Читать книгу: «Кафе «Пряная тыква»»

Original title:

THE PUMPKIN SPICE CAFÉ

Laurie Gilmore

На русском языке публикуется впервые

Книга не пропагандирует употребление алкоголя. Употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

First published by HarperCollinsPublishers Ltd. under the title THE PUMPKIN SPICE CAFÉ

Copyright © Laurie Gilmore 2023

Laurie Gilmore asserts the moral right to be acknowledged as the author of this work.

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025

⁂

Посвящается самому бородатому из всех любителей фланелевых рубашек, какие мне когда-либо встречались

Глава 1

Джинни Эллис никогда не убивала человека. Но этой ночью все могло измениться. Отчаянные времена и тому подобное. Она крепче сжала бейсбольную биту и осторожно спустилась по скрипучей черной лестнице.

Джинни не спала уже три ночи. Не сомкнула глаз с тех пор, как въехала в квартирку над кафе своей тетушки. Формально – над своим кафе. Джинни уже официально владела кофейней «Пряная тыква» – главной гордостью ее тети Дот. Ровно две недели назад старушка объявила, что уходит на пенсию и улетает на Карибы, дабы хорошенько позагорать. Дот не придумала лучшей кандидатуры для управления ненаглядным кафе, чем ее любимая и, как отметила Джинни, единственная племянница. Нелепая идея, если задуматься об этом, во всеоружии спускаясь на цыпочках с последней ступеньки.

Она каждую ночь слышала звуки. Скрежет и скрип, а иногда лязг и грохот. Пыталась списать все на ветер или возню животных в переулке. Категорически отказывалась опять надумывать худший вариант развития событий. Нет, она не станет воображать, что по черной лестнице крадется серийный убийца. Этот шум никак не мог быть делом рук вооруженного грабителя, решившего поживиться мелочью из кассы тети.

Джинни начинала с чистого листа.

Джинни теперь другая женщина.

Жители очаровательного прибрежного городка Дрим-Харбор ничего о ней не знали, и она собиралась сполна этим воспользоваться.

Ее внимание привлек шорох у черного хода. Ну ничего, план «Новая жизнь – новая Джинни» обязательно осуществится. Сразу после того, как она разберется, кто мешает спать по ночам. Невозможно вести тихую, размеренную провинциальную жизнь, когда за дверью притаился убийца. Это просто нелогично.

Она перехватила биту поудобнее и пересекла коридорчик, ведущий от лестницы к двери в переулок за кафе. Впрочем, «переулок» – это не очень подходящее слово. Оно ассоциировалось с переполненными мусорками и снующими крысами. Но Джинни уже не в Бостоне. Теперь она в Дрим-Харборе, который, кажется, и правда кто-то выдумал¹. Такое безмятежное местечко не могло возникнуть само. Нет, за кафе и другими заведениями на Мейн-стрит находилось что-то вроде боковой улочки: место для разгрузки, аккуратные мусорные баки. Днем она даже видела, как владельцы соседних магазинов выходили туда на перерыв поболтать. Правда, сама с ними пока не общалась. Она еще не готова. Не готова быть новенькой.

Джинни тряхнула головой. Мысли текли совсем не туда, а между тем ее, возможно, вот-вот убьют. Переулок или нет, что-то не давало ей спать, и после трех бессонных ночей она едва держалась на ногах. Опустив биту на плечо, потянулась к ручке. Уже почти рассвело, в окошко над дверью сочился тусклый серый свет.

«Ну и прекрасно, – мимоходом подумала Джинни. – Хоть увижу нападающего перед смертью». С этой не особо радостной мыслью, присущей отнюдь не новой позитивной личности, которой она стремилась стать, Джинни распахнула дверь…

И столкнулась с ящиком, полным маленьких тыкв. Горлянки? Неважно, ведь не успела она определиться с названием, как огромный мужчина, державший ящик, нарушил молчание.

Точнее, испуганно засипел, напомнив Джинни, что она все еще угрожающе держит биту. Она почти опустила ее, но спохватилась: перед ней все еще очень внушительный незнакомый мужчина. Неважно, что у него в руках бутылочные тыквы, пожалуй, расслабляться пока не стоило.

– Вы кто такой? – спросила она, схватившись за дверь на случай, если придется захлопнуть ее перед носом этого неведомого тыквенного человека.

Мужчина приподнял темные брови, словно удивился вопросу.

– Логан Андерс, – ответил он, будто это все объяснит. Не объяснило.

– И что вы делаете в моем переулке, Логан Андерс? – спросила она.

Он раздраженно вздохнул и устроил ящик поудобнее. Видимо, тяжелый, но Джинни не собиралась рисковать безопасностью лишь потому, что этот мужчина с ящиком овощей, в поношенной фланелевой рубашке и с густой бородой казался воплощением осеннего урожая. Джинни задержала взгляд на лице незнакомца – только чтобы опознать в случае чего, мысленно оправдалась она. Может быть, ей стоит запомнить, что над бородой у него – прямой нос и румяные щеки. Вдруг полицейский спросит, длинные ли у него ресницы, – тогда да, еще какие. Возможно, для следствия будет крайне важно знать, что даже в слабом утреннем свете его глаза были поразительно голубыми.

– Сегодня четверг.

Джинни удивленно моргнула. А день недели каким-то образом объясняет, почему этот человек не дает ей уснуть?

– А вы мешаете мне спать с понедельника, – заметила она.

Теперь уже Логан выглядел озадаченным.

– Я только что приехал. – Он снова приподнял ящик, напрягая предплечья. Должно быть, и правда тяжело, но Логан даже не пытался зайти внутрь или поставить груз на пол.

– Ну, я всю неделю слышала какие-то странные звуки и пыталась убедить себя, что это ветер, или… енот, или еще кто-нибудь. А потом подумала, что, наверное, именно так все и говорят, прежде чем убийца врывается в дверь.

Логан слегка поперхнулся и вытаращил глаза:

– Убийца?

Джинни почувствовала, как вспыхнули щеки. Может, она просто дала волю воображению.

– Или кто-то вроде… – Ее голос стих. Джинни не знала, что сказать незнакомцу, да и он, похоже, растерялся не меньше. – Ну… и зачем вы здесь? – мягко напомнила она.

– Точно… эм, по четвергам я привожу овощи, – он кивком указал на ящик с теми самыми овощами.

Джинни поморщилась. Доставка продуктов. Ну конечно. Тетя Дот наговорила ей столько всего перед отъездом, а Джинни, конечно, ничего не записала. Кафе было закрыто с тех пор, как она сюда приехала, и Джинни пока не осознала, сколько всего предстоит сделать. К счастью, Норман, бессменный менеджер кафе, готов был помочь. Заверил, что они откроются уже к выходным.

Логан снова перехватил ящик. Все тот же тяжелый ящик, который он продолжал держать.

– Простите! – Джинни отступила и махнула в сторону кафе. – Проходите. Найдем, куда положить эти… э-э… тыквы?

Логан замешкался у двери, переводя взгляд с Джинни на биту, все еще лежащую у нее на плече.

– Ох! Извините. Я не стану вас бить. Честное слово, – она попыталась приободрить его улыбкой. Кажется, не помогло.

Он продолжил топтаться в дверях.

– Простите, пожалуйста, я приняла вас за маньяка. Ничего личного. Просто не спала уже три ночи, а тут все время что-то шумит. Да к тому же все никак не могу поверить, что унаследовала кофейню.

Логан смотрел на нее с той же нерешительностью во взгляде. Черт. Наверное, она здорово его напугала. За всю жизнь Джинни не раз называли напористой. Кажется, это даже написали в паре школьных табелей. Джинни старалась над этим работать, включила в свой новый образ. Меньше болтать. Меньше накручивать. Меньше давить.

Она набрала в грудь побольше воздуха и медленно выдохнула. Джинни из кафе – спокойная, расслабленная. Просто дружелюбная владелица кофейни по соседству, с улыбкой готовая угостить любимым напитком. А не теориями о том, что или кто пытается ее убить каждый день. Не новостями о таянии ледников и не списком из двенадцати дел, которые нужно выполнить за сегодня.

Джинни старалась настроиться на волну тетушки Дот. Пусть и хотела, чтобы та была менее беспечной и оставила более четкие указания. Она попыталась изобразить мягкую, доброжелательную улыбку. Непривычное ощущение на лице.

– Заходите, пожалуйста. Наверняка они очень тяжелые.

Логан едва заметно кивнул:

– Обычно я оставляю их здесь.

– О…

Выходит, Джинни не отпугнула его своим монологом, а просто нарушила привычный распорядок. Она прекрасно понимала, как такое сбивает с толку.

Когда любимое кафе за углом закрылось на неделю, Джинни с трудом удавалось функционировать. И дело не в нехватке кофеина. В городе полно заведений, но все не те. Настроение целую неделю было хуже некуда.

На этот раз Джинни улыбнулась искренне:

– Что ж, раз вы здесь, а я все равно не сплю… Чашечку кофе?

Глава 2

Новая владелица кафе «Пряная тыква» нравилась Логану гораздо больше, когда не пыталась снести ему голову бейсбольной битой. Однако это мало о чем говорило. Ему нужно работать, доставлять заказы, попутно избегая сочувствующих горожан. У него не было времени просиживать здесь и распивать кофе на рассвете. Но, похоже, сбежать не удастся. Даже слова не вставить. Племянница Дот не смолкала с тех пор, как настойчиво пригласила его войти.

Каждый четверг – вот уже пять лет с того дня, как он занялся фермой, – Логан оставлял Дот четыре ящика с овощами возле задней двери. Ему нравилось приезжать в город до рассвета, пока улицы пусты. Нравилось заканчивать работу до того, как другие только начинают открываться.

Логан не любил вести светские беседы. Ненавидел обсуждать погоду. Его не интересовали последние городские сплетни. Еще меньше ему нравилось быть их участником. Чем быстрее он управится с доставкой, тем скорее вернется на свою тихую ферму. Во всяком случае, настолько тихую, насколько это возможно с полудюжиной кур, двумя взрослыми козлами, одной спасенной альпакой и бабушкой, которая страстно любила поболтать. К счастью, дед Логана был таким же молчуном, как и он сам. Бабуля говорила за них обоих. Почти столько же, сколько и эта Джинни.

