Читать книгу: «Шепот стали: Эпизод первый»

Глава 1.

Наступила ночь. Через весь свод ярко-синего неба, пронесся тонкий луч и словно серебряная игла, проникающая в темную ткань, скрылся за горизонтом. В глубине небесной выси застыли в безмолвии аймары¹, освещавшие темную гладь пустыни Геллари. Поверхность пустоши была покрыта редкой растительностью, искореженными булыжниками и иногда выглядывали шляпки светящихся в темноте, грибов.

Там, за горизонтом, нечто с грохотом упало на землю, разворошив тучку мелкой пыли. Когда она развеялась, взору ночной синевы открылось лежащее на земле существо. Неожиданный шорох в тишине, заставил открыть очи небесного скитальца. Они были бледно-зеленого цвета, с вертикальным черным зрачком, напоминавшие змеиные глаза. Перед существом, словно из тумана возник темный силуэт, который приближался к нему. Это была молодая женщина в широкополой потертой шляпе, с удивительно большими глазами, один из которых пересекала рыжеватая челка, небрежно торчащая из полей. Одета она была просто, как и полагалось человеку, путешествующему по этим местам: коричневая куртка с блестящими медными пуговицами и заплатками на рукавах, кожаные штаны и темные сапоги, не доходившие до колен. С поясного ремня, свисали почти до земли, ножны, обрамленные ветвистыми узорами. В этой мрачной пустыне она выглядела как вестник смерти, но красивой смерти…

– Что же здесь происходит и где я нахожусь? – задало мысленный вопрос, существо. Он, а это была сущность мужского пола, совершенно ничего не помнил, а его сознание было чистым как пустой сосуд. От попыток понять происходящее, его отвлек болезненный тычок в бок. Женщина уже нависла над ним и внимательно разглядывала, словно он был экспонат в музее. Через несколько минут она стала говорить:

– Что ты за создание и почему так спокойно прохлаждаешься на просторах Геллари? Это очень опасное занятие, ведь по ночам здесь всякое зверье ходит.

– эээ… я совершенно ничего не могу тебе сказать, потому что ничего не помню или даже… скорей ничего не знаю. – встревоженным голосом ответил он. – я здесь очутился некоторое время назад. Скажи, что это вообще за место? – продолжил он.

– знаешь, я очень давно путешествую по этой пустыне и на своем опыте могу сказать, что доверять здесь никому не следует. Хоть ты и разумная тварь, но откуда мне знать, что творится в твоей голове. Может ты захочешь сожрать мою печень. Со мной бывало и такое. Но оставлять тебя в ночи Геллари, тоже было бы преступлением, поэтому попрошу не делать резких движений. А теперь вставай. – произнесла женщина и сделала два шага назад.

Он выполнил ее команду и медленно встал, а затем, в знак мира поднял руки вверх. – «Пустыня Геллари. Название мне совсем не знакомо.» – подумал он.

– Меня зовут Елена, а тебя спрашивать о имени, я так понимаю смысла нет? – спросила она и вытащила веревку из заплечного мешка.

Он вытянул свои руки и увидев их, понял, что сильно отличается от своей спутницы. Его кисти были совершенно иного строения: трехпалыми, с синеватым оттенком. Он коснулся руками лица, а затем медленно перешел к волосам. Вместо них, из головы торчали толстые кожаные отростки. Опустив взгляд вниз, он увидел, что одет в странного вида одежду серебристого цвета, которая напоминала комбинезон. Стопы были оголенные и также трехпалые, с торчащими из пальцев длинными когтями. Колени, в отличии от человеческих сгибались в обратную сторону.

Елена схватила его за запястья и крепко связала одним концом веревки, а другой взяла себе в руки.

– Не переживай, это сделано ради моей безопасности. Я развяжу руки, когда пойму, что ты не представляешь опасности. И кстати, раз ты не помнишь своего имени, то я буду тебя называть Жабой. – ухмыльнувшись произнесла Елена.

Он лишь пожал плечами, когда услышал свое новое имя. В этот момент голова Жабы была занята совсем другими мыслями, поэтому ему было совсем все равно, как его будет называть эта странная женщина.

Они покинули место появления Жабы и стали двигаться по ночной пустыне Геллари. Пройдя по каменистой тропе, спутники вышли к совершенно пустой долине, покрытой лишь мелким щебнем. В ее центре, неестественно, высился огромный холм, бросающий тени в свете аймар. По неизвестным причинам, ночью в этой пустыне, становилось невыносимо жарко, а днем наоборот, можно было иногда замерзнуть. Вот и сейчас, Жаба, обливаясь потом еле успевал за планомерным движением Елены. По его внутреннему ощущению, они шли бесконечно долго, но его спутница даже не думала останавливаться. Жаба резко остановился.

– Я думаю нам стоит здесь остановиться и отдохнуть. Куда мы так спешим? – устало произнес Жаба и уселся на землю, потянув веревку за собой.

– Вставай. Нам надо добраться до того холма и заночевать. На равнине спать опасно, так как есть шанс больше никогда не проснуться.

– Но мы уже идем очень долго. Скоро ночь должна пройти. Здесь ужасно жаркое место.

– интересно… а говоришь памяти не осталось. Но говорить ты умеешь, и о смене дня и ночи знаешь. Может ты вводишь меня в заблуждение, касательно своего умственного недуга? – подозрительно спросила Елена.

– нет, я тебя не обманываю. Я не знаю, почему я осведомлен об этих знаниях. – ответил Жаба.

– хм…подозрительно все это, очень подозрительно. Но я буду надеяться, что ты не захочешь сожрать мою печень. А касаемо смены дня и ночи – в этом месте происходит совершенная беспорядица. Например, прошлая ночь длилась лишь пару часов, а день как вся предыдущая неделя. А так как темная пора только началась, то возвышенность это отличное место для ночлежки. – объяснила Елена.

Жаба с выраженной гримасой недовольства встал и последовал за ней. Они двигались к холму бесконечно долго и оказавшись ближе, Жаба стал замечать, что наконец стала проявляться растительность, а в землю были воткнуты палки, к которым были привязаны деревянные болванки с вырезанными на них лицами. Елена, увидев странные тотемы остановилась.

– Тсшш…Здесь опасно. Нам надо как можно быстрее добраться до холма, пустынники перекочевали к этому месту. – шепотом сказала она.

Жаба не стал ничего спрашивать и тихонько, слегка пригнувшись, последовал за своей спутницей. Легкой пробежкой они довольно быстро добрались к холму. На его вершине находилось черное пятно. Приблизившись к нему, Жаба понял, что это была пещера. Из нее тянуло запахом плесени и сырости, а возле входа стояло два тотема.

– мне кажется, Елена, что это не лучшее место для ночевки. – задумчиво сказал Жаба.

– здесь никого нет. Это лучше, чем оставаться на виду у пустынников или еще каких тварей – сказала она и стала заходить в пещеру.

Елена держала в руках прозрачный сферический предмет, который стал светиться. На стенах пещеры были изображены странные каракули и комками свисал мох. Пройдя несколько метров от входа, Елена поставила на пол сферу, а затем достала из вещевого мешка темный куб небольшого размера, который она поставила между собой и Жабой. Как только странный предмет оказался на земле, его верхушка засветилась и образовала на земле, линию синего пламени.

– советую не пересекать границу, пока я буду дремать, иначе у нас будет жаренная жаба. – сказала Елена, развязала своему спутнику руки и стала снимать верхнюю одежду. Ее жилистое тело было покрыто ядовито зелеными линиями, которые пульсировали, словно по ним что-то двигалось. Жаба тихонько уселся, облокотившись на стену и стал наблюдать за Еленой, а затем сказал:

– Я подойду к выходу, подышу свежим воздухом и понаблюдаю за свечением аймаров.

– Смотри, сильно не выглядывай, дабы нас не заметили эти твари. – сказала она.

Жаба подошел к выходу пещеры и стал размышлять над происходящим. Вдруг он услышал шорох.

Внезапно его грудь пронзила боль. Опустив глаза, он увидел торчащее из грудной клетки, копье. По животу стало течь что-то теплое, а через ткань серебристого комбинезона стали проявляться зеленые пятна. Он повернул голову вправо и увидел торчащую из-за камня, трехглазую морду с жутким оскалом.

Неожиданно боль прошла, копье исчезло, а странная тварь пропала. Жаба понял, что ему все привиделось, однако сделал несколько шагов назад, в пещеру. Через секунду, в то место, где он стоял, воткнулось копье. Снова из-за камня выглядывала тварь. Жаба резко почувствовал прилив сил, мощным толчком прыгнул к существу и нанес удар в то место, где должен находиться нос. Тварь откатилась и взвизгнула. Это было существо, маленького роста, одетое в черный балахон.

Жаба увидел, как по холму движется, шелестя и вереща, темная волна пустынников. В этот момент из пещеры выбежала Елена, быстро накидывая на себя верхнюю одежду.

– Эти твари голодны и хотят нами поживиться. Надо дождаться утра, так как они не выносят холода – на удивление спокойно сказала она.

Потенциальный ночной ужин пустынников стал быстро спускаться с незанятого склона холма, поднимая тучи пыли и летающих насекомых. Выйдя на равнину, они ускорили свой бег, а трехглазые, из-за своих коротких ножек, начали отставать от них, но не прекращали погоню. Вдруг, перед беглецами, поднялся бугорок земли и оттуда стали вылазить многочисленные пустынные войны. Они пытались преградить дорогу Елене, размахивая копьями, однако та, быстро вытащив свой большой меч, вихрем ворвалась в толпу трехглазых. Деревянные копья не могли противостоять стали, поэтому их обрубки, вместе с частями тел отлетали в стороны. Не получив практически никакого сопротивления, Жаба и Елена двинулись дальше, а пустынники более не преследовали.

Начинало светать. Над горизонтом стал подниматься диск Холькера – маленькой синей звезды, а с лилового неба стали сыпаться редкие хлопья снега. У Жабы на коже стали появляться крупные пупырышки – чувствовался поцелуй резко нахлынувшего холода. Земля стала покрываться инеем, а из-за рта стал выходить пар.

– Холодновато стало…– сказал продрогшим голосом Жаба.

– В этих местах всегда так, а в особенности в низине, где сейчас мы находимся. – ответила спутница.

– Куда же мы направляемся?

– К ближайшей стоянке торговцев, где с тобой мы и распрощаемся.

– Спасибо, что спасла мне жизнь…но что мне делать дальше?

– Попытаться найти ответы на свои вопросы. – задумчиво сказала Елена.

Жаба промолчал и двинулся вслед за ней. Через некоторое время, в холодных лучах Холькера он увидел чей-то силуэт, приближавшийся к ним. Это был невероятно высокий человек, с мощной угловатой челюстью и белыми глазами без зрачков. Казалось, что он словно парит над землей, настолько плавными, были его движения.

Приблизившись к ним, его лицо озарила загадочная улыбка:

– Харум Скарлет. Смотрю ты отлично справилась с знаниями, которые я тебе предоставил и привела блуждающего ко мне. – чудовищный человек облизнулся длинным языком.

Жаба непонимающе посмотрел на свою спутницу – «Скарлет? Или Елена?»

– И тебе Харум Зул Гар! Мне в сети попался неожиданный улов, который дорого стоит.

– Что здесь происходит! – воскликнул Жаба.

Зул Гар сокрушительно ударил огромным кулаком Жабу, от чего тот потерял сознание и упал.

– Полегче, а то ненароком убьешь его. – сказала Скарлет взмахнув руками от неожиданности. – Говорят за блуждающего положена хорошая награда, поэтому я хочу свою душу обратно!

***

Гнарл с печалью посмотрел на прозрачный песок у себя под ногами. В нем, всеми цветами радуги переливались блики лучей Лантареса – горячей ярко-желтой звезды. Полуденное небо было сверкающе синим, без единого облака. Он понял, что это место находится на окраине Бездны – таинственной, темно-фиолетовой дыры, которая, казалось, плыла через небосвод, соперничая в размерах с Лантаресом. Из этой странной червоточины, словно извивающиеся лучи, исходили черный тенеткали. Складывалось впечатление, что вокруг этих странных отростков искажается материя, что как предполагал Гнарл, было не далеко от истины.

Во время своего заточения, вождь Разрушителей много думал о смысле мироздания и переменчивой сущности разума. Его предал собственный сын – всего лишь из-за того, что он не захотел вести свой народ к новой войне. А теперь Гнарл раб – его купили и отправили на гигантскую арену, под названием «Горнило». Созданное сектантами культа «Разлома миров», место, стало бойней, где смерть превращается в развлечение. Ежедневно, десятки и сотни «охотников за смертью» отдают свои души во благо алчности толпы и что более страшно – с каждым новым трупом, червоточина в небе росла.

Гнарл, был крупнее и выше самых больших соплеменников. У него были длинные дреды, нижняя часть лица была скрыта черной маской. Мощные плечи и грудь, бугрились мускулами и были покрыты черными татуировками. Руки его, словно соткнутые из стальных тросов держали в руках одноручные мечи, которые переливались необычной голубизной. Это было необычное оружие, и даже его давние предки не знали о происхождении этих таинственных клинков. Гнарла очень удивляло, что Вендер, его сын, не забрал подобную реликвию.

Бывший вождь стоял на песчаной площадке, проводя взглядом гладиаторов, заходивших через ворота и уже не возвращавшихся оттуда. Вскоре пришел и его черед. Молчаливый охранник легким кивком пригласил его ко входу. Когда они проходили через темный туннель, Гнарл отчетливо слышал многотысячный гул голосов. Придя к месту назначения, охранник жестом указал на дверь. Вождь прошел через нее и оказался на песках Горнила.

