Комментарии, 55 отзывов

Я не столь силен в истории, чтобы подробно разобрать всю книгу на исторические ссылки и указать на противоречивые данные с изобличением фактов. Я просто читатель, прочитавший книгу, какая она есть. Автор, как по мне, не выделяет какую-то страну особенно сильно, ругая поровну, как американцев с русскими, так и англичан с греками, особенно не вдаваясь в подробности. Да, в общем, это и не было целью. Книга рассказывает историю одного греческого острова, а точнее, одной семьи на этом острове, остальное вторично. Но памфлет Дуче (Муссолини) просто потрясающий в своей колкости и плотности оскорблений. Хотя он был бы и вдвое не так хорош, кабы не язык автора. Красиво, плавно, легко. Читая книгу, переживаешь все то же, что и герои: когда надо — легкость, когда надо — грусть, а описание войны ближе к концу, зверства фашистов, не вызывает ничего, кроме ненависти к этим нелюдям.

Автор англичанин, хотя любит в качестве места действия выбирать другие страны. Вот и тут рассказывается о греческой семье из отца и дочери, а также о деревушке на острове и взаимоотношениях с соседями. Что касается войны, улавливается некая схожесть с Унесенными ветром, где война сначала начинается где-то далеко, слышны лишь ее отголоски, но затем та приближается все ближе и ближе, втягивая героев в водоворот насилия. Одни пытаются избежать ее влияния, а другие, вроде Мандраса, бросаются с головой и полностью преобразуются, превращаясь в тех, кого сами недавно презирали и ненавидели.

Враги могут стать друзьями, и даже кем-то больше, а вчерашние друзья превратиться в смертельных врагов.

В начале просто несколько лишних глав от лица Муссолини и персонажа-гомосексуалиста, который вынужден скрывать свою ориентацию. У последнего аж 6 отдельных глав, хотя последнюю можно не считать, хотя все уместилось бы и в одну. Читать их было несколько некомфортно и я даже думал бросить книгу, но все же перетерпел. Никаких таких сцен нет, но и одних мыслей персонажа хватает.

Больше всего не понравилась последняя часть книги. Надо было закончить где-то после землетрясения, а то и вовсе после окончания войны. Но автор будто не мог остановиться, не зная, чем закончить историю. В итоге из размеренного повествования под конец все превращается в коротенькое сумбурное описание послевоенного времени вплоть до 1993 года. Молодая девушка сначала превращается во взрослую женщину, растящую ребенка-подкидыша, а потом и в старую бабульку, что вообще не укладывается в голове и представить подобное сложно. Ее приемная дочь из младенца за несколько страниц превращается в 30-летнюю женщину, рожает ребенка, который, в свою очередь, становится подростком... Просто не успеваешь следить за происходящим, что портит всю картину, выстраивающуюся до этого. Ну и условный хэппи энд, также испорченный этим самым Корелли, которому стоило просто подойти 50 лет назад и узнать что да как. Послевкусие, как от яблока, в котором в последнем укусе обнаружился червяк. Последний абзац вообще настолько лишний, насколько возможно — автор вдруг начал описывать проезжающий мимо мопед с тремя девушками, будто случайно начал писать другую книгу на той же странице, где закончил эту.

8/10 — некоторое время думал даже поставить 9, но финальный сумбур все подпортил: есть начало войны, кульминация и конец, но автор решил показать «сцену после титров», и нет бы настоящий счастливый конец, но оба основных героя хоть и прожили яркую жизнь, но без друг друга, из-за чего были не столь счастливы, как могли бы быть. Два старика — это последнее, что я ожидал увидеть в конце. И все же, книга не зря в топ 200 лучших книг по версии Би-би-си и даже на 19 месте.

хм. я, наверно, повторяюсь, но почему автор не остановился на середине, почему?

для меня, конечно, это книга о домашней кунице кискисе, которой мололи мышек и чесали за ушками

Его приятные размышления были прерваны самым ужасным образом: мокрая и тяжелая Кискиса, оказавшаяся у него на коленях, совершенно вытеснила всё удовольствие и весь триумф, которыми он мог бы насладиться. Линия поведения Кискисы во время ливней состояла в том, чтобы промокнуть как только возможно, а затем вскочить на ближайшие теплые колени и как можно лучше высушиться; и в этот раз жертвой пал капитан, поскольку доктор весьма разумно и предусмотрительно поднялся, чтобы этого не произошло с ним. Корелли в ужасе смотрел на промокший меховой комок и чувствовал, как вода протекает между ног.

когда фашисты добили кошку прикладом, то можно было б закончить. когда вернулся озверевший мандрас и успокоился в объятиях дельфинов, то дальше можно было б и не. да и просто когда корелли сбежал ведь уже все закончилось?.. как говорят интернеты, книга посвящена германо-итальянской резне, сюжетная линия, которая вела к ней была очень даже ничего: куча всяких типажей греческого села, даже карло ничо так, но ведь после все, все ведь закончилось?

