Читать книгу: «Сборник. Спустя сто строк на выход срок»
***
Внимаю миг: последнее мгновенье,
Уже готовясь к мукам на года,
Прекрасный день – ночное сновидение,
Мы повстречались неспроста.
Застыл без спешки… вот утеха,
Те вспоминать прожжённые года,
В них я и вы, тогда не к спеху,
Мне сердце подстрекало извещать.
Набравшись духу сделать глупость,
Не предвещая нынешний исход,
Я приземлился, только в небо…
Наш незаконченный полёт.
С тех пор не в поисках удачи,
Не сердце, не жалея ног,
Мой курс держался строго на строг,
Чужих я обтрескался берегов.
Огонь любви в вас не заметя,
И осознав, что ничего не светит:
Мой должен утопиться в миг пилот,
Какой сумбур, продолжился полёт.
Души не чая продолжать,
На отклик – отклик вам давать,
Поставил цель: ваше благополучие,
Докучлив слишком был ли я?
Оправдывался: жизнь такова!
Извечно глуп… те очень остроумны,
Уколы в душу и в глаза,
Когда очередная встреча,
Не превращалась в чудеса.
Мой миг дописанных желаний,
Вам излагать коих не смел…
Остерегал, бывало, осторожно,
Пока в моменте вами млел.
Спустя сто строк – на выход срок,
Мой полюбившийся покинуть плен…
Совсем сейчас до жути мне далёк,
Тот принимать свободы аллерген!
Боясь остаться в участи любви,
Покинув вас: не вольно понужденный,
Я возвращаюсь на тропу борьбы,
Отравленный нечеловеческой любовью.
И вот, спускаясь с облаков мечтаний,
После груды чарующих воспоминаний,
Предстали вы – пригожая особа,
Столетий прошлых натаскав манер,
Ваш мне чарующий образ,
В душе не гаснувшим огнём горел.
Застыл, увидел будто красоту миров,
Сердечный зов – не затухающих костров.
Вновь млел: на бале только я и вы,
Моментом этим дорожил,
Желая что-нибудь сказать, внимал:
Мы молча больше сможем там сказать,
Не в сказке был, хоть чуда полон зал,
Осознавал: навеки вас терял…
***
Три очень редких совпадения:
Ты,
Я,
Хороший день весны.
На улице, что не усыпана цветами:
Судьбой мой путь нарушил из глубин,
Тот путник, повернувший курс на запад.
Я – калека колеи препятствий,
Совсем не зная слова «нет»,
Побрёл за тем, кто называет солнце пальмой,
За тем, кому отныне пламенный привет.
И вот, уставший мнимым приключением,
По правилам судьбы, решив исполнить долг,
Я возвращаюсь на тропу желания,
Туда, где начинал свой ход.
Минута-две ярчайшего смятения,
Как бьется сердце, видя лишь тебя одну,
В момент забилось вновь чертовски-зверски,
Я мысленно тебя здесь жду.
Твой силуэт с полуденных часов,
Запомнив, мозг воспроизвёл успешно,
И гордый шаг – чарующий небрежность,
Вновь безутешно за тобой бегу.
Догнать, сказать б о счастье встречи,
Мне многое хотелось обсудить…
Но я, ослушавшись веления сердца,
В который раз решил себя травить.
Лишь замечтался на секунду,
Мой ордер в беспокойный розыск душ,
Я вынужден вкусить всю горечь правды,
У нас, увы, но разный путь…
***
И упав глубоко ниже бездны тоски,
Вспоминаю моменты я мнимо.
От сырой суеты стен погрязших во лжи,
Я не первый, кто здесь растерял все исходы…
Полетав в небесах, ощутил вкус свободы,
И дотронулся чуть ли не в высь…
Облака растворились из-под ног всё уходит,
Прямиком без тебя снова вниз!
Наобум мой чертёж всевозможных исходов,
Я бы сдаться давно уже рад,
Только клятвой во мне твоя вера восходит,
Заставляя по новой взлетать!
***
Потрескалась ваза с годами,
Стол деревянный, даривший усадьбе момент,
Коричневый тон – дерево,
Мраморный бюст твоей одичавшей печали,
Мне величали, что слишком отчаян – любви мне не будет в ответ.
Пыльное облако: лучиками солнца,
Пластинки под звон обуяет тех дивных улыбок простой.
Раскопаю сердечный, нагретый совсем не небесной –
земною тобою мой зной.
Ячейка стихов, пыльных основ вековой устой,
Ветра поток получивший толчок под моим руководством,
Смоет, очистит, ещё один шанс получая…
С годами утихло во мне восклицание,
Не бьется как раньше моя нелюбовь,
Но ради тебя, как и прежде – на что я только не готов?
***
Я лиц чужих не распознаю во мгле,
Средь серых джунглей в каменной тюрьме,
И слякоть отмывает пустоту,
Октябрьскую безутешную тоску.
Повесим в небо раскалённый жгут,
Не чаяли спасителя в нём путь,
Но бьет по сердцу сильно до крови,
Именем твоим его однажды нарекли.
Но раны, даренные тем жгутом,
Ты потушила мысленным путём,
И рад свет твой во тьме видать,
Сколь не был он отправлен ослеплять.