Эта арена потрясала своими размерами. В течении своей долгой жизни он частенько находился в больших скоплениях…но здесь, все обретало иной смысл. Невероятно огромные трибуны возвышались над ним, как ботинок над зазевавшимся муравьем. На скамьях сидели тысячи существ разных рас, но его зоркий глаз сразу заметил членов своего народа, которые по всей видимости решили засвидетельствовать его смерть. От созерцания своих соплеменников, Гнарла отвлек голос распорядителя Горнила:

–ХАРУУУУМММ дорогие гости! Этот бой будет необычным. На арене сойдутся титаны! Иии… первый боец, это могучий вождь разрушителей – Гнарл! О его мастерстве владения оружия ходят легенды, а стальная воля сокрушает врагов. Но… сможет ли он противостоять кислотному дыханию прошлогоднего вице – чемпиона арены – черного червя Ребекто Перерожденного!

Смотритель указал на вылезшего из-под земли, червя, больше похожего на бронированную многоножку. Верхняя его часть висела в воздухе, болтая маленькими лапками, а нижняя все еще была под землей. Морда эта твари была увенчана длинными шипами и острыми жвалами, которые быстро двигались, как будто перебирая воздух. Когда Ребекто вылез из-под земли полностью, Гнарл осознал масштабы этой твари: несколько десятков метров длины и толщиной с туловище быка.

– Ребекто не проиграл не одного боя, кроме поражения абсолютному чемпиону Горнила – Минотавру. Было жалко терять такого бойца, поэтому мы воскресили червя! Да начнется бой, во имя великой Бездны и скорого начала нового мира! Оглушающий гул с трибун возвестил начало битвы. Гнарл напряг все мышцы своего тела, а его мечи, блистали на солнце удивительной синевой. Его мускулистые ноги покрывали ободранные одежды, которые выцвели от влажности темницы. Вождь клана Разрушителей был готов к битве.

Ребекто, двинулся в сторону Гнарла с дикой скоростью, сопровождая свое движение ужасающим гулом сотен ножек, которые вонзаясь в песок, поднимали пыль. Не дойдя до него несколько метров, огромный червь поднял верхнюю часть тела и приготовился нанести удар.

Вождь напряг мышцы ног, дабы уклониться от удара, нависшего над ним червя, но Ребекто поступил иначе: внезапным движением стал вгрызаться в землю, и за три удара сердца, он полностью исчез под землей. После необычного хода червя, интуиция подсказала вождю отпрыгнуть как можно дальше в сторону. И он не прогадал. Через мгновение, с места, где стоял Гнарл, взлетело в воздух тело червя, а затем Ребекто с грохотом упал на песок и сразу атаковал.

Резким движением Гнарл отскочил с линии атаки червя, касаясь чешуйчатого бока, проносящегося в никуда. Когда тварь прошла половину расстояния своего тела, Гнарл развернулся и нанес удар в плоть. Лезвие прочертило глубокую рану, вдоль длины туловища, движущегося по инерции, червя. Из пореза хлынул смрад и стали вываливаться вонючие внутренности, от которых летели капли едкой крови, обжигая руки вождя.

Ребекто остановился и неожиданно дернул телом. Извивающийся хвост со всей силы ударил Гнарла в грудь, от чего тот подлетел в вверх и упал на некотором расстоянии от монстра, сильно ударившись спиной об землю. От удара, из легких резко вылетел весь воздух и на мгновение вождь потерял сознание. Но усилием стальной воли, он быстро встал и отпрыгнул. Сразу же на землю хлынула едкая кислота – червь неплохо умел ей плеваться.

Гнарл встретил своим суровым взглядом бездушные зрачки твари. В них не было ничего, кроме голодной ярости и стремления пожрать его тело и душу. Он решил, что пора нанести смертельный удар. Целью его стала голова – прародитель всех мыслей и движений, однако у него складывалось ощущение, что кроме жажды убивать, в голове Ребекто ничего не существовало.

Гнарл быстрыми движениями своих мускулистых ног, за несколько мгновений добрался до головы червя, попутно уклонившись от ядовитого плевка. Вождь попытался нанести удар промеж глаз чудовищу, однако Ребекто с неожиданной прытью уклонился, зашел с права от руки вождя и вцепился в нее своими чудовищными жвалами. Рука Гнарла была очень жилистой, и даже прогрызающими землю жвалами, червь не мог откусить ее.

В порыве ярости он не чувствовал боли, однако понимал, что через несколько мгновений червь выплюнет поток кислотной слизи. Оставалось одно решение.

Резким движением, Гнарл нанес удар одним из клинков по руке, которая находилась во рту Ребекто и отсек ее от своего мускулистого предплечья. Он упал на песок, который стал пропитываться кровью, и жизнь стала покидать его тело. Но Гнарл, усилием стальной силы воли, которой он был так знаменит, снова встал, чтобы умереть с честью. Он не боялся смерти. Лишь в душе была обида, за гнусное предательство сына, ради главенства в клане разрушителей.

Гнарл закрыл глаза и улыбнулся. В момент, когда он прикрыл свои веки, опустилась тихая и безмятежная тьма.

– Ну что же, это очередная победа Ребекто! А душа Гнарла послужит нашему всеобщему будущему процветанию! – прокричал смотритель Арены.

Гул тысяч и тысяч голосов перекрыл его голос…

***

– Душечка – сладкий ты мой, пожалуйста иди ко мне быстрее, я вся горю от страсти.

– Да-да, моя дорогая кошечка, сейчас приду.

Полностью нагой, темноволосый мужчина среднего роста, находился в комнате с высокими потолками и весьма дорогой обстановке: здесь были большие и красивые шкафы, с вырезанными на них причудливыми узорами, на стене висел гобелен с изображением какого-то знаменитого сражения, а пол был застелен мягким ковром с длинным ворсом. Посреди всего этого убранства стояла огромная кровать, на которой лежала голая женщина. Масштабы ее, даже если скромно говорить, были впечатляющими: она полностью занимала кровать, огромные щеки свисали чуть ли не до шеи, множество жировых складок мерзко колыхались, когда она двигалась. Скорее всего весила эта бабища, больше, чем все предметы находящееся в комнате.

– Ну Леестард, мой зайка, иди ко мне быстрее, ведь я хочу еще немного покувыркаться с тобой, пока не пришел мой злой и ужасно ревнивый супруг. Мы ведь должны много еще чего попробовать – сказала зычным голосом, дама, лежавшая на кровати, и надула толстые губки.

Мужчина, продрог от сказанного и ответил дрожащим голосом:

– Да моя коров… ой сладкая клубничка, бегу-бегу, сейчас я покажу тебе новую позу, про которую рассказывал.

– Я вся сгораю от нетерпения, беги ко мне скорее, мой жеребец. – сказала она и сильно затряслась складками.

«…. Ну да, сгорает она, скорее плавишься на солнышке и растекаешься слоями жира… черт, черт, надо подумать, как потянуть время, до того момента как приедет лорд, и я наконец смогу бежать из этого кошмара. Еще одного раза мне не выдержать, ноги уже отказываются идти туда – судорожно думал Леестард, инстинкт самосохранения которого, прямо вопил от ужаса. Но ради своего корабля, надо было чем-то жертвовать.

Он медленно стал подходить к ожидающей «прелестнице», но его тяжелый поход оборвал шум во дворе. Леестард подбежал к окну и увидел, что с охоты вернулся лорд Вез.

– Ох, приехал мой любимый супруг. Леестард одевайся быстрее, ведь он очень ревнивый, если тебя увидит, то снимет кожу и сожжет. Как он не вовремя, все время приезжает! Ну что за наваждение! – надув свои и без того большие губы, сказала женщина и затем не смотря на свой вес, резко встала с кровати, подошла к Леестраду и начала его целовать.

Он, в этот момент проклинал все деньги, существующие на свете, и даже тех, кто их придумал. Огромные губы бабищи охватывали пол его лица, а крепкие объятие сдавливали ребра, да вполне слышимого хруста.

– любовь моя, жду как можно скорее у себя в ложе, буду скучать каждую минуту твоего отсутствия. – говорила она.

– м..лая, я кххааа тже, тбя, о боже реб..ра тре…с..каются – прохрипел Леестард

– Да, мой жеребец, я тебя тоже люблю, а теперь беги пока не пришел мой злобный и ревнивый супруг.

Леестард избавившись от объятий, чуть не ставших смертельными, выбежал из комнаты, словно ужасные создания из мира смерти, гнались за ним. Пробежав по коридорам, стараясь избегать прислугу, он выбежал во двор, в котором находились огромные кусты, с вырезанных на них, фигурами диковинных животных. За одним из кустов, Леестард остался ждать, наблюдая за передвижением хорошо вооруженной охраны.

Неожиданно на его плече упала тяжелая рука в перчатках. Леестард резко вздрогнул от нахлынувшего страха. Боязливо повернувшись, он увидел бородатого мужика, в кожаном костюме для охоты и с грозным оскалом на лице. На поясе у него были ножны, с торчащей из них, рукояткой ножа.

– Далеко же ты спрятался, но я наконец нашел тебя. – сказал мужик.

– Ох Лорд Вез… я просто проходил мимо. – промычал Леестард.

– Спокойно-спокойно, здесь никого нет. Ну как моя женушка осталась довольной?

– О да, и это было видно по ее дражайшему личику. Знаете, у вас она очень и очень сексуальная. Зря вы так.

– Хватит нести чушь, мы то с тобой прекрасно осведомлены, что она исчадие мира смерти. Вот бери деньги и можешь тихо пробираться к выходу, только смотри что бы охрана тебя не заметила, а то попадемся вместе. – сказал Вез и передал Леестраду увесистый мешочек с деньгами.

– Спасибо лорд, очень признателен гостеприимству вашего дома и польщен вашим великодушием. Если я когда-то женюсь, то буду выбирать себе женщину похожую на прекрасную Аурелию, нежный цветок в этом тленном ми.. – не успел договорить Леестард.

– Да заткнись ты уже! Когда ждать в следующий раз? —дерзко спросил Вез.

– Эм… завтра, да… я обязательно завтра приду ублажать вашу дражайшую женушку.

– Ну все, завтра здесь, встречаемся утром. – облегченно сказал лорд.

С чувством выполненного долга, лорд Вез отправился в родовое имение свой дражайшей супруги, с которой он прожил несколько лет, и все конечно же из-за состояния ее семьи. Он когда-нибудь надеялся убраться как можно дальше из этого дома, дабы не испытывать домогательств со стороны жены. По этой причине Вез, нанимал якобы любовников, которые ублажали, ублажали и ублажали его ненасытную и необъятную женушку, иногда конечно и со смертельными исходами, когда его возлюбленная, в пылу страсти ломала позвоночники и другие кости его подставных любовников. Он же всегда находил причины не исполнять супружеский долг. Однако незадачливому мужу было невдомек, что Леестард, не до конца ублажил прекрасную Аурелию.

Войдя в прекрасное имение, лорд решил полежать со спокойной душой, отдохнуть, ведь все-таки и сегодня он избежал участи быть раздавленным.

– «И почему ей хочется быть сверху? Ее не переубедишь…» – подумал он.

Вдруг с верху послышался зычный голос:

– Дорогой мой, сладкий, ты наконец вернулся – прервала полусонные размышления Веза, его любимая супруга.

– Да милая, я по тебе соскучился. – хриплым от страха голосом произнес лорд.

– Не надо больше слов, подымайся ко мне в ложе, ты давно не исполнял свой супружеский долг!!!

–«долг!!! Что же делать, куда бежать, если я выживу, я убью этого Леестарда!»– гневно подумал Вез.

Тем временем Леестард, как он считал, самый прекрасный мужчина в этом мире, шел по полуденному городу и подсчитывал деньжата. Да – он охмурил много девиц, но эту страницу из истории жизни, хотелось вычеркнуть. Хватило ему и двух встреч с Аурелией. Зато теперь он сможет отдать деньги за свой заложенный корабль и опять отправиться в путешествие, заниматься своим любимым делом – контрабандой. Его путь вел в самую захудалую таверну города, где остановился он и его команда. О способе спасения корабля ведала только корабельный кок, Изабелла, и то только потому, что подслушала его разговор с лордом Везом. Он решил взять все в свои руки, так как экипаж команды, не собирался помогать в этом щепетильном денежном вопросе. У них была все время одна отговорка – «Кэп, сами корабль в карты проиграли по пьяни, вот сами и выпутывайтесь»

Зайдя в таверну с романтическим названием «Протухшая креветка», он увидел свою ненаглядную команду искателей приключений, которые целыми днями играли в карты и пропивали свои последние деньги. Из дальнего конца таверны крикнул пропитый голос:

– Ооо, наш капитан – ублажатель толстых сердец – сказал штурман корабля по имени Рон.

По всему грязному и прокуренному помещению прошлась волна смеха. Леестард усмехнулся и торжественным голосом произнес:

–Так я и знал, что Иза не умеет держать язык за зубами. Рон Пропитая Башка, та дамочка была явно в твоем вкусе. В любом случае теперь у нас есть деньги, чтобы выкупить корабль, нашу ненаглядную «Ласточку». Скоро друзья, мы опять будем продавать гнилых бангов, оружие и соблазнять милых красоток. – прокричал Леестард.

– Ура кэпу, Ура ублажателю толстых дам. – хором воскликнули члены Ласточки.

Глава 2.

Тьма в голове Жабы стала потихоньку рассеиваться. Он плохо понимал, что с ним случилось, а все произошедшее казалось дурным сном. Понемногу он стал вспоминать, о своем необычном появление в странной пустоши, предательстве с стороны Елены и летящим в его сторону, громадном кулаке. Сознание стала приходить в норму, но события до пришествия в Геллари, так и оставались загадкой.

Наконец, он почти полностью вернулся в нормальное состояние и приоткрыл глаза. За мутной занавеской, которая покрывала его очи, отчетливо было видно грязное, заваленное всяким хламом помещение, о размерах которого, он не мог судить. В нескольких шагах от него, стояли две человекоподобные фигуры. Только сейчас Жаба осознал, что привязан к вертикальной металлической поверхности. Он попытался пошевелить конечностями, но ничего не получилось – веревки совершенно не давали возможности сделать движение.

