Читать книгу: «Вашингтонский колледж»
"Самые важные встречи случаются тогда, когда мы меньше всего их ждём. И самые важные слова звучат тогда, когда мы готовы их услышать".
Глава 1. Новая мелодия
«Самые важные встречи случаются тогда, когда мы меньше всего их ждем.»
Когда-то все заканчивают школу и разлетаются кто куда.
Для Элизабет Хартман это лето стало временем прощания. Прощания с привычными партами, со школьным двором, где каждая скамейка была знакома до трещинки, и с одноклассниками, которые разлетались, как птицы перед дальней дорогой. Кто-то уезжал в другой штат, кто-то уже надел рабочую форму, а кто-то просто исчез в неопределенности.
Вот и Элизабет в свои 15 пришлось выбирать себе профессию на всю жизнь.
Фраза «на всю жизнь» звучала пугающе. Она перебирала десятки вариантов, но ни один не зажигал в груди тот теплый огонек, который вспыхивал всякий раз, когда она брала в руки гитару. Музыка была ее голосом, когда слов не хватало. И однажды, глядя на выступление уличного музыканта, она поняла: она хочет не просто играть для себя, она хочет учить этому других. Дарить музыку так же, как кто-то когда-то подарил ее ей.
Она захотела стать педагогом по музыке и подала документы в Вашингтонский педагогический колледж.
Недели ожидания тянулись бесконечно. Каждое утро начиналось с проверки почты и учащенного сердцебиения. Спустя долгое время стресса она узнает, что она поступила.
Конверт с гербовой печатью дрожал в ее руках. Она перечитывала короткое «Поздравляем!» снова и снова, пока буквы не начинали расплываться в радужном мареве счастливых слез. Мечта становилась реальностью.
И она начинает готовиться к учебе. Новые тетради, папки для нот, медиаторы всех цветов – каждая мелочь наполняла ее предвкушением. Лето пролетело солнечной вспышкой.
«Ура, наконец-то 1 сентября» – подумала Элизабет, поправляя перед зеркалом воротничок блузки и перекидывая через плечо тяжелый чехол с гитарой. В отражении на нее смотрела почти взрослая девушка. Но волнение все равно давало о себе знать. Оно неприятно холодило пальцы и заставляло сердце биться где-то в горле.
Элизабет боялась, что она ни с кем не подружится. Что она останется одна в этом новом, огромном мире.
И вот, она уже стоит перед колледжем на торжественной линейке.
Здание было величественным и старым, с высокими колоннами и широкими ступенями. Воздух звенел от музыки, доносящейся из динамиков, и гула сотен голосов. Повсюду были группы нарядных студентов: они обнимались, громко приветствуя друг друга после каникул, смеялись, фотографировались. Для нее это все было как-то по-новому: незнакомое место, люди.
Все это словно давило на нее. Элизабет чувствовала себя песчинкой в этом море незнакомцев.
Когда грянул гимн и директор закончил приветственную речь, кураторы начали разводить первокурсников по аудиториям. Элизабет со своей группой проходит в аудиторию. Коридор колледжа гудел, как растревоженный улей. Наконец, она вошла в просторный, залитый светом класс.
Она зашла в кабинет и увидела свободное место с милой девочкой и подошла к ней.
Девочка сидела за третьей партой в среднем ряду. У нее были русые волосы, собранные в небрежный пучок, и огромные зеленые глаза, которые с любопытством, но без наглости оглядывали комнату. В руках она вертела брелок, и в этом жесте было что-то уютное и знакомое. Элизабет глубоко вздохнула, подошла и, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, спросила:
– Привет, прости, могу ли я сесть с тобой?
Девочка подняла глаза. В них не было ни высокомерия, ни удивления. Только теплый свет.
– Привет. Конечно, можешь. – она широко улыбнулась, и на щеках появились милые ямочки.
Элизабет села, положила рюкзак и гитару рядом и с облегчением выдохнула. Она еще не знала, что этот простой вопрос изменит всю ее жизнь.
С этого все и началось…
Глава 2. Первые ноты знакомства
«Иногда достаточно просто быть собой, чтобы найти своих людей.»
В аудитории становилось шумно – первокурсники знакомились, переговаривались, обменивались впечатлениями. Элизабет уже почти успокоилась, радуясь, что рядом оказалась такая приятная соседка.
Вдруг раздался громкий звук – дверь с треском распахнулась, ударившись о стену. Повернув голову, мы заметили, как, спотыкаясь о собственный чехол от гитары, к нам в аудиторию ворвался молодой человек.
Он был высокий, чуть растрепанный, с темными волосами, которые явно не знали расчески этим утром. На плече висел массивный кофр, в котором угадывалась бас-гитара. Запыхавшись, он замер в дверях, обводя взглядом аудиторию в поисках свободного места.
«Оливер, как всегда опаздывает», – сказала девушка, сидящая рядом.
Элизабет удивленно посмотрела на новую знакомую. Та лишь закатила глаза с видом человека, который прекрасно знает, о чем говорит.
«Ты его знаешь?» – спросила Элизабет.