А ты вернёшься вновь и вновь,
Как первый снежный день в мороз,
И много важных слов сказать,
Как и о снеге – о тебе мечтать!
***
Мне говорили слеп ты на глаза,
Разве не видишь – очевидно?!
Всё пред тобой, очнись,
Взгляни сюда!
Как можно говорить наивно?
Я улыбнулся, раз уж так,
Вы, кажется, недальновидны…
Раз вырывается из ваших фраз,
Глаза вы инструментом величать спешите!
А я поспорю, возражу,
Ведь наглой лжи – я тот ещё противник,
Как можете, друзья мои…
Глаза вы органом воскликнуть?
Глаза чуть больше, чем слова,
Они безмолвны, но сильнее!
Глаза, как пара серебристых фраз,
Как солнце излучающие силы!
И на суде присяжных глаз,
Из зала крикнул кто-то сильно,
Слепнут не очи, а сердца,
Которые не видят то, что очевидно!
***
Пусть светлым будет путь дальнейший,
Я бы не смог тебя держать…
И знать, что сердцу веленому бороздить свободу,
Укладом суждено молчать.
Не зная сладости довольства,
В несчастьях до конца судьбы?
Свидетелем быть вечной боли,
Увядшей очей красоты…
И называть это геройством,
То ль рыцарством поступок величать?
Я поступил как велит разум,
Заставив сердце замолчать.
Я в путь тебе вручил котомку,
С собою сердце забери,
И если встретимся когда-то,
Прошу, со мной не говори!
***
Моё клеймо по середине сердца,
Ты как печать на долгие века,
Безвыходно пленён твоей я нелюбовью,
Ты спутник чувств – моя луна!
Закат восхода, ночи дня,
Звезда, что солнце в пик затмила,
Как океан, где не дотронуться до дна,
Ты интерьер с неповторимым стилем…
И будто в мире лишь одна,
А может слеп я на других красоток,
Но сердца зов мой не унять,
Ведь лишь твоей любви сторонник…
***
Слепой художник рисовал картины,
Не видя образа – обличья красоты,
Он создавал её неимоверной силой,
Глубоким взглядом сердца и души.
Влюбиться в очи взгляд их так и не познав…
Потоком локонов не насладиться,
Блаженно в темном омуте гулять,
И рисовать пока ещё есть силы…
Простой художник, будучи ослепшим,
Увидеть больше смог, чем зрячий тип,
Он полюбил её чистейшим сердцем,
Голоса тембром её нежность ощутив!
***
Я не покину, не брошу, не устану – будучи ты в нужде:
пусть погибелью стелится мне то спасение –
на этой тропе я не первый год.
Да хоть воскресение…
Мой товарищ не умрёт… покуда в нём живёт на меня надежда,
покуда моё тело пригодно в поход.
Знай, друг, да даже солнце не хочет – пусть не взойдёт,
Я колотой раной на сердце, рукою сожму,
в другую фонарь – наш путь не из самых светлых, но я рядом!
Вдали пусть – и то не проблема!
Сорвусь, побегу, полечу на твоё спасение,
Кои дано мне благословение – ты не падешь!
***
Я тихоходом в дождевой покой,
Искателем уверивший любви,
Протяжно мчусь не к пристани души,
В убежище несбыточных желаний.
Там омут душ отчаянно манящих,
Зовущих на предательство во век,
Где древне самый близкий человек,
Отныне вероломно отверженный.
Готовый сдаться конъюнктуре,
Погибель почестью встречать года,
Соблазнами заполненное море,
Уверенно я проходил сполна!
Укрыть свой взор от нечисти чужой,
Закрыть все перевалы к сердцу,
Нацелен я безмолвной полосой,
В тропе любви сгореть и испариться.
***
Обличие двух красот человеческого структурирования,
Внутри омут вод в сочетании голоса сердца и разума наития,
Снаружи прикрасы не для банального зрителя.
В театре мирского обмана, на свалке под именем – мир,
Укрывшись от целой вселенной под скрипы половиц творил,
Он созидал все красоты души
полюбившейся дамы из сновидений.
Исписав пару сотен листков дамы именем,
К груди нож поднеся сплошь небрежному скептицизму,
Нет – не ранил себя, тем ножом её имя как вымпелом,
Он носил его рядом с частицей себя,
Глубоко за пределами видения.
А не разве ль тогда должен был тех красот воспевать целый мир?
Слепота одурманила осознание верных красот:
Не для всех она солнцем взойдет средь печального неба,
Не для всех тёплым ливнем спасёт от палящей жары,
Ее истинный облик внутри – никому он доселе не видан,
Заберёт время всё,
Красоте её сердца я верен…
Сквозь года!
***
Погрязнув во тьму, забывая о свете,
Меняя свой облик на облик из пекла,
И даже не зная, что дальше мне делать,
Я знаю, как был! Я знаю, как не был!
Сейчас я стою, оперившись на плитку,
А счастье? А счастье – несчастно,
Оно ведь не вечно.
Уже не ища рифмы в строках коротких,
Я просто живу. Живу я собою!