– Ой, вот наконец наш дружочек проснулся – произнес мерзкий голос. – Теперь можно начинать. Я же говорил вам, что не долго осталось ждать. – продолжил тот же голос.

– Насколько давно проводились такие эксперименты, Тодд? – сказал некий таинственный силуэт, который был значительно выше Тодда.

– За мои прожитые тысячелетия, это всего лишь пятый из пойманных блуждающих. А последнего мы разделали весьма давно – я уже и не помню, сколько лет назад. Они интересные создания и как многие исследователи утверждают – являются представителями нижних слоев мироздания. А что там происходит и существуют ли вообще эти нижние слои, нам не ведомо. Возможно, блуждающих было когда-то много, но сейчас, почему-то практически не встречаются. У них есть одна интересная особенность: по сути – форма существа, которое вы видите, не является изначальной, они не долго держатся в ней, как кокон, из которого потом получается бабочка, хотя это грубое сравнен… – не успел договорить Тодд.

– Хватит рассказывать об устройстве этих тварей, мне это совсем не интересно. Лучше скажи, кто был последним счастливчиком, в кого была влита кровь блуждающего? – спросил человек.

– Ах да, Герем Дат – Скарлет, мое детище. – услужливо ответил Тодд.

– Как она показала себя в боях на арене?

– Принесла баснословные прибыли и была очень востребованным охотником за смертью.

– И где же сейчас столь ценный боец?

– О, она уже не сражается, у нее другие хозяева, другие держатели ее души.

– Хорошо, но разве кровь блуждающего может оживить труп? Ведь без души и жизни нет. Мне не хочется, чтобы в результате эксперимента пропали мои деньги, ибо тело Гнарла очень дорого стоило.

– Душа в этом случае, является даже ненужным элементом. Она может существовать в теле, где бурлит кровь блуждающего, но какого бы там ни было влияния не оказывать. В большинстве случаев, существо, после эксперимента полностью подчинено хозяину. В нашей же ситуации, проблем вообще не должно возникнуть, так как у нас имеется просто труп.

– Как понять в большинстве случаев? Были прецеденты?

– Один был. Как раз, этот последний эксперимент. Скарлет стала самостоятельно принимать решения и проявлять неповиновение. Но у нее была душа, а здесь все совсем иначе. Ну что же, я с вашего позволения приступаю. – произнес Тодд и занялся процессом.

Через грязную тряпку Жаба увидел, как Тодд достал некий предмет и стал приближаться. Жаба задергался и начал кричать, прекрасно осознавая, что сейчас произойдет.

– Действия зелья закончилось, он пришел в себя. «Это не помешает работе?» —спросил Герем Дат.

– совершенно не помешает. Просто не много покричит от боли и сдохнет. – спокойно ответил Тодд и взял трубки с шипами, которые воткнул в тело Жабы. Затем подсоединил их к специальному прибору и провел такую же операцию над телом Гнарла, которое лежало на полу.

Жабу пронзила ужасающая боль и он почувствовал, как кровь вместе с жизнью, уходит из тела. Зеленая жидкость потекла по трубке, перелилась в гудящий прибор, а затем дальше – в тело Гнарла, которое было страшно изуродовано – большей части левой руки не было, лицо наполовину обглодано, а само тело покрыто волдырями от ожогов.

Жаба стал дергаться и вырываться, но крепкие путы знали свое дело – выбраться из «ловушки» было невозможно. От боли и бессилия, подопытный стал истошно орать и просить пощады, но его мольбы остались без ответа. Глаза стала накрывать темная дымка и Жаба упал в сон.

…Он оказался перед безголовым существом в темном балахоне, который постоянно менял свой оттенок. Жаба почувствовал облегчение, когда Ходящий в сумраке (он вспомнил, как звали эту сущность) прикоснулся призрачной рукой к нему, а затем, хрипящий голос стал звучать в голове Жабы:

– Дезмонд … друг мой … тссш… ты слышишь, как вибрирует тишина? Ты понимаешь гул мироздания? Ты… чувствуешь, как вгрызается корень в нашу плоть? Мы должны… сделать то, что не делал… никто. Не вмешивались раньше. Но это важно. Очень важно. Древо не такое… С семенем, что-то не так… Доберись до стража… узнай в чем дело…

Затем Ходящий в сумраке указал на полусгнивший труп, лежащий в сумраке пещеры – это было тело Жабы. Тьма снова накрыла его, своими цепкими объятиями…

***

– Ну что же, все удачно получилось, Тодд?

– Да, все превосходно. Операция прошла успешно. В скором времени, этот воин вас прославит! – произнес Тодд.

– Смотрю этот блуждающий не умер, он еще дышит. – заметил Герем Дат.

– Это очень и очень странно. – заметил Тодд и стал ощупывать тело Жабы. – Обычно они всегда погибают. В моей практике, не было случаев выживания этих тварей. Хотя возможно, он мог избежать поцелуя смерти благодаря особенностям тела носителя. Сейчас блуждающий полностью бесполезен, разве что может подойти в качестве корма, скоту. Давайте я его прикончу, господин Герем? – продолжил он.

– Не надо. Выходи его. Я тебе за это заплачу Тодд. Мой дом гладиаторов только появился, поэтому очень не хватает рабочих рук.

– За ваши деньги любой каприз, господин! – ответил Тодд.

***

– Ох, ох…как же болит моя башка – промурыжил Леестард, валяясь под столом, в куче выпитых бутылок. В воздухе витали дурманящие ароматы табака, перегара и других разнообразных прелестей пьяной вечеринки. Капитан Ласточки приподнял голову с пола и увидел, что на его ноге спит какой-то незнакомый мужик. В вихре мыслей Леестарда прокатились обрывки пьяной ночи – угарные танцы Горгуна с Изабеллой, глупые сказки Рона о его приключениях в качестве командующего военным флотом, азартные игры с непредсказуемым финалом, и его неудачные попытки склонить к любовным утехам Толстую Эдду, но та, к сожалению не согласилась работать в долг.

Ласточка наконец то выкуплена, а его бравая команда ждала с нетерпением новой работенки, так как за два месяца пребывания в «Протухшей креветке», почти все деньги были пропиты и проедены. Однако была одна существенная проблемка – предстояло найти выгодный заказ, который решит все финансовые проблемы, включая многочисленные долги. В последнее время с этим вопросом была невероятная напряженность – имелась огромная конкуренция между крупными гильдиями, которые занимались торговлей и перевозкой различного товара. Мелкие контрабандисты как он и его команда постепенно уходили в прошлое, а иногда и беспощадно уничтожались правительственными армиями Каргата и торговыми гильдиями. Но у контрабандистов оставалось одно очень весомое преимущество: они могли перевозить то, что запрещено законом, невероятно опасно, и в такие места, куда не полезет любой дорожащий жизнью, торгаш.

–мммм, брппппп, мрррр… – храп незнакомца, лежащего на ноге Леестарда, прервал размышления последнего.

– Ах ты пьяная скотина, а ну вставай с меня – сказал Леестард и столкнул спящего с себя. С удивлением капитан Ласточки обнаружил, что хоть незнакомец и был по уши в грязи, но одежда на нем была очень богатая. Дорогая ткань из Дурмундии, искусные узоры, вышитые золотыми нитями, кожа гелларийского тушканчика, говорили о том, что – … «какого хрена он делает в этом богом забытом гадюшнике!»

Своим полупьяным взором Леестард оглядел помещение таверны. Потертые рожи мирно посапывали, уткнувшись носами в стол, а иногда и в чей-то сапог, повсюду валялись пустые бутылки, но деревянный пол, как не странно, был вычищен до блеска. По среди всего этого хаоса, виртуозно обходя и перепрыгивая нетрезвые препятствия, лаская глаза капитана, молоденькая и красивая управляющая таверны, убирала со столов недоеденное и недопитое, хотя последнего как раз-таки оставалось совсем мало.

– Ах, свет моих очей, благоухающая роза – начал капитан, однако гневный взор женщины прервал его тираду. – Извиняюсь за свою команду, не следовало им столько выпивки заказывать. Они у меня такие, сколько не закажешь, все выпьют. – продолжил он.

– Да вы тоже не подарок, особенно когда вчера начали меня щипать за задницу. – возмутилась девица.

– Простите, я не помню, был сильно пьян. Но я очень и очень надеюсь, что мои нежные прикосновение к вашей филейной части тела, оставили неизгладимые впечатления.

– Они оставили мне синяки! – гневно воскликнула женщина.

– Ох, простите, в порыве страсти я могу много чего натворить. Но не об этом речь, скажите, о милейшая, что это за мужчина в дорогих одеяниях, мило дремлет на полу?

– А, этот. – пальчиком указала управляющая.

– Да, именно он. – махнул головой Леестрад.

– По правде говоря, мне почти ничего не известно о нем. Пришел в полночь, заказал выпивку, присел мне на уши и стал рассказывать, что он важная шишка в какой-то торговой гильдии. Сначала вел себя прилично, а когда выпил, стал хватать меня за ляжки! – снова возмутилась управляющая.

– Каков подлец! – ехидно ответил Леестард.

Управляющая таверной «Протухшая креветка» кинула уничтожающий взгляд на Леестарда, развернулась и продолжила свою нелегкую работу.

Капитан аккуратно отодвинул свою ногу от тела богатея, от чего тот, что-то пробормотал себе под нос, поджал коленки к груди и продолжил свой беспечный сон.

Леестард был предприимчивым человеком, поэтому каждое жизненное обстоятельство должно быть обдумано, взвешенно и расставлено по полочкам, а по итогу получена чистая выгода. Несмотря на то, что он был контрабандистом, капитан не относился к категории рисковых людей. Однако в его голове частенько появлялись гениальные идеи, которые не раз приносили баснословные прибыли, а иногда спасали жизнь ему и его команде.

Леестард тихонько присел на корточки и стал рыться в карманах лежащего торгаша. В куче ненужного мусора, который он вытащил из карманов, он обнаружил несколько интересных вещей. Сначала обратил свой взгляд на золотое кольцо, с драгоценным камнем посередине, пару монет и письмо, которое он распечатал. Содержание его было следующим:

«Многоуважаемый сир Тран Грок! Приглашаем Вас, в вечернее время, седьмого дня пятой декады, посетить собрание торговой гильдии, которое будет происходить в «Сладкой принцессе». На данном мероприятии будут обсуждаться вопросы заключения торговых контрактов на доставку различной продукции. Просим не опаздывать. С уважением – глава гильдии торговцев Мунк Ве Род.

Перечитав еще раз содержание записки, Леестард посмотрел на спящего, потом на письмо. Лицо капитана осветила заманчивая улыбка.

***

Эльзар, изнемогая от жажды, тащился по горячему песку жаркой пустыни. Руки его сковывали тяжелые кандалы, которые еще больше усугубляли усталость. Впереди и сзади, в таких же оковах, цепочкой волочились изможденные люди. После трехдневного перехода через пустошь, в их взгляде была лишь пустота и безнадежность. Жуткого, нечеловеческого вида надсмотрщики, были одеты в коричневые балахоны, а лица были скрыты масками, которые были сплетены из тонких веточек. Они вели себя жестоко и не особо переживали о выживании «товара». Такая расточительность объяснялась простой логикой: если рабы не выдержат переход по пустыне, то и в Горниле долго не протянут. Это было своего рода испытание перед продажей в гладиаторские дома. Неожиданно, человек идущий в конце цепочки, скинул кандалы и стремительно начал бежать. Один из охранников широкими шагами быстро догнал его и повалил на землю. Сняв маску, охранник открыл лицо, которое было совсем и не лицом, а скоплением шевелящихся щупалец. Несколько надсмотрщиков тоже сбежались к жертве и с противным чавкающим звуком, они стали пожирать раба. Через несколько минут пир окончился, и цепочка пошла дальше.

Подняв усталый взгляд, Эльзар посмотрел в даль, и увидел высокую желтую стену, которая по оттенку не отличалась от цвета пустыни. Подойдя поближе, цепочка людей остановилась возле больших деревянных ворот, на которых были вырезаны насмешливо скалящиеся, рожи.

Проходя через ворота, Эльзар, в голове которого, всю дорогу была пустота, начал размышлять. Жизнь его пошла наперекосяк, когда он решил поучаствовать в ненужной ему войнушке. А ведь до этого все было прекрасно: замечательная жизнь в замке в качестве учителя по фехтованию графских детей, хорошая зарплата, вкусная еда… «Что еще нужно ветерану для идеальной жизни?» Но все это закончилось, лишь из-за одного необдуманного действия.

Цепочка рабов проходила через ровную площадку, на которой стояло множество людей, представители других рас и всякие мутанты. Их поставили в одну линию и противный голос возвестил на всю округу:

– Свежее мясо! Налетайте! Из них можно сделать лучших охотников за смертью. Сегодня и только сегодня, беспрецедентные скидки в десять процентов. Берите, берите, пока товар не залежался!

К ним ринулись пестро разодетые покупатели, которые трогали и щупали живой товар. Внешность Эльзара была выделяющейся, что периодически помогало ему в жизни, однако сейчас она была фактором, привлекающим внимание. К нему уже подходила парочка покупателей, которые его внимательно осматривали и предлагали свою цену. Однако всех растолкнул высокий человек в черной маске и предложил самую максимальную сумму денег. Так Эльзар стал несвободным человеком.

Торги прошли очень быстро, и охранники сразу же отделили его от основной группы, а затем повели через прохладные туннели. По этим подземельям они блуждали очень долго и в конце концов остановились у камеры с решетками. Надсмотрщик достал из большой связки ключ, открыл скрипучий замок и жестом указал Эльзару на временный «дом». Перед «вселением», с него наконец сняли кандалы, от чего руки почувствовали огромное облегчение. Когда двери захлопнулись, Эльзар оглядел свои мрачные «хоромы» и грустно вздохнул. В камере было сыро и пахло плесенью. Неожиданно из угла раздался мужской голос:

– чего вздыхаешь? Разве не рад, что оказался в столь восхитительном месте?

