Читать книгу: «Код «Чёрный»»

Глава 1, 2, 3

Глава 1

Я подходила к кабинету директора Женской Академии Искусств — одного из лучших учебных заведений во всей Аркадии. Проведя в Академии половину жизни, я не могла поверить, что вот-вот покину ее. Впереди ожидало распределение выпускников согласно поданным на нас заявкам. Все мы уже были в базе данных ЖАИ, готовые к работе и ко взрослой самостоятельной жизни. Готовые? Я — нет! Однозначное, определенное, твердое нет. Меня охватывала почти паника от мысли, что впереди ждала полная неизвестность. Вэл говорит, что это от того, что я не люблю перемены. Она догнала меня, вырвав из переживаний:

— Крис! Эй, с тобой все в порядке?

— Да, конечно. Полный порядок!

— Волнуешься? Пила сегодня успокоительное? — заботливо спросила моя лучшая подруга, приобняв меня за плечи.

— Нет, мне это ни к чему, — стараясь сделать голос твердым, ответила я. — Ты же знаешь, мне нельзя принимать их слишком часто, чтобы не вызвать привыкание.

— Знаю, детка. Ты ведь не переживаешь? Нет никаких шансов, что тебя не выберут.

— Я не боюсь того, что меня никто не выберет. Я боюсь, что нас с тобой разлучат, Вэл. Я боюсь, что на тебя подаст заявку какая-нибудь химическая лаборатория из-за твоих почти ста баллов, а на меня — какой-нибудь театр. И это будет полная…

— Тсс! — тут же цыкнула Вэл, зажав мне рот рукой. — Индикаторы!

Я подняла глаза на еле заметные устройства того же светло-серого цвета, что и потолок. У меня не было никакого желания получить штрафные баллы перед самым распределением за нецензурную брань, которые сразу отобразятся в моем личном файле. В ЖАИ мы все подчинялись жестким правилам и дисциплине.

Из нас растили образцовых граждан новой объединенной столицы человечества. В нашей академии закрытого типа для девушек упор в обучении делался на искусство и гуманитарные науки, но и научные дисциплины преподавались на довольно высоком уровне. Возможно, не таком высоком, как в специализированных академиях, но моя подруга легко могла бы посостязаться со студентами последних. Не зря родители определили ее сюда в свое время. Что бы ни выбрала выпускница: музыку, литературу, хореографию, или даже биологию, ЖАИ — это было престижно.

— Я все же надеюсь, что стану не химиком, а танцовщицей, как ты. Танцы я предпочту любым наукам, — сказала Вэл.

Она врала! И я это знала. Она говорила так ради меня. Ради того, чтобы я не сошла с ума, думая о предстоящей разлуке с единственным близким мне человеком. Стихией Вэл были естественнонаучные дисциплины. Я же неплохо знала историю и биологию, но моими основными предметами были хореография и классический балет.

— Если на меня подадут несколько заявок разные театры, то я пойду в тот из них, который выберет тебя, — сказала я. — А тебя обязательно кто-то выберет! Ты классно танцуешь, Вэл!

— Никакого сравнения с тобой! Ты — гордость ЖАИ…

— О, прекрати! — я демонстративно закатила глаза перед тем, как постучать в дверь директорского кабинета и войти.

Наша директриса, Стелла, сидела с идеально прямой спиной и аккуратно сложенными руками на коленях в массивном кресле напротив нескольких голограмм с личными файлами выпускников. Настоящая статуэтка!

— Валерия Кронова и Кристина Саливанская, — озвучила она наши имена, и у нее перед глазами тут же визуализировались наши анкеты и фотографии. — Я действительно удивлена! — произнесла она и в упор глянула на меня.

Мое сердце сразу забилось быстрее.

— Валерия, дорогая, то, что ты отметила в своей анкете химию и биологию — это очень понятно и правильно. Но хореография! — Стелла неодобрительно покачала головой.

— Директор Стелла, — начала было оправдываться Вэл. — У меня есть шансы! ЖАИ выпускает лучших работников театров для Аркадии с самого Переселения…

— Достаточно! — властным голосом прервала Стелла, вновь переводя взгляд на меня. — Это еще не самое большое мое удивление. А вот что ты, Кристина, делаешь в списке биологов, ища позицию лаборанта в, как ты указала, «любой лаборатории Аркадии»?!

— Какого?.. — вырвалось у Вэл.

Она вытаращила на меня свои и без того большие голубые глаза. В них читалось негодование. Ну, это мягко сказано… Мне на секунду показалось, что она меня сейчас ударит.

— Я… Я люблю биологию, директор Стелла, — начала мямлить я, чувствуя, как учащается мой пульс.

Надо дышать. Медленно и спокойно дышать.

— Да неужели? — вскинула брови директриса. — Больше, чем танцы?

В ЖАИ ни для кого не было секретом, что ничего на свете я не любила больше, чем танцы. Они были моим воздухом. Но Вэл была моей семьей. Той самой семьей, которой лишили меня мои родители, отказавшись от меня и обрекая на одинокую жизнь сначала в интернате, а потом в закрытом женском пансионе. И я была готова хоть пробирки мыть, имея самое лучшее гражданское образование в Аркадии, только бы не расставаться с ней.

— Этому не бывать! — выпалила Вэл, сверля меня взглядом, и мой пульс застучал в висках. — Ты не можешь отказаться от своего изумительного, грандиозного будущего в лучших театрах, куда тебя непременно пригласят! Ты просто не посмеешь этого сделать! Мы же договорились, Крис! Это я приложу максимум усилий, чтобы получить место хореографа. Хотя бы помощника.

— Тогда мне все ясно, — сказала Стелла, глядя на нас обеих. — Кристина, по праву директора ЖАИ и твоего официального опекуна, я накладываю вето на заявку биолога и ставлю рекомендацию о зачислении тебя в Гранд Театр Оперы и Балета…

— Нет, нет! — запротестовала я, понимая, что Вэл никогда не получит место в ведущем театре Аркадии. — Вы мой опекун лишь до совершеннолетия. Мне исполняется восемнадцать через три дня!

— Отлично, мне этого хватит. Вы обе свободны!

— Но… — хотела было еще поспорить я.

— Обе свободны! — настойчиво повторила Стелла, и Вэл вцепилась в меня, чтобы оттащить к входной двери.

Она просто-таки выдернула меня в коридор и стремительно зашагала прочь. Мне ничего не оставалось, кроме как послушно плестись следом, борясь с тошнотворным головокружением. О да, Вэл была в бешенстве! Она же привыкла все держать под контролем и решать за нас обеих. Но я умею действовать самостоятельно. Ну, или хотя бы пытаюсь…

В раздевалку балетного класса мы вошли молча, открыв каждая свой шкафчик. Натягивая глянцевый неопреновый лонгслив, я привычно провела ладонями по бедрам, поправляя тренировочную пачку. Завязывая пуанты, я то и дело косилась на подругу. Тонкие, плотно сжатые губы и сведенные к переносице брови не оставляли сомнений — Вэл все еще злилась. А я терпеть не могла, когда мной недовольны. Особенно она.

Вэл собрала свои светлые волосы в тугой пучок на макушке и как обычно смазала непослушные выбивающиеся кудряшки специальным гелем. Она проверила завязки на пуантах и поправила свой топ, убеждаясь, что тот прикрывает ее еле заметный жирок на талии, которого, по ее собственному мнению, не должно быть у танцора. Полная чушь! В Старом Мире существовали виды танцев, где это даже приветствовалось. А для хореографа — это вообще не так важно. Но если я оставалась худой от природы, то Вэл истязала себя вечными диетами. Она мельком глянула в мою сторону, чтобы убедиться, что я готова, и молча зашла в танцевальный зал. Я снова последовала за ней.

В просторном зале с зеркальными поверхностями вдоль всех стен всегда поддерживалась оптимальная температура и влажность воздуха. Он автоматически проветривался и проходил антибактериальную обработку. Наши сокурсницы уже распределились вдоль станка, готовые приступить к разминке. Мне, как обычно, оставили мое любимое место: в углу, так, чтобы я видела себя со всех сторон, и могла сразу исправить любой недочет. Я улыбнулась девочкам, но моя улыбка тут же погасла от мысли, что очень скоро нас распределят и мы отправимся работать в разные учреждения. Тяжело вздохнув, я закинула ногу на верхнюю жердь станка, и стопа привычно заскользила по идеально гладкой поверхности, давая мышцам и связкам возможность растянуться. Блаженство! Мне сразу стало легче. Я натянула носок и развернула корпус, выворачивая тазобедренный сустав. Мое тело спокойно приняло новое положение, и рука сама неосознанно поднялась вверх. Я прогнулась назад, стремясь достать макушкой до своей закинутой на станок ноги.

В зал зашла Юмин, наша хореографичка, и мы все тут же встали в пятую позицию, положив одну руку на жердь.

— Размялись? — спросила она и, как всегда, не дождалась ответа, тут же продолжив: — Плие в первой позиции, затем релеве!

Занятие началось, и все мои мысли отошли на второй план, давая мне возможность сосредоточиться на своем теле. Я обратила внимание на то, как сильно старается Вэл.

— Кристина, девочка, — обратилась ко мне Юмин. — Выйди в центр, покажи нам фуэте!

Я уже привыкла к подобным «минутам славы»: они давно перестали вгонять меня в краску. Поэтому я быстро вышла вперед, весело подмигнув нашей подруге Малак, стоящей рядом, и, выбрав одну точку, чтобы сфокусировать взгляд, начала вращения.

Мы покинули танцевальный зал вспотевшими, как обычно, и пошли принять душ. Водой мы называли синтезированную жидкость, которая была лишь набором водородных стабилизаторов и очищенных минеральных компонентов. И она была плотнее, чем та, настоящая, которую использовали люди до Переселения. Я зажмурилась, подставляя лицо под струи. Теплая, гелеобразная жидкость стекала по моему телу, приятно лаская кожу.

Через день нас всех собрали в главном зале со сценой, который мы использовали для выступлений, где сами же и являлись зрителями друг для друга. Стелла вышла на авансцену, и мы притихли.

— Дорогие выпускники! — начала она, обведя нас довольным взглядом. — Мои девочки, моя гордость! Сегодня наступил тот день, когда пришло время войти во взрослую жизнь…

Я посмотрела на Вэл, и она протянула мне свою руку. Я тут же сжала ее в своих ладонях.

— Пришло время послужить Аркадии, став ее достойными гражданами, следуя благим целям в стремлении к миру и единству! — продолжала свою пылкую речь Стелла.

Интересно, она говорит из года в год одно и то же? Слово в слово? Я посмотрела на Малак и та, словно почувствовав мой взгляд, обернулась, дернув своими темными кудряшками, и подмигнула нам с Вэл. Малак тоже надеялась на место в театре.

— Аркадия, ставшая нашим новым домом, где нет места национальным распрям, религиозным войнам или любым иным разделяющим нас факторам, будет гордиться каждой из вас так же, как вами гордится ЖАИ! Мы все заслуживаем мирного будущего, но не надо забывать, что мир нам обеспечивает не только наше правительство, но и доблестная армия, оберегающая границы от враждебных созданий, населяющих Мертвые земли. И те из вас, кто не получит назначение на гражданскую службу, присоединятся к храбрым воинам, которые обеспечивают наше мирное существование!

Стелла начала зачитывать список, и я еще крепче сжала руку Вэл.

— Малак Шериф! Назначается в балетную труппу Театра имени Си Мун!

Я была счастлива наблюдать за радостью Малак! Ее белозубая улыбка вспыхнула на смуглом лице, казалось, она сейчас заискрится! Мы снова встретились с ней взглядами, и я улыбнулась ей в ответ.

— Валерия Кронова, — назвала имя подруги директриса, и я затаила дыхание. Стелла мешкала, а я все еще не дышала. — Не получила назначения…

Директриса перевела взгляд в зал, явно ища глазами нас двоих. Мое сердце сорвалось в бешеный галоп.

— Валерия присоединится к нашим отважным бойцам и пройдет службу в рядах армии Бастиона, — звучал наигранно торжественный голос Стеллы сквозь пелену моего сознания.

Я вспомнила, что надо дышать и судорожно втянула в себя воздух. Но было поздно. Паника уже охватила меня, желудок болезненно сжался. Я покосилась на Вэл и увидела, что та молча смотрит перед собой, слушая назначения других, словно ничего не произошло. Я почувствовала как жар разливается по моему телу. Вэл вдруг очнулась и с волнением посмотрела на меня.

— Кристина Саливанская! Назначается в Гранд Театр Оперы и Балета!

Где-то прозвучал голос Стеллы, но я уже плохо понимала, что происходит вокруг. Пульс бешено стучал в висках, глаза застилала пелена. Вэл привычным движением приложила внутреннюю поверхность запястья к моему лбу.

— Крис, детка! Ничего же не случилось! Смотри на меня! Только на меня! Давай дышать вместе! Вдоооох… Выдох. Ты горишь, Крис! Врача! Нужен лед!

Я проваливалась в темноту, чувствуя, как повышается температура моего тела…

***

Открыв глаза и оглядевшись, я поняла, что лежу в своей кровати, и жара у меня уже нет.

— С днем рожденья тебяяя, с днем рожденья тебяяя! С днем рожденья, дорогая Крис, с днем рожденья тебя! — пропела мне Вэл.

Она стояла напротив моей постели, держа в руках коробку. Ее кровать была уже аккуратно заправлена. Надеюсь, я успею встать и привести себя в порядок до того, как в нашу спальню залетят Малак, Мэй и Эмма, чтобы поздравить меня. Но тут я вспомнила, что произошло вчера, и настроение испортилось.

— Вэл, как же так? — прошептала я дрожащим голосом. — У тебя девяносто восемь баллов по химии!

— Стелла сказала, что моя заявка была слишком… неясная, — пояснила Вэл ровным голосом, демонстрируя чудеса самообладания. — А еще она предположила, что в прошлом году в лаборатории набрали очень много сотрудников, и в этом году нет дефицита в специалистах.

— Тогда почему ты такая спокойная? — с надрывом спросила я.

Вэл посмотрела на меня, нахмурив брови. Она все еще держала коробку.

— Какой смысл психовать, когда уже ничего не изменить, Крис? Это нелогично, ведь так? А потом, мне с головой хватает твоих нервов и эмоций, выплескивающихся через край, чтобы прибавить к ним еще и свои.

Выражение ее лица было чуть ли ни умиротворенным, и я никак не могла понять, как она это делает!

— Есть еще кое-что, — продолжила Вэл. — Я говорила с родителями… В общем, мой отец кое-кому позвонил, и вряд ли мне придется год бегать по Мертвым землям с оружием в руках. Бастиону тоже нужны разные специалисты.

На этих словах я наконец выдохнула и перестала дрожать. Родители Вэл были непростыми людьми, весьма обеспеченными и вращались в определенных кругах людей из высшего общества.

— Давай, детка! Открой коробку! — сказала Вэл, и я не могла ни обратить внимание, как засияли от предвкушения ее глаза, словно ей и не предстояло идти в армию.

Чтобы не расстраивать подругу, я взяла коробку и открыла ее. Заглянув внутрь, я не поверила своим глазам! Маленький пушистый комочек лежал на дне, словно мохнатый мячик. Комочек зашевелился, развернулся, и… О, Боги! Это же Дрейк-Кави! Слезы мигом навернулись у меня на глазах, когда он поднял на меня свою мордочку с бархатистым носом кремового цвета и приоткрыл большой беззубый рот. Дрейк-Кави моргнул, и его двойные уши, торчащие вверх, покрытые пучками меха цвета пудры, задрожали вместе с моим голосом.

— Он… Он бесподобен! — выдохнула я. — Ну как, Вэл? Как тебе разрешили пронести его?

— Ну, во-первых, наше обучение подошло к концу, так что… А, во-вторых, тебе разрешено завести питомца по… медицинским показаниям. Это отныне занесено в твой личный файл. Считается, что Дрейк-Кави обладают определенным энергетическим полем и хорошо влияют на нервную систему людей. Как ты его назовешь?

Дрейк-Кави были поистине удивительными существами. Мы целый семестр изучали их на курсе биологии. Зверьки были похожи на смесь морских свинок, которые жили на Земле, и дракончиков. Они обладали не только способностью успокаивать нервы, но и игривым характером, сообразительностью, невероятной интуицией и умением маскироваться, меняя окрас, или сворачиваясь в плотный шарик, который было сложно отличить от мячика. А еще они были дорогими. Очень дорогими. Сколько же депозитов выложили родители Вэл, чтобы подарить мне его?

— Чайковский, — сказала я. — Я назову его Чайковский.

Я достала Дрейк-Кави из коробки и положила себе на живот: он задергал ушами и завилял маленьким хвостом с кисточкой, а из полуоткрытого, растянутого словно в улыбке рта, по шерсти стекла капля слюны и упала на мое одеяло.

Подруги ворвались ко мне, не дожидаясь, пока я умоюсь и причешусь. И вместе мы провозились с моим питомцем все утро, передавая его с рук на руки и препираясь из-за того, чья очередь чесать ему брюшко. Чайковский млел от внимания и высовывал язык от удовольствия.

Все впятером мы пропустили из-за этого завтрак и пошли в столовый зал уже на обед. Чайковский сидел у меня на плече, с любопытством рассматривая все вокруг. Поставив питательные смеси на подносы, мы сели за свободный стол у окна, и я заметила, как младшие ученики указывают на меня и ахают от удивления.

— Что ты теперь будешь делать, Вэл? — спросила Эмма, и Малак тут же перевела на нее негодующий взгляд.

Наша Эмма всегда отличалась прямолинейностью.

— Мне пришла повестка, я должна прибыть в Распределительный Центр Бастиона уже завтра…

Моя ложка выпала из рук и упала на пол, звонко стукнув об поверхность. Я быстро юркнула за ней под стол, чтобы успеть закрыть глаза и подышать. Чайковский затоптался у меня на плече и выпустил свои маленькие коготки, которые впились в мою кожу. Я айкнула и пришла в себя.

— Крис! — окликнула меня Малак. — Ты как?

— Все нормально! Со мной все нормально. Это просто… ложка.

Я вылезла из-под стола и поймала на себе встревоженный взгляд Вэл. Ох, Вэл! Вместо того, чтобы переживать из-за того, через что ей предстоит пройти в армии, она волновалась о моем психическом состоянии. Я просто не могла допустить, чтобы она думала обо мне, когда ей было необходимо позаботиться о себе самой. Пришло время мне перестать быть ее центром внимания и опеки. Вэл нужна была себе!

— Я подумала, — начала я. — Служба в армии — это неплохо… Вернее, это очень даже почетная миссия. Нет, не так… Это то, как мы действительно можем быть полезными Аркадии. Правительство столько всего делает для нас. Человечество, наконец, обрело мир и гармонию. Но этот мир хрупок… Он нуждается в защите! Поэтому, это самое почетное назначение из всех, что мы получили!

Я закончила свою мотивационную речь, которая больше предназначалась для Вэл. За нашим столом повисло молчание, никто не ел, девочки смотрели на меня с открытыми ртами. Даже Чайковский притих у меня на плече.

— Крис права, — наконец прервала тишину Эмма. — Служба в армии — это благородно и даже здорово! Наверное… А еще, — она вдруг разулыбалась, — в Бастионе полно парней!

— Прекрати, Эмма!

— О, Эм, пожалуйста!

Но мы все же не смогли сдержать смех.

— Не просто парней, а мужественных, сильных, смелых, высоких, мускулистых парней! — нисколько не смущаясь, продолжала наша подруга. — Поэтому, я считаю, мы все должны завидовать Вэл, так как она определенно первая из нас найдет себе пару!

— Вот уж не факт! — фыркнула Мэй. — Первой будет Крис. Она у нас красотка! С такой внешностью у нее будет море поклонников, и кто-то из них наверняка украдет сердце прима–балерины Гранд Театра!

Девочки смеялись, а я лишь громко сглотнула и натянула на лицо улыбку. Мне было совершенно плевать на поклонников! Моя подруга завтра отправится в Бастион! Мой мир готов был рухнуть!

И тут я приняла решение. Решение, о котором не собиралась сообщать Вэл, чтобы она не смогла меня отговорить. Вэл не отправится туда одна!

Глава 2.

Шаттл привез меня на станцию, которая так и называлась — «Распределительный Центр». Что ж, уже неплохо: я сама нашла свою остановку и теперь осталось дойти до сортировочного блока Бастиона, чтобы получить направление в одно из подразделений. Вэл наверняка волнуется, думая, как я доберусь одна до места, которое находится на самой границе с Мертвыми землями. «Ты чокнутая! Ты ненормальная! Да ты даже не дойдешь до Центра самостоятельно!» — и бла-бла-бла, и тому подобное, — это были последние сообщения на моем коммуникаторе от нее. Что ж, я собиралась удивить подругу, прибыв вовремя и без приключений. В конце концов, мне было уже полных восемнадцать!

Вэл сначала притворилась, что не собирается со мной больше общаться после того, как я сообщила ей, что отказалась от назначения в Гранд Театр и отправляюсь в Бастион добровольцем. Но до этого она успела мне сообщить, что ее распределили в военную биохимическую лабораторию, что было совсем неплохо. Быть может, их впечатлят мои баллы по биологии и меня возьмут самым младшим помощником? Все же в ЖАИ нам дали хорошее образование. В любом случае, это всего лишь на год. Конечно, год без ежедневной танцевальной практики на мне скажется. Но я не собираюсь расслабляться и найду время заниматься самостоятельно. А через год службы я снова подам заявку. Может Малак замолвит словечко и нас с Вэл обеих примут в театр Си Мун?

Приободренная этой мыслью, я включила навигатор на своем браслете, и передо мной раскрылась визуальная проекция того самого места, куда мне надо было попасть с маршрутом и всеми необходимыми подсказками. Я огляделась по сторонам: пустыня, пустыня, пустыня… Да, без навигатора я бы точно не добралась!

Кругом расстилалась бескрайняя, мертвенно-серая, потрескавшаяся от невообразимой сухости почва. Местами она переходила в барханы из крупного песка металлического оттенка, который искрился под бледным солнцем. Воздух дрожал от раскаленного марева, искажая горизонт, где высились причудливые каменистые хребты. Их иззубренные вершины, словно кости какого-то гигантского, вымершего существа с Земли, пронзали пыльное, оранжевое небо, по которому текли редкие, медленные облака из минеральных испарений. Иногда сквозь песок просвечивали фиолетовые жилы неизвестных мне руд. Ни одного строения, ни одного указателя, лишь безмолвная, враждебная красота нашего нового мира.

Я достала флягу из своего рюкзака, чтобы смочить пересохшее горло. Безвкусная, чуть вязкая жидкость мгновенно утоляла жажду, оставляя легкое металлическое послевкусие. Каждая порция была результатом сложного, энергозатратного процесса, и я старалась делать лишь небольшой глоток, чтобы растянуть запасы до прибытия в Бастион. Чайковский лежал на дне рюкзака, свернувшись в комочек, и спал.

В учебниках по истории я читала, что в Старом Мире, еще до Переселения, вода текла реками, образовывая огромные пресные водоемы и впадая в настоящие моря. Целые океаны соленой воды простирались на тысячи километров. Но это было на Земле. До того, как мы сделали ее непригодной для жизни.

В Аркадии, обнесенной силовыми полями от пыли, тоже были аквапарки и искусственные пляжи. Это было настоящей роскошью, доступной лишь самым обеспеченным гражданам или в качестве редкого государственного поощрения. Лично я была там лишь однажды, когда нас всем классом вывезли покататься на водных горках, и даже тогда запах хлорированной синтетической воды казался чем-то невероятно экзотическим, чем-то из моих любимых учебников по истории.

Я уткнулась носом в проекцию, боясь сбиться с маршрута, и зашагала вперед, стараясь не волноваться. Меньше всего мне сейчас хотелось поддаться панике, ведь Вэл не было рядом, а значит, приводить меня в чувства было некому. Вдыхать пыльный, неочищенный, раскаленный воздух было непривычно, а все новое меня тревожило. Я обогнула один из каменных хребтов и снова посмотрела на голограмму, чтобы убедиться, что я на верном пути.

Завернув за утес, все еще не отрываясь от проекции, я вдруг влетела во что-то и от страха взвизгнула так, что у меня у самой чуть не лопнули перепонки. Я выдохнула, поняв, что это был всего лишь новобранец: какой-то парень в форме бежевого цвета, судя по которой он скорее всего был выпускником одной из военных академий. Я задрала голову, потому что он был значительно выше меня, и виновато посмотрела ему прямо в глаза.

— Какого хрена! — выругался он, и я по привычке огляделась, высматривая индикаторы нецензурной речи, которых, конечно же, здесь не было. — Эй, что с тобой? Ты незрячая?

Его голубые глаза сверлили меня, готовые проделать дырку. Нас обдало порывом ветра с песком, и я закашлялась, хватаясь рукой за горло. Он же молча натянул какую-то повязку, закрыв половину лица.

— Я… Нет, я вижу! — сказала я, наконец перестав кашлять. — Прости!

Он молча и внимательно разглядывал меня какое-то время, а потом скинул с плеча рюкзак и достал оттуда отрез материи.

— Вот, держи! — велел он, протягивая мне повязку. — Иначе наглотаешься пыли и попадешь прямиком в медблок по прибытии. Пыль может содержать частички вредных минералов…

— Я знаю, — перебила его я, беря повязку и завязывая ее на шее. — Я читала об этом. Просто… Мне нужен кислород, чтобы… не начать задыхаться, если у меня участится пульс и я… в общем…

Он странно смотрел на меня, подняв одну бровь и слегка склонив голову набок. Его светлые волосы были довольно коротко острижены. Широкие плечи и высокий рост говорили о хорошей физической форме.

— Ты тоже идешь на Сортировку? — удивленно спросил он.

— «Сортировку?» — повторила я.

— Распределительный Центр Бастиона, — пояснил он, снова посмотрев на меня с удивлением.

— А, да…

— Боги! Тебя то куда? — в сердцах сказал он. — Не получила назначение?

— А, нет! Получила, — сказала я правду. — Я доброволец.

Он аж склонился надо мной, внимательно разглядывая, словно я была музейным экспонатом. Его взгляд скользил по мне, выискивая подтверждение тому, что я действительно могу быть добровольцем.

— Доброволец? — наконец сказал он. — Ты серьезно? Добровольная служба в армии — это не прогулка с подружками, это…

— Опасно, — перебила я. — Я знаю. Но я думаю, что получу место младшего сотрудника в биохимической лаборатории Бастиона. У меня неплохие баллы. Моя подруга, она уже там…

Я все еще говорила, когда парень развернулся и зашагал прочь. Я последовала за ним, довольная тем, что не придется искать пункт назначения самой.

Звук наших шагов гулко отражался в воздухе, а ветер зловеще свистел в ушах. Поравнявшись с ним, я облизнула пересохшие губы и заметила, как он глянул на меня и резко отвел взгляд.

— А ты? Как твое имя? — спросила я, стараясь не отставать. — Ты тоже доброволец?

Он хмыкнул.

— Рэй. Я не доброволец, но на другое назначение я не рассчитывал, — сказал он и наморщил лоб. — Слушай, малая, ты бы подумала еще раз насчет службы в армии. Может твое назначение еще в силе? Куда оно было, кстати?

— Театр Оперы и Балета, — ответила я и снова влетела ему в спину, потому что он вдруг встал как вкопанный.

— В смысле? Ты даже не спортсменка? — спросил Рэй, обернувшись и с подозрительным прищуром глядя на меня сверху вниз.

— Нет. Я танцовщица. А ты?

Наверное, он решил, что я все же чокнутая. Потому что мы так и стояли, пока он молча на меня пялился.

— Тактическое многоборье, — наконец удосужился заговорить Рэй. — Мой отец и старший брат — оба были военными, десантно-диверсионная группа Дельта. Слышала?

Я отрицательно помотала головой. Его голос был низким и глубоким, немного грубоватым, но приятным. Не то, чтобы у меня был большой опыт общения с противоположным полом, но мне почему-то нравилось его слушать. Было в нем что-то еще. Что-то, что я пока не могла понять: еле уловимый запах, только вот, чего?

— Слушай, малая, ты в полном дерьме! Говорю тебе как есть. Очень надеюсь, конечно, что тебя распределят в медблок медсестрой, или оператором в командный пункт…

— Э-э… Не нагнетай, ладно? Я и так волнуюсь и, поверь, тебе не понравится, если у меня случится приступ паники, потому что полагаю, что льда в твоем рюкзаке нет. И прекрати на меня таращиться, словно я…

— Ненормальная?

— Да! Я нормальная. Просто нервная. И, кстати, у меня есть имя.

— Неужели?

— Кристина. Можно просто Крис.

— Вот что, просто Крис, меня скорее всего распределят в Дельту или Альфу. Без шансов, что мы с тобой увидимся, если, конечно, тебе не повезет устроиться в медблок, а мне не повезет попасть в твою смену на диагностику. Поэтому, вряд ли мне стоит запоминать твое имя.

Рэй снова зашагал вперед. В его голосе звучало некоторое беспокойство, и я подумала, что он лишь пытается казаться равнодушным говнюком. Я ускорила шаг, чтобы догнать его. И в тот самый момент, когда мы вновь поравнялись, раздался оглушительный хлопок, и из-под земли вырвалась струя газа. Меня тряхнуло, и я вдруг начала проваливаться.

Я вскрикнула от ужаса, когда не почувствовала опору под ногами, и инстинктивно стала цепляться руками за твердую поверхность, чувствуя, как сползаю вниз. Рэй схватил меня за руку, но мой рюкзак вдруг слетел с одного плеча, и я еле удержала его свободной рукой. Мое сердце бешено колотилось, когда Рэй вытянул меня наверх и тут же обхватил, накрывая собой. В этот момент раздался второй хлопок. На нас обрушился град мелких камней с землей, и я замерла, молясь всем Богам подряд. Рэй прижимал меня к себе, держа мою голову так, что я носом упиралась ему в шею. Я зажмурилась, а потом все стихло. Бум-бум-бум-бум… В моих ушах раздавалось его мощное сердцебиение.

