бы полностью доверяла.

До этого момента, мы никогда так не ссорились с Юлей. Да мы вообще не были никогда в ссоре. Вот такая вот идеальная дружба. Была. А сейчас я даже не представляю, что будет дальше.

Мой рассудок затуманен воспоминаниями. Я помню каждую мелочь в нашей дружбе. Я помню все.

Достав из кармана телефон, набираю номер человека, который сейчас мне просто необходим.

– Да.

– Ты не занят?

– Для тебя – нет.

– Можешь отвезти меня домой, – говорю, всхлипывая носом. – Пожалуйста.

– Что-то случилось? Ты где?

– Возле торгового центра «Аврора».

– Сейчас буду.

– Спасибо, Тош.

Антон угукает и сбрасывает вызов.

Конечно же, я могла поехать на автобусе, но он будет еще не скоро, а мне нужно срочно уехать отсюда.

Услышав чей-то смех, поворачиваю голову, сразу же встречаясь с серыми глазами, которые сейчас способны пробить во мне дыру. Ухмыльнувшись, отворачиваюсь от них.

Вся тройка мило хихикает, останавливаясь недалеко от меня, так что мне их прекрасно видно.

Алена роется в своей сумочке и достает оттуда пачку сигарет. И почему-то, я не удивлена. Ухмыльнувшись, не отвожу от нее взгляда. Многие девчонки курят лишь потому, что считают это модным и крутым. Но я, никогда не гналась за модой.

Мои глаза просто лезут на лоб, когда Алена протягивает сигарету Юле, и та, ее закуривает. Черт, а я видимо многое и не знаю о своей лучшей подруге. То, что она курит, для меня действительно шок.

Алена дает сигарету Магдалине, но она качает головой.

– Я не курю.

Вау, вот это еще один шок. Из этой троицы, теперь больше всего адекватной, мне кажется Магдалина.

Мои мысли, прерывает звук подъезжающего мотоцикла. Повернув голову, вижу Антона. Сердце просто наполняется теплом. Улыбнувшись, иду к нему, при этом ощущая на себе взгляды трех пар глаз.

– Привет, – тихо шепчу.

– Привет.

Тоша улыбается мне, отчего на его щеках появляются милые ямочки.

– Что у тебя произошло?

– Пожалуйста, не здесь.

– Расскажешь потом?

Кивнув, сажусь на мотоцикл.

* * *

– Пойдем ко мне. Я тебя хоть чаем напою.

Антон пожимает плечами.

– Мне как-то неловко.

Закатив глаза, я без лишних слов беру его за руку и веду в подъезд.

– Спасибо тебе.

Тоша широко улыбается и кивает.

Как только я открываю дверь в квартиру, сразу слышу крики отца. Черт. Только этого, мне сейчас не хватает. Мое лицо искажается от ужаса, когда отец идет к нам. Сердце бешено стучит в груди, а ноги совсем отказываются ходить.

– Опа, – говорит папа, когда видит меня с Антоном. – Что, взрослая уже? Начала парней домой водить? Да, шлюха?

– Лер, а кто это? – шепчет мне на ухо Тоша.

Я закрываю глаза, в надежде, что отец сейчас просто уйдет. Я не переживу такого позора перед Антоном. Нет, только не перед ним.

Краем уха слышу, как папа подходит ко мне, на своих еле-еле передвигающихся ногах.

– Иди в свою комнату, потаскуха.

Мне стыдно за то, что Антон все это видит.

– Я сказал, иди в комнату! – кричит отец.

Мои глаза закрыты. Мне страшно их открывать. Внезапно, ощущаю резкую боль на своей левой щеке. Открыв глаза, вижу, как папа замахивается для второго удара. Снова закрываю их, готовясь к новой порции боли, но этого не происходит. Открываю глаза и вижу не очень приятную картину. На полу лежит отец и матерится, а над ним нависает Антон и замахивается.

– Антон, нет!

Тоша убирает руку и смотрит на меня. В его глазах, отражается боль и сожаление. Черт. Ненавижу, когда меня жалеют.

Без всяких слов, Антон берет меня за руку и тащит в мою комнату.

– Я тебя еще покажу, шлюха, – кричит вслед отец.

Шелыгин закрывает за нами дверь, поворачиваясь ко мне.

– Собирай вещь.

Мои глаза расшириваются.

– Что?

– Я тебя здесь не оставлю.

– Но…

– Поживешь пару дней у меня.

Я продолжаю в ступоре стоять посреди комнаты, не понимая всей ситуации целиком. Тоша подходит ближе ко мне и берет меня за руку.

– Лер, не бойся меня. Я не могу тебя здесь оставить. Всего пару дней. Я не насильник и не придурок, так что ничего с тобой не случится в моей квартире. Пожалуйста, доверься мне.

Улыбнувшись, начинаю собирать вещи. Ума не приложу, что я делаю, но почему-то на душе становится тепло и спокойно.

– Все? – спрашивает Антон.

Я киваю, и мы выходим из комнаты. В коридоре, снова появляется отец.

– А ты, куда это собралась?

В ответ молчу. Тоша тоже, не произносит ни единого слова.

– Я кем разговариваю? Ты куда собралась, сука?

Мне становится больно от его слов, но я продолжаю молчать, собирая нужные вещи.

– Все, я готова.

Антон кивает и берет меня за руку. Не сказав отцу ничего, мы выходим из квартиры.

Глава 18

– Я все равно не думаю, что это хорошая идея, – тихо говорю, опустив голову.

Антон берет меня за руку, а ладонью другой руки, поднимает мое лицо, вынуждая смотреть ему прямо в глаза.

Черт возьми, я не могу смотреть ему в глаза. Что происходит? Я чувствую себя неловко перед ним. Почему некоторым людям, можно часами смотреть в глаза, без единой капли смущения, а с некоторыми, только встретившись взглядом, сразу же отводишь глаза?!

– Лер…

Вздрогнув, поднимаю на него свои глаза.

– Все будет хорошо.

Все. Все говорят мне, что все будет хорошо, но этого хорошо, все нет и нет.

– Пошли? – кивком головы, Тоша указывает на дом, в котором находится его квартира.

Я сильнее сжимаю руку Антона, грустно улыбаясь. Парень, явно замечает мое напряжение.

– Расслабься, – шепчет он мне на ухо.

Киваю головой, и мы заходим в подъезд. Мое сердце бешено стучит в груди, пока мы едим в лифте и оказываемся у двери в его квартиру.

– А что твои родители скажут? – сквозь ком в горле, спрашиваю.

– Мама будет не против.

– А папа?

– А папы нет.

В недоумении, смотрю на него. В его глазах, читается боль. Черт, кажется, до меня начинает доходить.

– Он умер, еще до моего рождения, – объясняет мне Антон.

– Мне так жаль…

Тоша поднимает на меня взгляд, грустно улыбаясь при этом.

– Я ведь даже его никогда не видел.

Черт, я чувствую на себе всю его боль. Мне становится невыносимо жаль Антона. Я подхожу к нему и крепко обнимаю.

– Все будет хорошо, – шепчу ему на ухо.

Парень обнимает меня в ответ, отчего я чувствую себя в безопасности. Вот оно, спокойствие.

Через несколько секунд, Тоша отстраняется от меня, широко улыбаясь. Его оптимизм, передается и мне.

– Все отлично. Ты готова?

Молча, киваю. Антон открывает входную дверь.

Набравшись в легкие побольше воздуха, захожу в квартиру. Черт возьми, а здесь очень даже симпатично. Не могу сказать, что все дорого и богато, но тем, ни менее квартира сделана со вкусом.

– Вау, – восторженно говорю.

Тоша ухмыляется, закрывая входную дверь.

– Антон, где ты был? – доносится к нам женский голос из кухни.

– Мам, мы дома.

– Мы? – спрашивает его мама и выходит к нам.

Вау, этой женщине на вид, не больше тридцати лет. Она выглядит очень красиво. Такие же светлые волосы, как и у Антона. Большие карие глаза, которые просто сияют от счастья.

Я ожидала увидеть немолодую женщину, которая возможно еще скорбит по мужу. Но увидев ее, я не сдерживаю улыбки.

– Мам, это Лера.

Мама Антона подходит ко мне, протягивая свою руку.

– Виктория Александровна.

Я пожимаю ее ладонь. Она сразу же улыбается, отчего на ее щеках появляются небольшие ямочки. Не могу сдержать улыбки от этого вида.

– Ну что ж, проходите на кухню.

В растерянном состоянии, поворачиваюсь к Тоше. Он подмигивает мне.

– Ты пока иди на кухню, а я поговорю с мамой.

Ничего не отвечая, следую, куда мне указали. Непроизвольно, мои глаза расшириваются от вида огромной кухни. Такой крутой интерьер, я видела только у Юли в квартире.

Пока я хожу по кухне, осматривая все, не замечаю, как на кухню заходит Антон.

– Я все уладил. Мама совсем не против, чтобы ты здесь пожила.

Широкая улыбка, появляется на моем лице.

– И что ты ей сказал?

Мне бы совсем не хотелось, чтобы о моих проблемах узнала еще и мама Антона.

– Просто сказал, что ты поссорилась с родителями, и тебе нужно пару дней пожить у нас. Она была очень даже не против.

– У вас очень миленько, – тихо говорю, снова принимаясь осматриваться.

Тоша ухмыляется. На кухню входит Виктория Александровна, широко мне улыбаясь.

– Лерочка, ты не устала?

Качаю головой, пытаясь не заплакать от такой заботы матери, пусть и не моей. Давно, так обо мне никто не заботился. Моей матери, глубоко плевать на меня.

– Антон, иди покажи Лере ее комнату.

Тоша кивает и берет меня за руку. Я следую за ним, пока не оказываюсь в огромной комнате.

– Ого.

– Это твоя комната, на ближайшие дни.

– У меня просто нет слов.

Парень снова улыбается мне.

– У тебя очень хорошая мама.

– Я знаю, – гордо улыбаясь, говорит Антон. – И я очень рад, что она такая счастливая. Ведь даже год назад, она была совсем другой.

Подхожу ближе к Тоше, не понимая, о чем он говорит. Я просто смотрю на него. Он видимо замечает, мой немой вопрос.

– Мама все время плакала из-за отца, хоть уже и столько времени прошло. Но потом, все изменилось. Она наконец-то встретила мужчину, теперь уже моего отчима. Сейчас, она будто снова живая.

Широко улыбнувшись, подхожу к окну, пытаясь его открыть. Мне просто всегда нужен свежий воздух. Антон подходит ко мне сзади и сам открывает окно. Поток свежего воздуха, сразу же ударяет в лицо.

– А он хороший? Почему он с вами не живет?

– Кто? – спрашивает парень, видимо не понимая, о ком я говорю.

– Отчим твой.

– Какая разница, какой он? Главное, что мама с ним счастлива. Он хороший человек, но явно не по отношению ко мне.

– В смысле?

– Лер, давай не будем об этом.

Кивнув, продолжаю осматривать свою комнату на ближайшее время.

* * *

– Ты не спишь?

Я резко подрываюсь с постели от неожиданности.

– Нет. Проходи.

Антон включает свет и садится рядом со мной на кровать. Насколько секунд, мы просто смотрим друг на друга.

– Что у тебя с родителями?

Я пожимаю плечами.

– Лер…

– Что?

– Что происходит, у тебя и твоих родителей?

Закрываю глаза, пытаясь настроиться на позитивные мысли. Тоша молчит, ожидая моего ответа. Я же молчу, потому что мне сложно что-то сказать.

– Ты не поймешь.

– Я попробую.

Парень берет меня за руку, крепко ее сжимая. Это вселяет мне уверенность.

– Мои родители… Они пьют. Очень сильно.

Снова закрываю глаза. По щекам начинают литься слезы горечи и обиды. Тоша протягивает руку и вытирает мои щеки.

– Они давно тебя бьют?

Я качаю головой.

– Почему ты все это, черт возьми, терпишь?

– Я привыкла.

Парень крепко обнимает меня, притягивая к себе. Как маленький ребенок, я плачу у него на груди.

– У меня есть Паша. Он не один раз предлагал, чтобы я переехала жить к нему, но каждый раз я отказываюсь. Я привыкла жить здесь.

– Лерка, ты дура.

Конечно, это могло прозвучать обидно, но для меня, это звучит так, будто бы Антон понял меня. Он смог понять то, о чем я молчу.

– Тош…

– Ммм.

– Почему ты со мной так возишься?

– Потому что, ты дорога мне. Ты просто превратилась в моего лучшего друга.

Я выдыхаю от облегчения. Возможно, я и ожидала услышать от него, что он влюблен в меня, как Антон и говорил мне когда-то. И если бы он сказал это, я бы чувствовала себя крайне неловко. Но я услышала самые лучшие слова, которые он мог мне сказать.

– Может, расскажешь, что у тебя с твоим отчимом?

Тоша сразу становится каким-то грустным и отводит глаза.

– Тебе разве обязательно, это знать?

В ответ киваю. Антон убирает свои руки от меня, и я чувствую холод и некую пустоту. Парень кладет свои локти на колени и опускает голову, обхватив ее руками.

Мне так хочется обнять его. Безумно хочется пожалеть, сказав, что все будет хорошо. Но вместо всего этого, я сижу на месте и смотрю на него.

– Он любит маму. Заботится о ней. Я вижу, как она дорога ему.

– А что насчет тебя? Как он относится к тебе?

Антон делает глубокий вдох.

– Такое чувство, будто он ненавидит меня. Он делает все для того, чтобы я был несчастлив. И самое глупое в этой ситуации то, что я никак не могу повлиять на него. Я не могу ударить его в ответ. Не могу рассказать обо всем маме.

Не сдерживая себя, крепко обнимаю его. Чувствуется, как Тоша расслабляется в моих объятиях. Мы оба молчим. Мы просто сидим в полной тишине, обнимаясь. Я чувствую себя отлично. Черт побери, я чувствую себя отлично.

– Лер…

– Что?

– Что произошло тогда с тобой, в торговом центре?

Нахмурившись, отодвигаюсь от Антона. А он умеет испортить все одним вопросом. Я снова чувствую дикую обиду на душе. Мои мысли возвращаются к ситуации с Юлей.

– Лер, не молчи.

Черт, я действительно молчу. Я пытаюсь что-то сказать, но слова застревают в моем горле.

Черт. Черт. Черт.

По щекам снова льются обжигающие слезы. Антон придвигается ко мне и смело вытирает их, поцеловав меня в макушку.

– Я поссорилась с Юлей. Она просто предала меня. Она выбрала Алену и Магдалину.

– Кто это?

– Это ее новые «подруги», – делаю в воздухе кавычки, при слове «подруги». – Юля очень изменилась, когда стала с ними общаться. Нет, ну Магдалина хорошая, а вот Алена… Она жуткая и циничная стерва. Не считает никого за людей. Она одна…

– Остановись. У меня, сейчас мозг вскипит.

Антон начинает смеяться, и я смеюсь вместе с ним.

– А теперь, пожалуйста, помедленнее.

– Юля стала такой же стервой, как и Алена, – я пытаюсь говорить медленно, хотя у меня это плохо получается. – Я немного поссорилась с этой сукой…

– Сука – это Алена?

Киваю головой, и мы снова начинаем смеяться.

– Вот мы с ней и начали ссориться, а Юля сказала мне, чтобы я извинилась перед Аленой.

Тоша начинает смеяться, и я в недоумении смотрю на него.

– Чего ты смеешься?

– Нет, ничего, – успокоившись, отвечает Антон.

– И вот, когда Юля связалась с ними, она начала курить, хотя всегда была категорически против курения.

Шелыгин пожимает плечами.

– Вы еще помиритесь.

– Надеюсь.

Широкая улыбка, озаряет лицо Антона, демонстрируя ямочки. Мне сложно не улыбнуться ему в ответ. Тишина. Я смотрю ему в глаза, а он смотрит в мои.

Наши «гляделки» прерывает звук входящего звонка на мой телефон. Поднявшись с кровати, подхожу к столу и беру в руки телефон. Непроизвольно улыбаюсь, когда вижу имя брата на экране.

– Да.

– Привет, малая.

– Привет, Паш.

Антон встает с постели и жестом показывает, что ему пора. Я киваю, и он уходит.

– Как ты там?

Закрыв глаза, пытаюсь спокойно говорить. Без эмоций.

– Все хорошо.

– Как родители? Дома уже…

– Эмм… Паш, я сейчас не дома.

Соврать брату, мне бы не удалось.

– И где ты?

Черт. Черт. Черт.

– Ну… Я у Юли, – я прикусываю свою нижнюю губу, надеясь, что Паша мне поверит.

– Ясно. Лер, мне нужно с тобой поговорить, – серьезно заявляет брат. Он такого тона, я вздрагиваю. Не нравится мне все это.

Паша даже не начал об этом говорить, а я уже боюсь.

– Давай.

Брат делает глубокий вдох, и я начинаю трястись от страха. О чем, черт побери, он хочет поговорить? У меня сейчас сердце выпрыгнет, от этого напряжения и молчания.

– Лер, мне нужно будет улететь на определенное время, в другую страну.

– Что-то связанное с работой?

– Да.

– Ну, ладно. И насколько в этот раз?

Паша не один раз улетал в разные страны, в командировки и прочее.

– На полгода.

– Ого!

Шок. У меня просто шок. Такого, я явно не ожидала. Обычно все поездки и перелеты брата, не занимали больше месяца, а тут полгода…

– Лер, я наверное, не полечу.

– Что? Почему? – взволнованно спрашиваю.

– Я не могу, оставить тебя на такое время, без присмотра.

Закатив глаза, я хмурюсь.

– Паш, послушай меня. Ты полетишь, куда там тебе надо. Я ведь знаю, как для тебя это важно. И я не совсем хорошо буду себя чувствовать, если из-за меня ты получишь проблемы…

– Лер…

– Не перебивай меня. Если ты беспокоишься обо мне, то, пожалуйста, успокойся. Я ведь не маленькая, и смогу это пережить.

Я слышу, как он вздыхает, но молчит.

* * *

– Черт возьми, что здесь происходит? – кричу со всей силы, но меня никто не слышит.

Я подхожу к большому скоплению людей, которые одеты исключительно в черную одежду. Нахожу в толпе Пашу и подхожу к нему.

– Паш, что случилось?

В ответ, он молчит и смотрит куда-то сквозь меня. Подойдя ближе, бью ему пощечину, но моя рука проходит сквозь его щеку. Я смотрю на свои руки, но будто не вижу их.

Все люди направляются куда-то, и я бегу за ними.

– Стойте. Остановитесь.

Меня оглушает собственный крик, но всем им, плевать на это. Толпа продолжает идти, не обращая на меня ни капли внимания. Я бегу за ними вслед, не останавливаясь.

У меня перехватывает дыхание и подкашиваются ноги, когда я останавливаюсь перед плитой. Черная гранитная плита, украшена разнообразными узорами. Но меня привлекает, совсем не это. Мой взгляд замирает на надписи, на плите.

«Филатова Валерия Алексеевна»

Я не смотрю дальше, не на дату и прочие слова. Мне достаточно этого. Но неожиданно, мой взгляд падает на одно слово, написанное большими буквами через всю плиту.

«СЛОМАНА»

Черт, я падаю на колени, не в силах больше стоять на ногах. Я чувствую, как кто-то подходит ко мне и садится рядом. Подняв взгляд, встречаюсь с карими глазами.

Ян начинает громко смеяться, отчего я закрываю уши руками, чтобы не слышать этого. Не помогает.

– Я же тебе говорил.

– Что?

На лице у Сотникова, появляется широкая и дьявольская ухмылка.

– Помнишь, я говорил тебе, что сломаю тебя?

Я киваю.

– Ну вот, я и сломал тебя.

Ян снова начинает смеяться, а я кричу.

Меня резко хватают за плечи и начинают трясти. Я продолжаю плакать и кричать.

– Лера… Лер…

Что-то очень холодное, бьет мне прямо в лицо. Сразу же открываю глаза и подрываюсь с кровати. Я начинаю потихоньку понимать, что все это был лишь сон. Пусть и ужасный, но все же сон.

– Лера… Лерочка.

Меня обнимают сильные руки.

– Что… что происходит? – спрашиваю, сквозь всхлипы.

– Ты начала кричать, потом плакать. Я пытался тебя разбудить, но у меня ничего не получалось. Вот я и брызнул на тебя водой.

Кивнув, пытаюсь себя успокоить.

Черт возьми, мне снова приснился ужас, в главной роли с Яном. Я ведь практически и не думала о нем.

Многим снятся сны, где они умирают. Вот и мне приснилось это. Я не просто умерла во сне, я сломалась.

«СЛОМАНА». Это звучит, как приговор. В голове, снова и снова, появляются фрагменты от этого сна. По всему телу бегут мурашки, а истерика накрывает с головой. Я тяжело дышу, пытаясь поймать хоть немного воздуха.

Дыши. Дыши. Дыши.

Черт, я кажется, забываю как дышать.

Возвращаюсь в реальность только тогда, когда крепкие руки Антона обнимают меня, притягивая к его крепкой груди.

– Лер, дыши.

Пытаюсь следовать словам Тоши и восстановить свое дыхание. Парень прижимает меня еще ближе. Я прижимаюсь к его груди, начиная еще больше рыдать.

А ведь когда-то, Валерия Филатова, не знала, что такое слезы. Ведь еще совсем недавно, она была сильной и независимой. Всегда всех успокаивала и не плакала. Да, такое иногда случалось, но только в детстве. В голове сразу всплывает момент, как я когда-то утешала Юлю.

– Лер, почему ты никогда не плачешь? Я ни разу, не видела твоих слез, – говорила мне подруга.

В ответ, я лишь пожала плечами.

– Ты очень сильная, раз не плачешь. Вот бы мне, стать такой же сильной, как и ты, – шептала мне Юля, вытирая свои глаза.

Я вздрагиваю от этого воспоминания.

Сейчас, больше нет той Леры. Вместо нее, слабая и легкоранимая девчонка. Черт возьми, ненавижу быть слабой. Но ничего уже нельзя изменить.

– Тихо… тихо, – шепчет мне на ухо Антон.

Оторвавшись от воспоминаний, смотрю на него.

– Черт, чувствую себя маленьким ребенком.

Кое-как пытаюсь вырваться из объятий парня, но он лишь сильнее прижимает меня к себе.

– Пусти меня.

Я вытираю глаза и делаю глубокий вдох.

– Ты точно успокоилась?

Киваю головой, и Тоша сразу же убирает от меня свои руки.

– Что с тобой случилось?

– Да, так. Не очень хороший сон приснился.

– Расскажешь?

Глазами полными ужаса, я смотрю на него. До безумия хочется ему все рассказать, но мне нельзя этого делать. Тоша никогда не узнает про издевательства Сотникова. Никогда.

– Давай не сейчас.

Антон кивает и поднимается с постели.

– Приводи себя в порядок и иди на кухню.

Кивнув, перевожу взгляд на часы.

– Ого, уже десять утра.

Парень пожимает плечами.

– Черт, я проспала школу. Ох, я снова прогуливаю школу. Все, мне теперь точно…

– Проблемы будут?

– Ну, можно и так сказать.

Я вскакиваю с постели и начинаю метаться по комнате.

– Позвони и скажи, что заболела.

– Я плохо вру.

Антон ухмыляется и подходит ко мне.

– Давай тогда я позвоню и отпрошу тебя на пару дней.

На моем лице появляется детская и счастливая улыбка.

– И кем ты представишься?

– Братом твоим.

А что? Это ведь неплохая идея. Ухмыляясь, беру телефон и протягиваю его Тоше, найдя номер своей классной руководительницы. Парень берет телефон и, подмигивая мне, выходит из комнаты.

Как только за ним закрывает дверь, я сразу падаю на кровать, совершенно не в силах двигаться.

Что мне делать дальше? Меня ужасно мучает этот вопрос. Я полностью запуталась в своей чертовой жизни.

Так хочется уехать куда-нибудь. Просто бросить все, уехав из этого чертового города, и больше никогда не возвращаться. Это единственный для меня выход. Но бежать от проблем – это неправильно, ведь таким образом, их не решить.

Как мне поступить дальше? Мне необходимо решить все с Юлей. Поговорить с ней, ведь она действительно мне необходима. Видимо это, и есть настоящая дружба.

В который раз говорю себе, что нужно прекратить прогуливать школу и заняться учебой. Если я так и дальше буду относиться к учебе, то мне просто вручат мои документы, махнув рукой на прощание. И вот тогда, начнутся новые проблемы. Я не должна этого допустить.

У меня есть возможность бросить все и переехать к Паше, но это ничего не решит. Даже этот вариант, сейчас моментально отметается, ведь брат уезжает на полгода. Черт, я останусь совсем одна, не считая конечно Тошу.

За все это время, Антон стал для меня самым дорогим человеком, не исключая Юлю и Пашу. Но даже с братом, я чувствую иногда неловкость, а с Юлей вообще отношения портятся.

С Тошей, мне легко. С ним, я чувствую себя живой и свободной. Если бы у меня была возможность остаться здесь, с ним… я бы не раздумывая, сразу же согласилась. Да я просто люблю этого парня. Но моя любовь к нему, не как к парню, а как к другу.

Вспомнив о том, что я живу у Антона, и скоро мне придется съезжать отсюда, грустно улыбаюсь. Мне нужно будет возвращаться домой, в этот ад.

– Все. Я договорился на три дня.

Я подрываюсь с постели, от такой неожиданности.

– Ты чего так пугаешь?

– Извини, – улыбается Тоша, протягивая мне мой телефон.

На его щеках, вновь мелькают шикарные ямочки. Не сдержавшись, тяну руку и пальцем прикасаюсь к одной из них. На лице у Антона, сразу появляется недоумение.

– Что ты делаешь?

Пожав плечами, отхожу от него.

– Я хотела так сделать, с первого дня нашего знакомства.

В ответ, парень широко улыбается.

* * *

– А где твоя мама?

– На работе.

– И кем она работает? – заинтересовано спрашиваю.

Парень продвигает мне кружку чая и печенье.

– Юристом.

Антон садится напротив меня за стол, смотря мне прямо в глаза.

– Что? – спрашиваю, не выдержав такого взгляда.

– Могу я у тебя, кое-что спросить?

– Меня, это уже настораживает.

Тоша ухмыляется, не отводя от меня взгляда.

– Ладно, спрашивай.

– В школе знают, что твои родители пьют? – при этом вопросе, лицо Антона, становится полностью серьезным. Я киваю, вместо ответа. – И ты не состоишь, ну там на каком-то учете? Ну как бы неблагополучных семей?

Антон говорит то, что я так боялась признать. Да, черт возьми, моя семья неблагополучная.

– Нет, – хрипло отвечаю.

– Извини за это и…

– Нет. Все нормально, – отвечаю, сквозь ком в горле. – В школе лишь знают, что они иногда выпивают. Но они не знают всей правды. Я скрываю это. Мне совсем не хочется, чтобы они узнали все, как есть на самом деле.

– Но как они, до сих пор не узнали?

– Все очень просто. Когда проходят собрания и прочие вещи, на которых должны быть родители, я буквально умоляю маму не пить. Она бывает более-менее трезвой, когда проспится и не похмелится. Ну а потом, я просто покупаю ей две бутылки.

Глаза Тоши, расшириваются от услышанного.

– Ужас.

– Я уже привыкла. И давай, пожалуйста, больше не будем об этом говорить.

– Как скажешь.

Следующие минут десять, мы просто кушаем молча.

Мой мозг, снова начинает думать о наболевшем. И как по предсказанию, я слышу, как звенит мой телефон.

– Я сейчас.

Поднявшись со стула, иду в комнату за телефоном. Увидев на экране имя подруги, закрываю глаза. Вот это, действительно неожиданность. Чтобы Юля сделала первый шаг? Да я просто не верю в это.

Сбросив вызов, возвращаюсь на кухню.

– Кто звонил?

– Юля.

Антон хмурится.

– И почему, ты не стала с ней говорить?

– Я не хочу. Мне тяжело. Я даже полностью и не думала, о той ситуации. Я знаю, что нам нужно поговорить с ней, все решить, но я не могу сейчас… Мне очень обидно и сложно.

– Но тебе необходимо это сделать, если ты не хочешь ее потерять.

– Я знаю.

На моем лице, появляется грустная улыбка.

– Почему ты, таким образом, ее отталкиваешь?

– Мне обидно. Она унизила меня. Заставила извиняться перед Аленой. Это сучка – Алена, меня ненавидит, а Юля, этого будто и не замечает.

– Почему вы девушки, все усложняете? – ухмыляется Антон. – Вот у парней, все намного проще: мы поссорились, может, подрались и потом сразу миримся. Но вы же, можете из-за пустяка обижаться друг на друга, хоть год.

– Может быть, ты и прав.

– Я всегда прав.

В ответ, закатываю глаза.

– Какие у нас планы?

Антон пожимает плечами.

– Тебе ничего не будет, что ты прогуливаешь техникум?

– Я позвонил туда еще вчера вечером и сказал, что заболел.

– Ну и зачем ты врешь им? – спрашиваю, ухмыляясь.

– Это ложь во благо.

– Ложь, есть ложь.

Тоша качает головой.

– Вот я соврал им, да? – В ответ, я киваю. – Ну и никому же, от этого плохо не стало? Значит ложь во благо.

Снова закатив глаза, я хмурюсь.

* * *

Поправив свои волосы, смотрю в зеркало. Вид у меня, слишком грустный. Я пытаюсь выдавить из себя улыбку. Безрезультатно. Подойдя к столу, беру телефон.

Я должна это сделать. Всего лишь один звонок.

Мои руки начинают дрожать, а сердце бешено стучит в груди.

Один звонок.

Глубоко вздохнув, бросаю телефон на кровать.

Черт. Черт. Черт.

Где моя смелость? В кого я вообще превращаюсь?!

Стук в дверь, отрывает меня от раздумий.

– Ты готова?

В комнату заходит Антон. На нем голубые джинсы и черная толстовка. Он подходит ближе ко мне, щелкая пальцами у моего носа.

– Все нормально?

В ответ, киваю.

– Ну что, пойдем?

Снова киваю и следую за ним в коридор.

– Оденься потеплее, – тихо говорит мне Антон, демонстрируя свои ямочки на щеках.

Я искренне улыбаюсь, от такой его заботы. На моих глазах, появляются слезы. Я просто не привыкла, получать заботу.

– Лер, ты чего?

– Тош, спасибо тебе.

Подхожу к нему и крепко обнимаю. Парень выглядит немного растерянным.

– За что?

– За все, Тош. За все.

– Лер, я тебя не понимаю.

Я набираю в легкие побольше воздуха.

– Тош, ты единственный человек, которому я полностью доверяю. Я чувствую себя в полной безопасности, рядом с тобой. И я просто благодарна судьбе за то, что встретила тебя. Ты заботишься обо мне, и мне это чуждо.

Антон широко и искренне улыбается, целуя меня в макушку головы.

– Я тоже очень рад, что мы познакомились.

По моим щекам, катятся слезы. Тоша придвигается и вытирает их. Сколько в этом жесте нежности.

– Пойдем уже.

Взяв парня за руку, выхожу из квартиры.

Сегодня утром, от полной скуки, Антон предложил мне сходить на прогулку. Мне, эта идея не очень-то и понравилась, ведь я могла встретить на улице Яна или Юлю, но я все же согласилась.

– А здесь круто, – говорю, когда мы заходим в кафе, в которое, я совсем не хотела идти, но каким-то образом, Антону удалось меня уговорить.

Тоша улыбается и ведет меня к свободному столику.

– Что ты будешь?

Не зная, что ответить, пожимаю плечами.

Через несколько минут, к нам подходит официант, и Антон делает заказ.

– Что у тебя с лицом?

– А что у меня с лицом? – перефразирую вопрос парня.

– Улыбнись!

Я поднимаю одну бровь, в полном недоумении. Я редко улыбаюсь. И даже если делаю это, то в основном фальшиво.

– Мне не нравится, когда ты такая хмурая сидишь. Когда ты грустная, мне кажется, что я уже сделал что-то не так.

В ответ на слова Антона, закатываю глаза.

Не знаю почему, но в мою голову приходит мысль о том, что я сейчас без единого синяка. Для меня, кажется уже непривычным – быть без синяков. Это так странно – быть не избитой.

Опустив взгляд на пол, снова хмурюсь.

Черт, я скучаю по Яну. Господи, где мои мозги? Он снова и снова, делает мне больно, а я хочу к нему. Это так глупо – любить того, кто тебя ненавидит.

– Улыбнись, – шепчет мне на ухо Антон.

Я подрываюсь с места, от шока. Ошарашено смотрю на него. Парень улыбается, пытаясь подавить смех.

– Идиот.

Антон пожимает плечами и начинает смеяться. Я тоже не сдерживаю смеха. Как умалишенные, мы сидим в кафе и смеемся, без какой-либо причины.

Дверь в кафе резко хлопает, тем самым привлекая мое внимание. Господи, лучше бы я этого не делала.

Все краски сходят с моего лица, когда я встречаюсь с любимыми глазами. Мое сердце начинает стучать, как сумасшедшее, то ли от страха, то ли от любви.

Тоша замечает мое выражение лица.

– Лер, что такое?

Я не отвечаю, просто продолжая смотреть в эти карие глаза, которые сейчас, кажутся мне не такими грозными.

Антон поворачивается в сторону Яна.

– Это он?

Я снова молчу.

Сердце пропускает удар, когда Ян направляется в нашу сторону. Черт. Только не это. Широкая улыбка, появляется на лице Сотникова, когда он подходит к нашему столику.

– Хм… а я вроде слышал, что ты заболела.

Что? Ян может разговаривать нормальным человеческим голосом? Просто не верю своим ушам.

– Ну, так я и болею.

Сотников дико ухмыляется.

– Я вижу, как ты болеешь.

Что ему нужно от меня? Зачем он вообще подошел?

– А ты вообще кто? – спрашивает Антон у Яна.

– Ян, – Сотников протягивает руку Тоше, и тот, ее пожимает. – Я… друг Леры.

Друг? Серьезно?

– Антон. Знакомый Леры.

Что? Знакомый? Да мы с ним, почти лучшие друзья, а представляется он, как мой знакомый.

– Когда ты в школу пойдешь?

Слова застревают в моем горле. Ему видимо уже хочется поскорее меня унизить, а тут, я такая плохая, не хожу в школу.

– Через несколько дней, – отвечает вместо меня, Антон.

– Отлично, – ухмыляется Сотников и уходит.

Что «отлично»? Что, твою мать, «отлично»?

Я уже, боюсь идти в школу, хоть до нее, мне еще два дня.

– Лер…

Я поворачиваю голову к Антону, понимая, что он дальше спросит.

– Это он?

Глава 19

Я продолжаю смотреть на Антона, совсем не зная, что ему сказать, и от этого, чувствую себя слишком глупо.

– Тош, пойдем домой.

Поднявшись со стула, умоляюще смотрю на него.

– Лер…

– Антон, пожалуйста.

– Хорошо. Жди меня на улице.

Кивнув, иду на выход. Ужасный холод на улице, пронзает до костей. Я морщусь от этого. Мне адски холодно, но назад в кафе, я не зайду.

Найдя неподалеку лавочку, сажусь на нее.

– Парня себе уже нашла?

Резко подняв голову, замечаю рядом с собой Сотникова.

Как он мог оказаться рядом, что я даже не заметила его?!

Ян вынимает из кармана пачку сигарет, достает одну и закуривает. Я отворачиваюсь от него.

– Что ты здесь делаешь? – выдавливаю из себя.

– Курю, – ухмыляется парень.

Я поднимаюсь с лавочки. Мне хочется уйти отсюда, как можно скорее, но не успеваю я сделать и шага, как Сотников хватает меня за руку и снова садит на лавочку. Я снова встаю, в надежде убежать.

– Сядь, – слишком громко и разъяренно, говорит Ян.

Как послушная собачка, сажусь. Что? Я действительно как собачка, выполняю его приказы. У меня нет сил, противостоять ему. И он это знает.

– Что тебе нужно от меня?

Ухмыляясь, Сотников делает глубокую затяжку.

Мы сидим в тишине, уже минуты две. И эти две минуты, для меня являются вечностью.

Черт побери, где Антон?

Подорвавшись с лавочки, бегу в кафе. Мне необходимо найти Тошу.

– Далеко собралась? – шепчет мне на ухо, дьявольский голос Яна. И как он только смог, меня догнать?

– Ян, прошу, отпусти меня.

В ответ, парень сжимает до сумасшедшей боли, мои запястья. Я кричу от боли, но Ян зажимает мне рот рукой. Собрав в себе все силы и всю смелость, бью коленкой Яна в пах. От боли, он падает на землю. Прижимаясь руками к больному месту.

– Сука, – шипит Сотников.

Он сделает мне в тысячи раз больнее. Я знаю это. Еще тысячу раз я пожалею, что дала отпор, но именно здесь и сейчас, я горда этим.

Я бегу в кафе. Сразу же замечаю Антона. Он разговаривает с каким-то парнем из компании Сотникова. Отлично сработано. Пока один отвлекает Тошу, второй идет меня избивать. Только они видимо не учли, что я могу дать отпор. Хотя я и сама, не ожидала от себя такого.

Подбежав к Антону, беру его за руку.

– Тош, пойдем.

Он видит в моих глазах страх и видимо понимает, что нам действительно пора идти.

