Читать книгу: «глава 1»
Глава 1
Для Мика тот день оказался невезучим с самого утра. Во-первых, он проспал, потому что вечером чем-то обидел умную колонку, и утром она его не разбудила. Опоздание было нешуточным, так что пришлось громко шмыгать носом, кашлять в телефон и с зажатым носом жаловаться начальнику на озноб, головную боль и сопли. Всё ок, сиди дома. Минус премия.
Потом он чуть не перевернул диван, наступив на острую скорлупу орехов, которые ел накануне. Как выяснилось, из его жизни выбыл самый старый член семьи: робот-пылесос. Он просто заехал на базу и сдох. С учетом минусовой премии теперь уже окончательно. Зловредная колонка отметила это событие извещением и траурной эпитафией «Баба с возу – кобыле легче». До этого Мик даже не думал, что его пылесос Гриша – девочка, а его колонка – опасная злыдня. В наказание за бессердечие он хотел было отключить ее от сети, но мысль о том, что придется самому разбираться с двумя видеокамерами и своенравным чайником, его остановила. Но пылесос все равно было жалко. Он был с ним уже лет десять, и Мик привык к его кроткому жужжанию и ползанью у ног. Он даже подставлял ему пятку, чтобы почесать. Чертовы орехи!
Третий за день провал ожидал его на запланированном две недели назад свидании. Оттуда его, с портками в охапку, выставили за дверь после внезапного звонка хозяйке крохотной квартирки на другом конце города. А он ведь пришел туда не с пустыми руками! Сидя на заднем сиденье такси, он порадовался тому, что успел много выпить и на пафосе выкурить аж целых две сигары из пяти, что принес с собой. Почему сигары? Потому что эта странная девица намекнула, что находит курящих сигары мужчин очень… интересными. Он очень надеялся, что тот, из-за кого его выставили, найдет оставшиеся три в кармане своего пальто на вешалке. Хотел бы он посмотреть, как она докажет ему, что тайком сама их курит. И запивает ромом.
Таксист тоже оказался малость неадекватным. Он отвез его на Краснознаменскую вместо Красноармейской и нетерпеливо потребовал «побыстрее вываливаться». Только чудом он, пьяный и разморенный, успел заскочить обратно, когда не узнал огромного пса, тут же подбежавшего пометить колесо. Незнакомое и страшно сердитое лицо его хозяйки немного отрезвило его, и он успел заметить, что никогда не видел у себя во дворе ни этого пса, ни этой женщины, ни разбитой детской площадки напротив своего подъезда. Минут пять ушло на доказательство своей правоты невнимательному, но очень упрямому таксисту.
Он с облегчением выдохнул только тогда, когда, в конце концов, оказался у знакомой разбитой двери с неработающим домофоном, над которым было написано знакомое неприличное слово. Дома!
- Рано радуешься, - сказал он себе, войдя в подъезд.
На ступеньках грязного лестничного пролета в окровавленной рубашке лежал незнакомый небритый мужик. Дело, в принципе, обычное, но лично для него – крайне нежелательное. Мик изо всех сил прислушался, но все равно не понял: спит он или без сознания? Но домой очень хотелось. Он прокрутил в пьяной голове сбитый глазомер и сделал вывод: пройти незамеченным не получится, так как крепкий парень развалился во всю ширину пролета. Мик посмотрел на его ширину плеч и размер ботинок, и несложный расчёт показал, что тот на процентов тридцать крупнее него самого. Неосторожно пошевелится – и он ляжет рядом. К своим тридцати с хвостиком Мик уже давно усвоил: единолично и без свидетелей спасать всякого рода невезунчиков, особенно если они крупнее тебя, дело опасное и неблагодарное. И этот случай не был исключением. И если бы он тогда знал, чем все закончится, то не задумываясь, потратил бы последние деньги на койку в хостеле.
Но он поступил иначе. Пьяной головой он решил, что хуже этот день уже стать не сможет, и зарядился целью во что бы то ни стало попасть домой. Сначала он окрикнул незнакомца, но его громкое «Эй-Эй» не произвело на него никакого эффекта. Даже на жильцов за дверями первого этажа не подействовало: никто так и не выглянул. Тогда он осторожно, как ему казалось, толкнул мужчину в плечо и… поймал хук слева. Хороший хук. Профессиональный.
Очнулся Мик в своей квартире. Привычная дырка в месте дефекта одной из пружин передала через задницу, что он на своем диване. К своему удивлению, Мик вспомнил все и сразу, хотя обычно на это уходило какое-то время. А потому, придя в себя, остался лежать тихо и неподвижно. Он явственно слышал чье-то сопение в углу комнаты. По доносящимся шуршащим звукам и запаху понял: этот кто-то оказывает себе медицинскую помощь.
- Не прикидывайся, сосед. Вижу, что очнулся. – Не ведясь на призыв, Мик включил внутренний радар сканирования чужих намерений: голос незнакомца казался вполне дружелюбным. – Прости, что я так с тобой обошелся. Наверно я принял тебя за… бандита.
Это тот самый мужик с лестницы? Он один? Мик хотел было ответить, что тоже был не в себе, когда выдвинулся ему помогать, но оказалось, что не может – рот не открывался. Вернее, не закрывался. Его язык торчал где-то между зубами, пересох и онемел, а вся подушка была заляпана натекшей слюной. Пару раз ему уже сдвигали челюсть, поэтому он не слишком испугался. Но кто будет ее вправлять?
