Цитаты из книги «Ночные проповеди», страница 2

Ничто не кажется безумным, если не верить в реальность мира.

Попытка придать креационизму видимость научности - это неверная и напрасная попытка говорить с неверующим миром на его языке.

Охранники "Газпрома" взялись решать деловую проблему в характерной для русского капитализма манере: монтировками.

– Кстати, почему бы тебе с нами не пообедать прямо сейчас?

– Спасибо… это очень любезно с твоей стороны, но я же знаю, что Эмери не хочет меня видеть у вас дома.

– Так я и не домой тебя зову – в «Фазаньем хоре» отличное мясо по воскресеньям.

– Мясо? В воскресенье? – Кэмпбелл засомневался.

– Давай-давай, – Корнелиус уже направился к выходу. – Вставай на скользкую дорожку. Сначала атеизм, потом немного богохульства – и оглянуться не успеешь, как уже обедаешь в пабе в день воскресный.

Макоули был полицейским старой школы, пришел на службу еще в нулевые, при правительстве «новых лейбористов». Непримиримый противник расизма и сексизма, ярый поборник человеческих прав и гуманности, он безо всякой ненависти слал мусульман в фильтрационные лагеря во втором десятилетии Войн за веру, без лишней жестокости пытал подозреваемых в терроризме. Он распоряжался, чтобы оставшиеся без хозяев дома и магазины стерегли, не давая разграбить, и всегда стерилизовал иглу перед тем, как загнать ее под ноготь. При соци он крушил правых, после падения соци крушил левых. Когда Фергюсон еще новичком попал в бригаду «богоборцев», он видел, как Макоули с такой же деловитой бесстрастностью защищал католическую демонстрацию на Принсес-стрит. Днем раньше танки Республики Италия вкатились на площадь Святого Петра, а в Ватикане засуетилась толпа аудиторов, проверяя счета и конторские книги, – на католическую церковь подали групповой иск за распространение СПИДа в Африке. Папский престол обанкротился уже через год.

Протестовать на Принсес-стрит вышли тысячи католиков. Макоули спокойно вошел в лес распятий и хоругвей, поговорил с епископами, затем вышел и так же спокойно приказал снаряженной для подавления беспорядков полиции разобраться с улюлюкающей, сыплющей оскорблениями толпой оранжистов, феминисток, язычников и геев, облепивших тротуары и скопившихся на Маунд. Разобралась полиция так быстро и эффективно, что сопротивляться никто не посмел и не смог. Задержанные больше пострадали друг от друга в полицейских фургонах, чем при аресте. Католическая демонстрация прошла к Холируду без помех – и, само собой, без какого-либо успеха.

Теперь старший инспектор устроил небольшое рабочее представление, демонстративно не отрывал глаз от планшета и лишь изредка исподлобья посматривал на подчиненного. Выглядел Макоули так, будто жил на одних салатах и пробегал каждый день по десять километров – что, скорее всего, соответствовало действительности.

[..] После спонтанного возникновения самосознания среди боевых роботов во время Войн за веру наступил период интереса к человекоподобным роботам, в их создание пустили крупные инвестиции. Как выяснилось, напрасные, опиравшиеся на ущербную бизнес-модель. Тогдашний глава маркетингового отдела «Сони» полагал, что новых роботов будут покупать по соображениям престижа. Но оказалось, их нельзя ни продать, ни нанять. Само собой, у них не было человеческих прав, но никто не захотел рисковать – ведь саму возможность распоряжаться разумным существом как вещью можно оспорить в суде. Но окончательно потопило программу выпуска роботов не это. Возможно, «Сони» удалось бы на них как следует заработать, если бы это действительно стало престижным. Вместо этого произошел полный провал рекламной кампании. Никого бы не обеспокоил робот, выглядящий как машина. Люди приняли бы и безукоризненно точного андроида. Но роботы, которые выглядели почти как люди, но при этом явно от них отличались, вызывали страх и отвращение. У этого явления давно существовало название: «зловещая долина» – крайне негативная оценка людьми почти человекоподобных существ. К сожалению, новые роботы оказались на самом дне этой долины.

К тому же они прекрасно распознавали человеческие эмоции и выражения лиц, ведь их разум возник, в первую очередь, благодаря безжалостному отбору на полях сражений, постоянной селекции тех, кто лучше других мог предсказать обстановку, обладал более совершенным интеллектом. Этот эффект могли воспроизвести, но не регулировать. В результате из-за обостренной способности к сопереживанию и крайне негативной реакции со стороны людей у роботов возник весьма нелестный образ собственного «я».

Где-то в полвторого Фергюсон нажал локтем на ручку двери, толкнул ее плечом и вошел внутрь, зажав бумаги под мышкой, а в руках держа кофе с сэндвичами. Роп проковылял следом. Оба уселись – Фергюсон в кресло, роп на шкафчик с файлами.

Робот подключился к розетке. Инспектор надломил крепление пластиковой крышки на стакане с кофе, открыл стакан, несколько секунд принюхивался, вдыхая пар, отпил, поморщился и развернул сэндвич.

Нужно зайти! Он обязан увидеть все своими глазами. Кэмпбелл часто клеймил разврат и порок – но не видел их вблизи. Теперь, вдали от дома, у него появился шанс посмотреть, не подавая никому дурного примера. Одним глазком взглянуть и уйти прочь, чтобы более никогда не ступать в юдоль греха, узрев и оценив его.

Так, значит, вся наша Вселенная за пределами Солнечной системы – это вроде шоу с иллюминацией? – Насколько сейчас можно судить – да. И, если уж говорить о свидетельствах в пользу их существования, позволю себе напомнить: если бы эти предполагаемые галактики состояли из существующих в действительности небесных тел, они давно бы уже развалились на части. Центробежные силы разодрали бы их. Этому парадоксу астрономы нашли единственное объяснение: «темная материя», которую они не могут ни найти, ни увидеть, ни даже определить ее природу. Но «темную материю» приходится постулировать, иначе их теории не объясняют устройства Вселенной.

А мне кажется, даже если принять гипотетически, что Бог есть и что он, или она, или как их там, основали христианскую церковь и все прочие, то у любого человека, принявшего в качестве исходной посылки истинность единственной церкви, состоящей только из благословенного себя и дюжины сторонников, по определению не все в порядке с головой.