* * *

– Может, расскажешь?

– Что?

Снимая с себя верхнюю одежду, иду в свою комнату.

– Что это было?

Антон, следует за мной по пятам. Мне хочется выгнать его, накричать, побыть одной. Но, черт возьми, это его квартира, и я здесь, абсолютно никто.

– Нам обязательно сейчас, все это обсуждать?

Тоша кивает.

Я подхожу к окну, пытаясь собраться со своими мыслями.

– Не все так легко, как ты думаешь.

– Ну а ты расскажи мне.

Антон подходит ко мне и обнимает. Я выворачиваюсь из его рук.

Боже, я чувствую себя слишком мерзко. Я люблю одного, а живу у другого, хоть мы и друзья. Господи, да мне противно от самой себя.

– Лер, ты чего?

– Тош, давай не будем о Яне.

– Почему? Ты же любишь его.

– Да, но…

– Но? – перебивает меня парень.

– Но не все так просто, и мне совсем не хочется об этом говорить.

– Ты же ему небезразлична, так?

– Что, прости?

– Лер, я видел, как он смотрит на тебя.

Мои брови лезут на лоб. Что он имеет в виду, под фразой «как он смотрит на тебя»?

– И как же?

– С некой любовью. Ну, или ты ему просто очень нравишься.

Ян очень хороший актер. Я убедилась в этом, на собственном опыте. Каждый раз зная, что меня обманывают, я верю в это, как наивный ребенок.

– Не неси чушь

– Это не чушь.

Я закатываю глаза.

– Давай закроем эту тему.

– Но, Лер…

– Пожалуйста, – грозно говорю.

Антон кивает и молча выходит из моей комнаты.

На моей душе, появляется пустота. Самое ужасное чувство в мире – равнодушие. И только что, Тоша был полностью равнодушен.

* * *

Наконец успокоившись, после не совсем удачного разговора с Антоном, я поднимаюсь с кровати и подхожу к окну. В моих глазах сверкает радость, когда я вижу снег. В начале ноября – снег. Просто шикарно.

Улыбнувшись, иду к Тоше в комнату, чтобы немного уладить наш маленький конфликт. Нам просто нужно поговорить.

Тихо стучу в дверь, но ответа нет. Снова стучу. Безрезультатно. Набравшись в легкие побольше воздуха, потихоньку открываю дверь. Широкая улыбка появляется на моем лице, когда я вижу, что Антон стоит возле окна.

Закрыв дверь, подхожу к нему.

– Там снег, – тихо шепчу.

– Я вижу.

Между нами, повисает неловкое молчание. Я хмурюсь, когда слышу звук входящего звонка на телефон Антона. Не говоря мне ни слова, он выходит из комнаты.

Пустота. Во мне, одна пустота. Я совсем ничего не чувствую.

Грустно улыбнувшись, иду в свою комнату. Взяв в руки телефон, набираю уже выученный номер наизусть. Сердце вырывается от страха, пока я слышу гудки.

– Да, – грубо отвечают мне.

– Привет.

– Угу.

– Юль, извини меня, пожалуйста.

Подруга молчит, а я уже перебираю в своей голове множество извинений.

– Мы можем встретиться? Давай я к тебе сейчас приду.

– Эмм… Юль, я сейчас не дома.

– А где? – удивленно спрашивает подруга.

– У Паши. Вернусь, только через несколько дней.

– Ну-ну.

– Юль, правда, извини меня.

– Проехали.

Я глупо улыбаюсь, делая глубокий вдох. Я думала, что будет сложнее. Сделать первый шаг – очень сложно.

Услышав стук в дверь, решаю закончить разговор с Юлей.

– Эмм… Юль, давай я тебе позже перезвоню.

– Хорошо.

Сбросив вызов, подхожу к двери и открываю ее, сталкиваясь с Антоном.

– Ты ужинать идешь?

Кивнув, следую за ним на кухню.

* * *

Сердцебиение зашкаливает, когда я стучу в дверь, в надежде, что она откроется. Один. Два. Три. Нет ответа. Набравшись смелости, открываю ее. Попытка номер два. Может быть, хоть в этот раз, мы поговорим.

– Ты чего не спишь? – спрашивает Антон из темноты, и я вздрагиваю от испуга.

– К тебе пришла.

– Проходи. Только дверь закрой.

Закрыв дверь, в полной темноте, я подхожу к окну. На улице, просто шикарная погода. Снег идет целый день, отчего сразу повышается настроение.

– Там целый день идет снег. Это так странно, как для ноября.

Тоша подходит ко мне и становится рядом.

– Я люблю снег. Он будто избавляет от всех проблем, – тихо признается парень.

– А я вот, не особо его люблю.

Антон ухмыляется. Я подхожу ближе к нему, взяв его за руку, но он так и не смотрит на меня, сосредоточившись на виде за окном.

– Тош…

– Что?

– Прости меня, пожалуйста.

Черт, да я поступила, как идиотка. Антон, конечно знает, что я люблю Яна. Это заметно, что Тоша пытается вызвать во мне ответные чувства. Но я же, не чувствую к нему всего того, что вызывает во мне Ян. К сожалению, я не выбирала в кого влюбиться.

– Давай не будем сейчас об этом говорить.

– Ты уверен?

Антон кивает и улыбается. О Боже, снова эти ямочки на щеках.

Мы стоим в полной тишине, не зная, что должны сказать друг другу.

– Я с Юлей помирились.

Не знаю зачем, но я это говорю. Мне хочется, чтобы Тоша знал это.

– Ты первая позвонила?

– Да.

– А как же обиды и гордость?

– Знаешь, а ты оказался прав.

Антон в недоумении хмурит брови.

– Ну, ты мне говорил когда-то, что нельзя лишаться счастья и радости, только из-за обид и гордости. Это действительно так.

Парень снова улыбается.

– Умничка.

– Я знаю.

Тоша начинает смеяться, и я не сдерживаю себя, смеясь в ответ. Боже, ну что мы за идиоты?

Как же грустно осознавать, что такой прекрасный момент, мне нужно испортить, сказав всего одну фразу. Мне нужно это сделать.

– Тош…

– Ммм.

– Я завтра возвращаюсь домой.

На лице парня, появляется некая боль. Закрыв глаза, он грустно улыбается.

– Ты уверена, что тебе нужно именно сейчас, туда возвращаться?

– Да. Два дня прошло. Мне бы все равно пришлось возвращаться домой, рано или поздно.

– Может, ты еще останешься? Хотя бы на один день.

Мне совсем не нравится та надежда, что звучит в его голосе потому, что мне нужно ему отказать. Остаться здесь еще на несколько дней, будет слишком.

– Нет. Извини.

– Ладно.

Антон обнимает меня за плечи, а я прижимаюсь носом к его шее. Он пахнет добром, спокойствием и полной умиротворенностью.

С этим парнем, мне легко и свободно. Он лучший парень, которого я когда-либо встречала, не считая конечно брата. Достоинства Антона, я могу перечислять бесконечно. Но почему-то, мой пульс не учащается, когда он рядом. У меня не появляются те самые бабочки в животе, рядом с ним. Все это, происходит у меня, только при присутствии одного человека.

Ну почему? Почему нельзя просто щелкнуть пальцами, вычеркнув человека из своего сердца, раз и навсегда?! Почему я должна страдать от безответной любви и сильнейшей ненависти, при этом мучая человека, которому я не безразлична?! Ян мучает меня, а я мучаю Антона.

– О чем задумалась? – шепчет мне на ухо Тоша.

– Да, так. Не о чем.

– Лер…

– Что?

– Дай мне свою руку.

В полном недоумении, смотрю на Тошу.

– Зачем?

Антон закатывает глаза. Без слов, протягиваю ему свою правую руку.

– Закрой глаза, пожалуйста.

Выполняю его просьбу.

– А теперь, давай открывай.

Открыв глаза, вижу ухмылку Тоши. Перевожу свой взгляд на правую руку и…

– О, Боже. Антон, нет. Ты сам мне говорил, что оно – твой талисман.

Дотронувшись до кольца, на своем среднем пальце, не сдерживаю улыбки. Тот редкий случай, когда я искренне улыбаюсь.

– Антон, я, правда не могу…

– Лер, посмотри на меня.

Одной рукой, парень держит меня за руку, а другой берет за подбородок, заставляя смотреть в эти счастливые глаза.

– Лер…

– Антон…

– Пожалуйста, послушай меня.

Киваю, пытаясь ничего не говорить.

– Я просто хочу, чтобы оно было у тебя.

– Но…

– Без «но» – перебивает меня парень. – Это кольцо теперь твое.

На глазах начинают появляться слезы, но я быстро их вытираю.

– Тош…

– Лер, давай только без этого «я не могу», «я не буду».

– Спасибо, – тихо шепчу.

Счастливая и искренняя улыбка, озаряет лицо Антона. Уже не сдерживая своих слез и эмоций, обнимаю его. Притянув меня ближе, парень целует меня в макушку головы.

Минуты две, мы просто стоим возле окна, обнявшись. Я чувствую, как меня переполняет нежность и тепло. Боже, как же мне хорошо.

А что, если дать Антону шанс? Что, если я смогу в него влюбиться? Нет. Нет. Нет. Я отбрасываю от себя все эти мысли. Если у нас будут отношения с Тошей, то мне придется надевать маску. Мне придется врать ему о любви, но, черт возьми, этот парень не заслуживает обмана. Я просто не достойна такого парня, как он.

– Мне нравится, – говорю, оторвавшись от Антона и осматривая свой палец, на котором красуется самое обычное по дизайну кольцо. Но такое необычное по смыслу.

– Я рассчитывал, что тебе понравится.

– Не слишком самоуверенно?

Тоша качает головой, ухмыляясь.

– Ого, уже час ночи, – говорю, когда нахожу взглядом часы на стене. – Я, наверное, пойду.

Улыбаясь, подхожу к двери.

– Лер…

– Что?

Антон подходит ко мне и обнимает со спины.

– Спокойной ночи, – шепчет мне на ухо парень, целуя в щеку.

Не сказав ни слова, киваю и выхожу из комнаты Антона. На ватных ногах, дохожу до кровати и падаю на нее.

Черт, а ведь это последняя ночь в этой квартире. Это последняя моя спокойная ночь. Я пытаюсь успокоить себя, но слезы норовят покатиться по щекам. Делаю глубокий вдох, но ничего не помогает. Я еще не уехала отсюда, а уже скучаю. Что за черт?

Вспомнив о подарке Антона, внимательно рассматриваю кольцо. Да оно выглядит изумительно, хоть и не имеет абсолютно никаких рисунков и прочего.

– Спасибо, – шепчу в пустоту.

* * *

Яркий свет, слепит мне в глаза, и я просыпаюсь от этого. Понимая, что больше спать не смогу, поднимаюсь с постели и подхожу к окну.

Что за черт? Весь вчерашний снег растаял, и теперь на улице грязь. Настроение сразу падает, хоть и яркое солнце заставляет улыбаться.

Посмотрев на часы, я хмурюсь. Всего семь утра. Очень редко, я просыпаюсь в такую рань.

Внезапно в мою голову приходит одна немного сумасшедшая идея, и я ухмыляюсь от этой задумки. С ехидной улыбкой, иду в комнату к Антону. Ну, конечно же, он еще спит. Подхожу ближе к кровати, закрывая дверь.

О, Боже, у него такой милый вид. Почему-то все люди, становятся нереально милыми, когда спят.

Очень тихо, стараясь ничего не зацепить, становлюсь на кровать и как сумасшедшая, ну или как маленький ребенок, начинаю на ней прыгать.

Антон резко подрывается с постели с испуганным лицом. Я смеюсь, от такого его вида.

– Ты с ума сошла?

– Возможно, – говорю, падая на кровать. – Мне просто стало скучно.

– И таким образом, ты решила меня разбудить?

– Да, – пожимаю плечами, как ни в чем не бывало, при этом невинно улыбаясь.

– Ты реально сошла с ума.

– Вот съеду сегодня, и будешь ты спокойно спать.

Как только я это говорю, улыбка вмиг пропадает с моего и Тошиного лица. Умею я, испортить момент одной фразой.

– Не напоминай об этом, и так плохо.

Антон убирает свои волосы со лба и тяжело вздыхая, ложится рядом.

– Ты так говоришь, будто мы больше никогда не увидимся. Ну, съеду я, и что? Мы будем видеться, как и раньше. Все будет, как было.

– Вот это как раз, меня и напрягает.

Ничего не ответив, смотрю в потолок.

Тысяча восемьдесят шесть. Именно столько раз, протикала стрелка часов, пока мы молчим.

– Ты спишь что ли? – не выдержав этой тишины, спрашиваю у Антона, пихая его локтем в бок.

– Нет.

– Почему тогда молчишь?

– А ты?

Пожав плечами, сажусь на кровать.

– Вот и я не знаю.

– Ладно, пойду пока в душ, – подмигиваю я парню.

Поднявшись с постели, иду к двери, чувствуя на себе взгляд Антона.

Приняв душ, захожу в комнату, в которой провела отличных два дня. Незабываемое время. Такое, у меня случается редко.

Услышав стук в дверь, вздрагиваю от неожиданности.

– Ты одета?

– Да. Входи.

В комнате появляется Антон, широко улыбаясь. Я, молча любуюсь его ямочками.

– Что? – спрашивает парень, заметив такой мой взгляд.

– Ничего. Просто у тебя красивые ямочки.

От моих слов, Тоша еще шире улыбается. Сложно не улыбнуться в ответ.

– Пошли завтракать.

– Мне нужно еще вещи собрать.

– Потом соберешь.

Антон подходит ко мне и берет за руку. Как маленького ребенка, он ведет меня на кухню и усаживает за стол.

На кухню заходит Виктория Александровна и улыбается мне.

– Доброе утро, Лерочка.

– Доброе утро, – улыбаюсь в ответ.

– Антон, ты не хочешь в магазин сходить? У нас молоко закончилось, а я вчера забыла купить. Ты же знаешь, что я утром ем только хлопья с молоком.

– Да, хорошо.

Тоша переводит свой взгляд на меня, и я улыбаюсь ему. Подмигивая мне, парень выходит из кухни.

Мне кажется, или мама Антона, специально отправила Тошу в магазин, чтобы остаться со мной наедине?!

– Лер, мне бы хотелось с тобой поговорить.

Так я и думала.

– Да, Виктория Александровна. Я вас слушаю.

Услышав, как закрывается входная дверь, вздрагиваю.

– Не пойми меня неправильно, но я хочу это знать. Как мать, я волнуюсь за своего сына. Что у вас происходит с Антоном?

– Мы друзья.

– Лер, не обманывай себя. Я же вижу, как вы друг на друга смотрите.

Мама Антона, берет меня за руку. От этого жеста, я напрягаюсь и расслабляюсь одновременно.

– Я ничего ему не скажу.

– Я и не боюсь этого. Просто я действительно не чувствую ничего, по отношению к Антону, как к парню. Но как друг, он мне очень дорог. Я его люблю, но только как друга.

Виктория Александровна грустно улыбается.

– А он говорил тебе, о своих чувствах?

Я качаю головой.

– Я просто не смогу быть с ним, врать о любви, которой просто нет. Мне бы хотелось испытывать к нему ответные чувства, но…

– Но?

Слезы дают о себе знать, и я зажмуриваюсь.

Мама Антона, прижимает меня к себе, крепко обнимая. Вот она, материнская забота и любовь, которая должна быть у моей мамы.

Господи, как же давно я не чувствовала себя хорошо от разговора с мамой. Виктория Александровна, хоть и не моя мама, но я все же чувствую от нее материнское тепло в свою сторону.

– Я… люблю… другого, – говорю сквозь всхлипы, сильнее прижимаясь к маме Антона.

– Так у тебя есть парень.

– Нет… Его зовут Ян… и он меня ненавидит.

Я делаю глубокий вдох, в попытке успокоиться.

– Ненавидит? – удивленно спрашивает Виктория Александровна.

– Да.

– А ты его любишь?

Кивнув головой, вытираю слезы.

– Я полная дура. Ян причиняет мне боль, а я причиняю боль Антону. И самое мерзкое то, что я не в силах ничего изменить, – тихо признаюсь.

– А почему этот Ян, испытывает к тебе ненависть? Может ты все напридумывала. Ты вообще говорила с ним наедине?

Сложно говорить о таком, но я пытаюсь.

– Да, говорила. Иногда он ведет себя со мной очень хорошо, и в такие моменты, я просто схожу с ума от любви. Но в основном, он причиняет мне адскую боль, отчего я его безумно ненавижу.

Виктория Александровна, вытирает мои щеки от слез, снова крепко обнимая. Она пахнет, как мать. Это невозможно объяснить, это только можно почувствовать.

Я слышу, как открывается и закрывается входная дверь, но не двигаюсь с места. На кухню заходит Антон, с пакетом в руке. На его лице растерянность.

– Все нормально?

Кивнув, отхожу от его мамы.

– Пойду, умоюсь.

Не дожидаясь их ответа, направляюсь в ванную комнату.

На душе, чувствуется некое облегчение и спокойствие. Самый простой разговор с матерью, избавил меня от негатива. И плевать, что разговор состоялся не с моей мамой. Мама – это мама. И совсем не важно, чья она.

* * *

Смотря на свою серую толстовку, я грустно улыбаюсь. Бросаю ее в сумку. Затем беру свою футболку, и также бросаю ее туда. Застегнув сумку, делаю глубокий вдох, чтобы не заплакать. Так все, больше мне нельзя здесь оставаться. Взяв вещи, выхожу из комнаты.

Я слышу разговор Виктории Александровны с Антоном на кухне, и, не сдержавшись, решаю немного подслушать.

– Антон, не усложняй все.

– Мам, ей тяжело.

– Да, но ей не будет легче, если вы будете встречаться. Ты хочешь, чтобы она тебе врала, что любит? Вы друзья, и не перегибай палку, если не хочешь ее потерять.

– Вообще-то…

– Ты меня услышал.

Не в силах этого слушать, потихоньку подхожу к двери в комнату и громко хлопаю ей, делая вид, будто только вышла.

– Все, я готова, – говорю Антону, когда захожу на кухню.

Тоша кивает мне и выходит в коридор. Я подхожу к Виктории Александровне.

– Спасибо вам за все.

Крепко обнимаю ее, наслаждаясь моментом.

– Ты хоть не забывай нас. Заходи почаще.

– Хорошо.

– Лер, ну ты где? – спрашивает Антон из коридора.

– Иду, – тихо говорю, выходя из кухни.

Выйдя из подъезда, я ощущаю пустоту и некую боль. Моя душа, остается там.

– Это были, лучшие два дня в моей жизни.

– И в моей. Лер, о чем вы говорили с мамой?

– Когда? – удивленно спрашиваю, делая вид, что не понимаю его.

– Когда я в магазине был.

Сделав глубокий вдох, пожимаю плечами.

– Ни о чем.

– Но ты плакала.

– Я почти всегда плачу, – к сожалению, это правда.

В полной тишине, мы доходим к моему подъезду. И вот, снова начнется мой персональный ад.

– Может тебя до квартиры проводить?

– Спасибо, но я сама.

Антон грустно улыбается.

– Я пойду. Ненавижу долгие прощания. Тем более, мы еще увидимся.

Тоша кивает. Отпустив его руку, захожу в подъезд.

Мое сердце бешено бьется в груди, когда я поднимаюсь на свой этаж и оказываюсь у своей квартиры. Тихо открываю дверь, в надежде, что отца нет дома. Переступив порог, сразу же осматриваюсь по сторонам. Отлично, отца нигде не видно. С улыбкой, иду в свою комнату.

– Пошлялась и решила домой вернуться, шлюха?

Медленно повернув голову, вижу разъяренного отца.

О, Боже.

Глава 20

Сердце сжимается, а ноги становятся ватными. У меня совсем нет сил, сдвинуться с места. Мне нужно как можно скорее бежать отсюда. Но я стою на месте, смотря отцу прямо в глаза.

– Я…

– Заткнись.

От такого тона, у меня бегут мурашки по коже.

Антон был прав, мне не следовало сегодня возвращаться домой. Лучше бы Тоша, проводил меня до квартиры.

– Да я убью тебя, – приближаясь ко мне, шипит отец. Инстинктивно, я делаю шаг назад. – Шляется она со всеми подряд, а потом домой приходит, как ни в чем не бывало.

– Я не шляюсь. Я была у своего друга, – говорю, в свою защиту.

– Да мне плевать, где ты была.

Конечно же, ему плевать. Раз я ему не интересна, как и моя жизнь, то к чему вообще этот цирк?

– Что тебе нужно от меня?

Отец, снова делает шаг ко мне. Я делаю шаг назад.

– Кто тебе дал право, так со мной разговаривать? – кое-как говорит папа.

«Папа»? Черт, я не могу его так называть. Он совсем чужой мне человек, который просто подарил мне жизнь. Да я за всю жизнь, получала меньше заботы от родителей, нежели за два дня от мамы Антона.

Как же мне хочется вернуться к ним. Только в их квартире, я могла спокойно спать и ничего не бояться. Они стали для меня семьей за два дня. Прям как мама и брат. Господи, как же все это глупо.

Резкая боль в животе, возвращает меня в реальность. Я падаю на пол, схватившись за живот, не в силах терпеть это.

– За что? – шепотом спрашиваю у отца, который стоит возле меня, с ужасной улыбкой. Неужели ему приносит удовольствие, наносить мне удары? Морально, я убита.

По щекам стекают горькие слезы. У меня даже нет сил, чтобы их вытереть. Я качаю головой, не веря в происходящее. Отец пытается ударить ногой мне в живот, но у меня как-то, получается схватить его за ногу, отчего он падает.

– Сука, – взвывает он, когда приземляется на пятую точку.

Воспользовавшись моментом, я поднимаюсь и бегу к себе в комнату, прихватив сумку с вещами. Быстро закрываю дверь, чтобы отец не смог мне отомстить.

Живот ужасно болит. Схватившись за него, ложусь в кровать. Как назло, звенит мой телефон. Как же хорошо, что я забрала сумку. Взяв в руки телефон, мои глаза непроизвольно наполняются слезами. Паша.

Черт. Черт. Черт.

Я совсем растеряна. Не ответить, я не могу. Но и принять вызов, будет очень сложно. Мой голос дрожит от всхлипов, и у меня получится с трудом говорить, из-за мучительной боли.

Мне нужно успокоиться, но вибрирующий телефон, не дает этого сделать. Собравшись с силами, принимаю вызов.

– Да, Паш.

– Привет, ты занята? Чего так долго не отвечала?

– Эмм… Ну, я была в душе и не слышала звонка.

– Лер, все хорошо? – обеспокоенно спрашивает брат.

– Ну да. А почему все должно быть плохо?

Я делаю глубокий вдох, сдерживая слезы. Живот напоминает о себе, резким приступом боли, отчего я морщусь.

– У меня все отлично, – говорю я, вытирая слезу.

– Просто у тебя голос какой-то слишком грустный.

– Все хорошо.

Ложь. Все как хорошо, только наоборот.

Все плохо, плохо, плохо. Но я никому это не скажу. Я буду улыбаться, с маской безразличия. Никто и никогда, не узнает обо всех тех проблемах, которые со мной происходят. Я не позволю никому, узнать правду. Пусть думают, что я счастлива и радуюсь жизни. Но на самом деле, в этот момент, меня душит адская боль. Я уже давно, морально убита.

– Паш…

– Что?

– А когда ты улетаешь? Ну, ты говорил недавно, что тебе по работе…

– Я понял. Толком, я еще ничего не знаю. Но точно в этом месяце. Меня могут отправить в любой день.

– Это как-то странно.

– Ничего странного, это моя работа.

– Понятно, – тяжело вздыхаю.

Появляется тишина. Оглушающая тишина, способная все разрушить.

– Лер, деньги на полгода, я привезу тебе.

– Ты приедешь? – спрашиваю, подрываясь с кровати, и сразу же жалею об этом. Боль в животе, заставляет потемнеть в глазах.

– Ну конечно. Должен же я, увидеть свою любимую сестру, перед отъездом.

– И когда ты приедешь? – выдавливаю из себя вопрос, сквозь мучительную боль.

– Не знаю еще. Как только, так сразу. Не переживай, я обязательно тебя предупрежу.

* * *

– Ай, – выкрикиваю, когда боль в животе возобновляется, хоть я уже и выпила две обезболивающие таблетки.

Закрыв глаза, пытаюсь настроить себя на школу. Я не была там, всего несколько дней. И это время, было самым лучшим. Но оно прошло.

Те два дня, теперь навсегда останутся в моей памяти. Я была счастлива. Была – прошедшее время, а сейчас, все по-другому. От воспоминаний, просто разрывается сердце и душа.

Воспоминания – это те прожитые моменты, которые тебе никогда не вернуть, но и они, никогда тебя не оставят. К сожалению, все мы, не умеем ценить моменты, а потом мы ценим то, что у нас остается – воспоминания.

Я подношу ближе к лицу руку, на которой красуется кольцо Антона. Просто так, он отдал мне то, чем дорожил. Это кольцо, было для него талисманом, очень важной вещью. Ведь это единственная вещь, которая осталась у Шелыгина, от его отца. Но он, отдал его мне. Мне, черт побери. Кто я вообще такая, чтобы получать такую ценную вещь?! Даже боюсь представить, как Антон ко мне относится, раз отдал мне это.

– Все нормально?

Подпрыгнув от неожиданности, я поворачиваюсь.

– Извини, просто задумалась

Улыбнувшись, Юля выходит из ванной комнаты. Я иду вслед за ней.

Сегодня, с утра пораньше, подруга разбудила меня своим визитом. Конечно, я рада этому, но не в шесть же утра. Юля обосновала свое поведение тем, что ей нетерпелось поскорее меня увидеть.

Искренняя улыбка, появляется на моем лице, когда я готовлю чай.

– Вы теперь встречаетесь?

– Да, – отвечает подруга, расплываясь в улыбке.

Кивнув, ставлю кружки с чаем на стол. С утра, у меня не то состояние, чтобы говорить.

– А это что?

Красильникова берет в свои руки, мою правую руку, осматривая кольцо.

– Кольцо.

– Ну, я вижу, что не браслет. Где ты его взяла?

Ох, черт. Ну, вот и что, я должна ответить Юле? Она не поймет ничего.

– Лер…

– Что?

– Откуда у тебя, это кольцо?

А в ответ – тишина. Молча, сажусь напротив подруги и отвожу взгляд.

– Тебе, его Антон подарил?

В недоумении, смотрю на Юлю.

– Да.

– Вау.

Подруга снова берет мою руку, внимательно рассматривая кольцо.

– В честь чего, такой подарок?

Пожимаю плечами, вместо ответа. Юля, сразу же хитро улыбается. Ненавижу эту улыбку.

– Я знаю, о чем ты думаешь, но давай не будем об этом говорить, – я поднимаю и скрещиваю руки.

– Ну ладно.

В полной тишине, мы завтракаем.

Очень приятно осознавать тот факт, что мы снова общаемся с Юлей. Наша дружба не прекратилась из-за нелепой ситуации с Аленой. Мы по-прежнему лучшие подруги.

– Лер…

Оторвав свой взгляд от окна, смотрю на Красильникову.

– Что?

– Извини меня еще раз. Мне просто до сих пор тяжело понять, как я могла так поступить с тобой.

На лице подруги, появляется грустная улыбка.

– Юль, ты меня тоже извини.

– За что?

– Ну, за то, что проигнорировала тебя. За то, что послала. Мне очень стыдно.

Чувство стыда, действительно бушевало во мне, но излив свою душу подруге, мне становится значительно лучше.

– А где родители?

От такого внезапного вопроса, я вздрагиваю. Тяжелые воспоминания о вчерашнем вечере, давят мне на сердце.

– Не знаю. Наверное, ушли куда-то. С утра, их не было.

И я рада, что их нет дома.

– Ууу… мне пора, – говорит Юля, взглянув на свои часы, на руке.

– Опа.

Я хватаю ее за руку.

– Влад подарил?

Подруга кивает, а я внимательно осматриваю ее часы. На вид, они очень красивые. Не думаю, что они из дешевых.

– Они прекрасны, – улыбаясь, говорю.

– Спасибо.

* * *

В свой класс, я захожу с сильным волнением, но отсутствием какого-либо страха.

– Опа, кто к нам пришел.

Я игнорирую слова Дианы, просто иду на свое место. Странно, на моей парте ничего не написано. Удивили, так удивили. А я уже была готова, к новой порции грязи в свою сторону.

– А мы надеялись, что тебя исключили из школы, – ухмыляясь, говорит Милана.

Я закатываю глаза, но ничего ей не отвечаю.

– Что, шлюшка, парня себе уже нашла?

Мои глаза округляются, от такого вопроса Милы.

– Что? – спрашиваю в недоумении.

– Я про Антона.

Что? Что она сказала? Откуда, черт побери, эта тварь знает про Антона? С чего она вообще решила, что он мой парень?

– Что, нечего сказать?

Как полная идиотка, я молчу, боясь сказать хоть одно слово. Нельзя молчать. Черт возьми, нельзя молчать. Нужно что-то предпринимать. Просто игнорировать их слова и такое мерзкое поведение – не выход. Мне необходимо взять себя в руки и дать им отпор.

– Эх. Парня то, жалко этого. Совсем не понимает мальчик, с какой потаскухой связался.

На глазах, начинают появляться слезы.

Только не плакать. Только не плакать. Только не заплакать, при этих мразях. Они не стоят того, чтобы при них и из-за них, лить слезы.

Откуда они знают? Черт побери, откуда? Нас же никто не видел вместе. Хотя…

Ну, конечно же. Как же я могла забыть о нем? Кто же еще, кроме Яна, мог рассказать им, про меня и Антона?! Сотников, просто видел нас вместе в кафе, а рассказал всем, что мы с Тошей встречаемся.

В класс, заходит Амина. Все мое внимание, приклеено к ней. Она бросает на меня неловкий взгляд, и сразу же отводит глаза.

– Амин, смотри, даже у нашей шлюхи, появился парень, – дерзко говорит Диана.

Черт, что происходит? Шлюхи, называют шлюхами девственниц.

Я замечаю, как Амине становится как-то не по себе.

– Я пойду, – тихо говорит она, направляясь на выход из класса.

Вау, у меня получилось закрыть рот этой стерве, которая когда-то, была мне хорошей подругой.

* * *

– У тебя есть книга по алгебре?

– Что? – спрашиваю, сомневаясь, что мне не послышалось.

– Дай мне, пожалуйста, книгу по алгебре.

Мои глаза, по-прежнему расширены от удивления. Я нахожусь в шоковом состоянии.

Что? Со мной заговорил одноклассник? Я просто не верю, своим ушам. Этого же, не может быть. Никто. Не один человек, не сказал мне нормального слова, после того, как я стала объектом насмешек и личной игрушкой Сотникова.

Молча, достаю учебник из рюкзака и протягиваю его Денису. Он забирает его и подмигнув мне, уходит к себе за парту.

Не могу в это поверить. Денис – один из самых популярных парней школы. Он не какой-то там ботаник. Этот парень – самый настоящий бабник, ничем не уступающий Сотникову. Никогда бы не подумала, что Денис вообще со мной когда-нибудь заговорит. Особенно сейчас.

После последнего урока, меня охватывает облегчение и спокойствие. Я чувствую себя, легко и свободно. Быстро собрав свой рюкзак, иду на выход из класса.

На мое удивление, сегодня выдается вполне нормальный день, как для учебы. За все время в школе, я так и не встречаю Сотникова. Даже не знаю, хорошо это или плохо.

Полностью утонув в своих мыслях и мечтах, мне не удается заметить перед собой, такой знакомый силуэт. Замечаю я Яна, слишком поздно.

– Ну и куда ты собралась?

Меня резко дергают назад за рюкзак, и я кое-как удерживаюсь на ногах. Смотря в эти карие глаза, я не вижу абсолютно ничего, кроме равнодушия.

Единственное, что приходит мне в голову – бежать. Убегать от него. Не ждать, пока он причинит мне боль. Просто бежать.

Сердце пропускает удар, и я начинаю эту погоню. Ну, кто сомневался, что Ян побежит вслед за мной. Дыхание сбивается, ноги подкашиваются, но я не останавливаюсь. Черт, лестница. Не так уж и легко, бежать по ступенькам.

– Стой, сука, – кричит Сотников, но я не останавливаюсь, хотя и следовало бы.

Мне не убежать от него. Никогда.

Я чувствую, что Ян хватается за мой рюкзак. Ох, черт. Один резкий, и с сумасшедшей силой толчок, и я ощущаю, что буквально лечу через лестницу.

Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять. Десять. Одиннадцать. Двенадцать. Тринадцать. Именно тринадцать ступенек, я почувствовал всем своим телом. Ощущается кровь во рту, отчего я морщусь.

Я продолжаю лежать на полу, совершенно не двигаясь. Я нахожусь всего в паре секунд до обморока. Все плывет перед глазами. В ушах, один непонятный шум.

В полуобморочном состоянии, меня кто-то поднимает с пола. Мне абсолютно ничего не видно. Глаза просто не открываются.

Холодная вода, которая выливается мне на лицо, выводит меня из этого жуткого состояния. Резко открыв глаза, вижу перед собой Сотникова.

– Лучше бы я, никогда тебя и не знала, – шепчу из последних сил.

Ян садится рядом со мной, вглядываясь в мои глаза. Слезы появляются, сами по себе. Парень ухмыляется и вытирает мои щеки. Черт, он только что, чуть не убил меня, а я чувствую море нежности, от такого его жеста. По-моему, у меня сотрясение мозга.

Мне слишком больно, смотреть в его глаза. Больно понимать, что эти самые глаза, меня ненавидят и просто жаждут сломать.

На ватных ногах, поднимаюсь с пола, но мне, это плохо удается. Хватаюсь за стену, чтобы снова не упасть. Боль во всем теле, заставляет меня сесть на пол. Ян поднимает меня, вынуждая смотреть ему прямо в глаза. В этих карих глазах, заметна боль и некое раскаяние. Да ладно? Неужели Ян, может чувствовать себя, хоть в чем-то виноватым? Нет. У меня, видимо действительно сотрясение.

– Ты ходить можешь?

Нет. Не могу. Но ничего не отвечая, киваю. Я не должна, показывать ему свою слабость. Куда уж больше.

Сотников берет меня за руку и выводит из… мужского туалета? Черт, я только что, была в мужском туалете? Как я вообще, не заметила этого?

– Ян, я…

Мне сложно говорить, но я пытаюсь сказать ему это. Черт, ему просто необходимо это знать.

– Лер, молчи.

Не понимаю, к чему вообще весь этот маскарад?! Сотников, же сам, толкнул меня по лестнице, а теперь помогает. Я что, сплю? Хотя по моему состоянию, это трудно понять.

Я останавливаюсь, понимая, что все вокруг, снова плывет перед глазами.

– Лер, ты меня слышишь? – эхом, доносится до меня.

Легкий удар по щеке. Второй. Третий. А я, ведь уже и перестала ощущать легкие удары. Я привыкла к сильной и жестокой боли. Да, черт возьми, я привыкла к этому.

– Лера.

Что со мной происходит? Я совсем не чувствую своего тела. Перед глазами, странная пелена, которая не позволяет нормально видеть. Ничего не слышно, только непонятное эхо.

– В какой квартире, ты живешь?

Еще один удар по щеке.

– В… в пятьдесят че…

– Пятьдесят четвертая?

Кивнув, я отключаюсь от этого мира.

* * *

Полную тишину, нарушает звонящий телефон. Морщась, я все же поднимаюсь с постели. Голова кружится. Чувствуется неимоверная слабость.

Взяв в руки телефон, ничего не вижу. Абсолютно ничего. Все размыто. Подношу его ближе к глазам, и только так, мне удается увидеть на экране «Тоша». Ох. У меня нет никаких сил, чтобы принять вызов.

Кое-как написав SMS о том, что немного занята и перезвоню позже, смотрю на часы. Глаза лезут на лоб. Сейчас десять часов утра. Это же сколько, я пробыла в отключке?!

На столе я замечаю какую-то записку и беру ее в руки. Меня уже пугает она, хоть я ее и не читала.

«В школу можешь не идти. Я скажу, что ты приболела. Мне жаль, что так получилось. Ян»

С глупой влюбленной улыбкой, снова иду в кровать.

Глава 21

Почему в нашей жизни, всегда все так сложно? Почему мы должны отпускать людей на расстояние, зная при этом, как нам будет тяжело, но это просто необходимо сделать?!

Черт, я волнуюсь, как перед экзаменом. Ничего же страшного не произошло, а меня всю трясет.

Утром позвонил Паша и сказал, что сегодня приедет «попрощаться». Ненавижу это слово.

У меня паника. Твою мать, у меня паника. Брат сказал, что на днях он уже улетает. Господи, как же я не хочу, чтобы он был от меня на таком расстоянии. Как я вообще буду без него? Конечно и так, мы видимся нечасто, но я хотя бы знаю, что он в этой стране, и может приехать, если я попрошу.

Раздается звонок в дверь, отчего на моих глазах проступают слезы.

Так, стоп. Паша приехал, не ради моих рыданий.

Черт возьми, я хоть когда-нибудь буду искренне улыбаться, не думая ни о чем?! Если это и случается, то только на несколько секунд.

