Читать книгу: «10 лет спустя»

Глава

LINA AMOR

10 ЛЕТ СПУСТЯ

Дорогой читатель,

это не выдуманная история.

Эта история о любви чеченки к парню

с зелеными глазами, взгляд которого

оставил в её душе неизгладимый след.

Как писал Геры Рамс: «Можно забыть

всё на свете, только не чей-то взгляд»

Глава 1. Первый взгляд

Я опоздала на первый урок. Разговоры с подругами затянулись, мысли о предстоящем дне сливались в хаотичный поток. Когда мы наконец вбежали в школу, прозвенел звонок на второй урок. Коридор был полон шума и суеты, но я не могла сосредоточиться — в голове крутилось только одно:

как же не хочется сидеть на скучном уроке.

Мы устроились на подоконнике у входа, ожидая, когда все разойдутся. Тёплые осенние лучи пробивались сквозь окно, и я позволила себе расслабиться, наслаждаясь моментом. И тогда я его увидела.

Он проходил мимо с другом. Я сразу поняла: новенький. Что-то внутри меня дрогнуло — не резко, а мягко, как будто кто-то тронул струну.

Его русые волосы ловили солнечный свет, а зелёные глаза светились. В тот самый миг, когда наши взгляды встретились, время остановилось. Все звуки вокруг пропали. Я затаила дыхание.

В груди разлилось странное, незнакомое тепло. Я не знала, что это. Будто кто-то осторожно прикоснулся изнутри.

Я сидела, не в силах пошевелиться. Сердце колотилось быстро-быстро. Страшно и волнительно одновременно. Как будто я стояла на краю чего-то большого и ещё не решалась сделать шаг.

Звонок раздался, возвращая меня в реальность. Мы с подругами поднялись с подоконника, а он исчез в толпе.

Но искра осталась. Я почувствовала: это начало чего-то неожиданного. Может быть, первой любви.

Глава 2

Свет утреннего солнца медленно просочился в комнату. Я потянулась, чувствуя, как новый день осторожно входит в мою жизнь. За окном стояла та самая осень, когда всё вокруг будто замирает в ожидании перемен. Я собирала вещи, когда телефон тихо завибрировал. Я рассеянно взяла его — и тут же забыла, как дышать. Сообщение от него. Парня с зелёными глазами, новенького футболиста из нашей школы. «Привет, ты Лина? Видел тебя в школе и захотел познакомиться». На губах расцвела улыбка. Как он меня нашёл? Почему написал? Я не знала ответов. Но пальцы уже набирали: «Да, привет». И с этого всё началось. Мы разговорились. Сначала робко, потом всё увереннее. Он писал о себе — просто, без прикрас. О том, как переехал, как привыкает к новой школе. Я читала и чувствовала: между нами протянулась тонкая, едва заметная нить.

Я никогда не интересовалась футболистами. Их мир казался мне далёким и чужим. Почему же он стал исключением?

Мысли неслись одна за другой. Девушки в школе часто вздыхали по футболистам, мечтали о встречах, о внимании. Я никогда их не понимала. Красивое лицо и успех на поле — разве этого достаточно? Мне всегда казалось, что нет. Но с ним всё было иначе.

Он одним сообщением заставил меня пересмотреть всё, что я думала раньше. Я перестала видеть в нём просто футболиста. Он стал кем-то другим. Кем-то, чьи слова я ждала с утра. Кем-то, о ком думала перед сном.

Каждый день ожидания новых сообщений стал для меня маленьким приключением. Я не знала, куда это приведёт. Но внутри уже что-то изменилось. Я чувствовала это не головой — где-то глубоко под рёбрами, в том, как чаще билось сердце, когда на экране загоралось его имя.

Осенние дни обещали быть другими.

Не просто уютными. А полными открытий.

Этот парень с зелёными глазами перестал быть просто именем среди футбольной команды.

Он стал частью моей истории.

Глава

Глава 3

Каждое утро в школе начиналось одинаково: коридор, суета, громкие голоса. Но где-то внутри я знала — этот день может стать другим. Потому что там, среди толпы, был он.

Я замечала его сразу. Высокий силуэт, который ни с чьим не спутаешь. Он не делал ничего особенного — просто шёл, разговаривал с кем-то, иногда смеялся. Но для меня каждое его движение имело значение. Я не анализировала это. Просто чувствовала.

Иногда наши взгляды пересекались. И тогда всё вокруг словно отступало: шум коридора становился далёким, лица — размытыми. Оставался только он. И я. И тишина между нами, которую никто больше не замечал.

Мы не говорили. Вернее, говорили — но не словами. У нас был свой, беззвучный язык: короткий взгляд, лёгкая улыбка, пауза длиной в секунду. Но в этой секунде помещалось всё, что я не решалась произнести вслух.

Я ждала его сообщений. Каждый раз, когда телефон оживал, сердце делало кульбит. Он мог написать что-то простое — «как день?» или «привет», — а я уже улыбалась экрану. Это было глупо. Это было по-детски. Но это было самое настоящее, что со мной случалось.

А потом он написал: «Давай встречаться?»

Я смотрела на экран и не узнавала собственные пальцы — они дрожали. Я перечитывала сообщение, будто боялась, что буквы исчезнут. Внутри всё смешалось: радость, испуг, недоверие. Я столько раз представляла этот момент — и всё равно оказалась к нему не готова.

Мне хотелось сказать «да». Но что-то внутри шептало: «подожди». Не потому что я не хотела. А потому что боялась — боялась, что всё окажется неправдой, что я слишком маленькая для таких больших чувств, что эта хрупкая нить между нами порвётся от одного неверного движения.

«Мне нужно время», — написала я.

Несколько секунд тишины. Потом галочка «прочитано». И больше ничего.

Глава 4

«Я подожду», —ответил он.

И в этот момент внутри что-то зазвучало. Не мелодия даже — намёк на неё. Как будто где-то далеко-далеко кто-то взял первую ноту. И всё замерло в ожидании второй.

Раньше я жила в шуме. Внутреннем, постоянном. Вопросы, сомнения, страхи — они гудели, как старые провода. А после его слов наступила тишина. Не пустая — наполненная. Как концертный зал перед выступлением. Все затаили дыхание. И я затаила.

Его сообщения стали моим камертоном. Я сверяла по ним свой день, своё настроение, свой пульс. «Доброе утро» — и сердце настраивалось на нужную волну. «Сладких снов» — и можно было выдохнуть и отпустить всё лишнее.

Я никому не ставила эту музыку. Не включала громко. Она играла только для меня — фоном, ненавязчиво, но постоянно. Иногда я ловила себя на том, что напеваю что-то без слов. Иду и улыбаюсь. И не важно, что подумают прохожие.

Он ещё не знал, какую симфонию запустил. А я не говорила. Потому что музыка должна созреть. Потому что нельзя торопить композитора. Потому что самые важные вещи рождаются в тишине — медленно, осторожно, нота за нотой.

Однажды эта музыка зазвучит в полную силу. И он её услышит. Но пока — пусть будет пианиссимо. Едва слышно. Только для меня.