Девушка кивнула, поправляя выбившуюся прядь из своего небрежного пучка:
«Да, мы раньше учились вместе. В одной школе. Он вечно опаздывал, вечно витал в облаках. Но играет – божественно. Кстати, я Эмили, для друзей Эми. А ты?»
Она протянула руку, и Элизабет с благодарностью её пожала. Это было так просто и по-дружески.
«Элизабет, приятно познакомиться!»
«Взаимно», – улыбнулась Эмили, и её зеленые глаза сверкнули.
Пока Элизабет разговаривала с Эмили, Оливера отчитывали за опоздание в первый учебный день. Миссис Грейс – женщина средних лет с добрыми, но строгими глазами – поджала губы и сделала ему замечание о дисциплине. Оливер виновато опустил голову и, наконец, проскользнул на свое место у окна, за четвертую парту. Стефани и Райли – две девушки с идеальной укладкой, сидевшие у окна на третьей парте, – тут же оживились, зашептались и повернулись к нему, стреляя глазками. Делла со второй парты тоже обернулась, поддакивая подругам. Оливер даже не взглянул на них – достал телефон и сделал вид, что увлечен перепиской.
Наконец-то началась пара.
Миссис Грейс представилась, рассказала о себе и о том, что ждет ребят в этом семестре. Она говорила мягко, с увлечением, и от нее веяло таким теплом, что даже самые напряженные студенты расслабились. Миссис Грейс показалась ребятам очень милой. Она шутила, расспрашивала каждого, кто на чем играет, и искренне радовалась ответам. Когда Элизабет робко сказала про гитару и вокал, преподавательница одобрительно кивнула: «Прекрасное сочетание, дорогая. У тебя большое будущее».
В конце пары она сказала ребятам пройти в библиотеку и получить книги.
Все потянулись к выходу. Элизабет и Эмили вышли в коридор и направились к библиотеке, обсуждая первую пару. Сзади слышался топот – кто-то догонял их.
Библиотека оказалась огромной, с высокими стеллажами, пахнущими старыми книгами и бумагой. Очередь тянулась медленно – библиотекарша тщательно проверяла каждую фамилию в списке и выдавала увесистые стопки учебников.
Пока ребята стояли и ждали своей очереди, с девочками заговорил парень стоящий сзади.
Он слегка коснулся плеча Эмили, и когда обе обернулись, широко улыбнулся, сверкнув глазами. Это был тот самый взлохмаченный парень, который сидел сзади них на четвертой парте.
«Прекрасные дамы, не против познакомиться?» – спросил он с таким театральным пафосом, что удержаться от смеха было невозможно.
Эмили прыснула, но быстро взяла себя в руки:
«Конечно, можно!»
Парень картинно поклонился, едва не стукнувшись футляром о стеллаж:
«В таком случае меня зовут Дилан! А вас?»
«Эмили!» – представилась девушка.
«Элизабет» – добавила Лиззи, чувствуя, как на губах сама собой расплывается улыбка.
«Приятно познакомиться!» – Дилан протянул руку сначала Эмили, потом Элизабет, пожимая их с преувеличенной серьезностью.
«Взаимно» – одновременно произнесли девочки и начали хохотать.
Дилан выглядел довольным: ему явно нравилось вызывать смех.
«Я смотрю, вы явно не скучаете», – заметил он, пристраиваясь рядом в очереди.
«Именно», – подтвердила Элизабет, чувствуя, как внутри разливается тепло. Кажется, у неё появились друзья.
Когда ребята получили свои учебные пособия, они пошли на следующую пару.
День тянулся бесконечно долго. Предметы сменяли друг друга: теория музыки, история искусств, сольфеджио, педагогика… Элизабет старательно записывала лекции, но голова уже гудела от обилия информации.
Учеба в этом колледже оказалась намного сложнее, чем в школе.
К концу третьей пары она чувствовала себя выжатым лимоном. Дилан то и дело оборачивался и шепотом просил: «Дай списать, а? Я потом объясню, просто не успеваю!» Эмили закатывала глаза, но давала. Элизабет тоже не отказывала.
Когда прозвенел звонок и все стали расходиться, Элизабет задержалась в аудитории, собирая вещи. Эмили и Дилан уже ждали в коридоре, обсуждая, где пообедать. А Лиззи смотрела в окно на серое осеннее небо и чувствовала, как внутри поднимается тяжесть.
Элизабет подумала: «Я думала, что учеба в этом колледже, которую я так хотела получить всё это время, будет легче, но оказалось, что не всё, чем мы так горим внутри, окажется таким же легким, как это казалось… Мне нравится петь, но я не знала, что моя профессия включает в себя столько нудных предметов. Может, я не на том пути…»
Она сжала ремешок гитарного чехла так сильно, что побелели костяшки. В груди зародился холодок сомнения.
– Лиззи, ты идешь? – крикнула из коридора Эмили. – Мы без тебя не начинаем!
Элизабет глубоко вздохнула, прогоняя мрачные мысли. Она посмотрела на свою гитару, выглядывающую из чехла. Нет. Она не зря пришла сюда. Просто нужно время, чтобы привыкнуть.
– Иду! – отозвалась она и, расправив плечи, вышла из пустой аудитории.