– Как думаешь, что моя тетя собиралась делать с этими… эм… маленькими тыквами? – спросила Джинни, глядя на ящик, который он положил у ног. Она встала за прилавком, упершись одной рукой в бедро, а второй поправляя пряди, выбившиеся из небрежного пучка.

– Горлянками, – пояснил Логан с другой стороны стойки.

– Точно. Горлянки. Так я и думала. – Джинни все еще выглядела растерянной. – Но… их ведь не едят?

Логан чуть было не рассмеялся. Почти. Но раздражение пока перевешивало.

– Нет, горлянки не едят.

Джинни окинула взглядом еще три ящика, которые он занес внутрь, вместо того чтобы оставить возле двери, как и полагалось. Там, где оставлял всегда. Там, где, к своему большому сожалению, не оставил этим утром.

– Видимо, все прочее – для смузи, которые она добавила в меню.

Логан кивнул. В этом городке обожали смузи. Не то чтобы он жаловался – смузи означали, что кафе нужно много свежих фруктов и овощей с его фермы. Смузи выгодны для бизнеса.

– Горлянки – декоративные тыквы, – сказал он, избавив Джинни от дальнейших догадок.

Глаза Джинни загорелись, словно он решил все мировые проблемы. Логан постарался не обращать внимания, что в груди вспыхнула гордость при виде ее довольного лица. Давненько ему не доводилось решать чьи-то проблемы.

– Ну конечно! Как я об этом не подумала? Все из-за недосыпа!

Джинни поставила локти на прилавок и опустила подбородок на руки. На ней был старый растянутый кардиган с такими длинными рукавами, что они полностью закрывали ладони, а под ним – поношенная футболка и пижамные штаны. Логан заметил, что штаны усыпаны маленькими ежиками, хотя изо всех сил старался этого не замечать.

Он вообще на многое упорно не обращал внимания. Например, какие у нее выразительные темные брови. Как она порхала без остановки, пока быстро и умело варила ему кофе. Джинни была воплощением противоречий. Проворная, но в то же время рассеянная. Готовая в любой миг улыбнуться и так же быстро нахмуриться. Все ее эмоции читались по глазам – темно-карим, почти черным. Прямо как кофе, который он обычно заказывает.

Джинни провела ладонью по лицу, разрушая чары. Как долго он на нее пялился? Девушка зевнула и потянулась. Футболка задралась, обнажив полоску кожи над поясом, и Логан тут же отвернулся. Он точно не собирался это замечать.

Когда он вновь рискнул посмотреть на Джинни, та опять уперлась локтями в прилавок. Под глазами у нее залегли темные круги, черные волосы спутались на макушке. Ее поникший, обреченный вид что-то в нем задел. Что-то неуместное. Что-то, на что у него сейчас совершенно не было времени.

Он уже собрался сказать ей, что ему пора дальше развозить продукты, но Джинни заговорила:

– Так странно. Я постоянно слышу эти звуки. Каждую ночь. Как думаешь, здесь водятся привидения?

Логан чуть не поперхнулся кофе:

– Привидения?

– Ну да. – Джинни расправила плечи, ее глаза засияли от новой теории. – Привидения. Может, духи, которые здесь обитают, недовольны новой владелицей.

– Духи? – Рановато для такого уровня безумия.

– Призраки, духи, неважно, – Джинни махнула рукой, словно не имело значения, как называть вымышленного обитателя. – Нечто здесь явно недовольно моим присутствием.

– Я правда не думаю, что…

– Другого логичного объяснения нет, – она скрестила руки на груди. Тема закрыта. – Здесь точно водятся привидения.

– Нет другого объяснения? – Логан со стуком опустил кружку на стойку. Это уже перебор. – Еноты, старые трубы, сквозняк в рассохшихся окнах, твое воображение, – он загибал пальцы, перечисляя возможные варианты.

На последнем пункте Джинни прищурилась, но Логан продолжил:

– Может, детишки балуются. Существует бесконечное количество версий, куда более правдоподобных, чем привидения. А теперь мне правда пора…

– Что значит – детишки балуются?

Логан тяжело вздохнул и едва сдержался, чтобы не начать рвать на себе волосы.

– Не знаю. Возможно, какие-то дети хулиганили в переулке.

Джинни медленно кивнула, обдумывая эту версию.

Логан пододвинул к ней кружку, готовый поблагодарить за все и попрощаться.

Но Джинни его опередила:

– И что мы будем с этим делать? Мне очень нужно выспаться.

– Мы? – он машинально отпрянул. Наверное, надо было просто развернуться и убежать. Не хватало еще сильнее ввязываться в дела новой владелицы кафе. Он так и слышал, как дамы из книжного клуба об этом кудахчут. Они завтракали сплетнями.

Джинни кивнула:

– Ты мой единственный друг в городе. Я не могу разбираться с бандой подростков в одиночку.

– «Банда» – слишком громко сказано, – пробормотал Логан, продолжая отступать к двери, но Джинни пошла за ним. Да, на пижаме точно ежики. Он наотрез отказывался считать это милым.

– Пожалуйста? Я ведь только приехала, и у меня ощущение, что я совсем не понимаю, что делаю… – Джинни покачала головой и замолчала. – Прости. Это не твоя забота. – Она улыбнулась: – Разберусь.

Ее натянутая улыбка вновь что-то в нем зацепила. Джинни выглядела такой… потерянной. Даже когда улыбнулась и откинула прядь с лица, пытаясь заверить, что у нее все хорошо. Очевидно, это не так. И это беспокоило Логана даже больше, чем ее нескончаемая болтовня.

Проклятье.

– Приходи сегодня на собрание, – предложил он.

– Городское?

– Да. – Логан пригладил бороду, уже жалея о том, что сказал: – Их проводят каждый второй четверг месяца. Можешь сообщить о своей… хм… проблеме. Попросить помощи.

Ее улыбка стала ослепительной и настоящей. О нет. Искренняя улыбка Джинни оказалась даже очаровательнее этих чертовых ежиков. Как вышло, что его привычная утренняя доставка приняла такой крутой поворот?

– Спасибо! Прекрасная мысль.

Джинни сложила руки перед собой, словно пыталась сдержаться и не обнять его. Логан сам не знал, испытал он облегчение или разочарование.

Ему пора. Он уже держался за дверную ручку – почти ушел. Почти вернулся к своему обычному утру, к благословенной тишине.

– А ты придешь?

Вопрос Джинни остановил его на полпути. Логан обычно ходил на собрания, только если это касалось фермы – и только если бабушка была слишком занята кружком вязания, чтобы самой приехать в город. Дедушка, по его собственным словам, предпочел бы вырвать себе зубы без анестезии, чем тащиться на собрание.

Логану незачем было приезжать на этой неделе, но отчего-то он вдруг ответил:

– Да, приду.

Радостный визг Джинни догнал его на озаренной предрассветными лучами улице.

Книжный клуб будет в восторге.

Глава 3

Привет, я Джинни Эллис, племянница Дороти и новая владелица кафе «Пряная тыква». У меня возникла небольшая проблема с нарушением ночной тишины…

С нарушением ночной тишины? Звучало так, будто она совсем спятила. Даже больше, чем утром. Колено Джинни подрагивало, несмотря на все попытки его усмирить. Она нервничала. Хотела произвести хорошее первое впечатление на собрании. Свою короткую речь она прокрутила в голове не менее дюжины раз. И как оказалось, пришла на двадцать минут раньше.

Она села в самом конце зала; старые полы и, вероятно, совсем древний стул заскрипели под ней. Людей пока было немного – небольшие группки о чем-то непринужденно переговаривались, здороваясь так, словно знали друг друга сто лет. Ей этого не хватало. Чувства общности, ощущения дома. Джинни не осознавала этого раньше. Она ведь сбежала из родного городка сразу после школы. Едва получила аттестат, как помчалась прочь, мечтая о свободе без ограничений. Но в какой-то момент драйв большого города, толп и бетона утратил свою привлекательность.

Джинни поерзала, и стул зловеще заскрипел. Пожилой мужчина, проходя мимо, приветливо ей улыбнулся и даже козырнул. Она было подняла руку в ответ, но он уже присоединился к группе у трибуны. Просунув ладони между бедер, чтобы согреть их и поменьше ерзать, она наблюдала, как группа поприветствовала мужчину, добродушно подшучивая над его ярко-зеленым галстуком. Джинни не могла вспомнить, когда в последний раз так дурачилась. Когда в последний раз рядом были люди, с которыми можно пошутить. Разве что в онлайне. За минувшие несколько лет самым близким другом Джинни стал ее брат. Их отношения сводились к спонтанным сообщениям, обмену мемами и нерегулярным разговорам по фейстайму.

Джинни плотнее закуталась в пальто. В зале было ужасно холодно, несмотря на натужное дребезжание батарей вдоль стен.

Городские собрания проходили в здании старой ратуши, которое, судя по гравировке кирпичей на фасаде, было построено в 1870 году. Джинни не могла даже представить, как оно выглядело тогда. Сегодня пространство походило на небольшой актовый зал с рядами металлических складных стульев и трибуной впереди. Сцена за ней была украшена, как предположила Джинни, к предстоящему осеннему спектаклю. В задней ее части виднелся нарисованный от руки пейзаж с тыквами и яблонями, впереди были разбросаны тюки сена. Джинни представила детей в костюмах, как они кружатся по сцене и машут родителям в зале. Наверняка это будет очень мило. Хотя… сцена такая старая. Надежна ли она вообще? Выдержат ли древние деревянные доски?

Джинни отогнала тревожные мысли и оглянулась на двустворчатые двери, ведущие в зал. Логана все еще не было. Может, согласился прийти, лишь бы она замолчала. Не первый раз с нею соглашаются, чтобы заставить замолчать. Джинни, как и всегда, была слишком напориста. Вывалила все свои тревоги, недосып и паранойю про призраков прямо на этого невозмутимого фермера. Очень красивого, очень невозмутимого фермера.

