Читать книгу: «(Не) соперники»

1.

Поздняя ночь. Каждый человек в доме видит десятый сон, лишь он один сидит в кресле, уставившись во тьму. Воображение рисует живые картинки того, что может скрываться в кромешной темноте: одно воплощение хуже другого. Но парня это совершенно не заботит, мозг отказывается реагировать на возможную опасность, просто не замечает её, оттого ещё смешнее становится: сам же воспроизводит страшилки, сам же ими и не пугается.

Антон устало откидывается назад и прикрывает потяжелевшие веки. Эту ночь так и проведёт бодрствуя, вряд ли удастся уснуть хотя бы на пару часов. Благо вчера смог поспать, поэтому голова не раскалывается так сильно, как после нескольких дней без сна.

Хмурит тёмные брови, у переносицы появляется морщинка. С самого утра занятия в универе, скверно не выспаться накануне. Предпринимает ещё одну попытку, поднимается с кресла и подходит к разворошенной постели. Садится на край, переводит взгляд воспалённых глаз на механические часы, они показывают унылые 4:30 утра. Князев растягивается на мягком матрасе прямо поперёк кровати, какая разница как лежать, если всё равно не может спать. Забирается с ногами и тянет на себя одеяло. Будет хорошо, если всё же удастся отдохнуть, хотя бы чуточку.

Переворачивается на бок, зарываясь лицом в подушку. Завтра у него появится возможность увидеть свою прелестную проблему после долгого перерыва. Тихо усмехается и закрывает глаза. Да, этого вполне достаточно.

2.

– Выглядишь ужасно, братан.

Паша закинул руку на плечо Антона и заглянул в его уставшее лицо.

– А мы точно друзья?

Не было никаких сил, чтобы спорить с этим энергичным оптимистом. Так и продолжил идти с виснувшим на нём другом по университетскому коридору.

– Опять не смог уснуть?

Влад обеспокоенно осмотрел Князева с ног до головы. Он в курсе, что у парня время от времени появлялась жуткая бессонница, из-за которой тот становился максимально чувствительным и раздражительным. Эта зараза не первый год его мучила.

Антон молча кивнул, по ощущениям первую пару благополучно пропустит мимо ушей.

Лекционный зал встретил привычным тихим гулом, состоящим из переговоров и шелестов страниц. Многие одногруппники уже находились на местах, девять утра по обыкновению у будущих юристов было спокойным и размеренным.

– Точно, – друг плюхнулся за парту, попутно выуживая из сумки несколько книг, – на следующем перерыве попрошу тётушку приготовить для тебя ромашковый чай.

Паша по своей натуре – самый общительный из их компании: знал всех, и все знали его. Даже умудрился подружиться с работниками университетского кафетерия и вахтёрами. Антон хмыкнул, может, парню и не достаёт каких-то навыков, но в плане коммуникаций он лучший.

– Спасибо.

– Да не за что, братан. Уж лучше так, чем носить твою сонную тушу из аудитории в аудиторию.

За последней партой раздались смешки. Картина того, как Анисин несёт на руках Князева словно принцессу, заставила улыбнуться даже саму «принцессу».

– Доброе утро, – в кабинете появился преподаватель, весь посторонний шум стих, – давайте начнём сегодняшнюю лекцию.

– Зайдём на тренировку к баскетболисткам? Птичка напела, что Феечка собирается устроить проверку новеньким в «Пантерах».

Влад не был против, он не видел сестру с самого утра, потому что привычно проспал. Та предприняла несколько попыток разбудить брата, но потом плюнула на это неблагодарное дело и уехала на учёбу одна. Парень из-за своей беспечности едва не опоздал на первую пару.

– Вика не любит, когда мы там появляемся, отвлекаем от процесса, – проворчал Антон, но послушно шёл вместе с друзьями.

В термокружке плескался душистый ромашковый чай, добытый Пашей, так что Князев возмущался больше для вида.

«Прости, Ви, сделал всё, что мог»

Подумать только, его можно запросто подкупить чаем.

– Систр самая настоящая душнила, такая же как и ты. Мне иногда кажется, что это вы с ней брат и сестра, – Влад широко распахнул двери и зашёл внутрь.

В нос ударил запах свежей краски и лака, помещение обновили к учебному году. Паркет отражал искусственное освещение, поблёскивая под ногами спортсменок, стены покрасили в благородный тёмно-синий цвет, широкие окна пускали большое количество света – спортзал буквально заливало мягким теплом.

