Небес вероломство и судеб злодейство, Твое - пенелопство, мое - одиссейство. Как в давние дни той эпохи троянской, Пространство - одним, а другим - постоянство.
Нет в этом мире справедливости…
Все, от Гомера до Паниковского Кончаловского, создавали свои «Одиссеи» - великие и не очень творения - о нём, о « многоопытном муже, который долго скитался с тех пор, как разрушил священную Трою» (с)
А кто напишет, нарисует, изваяет, снимет «Пенелопиаду»?
Кто, если не она сама?
Устами Маргарет Этвуд, спустя столетия, из мрачных чертогов Аида с нами говорит царица Итаки Пенелопа.
Руки её Одиссей добился в состязании. Не особенно завидный был жених, но для неё годился вполне: с Одиссеем нелюбимую дочку спартанского царя ждала спокойная и тихая жизнь на маленьком скалистом острове, куда молодые отправились сразу же после свадьбы. Он оказался неплохим мужем, этот Одиссей. Не пожалел сил и времени, чтобы подобрать ключик к сердцу перепуганной девочки, доставшейся ему в жены. Всё у них сложилось: и страсть, и нежность, и общее веселье, и долгие беседы. Потом родился сын. И началась война (черт побрал бы эту красавицу – кузину Елену!). Одиссей ушел воевать. А Пенелопа осталась царствовать на Итаке…
Коричневые горы Над ним в тумане дремлют. И все то царство - город, Похожий на деревню.
Сколько же ей было, когда Одиссей уплыл в Трою? Примерно шестнадцать. Не очень красивая, но очень умная и очень терпеливая молоденькая женщина. Двадцать лет в одиночестве, хуже – в обществе нелюбящей родни. Растила сына, вела хозяйство. Ей так хотелось к возвращению мужа приумножить его имущество: больше овец, больше коров, больше свиней, больше засеянных полей, больше рабов. И ещё она тосковала, безумно тосковала.
О муж мой, вечно бодрый, Из дальних стран взгляни-ка: Тоскуют мои бедра Под тоненькой туникой,
Мутится бабий разум От стынущей постели, Без мужского глаза Хозяйство в запустении.
Одинокими ночами Пенелопа молила Богов вернуть ей мужа либо послать быструю и легкую смерть. Но не было ни того ни другого. Жив он или мертв? Где он? Мечется где-то "среди мифов и рифов". Только злые сплетни, переходящие в легенды, долетают до Итаки. Сыночек любимый - единственный так и напрашивается на неприятности. А тут ещё эти женихи – охотники хоть до маленького, да царства.
Везло же Одиссею: Еще бы день - и поздно...
Вернулся, навел порядок (в его, одиссейском, понимании). Да только дома надолго не задержался…
Да что теперь об этом. Давние дела. Смерть уравняла всех. Должна была уравнять. Но даже тут, в царстве мертвых, нет справедливости. Все так же хороводится с мужиками устроившая Троянскую войну красавица Елена. Всё так же коротает дни в ожидании Пенелопа. И всё так же мечется между тем миром и этим "многоопытный муж" Одиссей.
Ну а я–то, я сама что же? Пишу о Пенелопе и постоянно цитирую любимых своих Одиссеев Городницкого и Конецкого. Нет в этом мире справедливости… И не будет.
Демифологизация символической женщины, известной своим терпением и верностью. Утомлённая жизнью и нежизнью Пенелопа несколько сварливо рассказывает свою версию женского подвига ожидания: пока муж вкушает райские наслаждения то ли в объятьях белоруких богинь, то ли в постелях портовых шлюх, верная жена воспитывает его сына, преумножает его богатства и отбивается от распустившихся женихов. Её ироничный монолог похож на бабье "не ходите, девки, замуж" и начинается призывом:
"Не надо мне подражать!" - пытаюсь я докричаться до вас - да, до вас, слышите? Но, когда я силюсь это выкрикнуть, слышно лишь уханье совы.