***
У каждого из нас есть внутренняя красота,
И дело даже не в делах душевных!
Та красота видна из далека,
Сияет ярче звёзд на небе…
Она словно маяк для корабля,
Поможет выйти вам на берег!
Та красота, как яркая луна,
Осветит путь ваш млечный.
У каждого из нас есть внутренняя красота,
Увы, но в определённых целях,
Мы гасим свет нашего маяка,
Чтобы не трогали наш берег.
Однако правда такова,
Сколь не были больши увечья,
Мы вновь и вновь готовы открывать врата,
Чтобы к нам кто-нибудь заехал!
***
Позднейшей ночью осени поры,
В разлуке дня, где час на час,
Двух дат бывалой пелены,
Скрывалась в сумраках печаль.
Душа желала новизны,
Поныне к не видавшим округам,
Сладчайший плод – вкусить любви,
Ею наказанным сполна…
Я опускал перо, прощаясь с музой,
Как лист увядший – увядал,
И оправданий не пчелиный улей,
В тумане люда отыскал.
Он не был честен за любовь:
Предатель,
Лжец,
Какой провал…
Из множества не сбывшихся мечтаний,
Одну тебя я выбирал!
***
Апофеоз моих надежд,
В саду души посадим розы,
И нет уж больше никаких невежд,
Что сомневаться в шансах могут!
А выросший из слов букет…
Где обещания для них еда,
Я подарю тебе в ответ,
Чтоб не забывала ты меня!
***
Меня подводит ваше ответвление,
На край залитых безответностью речей,
В ночи лишенного спокойствием забвения,
Пустынный омут недосягаемых страстей.
Скрипучее молчание, сплетенное в едино,
В знакомстве глаз прольется разговор,
Притворством лжи затянутые единицы,
Чужой дорогой бродящий домой.
Велением пустот, поработивших сердце,
Ваш облик внемля встретить в тишине,
Мое мечтание не мир, не утешение,
Вами оставленный след на душе.
***
Я тебе не палач – себе не спаситель,
Искуситель доблести приглушённых шагов,
Полуденный звон: измерений обитель,
Симметрий души всех зеркальных основ,
Поглотитель любви в недостатке единицы,
Хранитель разбитых – родных мне сердец,
Последний пожар человеческой мысли,
Вновь в блокнотные строки внесённый успех!
Только повод души, не грешить чужестранкой,
На родимых полях озарения цветы,
Отдаленный маяк, запишу запоздало:
Я в блокноте о всех, я в душе об одной!
***
На стыке пор чуть ближе к мерзлоте мотивам,
С окраинного потолка небес падут первичные снега.
Рубищем белоснежным покрывая всё вокруг,
Еще не позабывших теплоты уют, с накидкой попрощается земля.
Мы с первым таянием не поддававшихся морозов,
Там на углу в теплице одичавших душ,
Я благодарствую холодному порядку наступления,
Многогодично ранее нашедшему моей любви приют.
Сквозь эпопею необдуманных молчаний,
От многообразия красот текстуры твоего существования…
Зимой той обещал, что не обожгусь кострами,
Под мимолетный танец снегопада…
Очередной зимой озябну вновь!
***
Я вряд ли пойму падение света в ночи,
Возникшую тень из-за объекта,
Немыслимые отголоски доброго бреда,
Убийства в поисках нирваны,
Ошибки в желании благодеяния,
Точение слов – оружейное закаливание,
Встречи, клятвы, слова, разводы…
Всё без малейшего обуздания.
Ненависть в любовной мантии,
И пустое надежд распятие…
***
Жёлтая листва немых оттенков,
Как прежде лист, мелькнувший на века,
Ему не ново повсеместно,
Встречать погибель братьев и себя…
Знать не дано откуда изойдут мучения,
Не понимал, что жизнь так коротка,
И опадать, лишь осень по деревьям,
Тягучая природная война.
Период упоительных окрасок,
Дождей работа омывать печаль,
Лысеет дерево – такая уж расправа,
Доля покинутых оправ.
Листочки о любви не величали,
И обещаний свет не полыхал,
Рассталось дерево с двухцветным покрывалом,
Чуть с неба поплыла печаль.
И каждый год в плену предательского счастья,
Как только отступали холода,
Деревья снова раскрывали души,
Листочков не смущала доброта.
Печаль неописуемых масштабов,
Накрыла веточки сполна,
На протяжении скольких десятилетий,
Предательство травило существа.
***
Ревновать можно даже к солнцу,
Что без устали смотрит в твой след,
Воспевая прекрасный твой образ,
Наполняя им свой же рассвет!
И писать продолжает на небе,
Своим бликом, дневная звезда…
Твоё имя ярким цветом и жирно,
Посмотри хоть разок в небеса!
Ветерок легкий листья колышет,
Продолжая насвистывать звон,
Может быть меня кто-то услышит…
Может быть меня кто-то поймёт!?
