Читать книгу: «Нганасаны»

Название: Нганасаны

Автор(-ы): Ferik MUR

Глава 1. Народ

Первые люди появились на Таймыре в эпоху неолита. Их древнейшие поселения обнаружены на реках Попигай и Хатанга. В конце I тыс. н. э. на полуостров пришли предки современных энцев, ненцев, долган и нганасан – самодийские народы. Хозяйственный уклад коренных жителей Таймыра сформировался на основе древней культуры охоты на дикого северного оленя как исторический процесс нескольких периодов колонизации (образования колоний-поселений) этой части Арктического циркума.

Первый период колонизации – это формирование нганасан, самого восточного из народов самодийской языковой группы. При раскопках стоянки в междуречье рек Авам и Хета (в районе расселения нынешних нганасан) были обнаружены остатки бескерамической культуры охотников на диких северных оленей периода V-IV тысячелетий до н.э., то есть времени климатического оптимума. По-видимому, к этому времени следует отнести первое широкое освоение Заполярья подвижными группами охотников, этнически и культурно близких поздне-мезолитическим племенам, обитавшим в таёжной зоне Восточной Европы и Сибири. В период последующего ухудшения климата (рубеж III-II тысячелетий до н.э.) этими охотниками выработались те характерные черты культуры, которые прослеживаются у всех циркумполярных народов, потомков первых насельников Арктики. Во II-I тысячелетиях до н.э. в междуречье Оленька и Хатанги была выявлена культура охотников на дикого северного оленя (буолколлахская культура), уже характеризующаяся керамикой с вафельными узорами и трёхграными наконечниками стрел – по-видимому, аналогичная поздненеолитической культуре, обнаруженной в Якутии. Памятники этой культуры встречены также на реке Хета, выше посёлка Катырык (ручей Амакай). Буолколлахская культура восходит своими истоками к Нижней Лене и, предположительно, может отождествляться с проюкагирами.

Коренные жители Таймыра – нганасаны и донганасанские племена, самодийцы по происхождению, ранние насельники Таймырского края (до прихода с юга самодийских племён), обитавшие здесь. Их часто отождествляют с тау-нганасанами, память о которых сохранилась лишь в мифах; можно также предположить их потомками древних неолитических охотников, носителями элементов буолколлахской культуры. Потомки древнего населения Северной Сибири и самого северного тундрового населения Евразии ̶ неолитических охотников на дикого оленя – самый северный этнос Евразии. В его состав вошли различные по происхождению племенные группы (пясидская самоядь, кураки, тидирисы, тавги и другие).

Данные археологии показывают тесную связь первых жителей полуострова с населением бассейна Средней и Нижней Лены. Оттуда они проникли на Таймыр примерно 8 тыс. лет назад, подвергшись впоследствии влиянию пришедших на Таймыр с запада самодийцев. Эти первые обитатели Таймыра продолжили традиции своих предков, положивших начало культуре полярных охотников на дикого северного оленя и освоивших арктические тундры.

Можно предполагать, что в формировании современных нганасан участвовали три группы народов: самодийцы – переселенцы из Южной Сибири, юкагиры и группа древних (палеоазиатских) народов, входившая в состав циркумполярного населения Северной Азии. Окончательная консолидация нганасанов как особого этноса сложились на Таймыре во второй половине XVII – начале XVIII веков. В XVII веке, до прихода долган, по-видимому, населяли лесотундру и южную тундру Таймыра в пределах Северо-Сибирской низменности, где ежегодно проходили, а иногда оставались и на зимовку тысячные стада дикого оленя. До XVII века кочевые нганасанские племена населяли лесотундру и южную тундру. Здесь было достаточно леса и дров, бесчисленные озёра, реки и протоки, которые проходили, а иногда оставались здесь и на зимовку тысячные стада дикого оленя. Позднее, когда эту территорию заняли долганы, нганасаны сдвинулись к северу в открытые тундровые ландшафты бассейнов реки Пясина и озера Таймыр. Там располагались основные летние пастбища диких оленей, но условия жизни были гораздо суровее, чем в лесотундре. Здесь они оставались до прихода Советской власти.