Сделав глубокий вдох, иду открывать дверь. Мое сердце сжато в тиски.

– Привет, – улыбаюсь я, хоть боль и рвется наружу.

– Привет, малая.

Брат обнимает меня так крепко, что я начинаю сомневаться, останутся ли целыми мои кости. Я чувствую себя защищенной. Жаль, что это длится всего мгновение.

Брат и сестра – это особая любовь, которую многим не понять. И даже иногда, эта любовь сильнее родительской. Например, как у меня.

– Мне нечем дышать.

Паша ухмыляется и отпускает меня.

– Извини, – с улыбкой говорит брат.

Я прислоняюсь спиной к стене. У меня снова кружится голова. Ноги подкашиваются. Я ведь так и не отошла, после вчерашней потери сознания. Мне до сих пор плохо, когда я вспоминаю, как падала с лестницы. Мне кажется, что я и сейчас чувствую всю ту ужасную боль при падении.

– Лер…

Паша подходит ближе ко мне.

– Что с тобой?

Я молчу. Мне просто нечего ему сказать.

– Ты меня вообще слышишь?

Кивнув, продолжаю молчать.

– Лера, – уже кричит брат, и этот крик, будто выводит меня из этого странного состояния.

– А? Паш, все нормально. Я просто задумалась.

Задумалась? О чем, черт возьми, я могла так задуматься, что чуть не упала в обморок?!

– Задумалась? – будто читая мои мысли, спрашивает брат.

– Не бери в голову.

– Ты меня пугаешь.

Да я сама себя пугаю.

Пожав плечами, иду на кухню. Паша идет вслед за мной. Не говоря ни слова друг другу, он достает из пакета продукты, а я убираю их в холодильник.

– Где родители?

– Не знаю. Не видела их с утра. Наверное, как и всегда, у своих друзей, – на последнем слове, делаю кавычки в воздухе.

– Они не трогают деньги, которые я тебе даю?

Я ухмыляюсь.

– Нет. Я вообще не понимаю, где они берут деньги на алкоголь.

– Вещи никакие не пропадают? – настороженно спрашивает Паша.

– В том-то и загадка, что нет. Они нигде не работают, вещи на месте, а водка у них есть постоянно. Может они волшебники?

Брат хмурится, но ничего не отвечает.

Я чувствую себя неловко. Неловкость с родным братом, черт возьми. Он знает то, чего многие никогда не узнают. Я практически все ему доверяю. Практически.

– А у тебя проблем не будет, что ты сегодня в школу не пошла?

Сразу вспоминается та записка.

– Нет. Не будет проблем.

Все мои мысли, возвращаются к той записке. У меня так и не хватило сил, чтобы выбросить ее. Я храню записку. Не знаю зачем, но я это делаю.

– Как там твоя девушка? – выпаливаю, чтобы прекратить думать о Сотникове.

– Отлично.

– А как она отнеслась, к твоему внезапному уезду?

– Нормально. Планирует прилететь ко мне.

– Ммм, круто.

И снова эта неловкая и мучительная тишина.

Я пытаюсь не задумываться о том, что теперь ближайшая встреча с Пашей, состоится не раньше чем через полгода. Полгода, черт возьми. Шесть месяцев.

– Держи.

Оторвавшись от своих мыслей, поворачиваюсь к брату.

– Что?

– Держи, – повторяет Паша, протягивая мне конверт. Молча, забираю его. – Этого тебе должно хватить на полгода.

Кивнув, открываю конверт. Мои глаза расшириваются.

– Ого. Не слишком ли много?

– Нет. Пусть лучше останется, нежели тебе не хватит.

– Спасибо, – тихо говорю.

У меня уже давно не возникнет неловкости от этого момента, когда Паша дает мне деньги. Но именно сейчас, я снова чувствую эту неловкость. Первое время, мне было до безумия стыдно, брать у брата деньги. Но за все это время, я привыкла к этому.

* * *

– Лер, точно все будет хорошо?

– Да.

Боль будто ломает кости, но я молчу об этом.

Все будет хорошо. Все просто должно быть хорошо, ведь хуже уже некуда.

– Что-то мне не нравится твое хмурое лицо.

Уже в который раз, надеваю маску. Маска, под которой скрываются мои истинные чувства и эмоции. Маска счастья и улыбки. Я должна показать Паше, что у меня все отлично.

– Так-то лучше, – говорит брат, улыбаясь в ответ. Но вот только его улыбка искренняя.

На ватных ногах, подхожу к двери и наблюдаю, как Паша одевает куртку.

Как бы я не оттягивала момент расставания, он все же настал. Мне совсем не хочется этого, но другого выхода нет. Я боюсь. Я очень боюсь остаться без брата, на такой длительный срок.

Я делаю глубокий вдох, но это не помогает мне успокоится. Слеза скатывается по моей щеке, но я быстро смахиваю ее, пока Паша это не заметил.

– Ну что малая, иди сюда.

Брат прижимает меня к себе и крепко обнимает. Я уже не пытаюсь сдержать слезы. Они беспощадно катятся по моим щекам, и я даже не пытаюсь этого скрыть. Моя душа разрывается на части. Просто хочется кричать и биться об стену, от этой безысходности.

Паша отстраняется от меня, и мне становится грустно от этого.

– Не плачь, малая. Все обязательно будет хорошо.

Мне хочется верить в его слова.

Я киваю, и Паша снова меня обнимает.

Минуты три, мы просто стоим молча и обнимаемся. И здесь, совсем не нужно слов.

Тишину нарушает звук звонящего телефона брата. Отойдя от меня, Паша смотрит на экран. И тут я понимаю, что все… Сейчас он уедет.

– Извини, малая, но мне уже пора.

Черт, я так и знала. Слезы еще сильнее льются из глаз, а в горле появляется ком.

Брат подходит ко мне и вытирает мои щеки.

– Ты сильная. Тебе не нужно плакать.

Кое-как выдавливаю из себя улыбку.

– Я люблю тебя, – Паша целует меня в щеку и подходит к двери.

– Я тоже тебе люблю.

Не говоря больше ни слова, он выходит из квартиры, закрыв за собой дверь.

Не в силах пошевелиться, просто смотрю на входную дверь, в надежде, что она откроется и зайдет Паша, скажет, что все это лишь розыгрыш.

Но дверь не открывается. Ни через две минуты. Ни через десять.

Я иду в свою комнату и закрываю дверь на замок. Мне нужно побыть одной. Необходимо привыкнуть к той мысли, что не увижу брата полгода. Я закрываю рот рукой, чтобы меньше были слышны мои всхлипы. Снова истерика. Снова я сдаюсь.

«Ты сильная. Тебе не нужно плакать».

Да, я сильная. Но слезы – это еще не признак моей слабости.

Мне нужно успокоиться. Слезы – не выход.

* * *

Услышав звонок в дверь, подрываюсь с кровати будто пожар. Бегу к двери, и не смотря в глазок, открываю ее.

– Ого. Не ожидал, что ты так быстро откроешь.

На моем лице появляется смесь разочарования и радости. Конечно, мне безумно хотелось увидеть Пашу, в надежде, что он вернулся.

– Проходи.

Антон кивает и заходит в квартиру.

Что за черт? Ко мне пришел мой лучший друг, а я расстроена из-за этого. Что не так? Я чувствую одну пустоту. Это невозможно передать словами. Ноль эмоций, ноль чувств, одна пустота.

– Я тебе звонил, но у тебя телефон выключен. Я уже начал думать, что что-то случилось. Все же нормально?

Я киваю и улыбаюсь.

– Не пугай меня так больше. Хорошо?

Снова киваю. Тоша подходит ко мне, внимательно рассматривая мое лицо. Черт, а меня это начинает пугать. Антон берет мое лицо в свои руки, пристально смотря в глаза.

– Лер, ты плакала?

Видимо, на щеках еще остались следы от моих рыданий. Нет никакого желания говорить об этом, но видимо придется.

– Да.

– Почему? – в голосе Шелыгина, звучит беспокойство и некая забота.

Его действительно волнует, что со мной. Ему не наплевать на меня. А я, как дура, была огорчена его приходом. Да мне самой, нужно было позвонить ему и попросить прийти.

– Что случилось?

Молча, беру его за руку и веду к себе в комнату, опасаясь, что в любой момент могут появиться родители. Антон не сопротивляется.

– Лер…

Подняв взгляд, встречаюсь с чудесными серыми глазами.

– Поговори со мной.

Легко сказать «поговори». Как мне начать? Сразу выпалить все и плакать у него на плече? Я ведь не сдержусь от слез.

Молча, подхожу к окну. Меня это действительно успокаивает. Просто смотреть на природу за окном. Смотреть и мечтать. Смотреть и надеяться. Верить.

Тоша становится возле меня.

– Там снег, – тихо шепчу.

На улице, идет сильный снег, что заставляет меня улыбнуться.

– Я люблю снег.

– Я знаю, – ухмыляюсь я.

Нам совсем не нужно слов. Они здесь лишние. Мы и без них, хорошо понимаем друг друга.

Может быть, когда-нибудь у меня появится разум, и я смогу разлюбить Яна, и дать шанс Антону. Но Тоша достоин хорошей девушки, а не меня. Я просто не достойна, чтобы быть с ним.

– Паша скоро улетает, – хрипло говорю.

– Куда?

– Ему нужно улететь на полгода, по работе. Целых полгода. Понимаешь?

Кивнув, парень крепко меня обнимает. Я снова чувствую себя в безопасности.

– И ты из-за этого, так расстроилась?

– А разве это не повод? Или я должна плясать от радости?

Гнев во мне, просто зашкаливает.

– Лер, я не это имел в виду, – его голос, звучит извиняюще. – Я просто хотел сказать, что тебе не нужно так расстраиваться. Ведь это, всего лишь полгода.

– Нет. Не всего лишь. Это целых шесть месяцев.

– Нет, Лер. Это всего лишь шесть месяцев. Они пройдут очень быстро, и ты снова его увидишь.

Я хмурюсь.

– Давай просто закроем эту тему, иначе мы поссоримся.

На лице Антона, мелькает недоумение, но потом он кивает.

– Сколько сейчас времени?

Я смотрю на часы.

– Восемь.

Перевожу свой взгляд в окно. За ним, продолжает падать снег. Сразу появляется новогоднее настроение, но ведь сейчас только ноябрь.

– Черт.

– Что такое?

– Я забыла. Мне же завтра в школу нужно идти.

Антон поднимает брови, явно не понимая, о чем я говорю.

– Мне нужно делать уроки, – объясняю я.

Тоша ухмыляется.

– Ну, так иди, делай.

– А ты?

– А я посмотрю, ну и проконтролирую.

Закатив глаза, подхожу к столу. Пока я разбираю все свои вещи и достаю учебники, Антон не сводит с меня взгляда.

– Что? – не выдержав, спрашиваю.

Шелыгин качает головой, но не отводит глаза. Во мне, снова закипает гнев. Я злюсь на него, даже не понимая почему.

Когда я открываю ящик стола, оттуда буквально вылетает записка Яна. Я внимательно смотрю на нее, и… о, черт, она приземляется прямо возле Антона. Я не успеваю ее схватить, и Тоша поднимает ее, ухмыляясь.

– Любовные записочки? – спрашивает парень. В его голосе слышится сарказм и подшучивание. Но мне совсем не смешно от этого.

Поднявшись со стула, подхожу ближе к Антону. Я пытаюсь забрать у него листок, но он не отдает мне его. Отвернувшись от меня, Тоша читает записку.

Двадцать секунд. Именно столько, парень читает ее. Да, я считаю время. Резко, он поворачивается ко мне. В его глазах, нет никакой озлобленности или боли, как я ожидала увидеть.

– Можно спросить?

Молча киваю.

– За что ему жаль? Что у вас случилось?

Я застываю на месте. Что мне ему ответить? Правду? Нет уж. Мне снова и снова приходится врать. Я уже утопаю в этой лжи. Я вру постоянно, но только потому, что боюсь, что кто-то узнает правду.

– Ну… давай не будем, сейчас об этом говорить.

Черт. У меня даже соврать не получается. Я решаю просто закрыть эту тему. Но согласен ли на это Тоша, которому я уверена, очень интересно все узнать?!

– Пожалуйста, – добавляю, с надеждой в голосе.

Антон кивает и отдает мне записку.

Я чувствую себя мразью. Мне совсем не хочется причинять боль этому парню, но не думаю, что ему будет легче, если он узнает правду.

Молча, подхожу к Тоше и обнимаю его. Мне хочется показать ему, как сильно он для меня дорог. Парень обнимает меня в ответ, и я чувствую себя значительно лучше.

* * *

Весь вечер, мы смеемся как сумасшедшие, рассказывая друг другу разные истории. Так легко и свободно, мне давно не было. Мне безумно нравится этот вечер, хоть и изначально он был испорчен. Я грустила из-за Паши, но Антон смог поднять мне настроение и сделать меня счастливой в этот день. Да, именно счастливой, я чувствую себя рядом с ним.

Неожиданно, на лице Антона, появляется грусть, и меня начинает это пугать.

– Что такое? – взволнованно спрашиваю.

– Уже двенадцать.

Я не верю в это, и сама смотрю на часы. Да, действительно, уже двенадцать.

– Извини, но мне уже пора.

– Но мы же завтра, сможем увидеться? – спрашиваю, с надеждой в голосе.

– Ты имела в виду сегодня?

– А, ну да, – улыбаюсь я, вспомнив, что уже «завтра».

– Конечно, мы увидимся.

Широкая и искренняя улыбка озаряет мое лицо. Тоша, отвечает такой же улыбкой.

Я поднимаюсь с кровати и следую за Антоном, который идет в коридор.

И снова грусть. И снова пустота.

* * *

Прошло уже несколько дней, но у меня никак не получается привыкнуть к той мысли, что Паша скоро покинет страну. Он говорил, что его полет будет через несколько дней, но его начальник перенес еще на пару дней. Мы созваниваемся по нескольку раз на день, но даже этого мне мало.

С Антоном мне безумно весело. Он делает меня счастливой. Рядом с ним, я забываю обо всем. Я просто нашла в своей жизни диамант, который не могу потерять. Тоша всегда меня поддержит и придет на помощь. А это такая редкость в наше время.

Вчера я была у Тоши дома. Он пригласил меня на ужин, и мы отлично провели время. Виктория Александровна проявляла ко мне материнскую заботу и любовь. Они действительно стали мне семьей.

Звенит звонок с урока, и я улыбаюсь от облегчения, что меня не успели вызвать к доске. Домашнее задание на сегодня, я не делала.

Достав из кармана телефон, набираю номер Юли, ведь я обещала ей позвонить после окончания урока.

– Да, – отвечает она, сразу после двух гудков.

– Привет.

– Привет. Слушай, Лер, ты завтра не занята после школы?

Меня начинает пугать такой требовательный тон подруги. И даже если я скажу, что занята, это ничего не изменит.

– А что?

– Занята или нет? – кричит Красильникова.

– Господи, ты можешь потише?

– Извини, я просто хотела, чтобы ты пришла ко мне. Посидели бы, поболтали, поели бы нашего любимого шоколадного мороженого.

Такое предложение, звучит очень заманчиво. До того, как Юля ушла со школы, мы часто устраивали такие посиделки у нее дома.

– А кто еще будет? – спрашиваю с опаской.

– А тебе кто-то еще нужен?

– Нет.

– Ну вот, никого и не будет. Только мы вдвоем. Родители уезжают в командировку, и я остаюсь одна.

Родители Юли, часто уезжают в командировки. Бывает, даже на несколько месяцев. Подруге от этого, совсем не грустно, а даже наоборот. Юля веселится и устраивает разные вечеринки у себя в квартире, пока родители в отъезде.

– Наше любимое шоколадное мороженое. Я куплю его столько, что тебя начнет тошнить от него.

Я закатываю глаза. Подруга знает, чем заманить меня к себе.

– Не соблазняй меня. Я обязательно приду.

– Ну, вот и отлично.

– Во сколько?

– Давай в пять.

Я угукаю и нажимаю на отбой. Подняв взгляд от телефона на класс, сразу же встречаюсь с любопытными взглядами Милы и Дианы. Черт.

– Ее уже там кто-то соблазняет, – ухмыляясь, говорит Диана.

Милана начинает смеяться. Господи, какой же противный у нее смех. Лучше бы я слушала, как пенопластом проводят по стеклу, чем это.

Звенит звонок на урок. Физика. Ох, как же я ее ненавижу.

Весь урок я пытаюсь сосредоточиться на этих теоремах и формулах, но получается у меня плохо.

Широкая улыбка появляется на моем лице, когда звонок оповещает об окончании урока. Да, я смогла спокойно пережить эти полдня в школе. Никаких издевательств и драк. Быстро собрав свои вещи в рюкзак, выхожу из класса.

За все это время, Сотников не прикоснулся ко мне и пальцем. Не оскорблял меня и не унижал. Странно. Синяки полностью пропали, но вот душевные раны – нет. Иногда я видела его в толпе, но он только смотрел на меня, улыбаясь или подмигивая. Мне хочется верить, что все наладится, что все будет хорошо, больше Ян меня не унизит и не ударит, но… все это лишь мечты, а мечты как следует, не всегда имеют сущность сбываться.

Не смотря ни на что, я верю Яну. Верю, что все наладится. Верю, что он не такой ужасный, как кажется.

Его улыбки в мою сторону, были всегда искренними и лучезарными. Мне удается отличать фальшь, от настоящих чувств.

В гардеробной, быстро надеваю свою зимнюю куртку, и также быстро выхожу из школы.

На улице уже достаточно холодно и есть немного снега, что определенно повышает мое настроение.

На пороге школы, я сталкиваюсь с Аминой, но она больше не говорит мне, ни единого слова. Она просто игнорирует меня.

Ухмыльнувшись, ухожу от нее и иду в сторону дома. Резко, мне ударяет в нос запах, до боли знакомого парфюма, и я сразу оборачиваюсь.

Черт.

Как я могла не заметить Яна? Ну все, теперь мне точно конец. Я стою неподвижно, вместо того, чтобы бежать. Просто смотрю Сотникову в глаза. Он делает то же самое.

Спустя минуту, а может и полчаса, я отворачиваюсь от Яна и продолжаю путь домой. Нужно срочно уходить от него. Я иду так быстро, как только могу.

– Ты можешь так быстро не идти? Я не успеваю за тобой, – возмущается парень.

Я иду еще быстрее.

Для меня странно и немного дико, что Ян мне еще ничего не сделал. Он просто собирается идти со мной?

– Что тебе нужно? – мой резкий тон, пугает меня саму.

– Я не могу проводить тебя до дома? – его голос звучит никак не гадко, а слишком даже хорошо.

Так, стоп. Я не поддамся.

– Нет.

– Не бойся меня. Я ничего тебе не сделаю.

– Не убедительно звучит.

Я ускоряюсь, но Сотников следует за мной по пятам, никак не отступая. Он берет меня за руку, переплетая наши пальцы. Дрожь проходит по всему моему телу.

Господи, какая же теплая и нежная у него рука. Как же я мечтала все это время, просто прикоснуться к нему, и прямо сейчас, моя рука в его руке. Просто не хватает слов, чтобы описать все свои эмоции. Но главное слово, которое не покидает меня – любовь. Именно в этот момент я понимаю, насколько сильно люблю этого человека, сколько бы боли, он мне не причинил.

– Как в школе дела?

В полном недоумении, смотрю на Сотникова.

– Нормально.

– Проблем не было, что ты тогда дома осталась?

– Нет.

Мне совсем не хочется говорить с ним. Обнимать, целовать, держать за руку, все что угодно, только не разговаривать.

Ян задает мне еще несколько вопросов, на которые я отвечаю коротко и с некой озлобленностью. Остальное время, мы просто молча идем к дому.

Нет никакого желания отпускать его руку, но вот, мы уже возле моего подъезда. Одним резким движением, парень разворачивает меня к себе лицом, пристально смотря в глаза. Я опускаю голову, не в силах смотреть на него. Ян, аккуратно поднимает мое лицо своими пальцами.

– Лер… Извини меня.

Что? Что он только что сказал? Видимо мне нужно сходить к лору.

– Извини меня за все. Я полный дурак, придурок. Я сам не понимаю, как все это происходило. У меня не получалось себя контролировать. Я не заслуживаю твоего прощения, но я все же хочу извиниться. Прости.

Сотников проводит пальцем по моей нижней губе, и я вздрагиваю от этого. Его губы накрывают мои. Господи, какие же у него губы. Теплые, нежные. Не успеваю я ничего сделать, как парень отстраняется от меня.

Я что, сплю?

Ян упирается своим лбом в мой.

– Лер…

– Ммм.

– Я люблю тебя.

Глава 22

Я щипаю себя. Черт, больно. Значит, я не сплю. Значит все происходящее, не какой-то там сон. Это все реальность. Но как в реальности, Ян мог извиниться за все? Он ведь не мог этого сделать, правда? Или мог? Черт, что вообще происходит?

Сотников назвал себя придурком, не заслуживающим моего прощения. Ян извинился. Черт возьми, он извинился за все. Нет, это точно сон.

Ян поцеловал меня. Черт возьми, он поцеловал меня. Как такое вообще возможно? Тогда он тоже меня целовал на спор… Черт, не хочу даже думать об этом. Не сейчас.

Сотников извинился, поцеловал меня, а потом…

Твою мать, он признался мне в любви. Почему-то только сейчас, я это понимаю.

Я перевожу взгляд на Яна. Он внимательно изучает меня и улыбается. Искренне. В его карих глазах полно любви, в них нет никакой ненависти.

– Я тоже тебя люблю, – выпаливаю, прежде чем успеваю подумать.

В голове сразу появляется картинка, где мы с Яном вместе, обнимаемся, целуемся, и просто счастливы, как дети. Ведь все это, может быть реальностью, а не просто моей больной фантазией. Если все действительно так и будет, то я буду самой счастливой девушкой в мире. Для счастья, многого не нужно.

Теплые губы снова накрывают мои, и я просто отключаюсь от реальности. Мне хорошо. Мне до безумия хорошо рядом с ним. Здесь и сейчас. Плевать, что будет дальше.

В реальность я прихожу лишь тогда, когда вспышка от камеры ослепляет мне глаза. Ко мне не сразу доходит, что Ян только что сфотографировал наш поцелуй. Зачем?

– Что ты делаешь? – спрашиваю, когда Сотников отстраняется от меня.

Черт, я ничего не понимаю. Совсем ничего.

Парень уткнулся в свой телефон, не обращая на меня никакого внимания.

Мой рассудок затуманен. Мозг полностью перестает работать. Мне тяжело сосредоточиться на чем-либо. Тяжело мыслить, когда тебя только что поцеловал парень, по которому ты сходишь с ума. Я не могу произнести ни единого слова, поэтому просто смотрю на Яна, продолжавшего копаться в своем телефоне.

Сто тридцать пять. Сто тридцать шесть. Сто тридцать семь. Черт, я уже считаю секунды нашего молчания.

– Ян…

В горле появляется ком, и я не могу больше ничего сказать.

– Что?

Сотников отрывается от телефона и смотрит мне прямо в глаза. Пустота. Равнодушие. Безразличие. Пофигизм. Все это, в глазах Яна. В тех самых глазах, которые всего минуту назад, смотрели на меня с любовью и сумасшедшей нежностью. А что теперь? Теперь в них нет ничего хорошего.

Отвернувшись от меня, парень прислоняет телефон к своему уху.

– Ян…

Он снова игнорирует меня.

– Ну что чувак, – говорит Сотников в телефон. – Ты сам все слышал. Фото поцелуя видел. Признание в любви слышал.

Черт. Черт. Черт.

И тут я понимаю…

– Готовь деньги. Да. Я скоро буду. Диана у тебя? Отлично.

В полном шоке и неком недоверии, смотрю на Яна. Он лишь улыбается и смеется, все еще говоря по телефону. Затем он убирает его в карман. Сотников бросает на меня взгляд, который отражает разочарование и брезгливость.

Только не плакать. Только не плакать. Только не при нем. Он не должен видеть мою уязвимость.

Ян начинает смеяться. Просто смотреть мне в глаза и смеяться.

Все, это последняя капля. Слезы начинают литься по щекам, и я уже не в силах их остановить.

– Зачем? – тихо спрашиваю.

– Ради этого, – Сотников достает из кармана деньги, показывая мне.

Если бы у людей существовала функция «стереть память» и «перестать плакать», я бы непременно этим сейчас воспользовалась.

– Почему я? – мой голос дрожит.

– Потому что ты, – Ян походит ко мне и легонько обнимает за плечи, – наивная дура.

Да, он действительно прав. Я наивная дура.

Никогда такого не случится, что Ян полюбит меня. Никогда.

– Ты серьезно думала, что я тебя люблю?

Я молчу. Ком в горле не дает мне сказать.

– Какая же ты идиотка. В таких шлюх, как ты, не влюбляются. Знаешь, что с ними делают?

Не могу понять, почему он считает меня шлюхой? Потому что я отказала ему? Такова его логика?

– Этот поцелуй, – парень плюет на землю с большим отвращением.

Все, хватит. Я не выдерживаю этого. У меня больше нет сил, на это смотреть. Я подбегаю к подъезду, но оборачиваюсь.

Ну, конечно же, Ян уходит.

– Ян, – кричу, отчего он поворачивается ко мне. – А я ведь все равно тебя люблю.

* * *

Вы когда-нибудь чувствовали себя разбитыми на мелкие осколки, которые так трудно собрать воедино? То самое чувство, когда душа покидает тело, и ты останешься жить в этом теле без души, без чувств и эмоций. Вот это, я сейчас ощущаю, а именно – ничего. Пустота. Ноль чувств. Я живу, но не чувствую этого. Это существование, а не жизнь.

Мне совсем не хочется плакать, кричать. Я пустая. Еще час назад, эмоции переполняли меня, мне хотелось убить Яна, а сейчас… Сейчас я пуста.

Мне все равно. Я устала плакать. Устала быть сильной. Такое ощущение, что весь мир вокруг лишь иллюзия. Если это сон, то мне необходимо проснуться. Срочно.

Уже пятый раз звенит мой телефон, но я просто игнорирую его. Мне плевать на всех, в том числе и на Сотникова. Эта мразь, не сломает меня. Нет. Он просто превратил меня в бесчувственную и пустую. Как куклу. Ох, нет, это плохое сравнение.

Телефон снова оповещает о входящем звонке, и я решаюсь принять вызов.

– Да, – сразу огрызаюсь, даже не посмотрев, кто это.

– Эй, ты чего такая грубая? – звучит мягкий и веселый голос Антона.

Я невольно улыбаюсь. Черт возьми, этот парень вызывает во мне улыбку даже тогда, когда я разбита. Что за …?

– Лер…

– Что?

– У тебя все нормально? – обеспокоенно спрашивает Тоша.

– Да. С чего ты взял, что у меня не все нормально?

Ну конечно мой голос не звучит, как обычно.

– Просто голос у тебя странный.

Я закатываю глаза.

– Все нормально.

– Не особо верится.

– Ну и не верь. Мне плевать.

Ох, я действительно только что, это сказала?! Черт. Это последний человек, на которого мне может быть плевать.

– Антон, я не имела это в виду. Мне совсем не наплевать, просто…

У меня не хватает слов, чтобы все объяснить.

– Ты сейчас занята?

– Нет. Да. Нет.

Занята ли я сейчас? А раздумья о своей ничтожности, считается занятием? Если да, то я занятой человек.

– Так занята или нет?

– Нет.

– Отлично. Может, тогда прогуляемся?

Мне совсем не хочется куда-либо выходить. Просто хочется побыть одной и, конечно же, жалеть себя и свое разбитое сердце. Ну, уж нет.

– Хорошо. Давай прогуляемся.

– Тогда через десять минут, я буду у твоего подъезда.

Не сказав ни слова, нажимаю на «отбой» и на ватных ногах поднимаюсь с кровати.

Жизнь слишком коротка, чтобы ныть по своему разбитому сердцу. Да, оно разбито. Сердце разбивается каждый раз, когда я вижу его с другой или когда он избивает меня.

При таком состоянии, у меня могла бы начаться депрессия, но мой антидепрессант – Антон.

Взгляд невольно падает на кольцо, которое он мне подарил, и я улыбаюсь. Пустота заменяется радостью и нежностью.

Просто так, я не сдамся. Ян не сломает меня. Нет. Я не кукла, чтобы ломаться.

Как жаль, что эта самоуверенность не присутствует во мне всегда.

Я иду в ванную комнату и сразу же умываюсь. Мне противно, что Ян прикасался ко мне, целовал меня. С брезгливостью, вытираю свое лицо. Ну, вот и отлично, от Сотникова не осталось и следа на моем лице.

Я не позволю больше ему воспользоваться мною.

* * *

– Ты какая-то странная.

– Нет, я обычная.

– Нет, ты холодная.

Видимо у Яна все же получилось сделать меня холодной, и я не знаю, как это исправить.

– Ле-е-ер…

– Тооош, – передразниваю я парня.

Шелыгин закатывает глаза, а я смеюсь в ответ.

– Хочешь прокатиться на мотоцикле?

Мне послышалось? В недоумении, поднимаю одну бровь.

– Ты совсем с ума сошел?

– Почему?

Нет, он что, действительно ничего не понимает? На улице уже слишком холодно и крайне опасно ездить на мотоцикле. Хоть снег и растаял, но дожди никак не прекращаются.

– Можно спросить?

– Давай.

– Ты идиот? – спрашиваю на полном серьезе.

– Вот только не нужно меня оскорблять.

– А это и не оскорбление. Это вопрос.

Антон снова закатывает глаза.

– Нет, ну Тош. Подумай сам, какой нормальный человек, будет ездить на мотоцикле в ноябре?

– Я, – самодовольно отвечает парень.

Теперь, моя очередь закатывать глаза.

– Антон, послушай…

– Лер, я не маленький. Я умею ездить на мотоцикле. Мы с друзьями, и зимой на них ездим.

– Вы идиоты?

Гнев во мне, просто закипает.

– Нет, – спокойно отвечает Тоша.

– Могу я тебя, кое о чем попросить?

– Проси.

– Обещай, что не будешь больше ездить в такое время на мотоцикле.

– Ну, если…

– Антон, – уже кричу я. – Пообещай мне.

– Ты чего так завелась?

Шелыгин придвигается ближе ко мне и пытается взять меня за руку, но я ее убираю.

– Ладно, ладно. Я обещаю.

– Обещаешь что?

– Я Шелыгин Антон, обещаю Филатовой Валерии, что не буду ездить в такое время на мотоцикле.

Я улыбаюсь, но совсем не верю в его слова. Почему-то чувствуется тревога, но я сразу же отбрасываю это чувство.

– Мне уже домой пора, – с тоской в голосе, говорю.

– Жаль. Ну, пойдем, я хоть провожу тебя.

Мы выходим из кафе, в котором сидели, и идем в сторону моего дома.

Всю дорогу мы смеемся, как маленькие дети.

Как я вообще могла чувствовать пустоту, если сейчас я чувствую себя живой и жизнерадостной?! Я чувствую себя счастливой.

Мне бы уже давно следовало прекратить это общение с Антоном, ведь я делаю ему больно. Но если бы мы прекратили нашу дружбу, лучше бы не стало никому. Было бы только хуже нам обоим.

– Лер, может, ты мне расскажешь?

– Что? – я совсем не понимаю, о чем идет речь.

– Почему ты была такой грубой и холодной? Только не отвечай, что все нормально. Я знаю, этому есть причина. Просто так, ничего не бывает.

Я грустно улыбаюсь.

– Уже все хорошо. Мои чувства использовали, а так все нормально.

На лице Антона, появляется шок от того, что я произношу эти слова с улыбкой.

– Ян?

Мне даже не пришлось говорить, кто это сделал. Тоша все понял.

– Да.

– Что на этот раз?

– Он поспорил на меня. Поцелуй и мое признание в любви, и теперь у него куча денег. Все просто, – в моем голосе нет боли и горечи, только улыбка и счастье.

– Почему ты так спокойно об этом говоришь?

– Я сама виновата. Поверила ему, а он воспользовался этим. И давай не будем о нем говорить, иначе меня сейчас стошнит.

– Я убью его, – шипит Антон.

– Что? Нет, Тоша. Нет. Ты даже не подойдешь к нему.

– С чего вдруг? Меня раздражает то, как он поступает с тобой. Я не оставлю это.

– Пожалуйста, – я буквально умоляю его взглядом, этого не делать. – Пожалуйста, не делай ничего. Ты не знаешь, почему он так поступает.

Шелыгин удивленно смотрит на меня.

– Нет в мире такой причины, чтобы так издеваться над твоими чувствами.

– Пожалуйста, Тош. По крайней мере, сейчас. Не лезь к нему.

Антон ничего не отвечает, только лишь кивнув.

– Пообещай.

Тишина. Конечно же, он сделает по-своему, но я боюсь, что потом сделает со мной Ян.

– Обещай мне.

– Обещаю.

Я улыбаюсь и крепко его обнимаю.

Настроение снова поднимается, когда Тоша рассказывает какие-то истории, и мы снова смеемся, как идиоты.

Грустная улыбка появляется на моем лице, когда мы оказываемся у моего подъезда.

– Очень жаль, что этот день так быстро закончился. Было весело, – я улыбаюсь, в то время как лицо Антона становится серьезным.

В один миг, его губы накрывают мои. Один короткий поцелуй, просто прикосновение губами, и Тоша отстраняется. Его губы полностью холодные, но у Яна…

Черт. Черт. Черт.

Чувствую себя шлюхой. За один день целуюсь с двумя парнями.

Не знаю почему, но меня до дрожи пугает холодные губы Антона. Они не должны быть такими. Это неправильно.

– Я пойду.

Не успеваю я сказать и слова, как Тоша исчезает из вида.

На моих губах, по-прежнему этот холодный вкус. Ох, черт.

Глава 23

– Да, маленькая.

Я закатываю глаза от такого прозвища.

– Паш, ты мне звонил, но я не слышала. Что-то случилось? От тебя пять пропущенных.

Мое сердце сейчас выпрыгнет из груди, от такого волнения. Просто так, Паша не стал бы мне звонить пять раз.

Поднявшись с кровати, подхожу к столу и собираю свой рюкзак в школу. Черт. Ненавижу эту школу.

– Малая…

– Что?

Затаив дыхание жду, что же скажет брат. Меня сковывает волнение.

– Я улетаю сегодня вечером.

Не плакать. Не плакать. Не плакать.

– Лер, ты тут?

– Да, – хрипло отвечаю.

– Я могу все отменить, если ты…

– Нет, Паш. Все хорошо. Правда.

– Ты уверена? – настороженно спрашивает Паша.

– Да.

Отлично, брата вроде удалось убедить, что все хорошо. Осталось только убедить в этом себя.

– И во сколько ты улетаешь?

– В десять.

Сделав глубокий вдох, пытаюсь успокоиться. Все хорошо. Нет.

– Ты меня слышишь?

– Да.

Одна слеза скатывается по щеке. Вторая. Третья… Черт, я уже сбиваюсь со счета.

– Извини, малая, но мне нужно идти вещи собирать.

Я киваю, не в силах произнести ни слова. Но естественно, Паша не может этого увидеть сквозь телефон.

– Лер, я люблю тебя.

Новая волна слез. Снова истерика.

– И я тебя.

Не в силах сдержаться, быстро сбрасываю вызов и начинаю плакать навзрыд. Опускаюсь на пол и обнимаю колени, опустив на них голову.

Неужели это все? Неужели уже сегодня, его не будет в этой стране?

Кое-как поднимаюсь с пола, только спустя десять минут. Мне кажется, что я выплакала за это время, годовой запас слез. Глаза уже жжет и чувствуется сильная боль в голове.

Самое ужасное в этой ситуации то, что мне нужно идти в таком состоянии в школу. Мне безумно хочется остаться дома, но мне нельзя прогуливать.

* * *

Звенит звонок на первый урок, и я сразу же напрягаюсь. Ненавижу первый урок, особенно если это алгебра, по которой у меня стоит три двойки. Нет, у меня все в порядке с памятью и мышлением, и поэтому я могу решать всякие уравнения, но вот только наш учитель, любит ставить двойки вместо прогулов. Вот так и выходит, что целый день я отсутствовала в школе, но пришла именно на алгебру, чтобы получить двойку.

В класс заходит Милана с каким-то парнем из компании Сотникова. Этот парень, просто держится за ее задницу и лапает все ее места, а в ответ, Мила лишь хихикает и улыбается.

Черт, что происходит с этим миром? Почему каждая вторая легкодоступна? Мне кажется, или я одна из немногих в этом классе, которых можно отнести к порядочным девочкам?! Хотя можно ли меня так назвать, если вчера я умудрилась поцеловаться с двумя парнями?

Сразу вспоминаются холодные губы Антона, отчего я вздрагиваю. С самого утра, меня не покидает чувство некой тревоги. Я пытаюсь отбросить это, но видимо зря. Какое-то волнение вперемешку с адской тревогой, не дают мне спокойствия, как бы я не отвлекалась.

Дверь класса открывается, и входит наша классная руководительница.

– Сегодня у вас вместо алгебры, будет география.

Весь класс начинает возмущаться, но наша любимая Ксения Витальевна, жестом показывает нам закрыть рты. Именно она, ведет у нас географию.