Первое, что я увидела, открыв глаза, была его шея, которая… этот запах! Я только что чуть не умерла, но думала о том, чем пахнет от парня… Наверное, я действительно чокнутая.

— Что с твоими глазами? Ты цела? — спросил Рэй, привстав на руки и с волнением разглядывая меня.

Я все еще лежала под ним, а он крутил мою голову, проверяя, нет ли ран.

— Все нормально, — откашливаясь от песка, ответила я сдавленным голосом. — А что с моими глазами?

— Да они вроде как… Мне показалось, что они светились, словно от радиации…

Рэй все еще смотрел на меня, а я в свою очередь разглядывала его. Мы оба молчали какое-то время, пока я не сообразила, что ситуация становится неловкой.

— Это выброс подземного газа, не так ли? Я чуть не скатилась в образовавшийся котлован, когда ты поймал меня. Спасибо!

Рэй кивнул, быстро встал и протянул мне руку.

Не успела я встать, как тут же кинулась к своему рюкзаку, который валялся рядом и принялась судорожно его расстегивать, чем привела Рэя в замешательство. Когда я откопала среди своих вещей Чайковского и издала облегченный выдох, тот скрипнул и засопел. И тут Рэй подошел ко мне, выхватил рюкзак у меня из рук и уставился на моего питомца.

— Что это?!

— Дрейк-Кави…

— У тебя действительно не все в порядке с головой, если ты думаешь, что можешь вот так просто притащить его в Бастион! Это не курорт, малая!

— Мне можно, у меня в личном файле указано… Что по медицинским показаниям… — я мямлила и сама понимала, как глупо выгляжу.

— По медицинским показаниям? У тебя что, особая диета? Ты сожрешь его в какой-то момент?

С недовольным лицом я вырвала у него свой рюкзак и, погладив Чайковского, вновь затянула завязки.

— Я надеюсь, что на Сортировке мы будем проходить психиатрическую экспертизу!

— Почему?

— Потому что ты ее не пройдешь! И тогда тебя отправят в твой гребаный театр!

Я сердито нахмурилась, отряхнула лицо и одежду от песка, и мы продолжили идти.

Дальнейший путь до Сортировки прошел без приключений.

Центр Распределения Бастиона оказался больше, чем я его себе представляла. Он напоминал космический шаттл, вросший в стену каньона, через который тянулся мост, позволяя пройти над ущельем. Идя по мосту, предназначенному также и для транспорта, я посмотрела вниз и поняла, что на дно ущелья можно попасть на лифтах, спускающихся сверху из Центра.

Ко времени нашего прибытия воздух раскалился до того, что обжигал мне легкие при каждом вздохе, и я была рада, когда мы попали в прохладное внутреннее помещение. Мы шли по коридорам, следуя голосовым подсказкам для новобранцев, и Рэй все время настороженно косился на меня, словно ожидая, что я сотворю что-то не адекватное.

— Слушай, малая, — заговорил он. — Мой отец служил вместе с полковником, который теперь командует Бастионом. Я попробую добиться встречи с ним и поговорить о тебе.

— Обо мне? — удивилась я.

— А о ком еще? Ты не понимаешь, куда ты попала! Залетишь в пехоту — все! Тебе не выжить!

— Почему я должна залететь в пехоту?

— Потому что тебя не возьмут в спецподразделения! Ты… Ты маленькая, слабая и у тебя не в порядке с головой! Но проблема в том, что ты гребаный доброволец! А необходимость в отчаянно бегущих на врага еще никто не отменял!

— Ты волнуешься за меня? — спросила я невинным голоском, желая разрядить угнетающую обстановку, и вновь влетела Рэю в спину, еле успевая за ним все это время, потому что он резко остановился.

Он медленно повернул голову в мою сторону и наклонился ко мне. Рэй явно планировал сказать что-то язвительное, но сдержался. Я почему-то нервно сглотнула, вновь почувствовав этот волнительный запах, исходящий от него, и отвела взгляд, решив сменить тему.

— Твой отец, он на пенсии?

— Нет! Он погиб при исполнении! — раздраженно рявкнул Рэй, отворачиваясь от меня.

— Прости…

— За что? Бойцы Дельты редко доживают до старости. Как и бойцы других подразделений. Но не бери это в голову! Ты-то наверняка попадешь в местную театральную студию!

— Здесь есть театральная студия? — ахнула я от удивления и тут же зажала себе рот ладошкой, понимая, что несу полную чушь.

Но Рэй уже, похоже, не удивлялся. Он молча и оценивающе смотрел на меня, подняв одну бровь, а потом пробурчал что-то себе под нос и снова зашагал по коридорам, на этот раз схватив меня за лямку рюкзака, таща за собой.

— Не понимаю! Куда твои родители смотрели? — ворчал Рэй. — Доброволец…

— У меня их нет. У меня никого нет, кроме Вэл. А она не получила назначения и будет проходить службу здесь, в биохимической лаборатории, — объяснила я и почувствовала, как Рэй сбавил темп и ослабил хватку.

Мы вошли в ярко-освещенное помещение приемного центра, оборудованного огромным количеством голографических экранов. Все сотрудники были одеты в белоснежные комбинезоны и ловко перемещались между экранами на мобильных аэростульях. Мне бросилось в глаза, что у помещения было несколько выходов, каждый за отдельной дверью.

Нас попросили присоединиться к другим новобранцам и встать в один ряд с ними. Среди ребят были парни и девушки, и далеко не все они были такими высокими и крепкими как Рэй. Поэтому я даже немного расслабилась.

Прошла пара часов, пока каждого из нас поместили в специальный саркофаг, чтобы получить данные о состоянии нашего здоровья, мышечной массе, росте, весе и всего прочего. У нас также взяли кровь на анализ и каждому задали несколько вопросов. В основном они касались мотивации служить в рядах армии и наших собственных пожеланий в выборе подразделения.

Мы сели ждать решения о том, куда нас распределят, когда в приемный центр зашел боец в черной форме. Он обвел нас внимательным взглядом и задержался… на мне? Нет. Конечно, нет. На Рэе. Они оба были сложены примерно одинаково, словно принадлежали к какому-то особому подвиду людей. Я заметила на его черной куртке знак отличия и поняла, что он из командного состава. Сказать, какое у него звание, я, конечно, не могла, потому что не разбиралась в званиях. Но этого и не понадобилось. Все сотрудники в белых комбинезонах сразу вытянулись:

— Сержант Дэвис! Слушаю!

— У меня недокомплект! Второй «двухсотый» за месяц, — сказал он с чувством. — Возьму себе в отряд курсанта. Только так, чтобы он не сдох во время первой же вылазки. Что у вас есть?

— Рэй Картер, — не задумываясь ответил сотрудник в белом, и я невольно схватила Рэя за рукав. Но Рэй, казалось, даже не удивился. — Двадцать лет, мастер спорта по тактическому многоборью, рост сто девяносто четыре, вес восемьдесят девять. После окончания военной академии прошел углубленную практическую подготовку на полигонах Мертвых земель. Имеет опыт затяжного десантирования, прицельной баллистики, разведки в условиях нулевой видимости, сертифицирован для управления штурмовыми грави-платформами и байками. Потомственный военный.

Все это сотрудник видел на экране перед собой. Рэй повернулся ко мне и нахмурил брови, увидев мое лицо. Наверное, я не успела скрыть свое беспокойство.

— Что с показателями? — спросил сержант.

— Отличные показатели, вот, посмотрите сами, сержант!

— Да перестань, Тао! Ты же знаешь, о каких показателях я спрашиваю.

— Да, сержант. Как раз получили генетический профиль, — сотрудник быстро заскользил пальцами по сенсорной панели, считывая данные. — Генная модификация присутствует! Показатель тестостерона — 2 750 нанограмм на децилитр, что превышает норму почти в три раза!

— Отлично! Который?

Сотрудник в белом указал на Рэя, и я поняла, что мы возможно больше никогда не увидимся. Если, конечно, я действительно ни окажусь в медблоке.

— Поздравляю, боец! Добро пожаловать в спецподразделение оперативно-маневренного реагирования Альфа! Меня зовут Рик Дэвис. Поступаешь под мое командование в первый отряд.

Сержант подошел к Рэю и приветливо улыбнулся ему, хлопнув по плечу. Я стояла рядом, чувствуя непонятную тяжесть в груди. И вдруг он перевел взгляд на меня, и его лицо вытянулось. Сержант долго смотрел на меня, будто ища что-то, прищурив взгляд. Рэй умудрился так громко сглотнуть, что я это услышала.

— А это что? — спросил он сотрудника в белом, не отводя от меня взгляда, и в его голосе отчетливо читалась настороженность.

— Эта точно не к вам, сержант! — уверенно ответил сотрудник. — Кристина Саливанская, доброволец, — он хмыкнул и продолжил. — Недостаток мышечной массы…

— Да я это и без тебя вижу, Тао! — гаркнул Рик в ответ. — Что с показателями?

— У кого? У нее?.. — растерялся Тао.

— Твою же мать…

Сержант подошел ко мне почти вплотную, и я готова была поспорить, что у него дернулись ноздри. Он с силой втянул в себя воздух, а вслед за этим на его лице расплылась довольная ухмылка.

— Вызывайте полковника! У нас врожденная Альфа!

— Сержант? — Тао перевел удивленный взгляд на меня, а потом снова на Рика. — Да быть не может… она не дотягивает ни до одного показателя… генетический профиль еще не готов, но…

— Да я без профиля вижу! — Рик скрестил руки на груди, не переставая разглядывать меня с головы до ног.

Он вдруг наклонился ко мне, и я почувствовала его запах. Тот же странный, неизвестный мне запах, очень похожий на тот, который исходил от Рэя. От волнения мое сердце забилось быстрее, и мне пришлось резко вдохнуть.

— Ну привет, милая! — заигрывающим тоном обратился ко мне сержант, и я затаила дыхание. — Ну что? Будем ждать результатов, или вызовете уже Грома?

Говоря это, Рик развернулся так, чтобы не загораживать меня от сотрудников в белом. Они все уже собрались напротив, побросав свои дела. Меня разглядывало с десяток любопытных глаз.

— Твою же мать! — не выдержал Тао. — Ее радужка! Она люминесцирует… Это же…

— Аурное сияние врожденной Альфы, редчайшая мутация! — продолжил за него Рик. — У меня от нее волосы дыбом на коже встают. И не только волосы…

Он насмешливо хмыкнул, а меня бросило в жар. Я готова была провалиться сквозь землю от смущения. Мое дыхание, которое я так старательно пыталась контролировать, окончательно сбилось. Я дышала часто и быстро. Не знаю, что нашло на Рэя, но этот болван вдруг вышел вперед и загородил меня собой.

— Она со мной! — сказал он, глядя на Рика, и тоже скрестил руки на груди.

— Полегче, новенький! Хочешь в штрафроту залететь? Расслабься! Доброволец пройдет серию тестов, и вы оба зачислены в мой отряд! И… Туго тебе с ней придется, конечно, — признался сержант. — Ты слышал, Тао? Первый отряд! Джейку ни слова! Представляю его рожу…

Рик снова ухмыльнулся и вышел из приемного центра. А я тем временем почувствовала, как жар поглощает меня. Вцепившись в куртку Рэя, я согнулась и принялась судорожно втягивать в себя воздух.

— Ты что, малая?

Он развернулся и подхватил меня, потому что мои ноги перестали слушаться.

— Эй, вы чего застыли?! Вы что, не видите — ей плохо?! Вызывайте медиков! — рявкнул Рэй, перехватывая меня под локоть. — Что нужно сделать, Крис? Ты же вся горишь!

— Ль-ль-лед… — едва выдавила я.

— Фиксируйте показатели! Эмоциональный триггер запустил нейрохимический каскад, — раздался бесстрастный голос Тао. — Термический индекс… сорок с половиной. Частота сердечных сокращений — двести семнадцать… двести двадцать пять! Стабильный метаболический разгон!

— Прекратите это немедленно! — прорычал Рэй так, что я невольно вздрогнула и начала часто моргать, пытаясь сбросить пелену с глаз.

Я почувствовала резкий холод у висков и короткий укол в предплечье. Дыхание начало выравниваться, а жар медленно отступать. Рэй приложил руку к моим щекам и ко лбу. Он сидел на корточках и держал меня на одном колене.

— Что это сейчас было?! — он обвел гневным взглядом сотрудников, которые продолжали что-то помечать в своих голослайдерах.

— Перед нами врожденная Альфа, Alpha Innata, — пояснил Тао, глядя на меня с почти религиозным благоговением. — Редчайшая форма генетической девиации.

— Вы только что чуть не дали ей сгореть заживо! — рявкнул Рэй.

— Ошибаетесь, боец, — снисходительно отозвался Тао. — Ее физиология адаптирована к критическим температурам. Она не умрет от гипертермии. Те приступы, которые в ее личном файле ошибочно классифицировали как панические атаки, на самом деле — фаза инициации. Стресс активирует защитный протокол, высвобождая ее Альфа-сущность, ее мутацию. Перед вами не просто курсант, Картер. Это потенциальное оружие массового поражения.

— Не заговаривай мне зубы, Тао, — злобно прозвучал голос Рэя. — Оружие массового уничтожения запрещено конвенцией Аркадии, иначе, с тварями бы сражались не мы… Что такого может сделать с акрида-тварями врожденная Альфа, ростом полтора метра и весом сорок пять килограмм?

— Э! Я вовсе не полтора метра, — сказала я, полностью придя в себя. — Сто шестьдесят шесть!

— Что здесь происходит? — прогремел мужской голос у нас над головами.

— Полковник!

Мы все повскакивали на ноги и вытянулись по струнке. Мне не нужно было быть опытным бойцом, чтобы понять, как действовать. Голос полковника не оставлял никаких шансов для иной реакции. Он медленно обвел нас тяжелым взглядом. Когда его глаза остановились на Рэе, полковник на мгновение замер. Между его бровей пролегла глубокая складка, а во взгляде мелькнуло удивление. Но это длилось лишь секунду. Полковник тут же переключился на ученых.

— Полковник Громов, мы проводим первичную верификацию Alpha Innata! — отчитался Тао.

— Тестируете? — с подозрением в голосе спросил Громов, разглядывая меня. — Где заключение по анализу ДНК? Кто сказал, что она врожденная Альфа?

— Сержант Рик, полковник. Он лично подтвердил первичную реакцию и уже определил ее в свой отряд.

— Какой шустрый! — хмыкнул Громов. — Мне кто-нибудь покажет заключение? Кто она вообще такая? Кто родители?

Странно, но сотрудники Бастиона имели привычку игнорировать обсуждаемых и переговариваться исключительно между собой, будто нас здесь не было.

— Саливанская Кристина, сведений о родителях в личном файле нет, росла в интернате как отказник, обучалась в Женской Академии Искусств, имеет высокие баллы по биологии, основная специализация — хореография и… — сотрудник в белом комбинезоне просто прилип к экрану носом, видимо, боясь ляпнуть чушь. — Классический балет. Это танцы такие…

— Я в курсе! Как она вообще сюда попала?

— Доброволец, полковник, — словно не доверяя самому себе и данным, робко сказал сотрудник.

— Полковник! Протокол исследования Саливанской!

В комнату забежал очередной парень в белом комбинезоне, и выглядел он взволнованным.

— Она… не… — задыхался он. — Она не Alpha Innata! Она — Alpha Innata Dominans!

— Доминантная Альфа?! — брови полковника взметнулись вверх.

— Так точно! Vis Prima Genita! Она — уникальна!

Не могу сказать, что я не привыкла ко вниманию, но сегодня его было слишком много! Все так и таращились на меня по очереди. А я уже полчаса переминалась с ноги на ногу и ничего не понимала в том, о чем они говорят. Какое отношение эта мутация имеет к моей службе в элитном подразделении? Как мне это поможет? У меня вырастут мышцы, как у Рэя? Я буду убивать тварей в Мертвых землях одной левой? Чушь какая-то! Я должна была получить распределение в лабораторию или медблок! Где же моя Вэл?!

— Ты что-то хочешь сказать, курсант? — спросил меня Громов.

— Да. Где у вас тут туалет?

Глава 3.

Я — курсант элитного военного подразделения. Я врожденная доминантная Альфа… Сколько раз я ни пыталась внушить себе новости последнего часа, идея не приживалась. Нас вели в раздаточный блок, где выдавалось снаряжение и проводился инструктаж. Никто из новобранцев, прибывших с нами в один день, больше не был зачислен в Альфу, только мы с Рэем.

Перед тем, как нас отпустили, мне нанесли специальные татуировки на оба запястья при помощи сфокусированного лазерного луча, которые обозначали мою природную Альфа-сущность, о наличии которой я до сегодняшнего дня не подозревала. Нейро-реактивный матрикс был введен с высокой точностью так, чтобы чернила были интегрированы с нервными окончаниями и капиллярами, обеспечивая чувствительность к биохимическим изменениям в моем организме. Татуировка была золотого цвета и при эмоциональном возбуждении или стрессовой ситуации, когда мой организм реагировал, должна была люминесцировать. Получается, если мне приснятся ночью кошмары, то мои татуировки будут светиться в темноте.

— Это ваша боевая форма, — сказала женщина, выдавая одежду угольно-черного цвета. — Костюм изготовлен из прочного, легкого и "дышащего" материала на основе графена и углеродных нанотрубок. Он обладает высокой устойчивостью к физическим повреждениям, экстремальным температурам и радиации.

— Радиации? — не удержалась я и икнула.

— Вам предстоит работать в разных условиях, курсант, — пояснила она. — И, да, в Мертвых землях есть зараженные участки. Не переживайте, вам выдадут маски и полную экипировку при необходимости.

— О, ну тогда полный порядок! — мой голос прозвучал слишком высоко, и я просто затылком почувствовала, как Рэй ухмыльнулся.

— Бастион обнесен силовыми полями от пыли, но в Мертвых землях придется использовать маски.

Женщина выкладывала перед нами все и новые предметы одежды и экипировки.

— Ваши индивидуальные жилые модули расположены по соседству и доступны вам обоим по отпечаткам пальцев, — продолжила женщина, и от меня не скрылся брошенный ею лукавый взгляд на Рэя. — Они оборудованы внутри всем необходимым, чтобы вы полноценно восстанавливались. Там есть зона отдыха и спальная зона. Кровать встроена в нишу с обивкой из звукопоглощающей ткани. Матрас с эффектом памяти и биометрическими датчиками, которые подстраивают температуру под фазу сна бойца. В санузле душ имеет встроенную систему дезинфекции, это важно после вылазок в Мертвые земли. Там даже есть кухонный блок! — на последних словах ее голос прозвучал особенно торжественно. — Питание организованное, строго в отведенные часы, но можете заполнить индивидуальную охладительную камеру фруктами и напитками.

— Фруктами? — удивилась я. — Настоящими фруктами? Из агрокомплекса?

— Да, конечно! Аркадия обеспечивает военных всем самым лучшим! Ваши модули окнами выходят на зону отдыха и пляж. Искусственный, разумеется, — уточнила она, пресекая очередное мое изумление.

— Расписание тренировок? — спросил Рэй. — Оружие?

— На данном этапе с формой вы получаете лишь кинжалы. По восемь на каждого. Квантовый деструктор тебе, боец, выдаст командир отряда, а курсант получит его только после прохождения обучения. Расписание тренировок уже загружено в ваши табельные браслеты. А теперь, сдайте, пожалуйста, личные коммуникаторы.

— Сдать?! — вырвалось у меня.

— Да, курсант. Никаких коммуникаторов.

— А как же я смогу общаться со своей подругой? Она тоже проходит службу здесь, в Бастионе!

— Мне очень жаль, но таковы правила, — отрезала она, и я поймала на себе взгляд Рэя, в котором чувствовалось сочувствие.

Трясущимися руками я быстро набрала: «Найди меня! Я в Бастионе, распределена в первый отряд спецподразделения Альфа. Скучаю!» И отправила сообщение Вэл.

— А теперь предъявите ваши личные рюкзаки для досмотра.

Рэй быстро раскрыл свой рюкзак и заслонил меня, встав впереди. Воспользовавшись моментом, я заглянула в свой и убедилась, что интуиция Чайковского не подвела, он плотно свернулся в калач. Я протянула сотруднице свои вещи, и она принялась рыться в моем рюкзаке.

— Что это? — она с удивлением протянула мне открытый обувной мешок.

— Пуанты, — спокойно ответила я и услышала громкий вздох Рэя. — Я танцую. Это не запрещено?

Моей задачей было не потерять танцевальную форму за год службы. Женщина посмотрела на меня так, словно у меня рога выросли. А потом продолжила обыск.

— А это что? — спросила она, достав волосатый мяч.

— Массажный мяч. У меня боли в пояснице из-за прогибов. Это не запрещено?

План А: врать, надеясь, что сотруднику не доводилось раньше держать в руках Дрейк-Кави. План Б: переходить к личному файлу и медицинскому предписанию, если доводилось.

Судя по тому, что она все еще молча таращилась на меня, — не доводилось.

Нам объяснили, как добраться из раздаточного блока к жилым модулям, а план Бастиона уже был загружен в наши браслеты. Рэй выглядел очень задумчивым и промолчал почти всю дорогу. А мне, в свою очередь, было просто необходимо поговорить с кем-то и обсудить произошедшее. Но личные коммуникаторы у нас отняли. Что ж, буду действовать поэтапно: обустроюсь, подумаю как найти Вэл, а завтра мы уже должны приступить к тренировкам.

Все жилые модули были пронумерованы. Я приложила палец к сенсору на входе, и дверь отъехала, пропуская меня внутрь. Сотрудница была права: здесь имелось все необходимое для проживания и отдыха. Но выглядело это все таким… чужим и непривычным. Я вытащила из рюкзака Чайковского, чтобы он тоже мог осмотреться, и подошла к окну. Сняв затемнение, я сощурилась от того, как яркий, золотистый свет закатного солнца залил мне глаза, и ахнула от восторга. За окном раскинулся песчаный пляж! Конечно, закат был голограммой, а море — лишь волновым бассейном, но, Боги, как же потрясающе это выглядело! Я дотронулась до сенсора и перевела окно в режим проветривания. Имитация волны создавала характерный шум прибоя. Высунув голову наружу, я заметила слева натянутую сетку и бойцов, собравшихся для матча в стэйтик. Мне просто необходимо было поделиться всем с Вэл! Но ее не было рядом… Схватив Чайковского, я стала кружиться с ним по модулю, а потом, зацеловав его мордочку, посадила на свою кровать и выбежала на улицу.

Модуль Рэя была соседним. Все они располагались рядами, в два яруса: нижний и верхний. Наши находились на нижнем и выходили на общую платформу. Я постучала по матовому пластику — тишина. Постучала громче, а потом, повинуясь внезапному импульсу, приложила палец к сенсору. Я ждала красной вспышки отказа, но замок негромко лязгнул, и к моему удивлению панель ушла в стену.

Внутри все выглядело так же, как и у меня, с той лишь разницей, что Рэй уже успел разложить на кровати свои вещи, а на полу валялись ботинки, штаны и рубашка. Серый диван, панорамная голографическая панель на всю стену, сразу за ней — крошечный кухонный блок со столешницей из искусственного камня и встроенной охладительной камерой, где за прозрачной дверцей в неоновом свете стояли напитки. Тут был даже компактный синтезатор еды.

Пока я разглядывала его жилое пространство, Рэй вышел из душевой в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер, и, увидев меня, застыл. Я же невольно уставилась на его натренированное тело и капли, стекающие с коротких волос по шее. Опомнившись и поняв, что застала его врасплох, я резко развернулась на пятках и заговорила, стоя к нему спиной.

— Там закат, — ляпнула я первое, что пришло в голову, не помня, что собиралась сказать ему. — Очень красиво! Из твоего окна такой же вид…

— Крис, все нормально? — спросил он хрипловатым голосом, подходя к окну.

Казалось, его нисколько не смущало, что он в одном лишь полотенце. А меня это очень смущало!

— Ладно, я зайду попозже. Когда ты оденешься, — сказала я и почувствовала, как меня бросило в жар. — Не то, чтобы ты меня приглашал… Просто, если ты не против…

— Как ты вообще вошла? — спросил он с ноткой упрека в голосе.

— Мой отпечаток сработал. Видимо, они там решили, что мы вместе… Или, это какой-то сбой, — пробормотала я.

— Крис, твои глаза… Они снова… Ладно, не важно. Ты стучись в следующий раз, ладно, малая? — попросил он уже без всякого упрека.

— Да, конечно, — робко выдавила я и попятилась спиной к выходу, налетев на подлокотник дивана.

— Осторожно! — Рэй дернулся вперед.

— Все нормально! Я в порядке! — заверила я, встав с дивана, на который неуклюже завалилась, и торопливо вышла вон.

Забежав к себе, я бросилась к охладительной камере в поисках льда и обрадовалась, когда нашла его там. Приложив холод к вискам, я заставила себя дышать ровнее. Перед моим взглядом все еще стоял голый торс Рэя, его мышцы, блестящие капельки жидкости, оставшиеся на ключицах, белое полотенце, довольно низко сидящее на бедрах. О, Боги! Я понятия не имела, что это так на меня подействует. Но я должна научиться брать себя в руки, ведь дни в женской академии закончились. Я в Бастионе! Здесь полно парней, и если я каждый раз буду так реагировать, то никакого льда мне не хватит.

Занятая своими мыслями, я вдруг боковым зрением заметила, как Чайковский беспокойно мечется по моей постели. Какая же я дура! Он не может сам забираться на кровать и спускаться с нее. Я взяла его на руки, и он тут же разместился на плече, сопя мне прямо в ухо. Мне стало щекотно, и я засмеялась, а он радостно завилял коротким хвостом. Я посадила его на столешницу моего кухонного блока, чтобы полюбоваться его милой мордочкой, и тут мой взгляд привлекла доска для резки, сделанная из какого-то полимерного соединения. Такие доски редко использовались в домах, ведь все пищевые смеси потреблялись нами уже в готовом виде, а настоящие, выращенные в почве фрукты и овощи, мало кто мог себе позволить.

Я взяла ее в руки и увидела вырезанные на ней надписи. Наверняка они были сделаны одним из кинжалов, которые выдали и мне. Это были имена… Имена курсантов, которые жили здесь до меня, и список был длинным. Некоторые были вырезаны уверенной рукой, другие словно второпях, с кривыми зазубринами. Я коснулась пальцами самых старых борозд, забившихся серой пылью. Кто эти люди? Где они теперь? Ответ был на обороте, вырезанный крупными буквами:

«Добро пожаловать в Бастион. Убей тварь или умри!»

По моей коже пробежала нервная дрожь, и Чайковский сразу запросился обратно на руки. Мне захотелось выйти на воздух.

Я оставила протестующего Чайковского на полу и выскочила наружу, задыхаясь от избытка эмоций. Обойдя свой модуль, я оказалась на краю общей платформы. Уцепившись за поручни, я зажмурилась, подставляя лицо ласковому движению воздуха — безупречной имитации морского бриза, созданной системой климат-контроля.

— С тобой все в порядке?

Я вздрогнула от неожиданности, услышав за спиной негромкий вопрос. Но тут же успокоилась, узнав низкий, чуть вибрирующий голос. Рэй.

Он встал рядом, и мы вместе замерли, глядя на то, как безупречная голограмма заката окрашивает мерные волны бассейна в розовое золото. В этом месте все было слишком красивым, чтобы быть правдой.

— Да, — соврала я. — Мне просто захотелось подышать.

Рэй подошел ко мне вплотную и взял меня за запястье, проверяя пульс. На этот раз на нем была одежда. Однако меня это не успокоило.

— Что так взволновало тебя на этот раз? — спросил он, глядя на меня сверху вниз. — Твой пульс… Это просто невероятно!

— У тебя есть доска для резки на кухне? — спросила я, поднимая на него глаза.

Он смотрел на меня молча, выгнув одну бровь.

— Мне надо привыкнуть к твоим странностям, да, малая? Доска для резки? Это, безусловно, первое, что я проверил. Понятия не имею! Иди, смотри.

Я не стала отказываться. Мне вообще не хотелось оставаться одной. Зайдя к нему, я сразу прошла к кухонному блоку и быстро нашла то, что искала. Та же надпись и тот же список, но уже других имен.

«Добро пожаловать в Бастион. Убей тварь или умри!»

Я чувствовала, что мое дыхание снова сбилось. Рэй подошел сзади и посмотрел мне через плечо.

— Этот список, — начала я. — Они все погибли?

— Или вышли на пенсию по инвалидности. Тебе так легче?

— По инвалидности… — промямлила я.

— Слушай, ты словно вчера родилась, малая… Аркадия воюет с акрида-тварями со времен Переселения. Мы сражаемся и умираем, понимаешь? Тебе надо перестать вести себя как напуганный ребенок и найти в себе силы и храбрость. Ты должна проявить свою эту Альфа-сущность. Иначе…

— Я погибну в первом же бою… Я понимаю.

— Хорошо, что понимаешь, — сказал Рэй и взял меня за плечи. — Перестань дрожать! — властно приказал он. — В Бастионе нет места страху! Есть только ярость, отвага и стратегическое мышление. А теперь успокойся.

Его тон так резко смягчился, что я чуть не расплакалась. Но смогла взять себя в руки и кивнула головой.

Через несколько минут я уже шла босиком по островатому песку, наслаждаясь свежим очищенным воздухом и шумом прибоя. Дойдя до играющих бойцов, я замешкалась, пожалев, что рядом нет Рэя. Он бы точно знал, как вести себя с ними. Разделившись на две команды, они перекидывали мяч через сетку. Это походило на волейбол, в который играли в Старом Мире, с той разницей, что при игре в стэйтик-бол участники надевали специальные заземляющие браслеты, чтобы их не ударило током от собственного паса. Из-за трения о песок, содержащего металл, при прыжках и падениях постоянно возникали статические разряды. Искры во время матчей были привычным делом, а после игры волосы участников обычно стояли дыбом от накопленного электричества.