Джинни провела руками по бедрам, пытаясь унять дергающееся колено. Неважно, что Логан красив. Очень, очень красив. Настолько, что попал бы на обложку еженедельника «Сексуальный фермер», если бы такой существовал.

Это все неважно. Потому что в плане «Новая Джинни» никаких романов с красивыми фермерами не было. Она согласилась с безумной идеей тети и взяла на себя управление кафе, чтобы начать все с чистого листа.

Последние семь лет Джинни работала старшим помощником генерального директора компании «Франклин, Мерсер & Янг Файненшал». Пока тот не умер у себя в офисе от сердечного приступа. На следующее утро его нашла именно Джинни. Босс сидел, уставившись в пространство невидящим взглядом, когда она вошла с кофе в руках. Пятно от пролитого в шоке кофе еще виднелось на ковре, когда она уволилась.

Врач заключил, что сердечный приступ вызван стрессом. А еще отвратительной диетой Марвина, состоявшей в основном из бекона да еды навынос. Но именно слово стресс застряло у Джинни в голове. Такое будущее ее ждало? Работать, пока сердце не откажет? Не остановится?

Джинни любила все усложнять. Слишком много думать. Слишком много говорить. Слишком много работать. У нее плохо получалось отдыхать и расслабляться. Она не умела оставаться спокойной и хладнокровной. Но теперь была решительно настроена научиться. Ради собственного здоровья. Вдруг то, что вся ее жизнь сводилась к работе, парочке коллег, с которыми она иногда выпивала по пятницам (если не была слишком уставшей), и редким, неудачным попыткам ходить на свидания, стало казаться огромной проблемой. Убийственной проблемой.

Когда спустя всего несколько недель после смерти Марвина тетя Дот предложила ей переехать в Дрим-Харбор и взять на себя управление кафе, Джинни увидела в этом спасительный выход. Только вот теперь была уверена, что все испортила. Особенно после утренней сцены с тем красивым фермером. Она едва не снесла ему голову, а потом утомила болтовней, тараторя со скоростью света. Она видела выражение его лица. Больше всего на свете он хотел сбежать.

Джинни вновь посмотрела на дверь. Никого, кроме шумной группы пожилых женщин, вошедших в зал. Они улыбнулись ей, рассаживаясь по местам.

Вообще, все к лучшему. Отношения дольше нескольких недель Джинни не удавались, а мимолетная интрижка в таком маленьком городе выглядела ужасной затеей. Да и Логан не собирался с ней флиртовать.

Он и кофе-то с ней не хотел пить.

До того, как она его, собственно, заставила.

– Привет, – хрипловато сказал Логан, прерывая ее мысли и опускаясь на стул рядом.

От него пахло свежестью, осенними листьями и костром. Джинни едва сдержалась, чтобы не прильнуть к его теплу в продуваемом зале.

– Привет. – Спокойно. Держи себя в руках. Она украдкой взглянула, как он устраивается. Все такой же красивый. Черт побери. – Как прошел день? – спросила она.

Обычный вопрос новому знакомому. Никаких безумных теорий о призраках.

– Эм… нормально, – отозвался Логан. Прокашлялся. – Самое обычное утро.

Джинни улыбнулась:

– Обычное – это хорошо.

Логан кивнул:

– Если ты любительница всего обычного и нормального, собрание тебя точно разочарует.

Улыбка Джинни стала шире. Неужели суровый фермер пошутил?

– А что, на ежемесячных городских собраниях в Дрим-Харборе творится нечто невообразимое?

– Погоди и увидишь, – он наклонился ближе, и низкий голос словно пронзил ее тело.

Однако размышлять об этом восхитительном ощущении было некогда. Зал собраний наполнялся людьми, и Джинни сосредоточенно осматривалась.

Все рассаживались по местам, и в помещении становилось заметно теплее от наплыва собравшихся. Громкий смех привлек внимание Джинни к сидящим на несколько рядов впереди. Смеялась женщина лет сорока – хотя если это так, то она выглядела замечательно для своего возраста. Еще один аргумент в пользу жизни в маленьком городке. Местные, похоже, вообще не стареют! Женщина рассмеялась снова, гладкое черное каре обрамляло ее круглое лицо. Она втиснулась между пожилой дамой с короткими седыми волосами и парнем лет двадцати, который оживленно жестикулировал.

– Книжный клуб, – прошептал Логан на ухо Джинни.

– Книжный клуб, – тихо повторила она, наблюдая, как к разговору присоединились еще две женщины, одна из которых прижимала младенца в слинге. – На вид забавные.

– Забавные. Ха. Они заправляют городом. – Зловещий тон Логана не вязался со смеющейся улыбчивой группой перед ними. Женщина с каре вдруг повернулась и энергично ему помахала.

Логан простонал и помахал в ответ.

Остальные участники компании обернулись, и Джинни заметила, как засияли их глаза, – все явно были рады его видеть.

– Логан! Какое редкое удовольствие! – воскликнула пожилая женщина.

– Здравствуй, Нэнси.

– Тебя очень не хватает на наших встречах, – сказал молодой мужчина и подмигнул. Он правда подмигнул?

– Я вообще-то никогда на них не ходил, – проворчал Логан.

Мужчина рассмеялся:

– Может, и не осознанно, но нам нравилось тебя завлекать. Особенно когда читали книгу «Страсть в полях: фермер и доярка».

Мужчина говорил громко, на весь зал. Несколько человек прыснули со смеху и повернулись к Логану.

– О, эта была особенно хороша, – женщина с младенцем прижала руку ко лбу, изображая обморок.

Когда Джинни украдкой посмотрела на Логана, его лицо над бородой полыхало румянцем. Она с трудом удержалась от улыбки.

– Вы новая хозяйка кафе? – спросила ее черноволосая женщина. – Я Каори.

– Джинни. Да, я теперь владелица.

– Скорее открывайте его снова! – засмеялась дама с малышом. – Я уже устала встречаться в доме Каори. Там слишком тесно. Повсюду вазочки и странные безделушки. У меня от них все чешется.

Каори в шутку хлопнула женщину по плечу:

– Не обращай на Изабеллу внимания. И добро пожаловать в Дрим-Харбор.

Книжный клуб вернулся к своей беседе.

– «Страсть в полях», да? – не удержалась Джинни.

Логан прокашлялся и неловко заерзал, отчего стул протестующе заскрипел.

– Не читал.

– Очень жаль. Похоже, книга хорошая.

Она едва не расхохоталась при мысли о том, как Логан читает роман о фермере и доярке. И усилием воли перестала представлять себя в роли этой самой доярки.

– Похоже, и правда пора открываться. Не хочу злить книжный клуб, – Джинни попыталась пошутить. Но слышала неуверенность в собственном голосе, волнение оттого, что не готова к открытию.

– Не переживай из-за них. Им просто нужно место, чтобы толкать свою порнографию.

Джинни подняла голову и успела заметить легкую улыбку на его губах. Опять пошутил.

– Что ж, этого нам не надо. И уж точно незачем объективировать фермеров.

Логан улыбнулся шире. Проклятье! Возможно, ей все же стоит найти эту книгу. Чтобы удовлетворить свое любопытство и отдать фермерам должное безопасным способом.

– Я что-то пропустила? – женщина с вьющимися каштановыми волосами плюхнулась на стул по другую сторону от Логана.

– Нет.

– Вообще-то пропустила занимательную литературную дискуссию, – встряла Джинни, напоминая Логану о своем присутствии.

– Вовсе не занимательную. Джинни, знакомься – Хейзел. Хейзел, это Джинни.

Хейзел протянула руку над коленями Логана, и Джинни ее пожала. Ее пальцы, торчащие из обрезанных варежек, оказались холодными на ощупь.

– Приятно познакомиться.

Хейзел перевела взгляд с Джинни на Логана и обратно.

– Взаимно. У меня книжный магазинчик рядом с твоим кафе.

Джинни расплылась в улыбке:

– О, как прелестно!

Щеки Хейзел слегка порозовели.

– Спасибо.

Джинни как раз размышляла, не продает ли Хейзел романы про фермеров, когда чуть не прослушала следующий вопрос.

– А как вы познакомились?

– О, да как обычно, – ответила Джинни. – Я чуть не снесла ему голову бейсбольной битой, потому что решила, что это убийца, пробравшийся через черный ход. А он просто привез ящик милейших тыкв… то есть… декоративных тыкв. Потом я упомянула, что, возможно, кафе проклято, и он предложил прийти сюда за… эм… помощью.

Хейзел вытаращила глаза за стеклами очков:

– Ох, вау.

Джинни попыталась изобразить улыбку, с которой выглядела бы не такой сумасшедшей. Но сомневалась, что получилось. Хейзел откинулась на спинку стула, слегка улыбнувшись в ответ. Снова зашептала что-то Логану, отчего тот резко замотал головой. Джинни не успела надумать лишнего, потому что на стул перед ними уселась другая женщина.

– Видите? Он точно что-то замышляет! – выпалила она, будто продолжая разговор, к которому Джинни не успела присоединиться.

– По-моему, он просто разговаривает, – проворчал Логан, и женщина косо на него посмотрела:

– Ага, с мэром. Наверняка опять вынашивает какие-то безумные планы по уничтожению города.

– Сегодня просто вечер викторины, Энни. Вот и все.

– Викторина в тот же вечер, что и мой урок по выпечке для начинающих! Он все подстроил! – она сердито посмотрела на мужчину в другом конце зала, и Джинни проследила за ее взглядом.

Незнакомец, занимавшийся планированием викторин и разрушением городов, оказался высоким и красивым. Не таким, как фермер, но точно привлекательным. Темные волосы, бронзовая кожа. Дерзкая ухмылка, а не улыбка. Тут что-то в воде? Почему в этом городе все мужчины такие чертовски сексуальные? В этом и заключается мечта Дрим-Харбора?

Если так – Джинни и не жаловалась.

– Тебя послушать, так мы не знакомы с Маком с детского сада, – заметил Логан.

Энни нахмурилась:

– В том и дело. Ты же помнишь, каким он был гадким. Во втором классе каждый день воровал у тебя шоколадное молоко! Уж ты-то должен понять!

Логан коротко и тихо рассмеялся:

– Мне уже все равно.

