Цитаты из книги «Крылья», страница 21

Наш вокзал растерзают бурьян и терновник – до самых костей и аорт… И когда еще каких-нибудь мру вечностей спустя, когда Гольфстрим

попыталась встать, опираясь на локти и вытянув перед собой две окровавленные ладони.

добрался до ее столика. – Где она? – В Дании, – ответила Никтея, вылавливая из тарелки с салатом оливку и отправляя ее в рот.. – В Дании нет реабилитационных центров Уайдбека, – прищурился я. – Есть. Небольшая клиника на тридцать человек. Совсем ма

своей стихии не могут, черпают в ней вдохновение, утоляют ею свой эмоциональный голод, и даже когда волны перекрывают им кислород – наслаждаются агонией, почитая ее за высшую награду. Безумцы! Но нам повезло намного больше, Кристиан. Мы не такие. Помолись как-нибудь и скажи Богу и ангелам спасибо, что ты не такой.

Лика, можешь уйти сегодня пораньше!

внимания планировалось уделить технике – максимально эффективной и такой, которую я смогла бы использовать, даже попав в тело ребенка. Большинство приемов я знала, но, как

птиц! У меня не было ни минуты на лишние разговоры, я выдернула

«Если ты здесь, значит, мне больше не о чем мечтать».

Ты еще не знаешь, насколько Все это будет всерьез. У меня осталась два часа до рассвета И еще один нерешенный вопрос: Кто мы, незнакомцы из разных миров? Или, может быть, мы – случайные жертвы стихийных порывов? Знаешь, как это сложно – нажать на курок. Этот мир так хорош за секунду до взрыва. – Fleur, «Русская рулетка»

на виске. С нас сойдут все оболочки, одна за другой, останется одно Остекленелое, сочащееся на срезе сиянием, нервное волокно, Прошитое насквозь корнями древ, укрытое дерном – теплейшим из одеял. И я-волокно, я-нерв все еще буду помнить, как ты меня обнимал…