Ненавижу нашу классную руководительницу. Как учитель, она объясняет хорошо, но… Ксении Витальевне, уже далеко за тридцать, а она все никак не может успокоиться и перестать носить откровенные топы с юбками, которые слишком короткие. У учительницы действительно хорошая фигура, и она, таким образом, выставляет все на показ. Всех это раздражает, но никто об этом не говорит. Но как, же это нравится парням. Кто бы сомневался, что в таком возрасте им это интересно, и все они просто обожают географию.

В прошлом году, Ксению Витальевну застукали с одинадцатиклассником. До того момента, лишь ходили слухи, но никто не мог поверить, пока все не увидели воочию. Конечно, у всех был шок, но я не была особо удивлена.

Взгляды парней, сразу же устремляются на ноги Ксении Витальевны. Черт, да у меня футболка длиннее ее юбки. Как вообще директор позволяет такое?

– Внимание, класс. Сегодня мы проведем опрос. Каждый ученик, будет выходить к доске, и отвечать на вопросы по нашей последней теме.

– Но мы ничего не учили, – возмущается мой одноклассник.

– Вы, это и так должны знать.

Я закатываю глаза, понимая, что мне уже никак не спасти эту ситуацию. Только двойки, мне сейчас не хватает.

– Класс! Тишина! – кричит Ксения Витальевна, когда одноклассники начинают ворчать и возмущаться.

Училка, идет к своему столу, и несколько парней присвистывают от вида ее задницы в этой облегающей юбке. Что это вообще такое? Учителя должны давать пример, а не это…

– Итак, кто первый желает пойти к доске?

Все резко замолкают. Никому не хочется, оказаться первому у доски.

– Хорошо. Давайте тогда по алфавиту.

– Только давайте хоть один раз, начнем с конца списка, – жалобно говорит моя одноклассница Марина, ведь по списку класса, она первая.

– Давайте сделаем так, – соглашается учительница, открывая журнал.

Поверить не могу, что она согласилась на просьбу Марины. Такого, раньше не было.

– Чернышев, прошу к доске.

Денис кое-как поднимается со стула и лениво идет к доске.

– Расскажи мне про водные ресурсы.

У меня отвисает челюсть, когда парень рассказывает ей все про эти ресурсы.

– Садись. Пять.

На лице у Чернышева, мелькает ухмылка, и когда Ксения Витальевна отворачивается, он быстро достает из уха наушник. Ну, конечно же. У меня, так явно не получится.

Еще два ученика, действуют по той же схеме: наушник, рассказ, пять.

– Филатова, к доске.

С замиранием сердца иду к доске, молясь, чтобы мне попался вопрос, на который я знаю ответ.

– Расскажи нам, об отраслевой и территориальной структуре мирового хозяйства.

Что? Черт, я даже не запомнила вопрос.

Как полная дура, смотрю на нее и молчу. Я вообще не понимаю этого вопроса, чтобы хоть как-то на него ответить.

– Ну же, Лера. Отвечай, – поторапливает меня Ксения Витальевна, но я продолжаю молчать. Черт. Мне нужно хоть что-то сказать.

Перевожу взгляд на одноклассников, в надежде, что они могут мне помочь. На что я вообще надеялась? Наивная.

– Лера у нас по географии не умная, она умеет только парней за деньги целовать. На спор. И в любви признаваться умеет. Тоже за деньги, – ехидно ухмыляется Диана.

Мой взгляд приклеивается к ней. Мне до безумия, хочется кинуть в нее чем-то. Я пытаюсь дышать ровно и не придавать значению этим словам, но… они действительно делают мне больно. Очень больно.

– Диана, – кричит на нее учительница. – Валерия, вы будете отвечать?

– Я не знаю ответа, на этот вопрос.

– Садитесь. Два.

Не знаю почему, но я чувствую облегчение, когда иду к своей парте.

В голову врезаются слова Дианы. Она знает. Знает про спор Яна. Черт возьми, да они, наверное, все уже знают о том, что Сотников поспорил на меня и мои чувства. Новый укол боли и разочарования, пронзает сердце.

Мне следует забыть все это. Мне необходимо его простить и отпустить, ведь это единственный выход. Но могу ли я, просто его отпустить? И простить, я не в силах. Невозможно забыть человека, который забрал твое сердце.

Я пыталась. Много раз уже пробовала, прекратить любые мысли о Сотникове. Пыталась забыть о его существовании, но у меня это не получалось. Он снова и снова, напоминает мне о себе. Я уже отпустила жалкие попытки все наладить, и просто пустила все на самотек. Будь, как будет. Мне ничего нельзя изменить. А жаль.

* * *

Я набираю номер уже в пятый раз, но Паша не берет трубку. Страх и паника – это все, что я сейчас чувствую. Я боюсь. Даже не знаю чего, но я боюсь. Чувство тревоги, присутствует до сих пор.

– Ты совсем с ума сошел? – кричу на брата, когда он все же принимает вызов.

– Извини, малая. Я не слышал.

– Не слышал? Да я чуть с ума не сошла.

– Прости. Мне жаль.

– Ладно, проехали.

Сквозь дверь подъезда, до меня доносятся звуки дождя. Эта погода, описывает мои чувства изнутри.

– Я как раз, собирался тебе позвонить, – спокойно говорит Паша.

– А ты где?

– В аэропорту. Скоро мой рейс.

– Как? – мои глаза становятся по пять копеек. – Ты же говорил, что твой рейс в десять вечера.

– Его перенесли.

Черт. Я чувствую еще большую тревогу.

Не думать ни о чем плохом. Все будет хорошо. Наверное. Не точно.

– Лер…

– Да.

– Мой рейс объявили.

Первая слеза.

– Ну, иди тогда, – тихо говорю, сквозь ком в горле.

– Я люблю тебя, малая.

Вторая слеза.

– Я тоже тебя люблю.

Третья. Четвертая.

– Я обязательно тебе позвоню, как только появится возможность.

И я верю ему. Он обязательно мне позвонит. Мы обязательно увидимся через полгода. Все будет хорошо. И по-другому никак.

Чем больше будет длиться наш разговор, тем мне будет больнее. Я решаюсь сбросить вызов.

Положив телефон в карман, надеваю капюшон и выхожу из подъезда. Холодный воздух бьет в лицо. Опустив голову, направляюсь к дому Юли. Идти далековато, но у меня нет денег, чтобы ехать на автобусе. Да и желания нет. Хочется подумать обо всем, а прогулка – лучший вариант.

Если бы у меня была возможность не идти к подруге, я бы именно так и сделала. Просто осталась бы дома, рыдая в подушку. Так происходит со мной каждый день. Но есть ли смысл, в моих слезах? Вот и я, его там не вижу. Видимо поэтому, я и иду сейчас к Юле, в такую мерзкую погоду. Дождь, сильный ветер и адский холод. Что может быть еще хуже?

Мой телефон снова вибрирует, и я нехотя достаю его из кармана. Антон. Я улыбаюсь. Все же один его звонок, может поднять мое настроение.

Вчера, от нечего делать, я решила придумать планы на новый год. Он еще не скоро, но мне уже не терпелось все распланировать. Я придумала гениальную идею. С Тошей. Я хочу отмечать этот праздник, именно с ним. Только он еще об этом не знает. Я все ему расскажу, при первой же встрече.

– Да, Тош.

– Привет. Почему ты такая грустная?

– С чего ты взял?

– По твоему голосу.

Ну, вот как у него это получается? Как можно определить состояние человека, только по одному голосу?!

– Паша улетает. Его рейс объявили, буквально несколько минут назад.

Мое лицо мокрое. Слезы сливаются с каплями дождя.

– Лер, не грусти. Все же будет хорошо.

– Наверное, – грустно отвечаю.

– Я уверен в этом. У тебя обязательно, все будет хорошо.

Надежда не умирает. Я верю Антону. У меня снова получилось довериться, даже после поступка Сотникова.

– Ты сейчас не занята?

В голове сразу же появляются мысли, о прогулке с Тошей. А что, если мы просто погуляем, вместо того, чтобы я пошла к подруге?! Мне явно не доставит удовольствия, слушать обсуждения и сплетни от Юли. Но нет, я не могу так поступить. Я обещала ей, что приду. А я держу свои обещания.

– Тош, я с Юлей договорилась встретиться.

– Понятно. Ну, тогда давай завтра увидимся.

– Обязательно увидимся.

Я пытаюсь улыбнуться, но у меня не получается это сделать. Что за черт?

– Лер

– Что?

– Извини меня.

– За что? – спрашиваю в недоумении.

– За вчерашний поцелуй. Я не хотел этого делать. Ну, хотел, но…

– Антон, все хорошо.

– Лер, но…

– Все хорошо, – снова повторяю.

И даже сквозь телефон я понимаю, что Шелыгин улыбается.

– Извини, Тош, но мне пора идти.

– Лер, я тебе…

Не дослушав его слова, сбрасываю вызов. Сама не понимаю, зачем это делаю. Я хочу ему перезвонить и услышать окончание фразы, но не делаю этого.

Ухмыльнувшись, захожу к Юле.

* * *

– Проходи, давай, – улыбается мне подруга и отходит немного от двери, чтобы я вошла в квартиру.

Зайдя, снимаю верхнюю одежду и пытаюсь не смотреть Юле в глаза.

– Лееер.

– Что?

Я делаю вид, что занята просмотром картины, не поворачивая головы.

– Посмотри на меня.

Подруга подходит ко мне и поворачивает мое лицо к себе, тем самым вынуждая смотреть ей прямо в глаза.

– Что происходит?

– Я не знаю, Юль. Паша улетел, и мне плохо от этого. С Антоном, у нас все как-то странно. С Я…, – мне удается вовремя зактнуться, не успев произнести его имя. – Юль, я ничего не понимаю. Я совсем не понимаю почему, но мне страшно. Я боюсь, не зная чего. На душе какая-то тревога.

– Господи, Лера, – подруга подходит ко мне и обнимает. Крепко. Но я почему-то не чувствую той защищенности и того спокойствия, как в объятиях Тоши или Паши.

– Что с тобой происходит?

В ответ лишь пожимаю плечами. Я сама не знаю, что со мной творится.

Минуты три, мы так просто стоим, обнявшись, пока я плачу у Юли на плече.

– Лерка, все будет хорошо.

Снова. Снова я слышу эту фразу. Все вокруг пытаются меня убедить, что все будет хорошо, но, ни черта все не хорошо.

Я отступаю от подруги.

– Давай не будем. Пожалуйста. Я не хочу говорить ни о чем.

Юля кивает в знак согласия. Она понимает меня. Какие бы у нас не были разногласия, она понимает, что я чувствую.

Не сказав ни единого слова, иду к подруге в комнату. Юля, молча, следует за мной.

– Включай пока телевизор, я пойду за мороженым.

Я киваю, и Красильникова выходит из комнаты. Подхожу к столу, на нем включенный ноутбук. Я подхожу еще ближе и смотрю на экран. Юля не вышла из своей страницы «ВКонтакте». Не осознавая своих действий, захожу в ее сообщения.

– Какого черта? – тихо шепчу, замечая диалог с Сотниковым.

Я не должна это читать. Нет, это неправильно. Вместо этого, захожу к нему на страницу. Что за черт? На аватарке, у него стоит фотография, где он с какой-то девушкой, которую я явно не знаю. Мой взгляд падает на его семейное положение…

Быстро выйдя из его страницы, выбегаю из комнаты Юли.

– Лер, ты…

– Я в туалет, – быстро отвечаю, встретив в коридоре подругу.

Закрывшись в ванной комнате, делаю глубокий вдох.

Поверить не могу. Как такое возможно? В семейном положении у Яна, стоит: « влюблен в Екатерину Фролову».

Что за черт? Кто эта девушка? Какого хрена, Сотников в нее влюблен? Ян не встречается с девушками больше двух недель, и уж точно не афиширует, что влюблен. Если бы он действительно испытывал к кому-то такие чувства, то Юля бы давно мне это рассказала. Она знает все.

У меня нет интернета, и мне никак не зайти самой на его страницу. Да, да, это очень странно и немного дико, что у меня нет интернета, ведь в таком возрасте, он есть у всех. Подросток без интернета – странность в современном мире.

Окончательно успокоившись, выхожу из ванной комнаты и иду к Юле.

– У тебя все нормально? – настороженно спрашивает подруга.

– Более чем.

Вау, у меня даже получается улыбнуться.

– Иди, садись. Я нам фильм скачала.

Без слов, сажусь возле подруги и беру свою порцию мороженого. Юля включает фильм, улыбаясь мне.

* * *

Я истерично смеюсь с шутки главного героя. А этот фильм, не так уж и плох. Подруга выбрала американскую комедию, от которой мы не прекращаем смеяться. Когда заканчивается фильм, я хмурюсь.

– Черт, а это отличная комедия.

– Я знаю, – с самодовольной улыбкой говорит Юля и выключает телевизор.

Я кидаю в нее подушку, и другая подушка летит в меня.

Минут пять мы продолжаем этот «бой», пока я не падаю на кровать. Красильникова ложится вслед за мной.

– Как у тебя с Владом?

Юля широко и счастливо улыбается.

– Все отлично. Он так заботится обо мне.

– Ты выглядишь счастливой, – замечаю я, убирая с лица волосы.

– Мне с ним хорошо. Мы почти все делаем вместе. Он такой хороший. Никогда не обижает меня. Черт, я ни с кем, не была так счастлива.

Я, конечно, все понимаю, это подруга и все такое, но зависть просто бьет через край.

– Круто, – тихо шепчу. – А сколько времени?

– Уже одиннадцать.

– Ого. Юль, мне уже домой пора.

– Может, останешься на ночь?

В ответ качаю головой.

– Ну, давай, я тогда хотя бы попрошу, чтобы тебя провели домой. Извини, но я не могу с тобой пойти.

– А кого ты попросишь?

– Яна.

У меня пересыхает во рту.

– Какого Яна? – хрипло спрашиваю.

Юля закатывает глаза.

– Сотникова. У него девушка живет в этом доме, но только не втором этаже. Катя Фролова. Он сейчас у нее должен быть.

Адская боль пронзает сердце.

– Нет. Я сама пойду. Не маленькая.

– Ну ладно.

Выдавливаю из себя улыбку и выхожу из Юлиной комнаты.

– Пока, – тихо говорю, широко улыбаясь. – Это был отличный вечер. Спасибо, что подняла настроение.

Подруга улыбается и крепко меня обнимает.

– Я пойду.

Красильникова кивает, и я выхожу из квартиры.

– Я позвоню тебе, – кричит мне вслед подруга.

– Хорошо.

Все мои мысли забиты Сотниковым. Он влюблен. Черт возьми, Ян влюблен в какую-то девушку, которая живет в этом самом доме, из которого я сейчас выхожу.

На улице уже слишком темно, только лишь несколько фонарей освещают улицу.

– Эй, девушка постой. Давай познакомимся, – слышу я чей-то омерзительный голос за спиной. Акцент не русский.

Не поворачивая головы, иду подальше от этого дома, ведь в подъезд мне уже никак не зайти.

– Ну, куда же ты спешишь?

Я ускоряю шаг. Меня резко разворачивают сильные крепкие руки и прижимают к себе. Запах алкоголя врезается в нос, отчего я морщусь. Пытаюсь вырваться, но меня лишь сильнее прижимают и целуют. Ох, черт. Я сильно кусаю губу этого парня, отчего он сразу же отстраняется от меня.

– Ты больная? – кричит он.

Сорвавшись с места, бегу к двери подъезда, но меня снова останавливают.

– Помогите! – кричу изо всех сил.

Мне закрывают рот рукой и снова прижимают к себе. Черт. Я чувствую, как что-то холодное прикасается к моей шее. С ужасом, понимаю что это.

– Будешь кричать – пожалеешь, – шепчут мне на ухо. Я вздрагиваю от этого тона. – Поняла?

Я киваю. Сердце просто уходит в пятки.

Сейчас я могу умереть. Черт возьми, я сейчас могу просто погибнуть. Нелепо и глупо.

Парень убирает нож от моего горла. Затем убирает руку от моего рта.

У меня есть возможность кричать и просить о помощи, но я слишком напугана. Он может меня убить. Этот придурок, может сейчас меня прикончить.

Он поворачивает меня к себе лицом. Чувствуется сильная боль в области щеки. Не выдержав, выкрикиваю от боли.

Краем уха слышу, как хлопает дверь подъезда. Меня отталкивают, и я падаю на землю. Чувствую дикий холод, ведь земля слишком холодная и мокрая после дождя. Закрываю глаза и совсем не обращаю внимания на своего «спасителя». Мне уже плевать, из-за кого меня отпустил этот придурок. Мне просто до ужаса страшно.

– Отвали от нее, – слышу чей-то голос, но звук доносится ко мне лишь эхом.

Звук удара. Далее, я просто отключаюсь от реальности, погружаясь в себя.

Почему я здесь сижу? Мне нужно срочно убегать отсюда. Я понимаю, что мне необходимо скорее подняться и убежать, но тело отказывается подчиняться. Я просто продолжаю сидеть на этой сырой земле, обхватив свои колени.

Внезапно меня поднимают с земли, и я кладу голову на чью-то крепкую мужскую грудь. Сильные руки крепко обнимают меня, сильнее прижимая к себе. Я не сопротивляюсь.

– Тише, – шепчет мне на ухо приятный голос, но из-за своих всхлипов, я не особо его слышу. – Тише. Все хорошо.

В нос ударяет знакомый запах парфюма. Глаза сразу расшириваются, и я поднимаю голову.

Что? Все это, сейчас действительно происходит?

– Что? Что… – слова застревают в горле. Катастрофически не хватает сил, чтобы что-либо ему сказать.

– Лер, тише. Тише.

Он снова прижимает меня к себе, и я крепко его обнимаю. Поверить не могу в происходящее.

Ян. Меня обнимает и успокаивает сам Сотников. Он спас меня от насильника. Меня только что чуть не изнасиловали, а я как идиотка, улыбаюсь в объятиях Сотникова. Что происходит? Почему я чувствую сейчас, некое спокойствие в его руках?

Сотников делал мне больно. Унижал, оскорблял, поспорил на мои чувства к нему, но я могу хоть сейчас закричать ему, о своей любви. Ну почему я не могу возненавидеть этого человека?! Ненависть, лишь изредка проявляется по отношению к Яну. Но даже если она и появляется моментами, то только безумная и быстроисчезающая.

– Ян? – хрипло спрашиваю.

– Лер, тише. Ты ходить можешь?

В ответ киваю. Слезы застывают на глазах. Парень обнимает меня за плечи и ведет в сторону моего дома.

Я молчу. У меня не хватает смелости с ним заговорить. Ян тоже молчит. Видимо, ему просто противно со мной разговаривать. Если он так сильно меня ненавидит, тогда почему он это сделал? Почему спас?

– Ян…

– Молчи, – его голос не сочится ядом, но в нем все равно есть капли ненависти.

– Мне нужен, только ответ на один вопрос.

– Я слушаю.

Набравшись в легкие побольше воздуха, спрашиваю:

– Зачем?

– Что «зачем»?

– Зачем ты спас меня?

Сотников останавливается, всматриваясь в мои глаза.

– Ты долбанутая?

– Что? – спрашиваю в недоумении. Он сейчас собрался меня оскорблять? Ну, уж нет.

– Ты хотела, чтобы он изнасиловал тебя?

Опустив голову, чувствую себя нелепо из-за того, что такое спросила.

– Нет, я просто… Ты ведь меня ненавидишь… А тут… помогаешь мне.

– Просто молчи. Это ничего не меняет, просто я…

Я смотрю ему прямо в глаза, но даже в темноте, я вижу там что-то особенное. Сейчас в его глазах, нет ненависти. Немного странно, но мне нравится.

Все остальное время, мы идем в полной тишине. Ян обнимает меня, чтобы я не упала, так как ноги у меня подкашиваются. Пару раз я все же спотыкаюсь, но парень не дает мне упасть.

Когда к моему дому остается всего пару метров, я снова решаюсь заговорить.

– Ты ведь ненавидишь меня.

– Да, и что?

Я не могу понять свои чувства. Уже в который раз, мне и не плохо, и не хорошо.

– Зачем? – снова спрашиваю.

Ян останавливается и берет мое лицо в свои ладони.

– Это опять какой-то очередной спор? Что? Что в этот раз я должна сделать, чтобы ты выиграл деньги? Что? – кричу, даже не пытаясь сдержаться. Отхожу немного от Сотникова, но не прекращаю смотреть ему в глаза. – Что тебе нужно от меня?

– Ты – моя игрушка.

– Я человек, а не вещь.

– Ломать тебя, могу только я. Никто другой. И делать с тобой все, что угодно, могу только я.

– Ты никогда не сломаешь меня, – тихо говорю.

– Посмотрим, куколка.

Я качаю головой.

– Я не кукла, и никогда не сломаюсь. У меня есть чувства. Я не пустая внутри, как кукла. Я человек.

Ян делает глубокий вдох и запускает руку в свои волосы.

– В любом случае, я бы все равно тебя спас от этого придурка. Что бы между нами не происходило, я уже не представляю себя, без тебя. Каким бы ублюдком я не был, но мне действительно жаль за тот спор.

От шока, у меня открывается рот.

– Снова спор?

– Нет. Я больше не собираюсь на тебя спорить.

– Я тебе не верю, – качаю головой.

– Твое право.

Не верить. Не доверять.

– Ты влюблен в Катю? – выпаливаю, прежде чем успеваю подумать.

– Я был влюблен, всего один раз в своей жизни. Мне хватило.

Ох, черт. Мне хочется что-то сказать, но Сотников уходит.

Прихожу в чувства, я только в своей квартире. Меня переполняют эмоции. Нет такого слова, которое полностью бы описало мое внутреннее состояние.

Я счастлива? Если скажу, что нет, то совру. Первый раз я счастлива из-за Яна. Я провела отличный день с Юлей. Эта помощь и признание Сотникова, выбили меня из колеи. Как идиотка, я улыбаюсь. Настроение просто на высоте.

Сняв верхнюю одежду, иду на кухню. Сделав себе чай, следую в гостиную и включаю телевизор. Ну, как и всегда, нечего смотреть, поэтому включаю местные новости.

Улыбка не сходит с моего лица, пока я утопаю в своих мыслях.

«Я уже не представляю себя, без тебя»

Улыбка становится еще шире.

«Каким бы ублюдком я не был, но мне действительно жаль за тот спор»

Что может быть еще лучше для влюбленной дуры, привыкшей к ненависти?

Мой взгляд устремляется на телевизор, но я совсем не обращаю внимания на то, о чем там говорят. Моя голова целиком и полностью забита Яном, пока голос телеведущей, не привлекает мое внимание.

– Сегодня на окраине города, произошло ужасное ДТП. Столкнулся мотоцикл с грузовым автомобилем. Водитель грузовика не справился с управлением, вследствие чего, и произошла автокатастрофа.

– Ужас, – тихо говорю, выпивая чай.

– Погиб водитель мотоцикла, а водитель грузовика находится в реанимации, – продолжает вещать телеведущая. – Стало известно о парне, который погиб. Это молодой человек Антон Шелыгин…

На экране появляется фото мотоцикла Тоши, в разбитом состоянии, и сам Антон в окровавленном виде.

Звук разбитого стекла, заполняет комнату.

Глава 24

– Меня зовут Антон, и я подошел узнать, почему ты плачешь.

– Со мной все нормально.

– А ты сильная, раз продолжаешь меня убеждать сквозь слезы, что у тебя все нормально.

На щеках у парня, появились красивые ямочки.

– А что, если ты мне понравилась?

В оцепенении, я стояла перед ним.

– Почему ты такая равнодушная? Неужели мы не можем просто общаться?

– Лера, – быстро ответила я и ушла.

* * *

– Я тебя напугал? – шепнул мне Антон.

– Нет.

– А ты чего здесь делаешь?

– С подругой гуляю.

Первое неловкое молчание.

– Дай мне, пожалуйста, свой телефон, – неожиданно попросил парень.

Я достала из кармана телефон и протянула его Антону. Он быстро переписал себе мой номер и вернул телефон.

– Спасибо.

Снова улыбка с шикарными ямочками.

* * *

– Почему ты не отвечаешь на звонки?

Я нахмурилась, не понимая с кем, говорила по телефону.

– Ты не узнаешь мой голос?

Чувствовалась неловкость.

– Нет. Скажи свое имя, и я пойму.

– Антон.

А я уже и забыла о нем. Я чувствовала себя паршиво, из-за своей тупости.

– Может, погуляем сегодня?

Хочу ли я погулять с ним?

– Хорошо.

– Через час в парке?

– Давай.

Улыбка появилась на моем лице, и быстро собравшись, я пошла в парк.

– Привет, а ты мило выглядишь.

– Спасибо.

– У тебя есть парень?

– Нет. А у тебя есть девушка?

– Нет.

Он явно подумал, что понравился мне.

Смех. Радость. Счастье.

– Хорошо, куколка.

– Никогда меня так не называй.

Неожиданная встреча с Яном. Шок. Гнев.

– Я домой. Пусти меня.

– Кто тебе тот парень? – спросил Антон.

– Оставь меня в покое.

Ссора. Разочарование. Безразличие.

* * *

«Лер, не молчи», и еще пять сообщений от Антона с извинениями.

– Тоша? – переспросил парень.

– А ты что против, если я тебя буду так называть?

– Нет.

* * *

Желания идти на улицу не было, поэтому я и сказала это:

– Давай посидим в моей квартире.

– Скоро буду.

Помощь. Забота.

– Все нормально, Лер. Ты спи, а я пойду.

«Ты очень мило спишь. Я не стал тебя будить. Извини, если что не так. Антон»

* * *

– Лер, что ты ко мне чувствуешь?

– Я очень сильно тебя люблю, но как друга. Как к парню, я к тебе ничего не испытываю.

Адская боль Антона, чего мне совсем не хотелось.

– Я не могу врать тебе о любви, которую не испытываю.

– Зачем ты меня тогда поцеловала?

– Я не знаю. Мне захотелось тебя поцеловать. Мне бы очень хотелось, чтобы мы остались с тобой друзьями.

– Конечно.

Я причинила боль дорогому мне человеку, и просто не могла поступить иначе. Правда сделала больно.

* * *

– Я тебя здесь не оставлю. Поживешь пару дней у меня.

Собрав свои вещи, я улыбнулась Антону. Он взял мою сумку, и мы вышли из квартиры.

– Мама не будет против, что ты пока у нас поживешь.

– А папа?

– А папа умер, еще до моего рождения.

– Все будет хорошо, – шептала я ему на ухо.

* * *

– Тош, почему ты со мной так возишься?

– Ты дорога мне.

Мне было легко. Просто удивительное чувство.

– Расскажи мне о своем отчиме, – попросила я Антона.

– Он ненавидит меня. Иногда поднимает на меня руку, но я не могу этому никак помешать.

* * *

Антон обнял меня за плечи.

– Дай мне свою руку.

– Зачем?

Тоша взял мою руку и попросил закрыть глаза.

– А теперь открывай.

– О, Боже, Антон. Ты ведь сам мне говорил, что оно – твой талисман.

Я внимательно смотрела на свой средний палец, на котором было серебряное кольцо Тоши.

– Лер, я хочу, чтобы оно было у тебя. Оно теперь твое.

* * *

Я подошла к окну и внимательно смотрела на снег, который продолжал сыпать на улице.

– Я люблю снег, – тихо сказал Тоша.

– Я знаю, – прошептала я. – Паша улетает скоро.

– Лер, не нужно так грустить.

* * *

– Любовные записочки?

Лицо Антона сразу изменилось, как только он прочитал эту записку. Записку от Яна.

– Что у вас случилось? За что ему жаль?

– Давай не будем об этом говорить.

На лице Тоше, была только боль и некая озлобленность.

– Мы завтра увидимся, – шепнул мне Антон.

Грусть и пустота. Больше ничего.

* * *

– Хочешь прокатиться на мотоцикле?

Шок отражался на моем лице.

– Пообещай мне, что не будешь ездить на мотоцикле в такое время.

– Обещаю.

* * *

Отличное настроение. Шикарная прогулка. Легкое прикосновение губ, что даже и поцелуем, сложно было назвать. Чувствовался испуг от таких холодных губ Антона. Поцелуй не должен быть таким холодным.

На губах долго держался холод.

* * *

– Почему такая грустная?

Ну, вот как только у Тоши получалось определять мое настроение, только по голосу?

– Лер, не грусти. Все будет хорошо. Ты сейчас свободна?

Мне хотелось бросить все и побежать к нему, но я обещала встретиться с Юлей.

– Давай завтра увидимся.

– Обязательно увидимся.

Что со мной происходило, я не могла никак понять.

– Я хочу извиниться за вчерашний поцелуй.

– Антон, все хорошо. Извини, но мне пора идти.

Снова чувствовалась тревога, но я не подавала этому значения.

– Лер, я тебе…

Я отключила вызов, сама не понимая почему.

* * *

– Сегодня на окраине города, произошло ужасное ДТП… Погиб водитель мотоцикла, а водитель грузовика находится в реанимации. Стало известно о парне, который погиб. Это Антон Шелыгин…

На экране появилось фото мотоцикла Антона, в разбитом состоянии, и сам парень в окровавленном виде.

* * *

Самые. Длинные. Пять. Минут. В. Моей. Жизни.

Сердце вырывается из груди. Руки дрожат. Слезы размывают видимость.

А что еще должны чувствовать люди, в такой ситуации?

Я не верю. Не верю телеведущей. Не верю этим новостям. Это обман. Это не может быть реальностью. Никак не может.

Весь мир сошел с ума. Мой чертов маленький мир, в котором я живу, вмиг рухнул. Остаются лишь одни осколки, пепел, но ничего целостного.

Я думала, что сломаюсь из-за Яна. Мне каждый раз, было до ужаса больно и обидно. Но лишь теперь я понимаю, что такое настоящая боль. Боль от потери любимого и дорогого человека, никогда не сравнится с физической. Никогда.

Сделав глубокий вдох, перевожу взгляд на входную дверь, перед которой я стою уже три минуты. Черт. У меня просто не хватает смелости, нажать на звонок. Мне страшно услышать правду. Я лишь надеюсь, что это шутка, вымысел, что угодно, но только не то, что я услышала.

Дрожащей рукой дотягиваюсь до дверного звонка и легонько нажимаю на него. Закрыв глаза, немного отступаю назад.

Пусть дверь откроет Антон. Пусть дверь откроет Антон. Пусть дверь…

Дверь открывается, но я не открываю глаза.

Никогда в жизни, я не хотела чего-то так сильно, как сейчас хочу, чтобы ко мне подошел Тоша, обнял и сказал, что все будет хорошо. Безумно хочется почувствовать его тепло, свежий и такой родной запах. Я мечтаю вновь увидеть его улыбку, те самые ямочки, от которых я без ума.

– Лера…

Я открываю глаза. Передо мной стоит Виктория Александровна. Пытаюсь не смотреть на нее, но опухшие красные глаза, невозможно не заметить. Сделав вдох, в надежде смотрю на нее.

– Это шутка, да? – тихо шепчу, боясь нарушить тишину.

Мама Антона вытирает свои глаза салфеткой и подходит ко мне. Она крепко обнимает меня, и я отвечаю взаимностью.

Нет. Нет. Нет.

Пусть лучше она плачет потому что… да неважно почему, но только не из-за того, о чем я думаю.

– Скажите мне, что это шутка, – умоляюще шепчу.

Виктория Александровна всхлипывает. Я тоже не сдерживаю своих эмоций.

Минут пять, мы просто стоим обнявшись.

Нет сил, верить. Я не верю во все это. Сейчас обязательно должен выйти Антон и сказать, что разыграл меня. Он обещал мне, что мы сегодня увидимся. Обещал.

Я жду. Я все же жду, когда он выйдет, и я смогу вновь его обнять. Время идет, а его все нет.

Услышав какой-то шум в квартире, отпускаю Викторию Александровну и буквально бегу к этому шуму. Сейчас, должен появиться Тоша и улыбнуться мне, но где он, черт возьми?!

Ко мне подходит какой-то мужчина. Я быстро моргаю, в надежде, что у меня просто ухудшилось зрение, и из-за этого, я не вижу Антона. Этот мужчина подходит к маме Тоши и обнимает ее.

– Тише, Вика, тише, – говорит он ей. – Ему там хорошо. Ты не виновата, что Антон разбился.

Я быстро хватаюсь за какой-то стул, чтобы не потерять равновесие.

«Антон разбился». Одна чертова фраза, и все. Мир окончательно рухнул.

Это правда. Все это действительно, правда.

Со всей силы бью рукой о стену, пытаясь заменить душевную боль, физической. Я начинаю кричать неистовым и бешеным криком. Второй удар по стене. Третий. Чувствуется небольшая боль в руке, но я не останавливаюсь, пока меня не уводят.

– Антон жив. Слышите? Он не мог умереть. Он жив. Он не оставил бы меня здесь одну, – кричу из последних сил.

В один миг все сливается, и я отключаюсь от этого мира.

* * *

– Тоша! – кричу из последних сил.

Я нахожусь в его квартире и хожу из комнаты в комнату, пытаясь его найти.

– Антон!

Ничего. Совсем ничего. Одна тишина, которая доводит меня до безумия.

– Лера, – слышу за спиной и резко оборачиваюсь.

Не сдерживаю слез, когда вижу перед собой Антона. Бегу к нему и крепко обнимаю. Он такой теплый, такой родной.

– Тоша, – шепчу ему в шею.

– Лера.

– Я с ума сходила. Где ты был? Мне такую чушь говорили.

Парень обнимает меня еще крепче. Слез становится еще больше.

– Это не чушь.

– Что? – отстранившись от него, спрашиваю.

– Это правда.

– Что, правда?

– Все, что тебе говорят – правда. Не делай иллюзию.

– Я тебя не понимаю, – качаю головой, пытаясь вникнуть в его слова.

Тоша подходит ближе ко мне и берет мое лицо в свои руки.

– Милая, послушай, я пришел попрощаться.

– Что? Не говори это слово.

– Меня больше нет, а ты есть. Я хочу сказать тебе огромное спасибо за все то, что мы пережили. Никогда в жизни, я не был так счастлив. Ты подарила мне счастье. Милая, ты самая лучшая. Я буду твоим ангелом. Слышишь? Я всегда буду рядом. Всегда.

Губы Антона прижимаются к моим, в легком и быстром поцелуе. Меня начинает трясти от ощущения его холодных губ. Черт, они такие же холодные, как и тогда.

– Прощай, Лер.

– Что? Что ты несешь?

– Держись подальше от него.

– О чем ты? От кого, мне держаться подальше?

– Ты знаешь, о ком я говорю.

Тоша отступает от меня.

* * *

Резкий и неприятный запах, вырывает меня от Антона. Мне страшно открывать глаза.

– Лерочка, ты меня слышишь?

Нет, не слышу. Я никого не хочу слышать. Совсем никого. Только Тошу.

Снова резкий запах нашатырного спирта, врезается мне в нос. Я поднимаюсь с постели, на которой лежу, но не открываю глаза.

Верните меня, пожалуйста, туда, где я только что была. Туда, где Антон.

– Открой глаза. Лер, ты меня слышишь?

Я киваю, но не выполняю просьбу. Мои щеки мокрые от слез, а глаза ужасно болят. Медленно открываю один глаз, затем второй. Возле меня сидит Виктория Александровна.

– Где Антон?

Вместо ответа, мама Тоши опускает голову и вытирает глаза.

– Он был здесь. Я говорила с ним.

В голове сразу всплывают его слова: «Держись подальше от него. Ты знаешь, о ком я».

Он прав. Я знаю, о ком он говорил. Конечно же, о Яне. Но вот только почему, я должна держаться от него подальше? Я и так не близка к нему.

– Когда все произошло? Как вообще так получилось? – шепчу в пустоту.

Виктория Александровна смотрит на меня, и такое чувство, будто я общаюсь с Тошей. Слишком больно смотреть ей в глаза.

– Мне позвонили несколько часов назад из полиции, попросили приехать, но не сказали причину. Просто назвали место. Я ничего не подозревала, просто поехала туда. Сразу же увидела полицию и большое скопление людей. Именно тогда я поняла, что что-то случилось. Все было, как в тумане. Я подошла к одному из полицейских и спросила, что происходит.

Виктория Александровна замолкает, вытирая глаза.

– А он? Что он сказал?

– Спросил мою фамилию. Когда я ответила, он спросил, мать ли я Антона. Тогда я просто кивнула. Без слов, он повел меня в эту толпу. Вдалеке, я заметила рюкзак Антона. Он просто валялся на земле. Ко мне тогда, подошел еще один полицейский и начал успокаивать, а я не понимала, что происходит. Нет, я понимала, но боялась, что это подтвердится. В тот момент мне сказали, что Антон разбился на мотоцикле.

Это сон. Это иллюзия.

«Все, что тебе говорят – правда. Не делай иллюзию»

– Я не поверила в это, – продолжает мама Антона. – Я сразу же побежала в эту толпу. Когда увидела мотоцикл Антона, если его можно было тогда так назвать, во мне что-то щелкнуло, и я все поняла. Мотоцикл был просто грудой железа. Я пыталась найти Антона глазами, но его нигде не было. Я вновь подошла к полицейскому и спросила, где мой сын. До последнего верила и надеялась, что он хотя бы в больнице, что он жив. У меня спросили, хочу ли я видеть его тело. Конечно же, я согласилась. Когда я увидела это безжизненное тело, то просто упала перед ним на колени, умоляя его открыть глаза. Но он не делал этого. Его тело, было просто изуродовано.