Нганасан часто разделяют на две неравные по численности группы: авамские (западные) и вадеевские (восточные). В начале столетия вадеевские нганасаны кочевали на территории современного Хатангского района. Летом они собирались к юго-востоку от озера Таймыр, в частности, у озера Лабаз и других рыбных водоемов. Зимой отходили в покрытую лесом долину реки Хеты. Авамские нганасаны проводили тёплое время года в обширных тундрах между рекой Пясина и озером Таймыр, а зиму – у северной границы леса между озером Пясино и рекой Боганида. Среди них выделялись две группы: собственно авамские (пясинские), занимавшие бассейн реки Пясина, и таймырские, проводившие лето в бассейне реки Верхняя Таймыра, а зиму – в бассейнах рек Дудыпта и Боганида. В настоящее время авамская группа сосредоточилась в двух посёлках (точнее, на территории двух сельских администраций) – Усть-Авам (300 человек) и Волочанка (372 человека) Дудинского района, а вадеевская – в поселке Новая Хатангского района (76 человек). Последняя группа живёт в окружении другого народа (долганов) и, по принятому делению территории, попадает в долганский этнохозяйственный ареал. Численность этой группы, которая в конце прошлого века насчитывала около двухсот человек, постепенно сокращается. Постепенно через браки, устройство на работу и по другим причинам вадеевские нганасаны переселяются в Волочанку. Особенно интенсивно это движение происходило в 60-е годы прошлого века.

Кости северного оленя являются основными остеологическими находками на всех таймырских поселениях первобытного человека, начиная с наиболее древних из известных нам стоянок ̶ Тагенар VI, датированной радиоуглеродным методом как примерно 6 тыс. лет до настоящего времени. Об огромной роли промысла дикого оленя свидетельствуют массовые находки каменных орудий, предназначенных для охоты и обработки добычи. С этим же связано расположение крупных стоянок на традиционных путях дикого оленя. Около стоянки Абылаах I (XII век до нашей эры), расположенной на южном берегу реки Хета (12 км вверх от пос. Катырык), до сих пор происходит переправа одного из основных миграционных потоков оленя.

Дикий олень всегда занимал и до сих пор занимает в их жизни нганасан особое место. Охота на него считалась и считается самым благородным делом. Мясо дикого оленя, в отличие от любого другого, в том числе и мяса домашнего оленя, – единственной настоящей едой. В фольклоре нганасан все другие виды мяса фигурировали только как пища бедняков, стоящих на грани голода. Основными занятиями нганасан были охота на диких оленей, песца, оленеводство и рыболовство.

Нганасаны выделялись особым значением в их хозяйстве охоты на дикого северного оленя. Добывали диких оленей главным образом осенью путём коллективной охоты на речных переправах, закалывая их копьями с челноков. Также использовали ременные сети, в которые охотники загоняли диких оленей. Кроме того, летом и осенью нганасаны охотились на диких оленей пешком, в одиночку и небольшими группами. Наличие стад домашних оленей и охота на диких оленей, расположение кочевий в наиболее северных пределах полуострова, пользование самодельными орудиями труда и охоты позволяли им быть совершенно независимыми почти до конца XIX века.

По последней переписи их осталось чуть больше 400 человек.Нефтяники и газовики разбуривают тундру.Появляются зимники для техники.Там где ездили на нартах и собачьих упряжках ,ездят Уралы и Камазы.Варвары Вахтовики добрались и туда.

У них был самый знаменитый Шаман которого знала вся тундра от Обской Губы до устья Лены.Он умер.Шамана сейчас нет.Они просят Небо и Духов чтобы мальчик родился.И я думаю они им не откажут.

