Читать книгу: «Королева»

Глава 1. ОТЧАЯНИЕ

Он не хотел ничего чувствовать. Вообще ничего. Однако с каждым глотком вина мир мутился, и в голову лезло прошлое. Стоило закрыть глаза — память подкидывала терпкие поцелуи, шёлк кожи под пальцами, запах вереска с горчинкой на языке.

Она. Королева Áлдора.

После неё никого не полюбишь. Да и не захочешь.

Каким же нужно быть глупцом, чтобы думать, будто она будет принадлежать ему одному вечно? Политика, войны, союзы... А он поверил в сказку.

В холодной зале смех ударился о стены и рассыпался сухим эхом, напомнив, что лорд один.

Да́миан Ве́рас. От него веяло севером — хвоей, сырым гранитом и холодной сталью. Высокий, с медвежьим станом и повадкой рыси, он даже в хмельном оцепенении не выглядел сломленным — скорее затаившимся перед броском. Спутанные тёмные волосы падали на лицо, заросшее щетиной, а из-под них, как из расщелины, холодно поблёскивали серые глаза — звериные, безжалостные к себе и к миру, который отнял у Дамиана всё и за это не стоил даже презрения. Лорд Грúммарка — самой большой и самой дикой провинции Алдора. Без его воинов королевство рассыпалось бы за год. И все при дворе это знали.

Верас правил жёсткой рукой, а в бою бился как бессмертный. Север прозвал его Свирепым. Голос — громче других, меч — кровавей. Но та поездка в Э^´льдрейн — столицу Алдора всё сломала. Дикий гриммаркский лорд присмирел от одного лишь женского взгляда.

При дворе, конечно, шептались. Кто-то усмехался, кто-то переглядывался. Слухи просочились далеко за пределы королевства, но слишком опасен был лорд Гриммарка, слишком сильна была королева из дома Аэрлингов. Никто не говорил вслух, но тайного не осталось. Все знали: северный лорд и её величество — больше, чем вассал и сюзерен.

И всё же Дамиан, как мальчишка, забыл главное: она — королева. Ей нужен король.

Северянин вспомнил тот разговор месяц назад. Разговор, после которого всё пошло прахом. Её покои, камин, скомканные на постели простыни.

— Это ошибка, Элиан, — глухо сказал Верас. Он стоял у окна, сжимая подоконник так, что побелели костяшки.

Молодая королева сидела у камина, прямая, как копьё. В руке — бокал с вином, но она не пила, а только смотрела на огонь.

Рядом с Дамианом — неприступной скалой северного гранита, — Элиан казалась молодой виноградной лозой. Невысокий рост, алебастровая кожа, тонкие запястья и гордая осанка. Она выглядела невероятно хрупкой, на фоне его мощи, но в спокойном взгляде голубых глаз читалась сила иного рода — та, что способна ломать королевства. И сейчас эта сила казалась совершенно безмятежной, но слегка дрожащие пальцы выдавали, что внешняя невозмутимость — маска.

— Ты убил его отца, Дамиан. — Голос королевы звучал ровно. — Он имеет право на злость. И на твою голову. Но он остыл. Прошло много времени.

— Такое не проходит, поверь мне, — северянин обернулся к ней, и в его серых глазах плескалась такая боль, что Элиан на миг отвела взгляд. — Твой отец унизил Архипелаг. А я отрубил его отцу голову. И ты думаешь, он действительно придёт с миром?

Королева посмотрела на Вераса, выдержала паузу.

— Это мудрый ход мудрого правителя. — Она говорила спокойно, даже с ноткой усталости. — Гейр знает, что война обойдётся ему слишком дорого. Если нет шанса выиграть в бою, то почему бы не заключить мир?

— Потому что некоторые раны не заживают, — сжимая руки в кулаки, Дамиан смотрел ей в глаза. — Я знаю это не понаслышке. Он не забудет. Никогда.

— У нас нет выбора, — отрезала Элиан, вставая. Она подошла к карте на стене, провела пальцем по рисунку островов Железного Архипелага. — Мы не потянем ещё одну войну.

— Элиан, кто угодно, но только не он. — Дамиан шагнул к ней, голос его дрогнул. — Отправь послов к южным баронам. К Западному союзу. К кому угодно. Но не к островитянам, Элиан!

Она резко обернулась. В глазах её мелькнула горечь.

— Думаешь, я не пыталась? — Королева говорила тихо, от каждого слова сжимало горло. — Южные бароны только и ждут, когда мы ослабнем. Союз торгует с Архипелагом и не станет ссориться с Гейром ради нас. Континентальные королевства слишком далеко. А кочевники за перевалом... сам знаешь.

Элиан ткнула пальцем в карту снова.

— Вот. Железный Архипелаг. Единственная граница, которая до сих пор не урегулирована. Единственная сила, способная ударить нам в спину, пока мы балансируем на краю новой войны. Я десять лет улаживала конфликты дипломатией, Дамиан. Договорами, династическими браками кузенов. Остались только островитяне. И если сейчас Гейр предлагает союз – это шанс.

