Цитаты из книги «Дело Артамоновых», страница 5

Охала она сочувственно, это Артамонов слышал. Он видел, что глаза ее смотрят на него через очки жалобно, почти нежно, но это только сердило его. Он хотел сказать ей, нечто убедительно ясное и не находил нужных слов, глядя на подоконник, где среди мясистых листьев бегоний, похожих на звериные уши, висели изящные кисти цветов.

— Мне усадьбу ее жалко. Это замечательная усадьба, да! Она там- родилась...

— Родилась она в Рязани...

— Она там привыкла, все равно! А у меня там душа первый раз спокойно уснула...

— Проснулась, — поправила Ольга.

— Это — всё равно для души — уснула, проснулась...

"Всякая девица - утопающая, за соломину хватается. Тут её и лови!"

Он был так удивлён словами жены, что не мог сердиться на неё, не хотел бить; он всё более ясно сознавал, что жена говорит правду: скучно ей жить. Скуку он понимал. Но - надо же было успокоить её, и, чтоб достичь этого, он бил её затылок о стену[..]

- Правда - это когда душа полна и больше ничего не хочешь.

- Верно, - согласился Пётр.

Но Мирон, сверкнув очами, начал учить мать:

-Это - не правда, а смерть. Правда - в деле, в действии

человек нравится, о нём думаешь, но – нельзя понять, зачем он тебе нужен, и говорить с ним так же невозможно, как с глухонемым.

Все человечьи муки из-за малостей.

любишь меня, разве я тебе не жена?

Стала ты теперь несчастна-я, Моя привычка! Хочу видеть ежечасно Твоё, морда, личико

– есть – плохие, есть – хорошие… – Хорош нож, да горлу невтерпёж