***
Защищу, буду бороться за тебя всей душой,
Против ветра потоков,
Лжи и упрёков,
Иносказаний, клеветы, лицедейства,
Мерзкого чернения твоего чистейшего сердца…
Сплетен, нашёптываний за спиной,
И долой мне весь мир, если я не ‘с тобой’:
За тебя – в поисках объяснений,
В сотый раз оправданий в явлениях…
***
Я бережно закрыл все подступы,
Ведущие к тебе сквозь боль,
Мне бы сожженным быть
На самом огненном костре,
Если хоть словом я позволю
Тронуть глаз твоих трюмо.
***
Как быть не знаю,
Я привык…
Просто так лучше мне, поверьте,
Я лунным обликом облит,
Я лунным одиночеством обвенчан!
И в одиночестве моем,
Давно не слышу стуки раны,
Мне раны эти не болезнь,
Мне раны эти долгожданная оправа!
Я заглушу сердечный стук,
Минуты две я без него побуду,
Но не умру,
Ведь сердце не умрет,
Убитый – смерть не знает дважды!
И одиночество давно,
Не наказание – награда,
И в одиночестве лишь том,
Я нахожу, что жизнь прекрасна!
***
Большие ожидания под лёт дождя,
Желание сорваться вопреки твоим запретам,
Я вслух молчу, а про себя:
Твержу, что не до конца был честен.
Остаться, нарочно сбив озноб безмолвия,
Твой потупивший образ вновь любя,
Вольготно в омут вниз, где так небрежно,
Круглогодично обжигаюсь без тебя.
Нет, душою восторгавшийся от встречи,
Себе свободы допивающих глоток,
От жажды чувств под мрак уединения,
Твой безмятежный взгляд в ночи мой смог.
Невозмутимого железа образ волоча,
Снаружи мертвой пеленой окутавшее покрывало,
Внутри любил: так чисто, без конца,
Твой стройный реверанс, не горделивое молчание.
***
Бутонами поникли алые цветы.
Обмокла грязью
От застывших грёз небес
Подошва обуви привычной колеи.
Мы не говорили
О погоде,
О природе,
О любви.
Где ты была, когда писал стихи?
Наверное, в гламуре опускала
Письма вновь,
С обрыва полетели
Не открытые конверты прочь.
Тебе ли мочь?!
Мне о любви твердить,
Что всё пройдёт.
С последним летом дождевых крупиц,
Я снова вниз
В бездну излюбленных концов,
Где всё когда-то началось,
Я здесь решение ищу тому,
Что так понять и не далось.
***
Вновь вихрей снежных ледяной поток!
По сумракам летящих в небесах картинок,
Мой прок – забыться в небылицах что не смог,
Зимой как в прошлый раз в тебя влюбиться б…
Сюжетов давних повторений вновь урок,
Замёрзших душ бесповоротная обитель,
Тот дивный срок – уже чуть ли не год,
Я в сердце с ледяною глыбой.
И спичек пламя всяких там мадам,
Мне оттепель чужда – пусть будут льдины,
Покой хотя, душа искала лишь тебя,
В тех, кто никогда не стал был мил мне!
***
Назад не возвратится никогда…
Моя душа, тоскующая по мотивам,
Узлами в сотканных цепях – бесповоротной мыслей силы…
В сияниях звезды открыл я дверцу сердца,
По лестнице, ведущей в никуда,
Спускалась вниз:
Во тьму,
Ко мне навстречу!
Я понял там – однажды, навсегда.
Владыкой безответственных стараний,
Упоминаний на письме:
Я не был честен с пережитой раной,
В невиданной доселе темноте.
Взобравшись на ступеньку встречи,
Я оступился, грохаясь назад,
Моё падение – короткое, но с треском,
Всё ниже, чем мог устоять.
Отныне зацепившись за верёвку,
Карабкаясь по ветвям пустоты,
Я не решусь пустить свой взор под ноги,
В сияние первичной темноты.
Мой ум потух, два пальца на верёвке,
Я опущу сердечный жгут,
Без крыльев взлёт – повыше,
Дабы больно…
Твоей от отдаляться красоты.
Закрыл глаза, секунды до падения,
Готов я встретиться с судьбой,
Но по велению твоей улыбки,
Я телепортом возвращаюсь в дом…
***
Пожалуй, нет, любовь бывает в жизни многократно…
Просто мы пережитки вороша,
Пытаемся уверить в глубине себя,
Что в жизни не познаем её больше…
Ту, что любовью назвалась тогда!
Однако – глупые суждения,
Ведь чувства этого покой,
Мы обретаем только в постоянстве.
Но если всё же вечность не далась,
Не омрачай остатки жизни,
Как омрачался ты в печальный час!
И лишь тогда, собрав остатки счастья,
И накопив всю волю в кулаки,
Найдёшь любовь там, где не искал ты,
Там, где и не надеялся найти!
***
Очередной рейс: билет в одну сторону,
Я голову подниму с надеждой увидеть тебя,
Нет, ты близка мне по городу, но также отдалена.
Застыла стрелка на часах, ровно полдень!
День начался еще вчера – я не спал,
Безмятежно, желание сделать себя или ждать…
Покуда запомню тебя за случайным порывом прогулок.
Оставляю одну не тебя – умирает надежда,
Невежа любви по ту сторону злостного моря.
Рейс отправляется:
Это ль конец бесконечным сказаниям?