Глава 2. Нефтяники Таймыра

Трое мужчин в синих спецовках и белых касках с логотипом «Роснефти» синхронно бросают монетки в забой скважины. Они отходят в сторону, и долото погружается в землю. Буровики «Восток Ойла» начинают бурить первую скважину на Пайяхском нефтяном месторождении – уже эксплуатационную. До конца года таких скважин на Пайяхе будет уже порядка 80. А всего на проекте – около 20 000. Постепенно они будут обвязаны трубопроводами, по которым нефть будет поступать на товарные рынки. Бросать монетки на старте бурения – это традиция, как бить бутылку игристого о борт нового корабля. Профессиональное суеверие или что-то вроде символического НДПИ: чтобы работы были безаварийными, а скважина – продуктивной.

Еще пару лет назад на месте, где сегодня стоит яркая желто-оранжевая буровая «Роснефти», не было ничего. Месторождение открыли еще в начале 1990-х, тогда же попытались и разработать, но не хватило ни финансирования, ни умения. По этой же причине Пайяха оставалась нетронутой и в нулевые, и в десятые: слишком уж труднодоступное место.

Полноценное освоение территории началось только в 2020 г. после того, как собственником участков стала «Роснефть». Месторождения Пайяхского кластера стали ресурсной базой стратегического проекта компании «Восток Ойл». Сегодня оценка совокупных запасов проекта превышает 6 млрд т легкой, малосернистой нефти. Это сравнимо с ресурсами легендарного Самотлорского месторождения в Ханты-Мансийском АО (7,1 млрд т). Но эпоха западносибирской нефтяной провинции уже заканчивается, таймырской – только начинается.