Я подошла ближе и улыбнулась игрокам, заметив на себе несколько вполне дружелюбных взглядов. Ребята все были крепкого телосложения, высокими и плечистыми. И все без футболок… Я сглотнула, вспоминая слова Эммы.

— Привет! Я новенькая, — начала я. — Меня зовут Кристина.

— Подойди ближе, Кристина, — услышала я низкий, бархатистый голос и опешила, когда мой взгляд уперся в его обладателя.

Игра прервалась, другие бойцы расступились, давая мне возможность пройти. Мои ноги словно сами вели меня к нему. Как завороженная, я подошла к самой сетке и уставилась в темно-карие глаза. Он стоял на другой стороне площадки и тоже внимательно меня разглядывал. Темная челка падала на лицо, вспотевшие волосы прилипли к коже. В какой-то момент он сделал резкий шаг вперед и, схватившись обеими руками за сетку, дернул ноздрями. И тут я снова почувствовала уже знакомый, таинственный запах, и у меня чуть не подкосились ноги.

— Так значит, это правда, — сказал кареглазый боец. — В первом отряде врожденная Альфа! Что ж, добро пожаловать в Бастион, детка! Готов лично тебе здесь все показать.

Его довольная ухмылка оголила белоснежные зубы, и я поняла, что все еще пялюсь на него. Сделав робкий шаг назад, я уперлась во что-то.

— Малая со мной, — прозвучал голос Рэя у меня над головой, и он тоже вцепился обеими руками в сетку, подражая бойцу.

Я оказалась зажата между двумя здоровыми парнями, которые молча сверлили друг друга взглядом.

— Возможно, временно, курсант! — бросил боец, и я заметила, как они оба буквально впились пальцами в веревки. — Ты не сможешь ее удержать, кишка тонка!

— В отличии от твоей, которая наверняка набита дерьмом!

— Слушай, олух, ты либо очень тупой, либо отчаянный, — рассмеялся кареглазый парень, и другие бойцы подхватили его смех. — Давай выясним это прямо сейчас! А то больно у твоей девчонки глаза светятся, когда она чует меня. Не хочу терять время…

И тут я услышала, как Рэй зарычал в ответ и почувствовала спиной, как напряглись все его мышцы. Он дернул сетку на себя и прохрипел сквозь зубы:

— Если тебе так не терпится начать харкать кровью, то поехали!

Мое сердце рвалось из груди, а голова кружилась так, что если бы сзади не стоял Рэй, я бы уже свалилась на песок. При мысли о том, что они начнут сейчас драться, я почувствовала, что мне отчаянно не хватает воздуха. А запах… этот чертов запах, исходящий от них, просто сводил меня с ума.

— Ты труп, придурок, — процедил боец. Его лицо исказилось, в глазах вспыхнула нескрываемая ярость. — Проваливайте все! Очистить периметр! Никто не вмешивается, ясно?!

— Не вмешивается во что? — холодный голос Рика заставил толпу расступиться.

Сержант шел к нам тяжелой, уверенной походкой. — Какого хрена тут происходит, Джейк? Почему ты вцепился в моего бойца?

— Твой курсант нарывается! — огрызнулся Джейк, не выпуская сетку из рук. — Этот щенок решил, что может бросать мне вызов.

— Чуваки, может вы просто спустите штаны и померитесь? — подал голос симпатичный кудрявый парень, маячивший за спиной Рика.

Он широко улыбнулся, и в его взгляде читалось искреннее веселье.

Напряжение лопнуло. Толпа взорвалась хохотом.

— Заткнись, Салли! — бросил Джейк.

В его голосе все еще слышалось раздражение, но злоба ушла. Кудрявому удалось разрядить атмосферу.

— Мой рядовой, — с нажимом поправил Рик, подходя вплотную к Джейку. Затем он перевел взгляд на Рэя: — Остынь, парень. Никто не собирался обижать твою подружку. Особенно сержант Джейк Райли, командир второго отряда. Ему просто иногда нужно напоминать, что он уже вырос из песочницы.

— Твоему рядовому не помешало бы вправить мозги, — бросил Джейк.

— Хватит, Джейк. Оставь его в покое, — отрезал Рик. — Парень взялся нести ответственность за доминантную Альфу. Отсюда и нервы.

По толпе пронесся дружный вздох. Смех мгновенно стих. Джейк вновь перевел на меня взгляд, полный удивления, после чего на его лице появилась довольная ухмылка. Его темные глаза сверкнули, но он отпустил сетку и сделал шаг назад, не переставая изучать меня. Рэй тоже отпустил сетку и положил руку мне на плечо.

— Салли, — Рик обратился к весельчаку, который все еще продолжал улыбаться во весь рот, словно все происходящее его сильно забавляло. — Объясни курсанту как тут все устроено, а мы пока сыграем.

Рэй на секунду замешкался, но все же убрал руку и отошел от меня, не спуская глаз с Джейка. Я набрала побольше воздуха в легкие и выдохнула.

— Пойдем, курсантка! — весело сказал Салли. — Пусть альфа-самцы немного выпустят пар.

Он запустил руку в свои очаровательные светлые кудри, глядя на меня с такой искренней улыбкой, что я невольно улыбнулась ему в ответ.

Мы отошли подальше и встали так, чтобы видеть всю зону отдыха, жилые модули за ней и дорожку для трекинга и пробежек.

— Ты действительно Alpha Innata Dominans?

— Я сама узнала об этом только сегодня, — призналась я. — И понятия не имею, что это значит.

— Это значит, что ты…

— Крис.

— Что ты, Крис, сильнее любого Альфа-бойца в Бастионе. А значит, и во всей Аркадии.

— Вот уж, нет! — рассмеялась я. — Это точно не про меня! Я не знаю, о какой именно силе идет речь, но меня точно нельзя назвать ни храброй, ни сильной.

— Это мы еще посмотрим! А пока, слушай меня, Крис, — он попытался изобразить серьезное выражение лица, но у него словно не было такой опции в организме. — Не переходи дорогу Бите ни при каких обстоятельствах!

— Бите? Это что за имя такое?

— Рита-Бита. Это за ее правый хук. Поверь, лучше на себе не проверять! Вон она, стоит рядом с длинноногой блондинкой. У Биты отвратительный характер, но она первоклассный боец! Бесстрашная, как сам черт!

Я перевела взгляд и увидела крепкую, высокую девушку c наполовину обритой головой. Черные волосы свисали со второй половины, частично прикрывая ухо. Ее бицепсы были сплошь покрыты татуировками, и руки выглядели скорее как мужские, чем женские. У меня не было никакого желания переходить ей дорогу!

— А кто эта красивая девушка рядом с ней? — спросила я, и мне почему-то показалось, что я ее где-то видела.

— Это Лиза-Рысь. Чемпионка Аркадии в спринте. Боги, какая же она быстрая! — объяснил Салли, явно любуясь стройной длинноволосой блондинкой, которая, скрестив на груди руки, судя по всему, о чем-то спорила с Битой. — Рысь добрая, ее нечего опасаться. А вот та брюнетка в плавательном костюме тоже может доставить тебе неприятности.

— Почему?

Я удивленно дернула плечами, глядя на девушку с темными волосами, которая собрала их в пучок, явно планируя искупаться. На вид она была хрупкой, практически такой же, как я.

— Это Кэт. Кошка-Кэт. И это не из-за того, что она царапается, — усмехнулся Салли. — Она дерется на ножах лучше любого парня. Свои кинжалы она ласково называет «коготками» и почти никогда с ними не расстается. Кэт меткий стрелок, а метнув кинжал, может с первой попытки попасть атакующей акрида-твари прямо в глаз. Но она стерва. Безбашенная, опасная стерва. Так что, держись от нее подальше.

Я нервно сглотнула, не понимая, почему кто-то в принципе может что-то иметь против меня.

— Откуда берутся все эти прозвища?

Довольная улыбка растянулась на лице Салли.

— Их даю я, конечно! И тебе, и твоему парню я тоже придумаю. Сегодня же!

— Я вся в предвкушении! — сказала я, демонстративно закатив глаза, и Салли рассмеялся. — Но, Рэй не мой…

— Слушай дальше, Крис, — перебил меня весельчак. — Джейк и Рик — сержанты наших отрядов. Может показаться, будто они не очень ладят, но это не так. В бою они не раз выручали друг друга. Они профессионалы, самые настоящие машины для убийств. Если бы у твоего парня хватило глупости сцепиться с Джейком, то я не уверен, что он бы вообще выжил.

— Рэй не мой…

— Джейк очень легко заводится и быстро выходит из себя. И да уберегут тебя Боги попасться ему под руку в этот момент! У него может попросту сорвать крышу, когда адреналин зашкаливает. Впрочем, с его показателями это неудивительно.

— Показателями?

— Ага. Наши мутации. Отклонения от нормы. У Джейка самый высокий уровень тестостерона в Бастионе. Он просто гребанный монстр! И он, конечно, захочет пометить территорию. Сделать тебя своей.

Я замерла, глядя на него в упор:

— Это еще с какой стати?

— Потому что ты — Альфа, Крис. Джейк чувствует тебя. Чует, если быть точным. С этим инстинктом не поспоришь. Мы все тебя чуем.

— Чего? — протянула я и уставилась в изумлении на Салли.

— Ну да, — он довольно усмехнулся, глядя на мою реакцию. — Мы как стая, понимаешь?

Я не понимала. Это звучало как какой-то бред. Но я почему-то кивнула головой в ответ.

Мой взгляд невольно вернулся к площадке. Здоровенные парни впечатывали мяч в песок с такой силой, что, если бы он попал в меня, я бы превратилась в мокрое пятно. Их мышцы поблескивали от пота. Я нервно сглотнула.

— Может ты также знаешь, почему светится, то есть люминесцирует моя радужка?

Салли на мгновение замер, а затем расхохотался. Он смеялся долго, пока я молча закипала от ярости.

— Ты правда не знаешь? И твой парень не в курсе? — он хмыкнул и запустил пятерню в свои кудри. — Крис, это же элементарно. Ты так реагируешь на «своих».

— Своих?

— Ты считываешь наш гормональный фон. Твой организм распознает мутацию, чует адреналин и буквально «подсвечивает» ответную реакцию. Биологический отклик.

— Что?! Нет, Салли, это звучит слишком... примитивно! — я шагнула к нему и в шутку толкнула в грудь, не в силах больше слушать его самодовольное ржание.

— Как скажешь, Крис! — он легко отшатнулся, вскидывая ладони в примирительном жесте. — Как скажешь. Поэтому я и говорю: хорошо, что ты здесь с парнем. Тебе нужен кто-то, кто будет отгонять остальных самцов.

На этот раз я не стала его поправлять.

Скрестив руки на груди и изобразив возмущение на лице, я все же решила продолжить разговор.

— А в Альфе есть пары? — спросила я, и Салли хмыкнул.

— Ну… Бывает всякое! — сказал он, не пытаясь сдерживать улыбку, которая ему чертовски шла. — Вон, тот, что на подаче, — это Ким. Просто Ким. Этот здоровяк непробиваемый на эмоции, если его не разозлить, конечно. Он, вроде как, парень Биты. Хотя, там сложно сказать, кто чей парень!

Салли сам рассмеялся своей шутке, и это был такой заразительный смех, что я тоже засмеялась.

— Ты не сказал мне свое прозвище, Салли! — все еще улыбаясь, заметила я.

Он прищурился, глядя на меня, словно ждал, что я должна сама догадаться.

— Джокер, — ответил он. — Салли-Джокер!

— Рада познакомиться с тобой, Салли-Джокер! — абсолютно искренне сказала я.

— Я тоже, рад, Крис! Кстати, какой у тебя основной вид спорта?

— Ну… я занималась… классикой, в основном.

— Легкая атлетика, — додумал за меня Салли. — Значит, Рысь обретет конкурентку!

Это вряд ли! Бегаю я отвратительно, хотя танцевать могу часами. Мои ноги были отлично натренированы, также я прекрасно переносила кардио нагрузки. Но с бегом у нас не сложилось.

— Если парни попадают сюда из-за мутаций, — начала я, — то девушки должны быть спортсменками?

— Этого недостаточно! — улыбнувшись, ответил Салли. — Представь, у них тоже есть мутация: сверхвысокий показатель Миелиновой плотности.

— Показатель синаптической проводимости, — задумчиво произнесла я. — Их нервная система реагирует быстрее, отсюда — скорость реакции и координация…

— Верно! — удивился Салли. — А ты соображаешь, Крис! И ты — уникальна! Твоя мутация сможет спасти сотни жизней. Когда проявится…

После того, как Салли рассказал мне про особенности бойцов, а также про внутреннее устройство Бастиона, он перешел к процессу подготовки курсантов. Со слов Салли, мне предстояло два месяца обучения перед тем, как я смогу принять участие в настоящем бою. Всего лишь два месяца! Чему я вообще успею научиться за столь короткий срок? Рэя это и вовсе не касалось. У бойцов тоже были тренировки, и многие из них были совместными с курсантами. Но у Рэя была военная академия за плечами, а значит, он уже мог участвовать в сражениях.

Когда мой вводный инструктаж был завершен, Салли по-дружески потрепал меня по волосам и, пожелав мне удачи, пошел к парням, чтобы присоединиться к игре. Я же решила искупаться, пока у меня была такая возможность.

Стянув с себя шорты и футболку, я осталась в плавательном костюме. Мне совсем не хотелось привлекать к себе внимание, но когда я проходила мимо играющих бойцов, то услышала посвистывания в свой адрес. Задрав подбородок, я проигнорировала их.

Мне уже доводилось купаться в бассейне, правда, это было всего лишь раз. Я не умела плавать, но море не было настоящим. Это была лишь имитация морского дна и синтезированная вода с волнами. Но это обстоятельство никаким образом не могло повлиять на то ощущение восторга, которое охватило меня, когда тело погрузилось в прохладную жидкость! Волны перекатывались, сталкиваясь друг с другом, образуя белую пену, искрясь оранжевыми отблесками на закате. Мой рот растянулся в счастливой улыбке, и я смело шагнула вперед, будучи уверенной, что перепада глубины в бассейне быть не должно. Но тут волна захлестнула мне лицо, и я оступилась, полностью уйдя под воду. Течение затянуло меня, и я с удивлением обнаружила, что ноги не достают до дна.

Начав барахтаться и отчаянно махать руками, я запаниковала и от страха открыла рот, судорожно глотая воду. Не знаю, сколько бы времени ушло на то, чтобы захлебнуться, но внезапно я почувствовала, как меня обхватили чьи-то руки и вытащили наверх.

Рэй держал меня на руках, а я кашляла, как ненормальная, отрыгивая воду прямо ему на плечо.

— Ты как, малая? Что случилось? — с беспокойством в голосе спрашивал Рэй, но ответить сразу я ему не смогла.

Он вышел со мной на берег, когда я продолжала сплевывать воду, крепко вцепившись в него руками, обхватив за шею.

— Я не знала, что там так глубоко, — наконец смогла объяснить я.

— Дай догадаюсь: ты не умеешь плавать! — сердито сказал Рэй.

— Не умею, — виновато призналась я.

— Тогда какого черта ты туда полезла?!

Рэй был зол. Его сердце часто билось. Бум-бум-бум-бум… Так сильно, что я слышала удары, все еще прижимаясь к его груди. Я убрала прядь мокрых волос с глаз и увидела, что все наблюдают за нами. Смотрят, как я вырыгиваю воду, давясь в рвотных позывах.

— Я хотела искупаться, — сказала я, чувствуя себя идиоткой.

— Я поседею с тобой раньше времени, малая! — буркнул Рэй и понес меня через пляж в сторону жилых модулей под бурные овации обоих отрядов.

— Эй, Ромео! Тебе помочь? — услышала я игривый голос Салли и последовавшие за этим смешки. — А ты шутница, Малая! — продолжил он. — Даже мне фору дашь!

Итак, Салли-Джокер дал нам прозвища, как и обещал.

***

Рэй открыл мою дверь, приложив свой палец к сенсору, и только тогда поставил меня на ноги.

— Тебе надо принять душ, — сказал он голосом, не терпящим возражений. — Ты сможешь сама выставить нужную температуру воды на регуляторе? Градусы отобразятся на панели…

— Ты серьезно? — я недовольно зыркнула на него. — Я может и росла почти в полной изоляции, но я не тупая!

Рэй, засранец, пожал плечами, двусмысленно выгнув бровь, и быстро ушел.

Зайдя в душевую, я уставилась на панель, которая походила на ту, что увидишь лишь в космических челноках. Начав нажимать все подряд, я даже не смогла настроить достаточный напор, которого бы хватило, чтобы промыть мои длинные густые волосы. В ЖАИ все выглядело совершенно иначе. Черт! Ругаясь на себя, я побрела к Рэю.

Он еле сдержал улыбку, обнаружив меня все в том же виде у себя на пороге. Этот засранец молча ждал, прекрасно понимая, с какими сложностями я столкнулась, вынуждая меня объясняться. Но надо отдать ему должное, долго уговаривать помочь его не пришлось.

Приняв душ, я натянула на себя тренировочные штаны и первую попавшуюся майку, обмотав волосы полотенцем, и села на кровать. Мне так нестерпимо хотелось поделиться всем с Вэл! Только Боги знали, как я по ней скучала! Достигнув состояния пощипывания в носу, я вдруг вспомнила, что не сказала Рэю спасибо за свое спасение. Было уже довольно поздно, а это значит, что мне предстоит провести свою первую ночь в полном одиночестве. Если не считать Чайковского, конечно.

— Привет! — как можно непринужденнее сказала я, когда Рэй открыл дверь.

— Ты… не знаешь как выключить душ? — с издевкой в голосе спросил он.

Я проигнорировала его подкол и, не дожидаясь приглашения, прошла внутрь. Рэй уже убрал всю свою одежду, и теперь его жилище внутри выглядело точно так же, как мое. Я уселась на кровать, скрестив босые ноги и развязала полотенце, высвобождая мокрые волосы. Разделяя пряди пальцами, я принялась подсушивать их. Задумавшись о чем-то, я даже забыла, что нахожусь не у себя, пока мой взгляд не встретил удивленное выражение лица Рэя.

— О, совсем забыла, — спохватилась я. — Спасибо тебе, что ты вытащил меня из воды сегодня…

— Спасибо, что спас тебя? — перефразировал он. — Пожалуйста.

Я все еще сидела, молча теребя мокрые пряди.

— Что-то еще, Крис? — спросил Рэй немного нервно, как мне показалось.

— Прости! Я тебе мешаю?

— Мешаешь? — растерянно переспросил он. — Да… В общем, нет.

— Я просто не привыкла жить одна, понимаешь?

Рэй удивленно поднял бровь.

— Ты хочешь… жить у меня? — задал он прямой вопрос, и я перестала трепать волосы. — Давай перетащим твои вещи, я не против! Это даже лучше, чем знать, что ты завалишься ко мне в любую минуту или, что еще хуже, не справишься с бытовыми приборами и навредишь себе.

— О, нет! Нет, ты не так меня понял… Я не могу так просто переехать к парню…

Рэй задумчиво смотрел на меня какое-то время.

— Слушай, малая, я не особо какой романтик, если честно. Ты скажи прямо, ты хочешь потрахаться? Ну… Я не знаю, что еще думать, — объяснял он, глядя как я сползаю с его кровати в полном ужасе. — Ты сидишь у меня на постели, в майке на голое тело…

Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание и попятилась назад. Жар мигом разлился по моему телу, а сердце забилось так быстро, словно я час подряд крутила фуэте. Продвигаясь спиной к выходу, ошарашенно уставившись на Рэя, я наткнулась на его ботинки и рухнула на пол.

— Крис!

Рэй сделал шаг ко мне, но я выставила руки вперед, показывая ему, чтобы он не приближался. Вставая с пола, я умудрилась вновь завалиться и воткнулась лбом в дверную панель. Рэй снова рванул ко мне, но я уже открыла дверь и практически вывалилась наружу.

— Ненормальная!

Услышала я перед тем, как панель за мной задвинулась.

Я забралась к себе на кровать, забыв поднять Чайковского, и закрыла лицо руками, зажмурившись. Меня раздирало от чувства стыда, смущения, негодования. Я вела себя как полная идиотка! И тут в дверь постучали.

— Крис, открой! — Из-за двери послышался голос Рэя. — Открой, или я сам открою!

Я не сдвинулась с места.

— Ну, как знаешь! — сказал Рэй и вошел.

Он с беспокойством уставился на меня. Он что, решил, что я тут рыдаю? Я может и чокнутая, но не настолько!

Рэй подошел ко мне и сел на кровать рядом, задумчиво потирая шею, словно подбирая слова.

— Я понял, малая, — наконец выдавил он. — С тобой надо выбирать выражения. Прости! Я все забываю, что ты этот… культуролог.

— Дело не в этом! — бросила я.

— А в чем? — искренне поинтересовался он.

— Я боюсь засыпать одна, — призналась я и снова закрыла лицо руками от смущения.

Рэй, похоже, уже привык к моим странностям, хотя мы и провели вместе всего лишь один день. Он не стал высмеивать меня, а молча ждал продолжения.

— Мне очень не хватает Вэл! И я никогда в жизни не спала одна, как бы по-идиотски это не звучало!

— Щенок не считается? — на полном серьезе спросил Рэй, и я убрала руки от лица, многозначительно посмотрев на него.

— Дрейк-Кави, — поправила я. — Его зовут Чайковский.

— Чай… что?

— Чайковский. Это был такой композитор в Старом Мире. Он жил очень давно и писал прекрасную музыку, под которую до сих пор делают танцевальные постановки в театрах.

— Писал музыку?

— Да, сейчас в это сложно поверить, но в Старом Мире люди сами придумывали и писали музыку. По нотам, представляешь?

Рэй так смотрел на меня, словно не представлял.

— И ты мечтала танцевать под его музыку в театре, а вместо этого попала сюда? — с сочувствием в голосе спросил он.

И тут меня прорвало! Я зарыдала так, что мои плечи заходили ходуном. Чайковский метался по полу, словно сойдя с ума. На целый год для меня закрыта сцена! Возможно, я никогда больше не получу предложение стать примой в театре! И осознание этого вместе с тем, что мой план проходить службу вместе с Вэл провалился, и нам даже нельзя общаться, болью разлилось по всему телу.

Рэй подсел ближе и сгреб меня в объятия. Он молчал, видимо, не зная, что тут можно сказать. Слушая размеренные удары его сердца, я, как ни странно, начала успокаиваться и вскоре заикала.

— Давай, малая, ложись, — наконец сказал Рэй. — Я посижу с тобой, пока ты не уснешь.

Он помог мне залезть под одеяло, как следует меня накрыв, и сел рядом на край кровати. Чайковский залез ему на ботинок и стал перебирать короткими лапками.

— Он, кажется, собирается обдуть мне ногу, — сказал Рэй ровным голосом.

— О, нет! Он не может сам забраться на кровать. Его надо подсадить, — пояснила я. — Дрейк-Кави очень умные, он ходит в туалет в специально отведенное место, — сказала я и зевнула, одновременно икнув.

Получилось так громко, что Рэй вдруг рассмеялся. Я первый раз увидела, как он хохочет. Он был… очень, очень красивым, особенно, когда не хмурился. Рэй аккуратно взял Чайковского двумя руками и стал внимательно рассматривать его мордочку. Мне сложно было сказать, кто из этих двоих был симпатичнее, и я улыбнулась этой мысли. Чайковский радостно завилял хвостом, когда оказался на моей простыни и быстро закопался в складках ткани.

Я закрыла глаза, пытаясь заснуть как можно скорее, чтобы не задерживать Рэя. День выдался сложным и волнительным, а что будет завтра, я понятия не имела. Перед тем, как провалиться в сон, я почувствовала, как Рэй аккуратно убирает пряди волос с моего лица.

Свет софитов был направлен на меня, отчего я с трудом могла разглядеть лица зрителей и то, лишь на первых рядах. Зал был полным, а я исполняла главную партию. Сделав серию пируэтов, я перешла на алясгон и сразу исполнила прыжок в диск. Аплодисменты не стихали, пока я не проснулась.

Глава 4

Глава 4.

Я открыла глаза. Моя щека была прижата к полу с темно-серым полимерно-композитным покрытием. Это были толстые, износостойкие маты, предназначенные для поглощения ударов от падений и тяжелого оборудования, при этом обеспечивающие превосходное сцепление. Несмотря на многочисленные потертости, глубокие царапины и следы ударов, материал казался почти новым, а мелкие повреждения выглядели как шрамы, полученные в бою. Очередное падение на мат в очередной раз выбило из меня дух.

— Вставай, курсант! Еще раз! — прозвучал суровый голос Рика надо мной.

Тренировочный зал, скорее, напоминал собой бункер, чем обычный спортзал. Его высокие, сводчатые потолки были испещрены толстыми, открытыми вентиляционными каналами и громоздкими силовыми кабелями. Стены были покрыты панелями, на которых виднелись выцветшие трафаретные надписи: предупреждения, имена или мотивационные лозунги отрядов, которые проходили здесь службу. Светодиодные ленты, установленные в несколько рядов на потолке, отбрасывали холодный, белый свет, безжалостно выхватывая каждую каплю пота и пылинку.

Мне никак не удавалось преодолеть рукоход, сделанный из массивных металлических труб, прикрепленных к потолочным балкам. Трубы оказались слишком толстыми, что не позволяло мне плотно обхватить их. И я вновь сорвалась.

— Эй, Рик! Это никуда не годится! — сказала проходящая мимо Бита, с презрением глядя на меня сверху вниз. — Она завалит нам показатели отряда!

— Это все еще мой отряд, Бита! — рявкнул в ответ наш командир. — Я сам разберусь со своими курсантами! Малая, вставай! — сказал он уже мне, и его голос выдавал нетерпение. — За мной!

Я приложила все усилия к тому, чтобы выпрямиться, расправить плечи и изобразить ледяное выражение лица. Но, шагая вслед за Риком, я чувствовала каждую ноющую мышцу в своем теле. Мы дошли до стены в самом конце зала, где висели мишени.

— Ты когда-нибудь метала ножи?

— Нет.

— Кинжалы с собой?

— Да, — уверена ответила я, словно их наличие само по себе что-то значило.

Я достала один из кинжалов, который был закреплен на поясе, и Рик вложил мне его в руку.

— Запомни, Малая, я не выдам тебе деструктор, пока не увижу, что ты знаешь как прицельно бить по мишени. Возьми кинжал за лезвие, вот так. Прицел — через ноготь большого пальца. Никогда не опускай руку ниже мишени. А что с твоими ногами? — в недоумении спросил Рик, глядя вниз.

Я тоже посмотрела на свои ноги и обнаружила, что стою в третьей балетной позиции, вывернув стопы.

— О, прости…

Отступив одной ногой назад, я перевела вес на переднюю ногу. Рик просунул свою ступню между моими и в нетерпении стал сам корректировать стойку.

— Чуть больше половины веса на опорную ногу, — продолжал он инструктаж.

Странно, но мне нравилось ощущать металл в руке. Я держала кинжал за лезвие, не боясь порезаться, и медленно работала корпусом и рукой, представляя траекторию полета ножа. Перенося вес тела с ноги на ногу, я кайфовала от ощущения контроля над предметом, представляющим опасность. Мне настолько не терпелось метнуть кинжал, что мое дыхание вдруг участилось.

— Бросок! — скомандовал Рик, и я с радостью выполнила команду.

Кинжал глубоко вошел в очерченную на стене мишень. Нет, я не попала в центр, но я попала! На моем лице расплылась улыбка, и я перевела взгляд на сержанта.

— Ты точно не метала ножи или что-то подобное раньше? — спросил он и прищурил глаза, глядя на меня.

— Нет! — уверенно ответила я и почувствовала, как Рик взял меня за запястье, проверяя пульс.

На его лице появилась довольная улыбка.

— Тебе нравится, не так ли?

Я утвердительно кивнула головой. После этого Рик попросил меня бросить нож еще несколько раз, корректируя мои движения. Каждый раз я попадала по мишени, но не в самый центр. Хотя пару раз кинжал оказывался совсем близко.

— Тренируйся, Крис! Каждый день! И не только в метании. Занимайся дополнительно, готовь свое тело…

— К чему? — спросила я, неровно дыша, то ли от усилий, то ли от возбуждения.

— Два месяца, Малая. У тебя два месяца, чтобы догнать отряд и не погибнуть в первом же бою. Сейчас ты очень сильно отстаешь от других курсантов. Когда проявится твоя Альфа-сущность…

— Если она проявится…

— Когда, — настойчиво повторил Рик. — Тебе будет легче, но не настолько легко, чтобы выносить спарринги с теми, кто физически сильнее тебя. Ты должна научиться быть ловкой, проворной, бить точно в нужные места, правильно падать и быстро вставать на ноги. Понятно?

Я молча кивнула головой.

После того, как я закончила метать кинжалы, Рик и Джейк позвали оба отряда на пробежку. Мы бежали десять километров, наматывая круги вокруг тренировочной базы. Последние три километра все бежали уже без меня…

Пищевой блок представлял из себя просторный зал с рядами столов и стульев. Вдоль стены были выставлены витрины, поддерживающие нужную температуру, либо подогревая, либо охлаждая пищевые смеси. В охладительной витрине красовались свежие овощи, зелень и фрукты, и мой желудок громко заурчал от предвкушения! На полусогнутых шаркающих ногах я с максимально возможной на данный момент скоростью поплелась прямо к ним. Набрав полный поднос, я обнаружила, что большинство столов уже заняли курсанты и бойцы, разбившись на группы.