Натура чтеца прочитает те самые строки,
Закрываю глаза, до посадки осталось немного…
Я запомню надолго, что во мраке убитого горем,
Ты спасала одним лишь приходом.
Мы поднимаемся:
Улетаю совсем не свершаться,
Но остаться и знать, что…
Да кому какая разница,
Я надеюсь, ты останешься счастлива…
До конца своего пребывания!
***
Я никогда не представлял,
Что мог бы влюбиться
Так бестолково,
Будто каждый чужой образ
Для меня становился
Чем-то неизмеримо далеким,
А глаз твоих море
Солёных приливов,
Я больше не знал
Мест для отдыхов мнимых,
И больше открыть сердце
Или глаза,
Мне вовсе не чужды чувства
Других мадемуазелей,
Лишь бы все они не для меня,
Ведь я ждал года два уже
Только твой отзыв…
Повторяю, опять без конца,
Не скажу ни единого слова…
Просто знай!
Продолжаю любить,
Как бы не было сложно тут без тебя…
***
Знала бы ты как недоверчиво сильно бьется сердце поэта,
При виде твоего несравнимого ни с чем милейшего мне силуэта.
И как же разбивает вдребезги взгляд полный неполной любви,
Неоспоримо не ко мне, к кому-то со стороны.
Знала бы ты как на сотне тысяч километров от родной земли,
Закрываю глаза на непреодолимую жажду
простой человеческой любви,
И как сжимается душа, зная, что ни за что и никогда,
Я проигрываю собственной любви, напрасно пытаясь верить,
что не так уж ты и далека.
Знала бы ты как хотел забыть портрет твоих глаз,
Из которых бесконечно сыпалась череда красивейших моих фраз,
Но снова нарушив слово, что больше ни шагу к тебе,
Ложусь в четыре с половиной,
Опять оставив остатки полумертвой любви самому себе.
***
Тьма глубокая позднюю ночью,
Свет давно уже в доме погас,
Интервенцию в разум устроишь,
Как обычно мешая мне спать!
Превалируешь снова и снова,
Мне дозволено ль сердце винить?
Разве встречи случайные наши,
Можно чем-то земным заменить.
И полемика разума–сердца,
Сколь потрескаться я не желал,
Ренессансом проникла мне в душу,
Ты в порядок меня привела!
И все письма написаны ночью,
Знала б сколько тебе их писал,
В кучу бросил любовные строки,
Я устроил над ними пожар!
И отправить б тебе эти строки,
Ночь спокойную б пожелать,
Ты летала там с кем-то довольно,
Ну а я без тебя не летал!
***
Я удивлялся каждый раз,
Когда свободу жаждущая птица,
Могла покорно хвост прижав,
В закрытой клетке сломлено ютиться!
Прошли года – спокойные мгновенья,
Мы повстречались на краю,
Ну а теперь с душевным скрипом,
Я сердце в клетку сам кладу.
И если есть внутри сомнения,
Трамплин для тех, кто сожалел…
То только потому что встретил поздно,
Я о тебе писал бы всю зиму!
А слов, не сказанных печали,
Что растворятся в пустоту,
Я не скажу люблю кому-то,
Ведь только о тебе пишу…
***
Последний день лета…
Уставший от жары,
Ты возвращаешься с поездок издали!
А ведь на улице уже прохлада,
От прежней духоты,
Остались только мокрые следы.
А помнишь, как всё было?
С полуночи и до зари,
Писал кому-то там стихи,
И тратил время понапрасну,
Казалось бы,
Три месяца там впереди,
Моргнул – они уже прошли.
Но знаешь…
Было ж что-то в том, как мы…
Сумели этим летом обрести:
Новых друзей, новые впечатления,
Безумное, красивое чувство влечения…
Желания солнце спалить,
И жить…
Как не умели прежде жить!
***
Ты как золушка в бальную ночь,
На машине из тыквы волшебной,
Принесла на мой балл одну боль,
Силуэтом разлуки навечно…
Ты пришла в платье неба и моря,
Мне милее всех этот портрет,
Отказавшись от слов незнакомок,
Лишь к тебе через весь кабинет.
Ты сбежала лишь стукнуло полночь,
Я пытался там к туфле прийти,
Вместо обуви тёмною ночью,
Только сердце сумел я найти.
И вот год каждый день безуспешно,
Целый город уже исходил,
Прикасаясь от сердца я к сердцу,
Попытался любовь ощутить.
Мы наткнулись с тобою случайно,
Попросил, можно ль мне подойти?
Сразу в ритме сердца застучали,
Что в груди, что в кармане хранил!
***
Я сочинять любитель ещё тот,
Но в сказки верить перестал какой уж год,
При встрече понял – сам туда попал,
На строках книжных тебя отыскал.
И задал сам себе вопрос,
Чем я удостоился кудрявых грёз?
Слегка задумался как бы назвать,
Красавица – иначе никак!
А рядом вырисовывается вновь,
Из сказки детской образ тот,
И если надо как-то себя называть,
Чудовище – разве не так?
И вот уже очень давно,
Известно всем и нам с тобой,
Что сказкам суждено реально быть,
Для всех красавиц и чудовищ этот миг.