И весь подвиг-то обусловлен этим чёртовым Ewigweibliche - стремлением к мужскому одобрению, к попытке доказать, что я и без тебя что-то могу, хоть и тащу своих символических мышей к тебе на порог, как верная кошка, пардон за оксюморон, да ведь я не хуже тысячи Елен!
Мне явственно рисовалась картина, как Одиссей возвращается, а я — с приличествующей женщине скромностью — показываю ему, как хорошо я справлялась с делами, которые обычно считаются по плечу только мужчине. Как я разумно всем управляла. От его имени, конечно. Только ради него. Как он просияет от радости! Как он будет мною доволен! «Ты стоишь тысячи Елен!» — скажет он. Наверняка так и скажет. И заключит меня в нежные объятия.
А в конечном итоге... вернувшийся Одиссей снова собирается в путь, потому что, видите ли, "судьба толкает его в дорогу", и это даже "звучало очень правдоподобно. Как и все его истории".
Но больше всех страдают вздёрнутые на одной верёвке вечные этвудовские служанки, потому что всегда нужен "Каин для публичного кнутобоища", и чем невиннее этот самый каин, тем удовлетворённее будут боги.
Но мы тоже хотели петь и плясать, тоже хотели счастья.
PS Пока что это самая невесомая, легко читаемая книга у Этвуд. Определённо, буду продолжать знакомство с автором, потому что она звучит на нужной мне волне. Очень женская без женственности. Честная без издёвок и перегибов. Старшая подруга Этвуд, не кичащаяся собственным интеллектуальным превосходством.
С детских лет люблю греческую мифологию. Виновником моего пристрастного к ней отношения стали книга Яна Парандовского "Мифология" и детгизовская переложенная на язык прозы "Одиссея" (кстати, та же парандовская "Мифология" влюбила меня в статуэтку Фальконе "Флора", и потому когда однажды нечаянно набрёл на неё в Эрмитаже, то долго ходил потом кругами и эллипсами).
А потом были книги Ивана Ефремова и Генри Лайона Олди, Торнтона Уайлдера, других авторов, так или иначе касавшиеся мифов Древней Эллады — всё это копилось и наслаивалось, разбухало и цвело всеми цветами радуги.
Прочитанная недавно в рамках одной нашумевшей игры книга Куна ещё добавила приятственного отношения к греческим богам, божкам, героям и прочим бессмертным и смертным. И потому при просмотре библиографического списка Маргарет Этвуд глаз сразу застопорился на знакомом имени верной спутницы Одиссея (хотя спутница она, безусловно, очень условная, ибо сопровождала хитроумного царя Итаки только в жизненном его пути, да ещё сохраняла ему верность во время затянувшегося ожидания). И потому не было никакого разогревочного круга и вхождения в тему — книга захватила сразу.
Автор нашла очень выгодный ракурс подачи — от первого лица. По сути, получается, что историю Пенелопы излагает нам даже не автор. а рассказывает сама Пенелопа — девочка, девушка, женщина. И потому сразу меняется отношение к роману — в том смысле, что забываешь, что это роман и читаешь как будто слышишь пересказ былого и дум.
Этвуд с ходу зацепила читателя тем, что внесла интригу и посеяла сомнения в правдивость общеизвестной истории странствий Одиссея. Ведь и правда — всегда, когда сталкиваешься с какими-то очень известными уже историями, пересказанными сотнями рассказчиков и пересказчиков, то в конце-концов теряешь уже из поля зрения самого человека, о котором все эти сказители рассказывают. И попадаешь уже просто в какой-то миф о человеке, а не в переживания его самого. Вот и с Пенелопой такая же история — конечно же мы знаем историю её женского подвига — подвига ожидания мужа в течение уже десятилетий — из уст Гомера и от имени рассказчика Одиссея. Ну и потом уже другие авторы-пересказчики подключились сюда же, делая одно и то же — ставя в центр тех древних событий самого Одиссея и его сотоварищей, и только косвенно затрагивая историю самой Пенелопы. А что происходило с ней самой в течение этих десятилетий — тут история скромна и кратка — ждала, и всё... И потому вот этот подход к освещению и заполнению этой лакуны взглядом изнутри самой Пенелопы подкупает и заведомо обрекает роман на интерес читателя.