В ЖАИ мы тоже сидели кучками по интересам и возрастам. Я стала искать глазами Рэя, но заметив, что он сидит с другими бойцами, решила не мешать ему. Пройдя мимо нескольких рядов со столами, я получила ни одно приглашение присоединиться, но так и не решилась подсесть к абсолютно незнакомым парням. В итоге я подошла к столу, за которым сидели Рысь и Бита.

— К вам можно? — спросила я, указывая взглядом на свободное место.

Бита передвинула свой поднос на это самое место и медленно подняла на меня глаза. Они были карими, как у меня, но темнее.

— Отвали, недоразвитая! — бросила Бита, и я опешила от такой грубости, молча замерев с подносом.

— Э, Рита, полегче! — возмущенно сказала сидящая рядом с ней Рысь. — Что тебе сделала эта девочка?

— Она — слабое звено нашего отряда! — настойчиво произнесла Бита, и я удивилась, насколько низко звучал ее голос. — И я не собираюсь прикрывать ее задницу только лишь потому, что она альфа-самка!

— Доминантная Альфа, — поправила ее Рысь. — Садись, Кристина.

— Н-нет, спасибо, — не сразу выдавила из себя я и попятилась от них к свободному столу.

Мне больше не хотелось испытывать судьбу. Что ж, посижу одна. Сев за последний стол, я сглотнула комок в горле, борясь с желанием отдаться воспоминаниям о том, как весело нам было в ЖАИ. Но тут мой взгляд уперся в Рэя, который сел напротив меня и стал перекладывать упаковки смесей разной формы со своего подноса на мой.

— Что это? — я удивленно уставилась на него. — И почему ты не сидишь с бойцами?

— Белки, — ответил Рэй, игнорируя второй вопрос. — Тебе надо набирать вес, малая. Белки, жиры и углеводы. Сбалансированное питание. Слышала?

Я кивнула головой, глядя на целую гору питательных смесей на своем подносе.

— Ешь! — скомандовал Рэй, и сам принялся за свою еду.

Он ел с таким аппетитом, что, глядя на него, невольно захотелось есть. Я раскрывала упаковки, поглощая их содержимое, когда вдруг заметила краем глаза, как на нас пристально смотрит одна девушка. Это была Кошка-Кэт из второго отряда. О, да она просто не сводила глаз с Рэя!

***

Мои ноги заплетались, когда мы шли к нашим модулям в конце тренировочного дня. Сегодня даже закат и прекрасная зона отдыха не вселяли в меня бодрость. Зайдя к себе, я сразу побрела к кровати и завалилась на нее, раскинув в стороны руки и ноги. Рэй вошел следом за мной.

— Я пойду сыграю с парнями в стэйтик, — сказал он, но у меня не было сил болтать с ним. — У тебя нет планов утонуть, или упасть и удариться головой? Уйти, заблудиться?

— Я не сдвинусь с этого места, — пробормотала я в ответ, не в состоянии пошевелиться.

— Поднять Чая к тебе? Настроить воду в душе?

Я согласно кивнула головой и Рэй положил довольного Чайковского мне на живот и прошел в ванную.

Приняв душ и пролежав довольно долго на кровати, я наконец пришла в себя. А подкрепившись настоящими фруктами, которые теперь лежали в моей холодильной камере, почувствовала прилив сил, достаточный, чтобы захотеть выйти на свежий воздух. Судя по тому, что пляж был пустым, бойцы уже успели сыграть и разошлись по своим модулям для отдыха. Я стояла одна на общей платформе, любуясь заходящим солнцем. Голограмма менялась на ночное небо, усыпанное звездами, ровно в десять вечера. Мне не удалось увидеть этого вчера, потому что я уже спала, но Рэй за обедом рассказал, что это было красиво. Наверняка, это было больше, чем просто красиво: восхитительно, великолепно, захватывающе, возможно даже — грандиозно!

Мне очень хотелось поделиться тем, что произошло со мной сегодня с Вэл, и я снова стала думать о том, как мне попасть в лабораторию Бастиона. На плане, загруженном в наши табельные браслеты, был указан лишь медблок, словно биохимическая лаборатория не должна была интересовать бойцов. Но Салли рассказал мне о том, где она находится. Оставалось лишь придумать, как туда пробраться и узнать, что меня ждет, если я буду поймана по пути.

Желая поднять себе настроение, я сунула в уши звуковые капли и закрыла глаза от удовольствия, услышав электронную версию классической музыки Старого Мира. Музыка растекалась по всему телу, вызывая мурашки. Я оперлась ладонями о поручень, тянувшийся вдоль всей платформы, и инстинктивно закинула на него ногу, словно стояла у балетного станка. И тут я опомнилась, резко распахнув глаза. Я сама отказалась от своего танцевального будущего в ведущем театре! Ради того, чтобы быть с Вэл: единственным человеком, которого я считала своей семьей. Но я не с ней! Неужели моя жертва была напрасной? Слезы мигом встали в моих глазах, и я быстро заморгала, чтобы не дать им обернуться настоящим потоком.

Музыка все еще обволакивала мое сознание и я больше не могла сопротивляться дикому желанию выплеснуть свои эмоции в танце! Я бросилась в свой модуль и достала пуанты из сумки, быстро надела их и обмотала ленты вокруг щиколоток. Меня разрывало от желания танцевать. Я вновь вышла на платформу и огляделась, чтобы убедиться, что кроме меня на ней никого нет.

Я стала разминать стопы, затем колени и прочие суставы. На мне были короткие шорты и футболка, а волосы собраны в пучок. Мои руки лежали на поручне и я закрыла глаза, представляя, что это станок. Я выставила нужный трек и провалилась в музыку. Тело отозвалось мгновенно. Я импровизировала, сплетая строгую классику с ломаными линиями современного балета. Мои мышцы будто дорвались до чего-то жизненно важного: каждый прыжок был выше предыдущего, каждая связка — на грани моих возможностей.

После очередного гранд жете мне всерьез показалось, что я взлечу. Ноги выстреливали резкими батманами, руки взмывали над головой, точно крылья. Я не просто танцевала — я проверяла тело на прочность.

Когда музыка в каплях стихла, я замерла у поручня, пытаясь унять бешеный ритм сердца. По лицу струился пот, легкие горели, но я была абсолютно счастлива. До того мгновения, пока не вытащила капли из ушей.

Дикий, оглушительный рев мужских голосов ударил по барабанным перепонкам.

Я резко обернулась. На платформе второго яруса, нависшей надо мной, собрались бойцы. Они больше напоминали фанатов стэйтика: свистели, орали, колотили ладонями по металлу ограждений. Меня бросило в жар. Среди этой беснующейся толпы я наткнулась на взгляд Джейка. Он не улыбался и не свистел. Скрестив на груди мощные руки, он смотрел на меня с пугающей, хищной сосредоточенностью.

Но по-настоящему у меня перехватило дыхание, когда в первом ряду «зрителей» возник Рэй. Вид у него был такой, будто он прямо сейчас собирался пустить в ход кулаки. Рявкнув на парней, он перемахнул через ограждение и приземлился прямо передо мной, загораживая меня от толпы своим телом.

Рэй схватил меня за руку и, резко дернув, потащил в модуль. Едва дверь за нами задвинулась, он толкнул меня на диван, и тут же навис сверху. Уперев руки слева и справа от меня, он прижал меня к спинке. Его лицо находилось так близко от моего, что я нервно сглотнула, чувствуя его горячее дыхание. Ноздри Рэя раздулись, а во взгляде читалась ярость.

— Ты… — процедил он сквозь зубы, но выдержал паузу, будто подбирая слова. — Какого черта ты делаешь?

— Ты… ты про танец? — мой голос прозвучал робко и неуверенно.

— Я про то, что ты это делаешь на глазах у разгоряченных, озабоченных придурков, готовых спрыгнуть сверху прямо на тебя!

— О, они не успели! Ты всех опередил и прыгнул сам! — с вызовом ответила я, глядя Рэю в глаза и вдруг ощущая нарастающую злость.

— Чтобы увести тебя до того, как это сделает кто-то другой! — повысив голос, ответил он.

— Я не безвольная кукла, чтобы меня уводили против воли!

— Нет! Ты просто ненормальная! — рявкнул Рэй. — Если думаешь, что справишься с Альфа-бойцом, когда тому сорвет крышу!

— Тебе-то что?! — огрызнулась я. — В чем твоя проблема, Рэй?!

— Ты! Ты моя проблема! — выкрикнул он мне в лицо, и я невольно вжалась в спинку дивана, но быстро взяла себя в руки.

— Тогда избавь себя от нее! — вырвалось у меня, и я почувствовала, что закипаю. — Ты не мой парень! Мы не вместе!

Рэй выругался и толкнул диван так, что тот чуть не перевернулся вместе со мной. После этого он бросился к входной двери и ушел до того, как я поняла, что сказала. Черт!

Я долго сидела на диване, положив голову на руки. Чайковский прижимался к моим ногам, на которых все еще были надеты пуанты. Рэй действительно не был моим парнем, но почему же мне тогда так грустно? Я не знала, стоит ли мне сейчас идти к нему и объясняться. Но что я могла сказать? «Прости за то, что я назвала вещи своими именами, но, пожалуйста, не прекращай заботиться обо мне, иначе мне придется совсем туго…»

Ночью я очень плохо спала. Рэй не выходил у меня из головы. Я вся извертелась на кровати, пока мой браслет не издал сигнал к подъему.

На завтраке я сидела одна, потому что Рэй сел с парнями. Бойцы словно взбесились, подмигивая и заигрывая со мной, выводя меня из себя!

— Привет, Малая! — веселый голос Салли прозвучал у меня за спиной, когда я уже собралась покинуть пищевой блок. — Ты не выспалась сегодня? Выглядишь усталой.

Я дернула плечами, будучи не в духе болтать с Джокером. Он обхватил меня за плечи одной рукой и немного встряхнул.

— Я не в настроении, Салли! — сказала я, попытавшись вырваться, но попытка не удалась.

— Я вижу, — ответил Салли, даже не думая убрать эту дурацкую улыбку с лица в знак солидарности. — Мне надо передать тебе кое-что. Что-то, что поможет тебе на тренировках.

— Волшебный эликсир?

— Не совсем! — еще сильнее заулыбался Салли-Джокер. — На, держи!

— Что это? — спросила я, уставившись на непонятные крючки.

— Для турника и рукохода! — сказал Салли, фиксируя нехитрое устройство на своем запястье и показывая мне, как крючок ложится у него в ладони. — Поможет тебе не срываться каждый раз только лишь потому, что ты не можешь как следует обхватить трубу.

— О, Салли… Спасибо!

— Не меня благодари, это Ромео просил передать их тебе. Вы что, поссорились?

— Типо того… — выдохнула я.

— Хочешь поговорить об этом? — спросил Салли, весело подмигнув мне.

— Поговорить с тобой? Да ты самый несерьезный человек в Бастионе!

Салли рассмеялся своим искренним заразительным смехом так, что мои губы невольно растянулись в улыбке.

— Ладно, Малая, если тебе станет совсем уж грустно и одиноко, то приходи вечером ко мне в двадцать четвертый. Я смогу тебя утешить!

— Сомневаюсь, — буркнула я.

— Ну или… предложи своему парню примирительный секс.

— Салли!

— Что? Примирительный секс способен решить кучу проблем! А если тебе нужен дружеский секс…

— Отстань, Салли! — сказала я, демонстративно закатив глаза и вырываясь из его хватки.

Этот парень поистине не умел быть серьезным! Он проводил меня до тренировочной базы и пожелал удачи, когда увидел Джейка, ожидавшего его на входе. Джейк смерил меня оценивающим взглядом и сощурил глаза.

— Кристина, — он окликнул меня на входе в зал, и я остановилась. — Ты не хочешь прийти на игру сегодня? Посмотреть, как я надеру задницу твоему парню и их команде.

— Он не мой… — я осеклась. — Я знаю, как Рэй может играть. Для меня он лучший!

Я дернула плечами, словно мне все равно, кто победит.

— Они поссорились, чувак, — сказал вдруг Салли, и мне захотелось его удавить!

Я бросила гневный взгляд на Джокера, а потом уловила довольный Джейка.

— Тогда я надеру ему задницу во время спарринга!

— С чего вдруг Рик поставит тебя с Ромео? Ты командир второго отряда, а он в первом, — задал справедливый вопрос Салли.

— С того, что Рик мне не откажет. Если Крис придет посмотреть…

— Я не приду! — бросила я и зашагала прочь.

Сегодня мы с другими курсантами тренировались отдельно от бойцов, объединившись с ними лишь на разогреве и пробежке. Я не могла ни на чем сосредоточиться, потому что все время крутила головой, высматривая Рэя в другом конце зала. Конечно, это не пошло мне на пользу. Я метала ножи хуже, чем на первой тренировке и несколько раз подряд не смогла до конца пройти рукоход. Да, я больше не срывалась благодаря тому, что цеплялась крюками за трубы, но Рик не собирался мне помогать. Когда я застревала, болтаясь наверху как тряпка, не в силах продвинуться на руках дальше, он лишь разочарованно мотал головой, и мне приходилось прыгать вниз с высоты в несколько метров.

На следующий день все повторилось. Беспокойный сон, подавленное настроение, чувство одиночества, отсутствие концентрации на тренировке, фиговые результаты… Мое тело было хорошо знакомо с болью. Меня готовили стать прима-балериной, а это подразумевало тренировки до изнеможения, стертые в кровь пальцы на ногах, ушибы, растяжения, боли в пояснице. Но это было ничто по сравнению с тем, что мне приходилось испытывать сейчас. Мои мышцы словно выворачивало, а кости и суставы разве что не трещали, готовые разлететься на мелкие осколки.

Во время обеда, где я вновь сидела одна, ко мне подошел Салли и молча поставил передо мной несколько упаковок питательных смесей дополнительно к тем, что я уже взяла. Белки, жиры и углеводы… Я повернула голову, чтобы посмотреть на Рэя, но он сидел ко мне спиной. Холодок пробежал вдоль всего моего позвоночника, когда рядом с ним уселась Кэт. Она перекинула свои длинные волосы через плечо и наклонилась к нему, что-то шепча на ухо. У меня перехватило дыхание, когда Кэт обхватила рукой его бицепс, прижимаясь к нему своей грудью. Сердце отчаянно забилось, и я почувствовала, как жар овладевает моим телом.

Пытаясь подавить приступ, я вдруг вспомнила слова Тао в приемном блоке о том, что это никакие не панические атаки, а часть процесса подготовки к проявлению моей Альфа-сущности. Что ж, если я прямо сейчас превращусь в мутанта и оторву Кэт голову, действуя в состоянии аффекта, у меня хотя бы будет оправдание. Я вдруг вспомнила про свои татуировки и задрала рукава: они светились. Я хватала ртом воздух, ненавидя тот факт, что совершенно не контролирую собственный организм.

— Крис, ты в норме? — раздался надо мной глубокий бас Джейка.

Я подняла голову и увидела, как он с беспокойством смотрит на меня, но не смогла ответить.

— Кристина…

Джейк приложил руку к моему виску и выругался, после чего его взгляд метнулся к моим светящимся татуировкам. Он стал высматривать кого-то в зале и окликнул Салли.

Я старалась дышать ровнее, как меня учила Вэл. Когда я снова посмотрела туда, где сидел Рэй, то с удивлением обнаружила, что его за столом нет, а Кэт сидит одна. В следующее мгновение Рэй уже стоял рядом, держа упаковку искусственного льда. Он положил весь пакет прямо мне на шею так, что тот закрыл щеки. Мне стало легче и я подняла на него глаза в надежде, что он сейчас заговорит со мной. Но Рэй молчал, и лишь его сведенные брови выдавали беспокойство, образовав складку на лбу.

Джейк скрестил руки на груди и, прищурившись, наблюдал за действиями Рэя. Через минуту рядом со мной уже стояли Салли и Рик.

— Курсант, в медблок! — скомандовал наш сержант.

— Я в норме, — заверила я его. — Рик, не надо! Все уже хорошо.

Салли взял мое запястье и проверил пульс, кивнув Рику. Когда я вновь подняла глаза, то Рэя уже не было…

В этот вечер я чувствовала себя особенно подавленной. Я ходила от дивана к кровати снова и снова, вцепившись в Чайковского и надеясь успокоиться. Когда мне надоело метаться по модулю, я решила выйти на свежий воздух. Звездное небо над головой действительно выглядело восхитительно!

Прогуливаясь вдоль ряда модулей, мой взгляд вдруг упал на номер двадцать четыре, и я поднялась на второй уровень.

Я постучалась, и Салли появился на пороге, встретив меня одной из своих самых очаровательных улыбок.

— Как ты себя чувствуешь, Малая? — сразу спросил он.

— Со мной все хорошо, — быстро заверила я, потому что мне не терпелось перейти к делу. — Послушай, Салли, мне надо попасть в жилой отсек сотрудников биохимической лаборатории…

— Это хреновая идея, курсант! — раздался голос Джейка из-за спины Салли.

Черт! Джокер растерянно посмотрел на меня, разведя руками, после чего отодвинулся, давая мне возможность войти. Я замешкалась на пороге, но он затащил меня внутрь и сразу закрыл дверь.

— Джейк прав, — согласился Салли. — Это совершенно идиотская идея! Если тебя поймают…

Салли посмотрел на Джейка, но тот лишь пожал плечами.

— Возможно, дисциплинарный блок, или даже демпфер, — рассуждал Джейк.

— Зачем это тебе? — спросил Салли. — Кого ты пытаешься найти?

— Вэл. Валерия Кронова, моя лучшая подруга работает лаборантом…

— Забудь, Кристина! — серьезно сказал Джейк, и комок встал у меня в горле. — Оно того не стоит!

— Она стоит всего! — вырвалось у меня и я резко шагнула к двери, но Салли уперся в нее рукой, преграждая мне путь.

— Есть место, куда вы обе можете попасть, чтобы встретиться, — сказал Салли, и я уставилась на него, затаив дыхание. — Медблок. Лаборанты тестируют бойцов раз в неделю и вводят нам сыворотку для поддержания нашей… выносливости.

— Мне надо попасть в медблок? — спросила я.

— Тебе надо стать бойцом, — сказал Джейк. — А еще лучше — проявить свою Альфа-сущность. Тогда тебя возьмут на контроль, будут наблюдать за тобой, проводить тесты. И возможно твоя Вэл найдет способ вести твой личный файл. Понимаешь?

Я согласно кивнула. Не имея ни малейшего представления о том, как именно и когда проявятся мои свойства врожденной Альфы, я приняла решение стать бойцом, стараться изо всех сил! Возможно тогда они проявятся быстрее. Но сейчас мне нужно было кое-что еще...

— Вы можете вытащить диван из моего модуля? Мне нужно свободное пространство. Пусть он стоит снаружи.

— Ты можешь танцевать на платформе, — догадался Джейк, и на его лице появилась ухмылка. — Прошлый раз всем понравилось…

— Не всем! — резко оборвала я. — Так да, или нет?

Глава 5

Глава 5.

Следующие несколько дней стали для меня переломными. Я выжимала из себя максимум на каждой тренировке. Первый раз, когда я пробежала все десять километров вместе с другими, у меня перед глазами плавали звезды, а легкие раздирало от боли. На пятый день, стиснув зубы, я прошла рукоход. Это была моя личная победа! Также, мне удалось произвести хорошее впечатление на Рика тем, как быстро я прогрессирую в метании кинжалов.

Через неделю тренировок в усиленном режиме мой организм вдруг начал перестраиваться. Я все время хотела есть, а спала так, как никогда в жизни. Хотя Рэй по-прежнему не разговаривал со мной, у меня больше не оставалось сил так много переживать об этом.

Зайдя в пищевой блок, я привычно направилась к месту за последним столом, когда меня окликнул курсант из второго отряда.

— Ты не хочешь сесть с нами? — спросил рыжеволосый парень с веснушками.

Мы вместе тренировались каждый день, но я настолько ото всех отставала, что зачастую у меня были индивидуальные задания.

— Я Стас, Стас Вердинский…

— Я помню, — сразу сказала я и перевела взгляд на других. — Ты Ли, а ты…

— Мурат, — подсказал смуглый темноволосый парень с пирсингом в правой брови и нижней губе.

— Приятно познакомиться! Ты отлично метаешь кинжалы, Мурат. Я видела.

— Не так отлично, как ты, — немного смутившись, ответил он.

— Мне тоже есть, к чему стремиться, — сказала я и села к ним за стол с полным подносом питательных смесей. Белки, жиры и углеводы…

— Ты правда доминантная Альфа? — спросил Ли и получил легкий подзатыльник от Стаса.

— Они так сказали, — ровным голосом ответила я, ничуть не смутившись.

— И… какого это? — спросил Ли.

— Понятия не имею! — засмеялась я, и они рассмеялись вместе со мной.

Сегодня у нас была теория: совместное занятие курсантов и бойцов. Я зашла в лекционный зал, ища глазами Рэя, но нашла его, сидящим с Кошкой-Кэт и Риком. Наши взгляды встретились, и Рэй ненадолго задержал свой на мне, словно ожидая от меня чего-то. Я поспешно отвела взгляд, а потом заметила курсантов. Стас помахал мне, и я пошла к ним, усевшись рядом на первый ряд.

Теорию вел приглашенный военный биолог. Мужчина прокашлялся и развернул перед нами голограмму акрида-твари в натуральную величину. Мы все притихли.

— Кто даст характеристику этой особи и назовет возраст? — спросил профессор, и моя рука взметнулась в воздух. — Слушаю!

— Это самец, — сразу ответила я. — Возраст: около двенадцати лет. Роль в стае: защитник правого фланга.

— Впечатляет, курсант! А теперь объясните нам, как вы это поняли?

— Обратите внимание на асимметрию хитиновых пластин, — я сделала шаг к голограмме, указывая на правый бок твари. — У защитников правого фланга панцирь с этой стороны всегда на два-три сантиметра толще и его практически невозможно пробить. Сероватый налет на жвалах появляется только на двенадцатом году жизни, когда метаболизм замедляется. А характерный изгиб хвостового шипа внутрь — это маркер половозрелого самца. У самок он прямой для удобства кладки, а также у них имеется характерный капюшон.

Я села на свое место и заметила, как Мурат, Ли и Стас молча уставились на меня.

— Отлично! — похвалил меня преподаватель. — Какое основное оружие мы используем в бою против акрида-тварей?

— Квантовый деструктор, — раздался голос из зала.

— Верно! А они против нас?

— Они стреляют шипами, а их слюна содержит кислоту, способную растворить почти любой материал, даже камень, — прозвучал голос с задних рядов.

— Минеральное соединение, — поправил профессор. — Тогда почему я спросил про возраст твари? Какое это имеет значение для бойцов?

Я оглянулась на аудиторию, но все молчали, и я заговорила с места:

— Состав кислоты меняется, в зависимости от возраста. У молодых самцов она самая концентрированная. До семи-восьми лет слюна акрид — это универсальный растворитель. С таким противником нельзя идти в ближний бой, только дистанционное подавление.

Я указала на голограмму:

— Но у особей старше десяти лет, как у этого образца, химический состав меняется. Кислотность падает, зато в секрете появляются нейротоксины паралитического действия. Его слюна уже не прожжет вас мгновенно, но малейшее попадание на открытую кожу или в дыхательную систему — и через пять секунд у бойца наступает полный паралич.

Я сделала паузу, чтобы подчеркнуть важность вывода:

— Знание возраста позволяет командиру понять тактику врага. Молодняк пойдет на пролом с большой скоростью, пытаясь уничтожить вас и вашу технику. Их не остановит даже броня. Старые особи, как этот самец, будут выжидать, стрелять редко, но прицельно, стараясь обездвижить живую силу и защитить свой фланг и нападающих.

— Кого еще? — спросил профессор.

— Самку, — ответил Мурат. — Именно она посылает сигналы, отдавая команды.

— Верно! — ответил профессор и поменял голограмму на изображение самки с явно выраженным воротником вокруг головы и двумя внушительными рогами над глазами. — Что может делать самка?

— Воспроизводить потомство, — со смехом сказал Ли, но профессор не прокомментировал этот слишком очевидный вывод.

— Костные рогообразные образования на голове — это не оружие ближнего боя, — уверенно начала я. — Они служат параболическим отражателем. Улавливают наш пульс, температуру тела, дыхание. Это как датчик движения. А с помощью воротника она координирует движение сотен особей в радиусе трех километров, превращая хаотичную стаю в единый организм. Когда он раскрыт — она транслирует команды.

— Спасибо, курсант! Когда воротник начинает вибрировать, самка транслирует «состояние ярости», — продолжил профессор. — В этом режиме акрида-самцы игнорируют болевой шок и продолжают атаку даже с оторванными конечностями или критическими повреждениями хитина. Если вы видите, что воротник самки раскрылся на максимум — у вас есть ровно три секунды, прежде чем стая превратится в управляемую лавину.

Он закончил фразу и пристально посмотрел на меня.

— Имя, где учились?

— Кристина Саливанская, курсант первого отряда спецподразделения Альфа, — четко проговорила я. — Закончила ЖАИ.

Его лицо вытянулось, и он молча рассматривал меня какое-то время.

— Занятно… Итак, кто скажет, как эффективнее всего уничтожить самца? — Профессор прошелся вдоль голограммы, которая мерцала в центре аудитории.

— Глаза и пасть не защищены хитином, — за моей спиной раздался глубокий, до боли знакомый голос Рэя. По коже мгновенно пробежали мурашки. — Прямое попадание деструктором или кинжалом в мягкие ткани — и самец выведен из строя. Также возможен пробой брони при попадании заряда в ту же точку. Но не стоит тратить его на щитки фланговых защитников с рабочей стороны, как объяснила нам ранее... курсант.

«Курсант». Внутри все болезненно сжалось.

— Верно, — кивнул профессор. — А какой вид оружия применяют линейные подразделения пехоты?

Мы с курсантами лишь переглянулись.

— «Выжигатели», — бросил кто-то с задних рядов.

— Именно. Термические установки способны расплавить даже сверхпрочный хитин. Но помните о физике: у «выжигателей» колоссальная теплоотдача. В ущельях или узких коридорах вы просто зажаритесь заживо из-за теплового рикошета или задохнетесь, так как они приводят к выгоранию кислорода. Поэтому их не применяют в условиях тесного пространства при ведении контактного боя. Они отлично годятся лишь для первичной зачистки на открытых местностях.

Профессор увеличил масштаб голограммы, и перед нами снова возникла самка акрида-твари — массивная, с воротником и тяжелым костяным наростом на шее.

— А теперь самое сложное. Как убить самку? Вопрос я адресую курсантам.

Аудитория погрузилась в тишину. Мы знали, что панцирь матки не берет даже квантовый деструктор при сдвоенном попадании.

— Есть только один шанс, — голос профессора стал тише. — Нужно дождаться момента, когда она начнет транслировать призыв к атаке. В этот миг ее воротник приподнимается, обнажая уязвимую связку у основания черепа. Вот здесь.

Он указал на крошечное светлое пятно на голограмме.

— Одна секунда. Один выстрел. Если промахнетесь — второго шанса она вам не даст.

Весь материал лекции был загружен в наши браслеты, и мы покидали аудиторию, когда профессор окликнул меня и попросил задержаться.

— Могу ли я уточнить, как вы оказались в Бастионе? — вежливо спросил он. — Судя по тому, что я услышал сегодня, вашей основной дисциплиной была биология?

— Нет, профессор. Хореография, — сказала я, уже приготовившись к его удивлению. — Я оказалась в Бастионе как доброволец.

Я посмотрела ему прямо в глаза. Мой голос звучал гораздо увереннее, чем раньше, когда я давала подобные разъяснения. И он вдруг улыбнулся.

— Я уверен, что в ЖАИ гордятся вами, курсант! — сказал он, с теплотой глядя на меня. — Аркадии нужны такие смелые и решительные молодые люди, как вы!

— Вы снова ошиблись, профессор, — спокойно сказала я. — Я не смелая. Я скорее трусиха, которая просто боялась остаться одной.

С этими словами я развернулась и быстро покинула аудиторию.

***

Вечером следующего дня я сидела напротив своего модуля, прижав колени к груди и обхватив их руками, любуясь ненастоящими звездами. Рэя не было дома. У бойцов был выходной на следующий день, и они получили увольнительные, чтобы отдохнуть в клубах и барах Аркадии. Для бойцов элитного подразделения Альфа были открыты двери самых престижных развлекательных заведений. К курсантам это не относилось. Я глубоко вздохнула, стараясь отогнать от себя навязчивые мысли о том, чем сейчас занят Рэй, когда вдруг услышала шаги. Ко мне подошел Джейк и сел рядом.

— Что ты здесь делаешь? — сразу спросила я. — Разве, ты не должен сейчас отрываться на танцполе вместе со всеми?

— На танцполе? — хмыкнул Джейк. — Я не танцую, Малая. Но я с удовольствием смотрю, как танцуют другие…

От его бархатистого низкого голоса по моему телу разлилось тепло.

— И, что же ты делаешь, Джейк, чтобы оторваться? — спросила я, стараясь не смотреть на него из-за возможного свечения моих предательских глаз.

Джейк молчал какое-то время, и я чувствовала, как он сверлит меня взглядом.

— Зайди ко мне как-нибудь. Девятнадцатый модуль. Я покажу тебе.

Я нервно сглотнула, чувствуя, как мои щеки заливает жар.

— Ты что-то еще хотел мне сказать? — спросила я как можно более равнодушным тоном.

— Да. Твоя Вэл…

Я резко развернулась к нему, прижав руки к груди.

— С ней все хорошо. Ее скоро переведут из лаборантов в младшие научные сотрудники. Она делает успехи и, судя по всему, тоже очень скучает по тебе.

Я замерла, затаив дыхание.

— Мне сказали, что она занимается исследованием феномена генетических мутаций врожденных Альф. Она знает о тебе, Крис. Мне не удалось с ней пообщаться, но я смог передать сообщение, что ты в порядке.