– А мне нет, – буркнула Энни, скрестив руки на груди.

Наконец она повернулась к Джинни. Та улыбнулась и робко помахала.

– О боже, ты, должно быть, та самая таинственная владелица кафе! Я Энни, хозяйка пекарни «Сахарная слива». Рада наконец-то с тобой познакомиться.

– Таинственная? – удивилась Джинни, украдкой глянув на Логана. Его лицо помрачнело, но он промолчал. – Мне тоже приятно познакомиться. Из твоей пекарни каждое утро доносится дивный запах.

– Тогда заходи! О, и кстати, обычно по утрам в выходные я приношу булочки в кафе. Обойдись, пожалуйста, без приветствия, какое устроила Логану.

Щеки Джинни вспыхнули от смущения, но Энни явно шутила.

– Честное слово, ничего личного… – начала оправдываться Джинни, но Энни перебила ее взмахом руки:

– Если бы я увидела, как этот громила шныряет в переулке, не зная его с рождения, я бы и сама попыталась врезать ему по голове.

– Я не шныряю по переулкам.

– Немножко шнырял, – добавила Джинни.

Энни ткнула в Логана пальцем:

– Вот видишь, шныряешь. Она мне нравится, – призналась хозяйка пекарни, указывая на Джинни.

– Да когда уже начнется клятое собрание? – раздражение в голосе Логана трогательно сочеталось с отчаянием.

Хейзел похлопала его по коленке, так и не сняв рукавицы.

– Ты же знаешь, мэр Келли никогда не начинает вовремя.

– Почему ты так его называешь? Просто зови папой.

Хейзел пожала плечами:

– Он на службе. Стараюсь проявлять уважение.

Логан закатил глаза, но Джинни не смогла сдержать улыбки. Ей уже нравились эти люди. Нравился город. Нравился этот ворчливый фермер. Стоит ли надеяться, что она сможет вписаться? Понравиться Энни, получить приглашение от книжного клуба? И чтобы Хейзел познакомила ее с отцом, мэром?

Нужно поскорее открыть кафе. Если Джинни удавалось следить, чтобы Марвин был готов к еженедельным встречам с инвесторами-миллиардерами, то и уютной кофейней она управлять сможет. Правда ведь?

Глава 4

Логан всегда думал, что ад – это пламя и сера. Оказалось, ад – это городское собрание в здании мэрии, где он сидел между женщиной, которую пытался забыть с самого утра, и любопытной лучшей подругой. Стоило ему взглянуть на Хейзел, как та принималась играть бровями, отчего становилось очень неловко. А стоило посмотреть на Джинни – та улыбалась, словно отлично проводила время. И как, спрашивается, он в это вляпался?

Он не знал, зачем сказал Джинни о чертовом собрании и, что еще важнее, почему согласился прийти. Просто утром она выглядела такой взволнованной и растерянной. А еще уставшей. Джинни оказалась в сложной ситуации. Если подумать, Логан делает городу одолжение. «Пряная тыква» – единственное приличное кафе в Дрим-Харборе. Если Джинни не откроет его вовремя, людям придется пить ту жижу, что выдают за кофе на заправке у шоссе. А там, глядишь, и до зомби-апокалипсиса недалеко: все начнут поедать мозги друг друга прямо на завтрак. С этой точки зрения он – герой.

Энни представляла местную элиту, разматывая с шеи самый длинный в мире шарф. Ее светлые волосы разлетелись во все стороны.

– Вон тот спереди, в ужасном зеленом галстуке – это мэр.

– Эй! Вообще-то я купила ему этот галстук.

– Прости, Хейз, но цвет просто кошмар. – Энни пожала плечами. – Так вот, женщина в строгом костюме рядом – заместитель мэра и наша бывшая директриса. Ее зовут Минди, но для меня она навсегда останется директрисой Уолш. – Энни понизила голос и наклонилась к Джинни: – Она вселяет ужас.

Джинни хихикнула. Логан старался не замечать, как этот звук отозвался теплом внутри.

– А вон там мой заклятый враг – Маколей Салливан.

– Любитель викторин?

– Не обольщайся, Джинни. У него паб рядом с твоим кафе. Держи ухо востро.

Логан фыркнул. Единственная проблема между Энни и Маком в том, что оба неравнодушны друг к другу, но ни за что в этом не признаются. Но сейчас он явно не собирался это обсуждать.

– С ним, кстати, Грег и Шон – владельцы зоомагазина на углу, – добавила Энни.

Джинни внимательно кивала, будто мысленно составляла шпаргалку. Логан бы не удивился, достань она блокнот и начни делать записи. Она походила на любительницу заметок. Не то чтобы ему было интересно, какая она. Он же тут ради кофе. И ради спасения города. И чтобы зомби не появились. Не для того, чтобы представлять, как она украшает поля тетрадок рисуночками.

Наверняка украшает.

– А вон Шармас, он открыл новый ресторан дальше по Мейн-стрит. Там подают лучшего цыпленка тандури, – продолжала Энни.

Хейзел ткнула Логана локтем в бок и прошептала на ухо:

– Ну, выкладывай. Как она тебя сюда затащила? Ты же терпеть не можешь собрания.

– Просто захотел помочь. Ну знаешь, по-соседски.

– По-соседски? – переспросила она с таким недоверием, будто он заявил, что умеет летать.

– Да. Я умею быть отзывчивым.

Хейзел хмыкнула:

– Конечно-конечно. Но прийти на городское собрание? Это уже за гранью твоей отзывчивости. – Она поправила очки на переносице и одарила его крайне неприятной ухмылкой: – Думаю, ты втрескался.

– Не втрескался, – процедил он сквозь зубы, ужасно забеспокоившись, что Джинни их услышит. – Мне не двенадцать, ясно? Я просто хочу нормальный кофе.

Его надоедливая подруга пожала плечами:

– Ага, ладно. Просто отзывчивый сосед, который хочет кофе. Поняла.

Он метнул на нее злой взгляд, но Хейзел лишь невинно улыбнулась. Друзей у него было немного. Стоило дважды подумать, прежде чем придушить эту.

Логан откинулся на спинку шаткого стула, скрестив руки на груди. Втрескался. Смешно. Он почти не знает Джинни. Ну кроме того, что у нее милые пижамные штанишки, самая ослепительная улыбка из всех, что он видел, и она держит биту как профи из высшей лиги. А так – ничего не знает. Пусть так все и останется.

Пыль не улеглась с тех пор, как он в последний раз облажался при всем честном народе. Повторять такой опыт Логан не собирался. Когда в следующий раз начнет с кем-то встречаться, то сделает это подальше от Дрим-Харбора. Или отношения на расстоянии. Типа, мы в тысяче миль друг от друга и переписываемся раз в неделю.

Не то чтобы Логан собирался встречаться с Джинни.

Он просто хотел кофе.

Мэр Келли вышел к трибуне и прокашлялся. Логан мысленно застонал.

– Добро пожаловать, мечтатели, – объявил мэр с фирменной придурковатой улыбочкой.

Убейте меня.

– Первый пункт повестки. – Поправляя очки на переносице, он стал так похож на Хейзел, что Логан невольно проникся к нему симпатией. – Теперь по вторникам в пабе Салливана будет проходить викторина. Начало в восемь.

Логан почувствовал исходящий от Энни гнев. А может, подавленное желание. Отличить было невозможно. Ее занятия по выпечке начинались в шесть. Люди могли успеть и на ее урок, и на викторину, но Логан знал: Энни ни за что на это не согласится. Мак посягнул на святое.

Мэр Келли ждал, когда стихнет взволнованный шепот толпы. Собравшиеся уже начали делиться на команды. Маку хватило смелости обернуться и подмигнуть Энни. Она привстала, сжав руки в кулаки. Логан взял ее за плечи и усадил обратно на стул. Придержал еще минуту, чтобы она точно не бросилась через весь зал душить Мака. Или целовать.

В любом случае заседание бы затянулось.

– Итак, идем дальше. Следующий вопрос на повестке дня: предложение установить знак «Стоп» на пересечении Мэйберри и Черри-лейн.

– Забудь про знак, Пит! Когда у нас снова будет кофе? – рявкнул Лерой с первого ряда.

Логан почувствовал, как напряглась Джинни.

– Да! Я свихнусь, если продолжу пить странный травяной чай жены!

– Ладно, ладно, Тим. Успокойся. Никто не заставляет тебя пить чай Тэмми, – мэр примиряюще поднял руки.

Логан оказался прав. Они вот-вот превратятся в зомби.

– Кажется, новая владелица кафе «Пряная тыква» сегодня с нами. – Пит ободряюще улыбнулся Джинни: – Может, она поднимется сюда и расскажет о своих планах?

Джинни сделала глубокий вдох. Логан подумал, что она, может, стесняется и не хочет выступать перед всеми. Он сам был готов вскочить и объяснить, что она намерена открыть кафе в ближайшие выходные. Но Джинни уже уверенно шла к трибуне.

Этим вечером Логан упорно старался не обращать на нее внимания и даже не заметил, что ее волосы собраны в аккуратный пучок на затылке, а вместо пижамы с ежиками на ней серые брюки и джемпер цвета свежих сливок. Высокие каблуки ее черных туфель громко застучали по старому деревянному полу.

Логан озадаченно моргнул. Не с этой женщиной он познакомился сегодня утром. Эту женщину не нужно спасать. Он впервые задумался, кем же она была и чем занималась до переезда в Дрим-Харбор. Логан был убежден: ей нужна его помощь, необходимо, чтобы он что-то исправил. Дурная привычка.

Джинни ослепительно улыбнулась Питу и встала за трибуну.

– Всем привет. Я Джинни. Племянница Дот. – Она прокашлялась, улыбка дрогнула. Все-таки она немного нервничала. – Простите, что на неделю оставила вас без кофеина. Я просто… ну, пыталась устроиться на новом месте. Но кафе снова откроется в эту субботу!

Толпа взорвалась аплодисментами и приветственными возгласами. Джинни сияла, ее улыбка становилась все шире. Логан поймал себя на том, что улыбается в ответ.

Из-за кофе. Я рад только из-за кофе.