«Восток Ойл» объединяет 13 месторождений (активы Ванкорского кластера и новые открытия «Роснефти» на Таймыре), а также целый комплекс нефтетранспортной и энергетической инфраструктуры, включая крупнейший в стране терминал по перевалке нефти по Северному морскому пути мощностью 100 млн т в год, 7000 км трубопроводов, 3,5 ГВт новых мощностей, вертолетные площадки и т. д.Собственные трубопроводы и порт позволят сохранить уникальные товарные характеристики нефти «Восток Ойла»: у нее рекордно низкое содержание серы – всего 0,01–0,04%. Для сравнения: у Brent – 0,45%, у WTI – 0,45%, у Urals – 1,5%, у ВСТО – 0,5%, у Siberian Light – 0,6%, у Eagle Ford (Техас) – 0,2%, отмечает старший аналитик BCS Global Markets Рональд Смит. По его словам, в случае успешного запуска проекта нефть с «Восток Ойла» будет торговаться со значительной премией не только к Urals, но и к Brent: «Я видел оценки, по которым премия нефти «Восток Ойла» к Brent оценивалась в $10–12 за баррель». Уникальная нефть с «Восток Ойла» получит собственное имя, говорит представитель «Роснефти», правда, пока оно держится в секрете.Добыча на Ванкоре уже идет, а Пайяха даст первую нефть в 2024 г. Результаты геологоразведки на проекте кратно превышают прогнозы, что позволяет «уверенно планировать высокие уровни добычи на многие десятилетия c поэтапным выходом на объем до 115 млн т нефти в 2033 г.», говорит главный исполнительный директор «Роснефти» Игорь Сечин.Трудные местаМесторождения «Восток Ойла» находятся за полярным кругом. Около трех часов на пассажирском самолете от Красноярска до Игарки, а затем основным средством перемещения для людей по бескрайним просторам тундры становится вертолет Ми-8МТ: площадки есть на всех объектах проекта. Примерно два часа до Таналау – это база на одноименной реке, по которой доставляют трубы и оборудование для нефтяников. Работники местной базы говорят, что судоходность некоторых притоков Енисея – девять дней в году. Судоходность Енисея по маршруту Красноярск – Дудинка – с июня по сентябрь. Летом ездить по заболоченной тундре практически невозможно, а вот зимой на специализированных автомобилях – вполне. Можно добраться также по льду реки, а с декабря по начало мая – по специально построенному зимнику.После дозаправки в Таналау еще 1,5 часа – до Бухты Север. Несмотря на то что на Таймыре много полузаброшенных поселков, промысловые центры образуют вполне современные городки. Здесь постоянно проживает примерно 1000 человек. Сейчас строится общежитие, оно расширит вахтовый поселок до 1500 человек. «Мы здесь как на Мальдивах, – шутят вахтовики. – Все материалы и продукты питания привозные». Они доставляются по Севморпути, рассказывает «Ведомостям» заместитель гендиректора по капитальному строительству «РН-Ванкор» Владимир Быков. «Уже работает временный причал для приема техники и грузов, на данный момент в ходе летней навигации через него перевезено уже более 300 000 т грузов – примерно половина от запланированного на этот строительный сезон», – уточняет он.На первом этапе в Бухте Север планируется строительство пяти причалов, они смогут принимать около 30 млн т нефти к 2024 г., а к 2030 г. объем будет увеличен до 100 млн т. Температура воздуха здесь порой опускается до минус 60 градусов, шквалистый ветер с моря довольно промозглый. И хотя сейчас по меркам Таймыра в бухте тепло, даже светит солнце, снег полностью не сходит никогда. Тяжелые погодные условия осложняют работы и выдвигают повышенные требования к инженерным решениям.Несмотря на экстремальные температуры, строить, по словам Быкова, удобнее зимой: «Для увеличения ледового покрова мы разбуриваем лед и насосами выкачиваем воду, она замерзает, что позволяет поставить дополнительную технику прямо на лед, а это ускоряет строительство. Летом для этого приходится использовать плавучие краны, а это и дольше, и сложнее, и дороже».Чтобы соединить Ванкорское месторождение с Бухтой Север, прокладывается нефтепровод длиной 770 км. При этом около 7 км планируется проложить тоннельным способом под Енисеем, глубина – до 70 м. Таких проектов в России еще не было. Трубы – от отечественных производителей. Запуск нитки запланирован к октябрю 2024 г.Погода – не вся опасность, которая подстерегает вахтовиков и строителей на Таймыре. По словам Быкова, в зоне строительства замечали белых медведей и росомах. В осенний сезон в поисках пищи они могут представлять угрозу для человека, а потому люди перемещаются тут только группами – тогда хищники не подходят близко. Присутствием диких животных, в частности, обусловлены повышенные требования к безопасности и дисциплине. «У нас шутят, что сюда приезжают печень лечить: строгий сухой закон», – смеется один из буровиков.