Я закрыла лицо руками, готовая разрыдаться.

— Спасибо, — прошептала я.

— Пожалуйста, — ответил Джейк и быстро ушел.

Глава 6

Глава 6.

Прошло еще несколько дней. Мои попытки догнать других курсантов в физической подготовке, или пробудить Альфа-сущность не увенчались успехом. Последнее стало моей навязчивой идеей. В конечном счете — это была причина всего: того, что я нахожусь здесь, того, что даст мне возможность видеться с Вэл.

Я зашла в пищевой блок, автоматически ища глазами сначала Рэя, а потом других курсантов, с которыми я могла бы сесть за один стол. Сегодня утром я не смогла сдать норматив и подвела наш первый отряд. Отряд Рика, который принял меня, потому что возлагал на меня надежды. По сути, это и разлучило меня с моей Вэл, но я все равно чувствовала себя виноватой.

Идя по залу с подносом, я задумалась, и вдруг ощутила сильный толчок в плечо. Настолько сильный, что все мои упаковки разлетелись в стороны, а поднос упал на пол. Я присела, чтобы собрать остатки пищевых смесей, потирая плечо, прежде чем подняла глаза: надо мной стояла Бита.

— Ты ошибка! Нелепое недоразумение, на которое нельзя положиться в бою!

Она больше ничего не сказала, лишь зло оскалив зубы.

Я опустила взгляд вниз, когда увидела форменные берцы, что заставило меня снова посмотреть наверх: Джейк стоял прямо надо мной, и он рычал словно зверь. В следующее мгновение он метнулся к Киму, сидящему за столом с другими бойцами, и вдруг схватил того за грудки, вытянув из-за стола.

— Контролируй свою бабу, Ким! — прорычал Джейк, протащив парня метра три и прижав к стене. — Иначе я сам заставлю ее заткнуться!

— Отвали, Джейк! — завелся Ким, очнувшись, и тоже схватил Джейка за форму. — Не суйся не в свое дело!

— Расскажи мне, рядовой, про мои дела!

— Я в первом отряде, сержант! Убери руки, пока не поздно!

И тут я увидела, как к этим двоим подбежал Рэй, перепрыгнув на ходу через пару столов. Он схватил Джейка за куртку и оторвал его от Кима.

— Я сам разберусь с ним! — прошипел Рэй сквозь зубы, глядя на Джейка. — Отвали, Джейк! Это мое дело!

— Хрена с два, Ромео! Она не с тобой!

— И не с тобой!

Тут Ким вырвался из хватки и в ярости перевернул стоящий рядом стол с таким свирепым видом, словно находился в окружении акрида-тварей. Джейк и Рэй сразу отреагировали и бросились на парня. Рэй повалил Кима, а Джейк оседлал того, прижимая к полу. Рэю это явно не понравилось, и он врезался в Джейка плечом. За всем этим наблюдала разъяренная Бита, которую крепко держали другие бойцы.

Я в недоумении смотрела, как три здоровых парня сцепились друг с другом, а все остальные отошли подальше, не желая вмешиваться. В зал вбежали охранники с парализаторами, а вслед за ними ворвался Салли-Джокер. Он опередил солдат и бросился к троим, мельком глянув на меня.

— Оставь, Джейк! — Салли схватил друга за плечо. — Отвалите от Кима, оба! Сейчас же! С Малой все нормально! Ромео! — обратился он уже к Рэю, — не будь идиотом!

Когда охранники подошли к ним, Джейк уже слез с Кима, и Рэй тоже отошел в сторону. В зал вбежал Рик и, обогнув охранников, встал перед ними, поднимая руки вверх, загораживая спиной троих бойцов.

— Все нормально! Ситуация под контролем, отбой!

Он отозвал Джейка и Рэя в сторону и начал им что-то объяснять, периодически поглядывая на меня. Охранники ушли. Я посмотрела на Биту: та явно была в гневе, когда бойцы ее наконец отпустили, и она подошла к своему парню, сверля меня взглядом. Аппетит у меня пропал. Я поставила поднос на стол и вышла вон из пищевого блока.

Вечером я расхаживала взад-вперед по своему модулю, вслух рассказывая Чайковскому, что произошло, словно он мог меня понять. Меня совершенно не устраивала ситуация, что я слабее других. Какой-то прогресс я видела, но этого было недостаточно. Открыв дверь модуля, я уперлась взглядом в беговую дорожку. Что ж, решение напрашивалось само собой: я буду тренироваться дополнительно. Сама. Зайдя внутрь, я быстро натянула леггинсы и надела кроссовки, решив начать с ежедневных пробежек.

На следующий день я осталась в зале после общей тренировки и заметила, как Рэй замешкался в дверях перед тем, как выйти, глядя на меня. Я сгорала от желания подойти к нему и поговорить, но так и не придумала, что скажу ему. Вместо этого я полезла наверх по канату. Рик говорил, что это прекрасно укрепляет мышцы рук.

Когда те перестали меня слушаться от напряжения после нескольких подъемов и спусков, я пошла в конец зала метать кинжалы. С трясущимися от усталости руками это было не так-то просто, но все же мне удалось несколько раз попасть прямо в центр и я решила увеличить расстояние до мишени, отойдя еще на несколько шагов назад.

Так продолжалось несколько дней: общая тренировка, дополнительные упражнения, пробежка.

В тот день нас выстроили перед тяжелыми напольными манекенами. Рик быстро прогнал теорию, показал стойки и базовые удары — нас явно готовили к полноценным спаррингам. Я встала перед своим снарядом и начала методично его молотить, вкладывая в каждый замах всю накопившуюся злость. Но после очередного удара запястье прошила резкая, острая боль.

Я отступила, тряся кистью в попытке унять жжение в суставе. В этот момент ко мне подошел Салли.

— Не ломай руку, Малая, — спокойно сказал он. Салли бесцеремонно перехватил мою ладонь и сам сжал мои пальцы в правильный, жесткий кулак. — Держи кисть прямо, иначе при первом же спарринге вылетишь.

Я обернулась к нему и тут же заметила Рэя. Он стоял всего в нескольких метрах за спиной Салли и, не отрываясь, наблюдал за нами.

— Это он тебя прислал? — спросила я, в упор глядя на Салли. — Рэй попросил тебя поучить меня?

Салли на мгновение замялся и виновато взъерошил свои светлые кудри.

— Ну... в общем, да. Слушай, Крис, он правда за тебя переживает...

— Тогда почему он не подойдет сам?! — рявкнула я так громко, чтобы Рэй услышал.

Салли лишь пожал плечами, а Рэй быстро зашагал, устремившись в другой конец зала. Я рванула за ним: мне захотелось догнать его и посмотреть ему прямо в глаза! Но когда я почти уже сделала это, путь перерезала Кошка-Кэт, подойдя вплотную к Рэю. Она сказала ему что-то на ухо, отчего он рассмеялся, а мое сердце сжалось так, что я чуть было не застонала вслух. Развернувшись на пятках, я пошла обратно к своему манекену, чтобы продолжить тренировку. В носу почему-то щипало. Салли наблюдал за мной все это время.

— Да поговори ты уже с ним, Малая! — сказал он мне. — Или передай что-то через меня, если хочешь!

— Да пошел он в задницу! — выпалила я, не понимая, отчего так злюсь. — Мы не вместе, ясно? И мне сейчас не до этого, Салли! Я должна стать бойцом! Я не хочу быть хуже всех! Я не хочу никого подвести в бою!

Говоря это, я почувствовала, как у меня задрожали губы и выругалась себе под нос, заметив, что мимо в этот самый момент прошли Рысь и Бита. Привычная улыбка пропала с лица Салли. Он с беспокойством посмотрел на меня, а потом вдруг притянул к себе и заключил в объятья. Я медленно выдохнула, уткнувшись лицом ему в форму и прерывисто вдохнула. Он погладил меня по спине, а потом взял мое лицо двумя руками и посмотрел прямо в глаза.

— У тебя все получится, Малая! Ты же доброволец! Такие как ты не ломаются! Ты справишься! Только не реви, ладно?

Я замотала головой, соглашаясь с тем, что сдержу слезы и сглотнула комок в горле. Салли еще раз прижал меня к себе, а потом выпустил и быстро зашагал в сторону других бойцов. Я продолжила свою тренировку. Мои нервы были на пределе.

Вечером я просто свалилась. У меня не осталось никаких сил, словно меня выжали полностью. Я долго рассматривала свои татуировки на запястьях, не понимая, что я должна была сделать, чтобы проявилась Альфа-сущность. Что?! Я закрыла глаза, и передо мной сразу возник образ Рэя, его веселый смех от шутки Кэт. И тут меня пронзило словно током! Я распахнула глаза и резко села на своей кровати. Мое сердце забилось быстрее, отчего Чайковский стал жаться ко мне. Черт! Черт! Черт! Он мне нужен! По-настоящему… Рэй — мой! Я закрыла лицо руками и рухнула назад на подушку.

Проснувшись слишком рано, я ощутила волнение и странное беспокойство. Я вяло побрела в ванную и посмотрела на себя в зеркало: глаза выглядели уставшими, но я обратила внимание, что тело в отражении заметно окрепло. Ключицы больше не торчали из-под тонкой кожи, плечи округлились, бицепс стал более выразительным, а на прессе явно вырисовывалась четкая линия и намеки на кубики. Грудь и бедра тоже слегка округлились. Белки, жиры и углеводы…

До того, как принять душ, я решила растянуться. Сев на пол в шпагат: на том самом месте, где раньше стоял диван, я натянула носки, стараясь, чтобы пальцы коснулись пола.

После разминки и душа, я побрела на завтрак. В пищевом блоке оказалось чересчур пусто. Я даже посмотрела на браслет, чтобы проверить, нет ли каких-то сообщений об общем сборе. Другие курсанты выглядели такими же удивленными.

Мы задавались вопросом, куда все делись, когда вошли в тренировочный зал. Не было даже Джейка с Риком, как и остальных бойцов обоих отрядов. Мы бродили по залу, не зная, что и думать, когда к нам подошел боец из второго отряда. Он сильно хромал на одну ногу, словно только что вышел из медблока.

— Ваши командиры на боевом задании, — сказал он. — Тренируетесь сегодня самостоятельно.

— Все? Все бойцы на задании? — спросила я.

— Да, рано утром поступил вызов. Оба отряда выполняют поставленную задачу.

Боец оставил нас, а я так и стояла, глядя в одну точку.

— Крис! — окликнул меня Стас. — Ты в порядке?

— Да… — выдавила из себя я. — Это ведь должно было случиться рано или поздно, так? — тихо проговорила я.

— Конечно! — сказал Мурат. — Через месяц мы к ним присоединимся! Давайте начнем с пробежки?

Я молча кивнула головой, и мы приступили к тренировке.

Прошло несколько часов, и я уже вся издергалась, постоянно крутя шеей и глядя в сторону входа в зал.

— Прекрати это, Крис! — строго сказал Мурат. — Неужели ты думаешь, что они вернутся с боевого задания и побегут в зал еще потренироваться?

— Ладно, — сказал Стас с жалостью глядя на меня. — Оставайтесь здесь. Я сбегаю и выясню, что к чему.

Он ушел, а мы продолжили метать кинжалы.

Стас вернулся через полчаса, выглядел он взволнованным. Мы собрались вокруг него, ожидая новостей.

— Потерь нет! — начал он с главного, и я молча поблагодарила Богов. — Задание выполнено, все вернулись.

Я заулыбалась, но моя улыбка быстро пропала, когда я поняла, что Стас не закончил.

— Двое раненых, — сказал он, опуская глаза в пол. — Они в медблоке…

— Да говори уже! — взмолился Ли, подходя ближе ко мне.

— Рэй Картер и… Крис! Ты куда?..

Я неслась мимо жилых модулей к основному корпусу, где находился медблок. Я не бегала так быстро никогда в жизни и благодарила Богов за мои ежедневные пробежки. Пусть он будет с Кэт, пусть будет с кем угодно, только бы живой!

Я ворвалась в приемное отделение медблока и чуть не врезалась в медсестру в коридоре.

— Рядовой Картер! — выпалила я ей в лицо. — Где?

— В послеоперационном блоке, — ответила она, удивленно глядя на меня. — А вы кто?

— Где этот блок? Мне надо к нему!

— Курсант, вся информация о состоянии рядового будет у командира отряда…

— Вы не понимаете! Он мне нужен! — взмолилась я, чувствуя, что у меня повышается температура.

— Успокойтесь, — ответила молодая девушка, глядя на меня с нескрываемым беспокойством. — Вам принести релаксант? Вы вся дрожите…

Вместо ответа я быстро закатала рукава, выставляя напоказ свои татуировки. У медсестры округлились глаза, когда она увидела, как они люминесцируют.

— Ego Alpha Innata Dominans, — слова сами слетели с губ, будто их произнесла не я. — Пустите! Я еще не знаю, как именно проявляется моя сущность, но давайте не будем экспериментировать сейчас…

— Врожденная доминантная Альфа… — прошептала девушка. — Невероятно! Ладно, только не говорите никому, что я вас пропустила. Вторая дверь направо по коридору…

Я влетела в послеоперационный блок в прямом смысле слова, споткнувшись на пороге и растянувшись на полу. Должно быть, это выглядело совершенно по-идиотски, но мне было все равно. Я поднялась на четвереньки, и мой взгляд встретил изумленный взгляд Рэя. Он сидел на кушетке. Живой. За его спиной стоял модуль для автоматизированного проведения операций, и крышка была все еще открыта. Помещение было наполнено запахом озона и холодным сиянием световых панелей. Вскочив на ноги, я подошла к нему вплотную.

— Крис…

Он сидел в одних больничных штанах, без рубашки, и я сразу увидела свежий шов сбоку на животе.

— Ты в порядке? — спросил Рэй, будто это сейчас имела хоть какое-то значение. — Ударилась?

Я стала быстро осматривать его на предмет других повреждений. На спине шва не было, значит рана была не сквозная. Шип?

— Жизненно важные органы не задеты. Это был шип… — сказал Рэй.

На лбу и плече у него были свежие ссадины, но ничего серьезного. Я взяла его голову двумя руками и повернула ее сначала в одну, потом в другую сторону.

— Рик прикрыл меня… Слушай, малая, успокойся, ладно?

Я запустила руки в его волосы, ощупывая затылок сзади. Убедившись, что повреждений больше нет, я принялась разглядывать шов на животе. Мои татуировки не просто светились, они горели. Я провела пальцами вдоль шва и только сейчас заметила, как они трясутся.

— Да посмотри ты уже на меня! — рявкнул Рэй.

Он взял меня за подбородок, и я наконец посмотрела ему в глаза. Надо дышать…

— Что ты здесь делаешь? — спросил Рэй.

Я молчала, не зная, что сказать.

— Крис!

— Ты в порядке… — наконец выдохнула я.

— Да, я в порядке. А ты?

— Нет, — ответила я, мотая головой.

Рэй все еще не выпускал мой подбородок.

— Что случилось? — спросил он, серьезно глядя на меня.

— Рэй… Ты… Ты и Кэт, вы вместе?

Он убрал руку от подбородка и слегка нахмурился, пожав плечами.

— Нет, — наконец ответил он. — Так… было пару раз. Но мы не пара, если ты об этом.

Я выдохнула и продолжила молча смотреть ему в глаза.

— Почему тебя это волнует? — тихо спросил Рэй чуть хрипловатым голосом.

— Рэй, ты хочешь быть со мной?

Мне показалось, что прошла целая вечность, пока он молчал.

— Ты ведь не дашь мне просто так уйти? Скажи, что ты мой. Потому что если нет... я сейчас просто задохнусь, — добавила я, чувствуя, как у меня дрожат колени.

Он резко перехватил мои запястья и притянул к себе. Я оказалась зажата между его бедер, глядя прямо в потемневшие глаза. Его ладонь зарылась в мои волосы, пальцы жестко обхватили затылок, лишая возможности отстраниться. Когда он прижался к моим губам своими, мир вокруг перестал существовать.

Его рука скользнула по моей спине, сминая ткань формы, прижимая меня так близко, что я чувствовала каждый удар его сердца. Он снова взял меня за подбородок и легонько нажал, заставляя приоткрыть рот. Невольный стон сорвался с моих губ, когда его язык коснулся моего, и Рэй судорожно втянул воздух. Он на секунду отпрянул, тяжело дыша. Его взгляд метался по моему лицу.

— Как же ты, блин, светишься, Крис... — выдохнул он хрипло. — Ты хоть понимаешь, что ты со мной делаешь?

— Ты не ответил, — прошептала я, хватая ртом воздух.

— Серьезно? — он коротко хмыкнул и обхватил мое лицо ладонями. — Ты чокнутая, малая. Мозги мне выжгла к чертям. Я места себе не нахожу, если тебя нет в поле зрения. Конечно, ты моя.

Он снова впился в мои губы, и я обхватила его шею, сплетаясь с ним так, чтобы не осталось ни одного лишнего миллиметра пространства между нами. Жар разливался по всему телу.

— Крис, ты горишь… — сказал Рэй, снова немного отстраняясь от меня.

— Только не останавливайся, — взмолилась я. — Я лучше сгорю!

Из горла Рэя вырвался какой-то низкий гортанный звук, и он зарылся лицом в мои волосы, тяжело дыша. Бум-бум-бум-бум… Его сердце стучало так сильно, когда я прижалась к его груди. Но если бы он послушал мое, то, пожалуй, позвал бы врача. Мое уже давно неслось куда-то галопом, сломя голову.

Дверной замок вдруг издал характерный щелчок, и я резко отпрянула от Рэя. В палату вошла девушка, держа голослайдер. Я развернулась к ней лицом и, когда она подняла на меня глаза, слайдер тут же выпал у нее из рук, громко ударившись об пол.

В следующую секунду я уже набросилась на нее, чуть не сбив с ног.

— Вэл!

Глава 7

Глава 7.

Она была в форме: такой же белоснежный комбинезон, как у сотрудников в приемном центре. Ее светлые волосы были собраны в пучок на макушке, а отдельные кудряшки выбивались из прически, падая на лицо. Я рассматривала ее со слезами в глазах, а она держала меня за руки, словно готовясь подстраховать, если я вдруг упаду от переизбытка чувств. Губы Вэл немного задрожали перед тем, как она начала говорить:

— Слава Богам! Ты жива и невредима!

— Мне так много всего надо рассказать тебе! — выпалила я, еле сдерживая слезы.

— И мне! Крис, детка, я изучила твой личный файл… Это невероятно! Доминантная Альфа…

Но Вэл вдруг приложила запястье к моему виску и нахмурилась. Мне показалось, что она только сейчас заметила Рэя, сидящего на кушетке за моей спиной, хотя очевидно он и был истинной причиной ее появления здесь.

— Скажи мне, а что вызвало стресс и реакцию сейчас, до того, как я вошла? — спросила подруга, гневно глядя на Рэя. — Уж не этот ли боец?

Рэй от неожиданности заморгал, а Вэл выглядела так, словно готовилась впиться ему в глотку.

— Ты хоть знаешь, что она из себя представляет? — набросилась она вдруг на него. — Она уникальна! Ее надо беречь! Что ты ей наговорил, что она вся горит?!

— Э… Вэл… — я попыталась вставить слово, но Рэй вдруг вскочил на ноги, будто и не был ранен всего несколько часов назад.

— Мне кажется, что это ты мастер волновать свою подругу! Это ведь из-за тебя она в Бастионе! Из-за тебя она подвергает себя риску!

Я видела, как Вэл поджала губы, а ее голубые глаза распахнулись. Я открыла рот, чтобы прийти ей на помощь, но тут Рэй выдал:

— Само ее пребывание здесь вызывает у нее гребаный стресс каждый гребаный день! Из-за тебя!

Он надвигался на Вэл, сверля ее гневным взглядом.

— Да кто ты вообще такой?! — вырвалось у моей подруги, и, наконец, возникла пауза, которой я могла воспользоваться.

— Он мой парень, Вэл…

— Какого?.. Ты серьезно, Крис?! Ты с одним из этих… самцов! — ее взгляд метался между мной и Рэем. — У них у всех мутации! Они плохо себя контролируют и быстро выходят из себя!

— Я в состоянии себя контролировать! — рявкнул Рэй ей прямо в лицо, что не очень-то подтверждало его слова.

— О, я вижу! Он орет на тебя, детка? — Вэл перевела быстрый взгляд на меня, стоящую с открытым ртом. — Только скажи мне правду!

— Не говори ерунды! — снова гаркнул на нее Рэй. — А ты что? Что мешало тебе связаться с ней? Найти ее? Она места себе не находила без тебя, а ты!

— Да что ты знаешь о том, какого мне без нее?! — заорала в ответ на него Вэл. — Как ты смеешь говорить мне это, ничего не зная?..

— Стоп! — крикнула я, зажимая руками уши. — Прекратите! Замолчите оба!

В помещении воцарилась тишина, а стук в моих висках перебивал только гул систем фильтрации воздуха. И тут они оба с беспокойством посмотрели на меня. Рэй первый приложил руку к моему лбу и схватил запястье, чтобы проверить пульс.

— Убери от нее руки! — сквозь зубы прошипела на него Вэл.

— Твою мать! — выругался Рэй в ответ и метнулся к фарм-терминалу. — Помоги мне найти успокоительное или лед. Или хоть что-то! У тебя есть доступ открыть эту чертову ячейку?

Вэл молчала, наблюдая за его попытками вскрыть терминал с медикаментами.

— Ты встречаешься с моей подругой, но ничего не знаешь о том, как устроен ее организм, как работает ее мутация, не так ли? — ехидно спросила она, скрестив руки на груди.

— Если ты такая умная и все знаешь, может поделишься?! — бросил ей Рэй. — Или подождем пока твоя подруга сгорит, или у нее остановится сердце?

Я поняла, что надо что-то делать.

— Вэл, я и сама не знаю, как работает моя мутация, — сказала я, выступая в защиту Рэя. — Раньше мы все думали, что это просто затяжные панические атаки. Поэтому я буду очень рада, если ты прольешь свет на то, что тебе удалось выяснить.

— Я изучаю твой феномен, Крис, — начала Вэл, заметно расслабляясь и переходя на профессиональный тон. — Но белых пятен в твоем анамнезе все еще больше, чем ответов.

Рэй прекратил попытки взломать ячейки фарм-терминала и развернулся к нам, явно заинтригованный.

— Это может быть что угодно: от прямой синаптической трансляции — по сути, телепатии, до полной метаболической перестройки. Запредельная скорость, регенерация или формирование новых сенсорных узлов или даже органов. В любом случае, Альфа-сущность будет направлена на выживание и уничтожение врага.

Вэл вздохнула и подошла ближе:

— У меня нет доступа к архивам высшего уровня, личные файлы других врожденных Альф — это закрытая информация. Но мне известно, что одна из них обладала уникальным гомеостазом. Она могла полностью подавлять тепловой след своего тела, временно останавливать сердцебиение и блокировать работу секреторных желез, перестраивая их так, что ее запах становился идентичным запаху личинки акрид. Она была невидимой для них.

— Не могу сказать, что меня привлекает возможность внезапно обнаружить у себя новый орган, — я принужденно хихикнула, пытаясь сбросить напряжение, — но скажи мне, Вэл... почему это свойство до сих пор не проявилось? Если я Альфа, то где мои суперсилы?

— Потому что мы сами выставили на твоем организме «предохранители», Крис! — голос Вэл дрогнул. — Твоя Альфа-сущность — это спонтанная эпигенетическая экспрессия. Мощнейший выброс энергии, для которого нужен триггер. А что делали мы? Все эти годы мы боролись с твоими «паническими атаками», как с болезнью!

Она сделала шаг ко мне, в ее глазах едва не стояли слезы.

— Мы пичкали тебя седативами, блокируя нейронные связи в тот самый момент, когда они пытались перестроиться. Мы сбивали твой жар агрессивными антипиретиками, не понимая, что это энергетический разгон твоего метаболизма. Мы просто тушили костер, который пытался разгореться! Я тормозила твою эволюцию своей гребаной гиперопекой...

Она судорожно сжала кулаки, так что побелели костяшки, и медленно перевела взгляд на Рэя. Тот замер у терминала, уставившись на нее.

— И у меня есть стойкое ощущение, — ледяным тоном добавила она, — что твой парень продолжает заниматься тем же самым прямо сейчас!

— Может, ты научишь меня, что делать, когда ее кожа начинает буквально дымиться, температура зашкаливает за сорок, а пульс пробивает отметку в двести тридцать? — Рэй сорвался с места, сокращая дистанцию между собой и Вэл. — Скажи: мне смотреть, как она умирает у меня на руках?! И заодно объясни, почему ты не давала о себе знать все это время? Малая сходила с ума!

— Потому что мне запрещен любой контакт с Альфа-отрядом за пределами медблока! — выпалила Вэл в ответ, не отступая. — Да будет тебе известно, — она рывком подняла с пола голослайдер и взглянула на экран, — рядовой Картер, что я тоже едва не выла от этой разлуки! Но в биохимическом секторе мы не просто пробирки моем.

— Да прекратите вы! — не выдержала я.

Мой голос эхом отразился от стерильных стен, и они оба, наконец, замолчали, потупив взгляды.

— Вэл... получается, все это время я сама себя душила? Мне нельзя сбивать жар, когда накрывает?

— Не совсем, — тон Вэл мгновенно сменился на профессионально-сдержанный, хотя в глазах все еще плескался гнев. — Ты должна научиться контролировать запуск реакции. В идеале — вызывать его усилием воли. Но сейчас твой организм напоминает запертый паровой котел. Чтобы понять, как работает механизм, мы должны хотя бы раз позволить клапану открыться. Нужно дать Альфа-сущности проявиться. Не гасить вспышку, а стать наблюдателем.

— И дождаться остановки сердца? Это может привести к смерти, теоретически, — жестко вставил Рэй.

— Теоретически, да, — Вэл посмотрела ему прямо в глаза. — Риск огромен, потому что система ни разу не проходила полный цикл. Организм может выгореть. Но альтернатива — это беспомощность перед акрида-тварями. Мы не можем вечно держать ее в анабиозе. Нужно быть рядом. Быть готовым вмешаться, но не трогать ее, пока показатели не перейдут красную черту...

— Звучит не очень ободряюще, — заметила я.

— Да, кстати, мне надо взять у тебя кровь, Картер, — вспомнила Вэл, глядя на Рэя. — Я ведь за этим пришла сюда. Мы следим за показателями мутаций бойцов. Возможно, меня включат в группу, которая непосредственно занимается разработкой сыворотки для поддержания показателей выносливости. И, знаешь что, не обязательно ходить голым! Цивилизованные граждане обычно пользуются одеждой и не выставляют свои телеса напоказ!

Я демонстративно закатила глаза.

— Если ты не заметила, то мы находимся в послеоперационном блоке и у меня не было времени приодеться для тебя! — парировал Рэй.

— Конечно, не было! Ты потратил это время, чтобы вывести мою подругу из стабильного состояния!

— О, не ты ли только недавно что-то рассказывала про свою гиперопеку над Крис и ее последствия? Она выросла, Вэл! Крис взрослая! И, нравится тебе или нет, но мы вместе!

— Не нравится!

— Все! Хватит! — я встала между ними, — вы оба мне очень дороги! Не разрывайте мне сердце своими склоками! — взмолилась я, и они вновь потупили взгляд. — Вэл, я очень рада, что вы познакомились с Рэем, потому что, пока я не стала бойцом и не прохожу регулярные осмотры, мы сможем хотя бы передавать друг другу сообщения через него.

— Я тоже очень рада, детка, — выдавила из себя улыбку Вэл, и я перевела взгляд на Рэя.

— Бесконечно счастлив знакомству! — язвительно ответил Рэй, скрестив руки на груди.

Вэл взяла кровь у Рэя, и вскоре мы распрощались. Вэл ушла в лабораторию, Рэй остался дожидаться заключения врача, а я направилась обратно на тренировочную базу. Как-никак, но тренировка не была окончена, а мотивации избавиться от статуса курсанта и стать бойцом теперь у меня было еще больше. Месяц. Впереди был еще целый месяц.

Я ждала Рэя весь вечер, меря шагами внутреннее пространство своего модуля с Чайковским на плече, но тот так и не появился. Я забралась на кровать, не в силах больше бороться с усталостью. День выдался очень насыщенным, и у меня буквально слипались глаза.

Утром на завтраке ко мне подошел Салли и спросил, почему я выгляжу такой довольной и взволнованной одновременно. Я отшутилась. Ко мне подсели Стас и Ли с полными подносами. Мимо прошла Бита, и зыркнула она на меня так, словно я съела всю еду и ей не хватило. Подошел Мурат и, заметив, как я скукожилась от взгляда Биты, объяснил, что Ким все еще находится в медблоке, поэтому с ней сегодня лучше не шутить. Я и не собиралась. Джейк сел прямо напротив нас и все время пялился на меня, изредка отвечая Салли, сидевшему как всегда рядом с ним. В общем, если не считать отсутствия Рэя, завтрак прошел почти как обычно.

Уже выходя из пищевого блока, я вдруг столкнулась с ним. Выглядел Рэй раздраженным.

— Ты в порядке? — сразу спросила я.

— Да! Все прекрасно, — нервно ответил он. — Пришлось остаться на ночь в медблоке.

— По какой причине? Что-то не так?

— Все нормально, тебе не о чем беспокоиться, — поспешил заверить Рэй.

— Весь Бастион слышит, как ты скрипишь зубами. Может расскажешь?

Рэй выдержал паузу, словно раздумывая, стоит ли мне рассказывать. Но видя, что я не отстану от него, все же сказал:

— Твоя любимая подруга посоветовала медикам понаблюдать за моим состоянием до утра, а утром провести серию тестов, чтобы проверить мое психическое здоровье, — сквозь зубы прошипел Рэй. — И это было очень большое количество тестов! Больше, чем в гребаной психушке!