***
И в царстве затонувших кораблей,
Там, где якорем были судна,
Лежало маленькое полотно,
С надписью…
Всех нас ждёт разлука!
И за штурвалом того корабля,
Вцепившись сильно,
Вплоть до смерти,
Всё также до конца стоял моряк,
Не отпуская своё место!
И каждый день,
Встречая новые рассветы,
На берегу – лет так уж десять,
Нашего моряка ждала одна,
Той, кому не было его милее!
Бедняжка та, хоть и была умна,
Не понимала вообще-то,
Что не вернётся никогда,
Он судно полюбил сильнее!
***
Я мёртв внутри – во лжи погрязшая сатира,
Лишь оболочка, бороздящая моря,
Ты свет луны, сияющие блики,
Для полуслепого моряка.
Размытый образ самого себя,
Лишь половина искренних желаний,
Комок чернеющего дна,
Опустошённое ожидание.
Скелет шагающий по целям,
Живой мертвец без сердца и души,
Который день уже без настроения,
Маньяк убивший подступы любви.
Надменный гость со странным пожеланием,
Я путешественник, не повидавший мир,
Большущий омут разочарования,
Любить рождённый – без любви!
***
Не буду врать красивыми словами,
Твой слух не потревожит ложь,
Не дам в обиду проклятым желаниям,
Ты в этот омут не впадёшь!
Но наглых слов подарки и букеты,
Лжецы дарили каждый день,
«Ты мне милее всех на свете»,
Они любви не знали плен!
И задушить бы каждого за чувства,
Ту боль, которую тебя заставили вкусить,
Как можно покалечить сердце,
Что призвано любовь дарить?
И я признаюсь очень честно,
Мы друг без друга те же, что всегда,
Но без тебя не понял бы ответы,
Ты самая прекрасная душа…
И воли нет моей к изменам,
Ослепнуть видя бы других,
Я пленник собственной планеты,
А ты в ней гравитационный щит…
***
Как ни странно, но комната пуста,
Давно уже не нахожу обитель,
Мне зеркала мнят отражение себя,
Я чуждо поворачиваю спину…
Никчёмный сорт думы моей души,
И сердце тоже отвергает,
Пленённый горьким вкусом собственной брехни,
Отказов что не принимает…
Смириться с безысходностью речей,
И мысли: дабы потерять себя навечно,
Наверно, я бы дальше так не смог,
Искать в ком-то ещё бессменность…
По новой я брожу в аллеях мыслей,
И вот опять заблудший в собственных стенах,
Кричу на то, что называлось вечность,
Молчу на то, что называл всегда…
***
Я бы любил тебя ещё десяток лет…
Пока на горах сия мира,
Не запел бы целый квартет,
Свистящих раков целая долина!
Я бы любил тебя всё также сильно…
Как прочно связанный канат,
Запутанный рутиной мира,
Отказывавший предавать!
Я бы любил…
Но как тоскливо,
Осознавать – любить нельзя,
Чтобы любить надо быть сильным
Любви экзамен надо сдать!
***
Мне надоели люди, придающие любовь,
Свой отблеск лжи волочащие чувством,
Ваш темный говор день и ночь,
Давно стал глупым предрассудком!
Мне надоели клятвы тех, кто чувства не познал,
Вам искренность даже не снилась,
В любой момент готовые придать,
Любви вовек не знавшие обитель!
По мне любить, то значит навсегда,
Пусть ни на секунду не взаимно,
И только лишь одна душа мила,
Ты больше, чем любая дива.
И ту, с которой никого не ставлю в ряд,
Увидеть б вам моими же глазами,
Она неповторимый бриллиант,
Моей души убийца и спаситель…
***
Я никогда не представлял,
Что мог бы влюбиться
Так бестолково,
Будто каждый чужой образ
Для меня становился
Чем-то неизмеримо далеким,
А глаз твоих море
Солёных приливов,
Я больше не знал
Мест для отдыхов мнимых,
И больше открыть сердце
Или глаза,
Мне вовсе не чужды чувства
Других мадемуазелей,
Лишь бы все они не для меня,
Ведь я ждал года два уже
Только твой отзыв…
Повторяю, опять без конца,
Не скажу ни единого слова…
Просто знай!
Продолжаю любить,
Как бы не было сложно тут без тебя…
***
На большом расстоянии от дома,
Там, где лиц незнакомых толпа,
Средь бескрайнего моря эмоций,
Замерзаю зимой без тебя…
Вновь по городу я одиноко,
Прогуляюсь, никто мне не друг,
Кофе в руки – я так беззаботен,
Самый близкий сердечный уют…
Перекрёсток большого движения,
Светофор снова сорок секунд,
Ты напротив большого строения,
Как оазис в пустынную мглу…
Я опомниться сразу не смог бы,
И давно мне уже не забыть,
Променять я твоё появление?
Ни за что не продал бы тот миг…
И понятно всему населению,
Где бы ни был, пускай и зима,
В январе хоть сугробы на метр,
Ты растопишь любые снега!