Виктория Александровна снова всхлипывает, и я придвигаюсь ближе к ней и обнимаю.

– Почему вы здесь? Почему не с ним?

– Его тело в морге. Мне запретили находиться там, после моей истерики. За мной приехал Андрей, ну отчим Антона, и увез меня домой.

Это не сон. Черт возьми, это суровая реальность.

* * *

– Лер…

– Что?

– Ты, наверное, иди домой. Поздно уже. Ничего такого не подумай, я тебя не выгоняю, просто тебе нужно отдохнуть. Ну, можешь остаться и здесь.

Я качаю головой. Мне действительно пора домой. Уже около пяти часов утра.

– Нет, все нормально. Мне пора идти.

– Может тебя проводить? – любезно спрашивает Виктория Александровна.

– Я в порядке.

Кое-как поднявшись со стула, иду в коридор. Я надеваю верхнюю одежду и подхожу к двери.

– Когда похороны? – мой голос срывается на последнем слове.

– Завтра. Сегодня нам нужно со всеми договориться. Ты же придешь на них?

– Я не знаю. Я, наверное, не смогу.

И это правда. Я не пойду на похороны. Я просто не смогу смотреть на его тело. Тело. Не на Антона. На тело.

Открыв дверь, выхожу из этой квартиры. Квартиры, в которой жил мой лучший друг и самый лучший человек, которого я когда-либо встречала.

– Лер, постой, – кричит мне вслед мама Антона.

Медленно оборачиваюсь.

– Это тебе, – говорит Виктория Александровна, протягивая мне какую-то тетрадь.

– Что это?

– Я нашла ее, в вещах Антона. Это его дневник.

– Дневник?

У меня никогда не было своего дневника, куда я записывала бы свои чувства. Мне даже казалось это смешным. Ровно до этого момента.

– Да, дневник. Там, я случайно увидела запись о тебе. Я решила, что тебе это будет нужно.

Кивнув, молча, забираю тетрадь.

Глава 25

Просыпаюсь от адской боли в голове. На часах, уже час дня. Поднявшись с постели, иду в душ, в надежде, что так смогу полностью проснуться.

После душа, снова возвращаюсь в свою комнату. Взгляд падает на мою руку.

«Лер, я хочу, чтобы оно было у тебя».

Воспоминания не дают спокойно дышать.

Я подхожу к окну и легонько улыбаюсь, когда замечаю, что там идет снег.

«Я люблю снег»

Одна слеза скатывается по щеке.

«Я люблю тебя»

Вторая.

«Ты дорога мне»

Третья.

Когда я делаю глубокий вдох, мой телефон начинает вибрировать. Взяв его в руки, вижу на экране «Юлька». Отклоняю вызов и бросаю телефон на кровать.

Мне совсем не хочется ни с кем говорить и никого слышать.

Глаза устремляются на тетрадь, которую мне дала Виктория Александровна. Взяв ее, сажусь на кровать. С замиранием сердца, открываю первую страницу.

* * *

«Господи, какой же замечательный день. С утра, у меня было ужасное настроение, но потом все резко изменилось. Я встретил самую красивую девушку на свете. Она просто сидела в парке на лавочке и плакала. Каким-то образом, я чувствовал ее боль и страдания. Мне удалось набраться смелости и подойти к ней, чтобы предложить свою помощь. Я был готов прямо в тот момент, отдать ей все, что у меня есть, только бы она не плакала. С трудом, но у меня все же получилось узнать ее имя. Безумно хочется с ней еще увидеться. Очень надеюсь на это»

* * *

«Случайностей не существует. Ничто не случайно. Я все же увидел ее. Леру, невозможно не заметить. Я узнаю ее из тысячи. Она была одна, и я без раздумий подошел к ней и попросил ее номер. И вот, я позвонил ей, предложив сходить погулять. Меня даже немного обидело, что она не узнала мой голос. Но ведь это совсем не страшно, учитывая, что она мне безумно понравилась»

* * *

«Черт возьми, я влюбился. Я влюблен в самую лучшую девушку в мире. Лера очень хорошая, хоть она и думает обратное. Одной ее улыбки, мне хватает для счастья. Один ее взгляд, и мое сердце бьется, как бешеное. Я схожу с ума от этой девушки. Мне хочется поцеловать ее и сказать о своих чувствах, но я боюсь, что это ее отпугнет. Никогда не мог бы подумать, что смогу так сильно полюбить. Мы знакомы не так уж и давно, но я уверен в своих чувствах к ней. Во всем этом, есть одно огромное НО. Лера влюблена в какого-то парня, по имени Ян. Я видел ее реакцию на него. В ее глазах был страх».

* * *

Я бросаю тетрадь на стол и закрываю глаза руками.

Было время, когда я обещала больше не плакать. Чушь, сильные тоже плачут. А я сильная. Я смогу все это пережить. Когда-нибудь смогу улыбнуться. Ведь когда-то, все будет хорошо. Ну а пока, мне остается только одно – терпеть. Терпеть все это и надеяться, что в скором времени я счастливо улыбнусь. Когда-нибудь. Не сейчас.

Телефон снова напоминает о себе. Глубоко вздохнув, беру его в руки. Мне снова звонит Юля, и я принимаю вызов.

– Лера, твою мать, почему ты трубку не брала?

– И тебе привет.

– Ты дома?

– Да.

– Ты уже знаешь об… Антоне? – неуверенно спрашивает подруга.

– Да, – отвечаю дрожащим голосом.

– Ты держишься?

– Пытаюсь.

Я действительно пытаюсь, но у меня не получается.

– Я приеду, как только смогу. Меня сейчас нет в городе, но я скоро вернусь. Сегодня буду у тебя.

– Хорошо.

У меня снова начинается истерика. Меня нереально трясет. Никак не получается успокоиться.

– Лер…

– Что, Юль?

– Когда будут похороны?

– Завтра.

– Ты пойдешь?

– Нет.

Для себя, я еще ничего не решила по поводу похорон. Мне адски тяжело, но я постараюсь найти в себе силы туда пойти. Я должна.

– Ты уже виделась с его родственниками?

– Да, – тихо отвечаю.

– Ну и как они?

– Юль, ну а как они должны себя чувствовать? Его мама кое-как держится. У нее умер сын. Понимаешь? – кричу, окончательно сорвавшись.

– Извини.

Черт, я сделала Юлю виноватой в том, что сама на нее накричала.

– Это ты, меня извини. Просто… я не знаю, что мне дальше делать. Не описать словами, как мне сейчас хреново. Никогда прежде, я не чувствовала себя такой… разбитой.

– Лер, держись там. Все это ужасно. Я безумно сожалению, что меня сейчас нет рядом с тобой. Как только приеду в город – сразу к тебе.

– Хорошо.

Мне сейчас плевать, где находится Юля, с кем она и что делает.

Боль, делает людей пофигистами.

Я сбрасываю вызов. Подношу руку с кольцом, к сердцу, и плачу. Казалось бы, откуда берется столько слез, если я не прекращаю рыдать почти сутки?! Поднявшись с кровати, подхожу к столу. Около пяти минут роюсь в одном из ящиков, пытаясь найти нужную вещь.

Когда мне все-же удается ее найти, сразу же открываю. Зачем я это делаю, не знаю, но мне безумно хочется это увидеть.

«Ты очень мило спишь. Я не стал тебя будить. Извини, если что не так»

Есть нормальные люди, когда им плохо они делают все, чтобы стало легче, а есть я…

* * *

«Я попросил у нее шанс. Я хочу доказать ей, что я не Ян. Я люблю ее. Безумно больно знать, что я совсем не интересен Лере, но я этого не показываю. Она просто сказала, что ей плевать. Это был удар под дых. Не сдержавшись, признался ей в любви. Я говорил чистую правду, но Лера не поверила мне. На эмоциях, ответил ей грубо из-за всей боли внутри. Я буду ждать, надеяться, что все будет хорошо. Чувствую себя полным придурком, нагрубив ей. »

* * *

Ноль эмоций. Ноль чувств. Пустота.

Слезы уже закончились, и мне просто нечем плакать. Я стою возле окна, и пустым взглядом, смотрю в него. На улице снова идет снег. Антон любил снег. Я не хочу говорить о нем, в прошедшем времени.

Он есть. Антон живет. Но только не здесь. Не в этой реальности. Но все же он есть.

Мне приходит сообщение, но я игнорирую его.

Эмоционально убита. Внутреннее сломана. Но не Яном, как он говорил мне, что именно он сломает меня.

Черт, Ян. Я и забыла о нем. Мне всегда хотелось не думать о нем, хотя бы день, но не такой ценой. Сейчас мне глубоко плевать на него. Мне кажется, или я больше его не люблю. Нет, это только, кажется. Стоит мне его увидеть, и я снова сойду с ума, как было всегда.

Вся эта ситуация, выбила меня из колеи. Никогда не могла бы подумать, что такое может случиться. Первое время, я даже не ценила его. А что теперь? Теперь его нет. Антона больше нет. Его тело лежит в чертовом морге, пока все люди радуются жизни. Есть люди, которые сейчас улыбаются, смеются, а он… Больше никогда я не увижу его улыбку и счастливое лицо. Никогда.

Взяв в руки телефон, читаю входящее сообщение от Юли.

«Буду у тебя, через полчаса»

Бросаю телефон на стол и снова беру тетрадь. Вместо того чтобы успокоиться, добиваю себя до конца.

Все эти записи, заставляют меня вспомнить каждый миг, каждую секунду, проведенную с Антоном. Все записи обо мне. Безумно больно от того, что он чувствовал по отношению ко мне. Я не верила ему. Не думала, что он так сильно в меня влюблен. Но теперь… я убедилась в его искренней любви. Теперь я знаю, что Тоша любил меня по-настоящему. Но узнала я об этом слишком поздно…

Воспоминания о том дне с Антоном, заполняют меня. В памяти каждое его действие. Я помню каждое его слово, сказанное в тот вечер.

Этот человек, заменил мне всех, а теперь его нет…

* * *

«Мы помирились с ней. Я просто счастлив, когда Лера рядом, и плевать, что мы не встречаемся. Лера поцеловала меня. Сама. Если честно, то я был в растерянности и толком ничего не понимал. Сначала она позвонила мне и попросила срочно отвезти домой. Лера была напугана и вся в слезах. Мне хотелось прямо там, убить того человека, который довел ее до такого. Я был в бешенстве, и до сих пор нахожусь в ярости. Я запутался в наших с Лерой отношениях, хотя, по сути, мы и не встречаемся. Сначала она отвергает меня, затем целует и извиняется. Что это вообще значит? Я сорвался и позвонил ей, потребовав объяснений. Она молчала, и это убивало меня внутри. Мне пришлось поехать к Лере, чтобы она мне все объяснила. Она любит меня. Я дорог ей. Но только как друг. Друг, черт возьми. Лера спросила, останемся ли мы друзьями. Конечно же, я согласился. Не хочу ее потерять»

* * *

Я вспоминаю, когда обрезала свои волосы, и все было из-за Яна. Вспоминаю, как поцеловала Тошу, и какова была его реакция.

Я помню все.

* * *

«Она зовет меня Тошей, и мне безумно это нравится. До этого, меня никто так не называл. Лера снова позвонила мне, с просьбой отвезти домой. Она спросила, не занят ли я. Тогда я ответил, что для нее всегда свободен, хотя в тот момент, у меня была важная лекция. Лера пригласила меня к себе, и когда мы зашли в ее квартиру, я был в шоке. Ее отец – алкоголик. Он ударил Леру, на моих глазах. Конечно, я не мог этого стерпеть, и ударил его в ответ. Просто сказал Лере собирать вещи, уговорив немного пожить у меня. Я бы не оставил ее там. Никогда не мог бы подумать, что у нее такие родители, и что она все это терпит. Я не ошибся, когда сказал, что она сильная, при первой нашей встрече »

* * *

– Как мне этого не хватает, – шепчу, вытирая слезы.

Ну почему нельзя вернуть время назад? Почему нельзя все исправить?

* * *

«Самые лучшие два дня в моей жизни. Я был по-настоящему счастлив за это время. Я безумно люблю ее. Не знаю, как так получилось. Она открыла мне свою душу, рассказала о своих проблемах. Мне так хотелось забрать всю ее боль себе. И я открылся ей. Рано утром я услышал неистовый крик из спальни, где она была. Она кричала во сне. Кричала и плакала. Я быстро ее разбудил и успокоил. Мне было интересно, что же ей такого приснилось, но я не стал расспрашивать. Мы пошли с Лерой в кафе и там случайно увиделись с тем самым Яном, в которого она влюблена. Было больно смотреть на него и понимать, что ему принадлежит сердце Леры. Не мне. Ему…

Я чертовски виноват перед Лерой за то, что оставил ее в тот момент. Чувствую себя паршиво.

Мы успели с ней поссориться и помириться за это время, но несмотря, ни на что, это были отлично проведенные дни. Мне совсем не хотелось, чтобы она съезжала от меня. Хотелось оставить ее здесь навсегда.

Я отдал ей свое кольцо. Это одна единственная вещь, которая осталась у меня после смерти отца. Это было его кольцо. Оно было моим талисманом. А теперь, это талисман Леры»

* * *

Я беспощадно бью кулаком по стене, а другую руку прижимаю к сердцу.

Конечно, я не забыла ничего из этого. А теперь я знаю, что чувствовал Тоша в те моменты. Как же мне хочется его вернуть. До безумия хочется увидеть его живым и здоровым.

Убираю руку от стены только тогда, когда вижу на ней кровь и чувствую боль.

Душевная боль, в тысячи раз сильнее физической. И я даже не представляю, что со мной должны сделать физически, чтобы заглушить боль внутри.

Мне приходится закрыть рот рукой, чтобы не закричать.

Кровь стекает по моей руке, но мне уже совсем не больно от этого.

Я слышу звонок в дверь. Видимо, это пришла Юля. Больше некому. Паша сейчас находится в другой стране. Так уж получилось, что его нет рядом, когда он мне катастрофически необходим.

Подхожу к зеркалу, игнорируя звонки в дверь. У Юли есть ключ от квартиры, и если она о нем вспомнит, то зайдет.

В зеркале отражается ужасное подобие человека. Большие, красные, опухшие глаза. Огромные синяки под ними. Мне совсем не нравится то, что я вижу в отражении.

Не осознавая своих действий, разбиваю кулаком зеркало, сопровождая это диким криком. Осколки разлетаются, а я не прекращаю кричать.

Резкая боль ощущается в моей руке, и я подношу ее к лицу, чтобы осмотреть рану, замолкая при этом. Несколько огромных и глубоких порезов, непрекращающаяся кровь, которая капает на пол. Видны небольшие осколки, застрявшие в ране.

Я снова начинаю кричать, прижимая больную руку к груди. Ничего не слышно вокруг, только мой крик.

Внезапно, я оказываюсь в крепких объятьях.

Антон. Это должен быть он.

С замиранием сердца, поднимаю голову.

– Тоша? – тихо спрашиваю.

Но на меня смотрят не глаза Антона, а какие-то голубые, совсем мне не знакомые.

Кто это вообще? Что он делает в моей квартире? Мне кажется, я схожу с ума.

– Тише, Лера. Тише, – слышу голос подруги у себя за спиной.

Резко отстраняюсь от этого парня и подхожу к Юле.

– Кто это? – хрипло спрашиваю, указывая на голубоглазого.

– Влад. Я хотела вас раньше познакомить. Не так.

– Как вы вошли?

– Дверь была не закрыта.

Закрыв глаза, сажусь на кровать и кладу больную руку на ногу.

– Лер, что это? – с тревогой в голосе, спрашивает Юля.

– Что?

Влад подходит ко мне и аккуратно берет мою руку, внимательно рассматривая ее.

– Это ты, зеркало разбила? – спрашивает он.

В ответ, киваю.

– О, Господи. Влад, разберись с ее рукой. Я тебе сейчас аптечку принесу. Ну а пока ты будешь обрабатывать руку, я уберу комнату от осколков, – подруга подходит к двери, но оборачивается. – Лер, а где твои родители?

Я пожимаю плечами, и Юля выходит из комнаты. Влад прижимает меня к себе, крепко обнимая, но я чувствую холод от этих объятий. Нет того чувства защищенности. Парень снова осматривает мою руку, взяв ее в свою.

– Сильно больно?

– Нет, – коротко отвечаю. – Эта боль, никогда не сравнится с тем, что я сейчас чувствую внутри.

В комнату заходит Юля и отдает Владу аптечку. Он поднимается с кровати, садясь на корточки возле меня.

– Дай мне свою руку.

Делаю то, что мне говорят.

– О, Боже, – морщится подруга. – Пойду пока на кухню.

Да, сейчас моя рука действительно выглядит до сумасшествия ужасно. Просто кровавое месиво.

– Сейчас будет больно. Я буду вытаскивать осколки из раны.

– Мне плевать.

– Просто будь готова к боли, – предупреждает Влад.

Никто и никогда не предупреждал меня перед тем, как сделать больно. Как физически, так и морально.

Резкая и адская боль пронзает меня, отчего я вскрикиваю. Он прав. Это действительно больно. Очень.

– Ну, вот и все, а теперь пойдем промоем руку.

Я непроизвольно морщусь от вида собственной руки. Кровь продолжает стекать на пол.

* * *

– Может, ты пока у меня поживешь?

– Зачем? – спрашиваю, пытаясь снять футболку, которая из белой, стала кровавого цвета.

Юля подходит ко мне и снимает ее.

– Лер, я переживаю за тебя. Давай хотя бы на неделю, ты переедешь ко мне.

– Нет. Я останусь здесь.

– Но почему?

– Это моя квартира, здесь я и останусь, – тихо отвечаю.

– Ты уверена?

Подруга помогает мне надеть чистую футболку, ведь самой мне это не под силу, с забинтованной рукой.

– Да, я уверена.

Выхожу из своей комнаты и иду на кухню. Красильникова следует за мной. Они с Владом садятся за стол напротив меня, прожигая взглядом.

– Если вам что-то интересно – спрашивайте. Я на все отвечу, – тихо говорю.

Юля опускает взгляд и прикусывает губу.

– Почему ты не хочешь идти на похороны? Или ты уже передумала?

– Нет. Я не знаю, смогу ли увидеть это. Не так уж и легко, увидеть дорогого тебе человека в гробу.

– Извини, – шепчет подруга.

– Проехали.

Повисает неловкое молчание. Я внимательно осматриваю свою руку, но ничего кроме бинта, не могу увидеть.

– Лер, может, ты все-таки поживешь пока у меня? – спрашивает Юля, с некой мольбой в голосе.

– Нет.

Я принимаюсь снова осматривать руку.

– И когда я смогу ее разбинтовать? – спрашиваю у Влада.

– Тебе нужно будет перебинтовывать ее каждый день, – объясняет он мне. – У тебя глубокая рана. Было бы лучше, если ты поехала в больницу.

– Нет. Я никуда не еду.

Снова тишина.

– Вы извините, но я пойду, – говорю, вставая со стула и направляясь в свою комнату.

– Ты куда?

– Спать, – коротко отвечаю.

Господи, как же это глупо, но по-другому я поступить сейчас не могу. Я обессилена, и мне необходим сон.

Краем уха слышу, как Юля стучит в дверь моей комнаты.

– Заходи.

– Лер, мы пойдем. Я к тебе завтра зайду, хорошо?

Я киваю.

– Обещай мне, что с тобой все будет хорошо.

– Обещаю.

Ненавижу обещания. Антон тоже обещал мне, что не будет ездить на мотоцикле. А что в итоге?

Подруга обнимает меня и выходит из комнаты. Услышав, как закрывается входная дверь, подхожу к окну. Сейчас снег не идет, и это меня огорчает.

Внезапно вспоминаю о дневнике Антона, и сразу же ищу его, чтобы дочитать записи до конца. Удобно устроившись на кровати, открываю тетрадь.

* * *

«Я был до смерти напуган, когда Лера не отвечала на звонки. Такого, раньше никогда не было. Как дурак, я пошел к ней домой. Я застыл на месте, когда увидел ее красные заплаканные глаза. Тогда я ощутил боль в сердце. Лера расстроена из-за уезда Паши. Но потом случилось нечто. Я случайно увидел записку Яна, которая была написана для Леры. Из текста я понял, что между ними что-то произошло. Лера красиво и умело ушла с этой темы. Весь остальной вечер мы провели отлично. Мне не хотелось уходить от нее. Я безнадежно влюблен. Жаль, что не взаимно. Я готов ждать столько, сколько нужно. Мне плевать, сколько пройдет времени, прежде чем Лера даст мне шанс. Я готов ради нее на все. Абсолютно все»

* * *

Тетрадь выдает из моих рук.

Я потеряла человека, который был готов сделать для меня абсолютно все. Который, любил меня и оберегал.

Что теперь? Что будет дальше?

* * *

«Несколько дней мы веселились с Лерой. Вчера я пригласил ее на ужин к себе домой. И, черт возьми, это был потрясающий вечер. Я был счастлив, когда видел смех и улыбку Леры. Она сводит меня с ума»

* * *

«Сначала нам запрещают делать то, от чего мы без ума. Не позволяют самореализовываться, развиваться в той сфере, что нам интересна. Нам запрещено делать что-то безумное лишь потому, что так мы можем выделиться из толпы. Нам нужно быть теми, кого хотят видеть окружающие, при этом наплевав на собственное мнение. Запрещено быть самим собой.

А потом они удивляются, почему мы к ним так относимся.

Мы будем жалеть всю жизнь, что не сделали так, как хотели, а послушались их»

* * *

У меня просто нет слов.

Как же он прав. Вокруг одни запреты.

С детства нам запрещают многие вещи. В школе – учителя. Дома – родители. В университете – преподаватели.

Когда же нам быть собой, делая все, что хочется?

* * *

«Ее голос звучал странно, и я сразу понял, что что-то случилось. Мы отлично прогулялись. Лера вынудила меня пообещать ей, что я не буду пока ездить на мотоцикле. Теперь мне всего лишь нужно отогнать его, к знакомому в гараж. Чем сегодня, я и займусь. Вчера я снова не удержался и поцеловал ее. Днем я позвонил ей, надеясь на прогулку, но она сказала, что занята. Конечно, меня это немного задело, но она об этом не узнает. После того, как отвезу мотоцикл, нужно будет наведаться к Яну. Давно хотел выбить из него всю дурь.

Уже целую неделю, я пуст. Я ничего не чувствую внутри. Такого чувства, у меня никогда не было. Надеюсь, что все будет хорошо. Но как бы пуст я не был, я всегда буду любить Леру»

* * *

–… я всегда буду любить Леру, – тихо шепчу последнюю строчку записей.

Глава 26

– Это я во всем виновата.

– Что? В чем ты уже виновата?

– В том, что Антон погиб, – кое-как мне удается произнести эту фразу.

Никак не верю в это.

– Лер, что случилось?

– Тоша погиб из-за меня. Понимаешь? Он звонил мне, перед нашей встречей с тобой…

– И?

– Юль, он предложил мне сходить прогуляться, но я отказала ему. Если бы я тогда пошла с ним… Он бы остался жив, понимаешь?

Я делаю глубокий вдох.

– Лерочка, успокойся. Ты ни в чем не виновата.

– Не нужно меня успокаивать. Я знаю, что вина на мне.

Закрываю рот рукой, вспоминая еще одну деталь нашего с Тошей последнего разговора.

– Юль, я не дослушала его.

– Что ты имеешь в виду?

– Он говорил мне что-то, а я сбросила, – хрипло объясняю подруге. – Я не дослушала его фразу. Он сказал «Лер, я тебе…», а дальше я сбросила вызов.

– Зачем ты это сделала?

– Не знаю. Я думала, что он опять начнет мне говорить о своих чувствах, а мне не хотелось этого слышать. Я хотела ему перезвонить, но не сделала этого.

Какая же я дура, если так поступила с близким человеком.

– Давай я сейчас приеду, – предлагает Юля. По ее голосу понятно, что она плачет.

– Нет. Не сейчас. Мне нужно идти.

– Ты все-таки решила сходить на похороны?

– Да. Мне необходимо увидеть его в последний раз. Так будет правильно.

– Умница, – тихо говорит Красильникова. – Я горжусь тобой. Могу я приехать, хотя бы вечером?

– Да. Думаю, что вечером я буду уже дома.

Не дожидаясь ответа, отключаю телефон. Надев черные джинсы и черную зимнюю куртку, выхожу из квартиры. Я не выходила на улицу всего один день, а все вокруг уже кажется таким незнакомым и странным. Мир стал другим, когда не стало Тоши.

Рано утром я позвонила Виктории Александровне, уточнив все о похоронах.

Целую ночь я не могла уснуть. Меня мучили мысли о том, что это я виновата в смерти Антона. Только я. Никто другой. Чувствуя вину, я решила пойти на эти похороны. Мне нужно там быть.

* * *

Набрав в легкие побольше воздуха, подхожу к маме Антона.

– Здравствуйте.

– Привет, Лер. Как ты?

– Лучше и не спрашивайте. Когда все начнется?

– Минут через десять, – шепчет Виктория Александровна и вытирает слезу. – Ты все-таки решила прийти.

Я киваю.

– Я решила, что так будет правильно.

Когда я поправляю капюшон куртки, мама Антона замечает мою перебинтованную руку.

– Лер, это что?

Опустив взгляд, убираю руку в карман.

– Ты…

– Нет, я не пыталась покончить с собой. Я просто кулаком разбила зеркало.

– Ужас. Сильно болит?

В ответ качаю головой.

– Рана глубокая?

– Не больше душевной.

Виктория Александровна обнимает меня и начинает рыдать. Я делаю то же самое.

– Поверить в это не могу, – шепчет она. – Еще вчера он ходил в садик, а уже сегодня я на его похоронах. Он так просил меня купить, этот чертов мотоцикл…

Я еще крепче обнимаю маму Тоши.

– Я ведь и не хотела покупать ему мотоцикл, но Антон буквально умолял меня это сделать. Если бы я только знала, чем обернется эта покупка для него.

– Вы ни в чем не виноваты.

Минуты две мы просто стоим, обнявшись, пока не подходит какой-то мужчина и говорит, что привезли тело. Тело, черт возьми. От этого слова, меня передергивает и начинает трясти. Не выдержав всего этого, отхожу подальше от этой толпы.

Спустя три минуты я так и не решаюсь посмотреть в сторону гроба.

Ко мне подходит какой-то парень и закуривает сигарету. Я не обращаю на него внимания, пока не начинаю кашлять от сигаретного дыма. Но я не сдвигаюсь с места.

– А ты чего здесь стоишь? – спрашивает у меня этот парень.

– У меня нет сил, быть там, – шепчу, указывая в сторону толпы.

– Ты Антону кем была?

– Почему «была»? Я и есть его подруга.

Ненавижу говорить о Тоше, в прошедшем времени.

– Тебя случайно не Лерой зовут?

– Да. Я Лера, а что?

– Филатова?

Я поднимаю одну бровь, не понимая, к чему клонит этот незнакомец. Он что, меня знает?

– Да. К чему вообще все эти вопросы?

– Просто. Тоха все время о тебе рассказывал. У него почти все разговоры сводились к одному – Лера Филатова.

Пытаюсь улыбнуться, но у меня не получается. Видимо, я просто разучилась улыбаться.

– Ты его друг?

– Ага. Мы с Тохой, с детства дружили. Мы были, как братья.

– Понятно.

Парень выбрасывает сигарету на землю, затем берет меня под руку.

– Пойдем туда. Тебе здесь незачем стоять.

Вместо ответа, киваю. Мне действительно уже пора туда пойти.

– Не бойся ты так.

– Легко сказать.

Опускаю глаза на землю, стараясь смотреть только на нее, пока меня куда-то ведут.

– Все. Мы пришли. – Это звучит, как приговор.

Незнакомец отпускает мою руку и уходит.

Я слышу громкий плач Виктории Александровны, и мое сердце сжимается в тиски. Видимо, это очень сложно, терять своих детей.

Когда-то у меня была непростая ситуация, и я говорила, что выхода нет. Как же я ошибалась. Выход есть всегда, только если ты не находишься в гробу. Как Антон. У него нет выхода.

Делаю глубокий вдох. Второй. Третий. Медленно поднимаю взгляд. Я не сдерживаю крика. Я кричу так, что меня можно услышать в соседнем городе. Нет дела до того, что обо мне подумают. Крик, помогает излить душу.

Крепкие руки прижимают меня к теплому и сильному телу, но я продолжаю неистово кричать. Можно подумать, что кого-то убивают. Да, убивают меня изнутри.

– Тише… тише, – шепчут мне на ухо.

Он там. Его тело лежит в этом чертовом гробу. Огромные гематомы на лице. Глаза плотно закрыты, а я все жду, когда они смогут открыться. Почему его не хоронят в закрытом гробу? Его тело изувечено.

– Антон, нет! – кричу, вырываясь из рук какого-то парня. – Нет! Пожалуйста, нет!

Меня буквально оттаскивают от тела Антона. Пытаюсь сопротивляться, но это бесполезно.

– Антон! – снова кричу, захлебываясь слезами. – Тоша!

– Не нужно было тебе все-таки сюда идти.

Подняв взгляд вижу, что нахожусь в крепких руках того самого парня, с которым недавно общалась.

– Отпусти меня, – буквально умоляю, вырываясь из его рук. – Отпусти меня. Я хочу к Антону. Я пойду к нему. Почему он? В мире миллионы людей, которые не ценят жизнь, но продолжают жить. Но почему небеса забрали именно его? За что? – мой голос срывается.

– Давай успокаиваться.

– Я спокойна.

– Ну да, я вижу.

Всхлипнув, прижимаюсь к этому парню и не сдерживаю истерику.

Одно дело – говорить, что человек умер, другое – видеть его в гробу.

– Я пойду к нему. Мне нужно с ним попрощаться.

– Нет. Мы пойдем вместе, но не сейчас.

– А когда? Когда? – снова перехожу на крик.

– Позже.

* * *

– Ты готова?

– К чему?

– Идти к могиле.

Подняв голову, смотрю в карие глаза этого парня. Киваю головой и беру его теплую руку.

– Я сама пойду.

– Нет уж. Я уже пустил тебя одну, и в итоге кое-как смог успокоить.

Кареглазый обнимает меня за плечи и ведет к могиле. Кроме нас, на кладбище больше никого нет. Мне приходится закрыть рот рукой, чтобы снова не закричать. Глаза изучают надпись на табличке.

«Шелыгин Антон Анатольевич»

Нет. Это не Тоша. Может это его однофамилец, брат, двойник? Кто угодно, только не мой Тоша.

Ноги подкашиваются, и я падаю на колени перед могилой, снова начиная кричать. Меня поднимают на ноги и уводят оттуда.

Только оказавшись около своего подъезда, начинаю понимать, что происходит.

– Как мы тут оказались? – ошарашено спрашиваю.

– Ты сама, сказала мне адрес. Тебе нельзя было находиться на кладбище. Не ходи туда сама, ладно?

Я качаю головой.

– Я тебя даже не знаю. Почему я вообще должна тебя слушать?

– А, ну да, я ведь так и не представился, – говорит парень, протягивая мне свою руку. – Никита.

– Спасибо, что проводил, – отвечаю, пожимая его ладонь.

– Не за что. С тобой же все будет хорошо?

Конечно, я киваю, хотя знаю, что это самообман.

– Лера!

Повернув голову, встречаюсь взглядом с Юлей. Она подходит ко мне.

– Привет, Юль.

– Привет.

Я поворачиваюсь к Никите.

– Я пойду. Еще раз спасибо.

– Без проблем, – говорит парень и уходит.

Без всяких слов, мы с подругой поднимаемся на мой этаж, и также молча, заходим в квартиру. Сняв верхнюю одежду, иду в свою комнату. Юля, делает то же самое. Я ложусь на свою кровать, отворачиваясь от Красильниковой. Она закрывает дверь и садится рядом.

– Лер…

– Ммм.

– Давай покушаем. Сходим куда-нибудь.

У меня сейчас не то состояние, чтобы куда-то идти.

– Нет. Я кушала, – коротко отвечаю.

– Когда?

– Позавчера.

А ведь действительно, я не ела уже давно. Мне и кусок в горло не лезет.

– Ты с ума сошла? – Юля поднимается с кровати, и я поворачиваюсь к ней. – Мы сейчас же, идем с тобой в кафе.

– Нет.

– Да, Лера, да. Я все понимаю, но не забывать о себе, тоже нужно.

– Да ни черта ты не понимаешь, – разъяренно говорю, подрываясь с постели и подходя ближе к подруге. – Ты даже представить себе не можешь, что я чувствую. Нет ничего хуже, чем увидеть близкого человека в гробу. Знать, что он никогда больше не откроет свои глаза. Антона больше нет. Это всего лишь безжизненное тело.

На глазах у Юли появляются слезы, и я понимаю, что перегнула палку. Молча, подхожу к окну. На улице идет сильный снег. Как символично. У меня такое ощущение, что это знак от Тоши. Конечно это безумие, но он все же любит снег.

– Лер, извини меня. Я просто хотела сказать, что нужно помнить о себе.

– Я тебя услышала.

– Ты в школе предупреждала, что тебя не будет пока?

– Нет. Мне все равно.

– Лер, ну позвони хотя бы учительнице и скажи, что заболела.

Делаю вид, что не слышу Юлю. Просто смотрю на снег, и воспоминания льются рекой. Подруга подходит ко мне сзади и крепко обнимает.

– Может тебе все-таки сходить в школу? Развеешься там хоть немного.

Она не знает. Юля даже не догадывается, что если я пойду в школу, то просто сломаюсь. Если Ян продолжит свои унижения в мою сторону, тогда я уже не смогу это вытерпеть. Только не сейчас.

– Нет. Я не готова еще туда пойти. Не все так легко, как ты думаешь.

– Ну а ты расскажи мне, что не так, – шепчет Юля, уткнувшись лицом в мою спину.

– Не сейчас.

Кому я теперь буду все рассказывать? С кем я теперь, смогу поделиться проблемами?

– Я, наверное, спать пойду, – тихо говорю и отхожу от окна.

– В пять вечера? – удивленно спрашивает подруга.

– Да. У меня нет сил, что-либо делать.

Я ложусь на кровать и закрываю глаза.

– Лер, поговори со мной.

– О чем?

Мои глаза по-прежнему закрыты, но я чувствую, как Юля садится возле меня и берет мою больную руку.

– Сильно болит?

– Нет. Нормально, – вру я.

– Ты снимала бинт?

– Нет. Времени не было.

– Я сейчас, – говорит Красильникова, отпустив мою руку, и выходит из комнаты.

Мои глаза устремлены на кольцо. Оно действует на меня, как гипноз. Смотря на него, я отключаюсь от реальности, попадая в те моменты, которые связаны с Тошей.

Дверь громко закрывается, выводя меня из воспоминаний.

Без единого слова, Юля берет мою руку и медленно снимает бинт. Я не отрываю взгляда от своей руки и морщусь, когда вижу ужасные раны.

– Фу.

– Да уж. Приятного мало.

Раны настолько глубокие, что я могу полностью видеть их глубину. И таких ран, около пяти. Ну а мелкие порезы, покрывают всю ладонь. Я противна сама себе.

– Сейчас будет немного больно, – предупреждает подруга.

Я киваю. Юля протирает ладонь какой-то мазью, и я вскрикиваю от резкой боли, когда мазь попадает в один из глубоких порезов.

– Ну, вот и все, – говорит Красильникова, сделав все нужное с рукой и забинтовав ее.

– Спасибо.

Подруга пожимает плечами.

– Не за что. Я пойду домой, а ты отдыхай. Завтра обязательно приду. – Юля выходит из комнаты, но оборачивается. – И, да, покушай что-нибудь, пожалуйста.

Глава 27

Я ошарашено смотрю на экран мобильного телефона. Звонит незнакомый номер. Этот номер какой-то странный. Не понимая почему, принимаю вызов, хотя обычно так не делаю.

– Привет, малая. – Слышу радостный голос в трубке мобильника.

– Пашка! – кричу я.

– С днем рождения, милая!

Что? Какой день рождения? Сегодня же не…

Я смотрю на календарь, и… о, черт, сегодня же седьмое декабря, а значит сегодня, мне исполняется шестнадцать лет. Как я вообще, могла забыть о таком?

– Спасибо, Паш. Я и не думала, что ты позвонишь.

– Ну, я же обещал тебе позвонить, как только появится возможность. Как ты там? Как в школе дела?

– Эмм… я не была в школе две недели, – прикусив губу, отвечаю.

– Что? Почему? Лер, ты совсем с ума сошла? Почему ты пропускаешь школу? Малая, у тебя что-то случилось?

На глазах появляются слезы, а голос начинает дрожать.

– Антон…

У меня не получается это сказать.

– Что «Антон»? – спрашивает Паша, но в ответ я начинаю рыдать. – Господи, Лера, объясни мне, что случилось.

Я давлюсь слезами.

– Он… погиб. Разбился… на мотоцикле.

Брат молчит, а я продолжаю плакать.

– Когда?

Двадцать третье ноября. Этот день, теперь отмечен черным в моем календаре. Никогда мне не забыть эту дату.