Тут Эльзар заметил, что по углам сидят еле различимые фигуры. Подойдя поближе, он увидел, что соседями по камере стал коренастый мужчина с злобным выражением лица, а также грустная девушка, одетая в разорванные лохмотья. Эльзару не чего было ответить на этот вопрос, и он тоже уселся в уголке. На несколько часов воцарилась мертвая тишина. Наконец, коренастый мужик приложил руку к своей волосатой груди и произнес:

– Харум товарищи по несчастью. Меня зовут Кромвик. Я из Приграничья. Как же вас звать?

Женщина, глубоко вздохнув, ответила – Мэрри из Криненбурга.

– Ой, наконец пташка заговорила! – воскликнул Кромвик. – Иди сюда я тебя расцелую – продолжил он, протягивая руки к Мэрри.

Она издала всхлипывающий звук и пнула ногой Кромвика. Когда эта маленькая сценка закончилась, Эльзар тоже назвал свое имя.

– А откуда ты? – спросил Кромвик.

– Зеленая Дурмундия – ответил Эльзар.

– Эльзар??? Случаем, не Эльзар Дрель? – произнес Кромвик округлив глаза.

– Ох как же мне надоедает, когда все спрашивают ты случаем не Эльзар Дрель? У тебя в родственниках Дрелей нет? Бесит! В наших краях почти половину мальчиков называют Эльзарами. Просто Дрель выскочка, который решил выделиться из общей масса Эльзаров.

– Может хватит пороть не нужную чепуху, и поговорим о том, что это за место, и как отсюда выбраться – взвизгнула светловолосая Мэрри, а затем сердито надув губки уставилась на сокамерников.

– Сиську спрячь – усмехнувшись сказал Кромвик.

Мэрри посмотрела вниз и увидела, что одежда, превратившаяся в лохмотья, абсолютно не закрывает левую грудь. Она попыталась спрятать ее, но приоткрылась правая. Подергав одежду в разные стороны, и поняв всю тщетность подобного занятия, Мэрри уставилась в их сторону и спросила:

– Плевать. Может все-таки кто-то ответит, где мы находимся?

– В камере – ответил Кромвик.

– Идиот я вижу, что мы в камере! Где камера находится – все больше злясь, огрызнулась Мэрри.

– В пустыне – устало ответил Кромвик.

– Я вижу, что вы сладкая парочка, но мне бы тоже интересно было бы узнать, где мы находимся? -не выдержав сказал Эльзар.

Кромвик грустно вздохнул и ответил:

– А смысл. Все равно мы скоро умрем.

– Как это умрем? Я совсем не хочу умирать. Меня должны были продать в один из лучших борделей Каргата. Но тут вышла какая-то ошибка, я не должна была сюда попадать! – воскликнула Мэрри.

– Да действительно. Странно, что ты сюда попала. Сюда попадают те, кто хорошо умеет драться, а не трахаться.

– Ты меня слишком недооцениваешь – гордо ответила Мэрри.

– Грудь у тебя конечно то, что надо, враги обалдеют – рассмеялся Кромвик.

– Мы скоро умрем, а он о сиськах думает. – возмущенно сказала Мэрри.

– Почему нет? У всех есть последнее желание. Например, мое желание, потрогать твоих малышек – сказал Кромвик и потянулся к ней, за что получил шлепок по рукам.

– Так! – вмешался Эльзар – Может все-таки обсудим, где мы находимся, и как отсюда выбраться. Я смотрю Кромвик, ты самый осведомленным среди нас, об этом месте – добавил он.

– Ни как мы отсюда не выберемся – снова кратко ответил Кромвик. Затем выждав несколько мгновений, вновь заговорил – Горнило. Великая арена. Наверняка слышали? Аааа…наверное молчаливые охранники вам ничего не рассказывали. Нас всех купили для выступления на песках арены, во имя их великого культа Разлома. Они верят, в то, что души великих бойцов ускоряют процесс разлома мироздания, и появления нового девственного мира. Для этого служители культа строят арены, на которых выступают могущественные бойцы… иии такие как мы.

– Это ж полный бред, сказки. Кто верит в чепуху, что будет какой-то разлом. Мир вечен, и всегда существовал и будет существовать. Откуда они нашли столько приверженцев, чтобы строить такие огромные сооружения? – воскликнул Эльзар.

– Ты прав. Приверженцев не так уж и много, а вот тех, кто хочет развлечься и заработать денег, хватает. Здесь главенствующую роль играет корысть, жажда богатства и наживы. Страсть всех ныне живущих к развлечениям, крови и насилию.

– Значит мы будем драться? – сказала Мэрри.

– Ну как драться. Скорее всего тебе в первые же секунды размозжат твою прекрасную черепушку -ответил Кромвик.

– Да пошел ты! На тебя посмотрят, поймут, что, ты ничтожный мудак, сделают фарш и будут жарить котлетки, которыми будут кормить самых ничтожных бойцов.

– Ох, чувствую вы друг друга поубиваете еще до выхода на пески- сказал Эльзар. – Я бы допустим послушал ваши истории. Как вы сюда попали? Кем были до рабства?

–Ну дружище, раз первый предложил, то ты и начинай. Очень интересно было бы послушать – сказал Кромвик.

***

Несмотря на то, что была ночь, кровавый Эльцелаз освещала всю долину, словно предвкушая пир боли и смерти. Дурмундии в этом плане повезло – вокруг нее вращался аймар спутник, который всегда был виден в темноте. Эльзар вместе с своим взводом находился где-то в третьем ряду, левого фланга, объединенной армии графов Дурмундии, которая расположилась на парочке небольших холмов.

Три месяца назад он попал под призыв Эльзара Светлого, короля Дурмундии, и хотя мог избежать воинской повинности, не стал этого делать. Эльзар прошел несколько войн и о разрушителях знал не понаслышке, поэтому он посчитал, что для армии его опыт будет бесценным. Посмотрев боевой листок, комиссар по распределению вздернул высоко бровь, и назначил Эльзара командовать взводом неопытных новобранцев.

Он совсем не любил быть лидером и ему страшно не нравилось брать на себя ответственность. Большим стрессом для Эльзара, стала должность взводного у совсем еще молодых парней. На протяжении многих лет, он постоянно видел один и тот же сон: в сумрачной долине на него смотрели обиженные глаза мертвых солдат. Когда он просыпался, то испытывал гнетущее чувство вины, которое было последствием ошибок прошлого. Теперь страшный сон мог вполне стать реальностью. Все свое жалование Эльзар отдал на взятку полковнику, дабы он не ставил подразделение в первые линии обороны. Денег хватило лишь на третий ряд. Не густо, но давало небольшие шансы на выживание, нежели верная смерть в первом ряду. Как-то старый командир Кроль Фар, говорил: «Мы сражаемся и умираем за возвышение господ, которые сами никогда не выйдут на поле боя и не станут умирать за нас. Они рьяно будут рассказывать о высоких чувствах, любви к Родине, патриотизме, однако сами и развязывают эти войны дабы обогатить свои и так весьма тяжелые от золота, карманы.» Глядя на многочисленные стяги войск Дурмундии и движущуюся орду разрушителей, Эльзар подумал, что слова старого капитана имеют смысл.

Зазвучал гул. Это были звуки барабанов с другой стороны долины. Армия разрушителей двигалась в их сторону. Это были высокие, широкоплечие и мускулистые существа с кожей коричневого цвета, вооруженные большим оружием. Они редко использовали в своих атаках какую ни будь тактику или особое построение, однако весомым козырем воинов разрушителей была огромная мощь и физическая сила.

Грохот все нарастал и группы врагов ринулись бежать к первой линии обороны дурмундцев. Ритуальные татуировки разрушителей отражали кровавый свет Эльцелаза, из-за чего они казались еще более страшными и опасными. Из центральной части армии Дурмундии послышался гул, шипение, как вдруг, с страшной силой в толпу разрушителей полетели большие огненные шары, которые разрываясь, превращали в горелый фарш всех попавших под удар артиллерии. Однако залп огня лишь не много приостановил движение армады, и через несколько мгновений толпа разрушителей вклинилась в неровные ряды дурмундцев. Сначала они продвигались медленно, но затем стали быстро прорывать вглубь обороны – сказывалось огромное превосходство в физической силе.

Вскоре Эльзар увидел по фронту первых врагов и скомандовал своему взводу выставить копья. Этот приказ был своевременным, и авангард повис на железных наконечниках. Но за ними двинулись новые силы, которые стали вклиниваться в защитное построение взвода и вот уже несколько его солдат упали с прорубленными головами. Эльзар решительно вышел вперед. Вокруг, словно ужасающая эпидемия, стала распространяться неразбериха. Его стали оглушать крики раненных и умирающих. Из своеобразного ступора Эльзара вывел огромный разрушитель, который бежал к нему и размахивал большим топором. Приблизившись к Эльзару гигант нанес сильнейший удар, однако взводный уклонился вправо, в связи с чем топор с грохотом воткнулся в землю. Изящным выпадом Эльзар попытался нанести удар мечем в грудь, однако вместо удачной атаки, получил тычок локтем в лоб, из-за чего на миг потерялся, однако быстро пришел в себя. И вовремя. Увидев блик Эльцелаза, Эльзар максимально выгнул назад спину и моментально, в миллиметре над головой, просвистел топор. Мгновенно среагировав, он перекувыркнулся вправо, стал на ноги и нанес удар мечем в бок. Разрушитель недоуменно попытался посмотреть на рану, однако не успел – Эльзар вторым мечем отрубил ему голову.

Отдышаться взводному не удалось, так как на него накинулось еще два врага. Один – закованный в броню коренастый разрушитель, вооруженный длинным мечем, а другой высокий и худощавый, размахивал булавой. Худощавый размозжил одному дурмундцу голову и увидев следующую жертву потряс булавой, отряхивая остатки мозгов с оружия. С воем он побежал на Эльзара, и с огромной силой, нанес удар сверху, однако взводный опять уклонился и воткнул меч врагу в глотку. С предсмертным хрипом худощавый повалился на землю. В этот момент, слева, плече Эльзара чиркнул меч, оставив на нем глубокую царапину. Незамедлительно Эльзар отскочил в сторону ударившись об одного из своих сослуживцев. Оглядевшись вокруг, он увидел, что ровного построения его взвода уже не существует, солдаты вцепились в яростной рукопашной схватке с врагом, повсюду отблесками сверкало оружие, на землю расплескивалась кровь. В это время бронированный разрушитель нашел свою жертву в лице Эльзара и с ревом набросился на последнего. Движения его были довольно медленными и Эльзар легко уклонился, при этом сам нанес размашистый удар по предплечью, однако меч жалобно взвизгнул, отскочив от брони. Разрушитель начал наносить серию последовательных ударов, и Эльзар держался в обороне нанося колкие контратаки, которые не приносили, абсолютно никакого вреда, врагу. Один из его бойцов бросился на помощь, однако получил смертельный удар железным кулаком в череп, который оросил кровавым месивом, каменистую почву. Разъярившись за гибель одного из своих, Эльзар нанес обманный удар, который оставил лишь зазубрину на броне почти неуязвимого врага.

Разрушитель громко засмеялся, и продолжил атаку. В это время к нему присоединился еще один союзник, который попытался достать копьем Эльзара, однако его боевой путь был совсем не долгим. В следующую секунду один из дурмундцев бросил дротик, который воткнулся в шею выскочки. Но на бронированного такие фокусы совсем не действовали, и он продолжал свое победоносное движение, поразив одного из копейщиков в живот. Дурмундец держался за рваную рану, пытаясь не допустить вываливание внутренностей, но силы оставили его. С противным хлюпом выпали кишки, которые упали на раненого солдата, лежащего на земле. Эльзар все уклонялся от ударов, и наконец смог нанести смертельный удар бронированному: метким выпадом воткнул меч в глазную прорезь шлема.

Общее нападение на левый фланг было в основном отбито, так как в бой вступило элитное подразделение дурмундцев "Кровавая роса", состоящие из прожжённых ветеранов. Они быстро очистили территорию от разрушителей и перешли в контратаку. Однако успех был не долог. Вперед армию разрушителей гнал здоровяк в маске. Он держал в руках два светящихся синим клинка, которые были довольно маловаты для него, что не мешало ему умело ими размахивать. Тем не менее, элита войск Дурмундии рассыпалась перед его мощью. Даже самые сильные солдаты, не выдерживали и двух ударов, падая уже мертвецами на землю. Под предводительством несокрушимого бойца, вражеская армия с новой силой пошла в атаку. Эльзар узнал этого война. Им оказался знаменитый вождь Гнарл – непобедимый разрушитель, который вселял ужасающий страх в душах своих врагов.

Эльзар проморгал паническое отступление «Кровавой росы» и осознал, что Гнарл целенаправленно идет к нему. Взводный от внезапного ужаса, встал в ступор. Бежать уже было поздно. Собрав все силы в кулак, он стал в оборонительную стойку и мысленно стал готовиться к смерти. Вождь с ревом накинулся на Эльзара и замахнулся мечом, который вместо голубоватого свечения, стал пылать синим огнем. Это был обманный замах, но Эльзар с трудом уклонился влево, а один из мечей подставить под тычок в районе живота. Сила удара была такова, что оружие Эльзара с жутким хрустом поломалась, а осколки глубоко оцарапали руку. В это время Гнарл сделал мощный выпад, но Эльзар успел уклониться, отделавшись лишь глубокой царапиной в боку. Гнарл опустил оружие и низким голосом произнес:

– ты первый из вашего жалкого отребья, кто смог отразить два моих удара. Мое почтение твоему мастерству. Но думаю мой третий удар будет последний. Удачи тебе в мире смерти.

Во время их столкновения, битва как будто остановилась – все стояли и наблюдали за сражением. Гнарл поклонился своему сопернику. Эльзар тяжело стоял, прижимая израненной рукой царапину на боку, которая довольно сильно стала кровоточить, а другой, крепко сжал рукоятку меча. Он знал, что ему не отразить эту атаку. В мыслях он простился с зелеными холмами Дурмундии, солнцем иии… в общем он понял, что ему не с чем больше прощаться.