— Он предлагает тебе нож у горла, — голос Вераса стал низким, опасным. — Ты сама сказала: они — единственные, кто может ударить в спину. И ты хочешь впустить их в столицу? Отдать им порты? Постелить ковёр под ноги человеку, который пятнадцать лет мечтал о мести?

— Я хочу сохранить королевство! — возглас Элиан зазвенел в тишине, щёки вспыхнули. — Ты предлагаешь мне воевать на два фронта? С Архипелагом на море и с баронами на суше? С казной, которая трещит по швам?

— Отправь к Гейру меня, северян! Неделя — и острова…

— И острова вырастят нового Сигурда, который на этот раз точно придёт воевать?

Дамиан замолчал. Он смотрел на неё — на эту женщину, которая несла на плечах груз целой страны, — и в груди всё переворачивалось.

— А если он задумал не союз? — речь Вераса скатилась в предостерегающий шёпот. — Если он хочет убить тебя?

— Тогда ты его убьёшь, — просто ответила Элиан. — Как убил его отца.

В её глазах не было сомнений. Дамиан шагнул к ней, сократил расстояние, но не коснулся — замер в полушаге, дыша так тяжело, что Элиан чувствовала тепло его дыхания на лице.

— Мне не нужна месть за королеву, — Верас говорил тихо, почти шёпотом, — мне нужна моя Элиан.

Она выдержала его взгляд. Дамиан видел, как в её глазах на миг дрогнула уверенность. Но только лишь на миг.

— Это не просьба, Дамиан. Это королевский приказ. Ты уедешь в Гриммарк. И не будешь попадаться ему на глаза.

— Плохой приказ, — буркнул он, сдавшись и опустив голову. — Ты это знаешь.

— Возможно. Но это приказ. — Элиан помолчала и тихо добавила: — Я хочу сохранить голову на твоих плечах.

— Моя голова останется на плечах, а ты станешь его женой, — горько произнёс гриммаркский лорд. — Он будет иметь на тебя право. Каждый день. Каждую ночь. И советники твои будут довольно потирать руки.

— Совет одобрил этот брак единогласно.

Северянин усмехнулся, а потом провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть происходящий разговор из реальности.

— Конечно. Ты же согласна с Советом. Но для них ты не человек. Для них ты — всего лишь племенная кобыла, которую можно подложить под выгодный союз.

Он не успел договорить. Пощёчина обожгла. Верас не шелохнулся, не прикоснулся к щеке, даже не поднял на неё глаза, лишь челюсть сжалась сильней.

— Не смей, — прошептала королева, и её голос дрогнул впервые за весь разговор. — Никогда не смей так говорить.

Дамиан сглотнул, брови сошлись на переносице. Он произнёс:

— Прости. Я перешёл черту.

Она не обернулась. Но плечи чуть дрогнули.

— Ты всегда был упрямым, Дамиан.

— А ты всегда слишком уверенной в своих решениях.

— Кто-то должен.

Повисла тишина. Горькая. Вязкая. Он всегда знал, чем это кончится. Но не думал, что это произойдёт сейчас. Дамиан стоял, глядя на её спину, прямую, непреклонную, и видел, как её пальцы сжимают подол платья. В груди клокотало, но он заставил себя успокоиться, сделал глубокий вдох и выдохнул:

— Хорошо. Я уеду.

Элиан резко обернулась. В её глазах мелькнуло удивление, почти испуг.

— Что?

— Ты права. Если я останусь, Гейр не успокоится. К тому же о нас знают все, и он этого так не оставит. Будет искать повод, спровоцирует дуэль, попытается меня убить — и свадьба сорвётся. Ты потеряешь союз, Гриммарк потеряет лорда, Алдор – опору в виде севера, а островитяне получат повод для новой войны. — Дамиан говорил спокойно, взвешивая каждое слово, но голос его был как натянутая струна. — Я уеду в Гриммарк. И не буду попадаться ему на глаза.

Королева смотрела на него не веря.

— Ты... согласен?

— Я согласен с тем, что это единственный разумный выход. — Он криво усмехнулся, потёр щёку там, где остался след от пощёчины. — Но не потому, что считаю это правильным. А потому что доверяю тебе. И потому что люблю тебя больше, чем свою гордость.

Элиан шагнула к нему, коснулась колючей щетины там, где пришёлся удар. Пальцы её дрожали.

— Я не... — начала она, но он перебил.

— Нет, всё правильно. — Он накрыл её руку своей. — Я забылся. Ты сделала то, что должна была. Я тоже сделаю то, что должен. В своё время.

— Дамиан...

— Не прощайся. — Северянин покачал головой, сглотнул ком в горле. — Не надо.

Лорд Верас прижался губами к её ладони, задержался на мгновение, вдыхая пряный и слегка горький аромат. Не посмел поцеловать в губы. Не имел больше права. Но и отпустить просто так не мог.

— Знай, — прошептал он, — я приду... Если позовёшь.

— Я не позову, — ответила Элиан так тихо, что Дамиан едва расслышал. Но почувствовал, как её пальцы сжали его руку.