– Господи, Лер. Я даже не знаю, что сказать. Давай я прилечу. Не знаю как, но я сделаю это… Ты там одна, а я здесь…

– Нет, Паш, – перебиваю его. – Все уже нормально. Юля с Владом, у меня целыми днями. Они помогают мне справиться. Первое время мне действительно было адски тяжело, но сейчас легче.

Все, что я говорю Паше – полная чушь. Мне ни капельки не легче. Это чертово время, не лечит. Каждый день я чувствую ту же самую боль, что и в первые дни после его смерти. Мне катастрофически не хватает Тоши. Бывает, что я беру в руки телефон, в ожидании получить от него звонок или сообщение, но ничего не происходит. Звоню сама, но абонент не доступен. Я узнала, что такое по-настоящему рассыпаться на осколки.

– Вы встречались с ним? – неожиданно спрашивает брат.

– Нет. Мы лучшие друзья.

Еще одно, что мучает меня больше всего – я так и не дала ему шанс. Шанс показать и доказать, чувства ко мне. Это мучает меня днями и ночами, ведь если бы я согласилась с ним встречаться, то всего этого, могло бы и не быть.

– Как ты в целом?

– Вдребезги. Я пустая, ничего не чувствую. Паш, я перестала искренне улыбаться. Кажется, что теперь я и не умею улыбаться счастливой улыбкой. Иногда я все же улыбаюсь, но это лишь маска.

– Лер, ты меня слышишь?

– Да, – говорю, выравнивания дыхание.

– Малая, ты самая сильная девчонка, которую я когда-либо видел. Ты научилась спокойно жить с такими родителями. Ты никогда не просишь о помощи. У тебя получится со всем справиться, слышишь?

– Хочется в это верить.

– Помнишь, я передавал тебе пакет красный и просил пока не открывать?

– Да, – отвечаю, пытаясь понять, о каком пакете идет речь.

– Где он сейчас?

Хороший вопрос. Где и вправду этот чертов пакет?

– Эмм… ну лежит где-то.

– Найди его и открой.

Я сразу же вспоминаю, что положила этот пакет в стол. Достав его оттуда, открываю.

– Паш, я не понимаю…

– Малая, это тебе такой маленький подарок на день рождения.

Достаю из пакета деньги и продолжаю просто на них смотреть.

– А не слишком ли много их здесь?

– Нет. И не спорь со мной. Купи себе чего-нибудь. Эти деньги не на продукты или на что-нибудь такое. Они лично твои.

– Но…

– Извини, малая, но мне пора идти. Связь с тобой не дешевая.

– Спасибо, – успеваю сказать, прежде чем слышу короткие гудки.

В моих руках огромные деньги, и я могу купить все, что угодно. У меня никогда такого не было. Все деньги я тратила исключительно на продукты, бытовую химию и прочие вещи для квартиры. Даже не помню, когда последний раз покупала себе какую-то вещь.

Я знаю, на что потрачу эти деньги. И никогда не пожалею об этом.

* * *

– Такой шрифт? – спрашивает у меня девушка, показывая на монитор.

– Да. Именно этот.

– Ну, тогда проходите в комнату. Мастер, сейчас к вам подойдет.

Кивнув, следую, куда мне указали.

Комната выглядит как-то жутко. На стенах висят картинки в агрессивных тонах.

Дверь резко закрывается за моей спиной, и я подпрыгиваю от неожиданности.

– Садись на кресло, – говорит мне вошедший парень. Угукаю и сажусь, куда он сказал. – Сколько же тебе лет, что ты решилась на это? Восемнадцать-то, хоть есть?

– Да. Мне как раз восемнадцать, – вру не краснея.

– Ну и как тебя зовут?

– Лера. А вас? Тебя?

Черт, как мне с ним вообще общаться?

– Давай на «ты».

Я киваю. Мой взгляд приклеен на татуировке у него на руке. Какой-то странный узор с непонятной надписью.

– Меня Янисом зовут, – говорит парень.

Меня будто ударяет молнией. Янис, Ян. Практически одинаковые имена.

– Ну и где будем набивать?

Закатив рукав толстовки, показываю ему место на руке.

– Вот здесь.

Янис берет мою руку, внимательно ее осматривая.

– А это что? – спрашивает он, проведя пальцем по следам от разбитого зеркала.

– Неудачно разбила зеркало.

– А его можно разбить удачно?

В ответ пожимаю плечами.

– Боли не боишься?

– Я потеряла близкого мне человека, и теперь ничего не боюсь.

Янис хмурится.

Теперь я буду ловить на себе взгляды других людей. Многие не понимают тех, у кого есть тату. Считают их какими-то неправильными. Но это меня не останавливает.

Почему я должна отказываться от того, что сделает меня счастливой, только потому, что меня могут осудить другие люди?!

Как не крути, но большинство из нас иногда задумываются «А что подумают другие?». Как же меня раздражает эта фраза.

Да какая, к черту разница, что все они подумают?

Многие из нас не делают то, что хотят лишь только из-за страха, быть осужденным людьми.

Общество построило стереотипы, каким ты должен быть и как выглядеть. И если вдруг ты не вписываешься в эти стереотипы, то над тобой могут всячески подшучивать.

Люди всегда будут криво смотреть в сторону тех, кто не боится выделяться из толпы и быть самим собой.

Хочешь пирсинг? Делай пирсинг. Хочешь татуировку? Делай. Делай все, что сделает тебя счастливым.

Не думаю, что ты родишься еще раз, только для того, чтобы набить ту самую татуировку, которую сейчас ты безумно хочешь, но боишься сделать.

Люди, очнитесь! Каждый человек индивидуален и прекрасен по-своему. И если он не боится делать то, что хочет, наплевав на ваше мнение, то он личность. А это такая редкость. Будьте собой, не подстраиваясь ни под кого!

* * *

– Смотри.

Я смотрю на свою руку и пытаюсь улыбнуться. Не получается.

– Спасибо, – шепчу Янису.

Парень ухмыляется и кивает, протягивая мне какую-то небольшую баночку.

– Будешь протирать этим, три раза в день.

Я киваю.

Выслушав его речь о том, как нужно ухаживать за татуировкой первое время, выхожу из тату-салона, заплатив нужную сумму.

Да, я сделала это. У меня получилось. Теперь на моей руке красуется надпись « You are forever in my heart», что в переводе на русский «Ты навсегда в моем сердце». И это чистая правда. Антон останется навсегда в моем сердце.

Никогда не думала, что набью татуировку. Это всегда было чем-то странным для меня.

Многие жалеют о татуировках в будущем, сделав смолоду. Но я никогда не стану жалеть об этой.

Две недели я совсем не выходила из дома. А тут решила прогуляться, и сразу же сделала тату, в память об Тоше.

Сделав глубокий вдох, иду в то самое место, где мы впервые увиделись. Сердце бешено стучит, когда я подхожу к парку и вижу ту самую лавочку, где плакала, а Антон подошел ко мне. Мимо проходит парочка влюбленных, и мое сердце сжимается.

Тот день, навсегда останется в моей памяти. Такое чувство, будто это было вчера. Я помню, как впервые его увидела. Мне было плевать на него. Но как же сильно, все меняет время. Я ведь тогда и не подозревала, что когда-то настанет момент, когда я буду на похоронах этого парня, и что за небольшое время, он станет для меня родным человеком.

Я люблю его. Я безумно его люблю. Но моя любовь дружеская, а дружеская любовь, в тысячи раз сильнее обычной, которую испытывает девушка к парню. Я не влюблена в Тошу, как в парня, а люблю его, как друга. И это неизменно.

Слезы наворачиваются на глаза, когда я сажусь на ту самую лавочку. Все происходит, как в тот самый день: я плачу, вокруг влюбленные парочки. Но вот только тогда, я увидела Яна, а сейчас не хочу этого. Только не он. Сотников, последний человек, которого я желаю видеть.

Как же я мечтаю вернуть тот день, и все изменить. Возможно, сейчас он бы и остался жив, но время необратимо. Сколько людей, были бы счастливы, если бы существовала возможность вернуть время, чтобы исправить ошибки.

– Девушка, у вас что-то случилось?

Резко поднимаюсь с лавочки и смотрю на стоящего передо мной парня.

Все повторяется. Только тогда, ко мне подошел Тоша, а сейчас какой-то незнакомый брюнет. Хотя тогда, Антон тоже был мне незнаком.

– Нет, – качаю головой. – Нет. Все ужасно.

Парень делает шаг в мою сторону, но я делаю два шага назад.

– Не подходи ко мне! – кричу я.

– Я помочь тебе хочу.

– Нет! – снова кричу. – Не нужно ко мне подходить. Мне уже помог один парень, и сейчас его тело в чертовой земле.

Слезы беспощадно льются по щекам, и я всхлипываю.

– У тебя кто-то умер? – спрашивает брюнет.

– Тебя это не касается. Это никого не касается. Просто не подходи ко мне.

Я разворачиваюсь и бегу в сторону своего дома. Подальше от этого парня. Подальше от этого места. Дальше от всех.

Оказавшись возле дома, сажусь на лавочку и закрываю лицо руками. Снова истерика.

Отличный день рождения. Всегда о таком мечтала.

Меня начинает дико трясти, и совсем не от холода. Закрываю рот рукой, пытаясь не закричать. Безумно сложно удерживать свои эмоции, когда душа рвется на части.

Минут через десять, поднимаюсь на свой этаж и захожу в квартиру. Сразу иду в ванную комнату, сняв верхнюю одежду. Смотря в зеркало, я вскрикиваю от своего ужасного внешнего вида. Красное и до ужаса опухшее лицо, безумные синяки под глазами и потерянный взгляд. С ужасом понимаю, что это мерзкое отражение, и есть я.

Я начинаю кричать диким криком. Даже и не знаю, почему это делаю. Соседи могут подумать, что я сумасшедшая, но мне все равно. Какая вообще разница, что подумают другие? В этом нет никакого смысла.

Прекращаю кричать, только спустя две минуты. Становится очень легко на душе. Чувствуется свобода и облегчение. Крик, помогает выразить все свои эмоции.

Я улыбаюсь. Черт возьми, я улыбаюсь. Но это не искренне. Маска. Снова маска, под которой гибнет моя душа. Улыбка исчезает и снова появляется хмурое лицо. Сжимаю кулаки, сдерживая себя, чтобы снова не разбить зеркало. Мне хватает тех шрамов, что уже есть.

На лице отражается гнев, и чтобы не сделать чего-нибудь лишнего, иду в свою комнату и закрываю дверь на замок. Снимаю толстовку и морщусь от боли, когда случайно задеваю татуировку. Посмотрев на нее, ухмыляюсь. Я не буду смотреть на тату со слезами и грустными воспоминаниями. Я всегда буду улыбаться, смотря на нее. Только радость. Только счастье. Никаких слез.

Тишину в квартире, нарушает звук открывающейся входной двери. Видимо, пришли родители. От этой мысли, становится еще хуже. Мне не хочется их видеть. Сейчас, я хочу говорить только с одним человеком. Но его уже нет в живых.

Слышу, как стучат в дверь моей комнаты. Просто подхожу к двери, не понимая, что происходит.

Родители никогда не стучат в мою дверь. Ни разу в жизни, они не постучали в чертову дверь моей комнаты. Они лишь все время кричат мне из коридора, требуя выйти.

С замиранием сердца, открываю дверь.

Возле двери стоит мама. Трезвая.

Закрываю глаза, не веря во все это. Открыв один глаза, снова вижу свою трезвую мать. Не могу поверить в это.

– Мам…

Не хватает слов, чтобы выразить свои эмоции.

– Лер, пойдем на кухню.

Мама следует на кухню, а я продолжаю стоять в коридоре, открыв рот.

Что здесь происходит? Это иллюзия? А может, я просто сошла с ума, после смерти лучшего друга? Со мной происходят странные и безумные вещи, если я вижу трезвую мать. Трезвую!

На еле передвигающихся ногах, иду вслед за мамой. Прикрываю рот рукой, сдерживая рыдания. Но вот только, это слезы не горечи. Нет. Это слезы счастья. Широко улыбаюсь, хоть и понимаю, что моя улыбка фальшивая.

Мама с папой внимательно наблюдают за мной. Отец берет в руки торт.

– Лерочка, с днем рождения!

Я еще сильнее начинаю рыдать. Мама подходит ко мне и обнимает. Начинаю плакать у нее на груди, как маленький ребенок.

Поверить не могу, что мои родители трезвые. Может это действительно сон? Но тогда почему, я так хорошо чувствую мамино тепло?

Сделав шаг назад от мамы, внимательно смотрю ей в глаза. В них любовь. Даже не могу вспомнить, когда последний раз видела там такое. Обычно, она смотрит на меня с ненавистью.

– Мам… Пап…

Подхожу к ним и крепко обнимаю, наслаждаясь моментом.

.

* * *

– Ну как у тебя дела в школе?

Я откашливаюсь.

– Нормально.

– Почему ты пропускаешь занятия? – неожиданно спрашивает мама.

– Откуда ты знаешь?

– Мне сегодня позвонила твоя классная руководительница и спросила, почему ты не ходишь в школу.

Мои глаза расшириваются.

– И что ты ей ответила?

– Сказала, что ты заболела гриппом. Но уже послезавтра будешь в школе.

Даже и не знаю, радоваться мне или плакать. Нет никакого желания идти в эту школу, но видимо придется.

– Спасибо, мам, – тихо говорю, уткнувшись взглядом в пол.

– Ну, так почему, ты не ходишь на занятия?

– Я действительно немного приболела.

Мне до безумия хочется рассказать маме настоящую причину, но я знаю, что ее это не волнует.

– А Паша когда приедет? – выпаливает отец.

Они ничего не знают.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Он был здесь на днях.

– Что это? – ошарашено спрашивает мама, указывая на мою недавно набитую татуировку.

Опустив взгляд, качаю головой.

– Лера! Что это такое? – в голосе отца слышится гнев, но я продолжаю молчать. – Лера!

– Это татуировка.

– Я это прекрасно вижу. Откуда она у тебя?

– Набили в салоне, – шепчу, смахивая слезы, которые уже совсем не от счастья. Мне страшно. Не знала я, что они так скоро увидят мою татуировку.

– Где ты деньги взяла? – грозно спрашивает папа.

– Паша дал.

Мама легонько проводит по надписи и улыбается. Меня это удивляет.

– И что здесь написано?

– «Ты навсегда в моем сердце». Это в переводе с английского.

– Почему ты решила ее сделать? Про кого эта надпись?

Слезы снова дают о себе знать. Мама давит, на самое больное.

– Про друга, – шепчу, вытирая глаза.

– Парень твой?

Я качаю головой.

* * *

Господи, как же быстро летит время, пока ты счастлив. Когда тебе плохо – оно идет медленно.

Один из самых лучших дней в моей жизни.

Целый день мы сидим с родителями на кухне, разговаривая о всякой ерунде. Мама расспрашивает меня обо всем, будто мы чужие люди и ничего не знаем друг о друге. Хотя, по сути, так и есть. Они совсем не знают обо мне. Не знают, какая я есть на самом деле. Они даже не догадываются, что происходит у меня внутри, пока я им улыбаюсь.

Мама берет меня за руку.

– Лерочка, мы уже пойдем.

– Куда? – ошарашено спрашиваю.

Неужели они сейчас снова пойдут к своим друзьям? Неужели их трезвое состояние, не продлится больше, чем полдня?

– Мы спать пойдем, – отвечает отец.

С грустной улыбкой, киваю.

Мне совсем не хочется, чтобы этот момент когда-либо заканчивался. Просто хочется сидеть с ними на этой кухне всегда.

Мама целует меня в макушку, и они с отцом выходит из кухни, оставляя меня одну. Сердце разрывается просто от осознания того, что все закончилось. Боль длится вечно, а радость – мгновенье. И это мгновенье, уже закончилось.

Услышав звонок в дверь, невольно иду открывать, смахивая слезы. На пороге стоит Юля, широко улыбаясь.

– Привет, милая, – радостно говорит она и сразу же обнимает меня.

– Я сейчас задохнусь.

Подруга отпускает меня.

– С днем рождения, дорогая!

– Спасибо, Юль.

Выдавливаю из себя улыбку. Красильникова протягивает мне какой-то красный пакет.

– Это тебе.

Открыв пакет, не сдерживаю улыбки. В нем находится целая гора косметики. Чисто женский подарок.

– Нужно хотя бы иногда быть девочкой.

– Я и так девочка, – замечаю я.

– Я и не спорю. Просто ты все время носишь джинсы с кроссовками, и совершенно не красишься.

Закатываю глаза на такую речь. Да уж, тональный крем, мне совсем не навредит, учитывая огромные синяки под глазами.

– Спасибо, – искренне благодарю, обнимая подругу. – Пойдем на кухню.

Юля кивает и, сняв верхнюю одежду, следует за мной на кухню.

– Вау, ты пила из трех кружек? – подняв одну бровь, спрашивает Красильникова.

– Нет. Я пила чай с родителями.

– Что? – у подруги слишком ошарашенный вид. – Они разве пьют что-то еще, кроме алкоголя?

– Юль, я сама до сих пор в шоке. Не могу поверить в это. Я и не помню, когда вообще видела их последний раз трезвыми, не считая сегодняшнего дня. Прикинь мои глаза, когда я увидела трезвую маму. Я рыдала, как маленький ребенок.

– Я в шоке.

– Я тоже, – ухмыляюсь подруге.

Сделав чай, сажусь напротив Юли, которая внимательно за мной наблюдает.

– Как у тебя рука? Раны полностью зажили?

Молча, киваю. Подруга замечает мою татуировку, и ее глаза расшириваются.

– Лерка, когда ты успела?

– Сегодня утром.

– У меня нет слов. Ты сделала тату. Ты.

Я ухмыляюсь.

– Зачем ты ее, черт возьми, набила?

– В память об Антоне, – тихо отвечаю, опустив взгляд.

* * *

– Извини, но мне пора, – говорит подруга, и на ее лице появляется извиняющая улыбка.

– Все нормально.

– Ты еще не решила в школу идти?

Я хмурюсь.

– Вместо меня, это решила мама.

– В смысле? – удивляется Юля.

– В прямом. Я пойду послезавтра в школу. Завтра у меня, последний день свободы.

На лице подруги появляется широкая улыбка. Она машет мне рукой и выходит из квартиры. Закрыв дверь, грустно улыбаюсь. Мне становится дико грустно. Ну, вот и закончился мой день рождения.

Это мой первый день рождения, в котором я была счастлива. Но не до конца. Если бы Тоша был рядом, это было бы лучшим подарком.

Смотрю на татуировку, не сдерживая эмоций. Смотря на кольцо, становится как-то спокойнее.

На часах уже десять вечера, и я решаю пойти спать.

Завтра меня ждет трудный день. Мне необходимо сходить в место, где внутри все рассыпается на части.

Приняв душ, иду в свою комнату. Татуировка отзывается дикой болью, когда я случайно прикасаюсь к ней, и я вспоминаю, что мне нужно ее обработать специальным средством.

Как только я собираюсь ложиться в постель, слышу, что звонят в дверь.

Неужели Юля вернулась?

С улыбкой, иду к двери и открываю ее. Улыбка сразу же исчезает с лица. Появляется паника и неожиданность. Совсем не чувствуется страха. Я уже не боюсь.

– Что тебе нужно? – резко спрашиваю.

– И тебе привет.

Пытаюсь закрыть дверь, но Ян не дает мне этого сделать. Я продолжаю смотреть ему в глаза, пытаясь понять причину, почему он здесь.

Неужели, Сотников пришел меня унизить, не выдержав такой паузы в этом? Я и не буду удивлена, если так все и есть. От Яна, можно ожидать все, что угодно.

– Слышал, что у тебя сегодня день рождения.

– И что? Тебе то, какое дело?

Ян делает шаг мне навстречу, но я отступаю назад.

– Ты меня боишься?

А я не должна его бояться? Да я боюсь дышать с ним одним воздухом. Боюсь ходить по той земле, где ходит он. Но не сейчас. Сейчас, я ничего не боюсь. Даже если он попробует мне что-то сделать, я дам отпор. Я смогу.

– Милая пижама, – улыбается парень, разглядывая меня.

Раньше, я бы кинулась ему на шею, но не сейчас. Все изменилось. Мне противно его видеть.

– Зачем ты пришел?

– А ты против? – ухмыляясь, спрашивает Сотников.

– Да, против. Мне сейчас совсем не до тебя.

Мне не страшно сказать то, что я думаю. Даже и не знаю, откуда такая смелость.

– Не будь такой грубой.

– А какой я должна быть?

Ян ухмыляется. Ох, как же мне хочется заехать по его красивому лицу.

– Ты татуировку сделала? – удивленно спрашивает он, пытаясь взять меня за руку, но я не позволяю ему этого сделать.

– Да.

Не нравится мне этот разговор.

– Что там написано? – указывает парень на мою тату.

– «Ты навсегда в моем сердце» – спокойно отвечаю.

Лицо Сотникова, искажается в недоумении. Он удивлен.

– Это про меня?

Я начинаю смеяться. Просто смотрю на него и заливаюсь смехом. Точно сумасшедшая. Ян, явно не ожидал такой реакции.

– Сотников, сними корону, – говорю сквозь смех.

Ян снова ухмыляется.

– Что тебе нужно? – спрашиваю серьезным тоном, успокоившись от смеха.

Парень достает из кармана какую-то небольшую коробочку мятного цвета. Повертев ее в руках, протягивает мне.

– Держи.

– Что это?

– Не бойся. Ничего страшного, – как-то слишком любезно говорит Ян. Я не особо-то верю в его слова. – Просто открой и посмотри.

Забрав у него коробочку, открываю ее. Мое выражение лица говорит об удивлении. Ничего не понимаю. Сотников видимо читает в моих глазах вопрос.

– Это тебе. Мой подарок, на твой день рождения.

– С чего бы вдруг?

– Захотел – подарил.

Как же у него все просто. Захотел – сделал.

– Я ничего не понимаю, – качаю головой, пытаясь собраться с мыслями. – Что все это значит?

Ян качает головой.

– Сотников, твою мать, у меня нет времени выяснять с тобой отношения. Поверь, у меня сейчас хватает проблем. А если ты просто решил надо мной поиздеваться, то не в этот раз.

– Лер, успокойся, – улыбается парень.

– Я спокойна. Ты меня ненавидишь, и всячески доказываешь это. И тут вдруг, приходишь посреди ночи и даришь такие подарки.

– Этот подарок, ничего не изменит. Просто решил тебя немного побаловать. И если ты не примешь это, – Ян берет коробочку из моих рук и достает оттуда колье, – то это меня очень сильно обидит.

Из милого и нежного голоса, в конце фразы, он становится устрашающим.

Смотрю на это колье в его руках и выдавливаю из себя улыбку. Оно очень красивое. Бижутерное и с несколькими ключиками. Все ключи разные.

Киваю Яну, и он широко улыбается. Подходя ближе, он надевает мне его на шею и застегивает. По телу бегут мурашки, когда я чувствую его дыхание на своей коже. Отстранившись от меня, Сотников делает два шага назад.

– Так гораздо лучше, – ухмыляется парень.

– Спасибо, – выдавливаю из себя, сдерживая слезы, но они все равно катятся по моим щекам.

Ян ухмыляется, смотря мне в глаза. Затем развернувшись, уходит.

– Люблю, – тихо шепчу ему вслед.

Я ведь действительно его люблю, несмотря ни на что. Вся эта ситуация со смертью Антона, доказала мне лишний раз, что моя любовь уж слишком сильная. Я не прекращала его любить, как тогда думала. Нет. Мои чувства видимо вечны.

* * *

Меня будит мой собственный крик. Поднимаюсь с постели и иду в ванную комнату. У меня не получается успокоиться.

Я помню. Я помню этот сон, до мельчайших деталей. Мне его не забыть.

Во сне, я видела смерть Тоши. Я видела эту аварию.

Всхлипнув, закрываю рот рукой. Брызгаю холодной водой в лицо, но это не снимает жар.

Мне снилось, будто я сидела на лавочке, и мимо проезжал Антон на мотоцикле. Он не заменил меня, и я шла вслед за ним. Он ехал на своем мотоцикле, а я успевала за ним бежать. Я видела, как на него буквально летел грузовик, и кричала ему об этом. Он меня не слышал. Я пыталась бежать к нему, но не могла сдвинуться с места. На моих глазах, грузовик врезался в мотоцикл Тоши. От безысходности, я кричала, отчего и проснулась.

Мне страшно смотреть на свое отражение в зеркале. Иду в свою комнату и переодеваюсь, чтобы сходить туда, куда еще вчера собиралась. Взяв деньги и ключи, выхожу из квартиры.

Купив цветы, направляюсь на кладбище. Мне нужно туда сходить.

Мой рассудок затуманен всю дорогу. Только увидев издалека нужную могилу, понимаю, что мне необходимо успокоиться, прежде чем туда пойти. Сделав глубокий вдох, закрываю глаза и настраиваю себя только на хорошее.

Окончательно успокоившись, открываю глаза и подхожу к могиле. Здесь нет смысла, сдерживать эмоции. Одна только табличка на кресте, и я зажмуриваюсь от слез.

– Привет, Тош, – тихо шепчу. – Мне тебя так не хватает.

Услышав карканье вороны, поднимаю голову. Мне здесь безумно легко. Никогда не думала, что на кладбище буду себя так чувствовать.

Снова перевожу взгляд на могилу. Подхожу ближе и аккуратно кладу цветы. Ромашки. Когда-то он говорил мне, что обожает ромашки. Я запомнила.

– Почему так получилось? – спрашиваю у пустоты. – Почему ты погиб?

Я задаю слишком глупые вопросы, но мне так хочется знать на них ответы. Ответа я не получу никогда.

Лучше бы я, сейчас лежала под этой землей, чем он. Антон не должен быть мертв. Почему судьба, так жестоко с нами обходится? Самые лучшие люди умирают, а те люди, у которых нет ничего человеческого, радуются жизни.

– Тош… – слеза катится по щеке. – Как же сильно я по тебе скучаю. Я бы все отдала, только бы ты остался жив. Да я бы лучше сама умерла, нежели ты.

Прикрываю рот рукой, сдерживая крик.

– Я никогда тебя не забуду. Ты и вправду, навсегда в моем сердце, – выдавливаю из себя улыбку. – Все вокруг без тебя, становится таким серым. Я схожу с ума. Сколько бы времени не прошло, я всегда буду чувствовать эту боль. Мои душевные раны кровоточат. Они никогда не заживут.

Как же эгоистично время. Совсем недавно я говорила с ним, лицом к лицу. А сейчас, я говорю с его могилой.

– Тош, моя жизнь превращается в ад, без тебя. Я теперь не умею искренне улыбаться. Я потерялась в этом мире. Не знаю, как найти выход. Мне нужен твой совет. Нужен твой взгляд, твоя улыбка. Мне нужен ты.

Такое чувство, будто я говорю с ним живым.

– Антон, а я идиотка, – ехидно ухмыляюсь. – Я опять поверила ему. Я снова верю Яну. Не могу с собой ничего поделать, чтобы перестать ему доверять. Каким-то образом, он действует на меня. Я уже думала, что не люблю его, но вчера… Вчера он подарил мне колье и поздравил с днем рождения. Не ударил, не унизил. До сих пор не могу в это поверить.

Я совсем не считаю себя сумасшедшей, хотя получается, что я разговариваю с пустотой.

– У меня был отличный день рождения. Только тебя не было. Мои родители… они… черт, я не ожидала такого от них. Я была бы по-настоящему счастлива, был бы ты рядом.

Делаю два шага назад.

– Прости, Тош. Мне нужно идти. Люблю тебя.

Я ухожу из этого места, где были разрушены мои мечты о счастливой жизни.

Глава 28

– Ну как ты? – спрашивает Юля, заходя в мою комнату.

Я пожимаю плечами.

– Нормально.

– Как в школе?

– Тоже нормально.

Меня будто передергивает от воспоминаний о школе. Эта учебная неделя, была одна из самых ужасных. На удивление, Ян совсем не обращал на меня внимания. Лишь изредка улыбался и посылал мерзкие взгляды в мою сторону. Но, ни разу ко мне не подошел.

Диана с Милой, устроили мне настоящую войну. Каждый день, я слышала от них отвратительные слова в свой адрес. Меня закрывали в классах. Писали всякие гадости на парте. Но как же их раздражает мое игнорирование.

Потихоньку я начинаю привыкать к этой жизни. Жизни без Антона. Безумно тяжело, но я пытаюсь.

Прежде, каждый день в школе, я держалась нормально. Мне помогали жить мысли о предстоящей прогулке с Тошей. Я жила этим.

– Ты чего? – Юля машет рукой перед моим лицом.

– Нет, ничего. Просто задумалась.

Подруга кивает.

– Завтра пойдешь в школу?

– Да, – грустно отвечаю. – У меня слишком много пропусков. Я объяснила директору, что болела, и поэтому сидела дома, но ее это не волнует. – пожимаю плечами. – Она мне сказала, чтобы я больше так не прогуливала, иначе мне грозит отчисление.

– Ужас. Как родители?

Я опускаю голову. Мне больно об этом даже думать, не то чтобы говорить. Они снова взялись за свое. Для них снова нет ничего важнее, чем бутылка.

До мелочей помню тот день, когда вернулась с кладбища и обнаружила их пьяные тела на кухне. Тогда, мне было дико больно, ведь на мой день рождения, они смогли быть трезвыми. Но они сдались перед своей слабостью.

– Опять пьют?

В ответ киваю.

– И давно?

– Они были трезвыми, только один день. До сих пор не понимаю, к чему был весь тот цирк. Как они вообще вспомнили, что у меня день рождения?

Юля пожимает плечами.

– Болит? – спрашивает она, прикасаясь к моей татуировке.

– Уже нет.

Подруга улыбается. Я отхожу от нее и снимаю свою толстовку, оставаясь в футболке. На лице Юли появляется широкая улыбка, когда ее взгляд устремляется на мою шею. Сразу понимаю, в чем дело. Уже поздно что-либо делать. Она увидела. Красильникова подходит ко мне, внимательно рассматривая колье на шее.

– Откуда это у тебя?

– Паша подарил, – выпаливаю, прежде чем успеваю подумать.

– Так он же вроде тебе денег дал.

– Ну, деньги и колье.

Юля пальцами обхватывает мой подбородок, заставляя смотреть ей в глаза.

– Да ты врешь, – ухмыляется подруга.

– С чего ты взяла?

– Лер, я знаю тебя всю свою жизнь. Я могу определить, когда ты врешь.

Я закрываю глаза. Ну не умею я хорошо врать.

– Лер…

– Что?

– ОТКУДА. У ТЕБЯ. ЭТО. КОЛЬЕ?

Юля не поверила, что это подарок Паши, и теперь я даже не знаю, что еще можно придумать.

– У тебя парень появился?

– Нет, – хрипло отвечаю.

– Но тебе, же не Паша, это подарил.

Я киваю. Ох, черт.

– Ну и кто тебе подарил это колье?

Снова молчу.

– Давай не сейчас, – тихо говорю. – Я обязательно тебе все расскажу, но не сейчас.

Открыв глаза, вижу ошарашенную подругу.

– Что? – удивленно спрашиваю.

– Оно золотое.

Что?

– Ты уверена в этом? – мои глаза расшириваются. Я внимательно осматриваю колье. Нет. Не может быть.

– Ну да, – спокойно отвечает Красильникова. – Я умею отличать золото от всякой бижутерии. Меня мама научила, чтобы я себе так случайно не купила пластмассу, вместо золота.

У меня просто нет слов. Я ведь даже и не догадывалась, что это настоящее золото.

– Как думаешь, дорого стоит?

– Ну, судя по дизайну и весу – цена приличная, – подруга вновь осматривает колье. – Богатый же у тебя поклонник.

– Смешно.

Зачем? В честь чего вообще такой дорогой подарок, если между нами ненависть? Ян меня ненавидит, ведь так? Или уже нет?

* * *

Я держу в руках телефон и шокировано смотрю на экран.

Только что мне позвонила Виктория Александровна и попросила прийти к ним. Она толком ничего и не объяснила. Просто сказала, что у нее для меня есть сюрприз.

Ничего не понимаю. Какой еще к черту сюрприз?

Мы не общались с Викторией Александровной, с того самого дня похорон. Мне было сложно позвонить ей. Просто не хватало сил.

Часы показывают восемь вечера, и я не приложу ума, почему именно сейчас, я понадобилась маме Антона.

Переодевшись, выхожу из квартиры. Сердце бешено стучит всю дорогу.

Когда я набираюсь смелости, звоню в дверной звонок. Дверь сразу же открывается. Выдавливаю из себя улыбку, когда вижу Викторию Александровну.

– Здравствуйте.

– Привет, Лер. Проходи.

Мама Антона отступает в сторону, и я вхожу в квартиру.

– Проходи на кухню.

Кивнув, делаю то, что мне говорят.

– Чай будешь?

Я качаю головой.

– У меня нет желания пить чай, – тихо шепчу. – Как вы? Держитесь хоть немного?

Виктория Александровна опускает голову и грустно улыбается.

– Немного. Мне просто кажется, что он все время где-то гуляет со своими друзьями, с тобой, как это было всегда. Кажется, что он на учебе. Где угодно, но только не под землей.

Киваю и перевожу взгляд на окно.

– Я тоже не могу в это поверить. Такое чувство, будто он сейчас зайдет на кухню, улыбнется и что-нибудь скажет…

– Но этого не произойдет, – заканчивает мою фразу мама Тоши. – Лер, давай не будем о грустном. Как у тебя дела? В школе как?

У меня пересыхает во рту. Стоит ли ей говорить правду?

– Нормально.

– Как у тебя с тем парнем?

– С каким? – удивленно спрашиваю.

– Ну, с Яном вроде, или как там его зовут?!

– Да, – киваю. – Ян.

– Ну, так как у тебя с ним?

В ответ, пожимаю плечами.

– Он по-прежнему меня ненавидит, но неделю назад подарил это, – показываю колье на шее. – Теперь я даже и не знаю, что и думать.

– Ты ведь его любишь?

– Да. Нет. Я не знаю. Со всеми этими обстоятельствами, я полностью запуталась в себе. Изначально думала, что охладела к Яну, но когда он пришел, поняла, что по-прежнему схожу по нему с ума. Это так странно.

Виктория Александровна смотрит мне прямо в глаза и улыбается.

– Ты так сильно любишь этого парня, что даже набила татуировку?

– Эта татуировка, посвящена не ему.

– А кому тогда?

Опустив голову, делаю глубокий вдох. Мама Тоши, подходит ко мне и крепко обнимает.

– Ты сделала ее…

–… в память об Антоне, – заканчиваю фразу.

– Неужели он был тебе настолько дорог?

Мне хочется развернуться и уйти. Хочется рвать на себе волосы.

Она не верит мне. Виктория Александровна не верит, что Тоша очень дорог для меня. Это будто удар ножом в сердце.

– Тоша и сейчас, мне очень дорог. И через десять лет будет дорог. И даже спустя пятьдесят лет, я не забуду его. Вы даже представить себе не можете, как сильно он мне нужен.

– Извини, – шепчет мама Антона.

– Это вы меня извините. Я просто сорвалась.

Мне становится стыдно перед ней. Опять получается, что я делаю всех вокруг виновными, хотя по сути, вина на мне.

– С прошедшим тебя.

Подняв брови, удивленно на нее смотрю.

– Ну, у тебя же недавно был день рождения. Извини, что вовремя не поздравила.

– Откуда вы знаете?

Виктория Александровна подходит к окну.

– Собственно поэтому, я тебя сейчас и позвала.

– Вы о чем? Я не понимаю.

Подойдя к ней ближе, смотрю прямо в глаза. Господи, столько боли, я никогда не видела. Никогда мне не доводилось видеть столько страданий в глазах.

– Вчера, я решила разобрать вещи Антона.

Молчу, ожидая следующих слов.

– Я сейчас, – говорит мама Тоши и выходит из кухни.

Через несколько минут, она возвращается. Только теперь, у нее в руках какая-то синяя коробочка.

– Это я нашла в его столе. Это твое.

– В смысле?

– Там есть записка. Через нее я поняла, что это для тебя.

Молча, забираю коробочку.

– Спасибо.

* * *

Минут десять смотрю на эту самую коробочку, не решаясь открыть. До безумия интересно, что же в ней, но я не открываю.

Набрав побольше воздуха в легкие, снимаю крышку от коробки. Сверху лежит небольшой листочек, и я сразу же беру его в руки. Текст этой записки, разрывает все внутри.

«Любимая Лерочка, с днем рождения. Твой Тоша»

Это так странно, получать подарок от человека, которого уже нет в живых.

В коробке лежит еще одна небольшая коробочка. Открыв ее, не сдерживаю слез.

Серебряный браслет с надписью «I love you»

Невозможно описать чувства. Шок? Удивление? Неожиданность? Радость? Всех этих слов мало, а чувств – море.

Подняв голову, смотрю в небо, стоя у окна.

– Спасибо, милый.

Он обязательно меня услышит.

– Я люблю тебя, – снова шепчу. – И это навечно.

Жизнь жестоко с нами обращается, подставляя все новые и новые препятствия на пути к счастью. Но вот в чем вопрос: сколько мне еще нужно пройти таких препятствий, чтобы обрести счастье? Будет ли у меня вообще это счастье?

