Читать книгу: «Дышать на две»

Глава 1

Бал

Познакомились мы на балу — одном из тех, что закатывала матушка, чтобы Петербург помнил фамилию Светских и к концу месяца.

Зал было видно ещё с лестницы: свечи в два яруса, мрамор, пар, поднимающийся от платьев. Я стояла у колонны и считала незнакомцев, как считала всегда, — не по лицам, а по тому, кому из них матушка уже успела сказать два слова. Это входило в обязанности старшей дочери.

Один мужчина не искал её глазами. Он стоял у противоположной стены и смотрел прямо на меня — так долго, что я отвела взгляд первой и тотчас пожалела об этом. Потом подошёл. Не торопясь, лавируя между спинками кресел, и я заметила, что он держит левую руку чуть полусогнутой, будто бережёт её.

— Разрешите, — сказал он, и в этом слове не было ни одной из тех отделок, которыми мужчины берут в залах. Я подала руку. Ладонь у него была сухая и горячая, а на костяшке указательного пальца — твёрдый, шершавый след, которого я не ждала.

Мы вышли в темп вальса, и сразу стало ясно, что танцует он скверно. Он вёл слишком широко, спотыкался на поворотах и, чтобы загладить, сказал, считая вслух:

— Раз, два, три. Раз, два... вы всё-таки лучше меня знаете этот вальс.

— Знаю. Вы сбиваете меня на третьей.

— Тогда дышите на две. Я буду слушать вас, а не музыку.

Я дышала на две, и он не обманул. От его сюртука пахло табаком — дорогим, привозным, без сладкой примеси, какой курят в гостиной; и ещё тем морозным духом, который держится на верхней одежде, если долго стоять на улице.

Когда музыка смолкла, он не отпустил мою руку сразу. Наклонился и сказал очень тихо, так, что услышала бы только я:

— Через четверть часа в оранжерее. Если не придёте, не приду и я.

Я отвернулась слишком резко и наткнулась на матушку.

— Елизавета. «Ты слишком долго держала его руку», —она говорила ровно, и это было хуже крика. — Знаю, что он тебе ответил. Смотри на меня. Что скажут люди?

— Что мы танцевали, — сказала я. — Как и все остальные.

— Ищи брата, — сказала матушка и повернулась к подошедшим дамам.

Оранжерея

Брата я не искала. Я знала, где Андрей: у него вечно кто-то есть в полутёмном крыле дома, и он не любит ждать.

За стеклом оранжереи было холоднее, чем в зале. Пальмы стояли в кадках вдоль стен, в фонтане, который летом журчал, зимой была вода, застывшая тонкой коркой. Ветер со стороны Невы ходил под крышей и гнул к моим щекам прядь, которую горничная заплела утром.

— Вы мёрзнете, — сказал Михаил из темноты.

— Я ждала вас, — ответила я, и это было почти то же самое.