Ты себе даже не представляешь,
Что в любой точке этой земли,
Мне дорогу луной освещаешь,
Затмеваешь любой солнца блик…
***
Твой зов души и зоркий взор глазниц,
Горечь затянутой до крови вены,
Уразумел ослабший памяти магнит,
Вольготно пролонгировал ломоту сердца.
Поднесь не вник в глубины душ,
Мой куш – незыблемое пламя воли,
И в ссоре с морем голубых прибоев,
Я вдругорядь увяз в любовных волнах.
Романов пестрых сплит ошмёток,
Закоренелый тракт публичных чувств,
Эскизный взгляд фата-явление,
Раздольно отдаюсь в твоё пленение…
***
Я вечно пытаюсь
Сыскать в тебе
Те три качества,
Что я не нахожу ни в ком другом,
И знаю точно – убеждён,
Не приклоняясь к всяким верам,
Не ври – умеешь ты любить!
Брать на слабо?
Не надо меня злить…
И звать по имени,
Что отклик не даёт,
Уверен кто-нибудь меня поймёт,
Но уже в будущем,
Когда закончатся грёзы
Устрой опрос,
Мы вовсе не вдвоём…
Но всё же,
Мне не помешает это вас любить,
И быть тем, кто вами не был любим!
***
Наевшись сполна человеческих грёз,
И до дна нам кричали,
Допей эту кровь!
Нет сомнений уже в безысходности лести,
Существуем как люди,
Но с тобою не вместе.
Подарив тебе бабочек полный букет,
Говоришь мне про свет?
Но во тьме твой ответ,
В сердце много отныне пустующих мест,
Без опорный,
Никчёмный,
Пугающий въезд.
В зеркалах отражений силуэтами бледных,
Я хотел быть обвенчан,
Клятвами верных.
Как обычно,
Привычно…
Всё вновь не сбылось,
Я нашёл?
Нет найду!
Чтобы море без слов…
***
Отныне, что мне говорить?
Закончились безмолвные слова,
Я – слеп, увы…
Незрячий, как и вы,
Мне нет доверия уж никогда!
Но лучше буду я таким,
Слегка наивным, туповат…
Пусть за спиной моей твердят:
«Уйди!»
А на глазах твердят:
«Не покидай!»
Всё это пламенная ложь,
Открытое враньё в глаза,
А потому…
Наивно полагать, что вы…
Способны что-то понимать!
***
Ты думаешь я испугаюсь этих пушек?!
За девушку, которую любил,
Готов стоять я – насквозь пули,
А капли крови на полу.
И понимаешь в этот миг,
Пока в дороге до больницы,
Какой прекрасной была жизнь,
В которой удалось влюбиться…
Уже не ожидая возвращения,
Когда со смертью – шах и мат,
Горит табличка твоего любимого цвета,
Откуда мог я это знать?
Открылась дверь…
Секунды до вердикта,
Он понимает – жизнь прошла,
А что она?
Слёзы пролиты…
Но поздно что-то поменять!
В последний раз глазами насладившись,
Хоть из которых слёз река,
Ушёл он, так вот получилось,
Любовь свою смог отстоять!
***
Стакан воды, забитый горечью утраты,
Всё больше стынущий – давеча кипяток,
Восход, который день уже не восходящий,
Затмением слепящий гневный потолок.
Мешок с костями в жилах кровь хранящий,
И вместе с кипятком хладеющий во тьме,
Тот человек пророчащий о счастье,
В тоске лелеющий отныне и в беде.
На календаре навязчивые цифры,
И годом впредь хороненный причал,
Мой человек загодя веривший в любовь и чувства,
От твоей смерти одичал.
***
Прострация душевных чувств…
Зачин бесчисленных страданий,
Боль – декоративный элемент,
Разум наполнен осознанием!
Мгла – словно чёрный порошок,
Посыпанный, как соль на раны!
А человек всё также одинок,
Хоть и окружён огромным стадом…
И в тяготе клишейных чувств,
Зашёл ты в лабиринт бескрайний,
Ни вход, ни выход не найдёт,
Солгавший о любви однажды!
И на исходе тёмной ночи,
Уже не веришь в этот бред,
А человек, который был на век,
Ушёл, не пробыв тут и часа!
***
В настенных зеркалах – полуживых островах,
Твёрдо стою на одном:
Не мой дом ты – не моё ты проклятье,
И судьбы проучившийся звон,
Мой патрон в два виска добрых деятелей,
Чтоб не встали они впредь порочить,
Не таить же отныне греха…
Я в последний – лидирующий вой,
Завершая поход моряка:
Кругосветное путешествие!
Мое шествие шахматных клеток,
Нарушая все нормы, права,
Не закончена, верно, та партия,
Не угодна тоски вам пара…
Отвернусь ради ложных явлений,
Миром нашим уже не горжусь,
И гожусь ли на роль – полицейскую,
Как предатель, уйдя в темноту?
***
Он созидал красоты сеянные людом,
Цветы – так норовя просили освободить их от оков,
Из маками заполненной долины, ни разу он не брал долгов.
Сошедший с троп преступником считался,
Но лишь ступив за грань миров,
На розы белых облаков путь открывался,
Пионов склад – столь величайший свод.