В самом центре площадки можно было увидеть Вику Тарасову, нынешнего капитана университетской баскетбольной команды, она внимательно смотрела на спортсменок, которые стояли напротив, образовывая длинную шеренгу.

– Систр!

Влад радостно помахал повернувшейся в их сторону сестре, та кивнула в ответ. Её лицо смягчилось, когда заметила ребят.

– Вика! – Паша едва не подпрыгивал от радости, вызывая улыбки на лицах всех присутствующих. – Мы немножко посидим здесь, хорошо?!

Тарасова махнула рукой в сторону трибун. Ей эта идея совершенно не нравилась, ведь «Пантеры» сейчас только и будут делать, что глазеть на парней, а тренировка отойдёт на второй план, но и выгонять этих настырных не представлялось возможным.

– Это же они, да? – ожидаемо зашептались первокурсницы.

– Такие красавчики…

– Тихо ты…

– На сегодня с этим закончим, осталось несколько тренировочных упражнений. Команда пока переходит на другую сторону площадки и отрабатывает по очереди броски в кольцо. Виолетта…

К Ви подошла высокая темноволосая девушка. Если смотреть со спины, то они даже были чем-то похожи: капитан группы поддержки такая же эффектная брюнетка с холодным выражением лица.

– Да, спасибо, я буквально на минуту.

Она махнула головой, в центре площадки собралась группа поддержки. Обступили лидера полукругом и внимательно слушали всё, что им говорят.

Тарасов восхищённо присвистнул.

– А она дрессирует своих не хуже систр.

Паша согласно кивнул, откусывая откуда-то выуженный протеиновый батончик, Антон молча следил за происходящим. Виолетта стояла к ним вполоборота с ровной осанкой и изящной линией плеч, какие бывают только у танцоров. Тёмный каскад волнистых волос скрывал лицо, но Князев уверен, что выражение на нём серьёзное, а если судить по напряжённым чирлидерам, то даже немного пугающее.

– … на этом всё. Задержитесь на минуту, раздам новое расписание,

Рахманинова повернулась в сторону трибун. Как парень и думал, её брови слегка нахмурены, пока она выслушивала невнятные объяснения нескольких ребят из команды.

Устало вздохнула, учебный год только начался, а уже появились трудности. Пообещала разобраться с проблемой после того, как раздаст расписание, нужно уступить площадку баскетболисткам для дальнейшей тренировки.

Направилась к своим вещам. Невольно скользнула взглядом по зрительским местам, на секунду замешкалась. Виолетта и не знала, что брат Вики и его друзья здесь. Эти ребята такие громкие, она не могла их не заметить, вероятно, пришли, когда та разговаривала с тренером в подсобке. Девушка кивнула в знак приветствия, поднимаясь по ступенькам, папка лежала на дальнем ряду.

«В четверг тренировка группы поддержки стоит в шесть вечера сразу после «Пантер», стоит обговорить этот момент с Тарасовой. Нужно им больше времени, или, возможно, придётся скорректировать расписание и поменяться местами, тогда всем будет удобнее…»

Присутствие посторонних действовало Рахманиновой на нервы. Не могла сконцентрироваться и едва не выронила из рук листы. Последнее, чего ей хотелось, так это неловко собирать их по полу и уверять окружающих, что всё в порядке.

И этот темноволосый затылок, который она машинально не упускала из виду, раздражал сильнее всего. Разве у их группы такое свободное расписание, раз они позволяют себе просиживать штаны в спортзале? Почему тогда группа Виолетты пашет как проклятая, не имея возможности перевести дух?

«Ладно, просто быстрее покончим с организационными вопросами. Не стоит заострять внимание»

Девушка метнула взгляд на команду поддержки, которая покорно ждала своего капитана на том же месте. Ребята тихо переговаривались между собой: Эля и Кира что-то бурно обсуждали, не переходя, впрочем, на громкие возгласы, Инна зевала, вертя головой по сторонам – всем хотелось поскорее получить нужные инструкции и уйти.

Виолетта крепко прижала папку к груди и опустилась на первую ступеньку, затем ещё на одну. Смотрела прямо перед собой, медленно спускаясь вниз.

Однако соблазн был настолько велик, что девушка не смогла ему противостоять, когда поравнялась с трибуной ребят. Да, бросила в его сторону мимолётный взгляд, просто, чтобы… Просто чтобы что, Виолетта?