Гнарл со свистом нанес удар в грудь, даже не делая обманных выпалов. Он уже видел, что Эльзар смирился с концом. Взводный попытался блокировать мечем удар, но не успел – оружие вождя жаром вонзилось в грудь. Эльзар закрыв глаза почувствовал боль, но… кончик меча проткнул лишь легкую кольчугу и кожу под ней, а дальше по каким-то удивительным причинам не шел в глубь. Шокированный Гнарл надавил на клинок всем своим телом, однако в глубь груди Эльзара, он не проходил. Взводный ошеломленно открыл глаза и увидел в лезвие горящего синим, меча, чью-то тень. Замешательство Эльзара прошло быстрее, чем у соперника: он воткнул меч в бок Гнарла. К сожалению, сталь зашла не глубоко, но заставила разрушителя отойти. В глазах Эльзара стало темнеть, раны, полученные в бою, сильно кровоточили. Он упал и ушел в забвение…

***

…Эльзар открыл глаза и понял, что не умер. Он лежал на полу, в маленьком темном помещении. Осмотревшись внимательно, бывший взводный понял, что находится в тюремной камере. Пощупав свое тело, он удивился, что места, где были раны были аккуратно перевязаны. Это было довольно несвойственно для разрушителей. Высокородных пленных они отдавали за выкуп, а с обычными солдатами обращались просто – перерезали горло и закапывали в яму.

Через некоторое время двери камеры открылись и внутрь зашел охранник с едой. Он небрежно кинул на пол кусок заплесневелого хлебе и ушел. Ужасно голодный Эльзар с наслаждением съел кусок хлеба, а затем лег спать. Хоть в камере было и сыро, он упал в крепкий сон.

Разбудил его сильный толчок в ребра. Над ним нависал все тот же ненавистный охранник.

– Давай вставай дурмундская мразь, пора идти – с усмешкой сказал он.

Эльзар не хотя встал и побрел за ним. Они оказались в подземных тюрьмах Кар Сальмна – столице всех племен разрушителей, неприступном городе крепости. Его долго вели через бесчисленные коридоры, пока наконец они не вышли на большую площадку, где уже собрали множество других пленных дурмундцев. Теперь исход битвы Эльзару, стал полностью ясен: авантюра Эльзара Светлого закончилась полным провалом.

Осмотревшись вокруг, Эльзар заметил одну странность: все пленные были из богатого сословия, кроме него одного. То, что они были живы, не вызывало у него удивление, но почему не убили его?

Вперед вышел его бывший соперник – вождь Гнарл, с перевязанным боком, окруженный своими генералами. Они о чем-то возмущенно разговаривали, но прекратили, когда их лидер рявкнул и поднял руку.

Вождь увидел Эльзара и жестом приказал привести его к нему. Два бугая, незамедлительно потащили его и бросили к его ногам.

– Можете идти – произнес Гнарл охранникам. – Встань дурмундец.

Эльзар тяжело встал и посмотрел вождю в глаза. Черные очи не выражали ни каких эмоций.

– Ваши вожди поступили опрометчиво, попытавшись отбить свои старые территории и в назидание получили по заслугам. Что бы такого не повторилось – он снова поднял руку и сжал кулак. В этот момент разрушители начали резать пленных. Крики ужасы и мольбы о пощаде заполонили воздух.

– Что бы такого не повторилось – повторил он – мы прольем еще кровь, что бы вашим мелким скотоводам было неповадно приходить в наши земли. Но я не хочу дальнейшей войны. Я верю, что наши племена смогут мирно жить и развиваться. Ты проявил мужество в бою и за это я тебе сохранил жизнь. Это ценится в нашем народе. Не побежал, как все остальные ваши хваленные графы. Но отпустить я тебя тоже не могу. Ты опасный враг. Поэтому лучшее, что я для тебя могу сделать, это продать в рабство.

Гнарл развернулся, а Эльзара увели…

***

– О, интересная история! – сказал Кромвик, а я сюда попал за долги. Слишком любил ставить ставки на арене.

Дверь в камеру открылась и зашел хорошо вооруженный охранник

– Эй вы трое, за мной – сказал угрюмый охранник.

Глава 3.

Леестард стоял в нерешительности, у порога "Сладкой принцессы», самого дорогого ресторана во всем Каргате. Это было большое трехэтажное здание, с великолепными узорами, вырезанными на фасаде, и статуями при входе. Сооружение было построено во времена империи, поэтому в нем четко вырисовывались архитектурные оттенки старо – каргатского стиля. Империя, которая объединяла вольные города людей, распалась несколько десятилетий назад, однако таких зданий в городе было очень мало. Сейчас же аймар Каргат, являлся самым крупным скоплением людей и центром их торговой деятельности, что привлекало таких людей, как Леестард.

После веселой попойки, капитан собрал команду, объяснил свой план действий и как всегда, получил множество одобрений в свой адрес, тем самым раздувая и без того непомерное тщеславие капитана. Однако он их всегда получал похвалы, когда дело шло к большим деньгам. Общим совещанием было принято решение, отправить Тран Грока подальше от Каргата. Обезумевшего от страха торгаша закинули в соседнюю область с столицей, дабы он не успел быстро добраться до своего дома. Правда на совете команды, возникли и более экзотические предложения. Например, матрос Коро предложил его съесть, с мотивировкой "он такой упитанный, чего зря мясу пропадать". Все знали о каннибальском прошлом Коро, который говорил, что завязал с человечиной, однако поговаривали, что он регулярно покупает свежее мясо на черном рынке. Предложение отклонили как не этичное, Коро отбрехался, что пошутил, а сира Тран Грока, который умалял не есть его, быстрым рейсом отправили в поля.

Набравшись смелости, Леестард в своем лучшем костюме, который он когда-то нашел в старом ящике отца, зашел в Сладкую принцессу. У него были большие опасения, что его могут раскрыть гости сего мероприятия. Поэтому, капитан решил выдавать себя Тран Гроком, только при предъявлении своего пропуска, а на самом мероприятии быть самим собой.

Зайдя во внутрь, он оказался в слабо освященном помещении. Стены были обтянуты бордовым бархатом, а на полу лежал красивый ковер с изображение вполне реалистичного тигра. Слева от стены располагался большой шкаф, на полках которого стояли книги. Справа расположилась стойка, за которой сидел лознак – тщедушное существо метрового роста с противной пупырчатой кожей. Лознаки давно потеряли государственность, и в настоящий момент растворился в качестве прислуги, среди людей.

Лознак пристально уставился на Леестарда и сказал:

– милейший сударь, предьявите пожалуйста приглашение на ежегодное собрание торговых гильдий.

Пошарившись в кармане, капитан достал немного смятое письмо и неуверенно сунул его в пупырчатые руки. Лознак быстро схватив бумагу и начал ее читать, а потом подняв свои фиолетовые глаза сказал:

– сир Тран Грок, харум вам. Вы очень долгожданный гость, и я думаю на этой встрече вы найдете для себя парочку выгодных предложений. Проходите туда. – он жестом показал на оббитую зеленым бархатом дверь, за которой звучала музыка. Леестард вежливо попрощался, неуверенно схватился за позолоченную ручку и зашел в зал.

Внутри находилось очень большое и высокое помещение с огромными люстрами на которых горели многочисленные свечи. Пол был покрыт ослепительно белой плиткой, на которой не было, не единого грязного пятнышка. Он про себя подумал, что Горгуну стоило бы поучиться, у того, кто с таким совершенством драит полы. Справа располагались огромные окна, почти во всю стену, а слева различные картины и гобелены. Повсюду ходили разодетые люди, сновали лознаки с напитками и угощениями, и даже, в дальнем углу, он заметил парочку зильмерийцев. Войны с ними закончились давным-давно и теперь они были мирным торговым партнером. Леестард понял, что наткнулся на золотую жилу – богатейший сброд собрался в одном месте. Оставалось дело за малым: найти подходящего торгового партнера.

– Брр…сборище проклятых идиотов. Жируют гады, а мы нищебродствуем…ну ничего, надо с кем-то познакомиться – пробормотал Леестард и стал более пристально разглядывать гостей. Его взгляд упал на аппетитное декольте красотки в красном платье. Капитан сразу понял, что дамочка может помочь с отличным торговым заказом.

– ох-ох, как она выпирает – вновь пробормотал Леестард, загипнотизированный пышной грудью девушки.

Выбрав самую перспективную цель, он наконец подошел к ней и произнес:

– Харум вам, о дева небесной красоты. Вы поразили меня прямо в сердце. Как вас звать?

Красавица, надменно осмотрев Леестарда с головы до ног, презрительно ответила:

– Элиза.

– Великолепная Элиза к какой торговой гильдии вы относитесь? – как можно более обворожительным голосом, сказал капитан, но у него получилось весьма скверно. Затем он взял с подноса лознака, стакан с виски, и залпом, полностью его осушил.

– А вам какая вообще разница? Хотите предложить заказ? Что вы ко мне вообще прицепились? Кто вы? – обрушилась на него кучей вопросов барышня.

– Вижу вы очень заинтересовались мной! Леестард к вашим услугам, капитан легендарного корабля – Ласточка и старший помощник в торговой гильдии… эээ…ммм… Крабовая креветка!

– Хм…никогда не слышала. Странное название для торговой гильдии. Наверное, вы только открылись, и о вас никто не знает. И вообще вы похожи на неудачника. Вы только посмотрите – кожа гелларийского тушканчика! Да ее вообще носят неудачники, она вышли из моды несколько лет назад!

– Эм…да, мы только открылись, занимаемся перевозками… все что надо перевезем. – промямлил Леестард. – Может завтра прогуляемся? – неуверенно спросил он.

– отвяньте от меня! Ваши разговоры мне не интересны. Такие мужчины могут общаться только с страшными толстушками. Меня интересуют только статусные мужчины, например такие как сир Тран Грок. Кстати интересно, где он? – последнюю часть фразы, девушка произнесла себе под нос.

Леестард оставил красавицу, поняв, что ему ничего не светит. И этот факт совсем не удручал капитана. Он увидел следующую цель, для исполнения своих коварных планов. Аппетитная пышка в бархатистом черном платье, стояла возле окна и со скучающим видом наблюдала за происходящим. В глубине души капитана, привлекали пышные девичьи формы, поэтому он сразу понял, что у этой дамы можно взять выгодный заказ.

Леестард неожиданно вырос перед ней. У девушки было очень симпатичное лицо и милый носик, который заворожил капитана. Он несколько секунд, как идиот смотрел на нее и улыбался. Она неоднозначно глянула на него, ожидая каких-либо слов и не выдержав, взмахнула руками и произнесла:

– Что?

– эээ… Капитан Леестард – сказал он и протянул руку для рукопожатия.

– Дарья. Приятно познакомиться – сказала она и ответила на рукопожатие, а затем продолжила:

– Чем я могу быть вам полезна?

– Такая очаровательная леди, одна среди этих воротил торгового оборота Каргата. Что же вы делаете здесь? Может вы представительница какой-нибудь гильдии?

– Ну вы с такими комплиментами поосторожнее, у меня есть жених. Но тем не менее спасибо. Да, вы совершенно правы, я являюсь торговым атташе в гильдии Моралеса. Мы занимаемся в основном перевозкой, начиная от земель разрушителей и заканчивая Пограничьем. А вы чей представитель?

– Ну… у нас просто есть хороший и быстрый корабль, с лихой командой, которая может доставить любой груз, в любую точку мироздания. Здесь ищу работу. – удивляясь своей честности ответил Леестард.

– В любую точку говорите…– задумчиво сказала Дарья. – а конкретно, что у вас за модель судна?

– Я бескрайне удивлен. Вы разбираетесь в моделях корабля?

– Это лишь малая часть того, в чем я хорошо разбираюсь – ответила она и гордо подняла свой носик.

– Модель семь, выпуска Криненбургской верфи Ласка. – небрежно ответил он.

Глаза Дарьи округлились:

– Это же легендарная ветвь мастера Ласка, который унес в могилу таинства своего непревзойденного таланта. Я много читала о нем. Мне кажется вы врете. Модель семь, насколько мне помнится, не выпускалась.

– Выпускалась. В единичном экземпляре. Если не верите, то могу провести экскурсию по моему кораблю, проведу вас по всем самым интересным местам, в том числе, зайдем ко мне в каюту и я покажу свою кровать – произнес Леестард завуалированное предложение.

– Если вы летаете на кораблях Ласка, то, стало быть, специализируетесь на скоростной доставке товара – не обратив внимание на предложение, продолжила Дарья, а затем взяла бокал и отпила не много вина. В этот момент вышли музыканты и начали играть музыку. Леестард воспользовался случаем и протянул девушке руку для танца. Дарья мило улыбнулась и приняла предложение.

Леестард взялся за ее ручку и обхватил талию. Они двигались в унисон музыке, но капитан не был хорошим танцором, поэтому постоянно наступал ей на ноги, однако Дарья как будто не замечала подобные погрешности Леестарда.

– могу ли я подробнее узнать о каких-то перспективных заказах? Цена, основные нюансы, куда лететь, что перевезти?

– давайте завтра? Мы находимся на улице Пятого Муга. Открыты с пяти до семи, каждого дня. Я вижу вы серьезный человек, поэтому буду надеяться, что действительно придете. У нас есть, то, для чего может пригодиться быстрый корабль. Когда вас ждать, дабы я узнала у мастера Моралеса о времени приема, – сказала Дарья, насторожив Леестарда своей инициативой. Но ему были нужны срочно деньги, поэтому он опять честно ответил:

– можете смело на меня надеяться, я не подведу, тем более сам заинтересован в деньгах и достойной работе.

Кружась в танце, капитан заметил прекрасную Элизу, которая стояла в сторонке и с недовольным лицом смотрела на танцующих.

– Хах, пусть ждет милейшего сира Тран Грока – пробормотал он.