Вахтовый городВ реализации проекта «Восток Ойл» в общей сложности будет задействовано до 400 000 человек, а на этапе эксплуатации проект позволит создать свыше 100 000 рабочих мест. Работа не только на самих месторождениях, но и в близлежащих поселениях. Например, главный логистический центр расположится в Дудинке, куда уже сегодня привезли порядка 400 000 т грузов, – здесь они хранятся, обслуживается и ремонтируется техника.График работы на месторождениях сменный, вахтовики обычно работают сменами по 30 дней, но некоторые остаются сразу на две или даже три смены. Ванкор – самая южная точка проекта. Современное отстроенное месторождение похоже на эдакий город в миниатюре, только – москвичу это сразу бросается в глаза – в окружении бескрайних тундровых пустот, на горизонте, сколько хватает обзора, ничего не видно.В вахтовом поселке есть все необходимое: просторная столовая (меню на 4000 блюд разработано совместно с Институтом питания), спортзал, бильярдная, баня и даже салон красоты, куда можно записаться через приложение. По просьбе вахтовиков для них сделали кондитерский цех – это не часть столовой, а место для хобби. «Развлечений на северах мало, а лучший отдых – смена деятельности», – поясняют нам и угощают песочным печеньем от вахтовиков. Редкость для отдаленных промыслов – укомплектованный медицинский центр со стоматологическим кабинетом и даже операционной. В дополнение работает собственная медицинская авиация: оборудование вертолета позволяет проводить операции прямо в воздухе.Всего для проекта «Восток Ойл» планируется построить 15 промысловых городков и два аэродрома. Все объекты будут обеспечены собственным энергоснабжением за счет использования попутного нефтяного газа (ПНГ), говорит главный энергетик «РН-Ванкор» Андрей Тихоновец.Проект будет обеспечивать от 9 до 12 газотурбинных электростанций мощностью от 300 МВт до 1 ГВт, рассказал «Ведомостям» генеральный директор проекта Владимир Чернов. Но, по его словам, «это очень живой процесс, если потребуется, компания готова перейти на более эффективное и выгодное решение». «Мы рассматриваем строительство энергосистемы, в которой электростанции будут ставиться там, где в непосредственной близости есть ПНГ для них», – уточнил он. Компания сообщала, что на электроснабжение «Восток Ойла» будет расходоваться 99% ПНГ – это один из самых высоких показателей полезного использования ПНГ в России.Сейчас месторождения проекта потребляют около 400 МВт электроэнергии. Эти нужды покрывает пока только одна станция – «Ванкорская» мощностью около 200 МВт (в 2015 г. она была подключена к Единой энергосистеме России). В декабре на проекте будет запущена вторая электростанция – «Полярная» мощностью 150 МВт, зимой планируется начало строительства третьей – «Иркинской» мощностью до 850 МВт, сказал Чернов. В целом на «Восток Ойле» будет построено порядка 3,5 ГВт новых мощностей и около 7000 км линий электропередачи. Энергообъекты проекта «Восток Ойл» – пример успешного импортозамещения: свыше 99% оборудования и комплектующих отечественного производства.В энергосистему «Восток Ойла» наряду с традиционной тепловой энергетикой будет интегрирована ветрогенерация. «О плановой мощности ветряных электростанций (ВЭС) пока говорить рано, окончательное решение будет принято после проведения исследования ветроэнергетического потенциала территории. Но уже сегодня понятно, что максимальная мощность ВЭС может достигать 200 МВт. В качестве потенциальных партнеров рассматриваются ведущие компании КНР в области ветроэнергетики», – сказал Чернов. В ноябре 2021 г. «Роснефть» сообщала, что подписала соглашения о сотрудничестве с несколькими китайскими компаниями на проведение исследования ветроэнергетического потенциала проекта.Большая нефтьПайяхское месторождение находится на широте Дудинки примерно в 130 км от города. От Ванкора на вертолете час лету. Работать здесь тоже холодно, но сам буровой комплекс – в арктическом исполнении: вместе с вышкой закрыт специальной обшивкой, что позволяет даже зимой работать при плюсовой температуре. По словам Чернова, эта буровая была специально спроектирована и построена под «Восток Ойл»: «Роснефть» подписала рамочное соглашение на поставку таких буровых с Урало-Сибирской промышленной компанией.