Но самое ужасное то, что серые глаза неотрывно смотрели в ответ. Пристально следили с того самого момента, как она вышла из коморки тренера, незаметно следовали всюду, куда бы ни направилась.

Неожиданно.

Рахманинова испуганно вздрогнула и пошатнулась, эти чёртовы каблуки. Оступилась именно в тот момент, в какой ни в коем случае нельзя было этого делать. Нога неловко соскользнула со ступеньки, и сейчас она полетит вниз, прямо на блестящий паркет площадки.

«Просто потрясающе»

Крепко зажмурилась, рефлекторно прижимая к себе папку с документами. Закрыла глаза, не желая быть свидетелем своего позорного падения. Ну почему именно сейчас? Да и приземлиться безболезненно не получится, похоже на какой-то злой рок.

Задержала дыхание, приготовившись ощутить неприятную пульсацию от столкновения с полом, но этого не произошло. Земля ушла из-под ног, однако дезориентированное на мгновение тело нашло в следующую секунду надёжную точку опоры. Ощущение падения прекратилось, и из лёгких вырвался тихий стон облегчения.

Но только это был не её стон.

– Аккуратнее, – над ухом раздался низкий спокойный голос, и девушка широко распахнула глаза.

«Лучше бы я упала»

Князев успел вовремя среагировать и схватил Виолетту за руку, резко потянув на себя. Мысленно удивился, как нечто хрупкое на вид способно крутить все те гимнастические трюки, от которых перехватывает дыхание?

– Да, – неловко застыла, боясь пошевелиться.

До неё, наконец, дошло, что она сидит на коленях Антона, а тот обеспокоенно заглядывает ей в лицо, пытаясь удостовериться, что всё и правда в порядке.

– Кажется, обошлось лёгким испугом, – Тарасов, восседавший на соседнем месте, заинтригованно поиграл бровями и нахально улыбнулся, красноречиво поглядывая на бёдра друга, которые в одночасье превратились в очень удобный стул.

– Господи, заткнись, я тебя прошу, – Князев беззлобно шикнул на него.

Парень больше не чувствовал, как раскалывается голова, ведь беспокойство за Виолетту затмило всё остальное. В секунду, как она начала падать, он забыл обо всём на свете.

– Можно просто Влад, – лукаво подмигнул Ирбис.

Для девушки это стало отрезвляющим щелчком. Она резко вскочила с чужих бёдер, едва не теряя равновесие вновь, одёрнула юбку и поспешила спуститься к ожидавшей команде.

Тарасов наклонился к другу.

– Когда ты успел заделаться рыцарем, а?

– От твоего голоса мои жизненные силы куда-то стремительно уходят, – Антон помассировал виски, мельком глянул в сторону группы поддержки. С ней же точно всё в порядке?

Виолетта с каменным выражением лица рассказывала что-то, никто из чирлидеров даже мысли не допустил, чтобы подколоть капитана: чревато ужасными последствиями.

– Жестоко, – обиженно захныкал Анисин. Ему не нравилось, когда парни ругались, пусть даже в шутку, – после зайдём в кафетерий и откачаем тебя, или к концу дня ты нас поубиваешь.

– Разумное решение, – кивнул Влад.

Больше чем сам Князев ненавидел свои периодические бессонницы, их ещё больше ненавидели его друзья.

//

– Уже лучше?

Антон отрешённо изучал плавающие чаинки в кружке, сидя за столом в кафетерии. Удивительно, как нечто настолько простое помогает справиться с последствиями бессонницы.

– Да, – хмыкнул, окидывая благодарным взглядом друзей. – Намного лучше.

Паша облегчённо выдохнул, сегодня никто не умрёт. Похлопав парня по плечу, направился к витринам со свежей выпечкой, ему срочно нужно съесть что-нибудь вкусное.

Влад остался сидеть напротив, в его чашке плескался американо. Если у Антона целебным напитком стал ромашковый чай, то у близнецов это кофе. Рита постоянно ругалась с ними, ведь брат с сестрой меры не знали и пили его в любое время дня и ночи в неограниченных количествах. Сам Князев давно махнул рукой, не ему наставлять, все же не маленькие дети.

Ирбис оглянулся, Паша занят разговором с тётушкой, а это значит, что можно начать контрнаступление без него. Так даже лучше: подозреваемый не сможет использовать друга в качестве живого щита.

– Что это было?