— Я всё равно буду ждать. Всегда.

Северянин шагнул назад, разжимая ладонь. Посмотрел на неё в последний раз — на эту стальную, непреклонную женщину, которую любил больше жизни. Губы дрогнули, но улыбка не вышла.

— Береги себя, Элиан.

Он ушёл, не оглядываясь. Только в коридоре на мгновение замер, прислонившись спиной к холодной каменной стене, и закрыл глаза. А потом выпрямился и пошёл прочь, не слыша ни шагов, ни собственного дыхания.

И через месяц пришло оно. Приглашение на свадьбу.

Письмо так и лежало на столе, пока могучий воин пытался заглушить тяжёлые мысли в вине. Верас хотел сжечь его — но не решился. Это был её почерк, а на бумаге оставался еле слышный терпкий запах.

Дверь скрипнула, и в зал вошёл Хьярти — старый седоусый воин со шрамом через всю щёку. Когда-то он воспитывал Дамиана. Те времена были такими далёкими, что казались призрачными. Припадая на одну ногу, старый наставник прошлёпал к столу, плюхнулся на скамью напротив.

— От же ж беда с этими бабами. Плесни и мне, лорд Верас. Вместе будем упиваться.

— Не стоит, Хьярти.

— Стоит, кто ж ещё проследит, чтоб ты от этой кислятины не сдох.

Дамиан хмыкнул и молча подвинул кувшин. Старый воин налил, выпил, крякнул, посмотрел исподлобья на бывшего ученика, а ныне господина. Молчание тянулось долго, Хьярти не выдержал первым.

— Хорош, Дамиан. Можно подумать, что ты боишься.

Дамиан выдохнул. Хьярти увидел в глазах воспитанника нездоровый блеск, и тишину залы разрезал хриплый шёпот:

— В том-то и дело, старый, что боюсь.

Хьярти посмотрел с недоверием и опаской на лорда.

— Ты о чём?

— Боюсь узнать, что окажусь прав. Боюсь снова опоздать.

Бывший наставник посмотрел на Вераса и хотел что-то сказать, но тут дверь скрипнула. На пороге показался молодой оруженосец Дамиана.

— Господин, там посланник... — начал взволнованно парень.

— Поди прочь, Эгид. И его шли назад, — оборвал подопечного северный лорд.

— Я бы рад, да только он мёртв.

Дамиан поднял голову на эсквайра.

— Чего ты мелешь? — нахмурился Хьярти.

— Из столицы вёз, – протянул переминающийся с ноги на ногу оруженосец. — Сказал: только лорду Гриммарка, лично в руки. Пока пытались ему помочь...

Но Дамиан не слышал. Он вырвал свиток в бурых пятнах из рук Эгида. Хмельной разум выхватывал лишь фразы, но и их хватило: Эльдрейн пал... король Архипелага... захват власти…

— Что там? — буркнул Хьярти, увидев, как замер Дамиан.

Тот лишь протянул письмо. Мысли метались. Всё-таки он оказался прав. Ублюдок пришёл за местью. А он... как девица сидит, чуть ли не слезами умывается.

Лорд Гриммарка рывком перевернул дубовый стол, как игрушку. Эгид отшатнулся. Старый воин, пробежав глазами по бумаге, только почесал шрам и задумчиво протянул:

— Вот тебе и...

— Поднимай всех! — рявкнул Дамиан.

— Так ночь... – попытался возразить оруженосец.

— Поднимай всех, чёрт тебя дери!

Лорд Гриммарка зажмурил глаза.

Идиот. Оставил королеву одну. Одну. В руках убийцы. Такой ошибки Дамиан себе никогда не простит.

Солнце ещё не взошло, а конные уже были в пути. Все надуманные страхи втоптали в грязь копыта гнедого скакуна.

Дорога на юг вытравливала из лёгких холод Гриммарка медленно. С каждой милей осень становилась ласковей: вместо колючего ветра — тёплый дух прелых яблок и мёда, вместо голого камня — багряные кроны и сады, ломящиеся от плодов. Северяне, чьи плащи ещё хранили запах дыма и железа, шли молча сквозь этот цветущий край, не глядя по сторонам. Они пришли не за урожаем.

Дамиан смотрел на тяжёлые ветви, на сытые лица крестьян, на золотой туман над полями — и сердце лишь сильнее сжимала неведомая рука.

Благодаря Элиан Аэрлинг цвели эти земли. Благодаря ей дети бежали по колосьям, беззаботной стайкой, запуская воздушного змея. Благодаря ей здесь было безопасно. Пока.

Лорд Верас лишь сильнее сжал поводья. Кожа перчаток захрустела. Если ему суждено лечь костьми под стенами столицы, пусть так. Лишь бы эти сады и завтра шумели под её рукой.

Только бы успеть.

Северяне покрыли весь путь, не щадя ни себя, ни лошадей. К вечеру второго дня впереди, наконец, проступили белые башни Эльдрейна. И когда конь, хрипя, взял последний подъём, Дамиан выдохнул.

Они дошли.