Не предвкушая горечь скорой боли,
Улыбкой нот он солнцу восклицал стихи,
Сквозь холод, море, решетку истины и роли,
Ей каждый вторник доставлял цветы.
Но сей раз знаком из души, в путь не побрел прямой дорогой,
Через родные ворота, с утра решив проверить почту,
Букет любви увял,
Лишь от нее он получил убийственные строки…
Тебе пишу, о не моя любовь, прикрас души обогащенная обитель.
Твой добрый говор – мой оков,
Твоя любовь – не мой спаситель.
За строки неземного восклицания,
Букеты из убийственных миров,
Я наслаждалась каждым лепесточком, что падая дарил тепло.
Соврать не в силах: человечен, так милостив, любить готов,
Но в моём сердце побледнело, я в снах не вижу твоих снов,
Чрезмерность истины не повстречала, не утопала от любви,
С собою видеть не желала – ты верный друг моей души,
Тебя сегодня извещаю, наша совместная беда,
С другим плетутся наши узы,
Отныне я обручена!
Он бросил лист в порывы ветра,
Замолкло восклицание земли,
Как так, после трехлетней веры,
Смогла она с другим уйти?!
Облокотившийся на софу, не мог поверить собственным глазам,
Он спит, отравлен, болен помрачением,
На день иной всё будет как вчера!
И лишь конторка с долей стеллажа,
Где так небрежно лист бумаги,
Манил ей написать ответные слова,
Письмо с изысками укора за коварство.
Она не дождалась ответа,
На срок поставленный семьей,
Так не хотя, ушла на берег помрачения,
Сквозь нет – её изгнали вон…
И не забыла того подлеца, что каждый светлый вторник,
Ей приносил букет с утра, и весточку:
О нескончаемом довольстве.
И вот запыленные болью, чрез муки вынужденных чувств,
На пятый год ареста «доброй воли»,
Во ржавом ящике она находит суть.
Пишу тебе, о незаменимая любовь,
Коварством добрым отчуждав меня,
Всё это долгое течение, пытался отыскать слова.
Не понял сути твоего побега, казалось мне, любила как и я,
Что встретила ты в нём иного, чего не получала от меня?!
Так думал раньше, о глупец…
Наивно слишком рассуждал,
Ведь он – опустошитель счастья, в твоих глазах счастливая семья.
Итог мой прост – любить не перестану,
И даже через много лет,
Когда тебя воззреть я пожелаю,
Внутри оставленный тобою след,
На волю выпущу свободной птицей,
Припоминая как тогда, к тебе с цветами я под руку…
Бежал, пока ты убегала от меня!
Двух сломленных судьбою душ,
Ни он всё там же, ни в дали она,
Не понимали, что разлукой…
Служила общая беда.
Она невольно обрученная, чтобы не ранить добряка,
Желала подарить свободу,
Тому, кто вовсе не жалел себя.
Ирония сыграла свою роль,
Бедняжка в плане не учла,
Что обещал он, пусть мир утонет,
Не изменять своим словам.
И даже через сотню берегов,
Пройдя, там встретив лиц иных,
Он не разлюбит никогда,
Ту, ради которой бросил мир.
***
Я ищу тебя во тьме кромешной,
В переплётах танцев теней,
В безответном молчании сердца,
Вдребезги разбитой душе.
Я ищу тебя во всех силуэтах,
Мне не видны другие глаза,
В отношениях солнца и неба,
Слепну видя других – не тебя!
Я ищу тебя по коридорам,
Психбольницы моей головы,
Там внутри, где чрезмерно жестоко,
Остаюсь я один на один.
***
Бесконечно писать о красоте твоего взгляда,
Я им насытиться никак не смог,
Ты то ли явно этим днём мне улыбалась?
То ли я опять что-то наплёл?
Рисковать своим сердцем отныне?
Не решился кануть в омут любви…
И разбитое вдребезги сердце,
Ты смогла бы в едино сплести?
Наблюдая за взглядом небесным,
Мне почудилась там доброта,
То ли ты мне дарила улыбку?
То ли вновь замечталась душа?
Безнадёжно на небо взглянувши,
Я не принял подарок судьбы,
Обернись – я люблю этот случай,
На прощание взгляд твой ловить.
***
Я изъявлял желание сказать вам больше,
Чем вы хотели бы внимать,
Недоставать в вас мне земного наказания,
Так скупо от любви страдать.
В вас свет ярчайшего светила,
И доброты поклажа не пуста,
Я написал бы «как вас сильно…»
Но вам чужды мои слова.
Вновь встречи по рутине цифр,
Горю случайно повстречать,
Ещё разок – ещё наивно,
До листопада б повидать.
***
Вчера я подарил ему свободу,
Сегодня сердце просится вновь в плен,
Мой выходной – твоё отсутствие,
Мой будний – милый твой привет.
С ума сходил от восхищения,
Твои глаза закоротили взор,
Моя болезнь – твоё уныние,
Моё лечение – твой счастья вздор.
Наш диалог кратчайших сроков,
И встречи ровно полчаса,
Моя душа – дорога гололёда,
Твоя душа – ярчайшая тропа.