– О чём ты? – парень удивлённо вскинул брови, разыгрывать недоумение он очень хорошо умел.

Близнец понимающе улыбнулся. Подобные игры разума – их своеобразное развлечение, но сегодня кое-кто побудет жертвой.

– Рахманинова, – чётко произнёс в ответ.

– А что с ней? – гнул свою линию Антон.

Сделал небольшой глоток чая, прежде чем вновь посмотреть в карие глаза. По лицу видно, что кое-кто жаждет хлеба и зрелищ.

– Думаешь, я не в курсе?

– В курсе чего?

Тарасов предостерегающе улыбнулся, хватит выводить его из себя.

– Я знаю, что на протяжении всего этого времени ты…

– О чём речь?

Анисин появился в самый подходящий, по мнению Антона, и в самый неподходящий, как посчитал Влад, момент. Что ж, ладно.

– Ему бы ещё чая, – улыбнулся близнец, взглядом указывая на практически опустевшую чашку.

Спровадить мягкосердечного Пашу, чтобы продолжить допрос с пристрастием – вот истинная цель.

Князев ничего не ответил, последнее, чего ему хотелось, так это делиться своими переживаниями с друзьями. Да и переживаний никаких и нет.

– Сейчас спрошу у тётушки, – тот промычал это, держа в зубах булочку с корицей. Поднялся со стула и вновь направился к витринам.

– В любом случае, кажется, леди ушиблась, пока падала в твои надёжные объятия, – довольно хмыкнул Влад.

Вид раздражённого друга забавлял. Сам факт того, что этот безэмоциональный кусок мрамора вёл себя совершенно не так, как обычно, изменяя привычному поведению и предоставляя прекрасную возможность издеваться над ним, сколько душеньке будет угодно, безмерно радовал.

– Приму к сведению, дружище, – хмыкнул Антон. – Но если думаешь, что у тебя есть шанс залезть ко мне в душу, то сильно ошибаешься.

– Больно надо, – фыркнул Ирбис, он действительно этого не хотел. – У тебя там, уверен, всё играет в тёмных извращенских тонах, – демонстративно поёжился.

Пусть они и близки, сильно вмешиваться в личные дела нет никакого желания. Этот парень поехавший.

Уголки губ Князева медленно приподнялись, являя миру язвительную усмешку.

– Рад, что ты осознаёшь.

//

– Это что?

Виолетта вопросительно выгнула бровь, ожидая от Вики пояснений. Та заглянула в зал после тренировки группы поддержки, чтобы вручить небольшой пакет. Посмотрела внутрь, со смешком перечисляя содержимое.

– Мазь от растяжений, эластичный бинт и зачем-то пластыри. Кое-кто просил передать.

Улыбнулась, полностью копируя сегодняшнюю противную ухмылку младшего братца. Осознаёт ли она, насколько сильно они похожи?

Рахманинова молча уставилась на спортсменку, на ум пришло имя, о котором не хотелось думать, но это самая большая вероятность.

Ви надоело держать пакет, и она всучила его хмурой собеседнице.

– С моей ногой всё не настолько плохо, капитан очевидность, – та рассерженным взглядом рассматривала содержимое. И правда лежало то, что было перечислено.

Хотела забыть эту смущающую историю, но ей просто не дают этого сделать.

– Если и не чувствуешь благодарности, то прими хотя бы потому, что может пригодиться, – Тарасова едва сдерживала смех.

Виолетта открыла рот, чтобы возмутиться, но её прервала взметнувшаяся в воздух рука. Изящная ладонь с длинными узкими пальцами красиво замерла в пространстве, прося помолчать. Девушка заметила два новых пластыря, понимающе хмыкнула про себя, видимо, капитан «Пантер» вчера после тренировки команды устроила себе ещё одну персональную, где доводила навыки до совершенства.

– Чем больше будешь сопротивляться, тем дольше всё это будет продолжаться. Князев ужасно дотошный человек, просто возьми и забудь. Я ушла.

Рахманинова проводила высокую фигуру задумчивым взглядом. Когда та скрылась за дверями спортзала, вновь обратила внимание на пакет.

«Значит он»

Ноги сами сорвались с места. В раздевалке уже никого не было, девушка схватила сумку и вылетела в коридор. Она прекрасно знает, где может его застать.

До боли знакомый силуэт направлялся в сторону библиотеки, Виолетта усмехнулась, кое-кто не изменяет привычкам. Прибавила скорости и, когда расстояние сократилось до нескольких шагов, ухватилась за рукава чужой рубашки, с силой прижимая крепкое тело к стене. Парень ощутимо приложился головой, не успев от неожиданности среагировать.