Я еле сдержалась, чтобы не прыснуть от смеха, но Рэй все же уловил блеск в моих глазах и строго сощурился, глядя на меня.

— Как там Ким? — я поспешила сменить тему.

— Он все еще в медблоке, ему восстанавливают руку. Кость раздроблена.

Я нервно сглотнула. Мы шли в учебный блок на занятие по стратегии.

— А как твои успехи, Крис? — серьезно спросил Рэй.

— Все хорошо! — слишком поспешно ответила я. — У меня хорошо идет метание кинжалов…

— Я знаю.

— Я прохожу рукоход больше не падая...

— Я знаю.

— Десять километров кросса теперь не приговор…

— Я знаю.

— Тогда спроси что-то конкретное!

— Со дня на день вас начнут ставить в спарринги. Пока без оружия…

— Зачем вообще они нужны?! Не думаю, что есть вероятность того, что нам придется врукопашную сражаться с акрида-тварями, — недоумевала я.

Рэй дернул плечами.

— Это заставляет тебя думать, быстро принимать решения, развивает координацию и маневренность. Это полезные навыки для любого бойца. А еще это учит выживать, понимаешь? Даже, когда ты уступаешь противнику в весе и обезоружена. Ты должна научиться выживать, малая!

Он остановился и посмотрел на меня сверху вниз. Мне ничего не оставалось делать, как согласно кивнуть.

Глава 8

Глава 8.

Мы вошли в лекционный зал вместе, и я не удержалась, чтобы не отыскать глазами Кэт. Она сразу заметила нас и демонстративно отвернулась. Я села с другими курсантами на первый ряд, а Ряд поднялся наверх, чтобы сесть с бойцами.

Обычно занятия по стратегии проводили командиры отрядов, но сегодня его вел сам полковник Громов. Гром — как прозвали его все с легкой руки Салли за мощный, раскатистый бас.

Гром встал перед аудиторией, и шум мгновенно стих. Перед нами развернулась масштабная голографическая проекция. Полковник молча перебирал пальцами в воздухе, масштабируя изображение: перед глазами поплыли глубокие разломы, окутанные фиолетовой дымкой.

— Сегодня мы разберем последний боевой выход, — его голос ударил по ушам, заставляя выпрямить спины.

— Тактику противника, допущенные ошибки и сделаем выводы.

Он обвел тяжелым взглядом аудиторию, задержавшись на секунду на мне.

— Итак, заброска в сектор К-38 в Мертвых землях. Вертикальное ущелье, протяженность — три тысячи четыреста метров. Глубина варьируется от ста восьми до трехсот шестидесяти пяти метров. Дно завалено обломками древних кристаллических структур, создающих слепые зоны для радаров.

Данные замерцали на проекции алыми цифрами.

— Кто скажет, почему для работы в этом «живописном» месте требуется изолирующая маска закрытого цикла?

Моя рука взметнулась вверх раньше, чем я успела это осознать.

— Да, курсант!

— Из-за спор Нирахетры Тиусей, — четко отрапортовала я. — Это литофитные паразиты, эндемики глубоких каньонов. Они вегетируют только в полной темноте при стабильной температуре не выше пятнадцати градусов по Цельсию. При вдыхании споры запускают механизм агрессивной септической мимикрии.

Я сделала вдох, чувствуя на себе удивленные взгляды всего зала.

— Токсин маскируется под острое заражение крови, вызывая системный воспалительный ответ. Диагностика крайне затруднена: стандартные тесты показывают обычный сепсис, и пока врачи ищут бактериальный очаг, наноспоры буквально разъедают эндотелий сосудов изнутри. Без специфического антидота летальный исход наступает в ста процентах случаев в течение сорока восьми — семидесяти двух часов, — закончила я и почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Гром хмуро кивнул, и вновь задержал на мне взгляд.

— Оба отряда высадились в сектор после того, как бойцы подразделения Дельта отработали с воздуха, выжигая основную массу акрида-тварей. Из-за специфической геометрии ущелья и обилия слепых зон задачей Альфы была финальная зачистка «вручную». Проверка каждой расщелины, прежде чем зона будет признана безопасной для добычи руды. Я говорю эти очевидные вещи специально для курсантов! — гаркнул Гром как раз в тот момент, когда Стас повернулся к Ли, что-то шепча ему на ухо. — Бойцы это все и без того знают!

Стас застыл, выпучив глаза на полковника, который, казалось, видел затылком.

— Курсант Саливанская, — Гром резко повернул голову в мою сторону. — Теперь скажите мне: учитывая рельеф и биологическую угрозу, какова будет ваша тактика? Бойцы, попрошу не подсказывать!

Я замерла, пытаясь унять волнение. Биология была моим любимым предметом в ЖАИ после хореографии, но стратегия боя... Я судорожно взглянула на голограмму ущелья. Мысли неслись вскачь, цепляясь за факты: теснота, темнота, ядовитые споры.

— Э-э-э... Я думаю, — начала я, постепенно обретая голос, — что в этих условиях наше технологическое преимущество почти обнуляется. Радары слепы, зато акрида-твари... они не полагаются на зрение. Они осязают нас через вибрацию почвы, наш запах и тепловой след.

Я набрала побольше воздуха и продолжила.

— Идти плотным строем нельзя — засада противника накроет весь отряд. Я бы предложила работать парами или малыми группами, прикрывая друг друга. Возможно, есть способ выманить противника из расщелин на открытое пространство?

— Как? — спросил Громов, сузив глаза.

— М-м-м… Имитировать массовое скопление бойцов?

— Неплохо! — произнес полковник, и по залу пробежал еле слышный шепоток. — Командир второго отряда, расскажите курсантам, какую тактику вы применили?

— Тактику «эшелонированного простукивания», — раздался глубокий голос Джейка. — Мы двигались малыми группами в шахматном порядке. Первая группа должна была использовать тепловые ловушки, чтобы перегрузить сенсоры тварей и выманить их из расщелин на открытое пространство. Вторая группа держалась на расстоянии прямой видимости, прикрывая первую.

— Командир первого отряда, — Гром перевел тяжелый взгляд на Рика. — Доложите, в какой момент ситуация вышла из-под контроля? Что стало критическим фактором?

— Мы вступили в бой на открытой местности, согласно плана. Противник был уничтожен без потерь в личном составе. У нас было численное преимущество. Так нам казалось… Но мы не учли глубину и геометрию некоторых боковых расщелин и отдельных разломов в каньоне. А также то…

«Кристаллические структуры в глубинах расщелин поглотили тепловой контур ловушек», — уже догадалась я.

— Что из-за высокой концентрации кристаллов тепловое излучение наших ловушек не достигло дна расщелин, — закончил Рик. — Часть стаи затаилась в «холодных карманах». Они использовали фактор внезапности, когда мы вошли в тесную зону. В итоге — контактный бой в ограниченном пространстве при максимальной концентрации спор. Двое бойцов получили ранения…

Дальше Гром продолжил рассказывать про разные тактики, но я не могла сосредоточиться на лекции. Мое воображение быстро нарисовало те условия, в которых оказались оба Альфа отряда. Там. В холодном, темном, узком ущелье, где затаились твари, вооруженные шипами и кислотой… Я вспомнила свой ужас, когда услышала, что Рэй получил ранение. Неееет! Мне во что бы то ни стало необходимо проявить свои способности, свойства врожденной Альфы. Я хочу быть полезной! Я хочу защищать тех, кто мне дорог! Защищать Аркадию!

Занятие закончилось и я встала, собираясь покинуть зал, когда увидела застывшее лицо Стаса, глядящего мне через плечо. Кто-то подошел так близко, что я спиной почувствовала тепло его тела, а потом запах… Запах тестостерона Альфа-самцов, к которому я, уже казалось, привыкла, но в данном случае он был слишком концентрированным. Джейк. Я резко развернулась на пятках, но не спешила поднимать на него глаза, боясь, что радужка начнет светиться от его близости.

— Джейк… — выдохнула я, разглядывая кинжалы в нагрудных ножнах на его униформе.

— Кристина, — мое имя в исполнении его тихого, бархатистого голоса звучало почти неприлично. — Ты показала настоящий класс на лекции! Уверен, твоя Вэл бы тобой гордилась.

— Спасибо, Джейк! — сказала я, все еще не поднимая глаз.

— Все нормально? — спросил он, не торопясь уходить.

— Да, мне удалось с ней повидаться вчера. Случайно. Когда я…

— Когда она пришла проверить меня, — раздался голос Рэя, и он встал рядом с Джейком. — Пойдем, Крис.

Рэй взял меня за руку и повел мимо Джейка. На ходу я оглянулась и только теперь посмотрела на него: слегка сощуренные глаза потемнели, а на губах играла самоуверенная полуулыбка.

— Курсант, останься, — вдруг раздался голос полковника. — Вы оба, свободны!

— Я подожду тебя за дверью, — сказал Рэй, и они вдвоем с Джейком вышли из аудитории, оставив нас с полковником наедине.

— Как ты справляешься? — спросил Гром после недолгого молчания.

— Нормально! — быстро ответила я. — Моя Альфа-сущность еще не проявилась.

— Я в курсе, — ответил полковник. — Даже без нее у тебя есть все шансы стать отличным бойцом, — твердо произнес он.

Я удивленно посмотрела на него.

— Ты умная, — сказал Гром, словно отвечая на мой немой вопрос. — Ты доброволец. Ты хороший друг…

— Откуда вы знаете? — полушепотом спросила я.

Неужели, ему известно про Вэл? Полковник лишь ухмыльнулся.

— Я знаю, что когда все расходятся отдыхать после тренировок, ты остаешься в зале. Каждый день! Понимая, что физически ты слабее других, ты не сдаешься! Не отступаешь. Я знаю, как болят твои кости и мышцы, когда ты падаешь в очередной раз. Но ты встаешь и делаешь еще раз все то же самое, через боль…

— Все верно! Я слабее других. И если моя Альфа-сущность не проявится, то бойцом мне не стать…

— Ерунда! — безапелляционным тоном заявил Гром. — В тебе есть страсть, а это самое главное.

— Простите?..

— Тебе не все равно. И ты не опустишь руки, пойдешь до конца. Рост и вес? Что ж, это дает преимущество в маневренности. Я слышал, ты неплохо метаешь ножи. Посмотрим, как будут дела с деструктором. Мозги и желание помочь другим — вот твое главное оружие, Кристина.

Громов назвал меня по имени. От его успокаивающего тона у меня все сжалось в груди. Неужели он верит, что из меня что-то получится? Верит в меня?

Я уже собралась выйти из зала, тихо поблагодарив его за беседу, когда он окликнул меня:

— Саливанская!

— Да, полковник, — я замерла прямо перед дверью.

— Выживи.

Молча кивнув головой, я вышла из аудитории.

Снаружи меня ждал Рэй.

— Что Гром хотел от тебя?

— Ничего особенного, — рассеянно ответила я, все еще обдумывая его слова. — Похоже, он решил, что я не такое уж и позорище для Альфа-отряда… Что? — тут же спросила я, потому что Рэй остановился.

— Какой идиот сказал тебе, что ты позорище?

— Рэй, давай честно. Через месяц я должна надеть ту же форму, как у тебя и гордо называть себя бойцом — таким же как ты. Но я не как ты! Кто захочет сражаться со мной, стоя спина к спине? Кто полезет со мной как с напарником в темное ущелье, кишащее тварями?

— Я, — сразу ответил Рэй. — Кто угодно, у кого есть мозги понимать, что они есть у тебя. Прибавь к этому твою меткость, Крис, да я ни черта не вру, я пойду с тобой!

От его уверенного тона у меня аж свело горло. Что за день-то такой? День всеобщей поддержки слабого звена?

Мы дошли до тренировочной базы и вошли в зал как раз во время: Рик и Джейк собирали курсантов вместе. Рэй наклонился, чтобы быстро поцеловать меня в макушку и пошел к бойцам. Я встала в строй рядом с другими курсантами.

— Разбейтесь по парам, — сказал Рик. — Не имеет значение, из какого вы отряда.

Стас быстро сказал что-то Ли и Мурату и повернулся ко мне.

— С сегодняшнего дня у вас начинаются спарринги, — сказал нам Джейк, скрестив свои мускулистые руки на груди. — Бегом в зону боевых тренировок!

Площадки для спаррингов обозначались яркими, светящимися желтыми линиями, утопленными в покрытие пола. Они образовывали четкие прямоугольники. Для более интенсивных тренировок по ближнему бою использовались низкие, прочные барьеры из армированного композита.

У стен пирамидами были сложены железные утяжелители. Тренажеры с пневматическим сопротивлением компактно располагались в отдельных зонах, тихо гудя во время работы. Для боевых тренировок использовались автоматизированные тяжелые мешки, которые двигались по непредсказуемым траекториям, и голографические проекции мишеней, вспыхивающие на стенах. Рядом были установлены реалистичные боевые манекены, разработанные для реакции на удары с помощью датчиков давления.

Зона боевых тренировок предназначалась в первую очередь для бойцов. Над каждым участком бесшумно висели компактные дроны со множеством линз, постоянно отслеживающие каждое движение бойца. Инструкторские пульты, расположенные на небольшом возвышении, были оснащены мультиэкранными консолями, отображающими биометрические данные бойца в реальном времени.

Мы со Стасом встали друг напротив друга, и я сжала кулаки, приняв стойку. Джейк следил за курсантами, а Рик пошел за инструкторский пульт. Прозвучала команда начинать, и Стас сделал робкий бросок вперед, даже не коснувшись меня. Я ответила ударом ноги, но он отскочил. Все мои мышцы напряглись, а в мозгу была кристальная ясность: я была готова к любому движению противника. Так мне казалось. Стас мешкал, даже не пытаясь нанести удар. Он кружил вокруг, нервно покусывая губу, и постоянно косился мне за плечо. Обернувшись, я увидела Рэя, испепеляющего его взглядом. Но, заметив, что я смотрю на него, он резко отвернулся и продолжил присед со штангой.

— Вердинский! — окликнул Джейк Стаса, — ты будешь драться, или ты в клубе приглядываешься к девчонкам?

— Я… сейчас, — выдавил Стас.

Решив помочь ему, я сама пошла в атаку. Серия ударов, которые я сотни раз отрабатывала на манекене, теперь летели в живую цель. Стас начал защищаться, и на его лице промелькнула улыбка.

— Молодец, Крис! — подбодрил он, блокируя мой прямой. — Ты чертовски быстрая!

— Только… мажу постоянно… — выдохнула я.

Мне было сложно рассчитать траекторию. Я нанесла удар ногой с разворота, как учил Рик. Красиво, высоко, мощно. Но Стас просто нырнул вниз и коротким, точным движением сделал подсечку.

Я рухнула на мат, и весь воздух со свистом вылетел из моих легких.

— О, Крис, прости! — начал извиняться Стас, протягивая мне руку.

— Довольно! — раздался басистый голос Джейка. — Курсант, свободен! Так вы ничему не научитесь, — бросил он Стасу, даже не глядя на него. — Встань с Ли. Дальше я сам.

Я выпрямилась, закинув косу за спину. Сердце колотилось где-то в горле. Собрав в памяти все выученные приемы и связки, я расставила ноги пошире и слегка согнула колени, приготовившись. Джейк ухмыльнулся и подошел ко мне ближе. Я пошла в наступление, сделав серию ударов, в конце которой Джейк лениво перехватил мою кисть. Рывок — и мою руку выкрутили за спину. Боль обожгла плечо, я стиснула зубы, чтобы не вскрикнуть. Он держал меня в согнутом состоянии так, что моя голова оказалась прижата к его животу, а лицо уткнулось в грубую ткань его штанов. Со всей силы наступив ему на ногу, я рванула в сторону. Джейк улыбнулся и толкнул меня ладонью в плечо.

Этого хватило. Я отлетела назад, ударившись затылком о мат. Не успела я вдохнуть, как Джейк уже был сверху. Его ладонь легла мне на шею, не сдавливая, но показывая: ты мертва, если я захочу. Я закрыла глаза, чувствуя на лице его горячее дыхание.

— Упала — вставай сразу! Чего ты ждешь? Пока враг тебя добьет? — его голос звучал прямо над моим ухом. — Ты же ловкая, Кристина. Представь, что это все — танец. Я в них ни черта не смыслю, но пусть это будет твой бойцовский стиль. Слышишь?

Джейк резко поднялся, и тяжесть, давившая на меня, исчезла. Я выдохнула, чувствуя, как дрожат руки.

— У тебя есть секунда, чтобы подняться, курсант! Иначе пожалеешь!

Я использовала танцевальное движение и через секунду уже стояла на ногах. Джейк довольно ухмыльнулся и встал в стойку.

— Нападай! — бросил Джейк, и в его глазах я увидела азарт хищника, играющего с добычей.

Я вновь обрушила на него серию ударов. Танец, так танец! Я использовала все свое тело: уклонялась, вращалась, превращая инерцию в движение. Я пыталась сбить его с толку. Джейк улыбнулся, блокируя мой выпад.

— Неплохо, — наконец сказал он, пока я переводила дыхание. — Надо попробовать поставить тебя с кем-то полегче.

Джейк глянул на курсантов, но все парни были выше и гораздо крупнее меня. Тогда он перевел взгляд на бойцов, и мое сердце провалилось в пятки, когда он крикнул:

— Кэт! Подойди! Встань с Крис в пару. Я буду за инструкторским пультом. Только не переборщи!

Я громко сглотнула, когда мои глаза встретились со взглядом Кэт. Она шла ко мне с грацией настоящей кошки. Только вот смотрела она на меня как истинный убийца…

Мы едва успели встать в стойку, как Кэт сделала ложный замах. Я повелась, и тут же кулак впечатался мне в скулу. Вспышка боли вызвала искры перед глазами. Место удара запульсировало, но я даже не пикнула. Не дав мне вздохнуть, Кэт ударила ногой в живот. С громким выдохом я повалилась на пол, а Кошка прыгнула сверху, зажав мне руки коленями, и нанесла несколько ударов кулаками по лицу. Металлический вкус крови наполнил мой рот, а вместе с ним меня охватила ярость. Набрав побольше слюны с кровью, я плюнула Кэт прямо в лицо. Она выругалась и в следующее мгновение я почувствовала холод стали, прижатой к моему горлу. Судя по щекочещему ощущению, капля крови уже катилась по моей шее. Но тут я увидела лицо Рэя прямо над собой.

Я никогда еще не видела его таким злым. Его голубые глаза сделались стальными, а на лице заходили желваки. В локте он зажал голову Кэт, а второй рукой приставил нож к ее горлу. Я вся похолодела, потому что мне вдруг показалось, что это конец. Кэт конец.

— Не смей приближаться к ней, слышишь? — прошипел он Кошке прямо в ухо. — Я оторву тебе голову, Кэт, если ты еще раз вздумаешь ей угрожать! Увижу тебя с оружием рядом с малой и…

— Ромео! Спокойно!

К нам бежали Рик и Джейк.

— Ты совсем тупая, Кэт?! — на ходу кричал Джейк на своего бойца. — Какого хрена? Что с тобой не так? Ты угрожала жизни курсанту?!

Кэт выглядела испуганной и растерянной. А Рэй… Он застыл в одной позе, словно и не собирался убирать нож, хотя Кэт свой уже отбросила.

— Ромео! — рявкнул на него Рик. — Посмотри на меня! Ей ничего не угрожает! Убери нож!

Мне показалось, что Рэй никого не слышал. Его лицо напоминало жуткую маску.

— Рэй… — едва слышно выдохнула я.

И тут он пришел в себя и моргнул, посмотрев мне в глаза.

Одним движением он стащил с меня Кэт и убрал нож. Я закашлялась и из моего рта брызнула кровь, заляпав форму.

Вокруг нас собрались все курсанты, оба командира и… Бита и Рысь тоже стояли, глядя на меня. Рысь с тревогой, а Бита с недовольством. Рэй помог мне сесть и стал меня осматривать. Я не могла разогнуться от острой боли в животе.

— Я вызову медиков, пусть отнесут ее в медблок, — сказал Рик и перевел угрюмый взгляд на Джейка.

Тот не сводил с меня глаз и в его взгляде отражалось беспокойство и чувство вины.

— Не надо, я сам! — сказал Рэй. — Так быстрее будет.

Он аккуратно подхватил меня и взял на руки. Я положила голову ему на грудь, и Рэй понес меня в медблок. Мне было противно чувствовать себя слабым куском дерьма!

Глава 9

Глава 9.

Перед моими глазами мигали цифры и надписи с внутренней стороны крышки «колыбели» — лечебно-восстанавливающего автоматизированного модуля. Не знаю, сколько я здесь пролежала, но чувствовала себя лучше. Крышка отъехала, и я медленно села, оглядываясь по сторонам.

— Надеюсь, ты не станешь теперь специально подставляться, чтобы мы могли видеться? — прозвучал голос Вэл совсем рядом. — Как ты, детка?

Она сидела на небольшом аэростуле рядом с модулем.

— Нормально, — ответила я, обнимая подругу. — Как ты узнала, что я здесь?

— Как я узнала? Да весь Бастион узнал об этом, когда Картер начал орать как ненормальный, чтобы ему разрешили остаться в палате. А когда не разрешили, он велел сообщить мне.

— Странно…

— Что?

— Вообще-то, ненормальная у нас я…

Я натянула улыбку, но Вэл не отреагировала.

— М-да… В зеркало тебе какое-то время лучше не смотреться, — сказала она.

Мне тут же захотелось увидеть свое отражение, но я могла себе его представить, потому что Вэл я видела сквозь две щели.

— Когда я по тебе особенно скучаю, — зачем-то начала я, — а это происходит очень часто, то мне нестерпимо хочется танцевать…

— Я тоже по тебе очень скучаю, детка! — Вэл снова обняла меня и уткнулась лицом в мои волосы. — Расскажи мне все! Все, что с тобой произошло с самого первого дня.

— И про Рэя?

— Про все!

— Сколько у нас времени?

— Моя смена закончена, а ты остаешься на ночь в медблоке. Тебе предстоят физиотерапия, куча анализов и восстановление. Я не могу ночевать здесь, но у нас с тобой есть целый вечер.

Я согласно кивнула и принялась рассказывать. Вечер пролетел стремительно. Мы болтали без умолку, прямо во время процедур, словно снова оказались в ЖАИ. Но это было не так. Добро пожаловать в Бастион, детка!

На утро меня отпустили и я бегом побежала в свой модуль. Заскочив внутрь, я сразу взяла Чайковского на руки и открыла холодильную камеру: белковой пищевой смеси там не оказалось. Губы растянулись в улыбке, когда я поняла, что Рэй позаботился о моем Дрейк-Кави. Пустая упаковка на полу подтвердила мои догадки. Переодевшись и глянув на браслет, я сразу пошла в пищевой блок.

Рэй сидел один за дальним столом с двумя подносами, заставленными пищевыми смесями. Я даже догадывалась, какими. Задержавшись на входе, я расправила плечи и задрала подбородок. Перед уходом из медблока я убедилась, что мое лицо больше не выглядит как пасть акрида-твари. Гематомы никуда не делись, но они уже перешли в стадию желтоватого оттенка. В ярком свете столовой я выглядела как жертва химической интоксикации. Что ж, с кем не бывает! Гордой походкой я пошла между столов в конец зала, надеясь, что все проигнорируют мое появление. Но не тут-то было: Стас вскочил первым и кинулся ко мне, за ним последовали Мурат и Ли, а Салли сжал в объятиях, оторвав от пола. Подошли Рик и Джейк, чтобы поинтересоваться моим самочувствием. Протиснувшись между ними, показалась Лиза-Рысь и совершенно искренне пожелала мне скорейшего выздоровления. Я настолько не ожидала теплого приема, что растерялась и, дойдя, наконец, до последнего стола, молча села, потупив взгляд.

Рэй разглядывал меня какое-то время, а потом взял мою руку в свою и переплел наши пальцы. Я первая начала говорить:

— Не смотри на меня так, пожалуйста!

— Как так?

— Как будто тебе меня жалко. Да, я проиграла поединок, но я не жалкая!

— Условия были неравны! — выпалил Рэй. — Конечно, ты не могла победить Кэт: у нее мутация! Аномальная скорость передачи нервных импульсов. У тебя прекрасное чувство баланса и маневренность. Видимо, все из-за танцев. Но ее реакция в разы превосходит твою! О чем Джейк вообще думал? — сквозь зубы процедил он.

— Значит, мне надо быть быстрее. Думать, двигаться, уворачиваться, контратаковать.

— Я позабочусь об этом.

— Как именно? — я посмотрела в его ясные, голубые глаза.

— Мы будем тренировать тебя все вместе, по очереди. У каждого из нас есть свои приемчики и штучки…

— Кто мы?

— Рик, Джокер, я и… Джейк. Мне бы не хотелось, чтобы он вообще к тебе приближался, но боец он первоклассный, не могу этого не признать. Будем оставаться в зале после основных тренировок. Идет?

Я молча кивнула, а внутри все сжалось от чувства благодарности.

— А теперь ешь, малая! Эти упаковки все — твои.

***

Мы вошли в тренировочной зал и как обычно разделились. Я подошла к другим курсантам, когда Рик окликнул нас:

— Курсанты обоих отрядов, в зону боевых тренировок!

Мы пошли к бойцам, которые уже разминались.

— Сегодня вы наблюдаете за спаррингом бойцов, — обратился к нам Рик, когда мы построились. — Не всех. Лучших. Это не значит, что другие бойцы хуже: у каждого из вас есть сильные и более сильные стороны. Ибо слабых в Альфе не бывает!

Последние слова Рик почти прокричал, и по моему телу пробежала дрожь, потому что все бойцы хором повторили за ним, образуя дружный хор. Слабых в Альфе не бывает… И я не буду!

— Я называю имена, вы встаете в квадрат со своим партнером по спаррингу, — продолжил Рик, обращаясь к бойцам. — Курсанты наблюдают за каждым элементом, броском, движением. Бита и Кошка! Ким и Джокер! Я с Ромео. Командир второго отряда судит.

Мое сердце забилось быстрее, когда я увидела Рэя в квадрате. Рик поставил его в с собой в пару, а это значит, что Рэй не просто один из лучших: он будет драться с командиром отряда! Но тут Джейк подошел к Рику и что-то прошептал ему на ухо.

— Замена! — сообщил наш командир, — Ромео и Джейк. Я буду судить.

Черт! Мне стало не по себе, вспомнив их стычку в наш первый день в Бастионе. Салли присвистнул, посмотрев сначала на меня, а потом на Джейка. Рик встал рядом с нами и велел начинать.

Мои ноги словно вросли в пол, я не могла пошевелиться. Конечно, это не шло ни в какое сравнение с нашими жалкими попытками на прошлой тренировке. Воздух словно стал плотнее от вибрирующей в нем энергии. Столько мощи и силы!

— Малая, — Рик подошел ко мне, — наблюдай за всеми тремя парами! Не только за этой. Смотри в оба, запоминай!

Я с трудом заставила себя отвести глаза от Рэя и Джейка. Грохот, с которым они раз за разом обрушивали друг друга на маты, сотрясал пол.

Я перевела взгляд на девушек. Бита ушла в глухую оборону, но по ее прищуру было ясно: она выжидает. Кошка наносила удары с такой скоростью, что я еле успевала подмечать комбинации. Бита сделала удачную подсечку, и Кэт с глухим ударом повалилась на мат, но тут же взвилась на ноги, словно и впрямь была кошкой. Она снова начала кружить вокруг Биты, выискивая брешь. И вдруг — просвет. Всего один неверный замах Кошки, всего доля секунды. Бита не упустила шанс: короткий, сокрушительный правый хук врезался точно в челюсть Кэт. Глухой звук удара, и Кошка рухнула мешком и больше не поднялась. Рик тут же бросился к ней, проверяя пульс и зрачки.

Возможно, я не самый благородный человек на свете, но в этот момент я испытала к Бите самую искреннюю симпатию.

Две другие пары не обращали никакого внимания на то, что происходит вокруг. Салли умудрялся ухмыляться даже во время боя! Этот парень просто невероятный! Ким был крупнее его, и двигался он как само совершенство. Но Салли постоянно менял тактику, словно издеваясь над соперником.

Я снова посмотрела на Рэя с Джейком, и у меня перехватило дыхание. Джейк впечатал предплечье в горло Рэя, вминая его в мат. Вены на висках у Рэя вздулись от удушья. Я невольно подалась вперед, готовая позвать Рика, который как раз пытался привести в сознание Кэт. Но Рэй вдруг резким движением подбросил бедра вверх и стальным замком перехватил шею Джейка ногами. Они оба перевернулись и повалились на бок, вцепившись друг в друга.

— Достаточно! — Рик, бросив Кошку, подбежал к ним, разрывая захват.

Джейк и Рэй поднялись на ноги одновременно. Они тяжело дышали, не сводя глаз друг с друга.

— Курсанты, приступить к упражнениям на тренажерах. Живо!

Перед уходом я еще раз посмотрела на Рэя, но он словно специально игнорировал меня, не переставая пристально смотреть на Джейка. Тот тоже смотрел на Рэя, стараясь восстановить дыхание. Казалось, они молча переговаривались.

Через несколько часов я лежала на мате, жадно хватая ртом воздух. Мы остались с Риком после общей тренировки, чтобы научить меня драться в конце концов.

— Хватит на сегодня! — наконец, сказал он. — Неплохо.

Неплохо? Да я билась как настоящий ниндзя из книг по истории Старого Мира. Рик протянул мне руку, и я поднялась, пытаясь распрямить трясущиеся колени.

— Слушай, Малая, — сказал он негромко, потирая шею. — Завтра у бойцов выходной, мы собираемся сгонять в бар, ты не против?

Не против ли я потанцевать, провести вечер с Рэем, сменить обстановку и хоть ненадолго забыть про изнурительные тренировки? Конечно…

— Если я заберу у тебя твоего парня и мы потусим? Утром верну его в целости и сохранности!