Притворяться и дальше не имело никакого смысла. Мик кое-как сел, двумя руками держась за пытающуюся укатиться голову, подождал, когда отступит тошнота, и приоткрыл один глаз. Второй не открывался. Но и мутного взгляда одного глаза хватило, чтобы узнать того, кто хозяйничал в его баре и в аптечке. Судя по рубашке и ее размерам, это был тот самый мужик с подъездной лестницы. И выглядел он совсем не ахти. Его левая рука висела плетью вдоль тела, а правая была так обожжена, что Мик не стал задерживать на ней взгляд. Его и без того мутило. Не сводя с гостя глаз, Мик на всякий случай незаметно нащупал биту, спрятанную в потайном кармане диванной обивки. Гость или не заметил его воинственных приготовлений, или не подал вида.
- Да уж, неважно мы выглядим. Прости еще раз. Я сейчас помогу себе и тебе и уйду. Ты ведь знаешь, что я твой сосед сверху?
Мик молча покачал головой и тут же схватился за прострелившую болью челюсть. И сразу забрал назад свою жалость к незнакомцу. Кто бы его пожалел! Трусливо сидит тут на собственном диване с высунутым языком и текущей изо рта слюной в момент, когда в его квартире хозяйничает здоровенный чужак. Хоть и сосед. Позорище! Даже если новоявленный сосед и выглядел безвредно и довольно дружелюбно, он чувствовал себя чуть ли не раздавленным насекомым. Ему конечно и до этого перепадало и не раз, почти сорок как-никак. Но чтобы вот так – одним ударом… Еще раз оценив состояние и возможности обожженного соседа и к новому нападению, и к помощи с вправлением челюсти, Мик решил действовать самостоятельно. Не вызывать же из-за этого спасательные службы. К тому же, с ним это уже дважды проделывали медики. Пора бы ей уже запомнить дорогу домой!
Не все прошло гладко и красиво. Сосед помогал ему, как мог: отворачивался, кряхтел, тяжело вздыхал, громко цокал языком и даже несколько раз выругался, пока третья попытка не увенчалась успехом. В ухе у Мика громко щелкнуло и его рот захлопнулся. В этот, уже третий, раз он прикусил только самый кончик языка. Но и этого Мику хватило, чтобы выплеснулось все, что накопилось за этот ненормальный день. И не только за этот. Сморщившись и зажав от боли лицо в ладонях, он переждал пока резкая боль постепенно затихнет, а потом высказал все, что думал: о мудаке в его квартире, о том мудаке, которому он попытался помочь на лестничной площадке и который водится с такими же мудаками, как и он сам, если по ночам валяется на грязном полу подъезда. Потом еще минут десять Мик рылся по углам и распекал последнюю подружку, от которой и след простыл неделю назад. Он орал на соседа на то, что эта бледная чучундра не оставила после себя ни одного чистого полотенца, и теперь ему нечем утереть ни слюни и сопли себе, ни кровь с тела одного мудака, который чуть не лишил его новых имплантов, за которые ему еще только предстоит расплатиться в одной из следующих жизней.
В целом, знакомство прошло довольно спокойно, так как сосед не спорил и не возражал.
Когда эмоции поулеглись и, после второй порции виски, Мик перестал чувствовать свой многострадальный сустав и кончик носа, дошла очередь до знакомства с соседом. К этому времени он уже знал, что его зовут Натан.
- Нэт, если коротко, - скромно представил он свою персону, потягивая его односолодовый виски.
Мик мысленно подсчитал, что только недавно отдал за эту бутылку десятую часть квартальной премии, но, с другой стороны, и сосед оказался вполне приятным в общении человеком.
- Ну тогда и ты зови меня Мик. Это короче, чем Михаил, не так пафосно, как Микаэль и не столь ужасно, как Мих-Мих.
Мик разогнал мысли о черноволосой бестии из отдела новостей, давшей ему это прозвище в самое неподходящее время перед конкурсом на повышение, и переключил внимание на безвольно висящую руку нового соседа.
- Не хочу нагнетать, но… может, в больничку, друг. Не поврежден ли нерв... Тьфу-тьфу.
Это было его первой мыслью, когда он разглядел обожженную чуть ли не до черноты кожу.
Но Нэт только отмахнулся второй, тоже обожженной, рукой.
- Ай! Ерунда. Она скоро придет в себя. Ее всего лишь тряхнуло током.
- Током? – В голове Мика красной лампочкой вспыхнули кадры мрачных фильмов со времен «Заводного апельсина». – Тебя пытали током?
Мик сразу пожалел, что спросил. Мало ли в какую историю можно влипнуть с такими расспросами. Но Нэта вопрос не смутил.
- Почему сразу пытали?
В тоне соседа Мик уловил насмешливые нотки. Усмешка? Намек на что-то? В животе Мика что-то неприятно шевельнулось. Он посмотрел на парня, который ничего не подозревая, улыбался ему спокойной белозубой улыбкой. Ну, конечно! Он же порядочный гражданин без всяких грязных и агрессивных мыслей... А он, книжный червь, пересмотревший старых киношек.
- Не-не. О чем это я? Просто, тряхнуло. Током. Понял, - наиграно согласился Мик, всем своим видом показывая, кто из них здесь хитрый дурак. – Вон аж куда вытряхнуло, - Мик с присвистом кивнул в сторону двери. – А кровь откуда? Дай-ка угадаю… Из носа? Это наверно ты упал спиной на горячую сковородку с яичницей! Так? – Мик взмахнул рукой, повторяя уничижающий жест своего начальника, когда тот хотел сказать им: «Кыш, насекомые!». – Девушке своей иди расскажи – может поверит.