Рахманинова тяжело дышала, путь от спортзала до библиотеки не близкий, поэтому нужно немного времени, чтобы перевести дух.

Стиснула зубы и жёстко процедила.

– Мне не нужны твои широкие жесты заботы.

– И тебе привет, – усмехнулся Антон. Судя по выбившимся тёмным прядкам из обычно безупречного высокого хвоста, она только с тренировки, и бежала сюда сломя голову, чтобы сказать нечто подобное? Мило, – Оказывается, по университетским коридорам передвигаться стоит с осторожностью, – наклонился, сокращая расстояние между ними. – Никогда не знаешь, кто может напасть со спины.

– Хватит уже мусолить сегодняшнюю ситуацию.

Виолетта разъярённо схватила парня за воротник, притянула ещё ближе, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Она сняла злополучные каблуки после утреннего происшествия и теперь значительно уступала в росте. И, судя по лицу, он тоже это заметил и не может нарадоваться.

– Мои колени настолько неудобные? – Князев состроил самое невинное выражение, на которое только был способен, но смешинки в глазах выдавали его с головой.

– Да, – девушка отстранилась и отошла назад, – просто каменные.

– Приму за комплимент, – соврал, если бы сказал, что не наслаждается текущим положением дел.

Виолетта нервно дёрнула подбородком и тихо выругалась. Она действительно думает, что он не знает итальянский? Его лучший друг филигранно выражается на нескольких иностранных языках при каждом удобном случае. Эти изречения закрепились в памяти, хотел он того или же нет, ведь слышать их приходилось на постоянной основе.

– Прошу прощения? – Антон недовольно вскинул бровь. – Я спас твоё хорошенькое личико от встречи с паркетом спортзала, разве это не заслуживает благодарности?

– Обязательно, – девушка вздёрнула нос и расправила плечи, пытаясь казаться хоть чуточку выше, но проклятые сантиметры разницы в росте никуда не исчезали. Даже будь она на каблуках, всё равно пришлось бы задирать голову.

Парень отвёл взгляд в сторону и тихо прошептал.

– Злишься?

Рахманинова на секунду опешила. Неслась сюда, потому что её разозлило утреннее спасение? Или же пакет с лекарствами, заботливо переданный через других людей, но только не самолично? Почему она вообще здесь? Потому что учебный год, наконец, начался, и может вновь взглянуть в это лицо? Лицо, полное сожалений. Чёрт возьми, Антон выглядит так, будто совершил какое-то страшное преступление. Другой бы уже и думать забыл о той ситуации, а он…

– А не должна? – раздражённо сдула с лица выбившуюся прядь волос. После тренировки следовало расчесаться, но из-за злости она ничего вокруг не видела. Вероятно, сейчас её растрёпанная после многочисленных повторений танцевальных связок причёска смешит. Ну давай, посмейся.

Князев понимающе хмыкнул, за что получил ещё один уничижительный взгляд в свой адрес. Она имеет право злиться, но.… Но это чертовски долго.

– Несколько месяцев прошло, я хочу поговорить.

– Это…

– Антон, вот вы где, – в дверном проёме библиотеки показалась фигура преподавателя. – Опаздываете, заходите скорее.

Он кивнул, но остался стоять на месте. Виолетта нахмурилась, как всегда у себя на уме. Вздохнула, пихнув парня в бок. Когда тот не шелохнулся, молча уставившись на неё, она по-настоящему разозлилась. Кто вообще заставляет профессора ждать?

– Позже. Не слышишь, как тебя зовут? – сквозь зубы процедила чирлидер. Подтолкнула снова, в этот раз Князев послушно сдвинулся с места. – Иди скорее, не заставляй преподавателя ждать.

Он сделал несколько шагов в сторону библиотеки, а затем оглянулся. Рахманинова стояла на том же месте. Когда их взгляды пересеклись, махнула рукой, чтобы поторапливался.

Наконец, отвела глаза, не в силах и дальше смотреть.

– Больше не смей мне ничего передавать через других людей.

Круто развернулась и ускорила шаг. Повернув за угол, перешла на бег, так быстро, чтобы точно не догнали. Девушка знала, что если бы не встреча с профессором, за ней бы побежали следом и точно настигли, а она не была готова к разговору. Не сейчас.