Я открыла рот и молча моргнула, не зная, что сказать.

— Отлично! Тогда оставайся в зале, попрактикуйся еще в метании. Завтра после обеда с тобой потренируется Салли. Увидимся!

— Увидимся…

Я растерянно побрела метать кинжалы.

Чем больше я метала, тем сильнее во мне закипала обида. Следы от ножей становились все глубже, а мои броски все резче и точнее. У них, видите ли, увольнительная! Бросок. Кэт будет там попивать ледяной коктейль! Бросок. Бита будет там! Бросок. Рысь будет там танцевать в неоновом свете бара! Бросок. Джокер будет там! Бросок. Джейк будет там ловить на себе восхищенные взгляды гражданских! Бросок. Рэй! Мой Рэй! Бросок. Семь попаданий точно в центр. Кажется, я стала асом. Ярость — отличный стимулятор для меткости, жаль только, что она не дает права на выход в город. Особенно когда ты всего лишь бесправный курсант, чей мир ограничен стенами Бастиона.

Злая на весь свет, я поплелась к жилым модулям.

Зайдя к себе, я уже собралась начать высказывать все Чайковскому, когда нашла его лежащим на животе у Рэя, который разлегся на моей кровати, заложив руки за голову. Мой Дрейк-Кави в блаженстве посапывал на нем с приоткрытым беззубым ртом, не обращая никакого внимания на вошедшую хозяйку.

— Как прошла тренировка? — спросил Рэй.

— Нормально.

— Ты не голодная?

— Нет.

— Я бы тебя встретил, но Чай уснул, не хотел его тревожить.

— Угу.

— Ты злишься на меня за что-то?

— Нет.

Я равнодушно пожала плечами. Рэй тяжело вздохнул. Взяв чистую одежду, я пошла в душ.

— Мне уйти, Крис? Ты хочешь побыть одна?

Услышала я через дверь душевой.

— А тебе вдруг стало интересно, чего я хочу? — ляпнула я первую тупость, которая вертелась на языке. — Ты ведь все равно уходишь сегодня. Со всеми. Кроме меня, — вторая тупость слетела с губ следом.

Я зажмурилась от стыда и поскорее включила воду. Холодную, вместо горячей. Завизжав, я услышала через дверь привычное: «Ненормальная!» Что ж, обычный денек!

Я вышла из душа, переодевшись и с полотенцем на голове. Рэй стоял на том месте, где раньше был диван, скрестив руки на груди.

— Вываливай! — сказал он, пристально глядя на меня.

— Я про ваш дружный бойцовский поход по барам Аркадии и про то, что я, почему-то, узнаю это от Рика, а не от тебя! — начала я без предисловий.

— Я собирался сказать тебе, Крис, но Рик зачем-то полез, куда не надо…

— Так нечестно! — выпалила я.

— Согласен.

— Я тоже заслужила отдых и развлечения!

— Безусловно.

— В выпускном классе мы с девочками пару раз ходили в клуб. Знаешь, как было весело!

— Не сомневаюсь.

— А теперь мне предстоит полное одиночество, потому что вы все отправляетесь наслаждаться жизнью!

— Кто все?

— Ты, Кошка, Рысь, Бита, Джокер, оба командира…

— Вообще-то, Кэт в медблоке до завтра. У нее сотрясение. Бита не поедет, у нее рандеву с Кимом. Рысь не поедет без Биты. Не знаю, насколько тебе важно, поедут ли Салли с Джейком, но я и Рик остаемся.

— В смысле, остаетесь? — я уставилась на Рэя, чувствуя себя полной идиоткой.

— Я сказал, что у тебя была сложная неделя и уговорил его посмотреть матч по стэйтику. Я зашел к тебе сказать, чтобы ты переодевалась, брала Чая, чтобы ему не скучать одному, и шла ко мне. Потому что у меня есть диван, а у тебя нет. Смотрю, ты уже переоделась, отлично. В холодильной камере лежат фрукты, если захочешь.

Он подошел вплотную, наклонился и поцеловал меня в уголок рта, резко втянув ноздрями воздух. После чего спокойно вышел. Блаженное тепло разлилось по всему моему телу.

Через полчаса мы втроем сидели у Рэя и смотрели матч по стэйтик-болу, чертыхаясь каждый раз, когда кто-то из нашей команды искрился и отправлялся на скамейку запасных. В перерыве между таймами мы весело болтали обо всем на свете. После пятого коктейля Рик рассказал нам, что он встречался с девушкой, врожденной Альфой, и что ее мутация тоже не сразу проявилась. Мне стало легче. Пока я не спросила, где она сейчас, и Рик не сказал, что она погибла во время одной из операций. Это было два года назад, он тогда еще не был командиром.

К концу второго тайма я уснула у Рэя на груди, не досмотрев, чем закончился матч. Мне снова снилась сцена театра.

Когда я открыла глаза, то обнаружила, что лежу на кровати, так и не раздевшись. Повернув голову, я увидела спящего Рэя. У меня перехватило дыхание: я все еще была у него.

Тихо, боясь разбудить его, я приподнялась на локтях и принялась изучать его лицо с предельно близкого расстояния. Всегда поражалась людям, способным спать лежа ровно на спине, как статуи. Я же спала, словно Дрейк-Кави — зарывшись в простыни и принимая самые невообразимые позы.

Рэй дышал глубоко и размеренно. Я невольно вдохнула, втягивая его запах. За время, проведенное в Альфе, я научилась отличать запахи тестостерона у разных бойцов, но у Рэя он был особенным. От него пахло черным кофе и озоном — странная смесь тепла редких зерен и холодного электричества.

Я разглядывала четкие линии его лица: прямой нос, высокие скулы, безупречную линию подбородка. На нем не было рубашки, и белая простыня, накрывающая его до пояса, лишь сильнее подчеркивала рельеф мышц на загорелом торсе. Мягкий свет аварийных осветителей из окна модуля падал на его кожу, превращая изгибы в игру света и тени. Мне нестерпимо захотелось коснуться его, провести кончиками пальцев по прессу, проверить, насколько он твердый на самом деле. Я чуть склонилась и осторожно подула на его грудь. По коже Рэя тут же пробежала волна мелких мурашек. Мой взгляд заскользил вниз, к темной резинке штанов, едва видневшейся из-под края простыни.

Помогите мне Боги...

Я вела пальцами по воздуху, едва не касаясь его кожи — в каких-то жалких миллиметрах. Казалось, я даже перестала дышать, чтобы не разрушить этот момент. Но когда я повела рукой обратно, мой взгляд наткнулся на его открытые глаза. Глубокие, потемневшие, они смотрели прямо мне в душу. От неожиданности я судорожно вздохнула.

— Все думаю, как долго ты собираешься на меня пялиться? — прошептал Рэй.

Его голос, низкий и хриплый со сна, отозвался дрожью где-то внизу живота.

Мои пальцы так и замерли над его грудью. Рэй накрыл мою ладонь своей, прижимая ее к сердцу. Мне вдруг стало тяжело дышать, словно воздух в модуле стал густым и упругим. По телу разлилось тепло, и я посмотрела на наши руки: под его крупной ладонью моя казалась почти детской. Я осторожно прижалась ухом к его груди. Бум-бум-бум-бум! Его сердце колотилось с такой силой, будто хотело проломить ребра. Голова слегка закружилась. Рэй напрягся, его мышцы стали твердыми. Когда наши взгляды встретились, я поняла: назад пути нет.

Моя радужка полыхала, отражаясь в его потемневших глазах. Рэй шумно сглотнул. Инстинкт толкнул меня вперед, и наши губы соединились. Стон сорвался с его губ, смешиваясь с моим. Его рука запуталась в моих волосах, жестко фиксируя затылок, а вторая скомкала ткань майки, обжигая кожу на пояснице. Я невольно подалась вперед, и мое колено оказалось зажато между его сильных бедер. Рэй глухо прорычал что-то неразборчивое. Весь мир за пределами сплетения наших рук и губ перестал существовать.

Я видела, как татуировки на моих руках светятся, заливая пространство модуля призрачным мерцанием. Воздуха не хватало. Рэй замер и посмотрел мне прямо в глаза: его взгляд был темным, сосредоточенным, почти диким.

— Крис… — прохрипел он, и от вибрации этого голоса моя спина выгнулась, самопроизвольно подаваясь ему навстречу. — Ты горишь… Я не знаю, где твоя чертова красная черта!

— Что?.. — мой голос превратился в едва слышный стон.

— Постарайся успокоиться. Дыши, Крис.

Я смотрела на него, не понимая, почему он замер, почему больше не целует.

— Я сейчас, — бросил Рэй и резко встал.

Мир сразу стал холодным и пустым. Я пыталась заставить легкие работать, осознанно втягивая воздух. Через мгновение Рэй вернулся. Мою шею и голову обложили пакетами с искусственным льдом. Резкий холод прошил тело, заставляя ахнуть от неожиданности, но Рэй уже снова был надо мной. Он навис, стоя на четвереньках, тяжело дыша. Его взгляд жадно скользил по моему лицу, пока он не склонился и не прикусил мою нижнюю губу: легко и дразняще.

Пальцы впились в простыни. Холод льда и жар его тела создали внутри меня такой шторм, что я не выдержала. Высвободив губу, я сама впилась в него поцелуем. Мне было плевать на «черту»! Я обхватила его за шею, пальцами впиваясь в напряженные мышцы спины, и притянула к себе.

Глава 10, 11, 12

Глава 10

Слава Богам, утром не надо было бежать на тренировку, потому что ни к какому раннему подъему мое тело готово не было. Я открыла глаза и увидела лицо Рэя: он смотрел на меня, играя прядью моих волос у уха, и слегка улыбался.

— У меня черт-те что на голове? — шепотом поинтересовалась я.

— Типо того, — хмыкнул Рэй и поцеловал меня в висок.

— Чайковский?

— Он спит на диване. Я уже покормил его. Тебе тоже надо поесть. Я принес кое-какие фрукты из твоей холодильной камеры.

— Да, да, хорошо, — быстро согласилась я. — Только сначала в душ!

Я встала с кровати и шмыгнула в ванную. Уже включив душ, я поняла, что здесь нет моего средства для волос и вспомнила, что все еще нахожусь не в своем модуле. Пришлось мыться тем, что заботливо предоставил нам Бастион. Чуть прохладная жидкость струями текла по телу, и я чувствовала, как реагирует моя кожа в некоторых местах, которые все еще были слишком восприимчивы к раздражителям. Тщательно промыв волосы, я выключила воду и обмотала два полотенца вокруг тела и головы.

Выйдя из ванной, я на ходу схватила пару яблок со столешницы и обернулась к Рэю. Он лежал все там же, но теперь на его широкой груди восседал Чайковский. Дрейк-Кави с крайне сосредоточенным видом разглядывал лицо Рэя, капая слюной прямо ему на подбородок. Заметив мой взгляд, Рэй быстро смахнул каплю и протянул мне руку. Я нырнула под простынь, устраиваясь рядом, и Чайковский тут же начал неуклюже перебираться на мой живот. На полпути он вдруг замер, и в следующую секунду до нас долетел резкий, ни с чем не сравнимый запах.

Мы с Рэем одновременно переглянулись.

— Чай! Ты испортил воздух!

Но Чайковский уже уселся на меня и посмотрел на нас так, словно он здесь совершенно ни при чем.

— Что ты съел, приятель? — спросил Рэй. — И что он вообще ест, кроме белковых смесей?

— Насегомых, — ответила я, зажимая нос рукой и откладывая недоеденное яблоко в сторону. Аппетит пропал.

— Похоже, Чай, ты слопал не того жука!

Рэй громко и раскатисто расхохотался, заложив руки за голову. Я залюбовалась им. Сейчас, когда он не строил из себя угрюмого альфа-самца, он казался невероятно… красивым. Мой Рэй.

Он повернул голову, и наши взгляды встретились. Рэй мельком глянул на браслет и резко сел, подхватывая Чайковского под пузо.

— Прости, приятель, но до тренировки остался всего лишь час, а у меня серьезные планы на твою хозяйку!

Он бесцеремонно спустил сопротивляющегося Дрейк-Кави на пол и тут же перекатил меня через себя. Рэй зафиксировал мои запястья над головой, вжимая их в подушку, и навис сверху. Я утонула в синеве его глаз, чувствуя, как внутри снова разгорается пожар.

***

Я забежала в тренировочный зал как раз к оговоренному времени. Салли уже был на месте и отжимался от пола. Увидев меня, он встал и улыбнулся так, как может улыбаться только Салли-Джокер! Никто кроме него не способен одарить тебя такой улыбкой, словно ты являешься лучшим человеком на свете.

— Здорово, Малая! Я сегодня немного не в форме после вчерашних приключений, так что у тебя есть все шансы мне навалять! — весело сказал он, идя навстречу.

— Я тебя тоже очень рада видеть, Салли! Постараюсь навалять! — сказала я, когда он обнял меня за плечи.

Мы встали в квадрат и начали спарринг.

Драться с Салли было максимально неудобно! Если приемы Рика были четкими и академичными, то Джокер вытворял, что хотел! Предугадать его следующее движение было практически невозможно.

— Пружинь, Крис! Зачем тебе ноги? Давай, двигайся! Открылась — не прощу!

Через полтора часа меня можно было отскабливать от мата. Но все же, мне удалось один раз пробить оборону Салли и выполнить удачную комбинацию. Ну, почти.

Вечером я нашла в себе силы еще и на пробежку, уже ставшую привычкой. После этого мы с Рэем уселись на берегу, у самой кромки ненастоящего прибоя, любуясь нереальным закатом.

Утром следующего дня Рик собрал всех курсантов напротив мишеней в зоне боевых тренировок. Они немного отличались от тех, на которых мы практиковались до этого. Джейк стоял рядом, скрестив руки на груди. Вид у него был задумчивым.

— Подходим к черте по очереди, делаем восемь бросков. Вам надо набрать восемьдесят пять процентов, чтобы я и командир второго отряда выдали вам деструкторы. За линию не заступать!

Мы выстроились перед мишенью. Я стояла первой, чувствуя приятное волнение, разливающееся по телу. Я справлюсь!

— Кошка! — окликнул Рик, и моя храбрость сразу куда-то улетучилась. — Покажи курсантам свою технику броска.

Кэт шла к нам с таким надменным видом, словно была королевой, а мы — ее прислугой.

— Так и хочется надрать ей задницу, да, Крис? — шепотом спросил Мурат, стоящий сразу за мной.

Я обернулась, глядя как он закусывает пирсинг в нижней губе, но продолжила изображать равнодушие на лице.

Кошка встала за черту, и мы все немного отступили назад. Она приготовила свои кинжалы: по одному в каждой руке и вытянула правую, прицеливаясь. Было заметно, что она не торопится, наслаждаясь вниманием. Кэт сделала точный бросок, за ним сразу последовал еще один. Третий нож она бросила с разворота, а два последних — обеими руками одновременно. Она так быстро выхватывала кинжалы из ножен, что это походило на какой-то трюк. Черт, она была безупречна! Я поежилась. Мурат присвистнул. Кэт резко развернулась и наши взгляды встретились. Она ухмылялась, глядя мне в глаза. Мое сердце забилось быстрее.

Я встала за черту и достала один из кинжалов, проверяя, что все остальные на месте. Кэт никуда не ушла, она стояла за спиной у Рика и не сводила с меня глаз. От ее взгляда я почувствовала, как у меня горят щеки. Мне вдруг стало жарко и я стянула с себя рубашку, оставшись в майке. Дышать, надо просто дышать! Я сунула кинжал обратно в ножны и закрутила косу на затылке, стянув ее резинкой у основания, чтобы мне ничего не мешало. Раньше я так делала в балетном классе.

— Малая, ты к свиданию готовишься? — с издевкой в голосе спросил Рик.

Но я проигнорировала его комментарий и встала за черту, встряхивая руки. Пульс стучал в висках, а во рту стало совершенно сухо. Все пялились на мои светящиеся татуировки, тогда как я пыталась сосредоточиться на мишени. Это было довольно сложно, потому что перед глазами вдруг все поплыло. Нет, только не сейчас! У меня нет никаких панических атак! Это все в моей голове… Я сама контролирую свое тело.

В ушах стоял странный гул, но мишень передо мной вдруг стала такой четкой, словно никакого расстояния до нее не существовало. Она была там. И… я тоже была там. Я вытерла капельки пота, выступившие на лбу и поймала на себе настороженный взгляд Рика. Я коротко мотнула головой, давая ему понять, что все в норме и отступать я не собираюсь.

Я зажала в пальцах гладкое лезвие, которое приятно холодило кожу. Вытянув руку вперед, я тут же опустила ее, услышав удивленный вздох Мурата за спиной. Раз, два, три, четыре, пять… Я отошла на семь шагов дальше черты, и все расступились, образовав за мной полукруг. Выдох.

Бросок! Еще! Быстрее, я могу быстрее!

Ножей больше не осталось и я начала быстро моргать, стараясь прийти в себя.

— Это невозможно! — выпалил Стас и я обернулась, увидев Мурата с открытым ртом. Ли стоял рядом и улыбался.

Меня немного качнуло, но Джейк тут же оказался рядом, сжав мое запястье, чтобы проверить пульс. Он перевел молчаливый взгляд на Рика и слегка кивнул ему.

Дисплей над мишенью вывел цифру: 99,8%

— Как ты себя чувствуешь, Крис? — тихо спросил Джейк в то время, как Мурат уже готовился к броску.

— Я в порядке, Джейк. Переживать не о чем. Немного поволновалась, но норматив выполнила!

— Не то слово, Крис! Это просто разрыв!

Джейк улыбнулся своей фирменной полуулыбкой и пошел о чем-то переговорить с Риком. К ним подошел Рэй, бросив быстрый взгляд на дисплей, а потом удивленный на меня.

Я отвернулась от них, чтобы посмотреть как бросают другие, и мой взгляд уперся в Кэт, которая подошла ко мне вплотную.

— Ты же понимаешь, что он с тобой только лишь из-за твоей мутации! — прошипела она, косясь на Рэя. — Это тупой животный инстинкт! Ты просто воняешь для них как гребаная псина в течке!

— Заткнись, Кэт! — процедила я сквозь зубы и невольно сжала кулаки.

— Как-нибудь, трахая тебя, из него вырвется мое имя!

— Вряд ли ты его чем-то зацепила, Кэт, раз его хватило всего лишь на пару раз!

— Ты сдохнешь в первом же бою!

Рука Кэт дернулась к моему горлу, и я перехватила ее, уже собираясь заломить, когда рядом вдруг оказалась Бита.

— Ты забрызгала все маты, Кэт, своей ядовитой слюной! Руку убери от курсанта первого отряда!

— Да какого черта вы все лижете ей задницу! — выпалила Кошка, отдернув руку.

Кэт быстро зашагала прочь, нарочно зацепив меня плечом. Я в изумлении смотрела на удаляющуюся вслед за ней Биту. Она подошла к Лизе, и та глянула на меня, быстро подмигнув, прежде чем обе пошли к тренажерам.

Не успела я прийти в себя и начать изводить себя, обдумывая слова Кэт, как Рик и Джейк позвали нас строиться.

Мы все сдали норматив, и командиры отрядов выдали каждому по квантовому деструктору.

— Деструктор испускает луч квантовых частиц, которые разрушают связи между атомами мишени, — громко произнес Джейк, встав напротив нас и держа оружие на перевесе. — Он способен прошить почти любую броню. Преимущества: минимальная отдача и высокая пробивная способность. Недостатки: чудовищное энергопотребление и необходимость точного попадания в одну и ту же точку, чтобы пробить хитиновый щит акрида-твари. И помните: он бесполезен против укрепленных щитков фланговых защитников, о чем вам не раз говорили на лекциях.

Мы вертели в руках увесистые пушки, изучая ребристые радиаторы охлаждения, прицелы и матовые индикаторы заряда. Парни возбужденно переговаривались, я же чувствовала, что изящные кинжалы мне куда ближе. Деструктор был громоздким, угловатым и совсем не… красивым. Наверное, я и правда немного чокнутая.

Для отработки стрельбы мы перешли к голографическим проекциям. Джейк показал, как снимать оружие с предохранителя, и сам всадил несколько лучей точно в центр мерцающих целей. Мурат стрелял первым. Он умудрился снести все мишени под чистую! Я улыбнулась ему, и он весело подмигнул в ответ, по привычке прикусывая сережку в нижней губе. Настал мой черед. Я сосредоточилась, стараясь игнорировать вес оружия, и выстрелила. Восемь из десяти. Неплохо, но до идеала далеко. Плечо начало ныть от отдачи, а пальцы на рукояти предательски подрагивали.

Джейк прохаживался между нами, периодически делая замечания, когда зал вдруг разорвал вой сирены. Мое сердце рухнуло куда-то вниз.

— Второй отряд, боевая готовность! — проревел он.

Рик прокричал то же первому отряду. Он уже был у инструкторского пульта, его пальцы быстро перемещались над сенсорами.

— Приказ о зачистке северного ущелья в Мертвых землях! Квадрат С-18! — голос Рика гремел над залом, заставляя мои ноги подкашиваться.

— По данным дронов, численность стаи… — Он коротко присвистнул. — Более шестидесяти особей! Работаем совместно с ребятами из Дельты!

— Полковник, приказ принят! — Джейк уже вызывал Громова по рации. — Готовность обоих отрядов — шесть минут!

Я застыла, оглушенная внезапным хаосом. Бойцы бегали, вскрывали оружейные шкафы, проверяли экипировку. Мой взгляд лихорадочно выхватил Рэя в этой суете, и дыхание перехватило. Он коротко посмотрел на меня, когда его губы тронула тень улыбки. Жалкая попытка меня успокоить. Пробегая мимо, Рэй на секунду задержался рядом со Стасом:

— Вердинский! Пригляди за малой!

Стас молча кивнул, и Рэй исчез в дверях. Сколько продлится бой? Есть ли в С-18 радиация? Вопросы роились в голове, мешая дышать. Впереди меня ждали часы неизвестности.

— Не дрейфь, Малая! — Салли хлопнул меня по плечу, проносясь мимо. — Я пригляжу за твоим парнем!

— Салли, будьте осторожны! — выкрикнула я вслед, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. — Вернитесь все!

Джокер махнул рукой и исчез в коридоре.

Мы остались одни в опустевшем зале. Я не знала, чего мне хотелось больше: рвануть следом за Рэем, или забиться в самый дальний угол моего модуля и не высовываться, пока все не закончится. Но в Альфе слабых не бывает… Вспомнила я и сжала зубы. И я не буду!

— Мурат, передай деструктор Ли, — мой голос прозвучал неожиданно твердо и уверенно. — Теперь его очередь. Я следующая. Потом Стас. Продолжаем тренировку.

Парни удивленно уставились на меня, но через секунду Ли молча взял оружие и вскинул его к плечу.

Я лежала на кровати Рэя, тупо уставившись в потолок и считала до ста. В двадцать шестой раз. Чайковский давно спал, уютно пристроившись сбоку. Девяносто восемь, девяносто девять… Дверь модуля отъехала и я вскочила, глядя на вошедшего Рэя.

Все его лицо, руки и форма были перепачканы кровью и я еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Мы оба молчали, пока он стягивал с себя грязную одежду.

— Кто? — спросила я не своим голосом.

— Марк из второго, — коротко и сухо ответил Рэй. — Такой бритый с татуировками…

В следующую секунду я уже бросилась к нему, обхватив за шею и уткнувшись лицом в пропотевшую майку.

— Я пытался остановить кровотечение, — продолжил Рэй еле слышно, — но рана оказалась слишком глубокой. Трое погибших в Дельте…

Нет, я не разревусь! Я не позволю себе такую слабость. Надо дышать! Я еще сильнее стиснула Рэя в объятиях, ненавидя себя за постыдное чувство облегчения, смешавшееся с горечью.

Глава 11.

Спарринги с Джейком давались мне тяжелее всего. Шел одиннадцатый день моих индивидуальных тренировок, и я чувствовала каждую мышцу своего тела.

— Отбери у меня кинжал, Кристин, — бросил он, внезапно направив лезвие мне в грудь.

— Какого черта, Джейк! — вспылила я, отпрыгивая назад. — Холодное оружие запрещено в спаррингах с курсантами!

Мы тренировались больше часа, и мою форму можно было буквально выжимать. Мокрые пряди липли к лицу, мешая обзору.

— Забудь про правила! — Джейк хищно оскалился, и в его глазах блеснул дикий, почти звериный азарт. — Через две недели ты станешь полноценным бойцом. Нападай, Малая! Отбери у меня этот чертов кинжал!

От его взгляда по спине пробежал холодок. Я резко развернулась и выбросила ногу в высоком ударе. Благодаря танцам и растяжке я могла достать противника на любой высоте, что хоть как-то компенсировало мой рост. Нога разрезала воздух там, где мгновение назад была рука Джейка. Он увернулся с пугающей легкостью, но я заметила его одобрительную полуулыбку.

Я сделала ложный замах, предугадала траекторию и в следующем прыжке обрушила удар точно по рукоятке ножа. Выбить кинжал не удалось, но я успела вцепиться в запястье Джейка, наваливаясь всем телом и пытаясь вывернуть ему руку.

Он легко перехватил меня, прижимая спиной к своей груди и сдавливая в стальном захвате.

— И что это за маневр? — хмыкнул он мне в макушку.

— Захват… — пропыхтела я, отчаянно пытаясь выкрутиться из его рук. — Разве не… не видно?

— Теоретически — верно, но с твоим весом это не сработает.

Его горячее дыхание коснулось моего затылка, и по телу прошла волна жара.

— Я поправилась! — возмутилась я.

— И на сколько?

— На четыре килограмма с тех пор, как прибыла в Бастион! — гордо сообщила я.

Джейк наконец разжал руки и отступил на шаг, с сомнением оглядывая меня с ног до головы, словно пытался разглядеть эти несчастные килограммы под слоем ткани.

— Незаметно, — заключил он. — Ладно, на сегодня хватит. Надеюсь, Ромео не слишком тебя балует?

Балует… Рэй подходил к нашим с ним спаррингам со всей суровостью, на которую был способен. Он заставлял меня отрабатывать каждый прием до дрожи в коленях. Но я точно не собиралась признаваться Джейку, что наши индивидуальные занятия часто заканчивались на матах в совсем не уставных позах. И вовсе не потому, что кто-то кого-то уложил на лопатки. Хотя… случалось и такое.

— Нет, он очень строг ко мне! — заверила я командира второго отряда, что было отчасти правдой.

Мы покинули тренировочную базу уже на закате. Мой живот предательски заурчал от голода.

— Давай, беги в пищевой блок, — хмыкнул Джейк. — Пока еду не убрали.

В столовом зале уже почти никого не осталось. Сотрудники упаковывали оставшиеся смеси и овощи в специальные контейнеры. Я уже собиралась выхватить пару пачек у них из рук, когда заметила Рэя. Он махнул мне рукой, и я поспешила к нему, усаживаясь напротив. Рэй подвинул ко мне поднос.

— Если я съем все это, то никакой пробежки уже не получится! — заверила я его, глядя на количество еды.

— Ладно, — согласился он, убрав одну пачку смеси.

Я с жадностью набросилась на еду, позабыв обо всех манерах, которым нас обучали в ЖАИ. Наверное, акрида-твари ели эстетичнее.

***

Мы собрались напротив манекенов, которые двигались по непредсказуемой траектории, меняя скорость. Мое плечо уже начало ныть от тяжелого приклада, а пальцы затекали на рукояти деструктора, когда до меня вновь дошла очередь. Прошла еще одна неделя в Бастионе, а я так и не привыкла к громоздкому оружию. Я выстрелила и попала точно по цели.

За последнюю неделю я успела дважды побывать в медблоке. Нет, не затем, чтобы повидаться с Вэл, хотя это, безусловно, было моим утешением. Первый раз мне понадобилось наложить шов на рассеченную бровь, а второй — вправить вывихнутый плечевой сустав. Это было не единственным моим достижением в спаррингах. Мне несколько раз удалось закончить бой со Стасом и Ли в ничью.

Я по-прежнему «умничала», как называл это Салли, на лекциях, а в метании кинжалов мне не было равных. Но до результатов Мурата в стрельбе из деструктора было далеко.

Закончив со стрельбой, мы с курсантами пошли к тренажерам. Я решила начать с турникета, но, подойдя к нему, обнаружила подтягивающуюся Биту. Ее рельефные, мускулистые руки каждый раз заставляли меня смотреть на нее с открытым ртом.

— Пятьдесят шесть, пятьдесят семь, — считала, стоящая рядом Рысь. — Привет, Крис!

— Привет! Ты следующая? — спросила я у Лизы, честно говоря, даже не глядя на нее.

Счет перевалил за шестьдесят. Татуировки Биты покрылись мелкими капельками пота, но она продолжала ритмично подниматься и опускаться, не теряя темпа.

— Нет, забирай! Я сегодня еле-еле осилила сорок, — призналась Рысь и улыбнулась, пожав плечами. — Пойду доделаю свою рутину.

«Рутиной» она называла авторский комплекс упражнений, который выполняла ежедневно с тех пор, как начала готовиться к чемпионату Аркадии по спринту. Я не узнала ее сразу, но позже вспомнила: Рысь как-то показывали по спортивному каналу.

Лиза-Рысь была настолько уверена в себе, что легко признавала неудачи и никогда никому не строила козней. За это ее обожали буквально все. Высокая, светловолосая с легким характером. За Лизой стояла очередь из парней, желающих позвать ее на свидание. Но она была невероятно разборчива и умела тактично отказывать. Ее дружба с Ритой-Битой была живым доказательством того, что противоположности иногда притягиваются.

— Восемьдесят! — озвучила Лиза. — Все, Рита, спрыгивай! Дай Крис позаниматься.

О, ну зачем она это так сказала…

— Привет, Рита! Если ты еще не закончила, то я подожду, — поспешила добавить я.