Как бы это банально не звучало, но я устала. У меня нет в этой жизни ничего. Родители пьют, любимый человек ненавидит, а лучший друг в чертовой земле.

Хотя по сути, чего мне жаловаться? У меня есть две руки, две ноги, я здорова, и у меня есть жилье. Разве не в этом счастье?

Я не смогу носить этот браслет. Он вызывает во мне слишком сильные эмоции. Только взглянув на него, у меня наворачиваются слезы. Если он все время будет у меня на запястье, я просто сойду с ума. Мне вполне хватает кольца и татуировки.

Слишком уж сложно уживаться со всеми душетрепещущими воспоминаниями. Они не дают покоя, ни на минуту. Выворачивают душу наизнанку.

Телефон вибрирует, и я принимаю вызов.

– Малая, привет.

– Пашка! – кричу в трубку телефона.

– Как ты там? Справляешься хоть немного?

– Да. Все нормально.

Вытираю слезы и выдавливаю из себя улыбку.

– Что купила себе?

Пытаюсь понять, о чем он говорит, но потом вспоминаю, о чем идет речь.

– Я себе кое-что сделала, – говорю, прикусив губу.

– И что же?

– Татуировку.

Жду его реакции. Паша, всегда отрицательно относился к тату. Он их просто терпеть не может.

– И какую?

– Небольшая надпись на руке.

Повисает неловкое молчание. Я слышу, как брат делает глубокий вдох.

– Ну что ж, ты вправе сама решать, что тебе делать. Это твоя жизнь, твои решения. Только потом не обвиняй кого-то, если сама сделала ошибку.

Его слова, задевают меня за живое. Я совсем не ожидала такой реакции.

Он прав. Это моя жизнь, и если я где-то оступлюсь, то буду виновата только я сама. Такова взрослая жизнь.

Как же мне хочется вернуться в беззаботное детство, где самый сложный выбор состоял в том, чтобы поиграть в футбол или прятки.

– Паш, спасибо тебе большое.

– За что? – удивленно спрашивает брат.

– За понимание. Мне это сейчас необходимо. Спасибо.

Паша пытается что-то сказать, но связь прерывается. Даже и не знаю, когда в следующий раз услышу его голос.

* * *

Стиснув зубы, прохожу мимо компании Яна.

Так уж получилось, что мне нужно пройти мимо них. Вся компания стоит, прямо напротив моего класса, а мне, как назло, необходимо идти на урок.

Черт, почему они не идут к себе в класс? Почему они вообще стоят возле моего класса?

Заметив среди них Диану, ухмыляюсь. Теперь ясно, почему они здесь. Эта девчонка идет по кругу, при этом, не считая себя шлюхой.

Мне не стоит бояться Сотникова, ведь он сделал мне такой подарок. Или все же стоит его избегать?

Услышав смех за своей спиной, сразу же оборачиваюсь.

Черт. Черт. Черт.

Остается всего два метра к классу, к безопасности. Нужно бежать, но я просто стою на месте. Все же сделав шаг в сторону класса, буквально встречаюсь телом со стеной. Меня будто «впечатывают» в стену. Мало приятного.

– Соскучилась? – шипит сквозь зубы Ян.

Как у него, получается кардинально измениться, за такое короткое время?

Мои глаза закрыты, но даже так, я могу ощущать его ярость и злость.

– Нет, – выдавливаю из себя.

Открываю свои глаза, и сразу же встречаюсь с пропитанными ненавистью, карими глазами. А ведь неделю назад, эти самые глаза смотрели на меня с такой нежностью, что хотелось плакать от счастья.

– А должна была, – вновь шипит Ян.

Меня начинает трясти от всей этой ситуации. Как же давно я не чувствовала его ненависть. Сейчас все возвращается в прежнее русло: я жертва, а Ян настоящее чудовище.

Снова чувствую резкую боль. Он опять «впечатывает» меня в стену. Черт. Я снова вскрикиваю, но Сотников зажимает мне рот своей рукой. Слышу смех, исходящий от его компании. Поворачиваю голову, сразу встречаясь с мерзкой ухмылкой Дианы. Как же мне хочется подойти к ней, сделав то же самое, что Ян сейчас делает со мной.

Где учителя? Где другие ученики? Почему, черт возьми, никто не обращает внимания на мой крик?

Да всем плевать. Они просто будут продолжать смотреть, даже если Ян будет убивать меня. Всем плевать на мою жизнь. Пора бы и привыкнуть.

– Ну как ты, куколка?

Не отвожу от него взгляда. Стойко смотрю ему в глаза, лишь изредка моргая. На лице Сотникова мелькает дьявольская ухмылка. Все краски сходят с его лица, когда он опускает глаза на мою шею. Я слежу за его взглядом, понимая, куда он смотрит. Колье. Конечно же, колье. Почему он так реагирует на это?

Рука Яна отпускает меня, и он сам делает шаг назад.

– Эй, Ян, ты чего? – выкрикивает какой-то парень, явно не понимая, что происходит. Не один он в шоке. – Покажи ей, как правильно нужно с тобой разговаривать.

Лицо Сотникова не выражает никаких эмоций. Пустота. Одна пустота. Но мне кажется… или я действительно вижу в его глазах небольшую долю шока, неожиданности.

Видимо Ян не ожидал, что я буду носить его подарок. Иначе, как еще объяснить такую реакцию?

– Заткнись, – огрызается Сотников, поворачивая голову в сторону компании.

Ян делает шаг в мою сторону, отчего мое сердце замирает. Он прикасается пальцами к подарку. Мне нечем дышать. Я жду, что будет дальше. Сотников резко отступает от меня и идет к выходу.

– Ян! – кричит вслед, все тот же парень. – Ты что, обиделся?

Но Ян даже не оборачивается.

Диана поворачивается в мою сторону, при этом ехидно ухмыляясь.

– Что ты ему сделала?

Даже не знаю, что ответить. Не они одни, сейчас находится в шоке.

Глава 29

Целый день я думала лишь об одном. Мои мысли принадлежали поступку Сотникова.

После всего произошедшего вчера, я так и не видела его.

Даже сейчас, когда прошло три урока, я так и не наблюдаю Яна в школе. Мне хочется найти его и просто спросить, что тогда вообще произошло.

Внезапно, мой взгляд устремляется на руку там, где татуировка. Внимательно рассматриваю ее, будто за все это время не насмотрелась.

– Опа! – кричит Милана, смотря на мою руку. Теперь я жалею, что вообще оставила открытой тату. – Шлюха, ты татуировку набила?

Все в классе, сразу же переводят на меня все свое внимание. Мила подходит ко мне.

– Да ладно тебе, покажи тату.

Прячу руку под партой, ругая себя, что надела блузку с короткими рукавами.

– Покажи, – повторяет Милана.

Я смотрю ей в глаза, и вижу там наигранность. Ничего хорошего.

– Нет, – коротко отвечаю.

– Тебе что, сложно?

– Да, – говорю, пожимая плечами. – Мне сложно.

Диана подходит к нам. Нет, ну эти девчонки, вообще ходят по одиночку?

– Филатова, почему ты такая сука?

Мои глаза расшириваются, но я ничего не отвечаю. Дверь в класс резко открывается и заходит какой-то мальчик, лет десяти.

– А где шлюха? – спрашивает он.

Изумленно смотрю на него, но когда он поворачивается ко мне, все понимаю…

– Филатова, тебя математичка зовет, – говорит малой и выбегает из класса.

Я так надеялась, что наш конфликт с Яном и с этими двумя, только между нами. Но я даже представить не могла, что теперь все в школе считают меня шлюхой. Даже дети. У меня пересыхает во рту, от этого осознания.

– Вот, видишь Филатова, не одни мы, считаем тебя шлюхой. Вся школа знает об этом, – ухмыляется Диана. – Все вокруг знают правду.

Подымаюсь со стула и смотрю Диане в глаза. Меня пугает собственная смелость.

– Да? И какую же они знают правду? – ехидно спрашиваю. – Кто из нас двоих шлюха, так это ты. Не я, иду по рукам в компании Сотникова.

Пока Диана ошеломлена моими словами, я отхожу от нее и выхожу из класса.

* * *

Такое чувство, будто все вокруг обозлены на меня.

Я стала слишком уязвимой, после смерти близкого человека. Стала принимать все близко к сердцу.

Когда я иду в свой класс на урок, слышу смешки в свою сторону.

Безумно сложно оставаться сильной, когда все ломают тебя. И дело даже не в Яне, просто я стала центром издевательств и травли, и без него. Если раньше мне было плевать на это, то сейчас я чувствую дикую боль в области сердца.

На Милану с Дианой, я пытаюсь не обращать внимания, но вот все остальные… Они просто не дают мне спокойно жить. Ну почему? Что я сделала им такого, что они теперь так относятся ко мне?

Прохожу мимо стенда «Гордость школы». Взгляд невольно устремляется на мою фотографию. Да, я хорошо училась, и мою фотографию прикрепили на стенд. Но сейчас, мои показатели упали на самое дно. Фото видимо забыли снять.

Подхожу ближе. Непроизвольно морщусь, когда осматриваю фото. Ну, кто бы сомневался, что и здесь не обойдется без тех мразей, которые меня унижают. И как только учителя, этого не заметили?!

Ниже фотографии написано «Шлюха», «Сколько час?», «Всем за деньги, а Яну бесплатно». Становится тошно от этих надписей.

Срываю фотографию. Больше нет сил, все это терпеть. Мне просто необходимо оставаться сильной, научиться давать отпор. Но как вообще можно им противостоять, если у меня может начаться истерика, от простого их высказывания обо мне?

Они все считают меня шлюхой, сукой, даже не представляя, какая я на самом деле.

Коридоры забиты учениками разных классов, и у меня возникает чувство, будто они все обсуждают меня. Слышу смех какой-то девушки, и мне кажется, что она смеется надо мной. Это уже паранойя.

Опустив голову, направляюсь в свой класс. Мимо проходит какая-то девушка, а-ля кукла Барби, и смотрит на меня с отвращением. Сделав глубокий вдох, захожу в класс и случайно сталкиваюсь со своей одноклассницей.

– Ты совсем долбанулась? – шипит она сквозь зубы.

В полном изумлении смотрю на нее. Неужели это та самая тихоня класса?

– Что? – спрашиваю хмурясь.

– Смотри куда прешься! – девушка обходит меня. – Сучка.

Хочется крикнуть ей кое-то в ответ, но внутри меня что-то ломается. Я не могу сказать ни слова. Меня сковывает страх. Откуда такое внезапное чувство страха, перед моим обидчиком?

Всегда сильная девчонка, теперь боится дать кому-либо отпор. Боль ломает душу. И это правда.

Выйдя из класса, иду на улицу. Мне нужно хоть немного отдышаться и понять, как быть дальше.

Захожу в гардеробную за своей курткой, но понимаю, что зря сделала это, когда замечаю вошедшего сюда Яна. Здесь помимо меня, есть еще люди, так, что Ян мне ничего не сделает. Оглянувшись, понимаю, что на этих учеников рассчитывать не стоит. От половины, я слышала оскорбления в свой адрес.

Быстро надеваю куртку и натягиваю на голову капюшон. Может хоть так, Ян меня не заметит.

– Сотников, ты кого-то ищешь? – улыбается ему какая-то блондинка. – Если эту сучку, то она здесь. – Она указывает на меня пальцем.

Что за черт? Когда люди успели стать такими гнилыми?

Вокруг лишь одно лицемерие. Вокруг одни предатели. Век мразей и ублюдков.

Я продолжаю стоять, не двигаясь, когда ко мне подходит Ян. И как только, я до сих пор в него влюблена?

– Привет, – говорит он, мерзко ухмыляясь.

Все это, лишь дешевый цирк. Его «привет» звучит подобно «я тебя сломаю».

Отхожу от в сторону, внимательно за ним наблюдая. Ян стоит на месте, будто не замечая, что я отошла. Еще один шаг, и я уже бегу прочь отсюда. Та его ухмылка и тот взгляд, не предвещают ничего хорошего.

Ничего лучше, чем забежать в женский туалет, мне в голову не приходит. Но это никак не смущает Яна. Он идет вслед за мной. Какая-то брюнетка выходит из кабинки и ошарашено смотрит на парня.

– Ян, ты ничего не перепутал? – спрашивает она.

Сотников в ответ ухмыляется, качая головой.

– Вы двое, – указывает девица на нас. – Вы решили здесь…

– Заткнись, – огрызается Ян.

Девушка ехидно улыбается и выходит.

Все, мне конец.

Решаю забежать в кабинку, но Сотников перехватывает меня и прижимает к стене.

Со стороны это может показаться крутым, что тебя прижимает к стене любимый человек. Но не тогда, когда он ненавидит тебя и прижимает тебе руки до синяков.

– Куколка, а ты чего такая не вежливая? Я ведь поздоровался с тобой.

У меня, появляется ком в горле.

Рука Яна обхватывает мою шею и сжимает. Чувствуется нехватка кислорода, и я пытаюсь убрать его руку. Сотников перехватывает мое запястье, не убирая руки от моего горла, но его хватка слабеет. Одним резким движением, он снимает кольцо с моего пальца.

О, Боже. Только не это.

Парень отпускает меня, отходя на шаг назад. Начинаю тяжело дышать, жадно хватая ртом кислород.

– Ян, пожалуйста, отдай.

Ухмылка Сотникова становится еще шире.

– Нет, – спокойно отвечает он.

– Ян, верни мне мое кольцо, – требовательно говорю.

– Куколка сегодня себя плохо вела. Куколка наказана.

Не понимаю, о чем он говорит, пока он не заходит в одну из кабинок, демонстративно открыв дверь и…

Боже, нет. Нет. Нет. Нет.

Ян бросает кольцо в унитаз и нажимает на слив.

– Нет! – кричу не сдерживаясь.

Никогда. Никогда в жизни, я ни прощу ему такого.

Сотников подходит ближе, толкая меня в стену.

– Ты идиот! Зачем? Зачем ты его выкинул?

Он все также продолжает равнодушно на меня смотреть, невзирая на мой крик. Ян подходит к двери, но оборачивается.

– Никогда так со мной не разговаривай, – подмигивает он, – иначе пожалеешь.

* * *

Всхлипнув, подхожу ближе и кладу цветы на могилку. Безумно тяжело на нее смотреть, и я закрываю глаза.

– Привет, милый, – шепчу я. – Ты снова оказался прав. Не знаю, что тогда было, но ты сказал мне, чтобы я не доверяла Яну. Но я вновь и вновь это делаю. Даже не знаю, как это объяснить. Он снова причинил мне боль. Нет, не физическую. Он ломает меня морально.

Решаюсь открыть глаза, и заворожено смотрю на цветы у могилы.

– В школу, я вообще не знаю, как ходить. Меня там все ненавидят и всячески издеваются. Самое ужасное в том, что я не могу им ответить. Я боюсь.

Вновь закрываю глаза и вытираю слезы. Невозможно не плакать, когда стоишь у могилы лучшего друга.

– Мне очень стыдно перед тобой, – признаюсь, жадно хватая ртом воздух. – У меня больше нет твоего талисмана. И я сама в этом виновата. Ян выкинул его. Он разорвал нашу с тобой связь. Когда кольцо было у меня, я знала, что ты рядом. А теперь…

До сих пор не могу прийти в себя, после такого поступка Сотникова.

Это кольцо было по-настоящему важным для меня. Это та самая невидимая нить, которая связывала меня с Тошей. А Ян просто взял, и разорвал эту нить.

– Тош, извини меня. Мне очень жаль, что так получилось.

Делаю шаг назад.

– Спасибо тебе за браслет. Знаешь как необычно, получать подарок от тебя, когда тебя уже нет. Я обещаю, что буду беречь его. Теперь, это мой талисман.

Делаю еще один шаг назад, но не отрываю глаза от могилы.

– Люблю тебя, – тихо шепчу.

До моего плеча прикасается рука, и я вскрикиваю.

– Да не кричи ты так.

Повернувшись, вижу того самого парня, который провожал меня домой после похорон.

– Ты совсем с ума сошел? Зачем так пугать?

– Ну, извини, – пожимает он плечами.

Не очень-то и приятно, когда ты находишься на кладбище, и к тебе прикасается чья-то рука, ведь ты здесь один.

– Ну как ты? – спрашивает Никита.

– Нормально, – вру я.

Я буду людям врать, что у меня все нормально, пока боль изнутри ломает меня.

– Ты как? – спрашиваю из вежливости.

– Привыкаю потихоньку. Изначально было очень тяжело, но сейчас вроде справляюсь.

– Ясно.

Отхожу на шаг в сторону.

– Мне нужно идти, – тихо говорю Никите.

Парень кивает. Все в нем, напоминает мне Антона. Такое чувство, будто сейчас передо мной стоит не Никита, а Тоша. Чтобы больше не видеть этого, ухожу прочь.

* * *

– Ты сейчас свободна? – спрашивает Юля.

– Да, а что?

– Приходи ко мне. У меня есть к тебе один разговор.

Закатываю глаза, но естественно Юля не может этого увидеть сквозь телефон.

– Что за разговор? – заинтригованно спрашиваю.

– Вот придешь и узнаешь.

Снова закатываю глаза.

– Что, прямо сейчас?

– Ну да.

– Ладно, жди. Скоро буду.

Сбросив вызов, быстро переодеваюсь. Собираюсь уже выйти из своей комнаты, как слышу грозный голос отца.

– Лера, а ну быстро сюда!

Давно же, отец не избивал меня. Видимо сейчас, он и планирует это сделать.

Схватив куртку, выбегаю из комнаты. Быстро надеваю сапоги, и так же быстро бегу из квартиры.

Отлично. Сегодня у меня получилось от него сбежать. Но что будет дальше? Смогу ли я в следующий раз убежать?!

Нет никакого желания, снова быть избитой отцом. Семья должна поддерживать, а не добивать окончательно.

Я хочу почувствовать любовь мамы и папы. Хочу, как и во всех нормальных семьях, быть нужной в семье. Мне безумно хочется, чтобы мои родители перестали пить. Они ведь могут. Но все это останется мечтами, которым не суждено сбыться.

Реальность слишком сурова. Ей плевать на все наши мечты и желания.

Я могла бы жить спокойной жизнью обычного подростка, со своими стандартными заморочками и проблемами. Но, увы, у меня такая сложная судьба.

Оказавшись у подъезда, в котором живет Юля, мой взгляд устремляется на какую-то парочку, которая сидит на лавочке напротив подъезда. Сердце сжимается, когда парень поворачивается ко мне.

Ян.

Снова он. Ох, черт, он меня заметил. Это плохо.

Перевожу взгляд на девушку, та, которая рядом с ним. Это ведь та самая Катя.

Только не сейчас. Мне просто не хватит сил, чтобы думать сейчас о Яне. Уж слишком много боли, он причинил мне сегодня, чтобы я думала о нем и ревновала.

Неужели я теперь каждый раз буду сталкиваться с Сотниковым и его подругой, когда буду приходить к Юле?!

Отвожу взгляд от Яна и захожу в подъезд.

Сердце разрывается на части из-за ревности, но я не подаю этому вида.

Не думать о Яне. Не думать о Яне. Черт возьми, не думать об этом придурке.

У меня, получается быстро дойти к квартире Юли. Лифтом, я не пользуюсь. Мне всегда было страшно в них ездить.

– А ты быстро, – улыбается мне подруга, открыв дверь.

Мне удается выдавить из себя улыбку.

Спустя некоторое время, мы уже сидим в гостиной и пьем чай с тортом.

– Где твои родители? – спрашиваю у Юли.

– Сейчас у них какая-то мегаважная вечеринка. У их директора день рождения, – отвечает подруга. – Вернуться они только под утро.

Я ухмыляюсь.

– Юль…

– Ммм.

– О чем ты хотела со мной поговорить?

Красильникова умеет заинтриговать. Но я терпеть не могу всякие интриги.

На лице Юли появляется широкая улыбка. Ох, не нравится мне это.

– Юль, я тебя слушаю.

– Лер, только не перебивай меня, хорошо?

Молча, киваю.

– Милая, давай сходим в клуб. Тебе нужно развеяться. Ты постоянно грустная и загружена. Я понимаю, что ты до сих пор грустишь из-за Антона, но это не повод…

– Юль, не…

– Лер, не перебивай меня, пожалуйста. Я просто хочу, чтобы ты немного повеселилась.

Сразу вспоминается наш прошлый поход в клуб, отчего я вздрагиваю. Вспоминаю Кристину, которая потрясла меня своей жизненной историей. Я помню, как она говорила мне, что я сильная. Но она ошибалась. Сильно ошибалась.

– Можно теперь мне сказать? – спрашиваю у Юли.

Подруга кивает.

– Мне и так хорошо. Я не хочу идти ни в какой клуб. Не хочу, как ты выразилась «веселиться». Пойми, поход в клуб, не решит всех моих проблем.

Юля тяжело вздыхает.

– Ну а если мы просто пойдем в клуб, и найдем тебе парня?

Ошарашено смотрю на подругу.

– Нет, Юль. Спасибо, но мне не нужен парень. Мне и одной, вполне хорошо, – выдавливаю улыбку, чувствуя, как краснеет лицо.

Черт. Черт. Черт.

Если Юля сейчас заметит, что я покраснела, она сразу же все поймет.

– Тааак, – тянет Красильникова, ехидно ухмыляясь.

Поздно… Она все-таки заметила.

Подруга придвигается ближе ко мне, внимательно всматриваясь в мои глаза.

– И кто он? – заинтригованно спрашивает она.

Я еще больше краснею.

– Кто он? – переспрашиваю, делая вид, что не понимаю, о чем говорит Юля.

– Ну, тот парень, в которого ты влюблена…

– Я не…

– Ой, Лер. Я же вижу, что ты влюблена. Черт, как я раньше этого не замечала?

Мне приходится опустить голову, чтобы хоть как-то скрыть красное лицо.

– Юль, я не влюблена, – пытаюсь врать.

– Я тебе не верю. Ты, дорогая моя, по уши залипла на какого-то парня. Но на кого?

Закрываю глаза, делая вид, что не слушаю Красильникову.

– Лер…

Молчу. Просто игнорирую ее. Юля видимо понимает, что отвечать я не собираюсь, и начинает копаться в телефоне.

Продолжая молчать, подхожу к окну. По щекам льются горькие слезы от самого осознания, в кого я влюблена. Подруга не видит моих слез, ведь я стою к ней спиной.

– Ян, – тихо шепчу, боясь нарушить тишину.

Юля подходит ко мне и смотрит мне прямо в глаза, но я вновь закрываю их.

– Что «Ян»?

– Человек, которого я люблю – Ян Сотников.

– Что? – у Юли округляются глаза. – Ты серьезно? Как так-то? У меня просто нет слов.

Да уж, не очень-то и приятно, любить человека, который вытирает об тебя ноги.

– А он знает?

Я киваю, и подруга крепко меня обнимает.

– И давно? – с жалостью в голосе, спрашивает Красильникова.

Ненавижу жалость. Ненавижу, когда меня жалеют. В таких ситуациях, я чувствую себя слишком ущербной.

– Три года, – отвечаю Юле.

Проходит несколько минут, прежде чем подруга отходит от шока, начиная меня расспрашивать.

– Он внимания не обращает вообще?

Лучше бы, все так и было.

– Ян ненавидит меня, – говорю с горечью в голосе.

– Что?

– Он ненавидит меня.

На лице Юли мелькает непонимание. Собрав всю свою смелость, рассказываю ей обо всем. Просто открываю свою душу. Выворачиваю себя наизнанку. Мне становится легче от этого.

Конечно же, я умалчиваю об избиениях Яна, просто говорю, что он меня оскорбляет, и все.

Когда я заканчиваю свой рассказ, подруга слишком ошарашена. По ее щекам льются слезы. А ведь она узнала не всю правду.

– Лер, извини меня.

– За что?

Как ни странно, но я не плачу.

– За то, что всегда рассказывала тебе о нем и его девушках. Я ведь не знала. – У Красильниковой растерянный вид, а ее глаза не отражают абсолютно никаких чувств и эмоций.

– Юль, тебе не за что извиняться. Правда, все хорошо.

Подруга поднимает на меня свой взгляд, а потом опускает его на шею.

– Да, это колье подарил мне Ян, – говорю, читая в ее глазах вопрос.

Рассказываю Юле о своем дне рождения, ну точнее о том, что касается Сотникова.

Никто. Никто не знал правду о Яне. Антону, я особо ничего не рассказывала, боясь причинить ему боль. И даже сейчас, я сказала Юле лишь часть правды. Кажется, что уже все вокруг знают, что Ян меня избивает. Все, кроме близких мне людей, знают правду.

– Зачем? Зачем он подарил мне это дорогое колье, если ненавидит, и тем более у него есть девушка?! – спрашиваю у подруги. Может хоть она даст мне ответ на это.

– Какая девушка? Катя? Ты думаешь, что это его девушка? – смеется Юля. – Это лишь его временное увлечение. Пока Катя не против, они будут встречаться.

– Не против чего?

Подруга закатывает глаза.

– Лер, ну ты как маленькая.

Ко мне сразу доходит смысл того, что Юля имеет в виду, и я морщусь от этого.

– А на счет колье, – Красильникова прикасается к моей шее, принимаясь осматривать подарок Яна, будто никогда прежде его не видела. – Я думаю, он тебя все еще любит.

Я вздрагиваю от таких слов.

– Нет. Это полная чушь, – протестую, не веря ей.

Юля улыбается.

– Нет. У меня есть подруга, и она психолог. Так вот, ей удалось научить меня разбираться с поступках людей. Понимать их, чувствовать то же самое, что и они. В общем, это сложно объяснить. – Подруга делает глубокий вдох. – Я немного попробовала вникнуть во всю эту ситуацию, и вот, что я поняла: он играет роль плохого парня, но я общалась с ним, и знаю, что он не такой. Ян пытается тебя ненавидеть. Глубоко внутри, он все тот же парень, который тебя любит, но сейчас он тщательно пытается спрятать свои чувства.

– О, Боже, Юль, это полный бред.

– Нет. Это правда, милая.

Глава 30

– Нет. Я не верю в это, – говорю Юле. – Ты меня, конечно, извини, но психолог из тебя никакой. Ты не знаешь всю ситуацию.

Подруга закатывает глаза.

– Лер, просто поверь мне. Ему нужен некий толчок, и тогда он все поймет.

Моя очередь закатывать глаза.

Она просто не знает. Не знает, насколько сильна ненависть Яна.

– Давай просто закроем эту тему. Если бы ты знала все до конца, тогда бы не сомневалась в его ненависти.

– Ну а что я не знаю? – возмущается подруга. – Расскажи мне.

Тяжело вздохнув, качаю головой.

– Не сейчас.

На лице Красильниковой появляется встревоженность, и я решаю перевести тему разговора.

– Как у тебя с Владом?

Юля улыбается, и я понимаю, что у меня получилось безо всяких возмущений сойти с темы.

Около получаса, подруга рассказывает мне о своих отношениях. Я внимательно слушаю, ну точнее делаю вид, ведь мои мысли заняты одним человеком.

– О, а давай завтра сходим куда-нибудь.

Отрываясь от раздумий, поворачиваю голову к Юле.

– Зачем?

– Просто прогуляемся, раз ты не хочешь идти в клуб. Можем сходить в кафе.

– Ладно, – соглашаюсь, понимая, что просто так, подруга не отстанет от меня. – Сходим в кафе.

Лицо Юли расплывается в сумасшедшей улыбке.

– Отлично. Тогда давай завтра вечером втроем сходим в кафе.

– Втроем?

– Ну да. Ты, я и Влад.

Кивнув, делаю глубокой вдох.

* * *

Утро, уже не может быть добрым. Особенно, если это утро не выходного дня. И в особенности, если тебе нужно идти на эту каторгу – в школу. Для кого-то школа – это незабываемое время, самое лучшее в их жизни, но для меня школа – девять кругов ада.

Уже с самого утра, у меня ужасное настроение. Меня все раздражает и приводит в бешенство.

Как только захожу в школу, все ученики сразу устремляют на меня свои взгляды и начинают активно перешептываться, смеясь при этом. Все они говорят обо мне. Или это правда, или паранойя.

Возле класса стоит Милана с каким-то парнем, и тот активно ее зажимает. Мне противно от этой картины. Не школа, а клуб какой-то. На каждом углу целуются и обнимаются. И все это происходит, начиная с восьмого класса. Восьмого, черт возьми.

Зайдя в свой класс, снова морщусь. Какой-то парень прижимает Диану к стене, засунув свой язык ей в рот. И она не считает себя шлюхой. Вау.

На моей парте снова мерзкая надпись. Не знаю почему, но я чувствую боль от этой надписи. Мне бы уже давно стоило привыкнуть к этому, но у меня не получается. Именно сейчас, я чувствую боль от всех их слов. Слишком уязвима.

Ненавижу общество этих мразей и до ужаса отвратительных людей.

К счастью, завтра последний учебный день, и каникулы. Как же долго я их ждала. Нужно всего лишь потерпеть два дня.

Выйдя из класса, иду в учительскую. Мне нужно взять задание по алгебре, чтобы была нормальная оценка за семестр. Как и всегда, слышу оскорбления в свой адрес.

Беру задание и возвращаюсь в класс, но путь мне преграждает одна блондинка из десятого класса. Пытаюсь обойти ее, но она не дает мне этого сделать. Отступаю в сторону, и девушка толкает меня в стену. К нам подходят еще две девушки.

– Привет, сучка, – говорит одна из них, указывая на меня пальцем.

Собираюсь уже убегать, как эта самая блондинка резко хватает меня за волосы и дергает в свою сторону. Невольно кричу от боли.

– Не кричи, а то хуже будет, – предупреждает меня одна из этих девиц.

Еще один рывок за волосы, и я просто падаю на пол. Блондинка бьет мне ногой в живот, отчего я кричу. Это адски больно.

– Не кричи мразь, – шипит сквозь зубы какая-то девушка, ударяя меня по лицу.

Снова кричу. Просто хочется, чтобы все это закончилось. Раз и навсегда.

Один резкий удар в живот, и я отключаюсь.

* * *

Легкий удар по щеке приводит меня в реальность. Открыв глаза, осознаю, что нахожусь в женском туалете.

Передо мной стоит какая-то миленькая девушка, внимательно меня рассматривая.

– Как ты? – спрашивает она.

– Ты кто? Что происходит?

Девушка садится возле меня, и я вздрагиваю, боясь, что она мне что-то сделает.

– Я не причиню тебе вреда, – тихо говорит она. – Я Маша. Когда я проходила мимо, увидела, как тебя избивают какие-то девчонки. Они сразу же ушли, когда я подошла к тебе. Тебе нужна была помощь, и я потащила тебя сюда. Ты отключилась.

Продолжаю ошарашено на нее смотреть.

– Почему ты помогаешь мне? – спрашиваю у нее.

– Потому что я знаю, какого это, быть центром издевательств и насмешек. Я уже в одиннадцатом классе, и пережила многое в этой школе.

Эта девушка выглядит разбитой и подавленной внутри. Неужели я тоже так выгляжу?

Кое-как пытаюсь встать с пола. Маша мне помогает.

– Спасибо тебе большое, – искренне благодарю.

На лице Маши появляется милая улыбка.

– Не за что. Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

Пытаюсь улыбнуться, но дикая боль в животе заставляет меня поморщиться.

– Может тебе в больницу сходить?

Качая головой, снова морщусь.

– Со мной все нормально. Мне просто нужно выпить таблетку, и все пройдет.

Маша кивает, и мы выходим из туалета. В полной тишине, идем к моему классу.

– Спасибо еще раз, – говорю девушке.

Снова эта улыбка. Такая детская и до безумия милая.

– Может, домой отпросишься?

– Не вариант. У меня сегодня много контрольных работ.

– Ты расскажешь директору? Их ведь могут выгнать из школы.

Конечно, я радуюсь такой перспективе, но потом мое лицо морщится, когда я понимаю, какие будут последствия.

– Нет. Они ведь потом не оставят меня в покое. Все они, и так всячески меня ненавидят. А если еще и по моей вине кого-то выгонят из школы, станет только хуже.

Маша, не удивляется моим словам. Она ни капельки не удивлена и не ошарашена, как это бывает со всеми, кому я это рассказываю. Эта девчонка понимает меня.

– Извини, но мне нужно идти на урок.

В ответ киваю, и Маша уходит. Делаю несколько глубоких вдохов, прежде чем зайти в класс.

* * *

Такое чувство, будто все мои кости поменяли местами. Все тело дико болит.

Только спустя час, начинает действовать таблетка. Боль постепенно уходит, и я чувствую облегчение.

Мне так и не удалось просидеть в школе ни одного урока, и я все же отпросилась домой, хоть отпустили меня не сразу.

А эти девчонки, умеют правильно бить. От их ударов, мне было до ужаса больно, но сейчас я под действием обезболивающих. Даже не помню, как вообще добралась домой.

С легкостью поднимаюсь с кровати и выдавливаю из себя улыбку. Иду на кухню, надеясь, что там будет хоть что-то из еды. Услышав открывающуюся входную дверь, застываю на месте. Черт. Родители вернулись.

Только бы они не пошли сюда. Только бы они…

Слышу за спиной кашель и оборачиваюсь.

– Привет, пап, – тихо говорю, надеясь на взаимность.

Отец подходит к столу и ставит на него бутылку водки. У меня появляется ком в горле. Папа делает шаг в мою сторону, и я инстинктивно отступаю назад.

– Почему ты не в школе? – спрашивает он. – Ты почему дрянь, не в школе?

– У меня… было всего три урока.

Отец замахивается, и через долю секунды я ощущаю дикую боль в щеке.

– За что? – кричу я. – За что ты меня бьешь?

Как же мне больно смотреть ему в глаза. Это тот самый человек, который должен от природы любить меня, а он… Он избивает меня, ненавидя при этом.

Люблю ли я его? Сложно ответить. Я, конечно, все понимаю, он мой отец, и я просто обязана его любить, но… я ненавижу его. Я ненавижу собственного отца, и это мерзко и ужасно.

Этот человек избивает маму, и когда-то избивал моего брата. Он сумасшедший. Он просто больной.

Было бы лучше, если бы его не было? Даже не знаю, что ответить. Мне даже противно, что я вообще задумываюсь о таком. Он мой отец, а я желаю ему смерти? Нет.

Еще одна пощечина. Вскрикиваю, но отца это не останавливает.

– Хватит! Прекрати!

Папа отстраняется от меня, и я смотрю в его обезумевшие глаза. У меня только один вопрос к этому человеку.

– Почему? – тихо спрашиваю. – За что? Что я тебе такого сделала? Если ты действительно меня ненавидишь, тогда зачем на день рождения изображал хорошего и любящего отца?

Шаг в мою сторону, и я снова отступаю.

– Ты дрянь. Ты мне жизнь сломала. Все вы, мне сломали жизнь. Я мог быть сейчас знаменитым футболистом, но твоя мамаша залетела, и мне пришлось уйти из спорта.

У меня открывается рот от шока.

– Вы сломали мою жизнь.

– Дети не могут сломать жизнь.

Мне кое-как удается сдерживать слезы.

– Я ненавижу тебя, – говорю, стиснув зубы.

– Что? Да я твой отец…

– Отец? – шокировано спрашиваю. – Да как ты вообще можешь так себя называть после того, что ты сделал?

Он явно не ожидал такой моей реакции. Его вид ошарашен. Воспользовавшись моментом, выбегаю из кухни и бегу в свою комнату. Отец идет следом за мной и яростно стучит в дверь моей комнаты, которую я вовремя успеваю закрыть на замок.

– Открывай, тварь!

А что, если однажды он меня убьет? Бесконечное количество вопросов, и не одного ответа

– Ты ответишь за свои слова.

Получается, что еще до моего появления на этот свет, отец возненавидел меня.

Он был футболистом. А я ведь даже и не знала этого. Никогда не могла бы подумать, что мой отец занимался футболом. Они встречались с мамой, и она забеременела.

Я вспоминаю. Да, я знала это, но уже забыла, а теперь вновь вспомнила.

Мама тогда по уши была влюблена в отца, но он лишь использовал ее. Он никогда не любил маму. Когда она забеременела, ему просто пришлось на ней жениться, ведь его отец (мой дедушка) был очень строгим, и настоял на свадьбе. Первое время, они жили хорошо, но потом отец начал избивать ее. После появления Паши, он не прекращал бить маму. Но она не уходила от него. Позже, отец начал поднимать руку на брата. Потом родилась я, и папа начал уходить в запои.

Мне удается вспомнить весь рассказ, который мне рассказывала мама Юли, ведь она хорошо общалась с моими родителями, и знала практически все.

Я ненавидела мать? Полная идиотка. Только теперь я понимаю, через что она прошла. Она смогла сама воспитать сына и дочь, невзирая на такое поведение отца.

Стук в дверь прекращается, но я не открываю ее. Беру в руки телефон, когда он оповещает о новом сообщении.

«Давай через полчаса в кафе»

Черт. Черт. Черт.

Я ведь вчера обещала Юле, что пойду в кафе. Отменить уже ничего нельзя.

Быстро переодевшись, с замиранием сердца, открываю дверь. Глубоко вздыхаю от облегчения, когда не замечаю отца.

* * *

Широкая улыбка появляется на лице, когда мой взгляд падает на милую парочку в кафе. Даже со стороны видно, что они по уши влюблены друг в друга.