– Но есть небольшая проблема, – продолжила Джинни. – По ночам я слышу странные звуки. Они… эм… очень мешают спать. Я подумала, вдруг у вас есть какие-то идеи, что это может быть?

– Фермеры-убийцы? – выкрикнула Энни, и Логан пнул ее стул.

– Наверное, еноты, – предположил Мак. – Видел недавно парочку жирных, копались в мусоре.

Джинни помотала головой:

– Не знаю. На животных совсем не похоже. И каждую ночь звуки немного отличаются. Иногда – будто кто-то гремит, иногда – как будто скребется.

Толпа оживилась. Внезапно весь зал разразился теориями:

– Подростки! Вечно балуются.

– Мелкое хулиганство. Октябрь все-таки.

– Наверное, это сны на почве стресса. Я умею толковать сны. Приходи!

– В последнее время очень ветрено.

– Ты просто нервничаешь, милая.

Джинни поворачивалась от одного человека к другому, выслушивая все безумные предположения.

– Может, там водятся призраки.

Взгляд Джинни устремился к Ноа, капитану «Джинджер» – единственной в городе рыболовной туристической компании – и еще одному лучшему другу Логана. Любителю небылиц и красавиц.

– Призраки?

– Ага. – Рыжий Ноа кивнул. – Безусловно. Здания на Мейн-стрит безумно старые. Было бы странно, если бы там не водились привидения.

Логан с радостью метнул бы что-то тяжелое в затылок друга, будь он уверен, что попадет. Он вообще-то притащил Джинни на это собрание, чтобы ей дали нормальное, логичное объяснение ночному шуму. А не подливали масла в огонь безумных теорий. Хотя, глядя сейчас на этот зал, он понятия не имел, почему вообще рассчитывал услышать здесь хоть что-то разумное.

– Я тоже так подумала! Но Логан сказал, что это бред.

– Да ну? – переспросил Ноа, приподняв рыжую бровь, когда все в зале повернули головы, чтобы посмотреть на Логана.

На их лицах застыл вопрос. Не о шуме и привидениях, а о нем и Джинни. Мол, когда он успел познакомиться с милой девушкой, только приехавшей в город?

Никакая она не милая.

Просто соседка. Новая. И все.

Он почувствовал, как шею обдало жаром.

– По-моему, в этой теории что-то есть, – встрял мэр Келли, прежде чем Логану пришлось отвечать на вопросы. На миг он даже испытал благодарность. Которая улетучилась, как только с губ мэра сорвалось: – А вообще, раз ты упомянула, мне снился об этом сон.

Господи, только не это.

Только не сон мэра Келли. Логан и правда очутился в аду. Это будет его последняя попытка уберечь город от подсевших на кофеин зомби.

– Сон? – переспросила Джинни, ничего не подозревая о безумных порядках Дрим-Харбора. Судя по тому, что Хейзел снова ткнула его локтем в бок, Логан, похоже, стонал вслух.

Он потер бок. У Хейзел ужасно острые локти, а взгляд, которым она его одарила, оказался еще острее. Но Логан промолчал. Не желал снова спорить о том, был ее отец ясновидящим или нет. Этот урок он уже усвоил.

Даром что управлять целым городом на основе снов – чистое безумие. Даже если время от времени это получалось. Даже если город назывался Дрим-Харбор.

Мэр Келли снова подошел к трибуне – уже предвкушая длинную историю, как за год до выборов ему приснилось, что он станет мэром Дрим-Харбора. И как потом ему приснился жуткий ледяной шторм – и он действительно случился. И как он во сне узнал о проблемах с электрикой в детском саду, а электрик сказал, что благодаря звонку мэра удалось предотвратить пожар. Логан не мог этого вынести.

– Ему снятся сны, – выпалил Логан, – по которым он принимает решения.

Мэр Келли просиял:

– Верно. Спасибо, Логан.

Джинни переводила взгляд с него на мэра, изумленно улыбаясь. Ей весело. Черт побери, ради этого стоило терпеть цирк вокруг.

– И в вашем сне говорится, что в кафе водятся привидения? – спросила она.

Мэр Келли покачал головой, словно она сморозила глупость.

– Они не всегда ясны. Но две ночи назад мне правда приснился сон о незнакомке. Видимо, это была ты, – он похлопал Джинни по спине. – Хотя теперь мы уже почти друзья!

– Ближе к делу, Пит, – у некоторых завсегдатаев городских собраний заканчивалось терпение.

Мэр добродушно пожал плечами:

– Конечно. В общем, в этом сне была незнакомка, которой нужна помощь. – Глаза мэра так засияли, что Логан счел это зловещим. Особенно когда тот устремил радостный взгляд на самого Логана.

Что еще?

– О, точно, – продолжил мэр Келли. – В этом сне наш Логан Андерс вызвался помочь новой соседке.

– Зомби там тоже были? – пробормотал Логан сквозь зубы.

– Чего?

– Ничего. – Логан отмахнулся. – Забудьте.

Мэр знал его с тех пор, как они с Хейзел подружились в девятом классе. Он знал Логана не хуже остальных, и сон точно не был вещим. Все это лишь очередная попытка горожан влезть в его дела. А после прошлого раза Логан твердо решил этого не допускать.

– Я ставлю на ветер. Мы закончили? – спросил Логан и, сам того не желая, выставил себя козлом. Но он не позволит мэру Келли вмешиваться в его жизнь. Плевать на сны. А еще он не желал замечать, как от его резкого тона с лица Джинни исчезла улыбка.

– Нельзя просто взять и отмахнуться от сна мэра, Логан, – встряла Изабелла, покачиваясь в углу зала, чтобы не разбудить спящего малыша Матео. – Помнишь случай с детским садом?

Логан сжал переносицу:

– Да, я помню про детский сад.

– А я не успел убрать машину перед тем ледяным штормом, и на нее упала огромная ветка, – добавил Джейкоб из книжного клуба.

Половина собравшихся закивала, глядя на Логана и рассказывая собственные поучительные истории о том, почему не стоит отмахиваться от снов мэра. Если бы Логан не провел всю жизнь среди этих сумасшедших, то пришел бы в ужас. А так чувствовал только усталость.

– Все нормально, – голос Джинни прорвался сквозь всеобщий галдеж. – Логан не обязан помогать. Уверена, что сама скоро со всем разберусь. – Она продолжала улыбаться, но уже фальшиво.

Так она улыбалась утром, когда пыталась убедить Логана, что все в порядке. Той потерянной улыбкой, которая задевала за живое.

Да чтоб тебя.

– Я помогу.

Довольная собой толпа смолкла.

Джинни улыбнулась ему с другого конца зала. Искренне.

– С радостью, – добавил Логан.

К своему удивлению, он говорил всерьез.

Глава 5

– Мы пришли с подарками!

Джинни в десятый раз протирала прилавок, когда над дверью кофейни прозвенел колокольчик. Энни и Хейзел вошли с коробками выпечки в руках.

– О боже, что это? – спросила Джинни, когда они сложили их стопкой перед ней. Пришлось выглядывать поверх картонной башни, чтобы увидеть обеих.

– К твоему торжественному открытию! – Энни поправила коробки. – Обычно заказ поменьше, но я подумала, народу будет много. Все очень ждут.

У Джинни от волнения скрутило живот:

– Правда?

– Безусловно. Разве ты не видела их вчера вечером? Люди на грани. Им нужна доза кофеина.

Хейзел открыла коробку и достала булочку:

– Ты готова?

– Я… э-э… наверное. – Джинни тоже взяла булочку и отщипнула кусочек. – Норман здорово помогает. Хорошо, что он знает, как тут все устроено.

Энни закрыла коробку:

– Оставьте немного для покупателей!

– Признаться, я удивлена, что Норман еще здесь, – сказала Хейзел, опершись локтем на стойку.

– Да? Почему?

Та пожала плечами, отчего ее каштановые кудри подпрыгнули.

– Мне всегда казалось, что между ним и твоей тетей что-то есть.

Энни рассмеялась:

– Не обращай на Хейзел внимания. Она обожает объединять горожан в пары.

– Смейся, смейся. Я видела, как Норман смотрел на Дот. Между ними точно что-то было.

– Ну тогда расскажи, как ты вчера на собрании смотрела на Ноа, – парировала Энни. – Там тоже что-то было?

– Ничего, – пробурчала Хейзел с полным ртом и покраснела до кончиков волос.

Джинни сдержала улыбку. Она тоже сочла милым рыбака, который поддержал теорию о привидениях. В нем был шарм. Но она еще слишком мало знала этих женщин, чтобы присоединяться к взаимным подколкам. Хотя вполне представляла, как дружит с ними, становится здесь своей. Это превратилось в ее новую излюбленную фантазию, когда не спалось по ночам.

– А почему мы тебя раньше в городе не видели? – Энни сменила тему. – Дот часто рассказывала о вас с братом.

– Ох, да… – Джинни кольнуло внезапное чувство вины. Она многое упустила, пока карабкалась по карьерной лестнице. И время с тетей Дот тоже. – В детстве мы пару раз приезжали в гости. Мне здесь даже нравилось. Особенно в кафе. Но потом… не знаю… брат переехал в Калифорнию, у меня все завертелось…

Энни изучала ее взглядом, будто пыталась сложить картинку воедино. Джинни вдруг стало интересно, что она в ней видит? Получается ли у нее казаться спокойной, уверенной владелицей кафе? Или Энни чувствует, что под всем этим она просто комок нервов, в панике от того, что впервые в жизни делает что-то только для себя? Не ради босса или чужих ожиданий. Ради себя. Что на самом деле пугало сильнее всего.

– А как тебе Логан? – выпалила Хейзел, притягивая взгляды Энни и Джинни.

– Прямо в лоб, да, Хейз? – процедила Энни и пихнула подругу локтем.

– По-моему, он очень… э-э… милый. – Джинни заерзала под пристальными взглядами. – Любезно с его стороны помочь мне разобраться с шумом.

– И как именно он помогает? – спросила Энни с притворной невинностью.

– Он… э-э… мы… решили устроить засаду.

– Засаду? – Глаза Хейзел округлились за стеклами очков.

– Ага, как в фильмах про полицейских. Не ляжем спать и будем ловить того, кто или что издает эти звуки.