Длина скважины, в которую бросили монетки, составит порядка 5 км, бурение займет около месяца, говорит начальник управления супервайзинга бурения Иван Благонадежный. От начала эксплуатационного бурения до подачи товарной нефти проходит примерно 1–1,5 года, объясняет Владимир Сташко, заместитель гендиректора по бурению «РН-Ванкор». К этому времени должен полноценно заработать терминал в Бухте Север.На этапе опытно-промышленных работ на кустовой площадке на Пайяхе пробурят 15 нефтяных скважин и одну водозаборную скважину. До конца года эксплуатационное бурение начнется еще на четырех кустовых площадках. По словам Чернова, в ближайшей перспективе к промышленной разработке перейдут и на Ичемминском месторождении – новом участке на левом берегу Енисея.Ковчег для мировой энергетикиВыступая в этом году на экономическом форуме в Санкт-Петербурге, Сечин демонстрировал аудитории колбу с нефтью «Восток Ойла» как доказательство успешной реализации проекта. Сам «Восток Ойл» он называл «ковчегом для мировой экономики». «Россия с ее энергетическим потенциалом и портфелем первоклассных проектов, таких как «Восток Ойл», может обеспечить долгосрочные потребности мира в доступных энергоресурсах и, безусловно, и есть этот спасительный ковчег», – говорил Сечин. По его словам, реализация проекта является ключевым фактором для балансировки мирового энергетического рынка, который уже сегодня начинает сталкиваться с острым дефицитом сырья.Только за последние пять лет суммарные капитальные затраты мейджоров в разведку и добычу сократились на 29%, а совокупные инвестиции в нефтегазовую отрасль за последнее десятилетие упали на 26%. При этом, по оценке банка JPMorgan, на фоне быстрого роста экономик развивающихся стран и их усилий по повышению уровня и качества жизни прирост мирового спроса на энергию на 20% опередит прирост ее предложения. Для ликвидации дефицита только по нефти к 2030 г. миру необходимы дополнительные инвестиции в размере $400 млрд. «На фоне сокращения инвестиций мейджорами этот уровень, скорее всего, не будет достигнут и дефицит нефти может сохраниться надолго», – отметил Сечин.На территории России имеется три крупнейших нефтегазоносных региона, совокупная доля запасов которых составляет около 70% от всех ресурсов нефти и газа на планете, говорит ведущий эксперт Союза нефтегазопромышленников России Рустам Танкаев. По его словам, наибольшие запасы сосредоточены на шельфе и побережье Карского моря – до 50% от общемирового объема. На «Восток Ойл» приходится около 15%, и еще около 5% – на шельфе моря Лаптевых. Подобных ресурсов больше нет нигде в мире, подчеркивает Танкаев.На протяжении последних восьми лет мировая нефтегазовая отрасль последовательно сталкивалась с проблемой недоинвестирования из-за зеленого энергоперехода, отмечает заместитель гендиректора Института национальной энергетики Александр Фролов. По его словам, сокращение инвестиций в отрасль стало одной из причин мирового энергетического кризиса 2021–2022 гг. «Проблемы в углеводородной энергетике стали распространяться на смежные сферы, затрагивая все новые сегменты глобальной экономики», – рассуждает Фролов. При этом он отмечает, что в условиях «зеленой сделки» долгосрочных инвестиций в крупные нефтяные проекты в мировом масштабе сейчас практически не осуществляется, что приводит к постепенному сокращению предложения на рынке, а возобновляемые источники энергии этот дефицит компенсировать не способны.Сроки выхода новых добывающих проектов на полную мощность с момента инвестиций варьируются в зависимости от региона, но в среднем по мировому рынку составляют от трех до пяти лет. «Разумеется, проекты на Ближнем Востоке запускаются быстрее, чем в Сибири и Заполярье», – говорит старший аналитик Альфа-банка Никита Блохин. По его словам, в глобальном масштабе дефицит нефтедобывающих мощностей сохранится на протяжении как минимум следующих трех лет. «Недоинвестированность нефтедобычи уже является реальностью, в которой живет отрасль, поэтому новые проекты будут пользоваться значительным спросом на глобальном рынке», – считает Блохин.Объем инвестиций в реализацию проекта «Восток Ойл» оценивается в 10 трлн руб., говорил губернатор Красноярского края и член совета директоров «Роснефти» Александр Усс. «Восток Ойл» необходим как стратегический проект, отмечает Фролов: «Крупные инвестиции, сделанные в него сейчас, позволят избежать глобального дефицита энергоресурсов в будущем и занять дополнительные сегменты рынка, так как западные игроки в угоду зеленой повестке оставляют подобные проекты без внимания».