- Назад! назад! вернитесь! акула! - закричал артиллерист. Но ребята не слыхали его, плыли дальше, смеялись и кричали еще веселее и громче прежнего.
Артиллерист, бледный как полотно, не шевелясь, смотрел на детей.
Матросы спустили лодку, бросились в нее и, сгибая весла, понеслись что было силы к мальчикам; но они были еще далеко от них, когда акула уже была не дальше 20-ти шагов.
Мальчики сначала не слыхали того, что им кричали, и не видали акулы; но потом один из них оглянулся, и мы все услыхали пронзительный визг, и мальчики поплыли в разные стороны.
Визг этот как будто разбудил артилле-риста. Он сорвался с места и побежал к пушкам. Он повернул хобот, прилег к пуш-ке, прицелился и взял фитиль.
Мы все, сколько нас ни было на кораб-ле, замерли от страха и ждали, что будет.
Раздался выстрел, и мы увидали, что ар-
тиллерист упал подле пушки и закрыл лицо руками. Что сделалось с акулой и с мальчиками, мы не видали, потому что на минуту дым застлал нам глаза.
Но когда дым разошелся над водою, со всех сторон послышался сначала тихий ро-пот, потом ропот этот стал сильнее, и, на-конец, со всех сторон раздался громкий, до конца главы: 1 мин
Жизненно… Злободневно. Патриархально. Потребительски. Ну вот мог же Лев Николаевич писать короткие рассказы. Ну зачем сорвался и написал три тома…
Комментарии, 2 отзыва