– И Логан согласился на это? – спросила Энни.

– Логан это предложил. Начнем в понедельник вечером.

По правде говоря, Джинни дождалась, когда зал почти опустел, а потом обнаружила, что Логан ждет возле дверей. Хотела сказать, что он свободен и не обязан помогать, но Логан сообщил, что придет в понедельник. Надо выяснить, услышит ли он сам эти звуки. Если честно, он не называл это засадой. Это ее выдумка.

Джинни грело воспоминание, как он улыбнулся, когда она произнесла это слово. Ей нравилось вызывать у молчаливого фермера улыбку.

Хейзел тихо застонала:

– О нет. Все хуже, чем мы думали.

– Что хуже? – Джинни оторвала еще кусочек булочки и отправила его в рот, боясь сказать что-то не то.

– Такое дело, Джинни, – начала Энни, снова взявшись за коробки с выпечкой. – У Логана, как бы это сказать… когда он влюбляется – это надолго. А его бывшая…

– Нет, нет, нет… все совсем не так! – перебила Джинни, подняв руки, чтобы прервать объяснения Энни, и случайно смахнула с прилавка недоеденную булочку. – Он просто помогает мне из-за мэра, а еще потому, что я чуть было не обезглавила его. И мне просто нужно выспаться. Все. Вот и все.

Пока Джинни говорила, брови Энни поднимались выше и выше:

– Понимаю. Слушай, я знаю Логана всю жизнь, у меня иммунитет к его обаянию, но я же не слепая, Джинни. Он объективно привлекателен, при этом у него доброе сердце. Я не хочу, чтобы его снова ранили.

Джинни совершенно точно не хотела знать, что случилось с Логаном в прошлом. Точно не от Энни. Это его история, ему и рассказывать.

– Я серьезно. Просто хочу хорошенько выспаться. Я сюда приехала не затем, чтобы соблазнять местных фермеров.

Хейзел прыснула со смеху и наклонилась за упавшей булочкой.

– Прости, что так на тебя набросились, – сказала она. – В нашем городке к нему питают слабость. Отец Логана ушел еще до его рождения, а мать умерла, когда мы были детьми. После этого весь город, можно сказать, его усыновил.

Ох, только не это. Последнее, что ей нужно, – представлять маленького Логана, оставшегося без мамы.

– Я его не обижу, – прохрипела Джинни. Затем тряхнула головой. Что она вообще несет? – То есть вообще ничего не буду делать ни с ним, ни ему. – Ох, все это звучало как бред. – Я к тому, что приехала не для того, чтобы с кем-то встречаться. Просто хочу начать с чистого листа. Вот и все.

Энни довольно кивнула:

– Прекрасно! Что ж, в таком случае добро пожаловать.

– Спасибо.

Энни поспешила прочь из кафе, но Хейзел задержалась.

– Он правда очень хороший парень, – сказала она.

– Не сомневаюсь.

– Думаю, если тебе вдруг захочется что-нибудь с ним поделать, то я не буду против, – подмигнула Хейзел.

– Я… – У Джинни вспыхнули щеки.

– Главное – не сбегай обратно в город и не бросай его! – радостно объявила Хейзел и пошла к выходу. – Увидимся завтра с утра пораньше. Приду за пряным тыквенным латте!

– Пока, – тихо ответила Джинни, но после этого визита у нее голова шла кругом. Друзья Логана хотели, чтобы она встречалась с ним или держалась от него подальше?

Хотя неважно. Джинни была честна. Она приехала сюда не соблазнять местных фермеров или строить с ними отношения.

А лишь с одной целью: подавать кофе и в идеале не умереть от вызванного стрессом сердечного приступа в свои почтенные двадцать восемь лет.

Несколько часов спустя стойка для выпечки ломилась от булочек, кексов и сахарного печенья в форме тыкв – все было готово к утреннему открытию. Повсюду блеск и чистота, а на столах и прилавках лежали маленькие тыквы Логана, создавая легкую осеннюю атмосферу. Кафе готово. А Джинни все равно ощущала нервную дрожь.

Она опустилась на табурет за стойкой и осмотрела новые владения. Рабочее место явно отличалось от ее стола возле кабинета Марвина. Ни заляпанного монитора, куда можно уставиться, ни звонящего без конца телефона, ни грязных кофейных кружек, которые она вечно забывала вовремя вернуть в комнату отдыха.

Ноги Джинни не болели оттого, что она весь день бегала на каблуках, но спина ныла после уборки и приготовлений к завтрашнему дню. Ее мысли не занимали встречи Марвина, день рождения его жены, новый адрес любовницы и заказ обеда. Но живот сводило от предвкушения грядущего торжественного открытия. А вдруг все пойдет не так?

Что я вообще здесь делаю?

Джинни выглянула в окно, за которым открывался вид на Мейн-стрит. Улица была аккуратной и чистой, с деревьями вдоль тротуаров. Листва только начала менять цвет, желтый и красный смешивались с зеленым. У дверей большинства домов и магазинов стояли горшки с желтыми и фиолетовыми хризантемами.

Заметка на будущее: купить хризантемы.

Кафе соседствовало с книжным магазином «Колокольчик» и пабом Салливана. Пекарня Энни находилась сразу за книжным. Добавьте еще несколько магазинов и ресторанов, зоомагазин и отделение почты – вот и вся Мейн-стрит.

Здесь было прелестно. Настоящая открытка. Осень в маленьком городке Новой Англии во всей красе. Разве я не должна чувствовать себя иначе? Вдали от буйной энергии Бостона, пробок и столпотворений? Разве не должна стать здесь другой?

Что ж. Надо постараться.

Джинни провела ладонью по лицу. Может, стоит заодно постараться лечь пораньше и выспаться перед завтрашним днем? Кафе открывалось ровно в семь, о чем Норман напомнил ей уже, кажется, раз шестьдесят. Она не могла избавиться от чувства, что он ее недолюбливает, но решила списать все на обыкновенную стариковскую ворчливость. Тетя доверяла ему много лет, значит, доверяла и Джинни.

Неважно, ворчливый он или нет, Джинни была рада, что Норман не ушел. Он знал все тонкости работы кафе, а с ним остались и два бариста. С какой стати она вообще нервничает? Кафе вполне могло работать и без нее. Наверное, и закрывать его на неделю не стоило. Просто она была в таком стрессе из-за переезда. Мысль о том, что люди придут и будут ждать свой привычный утренний кофе, чуть не вынудила ее умчаться обратно в Бостон и искать новую работу ассистенткой.

Джинни подумала о риелторе, которому звонила, стоя на голом полу своей новой квартиры над кафе. Барбара Сандерс. Во время недолгой беседы она настояла, чтобы Джинни называла ее Барб. Барб смотрела на нее с визитки, найденной под входной дверью. Она была ухоженной, собранной, со стильной прической и безупречной улыбкой. Джинни поймала себя на том, что хочет довериться ей. Позволить Барб решить все ее проблемы.

Она едва не согласилась выставить кафе на продажу. Но потом вспомнила Марвина, повалившегося на стол и лежавшего лицом на стопке отчетов, и поспешила сообщить Барб, что передумала. Хотя и согласилась, чтобы риелтор прислала ей расценки, по которым в последнее время продавали другие заведения в округе. После чего повесила трубку и съела огромную порцию салата, чтобы почувствовать, что хоть что-то в этой жизни под контролем.

Теперь, сидя здесь и глядя на аккуратное маленькое кафе – ее аккуратное маленькое кафе, которым не умела управлять, – Джинни подумала, что, кажется, совершила ошибку.

Помещение было небольшим – пара круглых столиков, несколько стульев. Она попыталась представить, как утром здесь будет полно посетителей. Сердце сжалось от радостного предвкушения и волнения.

В эркере у окна стояли два уютных кресла, протертых временем. В квартире Джинни на втором этаже были такие же первозданные деревянные полы, от которых Барб пришла в восторг. Посреди зала располагался угловой прилавок, с одной стороны которого стояла касса, а вдоль другой – несколько барных табуретов. Застекленная витрина возле кассы заполнена угощениями от Энни. Стены выкрашены в кремовый цвет и украшены картинами местных художников. На крохотных бумажках возле них значились название и цена.

Джинни уставилась на особенно большую картину на противоположной стене – гигантская фиолетовая корова. Волновалась ли художница, когда выставляла ее здесь? Сидела ли дома, сомневаясь, что так уж хороша в своем деле? Беспокоилась ли, что подумают о ее разноцветных животных с фермы, или просто взяла и рискнула?

Стук в дверь с черного хода прервал ее экзистенциальный кризис и игру в гляделки с коровой. Джинни спрыгнула с табурета и пошла открывать, на ходу снимая фартук. Она надела его еще утром в надежде, что почувствует себя более профессионально. Не сработало.

Меньше всего она ожидала увидеть на пороге Логана. Но солгала бы, сказав, что не испытала при виде него радостного волнения.

– Привет, – сказала она, распахивая дверь шире.

– Держи, – ответил он, не утруждаясь приветствием. Протянул руку, а на ладони лежала маленькая коробочка.

– Хм… что…

– Беруши. Я… подумал, вдруг пригодятся… ну… – Логан пригладил бороду, а его щеки залил румянец. – Чтобы ты могла выспаться перед завтрашним днем.

«Ты приехала не ради фермеров», – напомнила себе Джинни. Но это внимание и неуклюжая подача сбивали с толку. Она с трудом вспоминала, почему не должна влюбляться в местных. Особенно в этого – большого, красивого, стоящего прямо сейчас у ее двери.

– Спасибо! Очень любезно с твоей стороны, – Джинни забрала коробочку, стараясь не замечать, какая большая у него ладонь. Какой теплой и шершавой она оказалась на ощупь.

– Я еще новый замок принес. Заметил, что тот, на задней двери, плохо закрывается.

– Ты… ты принес новый замок? Для меня? Для э-э… моей двери? – У Джинни просто давно никого не было или это самый романтичный поступок в ее жизни?

– Ну да. Подумал, ты вряд ли спокойно уснешь, если замок барахлит, – пробормотал он, теребя цепочку от нового замка, которую достал из заднего кармана. – Не то чтобы тут было из-за чего переживать… Просто, ну… – он замолчал, заметив улыбку Джинни, и покраснел еще сильнее.