— Закончила! — гаркнула она в ответ, легко соскакивая на пол. — Тебя подсадить, или допрыгнешь?

— Допрыгну! — смело заявила я, и они обе ушли.

Почему я отказалась от помощи? Я ведь прекрасно знала, что не достаю до турника даже в самом отчаянном прыжке.

Как-то раз, чтобы зацепиться за перекладину, я подтащила массивную гантель и поставила ее на ребро. Гантель оказалась такой тяжелой, что пришлось катить ее по полу, после чего я забралась на нее, балансируя на носках, и… услышала громкий хохот Салли-Джокера. Он до сих пор не упускает случая припомнить мне этот номер.

Я сосредоточилась и подпрыгнула вновь. Безрезультатно. Вытянувшись на носочках, я смотрела наверх, когда чьи-то руки крепко обхватили меня за талию и приподняли. Я благополучно зацепилась за перекладину.

— Спасибо, Джейк! — поблагодарила я командира второго отряда.

Мне не надо было иметь глаза на затылке, чтобы по запаху отличить бойца с самым высоким уровнем тестостерона в обоих отрядах.

Я подтянулась уже восемнадцать раз, когда по залу разнесся вой сирены. Второй раз за прошедшие две недели. Я спрыгнула, пытаясь погасить тошнотворное чувство паники, и стала искать глазами Рэя.

Рик уже разговаривал по рации — наверняка с Громом. Бойцы бежали к шкафам с деструкторами и перекидывались короткими фразами, собираясь покинуть зал. И тут Рик убрал рацию и бросил взгляд на Джейка.

— Внимание, оба отряда! — прокричал он на весь зал. — Получен приказ о зачистке Большого каньона в Мертвых землях, квадрат К-36. Курсанты участвуют в операции наравне с основными силами. И никакого геройства! Прикрываете бойцов и беспрекословно слушаете команды! Сержант Райли, дай вводные.

Последние слова эхом отозвались в моем оцепенелом сознании. Мы идем в бой… Я иду в бой. Голос Джейка, объясняющего тактику, превратился в невнятный гул. Кто-то резко схватил меня за плечи, заставив вздрогнуть. Я подняла голову и наткнулась на побледневшее лицо Рэя. Он слушал данные о противнике. Его губы были плотно сжаты в тонкую линию, а между бровей залегла глубокая складка. К нам подошел наш командир.

— Какого черта, Рик? Они ни хрена не готовы! — прошипел Рэй сквозь зубы.

— Потише, Ромео, твою же мать! — шепотом огрызнулся Рик, зыркнув на растерянных курсантов. — Приказ поступил от Грома! Ты всерьез думаешь, что лишняя неделя что-то решит?

— Решит! — зло процедил Рэй, едва не скрипнув зубами.

— Мы в Бастионе, боец! И подчиняемся приказам! — холодно отрезал Рик и зашагал прочь.

— Оба отряда, полная боевая готовность через пять минут! — рявкнул Джейк.

Я не помню, как подошла к своему шкафчику в общей раздевалке тренировочной базы и достала угольно-черную форму, чтобы надеть ее впервые. Ту самую, которую выдала нам та женщина в день поступления на службу. Не помню, что говорили мне Стас и Мурат. Вроде подходил Салли и привычно пытался всех подбодрить своими шуточками. Зеркала в раздевалке не было, и я на ощупь закрутила косу на макушке, стянув резинкой. Через пелену моего сознания прорвался голос Рэя:

— Кинжалы, где твои кинжалы? Стой! Ты куда? Твою мать, Крис, а деструктор?!

Да… точно. Оружие. Я впихнула кинжалы в ножны, стараясь не обращать внимание на трясущиеся пальцы, и взяла холодный деструктор в руки. Итак, я готова. Или нет…

Мы выбежали на взлетную площадку, где, тяжело рокоча двигателями, нас уже ждал огромный десантный челнок, похожий на хищную черную птицу. Его бронированное брюхо было открыто, заглатывая бойцов одного за другим. «Стервятник», я запомнила название по лекциям.

Внутри пахло раскаленным металлом и топливом. Мы заняли места в десантном отсеке, пристегиваясь тяжелыми магнитными ремнями к жестким сиденьям. В хвосте на специальных рампах стояли грави-байки, на которых нам предстояло штурмовать расщелины каньона.

— Десять минут до зоны высадки! — прокричал пилот по внутренней связи, и челнок резко рванул вверх, вдавливая нас в кресла.

Я поймала взгляд Рэя. Он сидел напротив, в полном боевом облачении, положив ладони на рукоять своего деструктора. В тусклом красном свете он казался вылитым из стали. В этот момент я окончательно поняла: учебный процесс остался в другой жизни. Я глубоко вздохнула и внутренне приказала себе собраться.

— Внимание! Работаем по стандартной схеме! — голос Джейка перекрыл гул двигателей. — Тяжелая техника и пехота уже прошлась по плато, вычистив основную массу, но внизу, в ущельях, датчики слепнут. Акриды забились в глубокие норы. Наша задача — выбить их оттуда.

— Приготовиться к десантированию! — раздался голос пилота по внутренней связи. — Зона высадки через тридцать секунд!

Красный свет в десантном отсеке сменился на тревожный желтый. Послышался тяжелый гидравлический лязг: огромная задняя аппарель «Стервятника» начала медленно опускаться, впуская внутрь рев ветра и рыжую пыль Мертвых земель.

Мы вскочили со своих мест. Бойцы в одно движение оседлали свои грави-байки, пристегивая карабины деструкторов к магнитным захватам на корпусе машин.

— Грави-компенсаторы на максимум! — командовал Рик. — Не вздумайте коснуться земли раньше времени — расплавите движки!

— Курсанты, вторыми номерами к бойцам! — велел Джейк, перекрикивая рев турбин. — Крис… — начал было он, но Рэй уже оказался рядом.

Он молча схватил меня за локоть и потянул к своему байку.

— Садись сзади. Вцепись в меня так сильно, как только можешь, — его голос звучал глухо из-за шлема. — Только не вылети, Крис!

Я забралась на узкое сиденье позади него. Грави-байк мелко дрожал, словно зверь перед прыжком. Я обхватила Рэя руками, чувствуя, как пересохло во рту.

— Готова? — бросил он через плечо.

— Нет! — честно призналась я.

— Поехали!

Он выжал газ, и байк с ревом сорвался с края аппарели. На мгновение сердце просто перестало биться: мы буквально повисли в пустоте в нескольких метрах над землей. Секунда свободного падения, от которой внутренности подкатили к горлу, а затем резкий толчок. Грави-подушка сработала у самой земли, стабилизируя машину.

Я вжалась в спину Рэя, зажмурившись от горячего ветра. Мимо на бешеной скорости проносились красноватые стены каньона, превращаясь в размытые полосы. Рэй управлял байком невероятно уверенно, закладывая такие виражи, что я едва удерживалась на месте.

Мы вошли в «слепую зону». Свет померк, стены каньона сомкнулись над нами, пряча бледное солнце. Мы сбавили скорость, въезжая в заданный квадрат, где нас уже ждали.

Глава 12.

— Джейк, что у тебя? — сухо прозвучал голос Рика в наушнике.

На лицо давила маска-фильтр, спасая легкие от едкой пыли. Визоры очков мерцали, автоматически подстраиваясь под густой сумрак расщелины. Мы пробирались по дну извилистого каньона: стены здесь сходились так плотно, что байки пришлось оставить позади. Я шла след в след за Рэем, стараясь дышать ровно. Сзади прикрывал Мурат: он так яростно стучал пирсингом о зубы, что этот дробный металлический звук транслировался в общую сеть, действуя на нервы. Стас и Ли в составе второго отряда уже ушли далеко вперед.

— Подозрительно тихо, — отозвался Джейк. — Датчики сходят с ума, видимость — пятьдесят процентов, то есть хреновая. Я беру левую расщелину. Чую, здесь воняет их дерьмом.

— Принято, — отрезал Рик. — Ухожу правее. Райли, не забывай: с тобой курсанты.

— А с тобой — доминантная Альфа без проявленной мутации!

Рик ответил лишь тяжелым вздохом, когда эфир взорвался:

— Кэт! Сзади!

Крик Джейка едва не разорвал мне перепонки. Тут же последовали звуки запускающихся деструкторов и... О, Боги. Я услышала это: сухое щелканье жвал и тошнотворный скрежет хитина о камни. Акриды! Мы рванули за вторым отрядом.

Я заметила, как прямо над Риком, в узкой трещине скалы, притаилась огромная тень. Тварь раскрыла пасть, готовясь выплюнуть струю кислоты.

— Рик! Сверху! — закричала я, вскидывая деструктор.

Мимо уха с воем просвистел заряд: Мурат среагировал быстрее, всадив импульс прямо в раскрытую пасть особи. Но радоваться было рано: из расщелин начали лезть другие.

Одна из тварей оказалась совсем близко. Я видела, как с ее жвал капает вязкая, дымящаяся на камнях слюна. «Самец, пять-семь лет, скорость передвижения — сорок пять километров в час. Роль в стае: загонщик», — пронеслось в голове. От тяжести оружия, а может от страха, пальцы дрожали. Я никак не решалась на сдвоенный выстрел.

— Ромео, цель на десять часов! — скомандовал Рик, перекрывая шум боя. — Мурат, на час снимешь?

— Постараюсь!

— Бита, Рысь, статус!

— Мы отрезаны от группы Джейка! — донесся сквозь помехи голос Риты. — Черт! У них там мясорубка! — вопила Рита, пока Рэй и Мурат выполняли поставленные задачи. Остальные бойцы нашего отряда рассредоточились, проверяя расщелины.

Я слышала в наушниках крики отряда Джейка: там происходило что-то страшное. Пульс колотил в висках, по телу разлился такой жар, что, казалось, мой шлем вот-вот расплавится. Но мне было плевать! Там наши друзья. И им нужна помощь!

— Рик, это Крис. Есть бредовая идея… — сказала я по общей связи, вдавив горловой микрофон в кожу.

— Малая, говори быстро! — рявкнул Рик, двумя выстрелами уложив самца-нападающего, и тут же крутанулся на месте, отсекая прыгнувшую из-за валуна тень.

— Нам нужно прорваться к Джейку! — выдохнула я, хватая ртом раскаленный воздух.

— Крис, не до очевидностей!

— Отвлекающий маневр и прорыв! — задыхаясь, я сорвала с лица маску.

— Говори!

— Лиза сейчас ближе всех ко второму отряду. Максимальная скорость акрида-твари — сорок пять километров в час.

— Рысь, на связи? — Рик ждал продолжения.

— Бита прикроет ее с выступа у нее над головой, — продолжала я, собирая подмеченные детали в план. — Если Лиза сможет разогнаться…

— Свыше сорока пяти? — в канале раздался голос Биты. — Ты рехнулась?

— Она сможет! Чемпионат Аркадии пятьдесят восьмого года. Лиза Бравых установила рекорд…

— Сорок семь и два, — перебила меня Рысь. Ее голос на фоне криков и выстрелов второго отряда звучал пугающе спокойно. — Я сделаю это, Рик!

— Рик! — это был уже вопль Джейка. — Мы в дерьме! Нас зажимают численностью! Вердинский ранен, нужна эвакуация!

— Держись, Райли! Идем на прорыв! Будем через три минуты.

Во рту разлилась горечь. В наушнике я слышала тяжелые хрипы Стаса, и меня мутило. Я видела, как Лиза сгруппировалась, сильно сгибая колени и готовясь к старту. Она оставила деструктор Бите и сорвала шлем, избавившись от лишнего веса. Бита уже карабкалась на каменный выступ, беря ближайшую расщелину под прицел. План был прост: Лиза выманит врага и отвлечет. Хищный инстинкт заставит акрида-тварей броситься за ней, освобождая нам проход. В теории я хорошо изучила их повадки: им сложно устоять перед бегущей целью.

— Джейк! Встречай Рысь, у нее будет «хвост»! — передал Рик по общей связи.

— Я и Джокер на позициях! Готовы встречать! — ответил командир второго отряда.

— Ромео, Мурат — работаем по цели, прикрывая Рысь! Ким, Малая — зачищаете остатки и за нами! Всем остальным, прорываемся ко второму отряду вслед за Рысью!

Бум-бум-бум-бум-бум-бум…

В Старом Мире жили крошечные птицы — колибри. Удивительные создания! Жаль, не получилось перевезти их на Генезис. Они совершали до двухсот взмахов крыльев в секунду. Мое сердце сейчас работало так же…

Рысь рванула. Вместе с ней рванул и мой пульс. Черт! А если я ошиблась?

Вокруг завыли деструкторы. Рик, Рэй и Мурат бежали следом, стреляя в тварей, что пытались перехватить Лизу. Сверху работала Бита, прикрывая подругу.

Мы с Кимом встали спина к спине.

— Почему без маски, Малая? — пробасил великан, которому мой затылок не доставал даже до лопаток.

— Задыхаюсь… — призналась я, втягивая пыльный воздух.

Ким выстрелил, поймав момент, когда тварь раскрыла пасть, собираясь плюнуть кислотой. Точно в цель!

Прямо на меня шел огромный самец. От тяжести деструктора руки дрожали так, что он казался неподъемным. Я просто опустила его на камни и выхватила кинжалы.

— Ты что творишь, ненормальная?! — рявкнул Ким.

Но было поздно. Мой кинжал по самую рукоять вошел в правый глаз акриды. Тварь рухнула, суча лапами в предсмертной агонии. Второй нож даже не понадобился.

— Охренеть… — выдохнул Ким, всаживая заряд в другого самца. — Отходим, Малая! К ущелью!

Я схватила деструктор и заставила свои чертовы ноги передвигаться, чувствуя, как сознание начинает плыть. Они стали совсем ватными, когда мы добрались до входа в узкий коридор скал. Я была готова рухнуть на колени и выплеснуть все содержимое желудка на камни, когда чья-то рука стальной хваткой вцепилась в меня. Рэй. Он вернулся за мной!

— Ранена? — его голос дрогнул, когда он осматривал лицо. — Плохо? Отвечай!

— В норме… Пошли!

Он не отпустил меня и почти волок за собой по ущелью, следуя за Кимом.

Второй отряд встретил прорвавшееся подкрепление вместе с тремя недобитыми самцами-загонщиками. Это в дополнение к тем тварям, которые уже сжимали отряд в кольцо, сужая диаметр.

Рэй и Ким с ходу влились в гущу боя. Я кинулась к Стасу: огромный шип торчал у него из живота. Он потерял много крови, которая, пульсируя, вырывалась из раны. Боги! Нет! Рядом упал на колени Мурат, проверяя зрачки друга. Лица я не видела под маской, но его пальцы заметно дрожали. Ли прикрывал нас, заслоняя спиной. Я быстро окинула взглядом каньон: плюс-минус шесть тварей на одного бойца. Шансы — почти нулевые…

— Надо вытащить шип! — в панике выкрикнул Мурат.

— Нет! — я перехватила его руку. — Оставь! В полевых условиях он умрет от кровопотери через минуту.

Мурат выругался, вскинул деструктор и принялся палить по тварям. Я кожей чувствовала его боль и отчаяние.

Меня колотил озноб такой силы, что зубы выбивали дробь. Вокруг творился настоящий хаос, звуки которого я слышала словно внезапно оказалась под водой. Я не могла сдаться… Черт! Слабых в Альфе не бывает…

— Ego Alpha Innata Dominans…

— Что ты бормочешь, Крис? — не оборачиваясь, бросил Ли.

— Ego Alpha Innata Dominans… Ego Alpha Innata Dominans… Я врожденная доминантная Альфа! — внушала я сама себе, глядя на ближайшего монстра.

Акрида-тварь замерла, смотря мне прямо в глаза. Его жвалы перестали щелкать. В этот самый момент я словно почувствовала связь между нами… Все вокруг будто повисло в тумане. Мой взгляд выхватил еще одну тварь.

— Убей… — тихо прохрипела я и поднялась в полный рост.

— Крис! Назад! — Мурат попытался схватить меня за рукав, когда челюсти акриды сомкнулись на горле сородича.

Я сделала два шага вперед, выхватывая взглядом из пелены хаоса еще нескольких тварей, отдавая им тот же приказ. Пять особей загрызли друг друга до смерти меньше, чем за минуту. Вокруг стало тихо, словно мир замер. Мои глаза безошибочно определили местонахождение всех оставшихся тварей. Я мысленно разделила их на группы. Сдохните!

***

— Дэвис, говорит Громов! Доложить обстановку!

Голос полковника в наушнике заставил меня моргнуть, возвращая в реальность. В ушах еще стоял свист.

— Полковник! Приказ выполнен! Мы попали в засаду, есть «трехсотые»…

— Рик, Саливанская жива?

— Жива. У доминантной Альфы проявилась мутация!

Тишина в эфире стала почти осязаемой. Я дышала ровно и глубоко, чувствуя, как жар в теле медленно сменяется ледяным спокойствием.

— Доложить! — рявкнул полковник.

— Она транслирует команды… Телепатическая связь, — объяснил Рик, оборачиваясь ко мне.

Сержант смотрел на меня, и на его испачканном кровью и пылью лице, медленно расплывалась улыбка.

Глава 13

Глава 13

Я мерила шагами свою палату. Меня продержали здесь всю ночь под предлогом наблюдения за физическим состоянием. Но у меня было ощущение, что им просто нравилось на меня пялиться! Потому что выглядело это именно так: сотрудники медблока заходили по самым странным причинам каждые пятнадцать минут. Для них я больше не была просто курсантом. Я стала аномалией.

— Ну наконец-то! — вырвалось у меня, когда в дверях показалась Вэл. — Ну?!

— Операцию проводили вручную, так как машина давала не очень утешительные прогнозы. Хирурги провозились с ним несколько часов, — объясняла Вэл, и по выражению ее лица я ничего не могла понять.

Я замерла, прижав ладонь к губам.

— Состояние стабильное, — наконец сказала она, и я буквально рухнула на аэростул. — Он выживет, Крис!

— О, Боги! Слава врачам! — вырвалось у меня и я почувствовала, как защекотало в носу.

Вэл обняла меня так нежно, что я чуть было не дала волю слезам. Спохватившись, я тут же кинулась к двери и выглянула в коридор, ища глазами любого сотрудника.

— Простите! Вы не могли бы передать срочное сообщение командиру второго отряда Альфы, что Вердинский выкарабкался! Это очень важно, — добавила я, пытаясь убедить молоденькую медсестру с покрасневшими явно от бессонной смены глазами.

Девушка устало кивнула и ушла прочь.

— Смотрите-ка! — Вэл встала в позу, уперев руки в бока. — Не успела у нее проявиться Альфа-сущность, как она уже командует сотрудниками медблока!

Я сразу почувствовала себя неловко и начала оправдываться:

— Да нет, что ты! Просто Джейк наверняка с ума сходит…

— Да брось, детка! Я же шучу! Капля самоуверенности тебе точно не помешает! Крис, ты спасла операцию!

— Воу-воу… Нет, конечно, нет! — я даже подняла руки. — Это не я, это моя мутация. Вэл, а вдруг это случайность? А вдруг она больше не проявится?

— Ой, ну все! Узнаю свою Крис! Ладно, расскажи лучше, как ты себя чувствуешь?

— За последние пятнадцать часов мне задали этот вопрос уже более пятидесяти раз!

— Не преувеличивай!

— Правда-правда! Это после того, как я почти всю ночь пролежала в саркофаге!

— Зато мы получили свежие данные о состоянии твоего организма и можем продолжать исследования твоего феномена. А это значит… — заговорчески протянула моя подруга.

— А это значит?.. — повторила я ее интонацию.

— Что мы с тобой будем видеться каждую неделю!

Вэл подпрыгнула от счастья, и я кинулась к ней, радостно завизжав.

— Ну разве мир не прекрасен?!

Меня отпустили лишь вечером, предварительно задав самые странные вопросы, которые я когда-либо слышала: «Щекотно ли вам, когда люминесцируют ваши татуировки?» «Переживали ли вы ощущение единства с акрида-тварью?» Единства? Вы серьезно? «Не удалось ли вам измерить свой пульс во время проявления мутации?» И на десерт: «Не было ли у вас попыток манипулирования сознанием альфа-самцов?» Да-да, он так и сказал: «самцов» вместо «бойцов»! И кто тут ненормальный после этого?

Едва оказавшись за порогом медблока, я рванула к жилым модулям. Сначала я зашла к Рэю, но внутри было пусто. Почувствовав легкий укол разочарования, я открыла дверь в свой модуль и… Рэй сидел на брошенных на пол подушках и смотрел выпуск новостей. Мои губы растянулись в удивленной улыбке.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, притормозив на входе.

— Ты имеешь в виду — почему я на полу или почему в твоем модуле? — Рэй медленно поднялся. — Ну, первое очевидно: ты ведь выставила свой диван наружу. А второе… я подумал, что ты захочешь переодеться.

Рэй сделал два шага навстречу мне, и я с разбегу запрыгнула на него, обхватив ногами за талию. Он прижал меня так сильно, что едва не хрустнули позвонки. Чайковский топтался под ногами, виляя коротким хвостом и издавая смешные сопящие звуки — он тоже был рад меня видеть.

Мне действительно надо было переодеться. Больничную сорочку пришлось вернуть, и на мне снова была грязная форма, пропитанная пылью каньона и засохшей кровью Стаса. На черной ткани пятна были незаметны. Интересно, не для того ли форму сделали черной?

— Крис… — Рэй выдохнул мое имя прямо в шею, и по спине пробежала волна мурашек. — С тобой все нормально?

— Да, — я улыбнулась, запустив пальцы в его волосы. — Насколько это слово вообще ко мне применимо.

— Как там Вэл?

— Передавала тебе привет и массу наилучших пожеланий!

Я прижалась своим лбом к его.

— Врешь!

— Вру, — призналась я, и Рэй хмыкнул. — Про Стаса уже знаешь? — спросила я.

— Конечно! Все знают.

Рэй поцеловал меня. Сначала медленно, почти осторожно, словно проверяя, не сломаюсь ли я, но тело ответило, словно через него пропустили разряд тока.

— Рэй, мне нужно снять это… — прошептала я, потянув за ворот грязной формы.

— Конечно, — его голос стал обещающе хриплым.

Он подхватил меня под бедра и в два шага перенес к кухонному блоку, резко усадив на столешницу. Пальцы Рэя ловко расстегивали куртку, высвобождая мои руки. Мы ни на секунду не прерывали поцелуй. Куртка полетела на пол, за ней последовала обувь и тяжелые форменные штаны.

Рэй сдержанно застонал, и его поцелуй из нежного превратился в собственнический, жадный. Он глубоко проник языком в мой рот, и у меня закружилась голова. На мгновение он отстранился. В полумраке модуля я видела, как мое свечение искрами отражается в его расширенных зрачках.

Этот поцелуй был взрывом. Вызовом всем акридам и самой смерти. Мы чувствовали себя живыми, задыхаясь от этого переполняющего нас ощущения. Были только я и он. Мой Рэй.

— Крис, ты больше не горишь, — сказал Рэй, улыбаясь и все еще тяжело дыша. — Мы перешли гребанную красную черту!

***

Лекционный зал гудел от гомона и эмоций, переполняющих собравшихся, хотя в нем сидело чуть больше тридцати человек — оба наших отряда, помимо тех бойцов, что все еще находились в медблоке. В общем хоре голосов невозможно было разобрать ни слова. Словно заведенные, бойцы не могли усидеть на месте: все крутились, вытягивали шеи и что-то громко доказывали соседям.

Мы больше не были курсантами. Последняя операция официально перевела нас в статус бойцов. Я вполне могла сесть в самом конце зала вместе с Рэем, но, увидев Ли и Мурата, все же направилась к ним. Мы заняли места во втором ряду и, поддавшись общей лихорадке, принялись обсуждать последние события, перебивая друг друга и активно жестикулируя.

Гомон не утих, даже когда вошли оба командира отрядов. Но в зале мгновенно воцарилась гробовая тишина, стоило в дверях появиться Грому.

— Ну что, курсанты? — он посмотрел на нас троих с хитрым прищуром. — Ох, простите! Вы же теперь бойцы. Совсем забыл.

Это он так шутил. Сам полковник никогда не смеялся. По крайней мере, этого никто не видел. Но он любил пошутить, хотя не всегда было понятно, когда именно пора смеяться.

— У меня для вас две новости. Одна хорошая, вторая… не очень. Начну с первой.

Мы замерли. В зале стало так тихо, что было слышно гудение системы вентиляции.

— За мужество, проявленное во время операции в Северном каньоне, от Главного командования Вооруженными силами Аркадии поступил приказ…

Гром выдержал театральную паузу, явно наслаждаясь нашим абсолютным вниманием.

— О награждении Лизы Бравых, бойца первого спецотряда Альфа, медалью «За защиту Аркадии». Поздравляю, Рысь!

Волна всеобщего рева прошла по залу. Мы все начали скандировать: «Рысь! Рысь! Рысь! Рысь!», стуча ладонями по партам, поддаваясь единому порыву охватившей нас гордости.

Лиза залилась краской, но с достоинством вскинула подбородок, не пряча улыбки. Я почувствовала на себе взгляд Биты и посмотрела ей прямо в глаза: она медленно провела большим пальцем себе по горлу, глядя прямо на меня, после чего еле заметно улыбнулась. Ну что же, намек ясен!

— Ну все, отставить! — Гром прикрикнул, осаживая наш восторг. — Тишина в строю. Пора перейти к менее приятным вещам.

Мы притихли. Улыбки гасли одна за другой, сменяясь напряженным ожиданием.

— Противник обыграл вас тактически! — Гром чеканил слова. — Вас заманили, разделили и загнали в ловушку, как школьников. Восемь «трехсотых»! Восемь! Хвала Богам, обошлось без «двухсотых». Но только лишь потому, что в первом отряде проявила себя доминантная Альфа. Саливанская спасла операцию.

Я поежилась под устремленными на меня взглядами. Ища поддержки, я повернулась к Мурату и Ли, но те смотрели на меня с таким искренним восхищением, что я тут же уткнулась в экран своего голослайдера.

— Я ознакомился с отчетами командиров, — продолжал Гром. — Но это не значит, что ситуация не требует разбора. Сегодня на уроке стратегии мы выясняем причины вашего провала. Да, я называю это «провалом»! Несмотря на то, что задача в итоге была выполнена.

Гром замолчал, медленно обводя взглядом ряды бойцов. Его лицо на миг смягчилось.

— Поймите, вы не похожи ни на одно другое подразделение Бастиона. Ваши жизни представляют колоссальную ценность для Аркадии. И для меня лично… — Гром тяжело вздохнул, и я готова была руку дать на отсечение, что сейчас он был предельно искренен. — Вы не просто спецотряд. Вы — элита. Последняя надежда человечества, если хотите. И дело не только в ваших особенностях…

Мутациях. Он хотел сказать «мутациях», — едко пронеслось у меня в голове.

— Вас всего два отряда. И каждый боец — бесценен. Вам под силу то, с чем не справится ни одна армия. И меня категорически не устраивает, что в медблоке до сих пор прохлаждаются Канг, Сорин, Таливан, Вердинский…

— Полковник, Вердинский прибыл!

Мы синхронно, словно по команде, повернули головы к дверям. Там, прислонившись к косяку и бледный как привидение, стоял Стас.

Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди! Мурат сжал мою руку, и мы переглянулись: его глаза заблестели, и он поспешил зажевать свою серьгу.

— Вердинский, да ты реально живчик! — выкрикнул Салли с последних рядов.

Этой фразы хватило, чтобы по залу пронеслось одобрительное гудение. Стало ясно, что во втором отряде теперь появился боец: Стас-Живчик.

— Рад, Вердинский, что вы решили осчастливить нас своим присутствием, не дожидаясь выписки, — прогремел бас полковника. В его голосе за напускной суровостью слышалось явное облегчение. — Садитесь!

Но когда Стас нашел нас взглядом и зашагал через всю аудиторию, первый ряд начал ритмично топать ногами по полу. Через секунду к ним присоединились остальные. Тяжелый, раскатистый гул заполнил зал. Мы все прекрасно понимали, что это нарушение дисциплины сойдет нам с рук только сегодня. Стас дошел до центра, остановился и отвесил нам театральный поклон. Я не выдержала и вскочила с места. Ли и Мурат подорвались следом. Когда Стас наконец поравнялся с нами, мы набросились на него, стиснув в объятиях.

— Ну все, довольно! Отставить! — Гром попытался придать голосу стальные нотки. — По местам. Живо! Включить голослайдеры.

Мы нехотя расселись, чувствуя, как адреналин постепенно улетучивается.

— Задание всем. Индивидуально. Каждый пишет пять тактических преимуществ противника в последнем бою, пять причин вашего провала и три сценария развития событий, если бы вы не разделились. Не подглядывать! По готовности — пакет данных мне в личку. Командиры отрядов работают наравне со всеми!

Веселье кончилось. Зал погрузился в тишину, нарушаемую лишь тихим шорохом сенсоров. Я уставилась в пустой экран, прокручивая бой в голове. Что пошло не так? Я задумалась. Мы действовали слишком самоуверенно, зная, что до нас в каньоне побывала пехота и тяжелая техника. Рассчитывали на то, что придется, как всегда, «вручную» выковыривать недобитых из глубин расщелин. Но акрида-твари ухитрились спрятаться и сохранить численность. Они быстро сообразили, что мы легкомысленно разделились и загнали нас в ловушку, устроив организованную засаду. Акриды использовали рельеф лучше, чем мы.

Когда время вышло и бойцы потянулись к выходу, обсуждая задание, Гром окликнул меня:

— Саливанская, задержись. Есть серьезный разговор.

Я встала в дверях и кивнула Рэю, но тот не спешил выйти. Гром не смотрел на меня — он изучал что-то в своем терминале, и вид у него был пугающе официальный.