Да и форма повествования — в стиле древних греческих трагедий — тоже привлекает и затягивает. Даже захотелось чего-нибудь древнегреческого трагедийного посмотреть, благо недостатка не предвидится — список древнегреческих комедий и трагедий внушителен.
А вот и Флора
Никто не знает как это всё было на самом деле. И было ли вообще. Когда-то Гомер поведал эту историю, а теперь вот Маргарет Этвуд взглянула на неё по-своему, по-женски. Кому как, а мне понравилось! Очень непростая Пенелопа получилась у писательницы. Умная, язвительная, но преданная и верная. Любящая? Любимая? Вот это-то и вопрос! С мужем-то всё понятно: ну, герой и герой, хотя и неидеальный вовсе. Хитроумный гуляка-воин, да и коротконогий впридачу. Но он мужчина, а значит и все его недостатки — достоинства. С женщинами сложнее. Есть Елена Прекрасная (которая на самом деле дура-дурой, да ещё и злобная завистница). Есть скромница Пенелопа, которая точно знает своё место и верна своему мужу и своим принципам. Такие разные... Но вот почему-то яркая Елена не вызывает такого интереса, как простушка (якобы!) Пенелопа. Всё-таки вот такая преданность (и даже не важно по каким причинам) — достойна уважения.
И, конечно, не могу не сказать про язык. Прекрасно! Таким сочным словом и яркими образами, к сожалению, не так-то часто радуют нас писатели. Браво, Этвуд!
Кто не знает легендарного Одиссея? Хитрожопый путешественник, который двадцать лет не мог доплыть до родного острова. Победитель чудовищ, опасный убийца и коварный харизматичный мудак (зачеркнуто) джентльмен. Кто не знает легендарную Пенелопу? Символ верности, жена Одиссея и… Все. Ну правда, на этом все. Расходимся? Как бы не так, ведь Пенелопа самолично прорубила окно в Европу (зачеркнуто) в мир живых, чтобы рассказать современным читателям свой вариант всем знакомой истории.
Только уснув вечным сном и спустившись в Аид, она решается выразить своё мнение о собственной жизни, причём делает это с юмором, даже с саркастичными комментариями. Достаётся всем: слугам, родителям, мужу, сестре - прекрасной Елене, той самой, из-за которой погибли тысячи мужчин и с лица земли стёрли Трою. Несмотря на подачу, эта история остаётся печальным повествованием о мире, в котором женщины не могли выбирать судьбу — и это более леденяще, чем всякий триллер. Ее повествование разбавляет хор служанок: двенадцати девушек, воспитанных под ее крылом и жестоко убитых Одиссеем за «разврат» под крышей его дома.
На мой взгляд, Пенелопа — ненадёжный рассказчик, на что намекает и осуждающий ее хор служанок, являющийся аллюзией на традиционные греческие трагедии, и шикарная задумка с интерлюдией — современным судом на ними. «Я не хочу быть анахронизмом,» — говорит судья. О, как это похоже на наши реалии! «Тогда ведь были совсем другие времена», «в этой стране совсем другие нравы», «со своим уставом в чужой монастырь…» — говорят сейчас те, кому неохота осуждать несправедливое отношение к женщинам.
Неспроста нам показывают, что Пенелопа не менее умна, чем ее супруг. А если и кажется менее хитрой, то лишь потому что приличной женщине полагалось быть скромной и глуповатой.
У истории открытый финал: Пенелопа так и остаётся той, кто оправдывает злодеяния мужа. Но читателю ведь не обязательно поступать так же? Или нет?
