Читать книгу: «Аромат сирени»

Посвящено Кире из города Щецин в Польше

Пролог

«"В принципе, все не так уж и плохо", – сказала мне мать, к которой я обратилась за помощью. "У тебя есть руки и ноги, голова работает, так почему же ты несчастна?" Хотела бы я знать ответ на этот вопрос. Но в этом и проблема. Я не знаю, почему я несчастна. Я не знаю, почему я плачу каждую ночь. Я не знаю, откуда и как давно у меня появилось это чувство опустошенности. Это как будто у тебя пропало все внутри. Все, вплоть до сердца. Эта боль пронзает даже кончики пальцев. Так становится пусто ночью, что я сжимаю в руках подушку и прижимаю ее к груди, только чтобы не было так больно. Но не помогает. Эта опустошенность не уходит. Однажды мне сказали: "Чтобы чувствовать одиночество, нужно по кому-то скучать". Тогда у меня возник вопрос: по кому я так скучаю, что каждую ночь плачу, сжимая подушку до тех пор, пока кисти моих рук не откажут? Я уже начинаю задумываться о са…»

В окно постучали. Это была птичка. Серая, ничем не примечательная птичка. Воробушек, может?

– Что за… – Луна подняла глаза. – Воробей? Что ты здесь забыл, малыш?

Луна поднялась из-за стола и открыла окно. В комнату повеяло прохладным ветерком, которого так не хватало. Вместе с ветром залетел запах сирени. Аромат этих фиолетовых лепестков был прекрасен. С его приходом как будто ощутилась свобода, но в то же время он сковывал все тело. Не хотелось двигаться. Хотелось стоять и наслаждаться этим благоуханием.

Тем временем воробушек уже проскакал по столу и стал разглядывать надписи в толстой тетради.

– Эй, воробушек, тебе интересны эти записки? – прервала птицу Луна.

– Вполне себе.

– Что… что.. чего?

– Что такое? Тебя что-то удивляет?

Воробей сидел неподвижно, глядя на собеседницу. Что же все-таки ее так удивило? Впервые встречает говорящих птиц, что ли?

– Каждый раз одно и то же. Люди, вы так и будете продолжать считать себя самыми гениальными в этой вселенной? Почему вас так удивляет то, что птицы приспособились понимать вашу речь?

– Чего?! Что ты несешь? Ты демон? Какие… что ты несешь, черт возьми?!

Девушка говорила довольно громко, с недопониманием в голосе, но воробью показалось, что она абсолютно спокойна.

– Что ж, хорошо. Я – говорящий воробей. В этом нет ничего необычного. Просто прими тот факт, что разговариваешь с птицей. Я хороший собеседник, уж поверь мне.

Его и вправду злил тот факт, что она так удивляется его речи.

– Допустим… И зачем ты стучал в моё окно, оторвав меня от крайне важного занятия?

– Ты считаешь эти записи о самоубийстве важным занятием? Хм, интересно… – птичка призадумалась. – Но что насчет сирени?

– Что?

– Что насчет того, чтобы жить ради сирени?

– Ради обычного куста, цветущего один месяц? – Луна правда не понимала, о чем речь, почему она разговаривает с птицей, и как это все вообще возможно.

– Обычного? Один месяц? Да ты смеешься надо мной. Ты буквально только что стояла и не хотела больше ничего, кроме как слушать ее аромат. Жить ради сирени не так уж и плохо. И к тому же в этом ее особенность. Она цветет лишь один месяц. Разве это не прекрасно?..

– Я все еще не понимаю, чего ты хочешь от меня.

– Я хочу, чтобы ты жила.

– Жила? – Луна недоумевала.

– Да. Ради сирени, – птица казалась совершенно невозмутимой.

– И зачем же мне жить ради какой-то там сирени, когда ночью, как ты уже знаешь, меня душат слезы? Зачем? Я просто хочу избавиться от боли, – теперь невозмутимой была девушка.

– Хм, давай заключим сделку?

– Ты дьявол? Его воплощение? Что ты?

– Нет. Я не дьявол. Люди не заключают сделок между собой?

– Заключают.

– И считают друг друга дьяволами?

– Нет, конечно, – смутилась Луна.

– Вот и все. Мои условия таковы: я избавляю тебя от боли, а ты живешь ради сирени. Идет?

– Правда избавишь? – девушка не поверила словам воробья.

– Да, обещаю.

– Хорошо, я согласна.

Так воробей и девушка заключили сделку. Она должна жить ради сирени, а он избавит ее от боли и слез, которые душат девушку каждую ночь. Только вот они забыли одну деталь.

– Как тебя зовут?

– Луна, а тебя? Так странно спрашивать это…

– Называй меня просто Мистером.

– Как скажешь, Мистер.

– Луна, мы еще кое-что забыли.

– И что же?

– Ты должна спать с настежь открытым окном. Каждую ночь. Всегда.

– Это обязательно?

– Да.

– Что ж, ладно, если это избавит меня от боли.

Так Мистер и Луна заключили сделку. Она должна жить ради сирени и спать с настежь открытым окном, а он избавит ее от боли и слез, которые душат каждую ночь.