в общем, я в таком недоумении, что поставила б тут звезды три, но дело в том, что первая половина местами так тонка, что чуть ли не гениальна. первая влюбленность, умный подход отца, житеские заботы, цитаты из пишущейся истории кефалонии, пожеванной козликом. крутое изложение войны без зашкаливающего пафоса и все же очень емкое, несоответствие культур, зверство мандраса

а потом у автора закончился слог.

остались еще какие-то отдельные шуточки, но очень все похоже на какую-то средненькую мелодраму, где ясно какое ружье должно стрельнуть, а вся атмосфера про то, что ну надо же как-то закончить: землятрясения там, карьера мандолиниста, а я думал, что тебе не нужен. т.е. этакий замах на эпопею, но хорошо получилось только до резни, а потом материал сбился в один ком повествования, двигающего заржавевшую машину сюжета

итого, я сначала оч удивилась, повспоминала всяких ремарков и хемингуэев, но потом все вернулось на круги своя. но кискиса хороша.

Великолепная книга, ни на что не похожая. Благодаря ей удалось почувствовать весь спектр эмоций. Уверена, что еще долго буду мысленнт возвращаться в водоворот событий и вспоминать переплетение времен, народов и событий. Книга войдет в топ лучших, прочитанных мной!

"...а на Кефалонии коммунисты начали выдворять неудобных личностей в концентрационные лагеря; они годами наблюдали с безопасного расстояния за гитлеровцами и приобрели большой опыт во всем искусстве зверства и подавления. Гитлер гордился бы столь прилежными учениками".

Тру̀сы! Тру̀сы! Там висят чьи-то тру̀сы! (Фраза из КВН).

Многие проживающие здесь (на Родосе, если что) русскоговорящие и по-русски и по-гречески говорят так, что у меня уши в трубочку сворачиваются каждый раз при нашем общении. А для большего шарма они смешивают оба языка, склоняя греческие слова по русским падежам и употребляя русские на свой «изящный» манер с неправильными ударениями и дикими формами. Ну и, конечно, верх крутизны - жуткая межъязыковая интонация. Я даже частенько удивляюсь, как они вообще общаются с семьей. На каком языке? Так вот, такое длинное вступление было именно к тому, что, очевидно, консультантом в греческом, которым мистер Луи де Берньер «облагородил» книгу, был как раз кто-то из «истинных лингвистов», создающих новый диалект. Автор довольно жестоко надругался над моим мозгом (восемьсот страниц – не шутка). Некоторые фразы не понял бы даже самый филологически образованный грек, не то, что я. Хотелось биться головой об стену. Я вообще не понимаю, зачем вставлять отдельные слова из языка. Чтобы что? Не буду голословной: главная героиня исправно называет своего родителя то мистером утенком (папакис), то просто попом (папас) или наперстком (тоже папас). И вот что удивительно: каждого десятого современного автора тянет написать что-то свое о Греции, и, видимо, чтобы показать особую причастность, вставить парочку слов на местном языке. Не стоит, честно.

А теперь о книге.

История любви. Замечательная история, за душу берет, но с другой стороны нет в ней ничего необычного: Вторая Мировая, захватчик и захваченная, немножко крови и трагедии, надежда и счастливое завершение. Правда, завершение не то, чтобы совсем уж счастливое, но в рамках данного романа вполне (столько бед на голову Пелагии на протяжении всего романа!). Кстати, как и многие, я тоже считаю Антонио негодяем.

История Греции. Местами слишком утрированная, но все-таки довольно хорошо изложенная. Особенно учитывая, что об истории Древней Греции осведомлены многие, а вот о современной - нет. Но оно и понятно. Зато благодаря Луи де Берньеру читатели узнают и об этом. Правда, далеко не всему нужно верить (это касается и обычаев, кстати). И да, самое главное для меня, как раз дочитала роман в день Охи (28 октября).

Нестыковки. Исходя из языковых вставок, уже можно догадаться, что Луи де Берньер в некотором смысле довольно небрежно отнесся к своему роману. «Убил» фотоальбом, который нашел внук Пелагии в развалинах старого дома, а в нем (в фотоальбоме) была фотография бабушки в младенчестве с подписью «Первые шаги». Напоминаю, что сам автор неоднократно говорил в книге об отсутствии электричества и водопровода на острове в довоенное время. Ага, зато домашний фотоаппарат и, видимо, фотостудия наличествовали в каждом жилище аборигена (Пелагия, между прочим, сделала свои первые шаги не позже начала 20-х годов).

В общем, книга, наверное, очень хорошая. Но первые двести страниц, пока я привыкала не нервничать, натыкаясь на греческие исковерканные слова, испортили мне всю картину. Зато с появлением «на сцене» Коррели дело пошло намного легче. Поэтому, несмотря на все мои претензии, объявляю: книга хороша!