Несмотря на маленький размер, эта книга побуждает к размышлениям и к подробному анализу.
Троянская война и странствия Одиссея. Сколько веков этим историям? Тридцать? Или больше? Наша современница предлагает вариант пересказа древнегреческого эпоса устами Пенелопы. Женщина в жестоком мире мужчин. Она не обладала красотой ее двоюродной сестры, мужчины не особо ею интересовались, скорее обратное. Отец в детстве предпринял попытку утопить, женихам (как в годы юности, так и годы спустя) было интересно ее приданое, супруг пропал на долгие годы (остались только зыбкие воспоминания о годе семейной жизни), даже в отношении сына к матери чувствуется пренебрежение. Пенелопа двадцать лет ждет мужа, пытается выжить, особенно тогда, когда дом осаждают десятки алчных мужчин. А муж? Действительно скитается по морям по воле богов, или не стремится домой, и все его героические приключения - "сказки" загулявшего супруга? А ведь Пенелопа - царица. Что тогда говорить о простых служанках-рабынях, которых может взять силой любой гость в доме, а хозяин - повесить, не разобравшись в ситуации. Грустное вышло повествование.
Я вообще не собиралась читать эту книгу - мой книжный вызов висит надо мной. Но я открыла её на ридере посмотреть чё почём и скоко в ней страниц вообще, и я как в водоворот попала - наяды утянули меня на дно, и хлоп - я стою на берегу Леты, слушаю, слушаю и никак не могу оторваться.
Терпеливо, как щебень бьют, Терпеливо, как смерти ждут, Терпеливо, как вести зреют, Терпеливо, как месть лелеют - Буду ждать тебя (пальцы в жгут - Так Монархини ждет наложник) Терпеливо, как рифмы ждут, Терпеливо, как руки гложут. Буду ждать тебя (в землю -- взгляд, Зубы в губы. Столбняк. Булыжник). Терпеливо, как негу длят, Терпеливо, как бисер нижут.
Приветствую тебя, Терпеливая, ты меня совершенно заворожила своим рассказом. Но скажи-ка, как там всё таки дело было, с 10 служанками этими? Неужто ты вообще не виновата? Но как-то всё это подозрительно: здесь не предупредила, там не сказала, в нужный момент уснула накрепко, а в результате девчонки дрыгают ножками в смертной пляске, а Одиссей всё скитается, неприкаянный. Так как: ты вообще не при делах? Умысла не было, а вина-то есть, или умысел всё-таки тоже был? Хотя, впрочем, какая разница, прости меня старого параноика, я отлично провела время и в результате я ещё сильнее хочу прочитать Гомера.
Привет, дорогие читатели. Меня зовут Пенни и это мой жж. Тут вы можете узнать все из первых уст, а не сплетни, распространяемые слабоумными рапсодами. С чего же начать? С самого начала будет тяжеловато, это ж от самого сотворения мира писать, поэтому начну со своей истории.
Решение завести жж у меня возникло недавно. Да и что еще делать в этом загробном мире. Скукотища тут, я вам скажу, смертная (лол). Все ходят безтелесые, безстыдные и безынтересные, аж тоска берет. Хорошо. что сейчас появилось столько всяких технологий, и я могу, испив из реки забвения проформы ради, постучать немного по клавишам лептопа.
Греческий хор Как славно, что придуман интернет, Ведь душы в темноте одни томятся, А так - для них границ в общенье нет, Лишь успевай в друзяшки добавляться.
И каждая заблудшая душа Создаст свою страницу и гордится, И все теперь давно уже грешат Не в жизни, а не вебовых страницах.
О, Пенелопа, пой же о себе, Пусть каждый знает правду о легенде. Как хорошо, что есть уже в жеже Пять тыся человек в твоей френд-ленте.