– Прекрасно. Спасибо тебе, правда. Очень мило с твоей стороны. Я бы переживала, если бы ничего не слышала, но с новым замком уверена, буду спать спокойно. Завтра важный день. Нужно быть в форме.

Он захлопал глазами:

– Ага, точно.

Хватит болтать, Джинни.

– Пожалуй, займусь им. Думаю, справлюсь и сама, прикручу как-нибудь.

– Это ни к чему. – Логан уже потянулся за ящиком с инструментами, стоявшим у ног. – Навешу за пару минут.

– О. Хорошо. Отлично.

Джинни отступила, пропуская его внутрь. Конечно же, она ни за что на свете не стояла и не любовалась его предплечьями, пока он прикручивал замок. Не вдыхала чуть глубже, чтобы уловить еще больше его запаха – осенних листьев и дымка от костра. Конечно нет. Потому что Логан просто дружелюбный сосед. А она просто женщина, приехавшая начать все сначала. И она совершенно точно не сумасшедшая.

Но когда Логан закончил, Джинни сразу погрустнела, оттого что он уходит.

Хейзел была права.

Чувства к красивому фермеру оказались сильнее, чем она думала.

– Ты придешь утром? За кофе? – Кофе, Джинни. Просто кофе. Только кофе.

Логан расправил плечи и бросил отвертку обратно в ящик:

– Ни за что не пропущу.

Кофе. Он говорил о кофе.

Но что-то в его взгляде, в легкой ухмылке подсказывало, что, возможно, дело не только в кофе. А потом она вспомнила слова Энни, что Логан сильно влюбляется и у него разбито сердце. Джинни не в том положении, чтобы нести ответственность за чужое сердце. Тем более такого милого парня, как Логан. Особенно пока сама не представляла, что здесь делает и кто она теперь такая.

– Отлично, – сказала она как-то слишком громко и резко, подталкивая Логана к выходу. – Тогда увидимся завтра. И еще раз спасибо, – Джинни поспешно захлопнула дверь за озадаченным фермером. Нужно было выпроводить его, пока она не сделала то, о чем потом пожалеет. Например, не уткнулась носом в мягкую фланелевую рубашку и не попросила его остаться.

Логан не обязан вытаскивать ее из бардака, в который превратилась ее жизнь. Стоит самой во всем разобраться, прежде чем сближаться с ним. Тем более когда за ней следят его друзья. И весь город.

Глава 6

– Куда это ты так поздно? – бабушка застукала Логана, когда он пытался тихо улизнуть из дома.

– Поеду в город. Вернусь, наверное, только к утру.

– К утру? – брови старушки взлетели чуть ли не до седых кудрей. – Что это у тебя там намечается до самого утра? Завел новую подругу? Или друзей? Ты же знаешь, мне все равно. Лишь бы ты был счастлив, дорогой, – добавила она с улыбкой, похлопала его по руке и пошла дальше на кухню.

Проще признаться, будто у него встреча с кем-то в городе, чем объяснять, что он собрался на ночную слежку за привидениями с новой хозяйкой кафе «Пряная тыква», о которой все выходные старался не думать. Безуспешно.

Логан успел зайти в кофейню в субботу и воскресенье, радуясь возможности снова выпить любимый кофе. Просто кофе. Ни в коем случае не ради того, чтобы мельком увидеть Джинни за прилавком, где она улыбалась каждому клиенту, принимая заказы. И уж точно не потому, что она выглядела прямо на своем месте, даже когда каждый второй посетитель пытался выведать у нее и биографию, и бизнес-план. И не из-за того, как уютно на ней сидели осенние свитера… Слишком уютно. Он был просто человеком, который любит кофе. Все.

Как и ожидалось, на открытие пришло много народа, и Джинни толком не успела с ним поговорить, но все же упомянула, что спала отлично – беруши помогли. А это хорошо. Чем быстрее она начнет нормально спать, тем скорее он будет освобожден от роли ее помощника.

А именно этого он и хотел. Конечно.

– Поужинаешь перед уходом? Я поставила рагу в мультиварку, – сказала бабушка. Дождавшись, когда она отвернется, Логан поморщился. Он любил бабулю, но готовила она ужасно. В ее мультиварку еда отправлялась умирать.

– Нет, спасибо. Я уже поел.

Бабушка накладывала рагу в тарелку, пристально глядя на Логана. На ее лавандовой толстовке красовался волк, воющий на луну, а судя по спортивным штанам неоновой расцветки, сегодня она была на аэробике. Логан еле сдержал улыбку. Энергии у бабули больше, чем у многих знакомых ему тридцатилетних.

– Так ты расскажешь, что задумал, или теперь ничем не делишься со своей бабушкой? – Она отправила в рот полную ложку тушеного мяса, скривилась, а затем отставила тарелку. – Что-то не то с этим рагу.

Логан хмыкнул, а бабушка уже достала из морозилки коробку мороженого.

– Да нечего рассказывать, – он прислонился к дверному косяку, и дерево скрипнуло. Старому дому скоро сто пятьдесят лет. Почти все в нем стонало и скрипело, как суставы старика. Логану это нравилось. У дома была своя история. Хоть он и износился, как любимые старые джинсы.

– Ты же знаешь, я у тебя бабушка продвинутая. Связи на одну ночь, дружба с привилегиями, знакомства с девушками в баре. Меня ничем не удивишь. – Она зачерпнула ложку мороженого и улыбнулась: – Гораздо лучше.

Логан подошел и поцеловал бабушку в щеку:

– Знаю. Ты супер. Просто Пит втянул меня в одну авантюру.

– Этот Пит… У него орехи вместо мозга.

Логан рассмеялся:

– Вот уж точно. Увидимся утром.

Пора выходить. Солнце уже село, и он обещал Джинни, что приедет к восьми.

– Я всегда рядом, если нужно поговорить, мой ягодный пирожок².

Он понятия не имел, почему именно ягодный, но бабушка называла его так, сколько Логан себя помнил. Однажды она заменила ему мать, и та постепенно стерлась из памяти. У него остались лишь обрывки воспоминаний: строчки из песен, которые напевала мама, да запах ее любимой розовой воды.

Но бабуля всегда была рядом. Логан наклонился, крепко обнял ее и чмокнул в макушку:

– Если произойдет хоть что-то интересное – ты узнаешь первой.

Она улыбнулась:

– Договорились.

Стоило Логану выйти на крыльцо, его встретили единственные дамы, которых он понимал. Китайские шелковые куры были его гордостью и отрадой. По пути к грузовику он бросил им горсть оставшейся после ужина кукурузы, наслаждаясь довольным кудахтаньем. С курицами просто. Они не притворяются, будто любят тебя, и не передумывают, когда ты на глазах всего города делаешь им предложение на ежегодной рождественской елке.

От воспоминаний Логана пробил холодный пот, а затем бросило в жар. Дело не только в том, что Люси его отвергла. И даже не в том, что она ответила. А где и как. При всех, кто его знал. Потом еще эти жалостливые взгляды. Хватит и того, что он рос городским сиротой. Становиться еще и «жалким холостяком» – удар ниже пояса.

Прошел почти год, а ему все еще было больно.

Но не из-за Люси. Она в прошлом. Все равно они не подходили друг другу. Познакомились, когда она приехала на какой-то девичник. Привлекла его внимание в пабе у Мака. Это было несложно. Самая красивая девушка в зале. И единственная, кого он раньше здесь не встречал.

Девичник превратился в жаркие выходные для двоих. Он думал, что на этом все. Но Люси продолжала приезжать, а Логан даже мотался к ней в Бостон. Какое-то время казалось: может, что и получится.

В итоге Люси захотела, чтобы он стал тем, кем не являлся. Оказалось, для нее Дрим-Харбор был экзотичным местом короткого отпуска, но оставаться здесь она не намерена. Люси не нравилось так жить. Маленький город? Скука. Ферма? Фу, грязно, воняет, да и вообще – слишком старомодно.

Логан должен был догадаться раньше.

Но она говорила, что любит его. А он, как дурак, верил. Ему казалось, что простое и скромное предложение не подойдет. Люси любила пышность, яркость, драму – все, чем Логан никогда не был. Еще один тревожный звоночек, который он проигнорировал.

И вот он там, на главной площади, под огромной елкой. Все продумано с мэром Келли: после обратного отсчета он становится на колено и делает предложение. Как в кино.

В голове эта сцена до сих пор прокручивалась в замедленной съемке. Он опустился на одно колено, открыл коробочку, вокруг – тишина. Слышно, как листья шуршат. Он должен был заметить выражение на лице Люси. Это был не взгляд женщины, которая собирается сказать «да». Это был взгляд женщины, которая хочет сбежать.

И она сбежала. Едва он успел произнести: «Ты выйдешь за меня?» – Люси замотала головой и убежала с площади, оставив Логана посреди потрясенной толпы. На следующее же утро она села на первый поезд до Бэк-Бэй.

От воспоминаний свело живот.

«Вот, – подумал он. – Запомни это чувство». Все непременно повторится, если он вляпается в роман с Джинни. Местные и так уже ею одержимы. Во-первых, она новенькая в городе. Во-вторых, подает им живительный кофе. А в-третьих, она прекрасный лучик солнца.

Стоп. Нет. Хватит.

Такие глупости и ослепили его в прошлый раз, заставив позабыть о реальности. Джинни только приехала. Она понятия не имеет, как управлять кафе. Она привыкла к Бостону. Она не отсюда. Она уже одной ногой за порогом.

Больше никаких отношений с ненадежными женщинами. Никаких отношений на глазах всего города.

Вот два простых правила, которые нужно уяснить. Это по силам даже мужчине, склонному принимать ужасные решения, когда речь идет о женщинах.

Логан остановился перед старым забором, который надежно ограждал Гарри Стайлза, спасенную им альпаку, от подъездной дорожки.

Теоретически.

На практике Логан вечно находил это лохматое животное всюду, где его быть не должно. Включая окно кухни, куда он зачем-то совал голову и жевал москитную сетку.