–Что вы сказали о сударь Леестард?

–А, ничего, мысли вслух. Мысли вслух…

***

–Не нравится мне эта идея, капитан.

– Ты как всегда пессимистичен Горгун. Все время слышно от тебя нытье, ни грамму позитивного настроя. Это твоя благодарность, за все мои старания. А ведь я тебя, когда-то вытащил из мусорки, дал тебе очень перспективную должность мойщика полов, на корабле.

– Да-да, я уже это слышал. И самое главное с перспективой карьерного роста.

– Конечно! Скоро мы наберем новых молодцов, и ты станешь мойщиком моей каюты – радостно ответил Леестард.

– Я и так капитан, мою вашу каюту каждый день – возмутился Горгун.

– Эээ… ну это просто подработка, а будет официальная должность, с более высоким окладом.

– Подработка обычно оплачивается.

– Чего ты опять ноешь.

– Лучше скажите, зачем мы идем в самую захудалую биржу рабочих рук, где одни лодыри и алкоголики. Вы думаете они нормально будут работать?

– К сожалению выбора у нас мало, а денег и того меньше. С тех пор, как нет заказов, половина команды разбежалось. Поэтому, мы можем себе позволить, нанять лишь тех, на кого хватит денег.

– А почему, вы меня то с собой взяли, а не вице-капитана Грязного Джо.

– Во в первых, Грязный Джо в запое и не может адекватно мыслить, а во-вторых, ты ж тоже из этих.

– Из каких? -сказал хмуро Горгун.

– Ну этих…нищебродов – глупо улыбаясь ответил капитан.

Горгун угрюмо посмотрел на него. Леестард сглотнул и резко перевел тему:

– О, смотри какая красотка идет по улице. – показал он пальцем на женщину, поймав ее возмущенный взгляд.

– Она толще вас в три раза – заметил Горгун.

– Ну и что? смотри какие у нее формы, как они грациозно переваливаются из стороны в сторону – продолжал Леестард.

– Мы пришли – сказал угрюмый Горгун.

Они стояли возле входа в самую захудалую биржу рабочих рук Каргата. Такими местами называли большие таверны, в которых обычно пьянствовал народ, скрашивая скуку алкоголем, во время ожидания работодателей.

Первоначально капитан хотел прийти в представительство гильдии Моралеса, для получения заказа о перевозке, но потом передумал и решил все-таки с начала восполнить недостаток рабочих рук на корабле.

Войдя через ветхую дверь, которая, казалось, упадет от руки следующего посетителя, они попали в душное помещение, в котором витал тяжелый дым и запах перегара. Капитан и Горгун пошли в дальний конец и сели на ветхие скамейки.

Леестард поставил ноги на стол и стал раскачиваться, вызывая скрипом, в ушах Горгуна, не приятные ощущения, а затем внезапно встал и громко произнес:

– Дорогие товарищи! Можно минуточку вашего внимания. Меня зовут капитан Леестард и я набираю команду для торгового корабля. Предлагаю вам самые наилучшие условия работы, а это – большая зарплата, карьерный рост и социальный пакет.

– А что входит в этот социальный пакет? – раздался гнусавый голос из зала.

– Эээ, ну… массаж от нашей корабельной красотки Изабеллы – сказал Леестард.

Из зала прошли возгласы одобрения, и несколько человек из этого сброда пошли к ним.

– Все по очереди! Дожидайтесь, когда я позову. Сейчас мы с моим другом проведем собеседование. Давайте милейший, не стесняйтесь подходите. – ласково произнес капитан.

К ним подошел довольно толстый мужик, с густой черной щетиной и глубоким шрамом на лбу.

– Меня зовут Дори, но друзья называют меня Хряк. Дори Хряк. Работаю мясником, рублю мяско. Хочу путешествовать. – глупо улыбаясь сказал он.

– Отлично Хряк, значит есть навыки владения ножом и топором. Будешь у нас на должности сторожа-грузчика. Следующий.

Дальше пришел низкорослый, даже по меркам своего вид, лознак, и высоким голоском пропищал:

– Капитан Леестард я…

– не надо лишних слов, маленький лознак. Ты будешь чистить трубы на корабле. Следующий!

Далее к ним подошел мощный мужчина с длинной седой бородой, одетый в лохмотья.

– Как тебя зовут- спросил Горгун.

– Морронд, из Кел Тирана.

– Это очень далеко отсюда, как ты сюда умудрился попасть?

– Жизнь заставила попутешествовать.

– Ну что же, ты мой земляк, поэтому сразу принят. Все – все, больше никого не надо – объявил Леестард, а затем обратился к своему напарнику.

– Горгун отведи новобранцев на Ласточку, а я пока пойду решать другие вопросы.

– Хорошо капитан.

Трое мужчин и лознак вышли из душной таверны, а в это время на улице начался дождь. Горгун смотрел на нищих, которые просили милостыню, мокнув под дождем, по колено в гниющих мусорных отходах. Город не отличался чистотой.

На него хлынули воспоминания…

***

Он пришел в эти трущобы два дня назад. Это была западная окраина Зильрана, крупного города людей, находившегося на краю, одноименного аймара. Хоть и Горгун и был человеком, многие с недоверием смотрели на его темный оттенок кожи и высоченный рост. Отец когда-то рассказывал, что их давние предки были разрушителями, из-за чего у его рода, была своеобразная внешность. Горгун в это мало верил, так как был очень худощав, что быть похожим на представителя расы разрушителей, хотя и слышал о межвидовых браках.

Он прошел через весь Зильран, чтобы найти самое ужасное и грязное место. В ходе печальных блужданий по городу, Горгун обнаружил небольшой проулок между зданиями, заваленный большими грудами отходов, которые люди бережно скидывали с окон, уже на протяжении многих лет. Это было лучшим местом, чтобы стать могилой, для опозорившего себя человека. Ему как раз это и надо было. Горгун, уже несколько раз пытался покончить с собой, но жизнь, все время сохранял проклятый страх смерти. Он очень ненавидел себя, за слабость силы воли и духа. Около месяца назад, в последней попытке, он долго глядел с обрыва в пропасть, боясь сделать шаг вперед, а потом зарыдал, понимая, что не сможет лишить себя жизни. Поэтому он и решил, лечь в помойке и ждать, пока голод и болезни, вперемешку с гадами, обитавшими там, быстро закончат начатое. Найдя поудобнее место, он облокотился к кирпичной стене, положив руки на живот и заснул. Изредка он просыпался, чтобы допить дешевый самогон, а потом снова уносился прочь от реальности, стараясь на забивать голову гнетущими воспоминаниями.

На третий день полубредового валяния в куче мусора, солнечная погода решила попрощаться с ним, а на ее место пришли хмурящиеся небеса. Горгун лежал на груде мусора и пытался выкинуть все мысли из головы, но у него плохо получалось. С начало было очень трудно привыкнуть к запаху гнили, насекомым, ползающим по телу, но со временем он стал относиться к этим неудобствам, как к легкому дискомфорту. Дождь для него стал, новым испытанием, на пути к забвению. Крупные капли с грохотом за тарабанили по крышам, вызывая неприятный ушам, гул.

Лохмотья Горгуна быстро вымокли, а прикосновения холодной воды к коже, вызвали мурашки на ней. Стало невыносимо холодно, он стал дрожать. Тело сковала судорога и Горгун не выдержав, зарылся с головой в самой большой куче отходов и сжался в комок. Стало не много теплее, хотя все равно, капли попадали на кожу. Теперь единственным, о чем он мог думать, это было тепло и сухое помещение. Как резко меняется у человека представление об уюте, когда он попадает в экстремальную ситуацию.

Через некоторое время дождь перестал идти, а Горгун на несколько часов уснул. Ему уже давно ничего не снилось, а душевные переживания, как-то отошли на второй план. Неожиданно он почувствовал, как по телу, что-то ползает. Порыскав в лохмотьях, он достал огромную сколопендру и брезгливо откинул ее. Они теперь часто стали залазить к нему в одежду, в поисках тепла, видимо уже принимая за своего.

На утро четвертого дня, в животе стало ужасно урчать, появилось чувство, будто там, находится бездонная дыра, стремящаяся, поглотить все вокруг. Но пока чувство голода было терпимым, и Горгун дал себе твердую установку, не искать пропитание, с надеждой на то, что через некоторое время, он станет слишком слабым, чтобы вообще двигаться.

Так прошло еще несколько дней, и Горгун, действительно очень обессилел, практически не двигаясь, однако разум, который все это время пребывал в относительном спокойствии начал впадать в безумие. Все стало происходить, будто в кошмарном сне – он практически перестал себя контролировать, а мозг стал превращаться в сборище инстинктов, единой целью которых, являлось спасти организм от неминуемой гибели.

Наступила ночь восьмого дня. Горгун снова пытался заснуть, но теперь, так просто уйти в забытие, не получалось. Разум уже не подчинялся ему. Зоркий глаз заметил пробегающую мимо тень, и рука, инстинктивно, молниеносным движением, ринулась за ней. Он схватил большую жирную и сочную крысу, и резким движением свернул ей шею. Жадно схватившись зубами за хребет, он стал пожирать ее вместе с шерстью, костями и внутренностями. Кровь и мерзкая жижа, растекалась по его губам и лицу. Когда то, только от рассказов о том, как поедают крыс, его тошнило, а сейчас, эта еда была самой вкусной, которую он когда-либо пробовал. Насытившись крысой, он наконец уснул. На утро, он уже вдоволь позавтракал заночевавшими под его телом, сколопендрами, и нашел полусгнившие овощи, которые с удовольствием поглотил.

Через некоторое время, сознание стало приходить к нему, однако осознание того, что он живет на свалке и питается крысами, уже не вызывало в нем чувство омерзения. Горгун перестал думать о смерти. Теперь главной целью стало выживание.

На утро четырнадцатого дня, он вылез из своей помойки и сел на обочине дороги. Горгун представлял из себя жалкое зрелище: грязный, не бритый, в волосах ползали вши и другие мелкие твари, остатки одежды превратилась в жалкие лохмотья. Он сидел, облокотившись об стену здания, взирал, на снова хмурящееся небо. По крышам, опять за тарабанил ливень. К счастью, в этот раз он был под небольшим козырьком, и на него попадала лишь небольшая часть капель.

В это время по дороге бежал мужчина среднего роста, с небольшой бородкой. Увидев козырек, он подбежал к Горгуну.

– Милейший, не соблаговолите впустить усталого гостя, под свою крышу – сказал запыхавшийся незнакомец.

Горгун пожал плечами и не много сдвинулся, чтобы человек, тоже смог стать под козырьком.

– Сегодня такая ужасная погода. Спасибо, что приютили мокрого путника. – сказал он

–Ты издеваешься? – разозлился Горгун.

– Ни в коем разе, просто вы спасли меня от простуды, которую я бы не минуемо приобрел, если бы еще пару минут пробыл под дождем.

Горгун замолчал и уставился на противоположное здание. Но незнакомец не унимался.

– Как вас зовут?

– А тебе какая разница?

–Честно говоря никакой. Просто мне кажется, что в вас, что то есть. Меня зовут Леестард. Я капитан корабля. А вы безработный, который ждет милостыню. Кажется, у меня есть что вам предложить. Карьерный рост, достойную зарплату и социальный пакет…

***

Троица проходила по узким коридорам, которые, казалось, никогда не закончатся. Наконец, вдали тоннеля стал виднеться тусклый свет, и они наконец выбрались на наружу. После нахождения в сумрачной камере, лучи Лантареса больно резали глаза. Вокруг не было не единой души, кроме таинственного человека в черных одеяниях и странного существа синего цвета, с просвечивающимися алыми внутренностями. Охранник подвел троицу к незнакомцам и удалился. Лицо высокого скрывала, черная маска. Он заговорил, с своим спутником, совершенно не обращая внимание на рабов:

–Что скажешь, Тодд, об этих бойцах? Принесут ли они славу моему гладиаторскому дому?

–Жалкий мусор, владыка Герем Дат, они вряд ли долго протянут. – заявил Тодд, даже не глядя на них.

–кх..кххх- закашлял Эльзар.

– Тодд, ты слишком категоричен. Посмотри на этих славных людей. Они будущее Горнила! Ну или скорее всего их души пойдут на растопку разгорающейся Бездны. В любом случае они принесут большую пользу нашему мирозданию, и я буду знать, что наше правое дело не пропадет.

– я смотрю, сарказма этому черному не занимать. Сколько пафоса в речах. Вы этот бред каждому новому рабу говорите? – сказала Мэри.

Кромвик толкнул ее в бок, на что Мэри резко двинула кулаком ему в висок. Кромвик упал, бранясь.

– Я смотрю вы отличная пара. У меня появилась отличная идея, Тодд. Они будут выступать вместе в парных боях. – радостно объявил Герем Дат.

Кромвик уныло посмотрел на Мэри – Только не с этой дурой, лучше сразу скормите меня жукам.

– Успеется Кромвик, долги надо отдавать. Может у тебя получится. Победы не плохо оплачиваются – захихикал слизняковый гуманоид.

– Веди их в бараки, познакомь с остальными, скажи повару что бы накормил. – сказал Герем Дат.

Охранник в синих доспехах, которые красиво лучились на солнце, отвел поникшую троицу дальше.

– Что вы думаете, об этих отбросах, господин Герем? – спросил Тодд.

– Думаю в них есть потенциал, и я не зря потратили кучу денег. Близится новый сезон и обновление рейтинга. Я хочу, чтобы мои бойцы заняли достойное место.

– Вы не давно открыли свой бойцовый орден, но уже достигли больших высот, думаю вас ждет великое будущее и даже возможно станете одним из представителей культа.

– Очень надеюсь на это и как можно скрорее – вздохнул Герем Дат. – Могул Всепобеждающий освоился? Ты уже провел все исследования?

– Все идет как по маслу! Ваши вложения в покупку блуждающего не прошли зря. Скоро он будет готов выйти на бой. Но есть некоторая проблема с его оружием.