Я - обычная женщина, можно сказать селф-мэйд-вумен. Родители мои воспитанием не сильно заботились, отец даже чуть не утопил раз с пьяных глаз. Жаль что они живут не сейчас, а на три тысячелетия раньше, а то стали бы себе чайлдфри, и дело с концом. А так им пришлось терпеть меня 15 лет, а потом быстренько сплавить замуж. Мужа моего вы все знаете, он пишет в жежешке под ником n0b0dy, в основном сочиняет всякие небылицы, на это он у меня мастак. Но, что-то я отвлеклась. Свадьбу мы сыграли пышную, с тамадой, обсыпаниями рисом, кабриолетом и пятиярусным тортом. А потом уехали в медовый месяц на Итаку (родина моего благоверного), да так и остались там жить. Признаюсь, на Итаке мне не понравилось. Ну во-первых эта грымза старая, свекровь моя, Антиклея (Одиссейчик, ты этого не читал)))), во-вторых ни одной подружечки у меня не было, а интернет тогда еще не придумали, а в-третьих надоедливые рапсоды постоянно пели кисельносладкие розовые оды Ленке. Ленка - моя двоюродная сестра. Тоже всем вам известна, ведет сейчас свой бьюти-блог Elena_sweet_princess. Но как же мы с ней друг друга ненавидели!!!! Это все потому, что с ней все носились, баловали и воспевали ей хвалу, типа она самая красивая. Вот она на меня и поглядывала снисходительно и всегда пыталась уколоть, мол "ничего что ты серенькая, зато умная". Пффф, курица глупая. Да у меня женихов было столько, что ей даже и не снилось, но я женщина честная и всегда была верна мужу, чего и вам желаю. В общем, не все так гладко было в датском королевстве, ну то есть в итакском. А потом я родила сынульку, девчонки, парень что надо, ищите его в инстаграмме - teleMAX, одно загляденье мальчишка и умом в нас с отцом пошел. Зажили мы тогда дружной счастливой семьей, я уже была уверенна, что наконец-таки обрету долгожданное счастье. Но эти гнусные божки с олимпа заскучали и решили повеселиться, при чем в качестве игрушки выбрали мою семью. Надо ж такому случиться! Одиссею пришлось нас покинуть и уехать на войну, а все из-за этой дуры Ленки, опять ввязалась в очередную катавасию. И осталась я одна, как былиночка в поле с малолетним дитем на руках на долгих двадцать лет. Ой, что мне пришлось пережить, вы себе не представляете.
Извините дорогие, но мне пора бежать, у меня через 15 минут вебинар на тему "Ажурная пряжа. Секреты создания". А как вы помните, я давненько этим увлекаюсь, хихи. Заглядывайте на мой жж, буду всегда вам рада. А если вам не терпится узнать, чем закончилась моя история, то можете почитать мои мемуары "Пенелопиада". Я их издала под псевдонимом Маргарет Этвуд, ну сами понимаете, слава слишком утомительна. Все, убежала, до новых встреч!
«Но вам это сравнение, должно быть, покажется грубым. Так что позвольте добавить: мясо у нас ценилось очень высоко. Аристократы поглощали его горами: мясо, мясо, мясо…».
Неоднозначные впечатления оставила книга. С одной стороны, было любопытно увидеть легендарную историю глазами другого персонажа. А с другой – до чего же невнятной и унылой получилась Пенелопа... Если я правильно понимаю, то это произведение – своего рода гимн феминизму, но героиня в пересказе Этвуд не вязалась с сильной и мудрой личностью царского происхождения, в основном она терпела и ныла.
«… он обеспечит лучезарной Елене мирное и весьма выгодное бракосочетание, а взамен получит неказистую Пенелопу».
Сначала я как-то объясняла это возрастом:
«но в свою защиту я могу повторить, что мне тогда было всего пятнадцать».
