Объем 6 страниц
1931 год
12+
О книге
«…Мое имя Вам, вероятно, известно. Для меня, как для писателя, именно смертным приговором является лишение возможности писать, а обстоятельства сложились так, что продолжать свою работу я не могу, потому что никакое творчество немыслимо, если приходится работать в атмосфере систематической, год от году все усиливающейся, травли…»
Жанры и теги
Отзывы, 3 отзыва3
Документ эпохи, намного выразительнее и правдивее многих и многих учебников родной истории. На мой взгляд, с этим текстом необходимо познакомить каждого жителя нашей страны.
Мне очень интересен сталинский период, интересна жизнь людей в то непростое время. Поэтому с удовольствием прочла письмо Замятина к Сталину. Крик души, мольба позволить творить, что для писателя означает жить. Если по какой-то причине ты говоришь не то, либо даже если твои слова кем-то не так истолкованы – человека безжалостно подвергают остракизму. Справедливости ради надо отметить, что с поддержки Горького Замятину позволено было выехать за границу.
ОльгаЧ
хотелось бы заметить, что наших доморощенных интеллигентов от культуры Сталин сразу не расстреливал, как многие думают. Их просто отстраняли от кормушки и говорили - а теперь парень давай сам, без помощи Союза писателей, без помощи Всесоюзного театрального общества и тому подобное. То есть государство врубало режим "культура отмены".
Поэтому Замятин посмотрел на других попавших под "народный каток" и понял, что надо валить.
И этому мы научились у западной прогрессивной культуры...
Грустно. Больно. Один и тот же сценарий, тянущийся из века в век, из года в год… Быть человеком «против войны» – значит самостоятельно положить голову на гильотину, увы. Но это не бессмысленно, это не глупость, это даёт надежду так же мыслящим, что они не одни в этом мире, это даёт силы на продолжение борьбы с гнилой системой. Благодарю!
Дара Лаванда
это вы что ли продолжаете борьбу? Продолжают борьбу - выходя на митинги, расклеивая листовки, распространяя прокламации, собирая на заводах революционные кружки, организовывая свои партии и продвигая свои идеи в законодательных органах и так далее.
А что именно вы делаете?
С тех пор, по разным поводам, кампания эта продолжается по сей день, и в конце концов она привела к тому, что я назвал бы фетишизмом: как некогда христиане для более удобного олицетворения всяческого зла создали черта, так критика сделала из меня черта советской литературы. Плюнуть на черта - зачитывается как доброе дело, и всякий плевал как умеет. В каждой моей
напечатанной вещи непременно отыскивался какой-нибудь дьявольский замысел.
Я знаю, что у меня есть очень неудобная привычка говорить не то, что в данный момент выгодно, а то, что мне кажется правдой.