Читать книгу: «Когда стрелки встали»
Глава 1. Остановка
Часы остановились в 3:17. Я знаю это точно.
Я сидел и смотрел на секундную стрелку, пока она не замерла. Сейчас уже неважно, что остановилось — часы или моё сердце.
Я должен рассказать это. Пока ещё помню. Пока ещё могу отличить правду от вымысла.
Письмо пришло сегодня утром.
Обычный жёлтый конверт, запечатанный небрежно, словно ребёнком. Я открыл дверь на звонок — в первый раз за полгода. На пороге стоял почтальон. Молодой. Новый. Он протянул мне письмо, козырнул и ушёл, не сказав ни слова.
Я вернулся в кресло. Вскрыл конверт дрожащими пальцами. Внутри — один листок.
«Ты помнишь тот день?»
И всё. Ни подписи, ни адреса отправителя. Только эта фраза и дата: 14 августа 1978 года.
Сорок шесть лет назад.
Я перевернул листок. С другой стороны — чисто. Ни намёка, ни объяснения. Кто-то ждал все эти годы, чтобы задать мне этот вопрос. Или кто-то только что узнал то, что я скрывал.
Мир сузился до размеров этого клочка бумаги.
Я попытался вдохнуть, но лёгкие отказались работать. Часы молчали. Но я слышал звук. Это не часы. Это кровь стучит в висках.
Она отсчитывает последние секунды моего спокойствия.
Я закрыл глаза.
Комната исчезла. Исчезло кресло, письмо, боль в пояснице. Остался только запах. Запах озона после грозы и мокрого асфальта. И звук дождя.
Он шёл стеной. Тот самый дождь, который идёт только в августе — крупный, тяжёлый, с запахом нагретой за день земли, которая никак не остынет.
Мне было семнадцать.
Я был высоким и нескладным, с вечно спутанными волосами и прыщами на лбу, которые я пытался скрыть под козырьком кепки. В тот день я надел свою лучшую рубашку — белую, с воротником на пуговках. Она была мне мала в плечах, но я считал её элегантной.
Мы стояли под навесом автобусной остановки на окраине города. Дождь лил стеной, превращая пыльную дорогу в бурлящий поток грязи. Автобуса не было уже полчаса.
Она стояла рядом со мной. Так близко, что я чувствовал тепло её тела сквозь влажную ткань своей рубашки.
— Ну и погода, — сказал я, чтобы что-то сказать.
Она не ответила. Смотрела на дорогу, на серую пелену, из которой вот-вот должен был появиться автобус. Или нет.
— Замёрзла? — спросил я снова. Голос дрогнул. Я ненавидел свой голос в такие моменты — высокий, ломающийся, как у подростка.
Она повернула голову и посмотрела на меня снизу вверх. У неё были огромные зелёные глаза и веснушки на носу, которые она всегда пыталась запудрить.
— Немного, — ответила она и улыбнулась.
Но в улыбке было что-то не то. Нежность? Да. Но ещё — испытание. Будто она ждала от меня чего-то, чего я не давал. Чего я никогда не умел давать.
— Вить, — сказала она вдруг. — А ты вообще можешь сделать что-то без подсказки?
Я опешил.
— Что?
— Ну, — она повела плечом, поправляя мокрую куртку, — обнять меня, например. Сказать что-то. А не просто «замёрзла?».
Я молчал. Внутри всё кипело, но язык прилип к нёбу.
Она ждала. Три секунды. Пять. Потом отвернулась.
— Ладно, — сказала она тихо. — Забей.
А потом появился он.
Из серой пелены дождя вынырнула фигура на мотоцикле «Ява». Мотор рычал как зверь, разбрызгивая фонтаны грязи из-под колёс. Он затормозил прямо перед нами, подняв волну мутной воды.
Он был старше. Лет на пять-шесть. Кожаная куртка распахнута на груди, несмотря на холод. Волосы прилипли ко лбу. Он смотрел не на меня. Он смотрел на неё.
— Привет! — крикнул он сквозь шум дождя. — Подвезти?
Лена сделала шаг вперёд.
— Ой! Привет! Конечно!
Её голос звенел от радости и облегчения.
Но я успел заметить. Она посмотрела на меня перед тем, как шагнуть. Мельком. Проверяла. Ждала, что я скажу: «Нет. Не садись. Мы подождём автобус».
Я молчал.
Я стоял как вкопанный. Мои ноги словно приросли к грязному асфальту остановки.
— Ну? — он перевёл взгляд на меня. — Ты едешь или остаёшься мокнуть?
В его голосе не было дружелюбия. Это был вызов.
Я посмотрел на Лену. Она смотрела на меня. В её глазах — не насмешка. Разочарование. Будто она знала, чем всё кончится, ещё до того, как я открыл рот.
— Я… — начал я.
И замолчал.
Я должен был сказать «нет». Должен был схватить её за руку.
Но я промолчал.
Я стоял и смотрел, как она садится на мотоцикл. Как обхватывает его за талию своими тонкими руками.
Мотоцикл рванул с места. Грязь из-под заднего колеса окатила меня с головы до ног.
Я остался один под навесом.
Дождь продолжал лить.
----
Я открыл глаза.
Письмо жгло пальцы. «Ты помнишь тот день?»
Да, я помню тот день. Я помню каждую секунду.
Но теперь я знаю то, чего не знал тогда. Она села на мотоцикл не потому, что он был красивый и наглый. Она села, потому что я не обнял её. Не сказал ни слова. Не сделал шага.
Она хотела разбудить меня.
А я сделал вид, что сплю.
Потому что через три часа после того, как она уехала… она вернулась домой пешком.
И она была мертва уже тогда.