– Что за проблема?

– Проблемы случились, когда Могул взял мечи в руки. Клинки стали пылать и обожгли плоть нашего будущего чемпиона. Я вообще удивлен, что труп не ободрали до нитки и продали нам вместе с оружием. Я попытался их взять, но эффект был тот же. – сказал Тодд, жалостливо потирая руки.

– Это интересно…проведи исследования Тодд, хорошо? – сказал Герем, повернулся и пошел в другой коридор. Проходя через множество темных тоннелей, он наконец вышел на безжизненную поверхность пустыни. В синем небе все так же крутилась черная воронка, от центра которой отходило множество нитей.

На небольшом расстоянии от входа в катакомбы, располагалось деревянное двухэтажное здание, оббитое черным материалом. Как только Герем Дат подошел к входу, двери, с противным скрипом сами открылись. Внутри был хаос и беспорядок: всюду лежала комками пыль, разбросаны по полу вещи, из-под ног разбегались тараканы. Владыка Герем поднялся на второй этаж, где была только одна комната. В ней, в отличии от всего остального дома, было относительно чисто и выглядела она, как обыкновенный рабочий кабинет. Герем сел в кресло, и глубоко вздохнув произнес:

– Наконец можно снять эту чертову маску, будь она не ладна.

Он отжал на висках четыре крючка, и черная маска упала на стол. За ней скрывалось лицо необычного существа. Оно было покрыто шаровидными наростами, которые синхронно пульсировали. Глаза, рот и нос отсутствовали. Каким-то образом, Герем мог говорить и видеть.

Существо снова произнесло:

– Теперь надо написать письмецо.

Герем достал лист пергамента, достал перо, обмакнул в баночку с чернилами и начал писать. Продолжал он это довольно долго, постоянно что-то перечеркивая. Закончив, Герем достал из мешочка синий предмет округлой формы. Прокрутив его, он разделил его на две половинки, вложил туда свернутый пергамент, и закрутил обратно. Затем поднес его к открытому окну и сказал:

– Доставить Наблюдателю. От Герем Дата.

Синий шар взлетел и вылетел на огромной скорости умчался в небеса. Через несколько мгновений его уже не было видно.

Герем снова смотрел на воронку и сказал:

– Я практически ничего не узнал. Чувствую я застрял в этой дыре надолго.

Глава 4.

Леестард медленно двигался по мостовой, в сторону здания гильдии Моралеса. За целый день он успел выполнить кучу дел: утро началось с найма трех новых членов команды, в обед он накатил бутылочку холодного пива, а также успел зайти в бордель, где навестил свою глубоко любимую Толстую Эдду. Он попытался в очередной раз воспользоваться услугами жрицы любви, в долг, но Эдда наученная горьким опытом, ему отказала. Они просто мило поболтали и Леестард отправился на рынок. Там он, на последние сбережения, заказал новые, более чувствительные паруса для Ласточки. Когда возникал вопрос, на что потратить деньги, приоритет был всегда у Ласточки – капитан никогда не жалел финансов на свой корабль, даже в ущерб своих низменных желаний.

Но самую главную задачу этого сверхпродуктивного дня, Леестард оставил напоследок. Итак, он оказался возле входа в гильдию, где собралось большое скопление людей. Продравшись через толпу, он обнаружил, что внутри кипел хаос: всюду сновали клерки с бумагами, кто-то о чем-то яростно спорил, один лознак, с криком «цены на ниверит растут!» упал, разбросав счеты и растянулся у ног капитана. Оглядевшись вокруг, Леестард стал искать Дарью, но среди толпы торгашей ее не было. Лучшим решением, на взгляд капитана, было кого-нибудь спросить. Он зашел в самую гущу народа, и обратился к яростно жестикулирующему человеку:

– милейший, не подскажите, где находится представительница гиль… – не успел договорить Леестард.

– Отвали идиот, не видишь я занят. Эй Крот, посмотри, насколько выросли цены на ниверит?

Затем капитан обратился еще к нескольким торговцам, однако все отшили его в крайне некультурной форме. В какой-то момент ему это надоело, и он решил перейти к более действенным мерам.

Подойдя к одному из торгашей с огромным пузом, Леестрад в очередной обратился с целью узнать, где находится руководство гильдии, однако тот, даже не обратил внимание на капитана. Леестрад, со всей дури, кованным сапогом наступил на ногу торгаша, от чего тот истошно заорал:

– Нога! Нога! Охрана!

Словно из неоткуда, появились два здоровяка, схватили под руки Леестарда и выволокли из толпы. Капитан, совершенно не сопротивляясь, спросил охранников:

– Ребятки, может вы меня приведете к Дарье? У меня к ней назначено.

Услышав крики внизу, Дарья спустилась из своего кабинета, и увидела Леестарда, которого под ручки держали два здоровяка. Она почему-то совсем не удивилась картине, открытой ее взору. Капитан вырвался из рук охранников, низко поклонился в сторону девушки и произнес:

– Ах Дарья, моя заступница и защитница, я наконец пришел к вам. Не будете так любезны принять усталого путника, угостить его чашечкой чая и своими сочными булочк… – не договорил он.

– Хватит! – возмущенно воскликнула девушка, щеки которой покраснели. – Что вы здесь устроили, капитан. Объяснитесь! И почему так поздно, мы скоро закрываемся! – продолжила гневную тираду Дарья.

– Были неотложные дела, ангел мой, а сейчас мы вполне можем обсудить ваше предложение – небрежно ответил Леестард.

– Уважаемый капитан Леестард, настоятельно прошу вас, не бросаться фразочками "мой ангел" и тому подобное. Я вам еще в прошлый раз сказала, что у меня есть жених! Надеюсь, мы друг друга поняли?

– Конечно, конечно. Я больше так не буду делать. Извините.

– Ну вот и хорошо. Идемте за мной, мастер Моралес уже давно вас ждет. – уже более спокойным голосом сказала она.

Они поднялись по лестнице, на которой лежал красивый изумрудный ковер, а на стенах висели красочные картины с изображениями лишь одного человека, в разных жизненных ситуациях: на одной картине он стоит перед толпой, на другой, с мечем в руках, мчится в атаку. На третьем этаже, находился кабинет мастера Моралеса. Дарья постучалась в двери.

– Кто? – раздался властный мужской голос.

– Мастер Моралес это Дарья и капитан Леестард, про которого я вам говорила.

– Заходите.

Леестард вошел в кабинет вслед за Дарьей. Он ожидал увидеть очень богато обставленный кабинет, с золотом и всякими дорогостоящими артефактами, однако помещение было скромным и без особых излишеств: стол за которым сидел сам Моралес, (именно этот человек, был изображен на всех картинах) большой шкаф с бумагами и два кресла, в одно из которых села Дарья, а в другое плюхнулся сам Леестард. На капитана пристально смотрел лысый мужчина, с длинной черной бородой. На лысине была татуировка с изображением черепа и факела, что говорило о его принадлежности к имперской элите, которая не потеряла власть, даже после полувекового распада империи.

– Господин Леестард, как вам известно, меня зовут Моралес, и я являюсь создателем одной из самых успешных компаний, по транспортировке различных грузов. Наши представительства находятся не только здесь, но и в других областях бескрайнего мира. К сожалению, сейчас наступили довольно смутные времени и появились места, куда крайне сложно доставить груз. Из-за риска, многие команды отказываются сотрудничать, хотя оплата более чем достойная. Они считают, что жизнь дороже любых денег, и излишних риск не оправдывает себя. Дарья сказала мне, что увидела блеск в ваших глазах и готовность сотрудничать с нами. Я вижу, что вы совсем не новичок, и за плечами у вас, множество опасных путешествий. Готовы выслушать мое предложение? – произнес Моралес.

Капитан кивнул головой.

– Итак. У нас есть постоянный заказчик. Имени он своего не раскрывает, но в отчетности мы указываем псевдоним – А. Товарищ А, в течении нескольких лет пользуется нашими услугами по доставке писем в Кел Тиран. Нам все равно, что написано в этих письмах, но платит А очень достойные деньги. Все было хорошо, письма исправно и в срок доставлялись, но последний год начались проблемки. Изменился адрес доставки. Теперь это Пограничье – рассадник пиратства, преступности и сектантов. Понимаете, к чему я клоню капитан?

– Понимаю мастер Моралес. Пограничье опасная территория, но Юргуфова шея, но мой взгляд еще опаснее. И ее придется перелетать всю, так как, только, Гиранский поток, может привести к Приграничью.

– Верно. В течении пяти месяцев мы отправили две команды, но увы ни одна из них не вернулась. Это были классические торговые корабли, большой вместимости. Мы их дополнительно загружали товарами – не возить же на таком судне одно письмо? Насколько мне известно, у вас корабль из верфи Ласка, а его суда были предназначены немного для иных задач, чем просто торговля. Они служат для быстрого перемещения, разведки и шпионажа. Как раз, то, что нам и надо. Я уверен, что вы сможете очень быстро доставить послание. Если мы в этот раз не доставим письмо, товарищ А прекратит с нашей гильдией сотрудничество, что больно ударит по уже и так пошатнувшейся репутации. Поэтому, заплачу двойную цену за выполнение этого задания. А это шестнадцать тысяч. Устроит?

Леестард услышав сумму поперхнулся.

Моралес усмехнувшись сказал: – Думаю вы согласны. Я бы возможно не стал бы соглашаться, пока не узнал, что ваш корабль – легендарная Ласточка. С таким судном можно идти на любые подвиги. Кстати, не хотите ли его продать?

– Корабль не продается – холодно ответил Леестард. – Но на предложение о доставке письма я согласен. Когда можно лететь?

– Не спешите капитан. Завтра мы подпишем документы, уточним кое какие нюансы. И кстати! Вы уже знакомы с Дарьей. Она очень хорошая работница, но, к сожалению, как раз те команды, которые потерпели неудачу, были наняты ей. От этого заказа зависит авторитет гильдии, поэтому Дарья полетит с вами, дабы в точности проконтролировать выполнение задания. Надеюсь, вы будете не против? – улыбнувшись сказал Моралес.

– Что?! Мастер Морале… – вскрикнула Дарья.

– Я только за! Она украсит своим присутствием серые будни команды…ну и мои тоже – растянувшись в улыбке произнес Леестард.

– Мастер Моралес, у меня на носу свадьба. – жалобным голосом произнесла Дарья.

– Если вы не полетите с капитаном Леестардом, то будете с позором уволены, с отрицательной характеристикой, после которой, вас работать, даже в самую захудалую таверну, не возьмут. Вам ясно?

– Угу – жалобно промычала она.

– А теперь простите меня, есть дела. Завтра утром, жду вас у себя, капитан, для обсуждения всех вопросов, касаемых заключения контракта.

Светящийся от счастья Леестард и темная как грозовая туча Дарья, вышли из кабинета. Они молча спустились по лестнице. Подойдя к выходу из здания, он спросил:

– Может я покажусь грубым, но уже настала ночь, и такой красивой девушке, опасно ходить по темным переулкам. Разрешите я вас проведу, тем более что мы с вами уже в одной упряжке.

Дарья вздохнула и ответила:

– Ну ладно… проведите. Расскажу, Эдуардо, что свадьба отложится на неопределенный срок, а может и навсегда – заплакала Дарья.

– Успокойтесь, у нас первоклассная команда, во главе с отличным капитаном, который бывал во многих передрягах. – с наигранной скромностью в голосе, сказал капитан.

Девушка на мгновение перестала плакать, широко раскрыв зеленые глаза, посмотрела на Леестарда, после чего с новой силой стала рыдать.

Когда девушка успокоилась, они молча пошли по улочкам ночного Каргата. Рабочие уже начинали зажигать фонари, которые светились, за счет горючего топлива. В идеально чистом небе, стали появляться первые огоньки аймаров. Некоторые из них, были всего лишь точками, а другие выглядели как расплывчатые амебы. Вот, этот, маленький мирок – Кел Тиран, родина капитана Леестарда, а вот тот, растленный уголек – далекое Пограничье. Так, разглядывая небо, капитан провел свою прекрасную спутницу к месту жительству – «чудовищному» архитектурному детищу современного Каргата. Это была серая многоэтажная коробка, с железными дверями и множеством мелких окошек. Последнее время, выросли целые районы подобных «чудовищ», вытесняя величественные сооружения, времен империи. Дарья остановилась и произнесла:

– Ну вот я и на месте. Спасибо что провели. Кстати, где ваш корабль?

– Не далеко от вашего милого семейного гнездышка! Стоянка северного порта, шестое место. Если что, я вас там жду! – подмигнув, сказал капитан.

– Ах, ну буду знать. Доброй ночи и до завтра. Не опаздывайте к мастеру Моралесу.

– И вам хороших сновидений.

Леестард насвистывая песенку, направился к стоянке корабля. У него очень давно не было такого прекрасного настроения. Дорога к Ласточки заняла около часа времени. Капитан по веревочной лестнице поднялся на палубу. Как всегда, вахтовый, громко храпел. Леестард решил не продолжать славную традицию, пнуть спящего вахтового, и спустился в кают-компанию, откуда был слышен веселый смех и разговоры.

Открыв двери, капитан увидел свою разношерстую команду, которая играла в карты, пила пиво и веселилась

– оболтусы, настало наше время! – крикнул Леестард – я взял плевый заказ на десять тысяч монет!!

На несколько секунд воцарилось молчание, а потом раздались радостные крики. Грязный Джо подбежал к капитану, обнял его и подвел его к столу.

– Садитесь капитан! Кормилец вы наш! Дед гордился бы вами. – произнес Джо.

– Ну что! Раскидывай картишки! – крикнул Леестард.

Началась веселая попойка, а затем начались танцы. Когда Леестард уже выпил несколько стаканов крепкого эля, в кают-компанию зашел вахтовой.

– Капитан. Какая-то женщина хочет подняться на борт, говорит, что знает вас.