А нет, возраст тут ни при чем:
Как он просияет от радости! Как он будет мною доволен! «Ты стоишь тысячи Елен!» – скажет он. Наверняка так и скажет. И заключит меня в нежные объятия.
Ну допустим, высокопоставленные женщины не особенно выбирали, за кого им выйти замуж:
«Разглядывая из-под покрывала молодых людей, топчущихся во дворе, я пыталась угадать, кто из них кто, и решить – просто забавы ради, поскольку выбирать себе мужа в мои привилегии не входило, – кого из них я бы предпочла».
Но уж на служанок можно было гаркнуть при желании:
«И служанки расхохотались, зажимая рты ладошками. Это было унизительно. Я пока еще не понимала грубых шуток и не знала точно, почему они так веселятся, но ясно было, что на мой счет. Однако заставить их замолчать я не могла».
Не могу сказать, что это необыкновенное произведение, затронувшее глубинные струны души, но по мне неплохо, почему бы разочек не прочесть.
Вообще, больше всего мне понравились: суд над Одиссеем – современные реалии для античных героев, это очень смешно – и слухи и легенды об Одиссее.
«Одиссей побывал в царстве мертвых, где совещался с духами, говорили одни. Нет, он всего-навсего переночевал в какой-то старой мрачной пещере, полной летучих мышей, возражали другие». «Одиссей сразился с одноглазым циклопом-великаном, утверждали некоторые; да ничего подобного, возмущались другие, то был всего-навсего одноглазый хозяин какой-то таверны, а драка вышла из-за того, что ему отказались заплатить».
Напомнило, как про моего однокурсника тоже слагали легенды, будто бы на каникулах он пьяный катался на лыжах в Альпах, сломал ногу и поэтому пропускает лекции. А оказалось, ушиб руку во время рядовой тренировки и просто приболел. Мда :)
В общем, хочется сказать: не верьте слухам.
Воистину, нужно быть Маргерет Этвуд, чтобы написать феминистский роман о жизни Пенелопы, эталона всех женских добродетелей в классическом патриархальном понимании. Впрочем, для эталона Пенелопа уж слишком умна. Такое под силу вынести разве что умнейшему из смертных.
Сюжет «Пенелопиады» можно обсуждать абсолютно свободно - кто ж не знает знаменитого мифа? Конечно, в современных переложениях нередки экстравагантные трактовки поступков, а то и вовсе альтернативные сюжетные линии, но Этвуд честно следует за Гомером, не отступая в ключевых моментах и лишь раскрашивая историю деталями и, естественно, женской точкой зрения. Пенелопа у Этвуд нескладна, застенчива, но умна, под стать своему известному супругу. До появления женихов она кажется совершенно бесцветной, лишь нестандартная ситуация заставляет тихую женщину выдумывать новые и новые хитрости, чтобы протянуть ещё немного в надежде на возвращение Одиссея. И несмотря на очень скромный объём романа и некоторую схематичность, язык не поворачивается назвать образ Пенелопы картонным. Она живая, настоящая, из плоти и крови, сильная духом даже на полях асфоделей. И, кстати, отлично вписывающаяся в классический миф. Впрочем, Этвуд, как и многие до неё, тоже не устояла перед соблазном, рассказывая историю из прошлого, откинуть то, что не уложилось в её теорию - второе замужество Пенелопы. Жизнь, даже в античных мифах, оказывается куда богаче и сложнее любых умозаключений.
И всё же, несмотря на название романа, ключевое в нём - не личность и жизнь Пенелопы, не верность и ум женщины, не сложная судьба царицы Итаки, которая сберегла и честь, и сокровища. Ключевое в романе (и мне странно, как мало читателей это заметили) - двенадцать юных служанок, казнённых Одиссеем, двенадцать дев, выживающих между молотом и наковальней, двенадцать жриц, которых ниспроверг новый патриархальный культ. И бесчисленный сонм безымянных женщин, которые страдали, любили, дышали и творили историю.
Комментарии, 127 отзывов