Цитаты из книги «Обломов», страница 20

Она ехала и во французкий спектакль, но содержание пьесы получалось какую -то связь с её жизнью; читала книгу, и в книге непременно были строки с искрами её ума, кое - где мелькали огонь её чувств, записаны были сказанные вчера слова, как будто автор послушал, как бьётся её сердце.

Не правда ли, эта мысль… довольно новая?

- Да, в особенности для меня, - сказал Обломов, - я так мало читаю…

«Боже мой, какая она хорошенькая! Бывают же такие на свете! — думал он, глядя на нее почти испуганными глазами. — Эта белизна, эти глаза, где, как в пучине, темно и вместе блестит что-то... душа, должно быть! Улыбку можно читать, как книгу; за улыбкой эти зубы и вся голова... как она нежно покоится на плечах, точно зыблется, как цветок, дышит ароматом»...

«Да, я что-то добываю из нее, — думал он, — из нее что-то переходит в меня. У сердца, вот здесь, начинает будто кипеть и биться... Тут я чувствую что-то лишнее, чего, кажется, не было... Боже мой, какое счастье смотреть на нее! Даже дышать тяжело».

«Она — злое, насмешливое создание!» — подумал Обломов, любуясь против воли каждым ее движением.

— Человека, человека давайте мне! — говорил Обломов. — Любите его...

но она не знала, что с ней делается, никогда не спрашивала себя, а перешла под это сладостное иго безусловно, без сопротивление и увлечений, без трепета, без страсти, без смутных предчувствий, томлений, без игры и музыки нерв.

она как будто вдруг перешла в другую веру и стала исповедовать ее, не рассуждая, что это за вера, а слепо повинуясь ее законам.

это как-то легло на неё само собой, и она подошла точно под тучу, не пятясь назад и не забегая вперёд, а полюбила его просто, как будто простудилась и схватила неизлечимую лихорадку.

она сама и не подозревала ничего: если б это ей сказать, то это было бы для неё новостью, - она бы усмехнулась и застыдилась.

сердце было убито: там на время затихла жизнь.

Встретится ему знакомый на улице: «Куда?» — спросит. «Да вот иду на службу, или в магазин, или проведать кого-нибудь». — «Пойдем лучше со мной, — скажет тот, — на почту или зайдем к портному, или прогуляемся», — и он идет с ним, заходит и к портному, и на почту, и прогуливается в противуположную сторону от той, куда шел.

Через несколько минут пробило еще полчаса.

Собаку заведу, – решил Обломов, – или кота... лучше кота: коты ласковы, мурлычат.