Цитаты из книги «Авиатор», страница 4

- Борьба за счастье вас, кажется, не особенно вдохновляет? - спрашивает меня она.

- От нее, - говорю, - вообще-то, одни трагедии.

Вот сейчас все вроде бы свободны, но какой же они имеют кислый вид! Я-то был уверен, что со свободой придет радость.– Получается, – предположила Настя, – что лучше пребывать в утопии и быть счастливым, чем быть свободным, но печальным.

Мы понимали, что происходящее между нами несколько вышло за рамки ухода за больным, но не говорили об этом и не пытались это назвать. Назовешь – спугнешь. Определишь – разрушишь. А нам хотелось сохранить.

в факты не надо верить, их достаточно знать.

Долго ли продержится асфальт, когда его укладывают в дождь? Да еще с такими лицами.

А днем Платоша смотрел телевизор и вдруг говорит:

– Как можно тратить бесценные слова на телесериалы, на эти убогие шоу, на рекламу?

Слова должны идти на описание жизни. На выражение того, что еще не выражено, понимаешь?

– Понимаю, – ответила я.

Я действительно понимаю.

Поинтересовались, какой исторический период меня интересует. А меня не исторический период интересует – люди.

- У всякого времени свои сложности. Из надо преодолевать.

- Или избегать.

В такой бюрократической стране, как Россия, нужно всегда быть готовым доказать, что ты не верблюд.

" – Понимаете, тогда даже звуки были другие – обычные уличные звуки. Цоканье копыт совсем ушло из жизни, а если взять моторы, то и они по-другому звучали. Тогда – одиночные выстрелы выхлопных газов, сейчас – общее урчание. Клаксоны опять же другие. Да, важную вещь забыл: никто нынче не кричит. А раньше старьевщики кричали, лудильщики, молочницы. Звуки очень изменились…"