Влад шепчет что-то на ухо Юле, и та краснеет. Меня просто умиляет эта картина.

– Привет, – говорю я, когда подхожу к ним.

Подруга сразу же поднимается и обнимает меня.

– Привет, милая, – шепчет она.

– Привет, – говорит мне Влад.

Внезапная резкая боль появляется в животе, и я морщусь. Юля замечает это.

– Что такое? – обеспокоено, спрашивает Красильникова. – С тобой все в порядке?

Киваю, но продолжаю морщиться от боли.

– Я сейчас, – быстро говорю и иду в уборную.

Оказавшись возле зеркала, поднимаю вверх толстовку и осматриваю свой живот. Он не выглядит здоровым. Возле правого ребра виднеется огромный синяк.

Боль снова пронзает живот, и я хватаюсь за небольшой столик, чтобы удержать равновесие. В глазах темнеет. Брызгаю холодной водой в лицо, и это немного приводит меня в реальность. Дрожащими руками достаю из кармана обезболивающую таблетку и запиваю ее водой из под крана. Это очень мерзко и отвратительно, но другого выхода нет.

Сделав глубокий вдох, возвращаюсь обратно к Юле и Владу.

– С тобой точно все в порядке? – удивленно спрашивает подруга.

Мне удается выдавить из себя улыбку.

– Все нормально, – пожимаю плечами.

Сажусь напротив них, не отрывая глаза от этой милой парочки.

– Как у тебя с рукой? – спрашивает Влад.

На моем лице мелькает недоумение, но потом я понимаю.

– А. Все нормально. Остались только шрамы.

Влад кивает, и в этот момент у него звонит телефон. Он поднимается и выходит на улицу.

– Поздравляю, – улыбаюсь подруге.

– С чем?

– Ты наконец-то нашла себе хорошего парня, и со стороны, вы очень мило смотритесь. Влюбленная парочка.

Юля широко улыбается и немного краснеет.

– Я действительно очень счастлива, – признается она. – Только рядом с ним, я чувствую себя по-настоящему счастливой. Я люблю его.

Не знаю почему, но зависть во мне просто зашкаливает. Я завидую собственной подруге, черт возьми. Мне противно от этого. Как вообще можно завидовать лучшей подруге?

– Какие у тебя планы на Новый год?

Я пожимаю плечами.

Какие у меня вообще могут быть планы? Обычно на этот праздник, я была с Пашей. Но если бы у меня была бы возможность встречать Новый год с Тошей, я бы не раздумывая, согласилась. Я хотела с ним отмечать этот праздник. Но у меня никогда не будет такой возможности. Никогда.

– У меня нет планов.

Теперь я ничего не планирую. Смысла в этом нет.

– Отлично, – ухмыляется подруга. – Тогда на Новый год, ты будешь у меня.

Удивленно смотрю на Красильникову. Возвращается Влад и садится возле Юли, обнимая ее.

– О чем говорите? – спрашивает он.

– Я вот уговариваю Леру, прийти ко мне на Новый год.

– А ты что, не хочешь? – удивляется парень.

– Я вообще не понимаю, о чем идет речь, – качаю головой.

Подруга закатывает глаза.

– На Новый год, я устраиваю вечеринку у себя дома. Вот и приглашаю тебя туда.

– Юль… – я напрягаюсь. Мне не хочется, чтобы об этом знал Влад. – У меня сейчас нет денег. Родители…

– Милая, мне и не нужны твои деньги, – перебивает меня Юля. – Я сама устраиваю эту вечеринку, и не прошу ни у кого денег.

Прикусив губу, понимаю, что выставила себя полной дурой.

– Я не знаю. У меня совсем нет желания никуда идти. Наверное, я просто побуду дома…

– Нет, – снова перебивает подруга. – Ты не останешься дома в такой день.

Я закатываю глаза.

– Лер, ну, в самом деле, просто приходи на вечеринку. Будет весело, – вмешивается Влад. – Чего дома тухнуть в такой праздник?

Да, они победили.

– Ладно. Я приду.

Юля по-детски улыбается.

– Спасибо, милая. Это будет очень круто.

В ответ ухмыляюсь, но неожиданно мне в голову приходит одна не очень приятная мысль.

– Юль, а кто… еще там будет?

Подруга сразу понимает, о ком я ее спрашиваю, и пожимает плечами.

А что, если он действительно там будет? Что тогда?

– Но ты все равно придешь, – говорит мне подруга, явно прочитав мои мысли. – Ты мне обещала.

Я киваю, но подумываю о том, как бы мне не идти на вечеринку, тем самым не обидев лучшую подругу.

– Даже и не думай, как отмазаться от этого.

– Я и не думала, – вру ей.

– Это видно по твоим глазам.

Влад начинается смеяться, и я смеюсь вслед за ним.

* * *

Около получаса мы сидим в кафе и разговариваем на разные темы. Мое настроение вмиг поднялось рядом с ними. Влад, оказался очень воспитанным и вежливым в общении. Мне действительно легко и хорошо с ним общаться.

Общение с парнями, мне всегда больше нравилось, чем с девчонками. Парни не такие лицемерные.

После смерти Антона, я для себя решила, что больше не буду заводить дружбу с парнями. Даже если это и случится, я просто буду все время всех сравнивать с Тошей. Он для меня – идеал. И наша дружба была идеальна, вопреки всем ссорам и разногласиям.

И вот сейчас я хорошо общаюсь с Владом. Мы разговариваем с ним, будто давние друзья. Возможно, этот парень и мог бы стать моим другом, но думаю, что Юля не очень будет рада этому. Уж слишком моя подруга ревнивая. Но я ведь не собираюсь отбивать у нее Влада, но ей это не объяснишь.

– Ты серьезно играла в футбол? – сквозь смех, спрашивает у меня парень.

– Да.

– Вау, круто.

– А ничего, что как бы я здесь? – возмущается Юля.

Влад прижимает ее еще ближе к себе и целует в макушку.

– Извини, малыш. Просто мы заговорились с Лерой о футболе.

Я чувствую себя виноватой перед лучшей подругой. Улыбаюсь ей, извиняясь взглядом. В ответ Красильникова ухмыляется и кивает.

За весь наш разговор с Владом я узнала, что он дружит с Яном. Парень пытался заговорить со мной о Сотникове, но Юля, поняв мою неловкость, перевела тему, и я очень благодарна ей за это.

Внезапно, на мои плечи опускаются чьи-то сильные руки, и пальцы вжимаются в шею слишком больно. Хочу повернуть голову, чтобы посмотреть на этого самоубийцу. Какого черта он делает? Эти руки, явно не могут быть женскими. Я смотрю на эти ладони, и сразу понимаю, кто это. Эти руки, я узнаю из тысячи.

– О, привет, – радостно улыбается подруга.

Влад поднимается и протягивает Яну руку, потом снова садится на свое место.

У меня сразу появляется ком в горле. Сердце сжимается. Чувствую ли я сейчас перед ним страх? Да. Хотя почему, если мы сидим возле Юли и Влада? Он ведь не сможет мне ничего сделать. Наверное.

– Я, наверное, пойду, – говорю, пытаясь подняться, но меня снова садят на место, вжимаясь в мои плечи.

– Нет. Посиди немного, – требует Ян.

С умоляющим видом, смотрю на подругу, но она мне просто улыбается, даже не догадываясь, что я чувствую в этот момент.

Сотников садится возле меня. Между нами, всего какие-то сантиметры. Мне сложно дышать, когда этот парень рядом.

Откуда он вообще здесь взялся? Почему? Почему он здесь? А если, это Юля решила его позвать сюда, чтобы как она выразилась «дать ему толчок»?

– Юль, можно тебя на минуту?

Подруга кивает, и мы идем в уборную.

– Что за черт? – сразу спрашиваю, как только за нами закрывается дверь.

– Ты о чем?

Или Красильникова хорошая актриса, или она действительно ничего не понимает.

– Какого хрена, здесь Ян?

– Я не знаю. Просто сюда пришел. Лер, это просто совпадение, что мы тоже здесь.

Ухмыльнувшись, качаю головой.

– Я тебе не верю.

Юля подходит ко мне и берет меня за руку.

– Лер, просто послушай меня. Я, правда, не знаю, что он здесь делает.

– Ладно. Сделаем вид, что я тебе поверила, – шепчу, боясь закричать.

– Я не вру тебе.

Киваю, и мы выходим из уборной. Сотников снова прижимается ближе ко мне, хоть я и пытаюсь отодвинуться подальше.

* * *

Уже около часа ребята о чем-то ведут беседу, но я даже не пытаюсь их слушать. Мне хочется уйти, сбежать. Только бы подальше отсюда.

– Лер, – обращается ко мне подруга.

– Что? – грубо спрашиваю, повернув к ней голову.

Я ведь пропустила тему их разговора, и не знаю, что ответить, если Юля решит спросить меня о чем-то.

– Пойдем, прогуляемся вчетвером, – предлагает мне Влад, хоть это и не звучит как предложение, скорее как указ.

– Нет. Мне домой нужно…

– Она согласна, – перебивает меня Ян, ответив вместо меня.

Раздражение просто зашкаливает. Какого черта он решил, что я пойду с ними прогуляться?

Перевожу взгляд на Сотникова. Он ухмыляется.

Непроизвольно морщусь от боли, когда Ян сжимает мою руку. Юля с Владом, не обращают на нас внимания и поднимаются. Сотников, силой поднимает меня, снова сжимая мою руку.

Оказавшись на улице, Ян заводит какой-то разговор с Владом, а Юля пытается участвовать в этом. Мне все же удается убрать свою руку из крепкого захвата Сотникова.

Как только пришел Ян, я стала лишней в этой компании. Какого черта, он пришел и все разрушил? Какого хрена, он вообще делает в моей жизни?

Я снова пытаюсь уйти от них, но Ян не дает мне этого сделать, вцепившись в меня своей рукой.

Что ему нужно от меня?

Услышав смех Юли, еще больше чувствую себя лишней. Если я здесь не нужна, тогда, почему я вообще нахожусь с ними в этот момент?

– Лерка! – кричит мне подруга, и я поворачиваю к ней голову.

– Ян, проводишь ее домой? – спрашивает Влад у Сотникова.

Этот вопрос, сразу вырывает меня из своих мыслей.

– Нет, я сама дойду. Я не маленькая…

– Конечно, провожу, – перебивает меня эта тварь, дико ухмыляясь.

У меня открывается рот, но я ничего не могу сказать из-за кома в горле. С надеждой смотрю на подругу. Она ведь должна мне помочь. Должна ведь… Но Юле плевать на меня. Ей глубоко плевать, что у меня может все рухнуть внутри. Юле важнее Влад, нежели какая-то подружка.

– Лер, я тебе позвоню завтра. Обсудим наши планы на Новый год, – говорит Красильникова. – Ну и вечеринку обсудим заодно.

Заткнись. Заткнись. Заткнись.

– Ты идешь к Юле на Новогоднюю вечеринку? – с ухмылкой спрашивает Ян. Поздно.

– Я еще не знаю, – неуверенно отвечаю.

– Идет она. Идет, – говорит вместо меня Влад.

Прямо сейчас, я готова убить его.

Мы попрощались, и ребята пошли в одну сторону, а Сотников, сжав мою руку, ведет меня в другую сторону. Мне хочется идти быстро, но Ян останавливает меня, сильно сжимая ладонь.

– Я за тобой не успеваю. Иди медленнее, – улыбается мне парень.

Он еще сильнее сжимает мою ладонь, отчего я начинаю кричать.

– Не ори.

Ничего ему не отвечаю. По моим щекам начинают катиться слезы, от физической и душевой боли. Мне больно вдвойне.

– Зачем ты пошел со мной? – спрашиваю у него.

– Просто решил тебя проводить.

Снова молчу. Слезы никак не прекращаются, и я всхлипываю. Больше всего, мне не хочется показывать ему свою слабость. Плакать при нем – слишком унизительно для меня. Но я никак не могу остановить слезы.

Весь остальной путь к моему дому, мы идем молча. Эта тишина не неловкая, она правильная и необходимая. Ладонь Сотникова по-прежнему сжимает мою. Как бы я не вырывалась, он не отпускает мою руку, лишь сильнее ее сжимая

Я снова всхлипываю.

– Ты чего ревешь, идиотка? – гневно спрашивает Ян.

Мы уже подходим к моему дому, и я вновь делаю попытку отойти от Сотникова. Безрезультатно.

– Отвали от меня, придурок!

Что? Я серьезно только что, это сказала? Черт.

Рука Яна отпускает мою. В его глазах виднеется гнев.

– Что ты там пикнула? – с диким раздражением, спрашивает у меня парень.

Мое сердце уходит в пятки. Мне становится нереально страшно, и я бегу к подъезду. Мне нужно убежать, как можно скорее. Он же убьет меня. Ян не контролирует себя со мной. Каждый раз я боюсь, что он перейдет границу.

Еще пару метров, и я буду в безопасности. Всего два метра к двери…

Меня резко разворачивают на сто восемьдесят градусов, со всей силы толкая в железную дверь подъезда. Кричу от боли и падаю на землю, упираясь спиной в дверь. Мой больной живот, сразу же дает о себе знать. Адская боль разливается по всему телу.

Ян садится на корточки возле меня, рукой поворачивая мое лицо к себе.

– Я задал вопрос. – кричит парень, больно сжимая рукой мое лицо. – Что ты там сказала, мразь?

Нет сил, что-то сказать. Сотников снова «впечатывает» меня в стену. Вновь мой душераздирающий крик. Я чувствую сильную боль в голове. Кажется, что я сейчас упаду в обморок. Еще немного и…

Нет. Просто так, я не сдамся.

Из последних сил, дотрагиваюсь до своей головы, почувствовав холод на макушке. Ох, черт. На голове кровь.

Яну плевать на это. Он хватает меня за волосы.

– Слушай меня сюда, сука…

Меня просто начинает трясти от такого тона.

– Я тебя сколько раз предупреждал? – ядовито спрашивает он. – Это уже последнее предупреждение. Если я еще, хоть один раз, услышу от тебя что-то в свой адрес, ты пожалеешь.

Я не слушаю Сотникова. Мои глаза сосредоточены на ладони, которой я провела по голове, и теперь рука вся в крови.

Он разбил мне голову. Ян смог разбить мне мою голову. Черт, как такое может быть?

«Не доверяй ему».

Я ведь и не доверяла, но и не держалась на нужном расстоянии.

Мы сами расплачиваемся за свои ошибки. Сами доверяем людям, а потом обжигаемся об это.

У меня кое-как открываются глаза.

Резкий удар в нос. Нет сил, противостоять этому.

Сегодня утром я жаловалась на дикую боль в животе и говорила, что это самая ужасная боль в мире. Как же я ошибалась.

Помимо боли в голове, теперь болит и нос.

Он сломал мне нос?

Почувствовав кровь у себя во рту, дотрагиваюсь до него. Снова кровь. Весь мой нос в крови. Вся голова в крови.

Ему плевать. Он игнорирует меня. Игнорирует всю мою кровь.

Даже не понимаю, как еще не упала в обморок. Чувствую, как кровь стекает по подбородку и капает на одежду. Боже, бедные мои светлые волосы. Я же потом, не отмою от них кровь. Вот только наступит для меня «потом», или нет?

– Пойдем. – слышу голос Яна. Звук его голоса, отдается эхом в моем сознании.

У меня даже нет сил кивнуть, или поднять голову. Я полностью обессилена. Металлический привкус во рту, меня уже просто раздражает.

Чувствую, как меня поднимают с земли. Ощущаю крепкие руки на своей талии.

* * *

Холодная вода, приводит меня в жестокую реальность. Резко открываю глаза и понимаю, где нахожусь. Я сижу на полу в своей ванной комнате, а возле меня стоит Ян.

– Что… – пытаюсь спросить.

– Тише.

Сотников наклоняется ко мне и прикладывает что-то холодное к носу.

– Ты отключилась, и вот я притащил тебя сюда, – объясняет парень.

В голове сразу появляется вопрос: откуда он знает, в какой квартире я живу. Но потом вспоминаю, что он уже был здесь.

– Встать можешь?

В ответ киваю, пытаясь подняться с пола.

Ненавижу этого человека.

Поднявшись, подхожу к раковине. Ян становится сзади меня и пытается смыть водой всю мою кровь на лице.

Я с ужасом, смотрю на свое отражение. Волосы спутаны и далеки от белого цвета. Некоторые пряди бордового оттенка из-за крови. Девушка в зеркале, просто отвратительна.

Закончив отмывать мою кровь, Ян усаживает меня на стул. Снова прикладывает что-то холодное к моему больному носу. Почувствовав приятный холод, пытаюсь улыбнуться.

– Где у тебя аптечка? – спрашивает Сотников

Меня пугает то, что в его голосе нет ненависти. Теперь, меня это пугает. Отсутствие ненависти и гнева, для меня странно.

– В гостиной, – выдавливаю из себя слова.

В любую секунду я могу выгнать Яна из своей квартиры, но я нуждаюсь в помощи. Это меня раздражает. Я не хочу нуждаться в помощи этого человека. Я вообще больше не хочу его знать. Все. Хватит.

С этого момента, я вычеркиваю Сотникова из своей жизни. Плевать на все свои чувства. Я больше не доверюсь ему. Я устала. Устала от его ненависти.

Каким бы хорошим не был бы этот парень временами, я больше не собираюсь перед ним унижаться.

Нужно научиться быть равнодушным к тем, кто равнодушен ко мне.

С этой секунды, я другая.

Дверь открывается, и в ванную комнату заходит Ян, с аптечкой в руках

– Что за алкаши у тебя в гостиной спят? – с ухмылкой и отвращением, спрашивает Сотников.

Мне становится неловко и стыдно.

Он не знает. Он даже и не догадывается, что помимо его ненависти, я чувствую ненависть отца и безразличие матери.

– Это мои родители.

На лице Яна, отражается шок.

– Серьезно? Они же на бомжей смахивают.

Хочется прямо сейчас вцепиться в него, выцарапать глаза этому ублюдку.

– Родителей не выбирают, – пожимаю плечами.

Парень морщится, но ничего не говорит. Он вновь принимается вытирать кровь на моей голове, обрабатывая рану каким-то средством. Я вздрагиваю от боли.

– Ай! – вырывается у меня.

– Потерпи немного.

Киваю, и Сотников продолжает обрабатывать рану.

Мне противно от того, что он мне помогает. Противно каждое его действие. Ненависть сумела заглушить любовь.

– Больно?

– Да, – коротко отвечаю.

Внезапно, Ян берет в ладони мое лицо и упирается своим лбом в мой. Я ощущаю его дыхание на своих губах. Меня бросает в жар, но я отбрасываю все свои чувства. Большой палец Сотникова проводит по моей нижней губе, отчего я вздрагиваю.

В один миг я чувствую его губы на своих. Теплые, нежные, нужные…

Нет. Хватит.

Я отталкиваю Яна от себя.

– Хватит! Прекрати меня использовать! – кричу, наплевав, что могу разбудить родителей.

Парень, удивленно смотрит на меня. Ха, не ожидал такого. Думал, что я поцелую в ответ и признаюсь в любви? Черта с два.

– Лер, я тебя…

– Заткнись! Я ненавижу тебя! Хочешь ударить? Бей. Но не смей разрушать мое сердце, – снова кричу, но потом перехожу на шепот. – Любви больше нет. Все, Ян. Все. Я больше не твоя игрушка. Я выхожу из игры.

Он молчит, опустив голову.

– Лер… – парень пытается что-то сказать, но его голос подводит. – Не знаю, что и сказать. Я ублюдок, который ломает всем жизни. Я это знаю. Но я готов меняться. Готов попробовать, только… Ты нужна мне. Не как игрушка. Как девушка. – Ян поднимает на меня свои глаза, и мое сердце замирает. На его глазах слезы. – Я готов лечиться у психиатра. Но мне нужна ты, и твоя поддержка. Пожалуйста, не отталкивай меня снова.

Сотников пытается подойти ко мне, но я делаю шаг назад.

Не доверяй ему. Не доверяй ему. Не доверяй ему.

– Уходи.

Около минуты, Ян просто стоит рядом и смотрит мне в глаза, затем разворачивается и молча уходит, хлопнув дверью.

Глава 31

Как же я люблю всю эту предновогоднюю суету. По телевизору реклама Coca-Cola, а в каждом магазине, полным полно елочных игрушек и всякой мишуры.

Я просто люблю Новый год. Этот праздник, будто чистый лист, или чистая книга, которую я буду писать целый год.

Жизнь – это книга. Мы сами пишем главы. Но никто не знает, когда будет последняя страница.

Уже послезавтра, начнется новая жизнь. Я просто обещаю сама себе, что изменюсь. Я больше не буду плакать, не буду унижаться. Сотников, больше не посмеет поднять на меня руку. Я не допущу этого любой ценой. Уж слишком долго я это терпела.

С первого января, будет новая Лера. Та, которую никто не знал прежде. Бесчувственная и равнодушная ко всяким неприятностям.

Избиение Яном, меня до полусмерти, стало моей последней каплей. Он мог меня убить. Сотников разбил мне голову. Это уже слишком. Плевать на то, что он потом помог мне. Факт остается фактом. А что, если бы еще один удар? Что было бы тогда?

Меня передергивает от этой мысли.

Беру в руки листок с ручкой, комфортнее устраиваясь возле окна. Немного подумав, начинаю писать пункты, которые обязана выполнять новая Лера.

1. Никогда не плакать.

2. Быть равнодушной.

3. Стать сильной.

4. Давать отпор обидчикам.

5. Не думать о Яне.

6. Не думать о Яне.

7. Не думать о Яне.

Это будет слишком тяжело – не думать о Сотникове, и именно поэтому я повторяю этот пункт три раза. Может хоть так, я не допущу мысли о нем.

Сдержав слезы, убираю листок в стол. Улыбка появляется на лице, когда вижу, что на улице идет снег. Я теперь тоже люблю снег.

В голове мелькает одна идея.

Быстро переодеваюсь, беру деньги и выхожу из квартиры. Возле подъезда на лавочке, сидят мои родители и снова о чем-то спорят.

Нужно вписать еще один пункт в свой список: «Любыми способами избавить родителей от алкоголя».

Поморщившись от их вида, прохожу мимо них. Они меня даже не замечают. Ну и отлично.

Купив цветы, направляюсь на кладбище. Я теперь часто туда хожу. Мой любимый друг, находится там. Мне и десяти лет будет мало, чтобы осознать, что Тоши больше нет.

Мои мысли сразу затуманиваются, когда я вижу вдалеке его могилу. Каждый раз, когда я на кладбище, я отключаюсь от реальности. Я становлюсь полностью другой. На душе появляется неприятное чувство, как только я замечаю возле могилы какую-то девушку. Сердце бешено стучит в груди, пока я иду к ней.

Как только оказываюсь рядом, девушка поворачивается ко мне, выдавливая из себя улыбку. Пытаюсь улыбнуться в ответ, когда вижу перед собой знакомую брюнетку.

– Маша? – спрашиваю я.

Девушка кивает.

– А что ты здесь делаешь?

Маша опускает голову. Я никак не ожидала ее здесь увидеть. Хотя откуда мне знать? Может, Маша как-то связана с Антоном. Я ведь совсем ее не знаю. Она мне всего лишь пару раз помогала в школе.

– Маш…

Она поднимает на меня свои карие глаза.

– Что? – хрипло спрашивает девушка.

– Могу я у тебя кое-что спросить?

В ответ, Маша кивает.

– Кем тебе был Антон?

Она снова опускает голову.

– Это долгий рассказ.

– Ну, так мы и не торопимся, – говорю, прожигая взглядом девушку.

– Давай не здесь.

Молча, киваю. Положив на могилу цветы, сдерживаю поток слез. Я не разговариваю с могилой, как прежде. Сейчас я здесь не одна. Мне хочется снова излить свою душу, рассказать все. Но не сейчас, ведь рядом Маша.

Просидев минут десять у могилы, поднимаюсь и поворачиваюсь к Маше. Она напугана. В ее глазах, отчетливо виден страх.

– Ты чего? – спрашиваю у нее.

– Нет, ничего.

Она врет. Я же вижу в ее глазах все чувства, которые она испытывает. Видимо, я уже научилась видеть сквозь глаза, душу человека.

– Маш, все в порядке?

Девушка кивает и улыбается мне.

– Да. Нет. Я не знаю.

Не раздумывая, хватаю ее за руку.

– Пойдем. Нам нужно поговорить.

Я веду Машу в парк. Она, молча, следует за мной, не сопротивляясь.

* * *

– Не смотри на меня так.

Выполняю просьбу девушки, отвернувшись от нее.

– Может быть, ты все-таки расскажешь, кем ты приходишься Антону?! – спрашиваю, не сдерживая эмоций. Во мне кипит гнев и раздражение, но я не знаю почему.

– Я не знала Антона, когда он был жив, – объясняет мне Маша. – Я видела аварию.

Мои глаза расшириваются от ее слов.

– Я просто делала пробежку. Когда начался дождь, я побежала домой, но услышала за спиной какой-то сильный гул. Я обернулась, чтобы посмотреть, но увидела лишь, как грузовик врезается в мотоцикл. Я кричала как сумасшедшая, когда парень вылетел из мотоцикла. Он оказался в одной стороне, а его мотоцикл – в другой.

Слезы наполняют глаза. В этот раз, я не сдерживаю их. Краем глаза вижу, что Маша тоже плачет.

– Я побежала к этому парню. Это была ужасная картина. Я быстро позвонила в скорую. Его тело было все в крови. У него была разбита голова, а изо рта шла кровь. Я пыталась найти пульс, но его сердце не билось.

Я всхлипываю от картины, которая появляется перед моими глазами.

– Мне так хотелось верить, что это просто я не почувствовала его пульс. Когда приехала скорая, они сразу сказали, что он мертв. Смерть была мгновенной. Я совсем не знала кто это, но рыдала так, будто это мой близкий человек.

До новой Леры, еще несколько дней, так, что мне нужно излить все свои слезы, чтобы их больше не было.

– Позже я узнала, что это Антон Шелыгин. Я была на его похоронах. Иногда прихожу к нему на могилу.

У меня просто нет слов.

Душевная рана постепенно заживала, лишь изредка давая о себе знать. А сейчас, эту рану растерзал этот рассказ.

Девушка берет мою руку, крепко ее сжимая.

– Лер, ты извини, если что не так.

Кивнув, убираю от нее свою руку.

* * *

Только с пятого раза, мне удается попасть ключем в замок. Мои руки нереально трясутся от истерики. Такого, давно у меня не было. Всегда получается какая-то особенная истерика, если дело касается Тоши.

Оказавшись в своей комнате, прислоняюсь спиной к двери и скатываюсь вниз по стене.

Такая истерика, была у меня на похоронах. И вот сейчас.

Мое дыхание сбито. Я замечаю, что просто не дышу. Чувство страха сковывает меня. Я не дышу. Черт возьми, я не дышу, и не ощущаю в этом необходимости. Делаю глубокий вдох и выдох.

Когда все же восстанавливаю дыхание, начинаю часто дышать, жадно хватая воздух.

Телефон оповещает о входящем звонке, но я не могу его принять. Но одним звонком, все не ограничивается. Собрав все свои силы, поднимаюсь и принимаю вызов.

– Привет.

От веселого голоса брата, у меня что-то щелкает внутри.

– Привет, – хрипло отвечаю.

Паша спрашивает у меня, как дела в школе, и что вообще происходит в моей жизни. Мой голос дрожит от слез.

– Господи, малая, что у тебя случилось?

Я больше не сдерживаю всхлипов. Рассказываю брату обо всем. Просто изливаю ему свою душу. Держать в себе правду про Тошу, увы, я не смогу.

Выслушав меня, Паша делает глубокий вздох.

– У меня нет слов, – тихо говорит он.

– У меня тоже.

Появляется тишина.

– Лер, мне уже идти нужно. Еще раз с наступающим, тебя. Позвоню сразу, как смогу.

– Хорошо.

Слышу короткие гудки.

С телефоном в руке, мне удается заснуть. Как только я подгружаюсь в сон, снова вижу ту ужасную картину, которую описывала Маша.

Я будто стою возле трассы. Пытаюсь уйти, но мои ноги отказываются ходить. Вижу картину, как грузовик врезается в его мотоцикл. Кровь. Много крови. Я подбегаю к Антону. Его тело слишком окровавлено, и я практически не вижу его лица. Я прошу Тошу, открыть глаза, буквально умоляю об этом, но нет никакой реакции.

Резко, его глаза открываются. Он пронзительно смотрит на меня. Его правая рука прижимает меня к нему. Я дрожу в его объятиях, но не отталкиваю его от себя.

– Милая, не доверяй ему, – хрипит Тоша.

– Что? Если ты про Яна, то я и так ему не доверяю. Уже нет.

Глаза Антона закрываются, затем снова открываются.

– Ты потом захочешь, и будешь ему верить. Не делай этого. Слышишь? Не делай. Я не могу никак помешать этому.

– Что? – ошарашено спрашиваю.

Глаза Тоши, снова закрываются. Я бью его по щекам и умоляю взглянуть на меня. Нет реакции.

Я резко просыпаюсь. Все мое тело в холодном поту. Меня дико трясет от этого сна. Там, во сне, я обнимала Антона. Я чувствовала его тепло, которого мне так не хватает в реальности.

* * *

– Давай это? – улыбается Юля, протягивая мне милое розовое платье.

Качаю головой и опускаю голову.

– Почему ты не хочешь его примерить? Оно же очень красивое.

– Ладно, давай его.

Без лишних слов, забираю у подруги платье и иду в ванную комнату примерять.

В этом идиотском платье я выгляжу, как кукла Барби.

Блондинка в розовом. О, Боже.

Как только я возвращаюсь в свою комнату, Юля сразу же поднимается со стула, и с широкой улыбкой, подходит ко мне.

– Вау. Лер, тебе очень идет это платье.

Серьезно? Я этого не заметила.

Я блондинка, но ненавижу розовый цвет. Больше всего не люблю, когда мне дарят или предлагают розовую одежду.

У меня сейчас совсем нет сил спорить с подругой и объяснять ей, что ненавижу розовый.

– Оно мне не очень нравится, – хмурюсь, закатывая глаза.

– Нет. Ты будешь в нем.

Терпеть не могу, когда мне указывают что-либо делать. В таких случаях, мне до безумия хочется сделать все наоборот, даже если мне это не нужно.

Вот и сейчас, мне просто хочется выкинуть это платье, но я лишь продолжаю смотреть на подругу.

– Лер, у тебя все нормально?

– Да. Все в порядке. Просто не верится, что уже сегодня Новый год.

Юля изумленно смотрит на меня. Выдавливаю из себя улыбку и подхожу к Красильниковой, крепко ее обнимая.

– Все у меня хорошо. Правда.

Когда я уже перестану врать, что у меня всегда все хорошо? Видимо этого не произойдет. Мне придется врать всегда, чтобы люди никогда не узнали, что я чувствую на самом деле.

Весь следующий час, подруга делает мне макияж и изумительную прическу.

– Ну как? – спрашивает она, повернув меня к зеркалу.

У меня просто захватывает дух.

– Я… Спасибо тебе большое.

В ответ, Юля самодовольно ухмыляется.

Девочка в зеркале, выглядит лет на девятнадцать, но это не отменяет того факта, что эта девушка выглядит очень мило.

Небольшие зеленые глаза под влиянием черных теней, выглядят огромными. Губы покрыты темно-фиолетовым цветом.

– Нравится? – с такой же ухмылкой, спрашивает у меня подруга.

– Ты еще спрашиваешь? Это умопомрачительно.

Юля улыбается, довольная собой.

– Ну что, пойдем? – спрашивает Красильникова.

– Уже?

– Пойдем, – повторяет подруга и берет меня за руку.

* * *

Более неловкого чувства, я никогда не испытывала. Мы сидим у Юли, уже около двух часов. Пришло много друзей Красильниковой. По ее словам, это еще не все.

Магдалина пыталась со мной о чем-то заговорить, но разговора у нас, так и не получилось, из-за вмешавшейся Алены, которой внезапно приспичило пообщаться с Магдой.

Половину людей, я даже не знаю. Все вроде бы и одна компания, но, тем не менее, все делятся еще на маленькие компании.

Юля везде ходит с Владом. Алена и Магдалиной. Какие-то девчонки с какими-то парнями, а я… Я одна.

Я здесь лишний человек. Совсем лишняя для этого общества. Все они, из крутых семей, где не знают меры деньгам и понтам. Что тогда я вообще здесь делаю?

Мне никогда не стать такими, как они. Никогда у меня не будет столько денег и популярности. Да мне это и не нужно. Счастье, не в деньгах и авторитете. Счастье измеряется в здоровье родителей, в настоящей крепкой дружбе, в любимом человеке, который ценит и дорожит тобой. Это гораздо дороже денег. Но из всех этих пунктов, у меня нет, ни одного. А так хотелось бы…

– Чего скучаешь?

Я вздрагиваю и поворачиваю голову. На меня смотрит Юля и мило улыбается.

– Юль, я здесь даже никого не знаю. Ну, если не считать Влада, Магду и Алену.

Подруга заливается смехом.

– Ну, так познакомься с кем-нибудь. – Красильникова придвигается ближе ко мне и шепчет на ухо. – Могу познакомить тебя с отличным парнем.

Закатив глаза, качаю головой.

– Нет уж. Спасибо.

Юля снова начинает смеяться.

– Да ладно тебе. Познакомишься и забудешь ты своего Яна.

– Один раз познакомилась, и что теперь?!

– Ты теперь всегда будешь одна? Антон мертв, и ты ничего не сделаешь с этим. С Яном, у тебя не получается. Ты же не будешь всю жизнь плакать из-за Сотникова и Антона. Нужно двигаться дальше.

Юля попадает прямо в сердце. Конечно же, она права. Но именно сейчас, я не собираюсь, ни с кем знакомиться.

– Хорошо. Ты права. Мне и вправду нужно двигаться дальше, но не сегодня. Я пока не готова с кем-то знакомиться.

Подруга улыбается, крепко меня обнимая.

– Видишь того парня? – показывает Красильникова на кого-то.

– Да, вижу, и что?

– Это Марк. Он хороший парень. Я с ним уже давно знакома. Может познакомить?

В ответ качаю головой.

– А с чего меня вообще должны так интересовать мальчики, в шестнадцать лет?

– Лер, я же не говорю тебе с ним встречаться. Просто дружба. Ты же в основном общалась с парнями, и тебе сейчас не хватает именно мужской поддержки.

В десяточку.

– Я могу и потом пообщаться. Это же не обязательно сейчас и…

– Нет! Тебе нужна поддержка со стороны парня именно сейчас, иначе ты просто закроешься в себе. И тогда, ты уже никого к себе близко не подпустишь.

Ошарашено смотрю на Юлю.

– Выпьешь? – предлагает она.

– Нет.

– Да ладно. Выпей немного. Расслабишься хоть чуть-чуть.

Медленно качаю головой.

– Юля! – кричит Влад из кухни.

– Извини, но я пойду, – улыбается Красильникова.

И вот снова я одна. Вновь чувство неловкости и ощущение пустоты.

* * *

Пока все остальные веселятся, я все думаю, о словах Юли.

Пару раз, Юля с Магдалиной пытались вытащить меня потанцевать, но я отказывалась, говоря, что у меня болит живот.

Я спокойно стою у окна, пока ко мне не подходит какая-то парочка и начинает страстно целоваться. Мне становится противно от их вида. Просто какие-то озабоченные подростки.

Сажусь на диван в полном одиночестве, наслаждаясь этим. Услышав громкий визг девчонок, поворачиваю голову на этот звук.

В центре комнаты стоит Ян, обнимая какую-то милую блондинку.

Ревность сковывает меня, но я не подаю этому вида. Я ведь обещала себе, что буду к нему равнодушной.

Не могу сказать, что рада его видеть с этой блондинкой, но той самой ужасной ревности, больше нет. Нет больше искры и того безумия.

Внезапно, мои глаза встречаются с глазами Сотникова. Я не отвожу взгляд. Он тоже.

Не видно ненависти в тех самых карих глазах. О, Боже, я не вижу там ненависти и злости. Но, увы, теперь мне плевать, что прячется в глазах Яна. Отныне, так и будет.

Я заставляю себя отвернуться от него, и снова возвращаюсь в свои мысли, делая вид, что здесь никого нет. Плевать, что сейчас праздник, у меня больше нет новогоднего настроения.

Перед глазами, снова и снова появляется картинка из сна. Окровавленное тело.

«Не доверяй ему»

Я не знаю, что он имел в виду, но я услышала его. Я действительно поняла, что нельзя ему доверять. Сколько уже раз обжигалась.

Просто я такой человек. Мне делают больно. Разбивают сердце. Плюют в душу. Но я даю еще шанс, надеясь, что человек одумался, и что все наладится. Но ничего не изменится. Сколько раз, меня уже так обманывали, но я не прекращаю верить, что люди меняются. Ни черта они не меняются. Предавший раз, передаст и второй, и третий.

Возле меня кто-то садится, и я поворачиваю голову.

Какого черта?

– Привет, – хрипло говорит Ян.

Я киваю. Нет желания с ним разговаривать. Собираюсь встать и уйти уже, но крепкая рука не дает мне этого сделать.