Логан потрепал мохнатого друга по макушке, и Гарри лениво дернул ушами в знак признательности. Имя альпаке дали девочки-скауты, когда принесли бабуле Логана печенье. И надо признать, имя прижилось. Альпака отличалась особенной уверенностью, которая так и говорила, что она тоже могла бы собирать целые стадионы вопящих фанаток, если бы захотела. Просто предпочитала стоять здесь и жевать траву.

Логан почесал альпаку еще немного, отпуская воспоминания, а потом поехал к Джинни. Стояла прохладная ночь, октябрь только начался. Ветер гонял по полям сухие листья. В небе сияла полная луна, а одинокое облако то и дело отбрасывало на нее тень.

Подходящая ночь для охоты за привидениями.

Он попрощался с Гарри и запрыгнул в грузовик. Лучше, чтобы эта нелепая ночь поскорее закончилась, твердил он самому себе. Хотя, если честно, внутри что-то шевельнулось.

Логан отказывался называть это предвкушением встречи с Джинни.

Глава 7

Джинни в пятый раз перекладывала закуски, разложенные на столе. Наверное, перестаралась.

Три вида картофельных чипсов и одни кукурузные, гуакамоле, крендельки разных форм, большой пакет с шоколадными мини-батончиками, предназначавшимися для хеллоуинских угощений, жевательные конфеты (которые Джинни ненавидела, но подумала, что Логану они могут понравиться), свежее печенье из пекарни Энни, а еще пицца, которую скоро должны привезти.

Ну точно перестаралась. Джинни снова поправила гору пакетов с чипсами. О засаде она знала одно: во время нее нужно будет чем-то перекусить. Правильно? Вроде правильно. А еще она нервничала из-за того, что предстояло провести ночь с Логаном, поэтому решила: если ее рот будет полон закусок, ничего плохого не случится. Логично. У нее все под контролем.

Пакетик жевательных конфет соскользнул со стола и с глухим шлепком упал на пол.

Ну да, все под контролем.

Она плюхнулась в одно из мягких кресел у окна. Закуски выложила на журнальный столик в этом уютном уголке – казалось, это самое удобное место для засады. Остальная часть кафе была уставлена круглыми столиками и деревянными стульями: идеально для кофе с утра, но не для многочасовой засады ночью.

Последние три дня все столики были заняты с открытия до закрытия. Было людно, суматошно и весело. Кафе работало как отлаженный механизм, и Джинни подолгу приветствовала гостей и общалась с ними. Даже начала запоминать привычные заказы своих клиентов. Когда посетитель говорил: «Мне как обычно, пожалуйста», а Джинни понимала, что он имел в виду, ей казалось, она достигла вершины мастерства в искусстве управления кафе.

Все были удивительно приветливы. С радостью рассказывали истории о тете Дот и расспрашивали о самой Джинни. Казалось, она чувствует себя как дома. Или, по крайней мере, когда-нибудь сможет так себя почувствовать.

Лучшим в этих днях было то, что по вечерам она валилась в постель совершенно обессиленной – и благодаря берушам от Логана и новому замку спала как младенец. Не тот, что орет всю ночь. А как по-настоящему сладко спящий малыш.

Джинни снова взглянула на гору закусок. Возможно, стоило отменить эту абсурдную засаду. Она почти это сделала. Если бы утром, спускаясь по лестнице после прекрасного сна, не услышала это снова.

Царапанье у задней двери.

Когда через несколько минут Норман пришел помочь с открытием, то сказал, что ничего там не видел. Потом старый добрый Норман поведал историю этого здания и семьи, которая в нем умерла. От пестрой лихорадки. Или желтой? В общем, какая-то цветная лихорадка унесла жизнь целого семейства.

Тетя Дот, по словам Нормана, со временем договорилась с призраками, а теперь они, видимо, были недовольны сменой владельца.

Джинни взяла печенье и снова посмотрела на часы. Без пятнадцати восемь. Логан должен быть с минуты на минуту. Он казался человеком пунктуальным. Уважающим чужое время. Тем, кто приносит тебе беруши, если не можешь уснуть. Красивым настолько, что все сворачивают шеи. Все в таком духе.

Почему она не должна с ним встречаться?

А, точно, сначала ей нужно наладить свою жизнь. Разобраться, как жить в этом маленьком странном городе. Превратиться в образцовую владелицу кафе. Спокойную и невозмутимую, может, немного с причудами. Типа рисовать фиолетовых коров в свободное время. Как тетя Дот. В вольную натуру, которая живет мечтой и следует за счастьем, или что-то в этом роде. А уже потом встречаться с фермером. Возможно. Если его друзья дадут добро.

Громкий стук в заднюю дверь вывел ее из размышлений. Не жуткий скрежет давно почившего призрака, а уверенный удар вполне живого мужчины по ту сторону двери. Джинни встала, пересекла кафе и открыла новенький блестящий замок.

– Прости, я опоздал.

Джинни глянула на часы. Две минуты девятого. Она подавила улыбку:

– Ничего страшного. Проходи.

Логан кивнул и пошел за ней в зал.

– Я думала, мы устроимся здесь. Тут удобнее всего. Но я обычно слышу шум из переулка, поэтому нам, возможно, стоит перебраться в заднюю часть кафе. Я еще никогда не сидела в засаде, так что… – Джинни замолчала и увидела, что Логан уставился на тарелки с закусками. – О, а еще я подумала, что мы можем проголодаться.

Она заметила, как дрогнул уголок его губ.

– Можем. – Он пригладил бороду, не сводя глаз с еды. – Хотя что-то не припомню, когда был настолько голоден.

Джинни смутилась бы, если бы не заметила, как приподнялся уголок его рта. Она вызвала у него улыбку.

И улыбнулась в ответ.

– Что ж, ночь длинная. Последний раз я не спала до утра на школьных посиделках с ночевкой, а тогда у нас всегда было полно закусок.

– Конечно, – согласился Логан все с тем же изумленным выражением лица, вскрывая пачку жевательных конфет.

Ага! Я так и знала.

– Когда ты слышала шум в последний раз? – спросил он, усаживаясь на стул рядом с ней и сразу переходя к делу. Он зубами оторвал кусок конфеты и принялся жевать.

– Сегодня утром. – Джинни взяла упаковку луковых чипсов и тоже села. – Тебе правда нравится? Это же объективно худшие конфеты.

– Объективно, да? – Он рассмотрел красную лакричную конфету, которую держал в руке, и откусил еще. – Проводились какие-то исследования?

Джинни рассмеялась:

– Наверное. Всем известно, что они ужасны.

Логан смотрел на нее чуть дольше, чем надо, отчего у Джинни покраснели щеки. Потом откусил еще кусочек.

– Женщина твердых убеждений, – кивнул он, словно придя к какому-то выводу. – Мне нравится.

Джинни запихнула в рот горсть чипсов, пока не ляпнула, что ей нравятся его рубашка, его лицо, да и вообще характер, хотя она едва его знала. Вместо этого она закивала, хрустя чипсами, как нервный бобер.

– Насчет привидений у тебя тоже есть особое мнение? – спросил он. – Правда думаешь, что дело в них?

Джинни пожала плечами:

– Возможно. Такая теория не хуже прочих.

Логан приподнял бровь, будто спрашивая «серьезно?». Но ничего не сказал.

– К тому же мэр и все остальные, похоже, убеждены, что идея хорошая. Что ты и я… ну, что ты мне поможешь.

Логан фыркнул:

– Да. Этот город полон хороших идей.

О нет, этого Джинни и боялась. Он не хотел участвовать в этой безумной засаде. Стоило догадаться. Она загнала его в угол, а почти весь город ее поддержал.

– Тебе здесь не нравится? В Дрим-Харборе? – поинтересовалась она, избегая настоящего вопроса.

– Очень нравится. Здесь мой дом.

– А. Просто показалось, что, может, не нравится.

Логан провел рукой по бороде:

– У тебя есть братья или сестры, Джинни?

Неожиданный поворот. Но они здесь на всю ночь, хорошо бы поддержать беседу.

– Есть брат, который живет в Калифорнии.

Она разговаривала с Беннеттом по телефону всего час назад, пока пыталась определиться, чем перекусить. Именно его дурное влияние убедило ее набрать слишком много всего.

– Значит, тебе знакомо чувство, что никому, кроме тебя, не позволено говорить гадости о твоем брате. Даже если он достает, ты все равно можешь лишь обозвать его занозой.

Джинни улыбнулась:

– Понимаю.

В третьем классе она вычеркнула из списка приглашенных на день рождения двух девочек, которые обвинили Бена в том, что он разрушил их снеговика. Пришлось устроить допрос с пристрастием, пока он не признался, что, может, и правда разрушил. Сложные были времена.

Логан кивнул и взял следующую конфету:

– Такие же чувства у меня вызывает этот город.

– Значит, ты любишь его, хотя он сводит тебя с ума?

– Именно.

– И ты здесь сейчас только потому, что мэр отправил тебя спасать новенькую?

Пожалуйста, скажи «нет». Пожалуйста, скажи «нет».

Он покачал головой и нахмурился:

– Я здесь не против своей воли.

Фух.

– Ладно…

Джинни не заставляла его участвовать в безумном вечере охоты на привидений, но все равно невольно чувствовала, что он что-то недоговаривает. Будто у Логана была другая теория, почему горожане захотели, чтобы он сюда пришел.

Джинни жевала чипсы и ждала, пока Логан медленно доедал жевательные конфеты. Наконец он посмотрел ей в глаза:

– Этот город, его жители порой могут быть… невыносимы. Но они заботятся обо мне, – он пожал плечами, словно нет ничего особенного в том, что о тебе заботится целый город.

Джинни могла по пальцам одной руки пересчитать тех, кому было до нее дело. Она судорожно сглотнула.

– Но я не верю в привидения.

Джинни рассмеялась:

– Верю или нет – я просто хочу докопаться до истины. Хотя, признаться, беруши очень помогли. И новая система безопасности – супер.

Она улыбнулась и заметила, как у него порозовели щеки.

Логан прокашлялся.

– Я рад. – Он поерзал на стуле. – Ну что ж. Рассказывай подробнее про эти звуки.