– Ааа, ик… это, наверное, та малышка, которой я засадил пару дней назад. Дочь какого-то лорда. Она настолько от меня без ума, что лезет уже на корабль. – сказал пьяный Леестард.

– капитан – это случаем, не прекрасная Аурелия? – произнес гнусавый голос из угла.

По кают-компании разразился смех. – Ура капитану, ублажателю толстых сердец!

Леестард пошатываясь направился к борту корабля. Он увидел Дарью, лицо которой было красное от слез, а волосы растрепаны в разные стороны.

Отрезвев от увиденного Леестард, робко спросил:

– Дарья…что случилось?

– Он…он… я застала этого козла в постели, с какой-то шлюхой…

– Вот же мерзкий слизняк! Что я могу сказать. – Леестард поднял в воздух бутылку – Добро пожаловать в нашу уютную компанию!

***

В воздухе стояла невыносимая жара подогреваемая, крупными мошками, которые садились на кожу. Они были бичом Горнила, так как водились в огромных количествах и в самых разнообразных формах. Однако Жабе они абсолютно не мешали, более того, были отличным лакомством и разминкой для его длиннющего языка.

Он спустился в относительно прохладные камеры, для недавно прибывших гладиаторов, неся поднос с едой. Жаба подошел к одной из камер, постучал и криком возвестил:

–Еда!

Затем он открыл дверцу для еды. Из нее высунулись жилистые руки.

– Спасибо. Я новенький тут. Зовут Эльзар. Не знаешь, когда меня выпустят вместе с остальными и вообще, можешь рассказать, что здесь происходит?

– Меня зовут Жаба. Я даже вкратце не могу рассказать, так как сам нахожусь здесь не давно.

– Хм… странное у тебя имя. К какой ты расе относишься? Я таких раньше никогда не видел.

– Позже поговорим, для начала я разнесу еду остальным.

Жаба передал тарелку с кашей и нечаянно коснулся руки Эльзара.

Неожиданно, в голове блуждающего понесся ураган мыслей и видений, из которых стала вырисовываться картина. Он начал видеть чужими глазами.

… Вокруг бушевала огромная битва, уходящая за горизонт. Без конца и края бились ратники с ужасающими тварями. Он сидел на спине гигантского существа, которое мчалось через долину, давя и подминая под своими лапищами, толпы врагов. Целью его был громадный титан, возвышающийся над облаками…

Видение Жабы также неожиданно окончилось, как и началось. Он с удивлением посмотрел на дверь камеры. Такого он никогда не видел – ведь это была картина из далекого будущего.

– «Странно, ярко, необычайно. По всей видимости Эльзар отмечен.» – подумал Жаба.

Он убрался из подземных камер и стал проводить уборку тренировочной площадки, перед вечерними занятиями гладиаторов. Жаба проводил уборку два раза в день. В его обязанности также входил разнос пиши новичкам, раненным и больным. За время нахождения в Горниле, он особо ни с кем не контактировал, так как вел затворнический образ жизни и выходил из своей комнаты, когда никого не было, хотя ограничения по передвижению, в гладиаторском доме Герем Дата, у него не существовало. У такого поведения Жабы было свое объяснение: размышлять, а главное видеть картины будущего, он мог в основном, только в уединении с собой.

Жаба глубоко вздохнул и стал засыпать ямки, оставшиеся в песке, после интенсивных тренировок. Площадка всегда должна быть идеально ровной. Закончив работу наполовину, он решив не много отдохнуть и прислонился к полуразвалившейся стене, которая стояла на площадке. Он смотрел в небо, где все так же крутилась злосчастная воронка и постепенно начал усыпать…

…Жаба с большой скоростью летел через черную пустоту, совсем не ощущая присутствия своего тела. Он совсем не осознавал время, однако казалось, что оно прогибает вечность, и как будто он всегда был в этом месте. Но вскоре что-то поменялось. Жаба стал видеть в пространстве светящиеся точки, которые через время, стали превращаться в расплывчатые огненные шары, разных цветов. Он посмотрел вниз и заметил бескрайний силуэт темно-серого цвета, казалось, что скоро огромная стена преградит ему дорогу. Подлетев ближе, перед ним предстала поверхность, покрытая глубокими каньонами, в один из которых, Жаба стал стремительно спускаться. Пролетев бесчисленные залы, и гигантские комнаты с сталактитами, он резко остановился. Перед ним открылось «Нечто» .... Громадный серебристый шар испускал приятное тепло, от которого никуда не хотелось уходить. Внезапно в голове пролетело одно слово – "Семя".

Жаба очнулся. Снова дурацкие сны. Каждый раз ему снились какие-то события, хотя как правило он их не запоминал, оставалось лишь эмоциональное послевкусие, которые быстро улетучивались. Но в этом случае все было по-другому – Жаба осознал, что эта светящаяся субстанция существует и невероятно важна, однако он еще не знал для чего…

***

Дарья однозначно не относилась к категории девушек-худышек, но совсем не была толстухой. В ее внешности, гармонично сочетались милое личико и приятная полнота. А еще она была довольно высокая, на пол головы выше капитана Леестарда. Родилась Дарья в одном из хороших районов Пеллана, небольшого селения, расположенного в четырехстах лигах от Каргата.

Леестард налил бокал эля заплаканной Дарье, лицо которой покраснело, а тушь потекла.

– Дашенька не плачь. Выпей волшебного пойла, оно склеивает разбитые сердца. Если хочешь, мы с ребятками можем устроить этому гаду веселую ночку.

– Не..не на..до – сказала Дарья снова заревев.

– Иза, ты ведь тоже баба, поговори с ней успокой. – сказал Леестард.

Изольда, корабельный кок, а в прошлом проститутка, присела рядом с Дарьей и налила себе бокал эля.

– Леестрад прав, выпей. Ненадолго поможет. Мне, во всяком случае, помогало.

Дарья залпом выпила бокал, затем налила себе еще один, и так же одним глотком осушила. Леестард наблюдая за этим зрелищем из-за соседнего стола, на котором происходила яростная карточная баталия, произнес из-под носа:

– Та еще штучка.

Изольда принялась расспрашивать Дарью, о произошедшем:

– Ну, рассказывай, что и как произошло?

– Эду..Эду…этот ублюдок изменил мне с какой то размалёванной шлюхой. Она, насколько мне известно, выступает моделью в одном из торговых домов, так сказать, рекламирует бренд. Сейчас стало модно, приглашать полуголую девицу в торговый дом, чтобы мужики, истекая слюнями, побыстрее подписывали соглашения.

– А Эдуардо чем занимался? – спросила Иза.

– Он работает в одной из соседних гильдий. Они заключали контракты с Дурмундскими торговцами, в основном. А мы как раз и занимаемся доставкой этих товаров. Так, что работа у нас взаимосвязана. Познакомились мы с ним, как раз, во время заключения одного такого соглашения. Я была посредницей и следила за правильностью подписания сделки, так как у меня имеется хороший опыт. Если честно, то вспоминая наши трехлетние отношения, я начинаю понимать, что под пеленой розовых очков, много чего не замечала, вернее не хотела замечать – его выходки, эгоистичное поведение, так что, вполне вероятно, что он мне и раньше изменял. Я была вполне удобным вариантом, с мозгами, деньгами и перспективами. Ладно не хочу о нем. Расскажи Иза, как ты попала на этот корабль? Извини, конечно, но ты единственная женщина среди этого сброда, тебе не страшно?

– Нет не страшно. Да я уже и не единственная женщина – улыбнулась Изольда. – А встретились мы с капитаном довольно давно – в старой таверне, где я была поваром…

***

– Ты помнишь этого барона, который приходил к тебе на прошлой неделе, Иза?

– Как не забыть, он был весьма щедр! – ответила Изольда.

– И сколько за ночь? – спросила изящная и фигуристая девушка.

– Столько информации, что можно обрушить рынок кригулового газа, в любой, наиболее выгодный момент, да так, что летать смогут даже крысы. – с усмешкой ответила Иза.

– Ох, Иза! Мне ещё очень долго учиться, чтобы так мастерски выуживать из клиентов нужную информацию.

– Все приходит с опытом, Мэрри. У тебя есть талант к общению и обольщению мужчин. Я тебя порекомендую главе. Честно говоря, мне всегда больше нравилось быть танцовщицей. Все смотрят, наслаждаются плавными движениями моего гибкого тела. Эта работа доставляла мне превеликое удовольствие. А сейчас…приходят мужички, которые, не то, что женщине удовольствие доставить не могут, так они своим "дружком", мало способны управляться. Каждый норовит доказать, что он самый умный, а ты всего лишь тупая шлюха. Хотя, конечно, в этом и есть смысл. Дать понять ему, что он герой и многого стоит. Он возгордится и начнет рассказывать, то что обычно держит в тайне и хвалиться своими подвигами.

– Сколько ты уже в этом борделе? – спросила Мэрри.

– Полгода где-то. Я думаю, что как только передам информацию главе, то сразу отсюда уйду.

– Почему хочешь уходить? И как в ордене происходят перемещения?

– Думаю, что на этом, моя блистательная карьера жрицы любви, закончится. Хватит уже. Вопросами перемещения заведует глава ордена. Если будет необходимость, тебе предложат переместиться в другое место. А там уже, у тебя есть выбор – соглашаться или нет. В общем, отношение здесь довольно-таки лояльное, но наглеть совсем не стоит. – ответила Изольда, расчесывая волосы.

– Эх Иза, так не хочется, чтобы ты уходила. Здесь все такие злые, и вообще складывается ощущение, как будто я нахожусь в курятнике. Ты единственная моя подруга. – не успела договорить Мэрри.

В комнату постучали. Изольда – молодая и изящная девушка, небольшого роста с изумительными золотистыми волосами и изумрудными глазами, открыла двери.

На пороге стоял мужчина, неприметной внешности и довольно-таки неопрятно одетый.

– «Горн завис над зобом». – тихо произнес он.

– «Корешок не виден из-за животика». – сказала в ответ Изольда.

Мужчина сумбурно передал свёрток и быстро скрылся.

Изольда быстро развернула свёрток, в котором находился клочок бумаги с корявым текстом.

" Иза. В пятый день коровы. Ты в экипаже. Лучший вид. Вечеринка. Ушки на макушке. Поместье Воруа. 14.00."

– Что это? – удивлённо спросила Мэрри.

– То, что я больше всего ненавижу. Вечеринки богатеев. Они частенько заказывают самых красивых девочек. Иногда всё проходит мирно. Однако, богатые люди, это искушенные люди – у них хватает возможностей каждый раз попробовать, что-то новое. Так, что частенько эти сборища превращаются в мерзкие оргии. Ладно, тебе это пока ещё рано знать, Мэрри.

Через несколько дней, после получения указаний от ордена, она начала готовиться к своему выходу. За ней должна была приехать карета и привести к месту проведения вечеринки. Изольда самым тщательным способом готовилась к работе. Она пользовалась лучшей парфюмерией и косметикой, шею и уши обрабатывала специальными афродизиаками, а ее желтое платье, превосходно облегало все самые волнующие изгибы. Этот рабочий день, должен был стать последним. Иза накопила достаточное количество денег, чтобы открыть свою собственную гостиницу. Можно было найти мужа, потолстеть и родить толпу спиногрызов.

Однако всему этому не удалось сбыться…

После приготовления, в назначенный час, приехала карета и забрала ее и ещё двух девушек.

Во время недолгой дороги, девушки шутили и хохотали. Одна только Изольда была серьезной. Она была единственной, кто не ехал развлекаться. Судя по всему, встреча должна была быть с очень серьезными людьми. А это почти всегда большой риск, ведь когда-нибудь ее могут опознать и тогда одной судьбе известно, что может произойти. Наконец карета остановилась возле величественных черных ворот, но которых было выгравировано изображение табуна лошадей. Это был вход в поместье Антэса Воруа – одного из богатейших промышленников, не только Кел Тирана, но и других вольных городов. Он поднялся благодаря продажам кригулового газа, залежами которого славился Кел Тиран. Во время существования великой империи людей, династия этого аймара, была основным конкурентом Каргатского верховенства. Также, ходили слухи, что у Антэса Воруа была любовь к разнообразным извращениям. Правда это или нет – предстояло выяснить Изольде и возможно другие секреты. Пройдя через ворота, они оказались на лужайке, на которой, причудливой формы, фонтаны, пускали струи воды. Посреди всего это прекрасного совершенства стоял огромный дом, напоминавший скорей крепость. Возле него уже собралась толпа из высшего сословия Кел Тирана.

Люди, которые столпились возле входа, были разодеты в маскарадном стиле: вот например девушка – в маске изображающей роа – птицу с зубастым клювом, а низ – простая рыбацкая сеть, практически не скрывающая наготу; мужчина в костюме шута с вырезами для ягодиц; ещё один очень толстый мужик, был одет в обтягивающий кожаный костюм с плёткой в руках.

– Иза, а ты знала, что будет маскарадная вечеринка? – спросила одна из девушек.

– Совершенно нет. И это очень странно, что нам не сообщили. Мы будем как белые вороны. – встревоженно сказала Изольда, ведь клиенты, делая заказ на такие вечеринки, всегда предупреждают о стиле одеяний. Но в этом случае такого не произошло, что очень настораживало Изу.

К ним подошёл мужчина средних лет, с проседью в волосах, один из не многих, кто был одет в строгом стиле.

– Харум, уважаемые дамы. Вы из верховного дома наслаждений, леди Анамантай? – спросил слуга.

Иза сладко улыбнулась и ответила – Вы совершенно правы. Лучшие девушки. Но извольте, наверное, произошла нелепая оплошность! Почему нас никто не поставил в известность, о том, что будет маскарад?

– Так было предписано господином Воруа. Все приглашенные для «веселья», должны отличаться от остальных гостей. Прошу за мной.

Иза и ее подружки по работе, пошли через другой вход в здание, где уже находились другие девушки и юноши, которые, также не были готовы для маскарадной вечеринки. Их было несколько десятков, что было многовато для подобного празднества.

Слуга открыл на вид неприметные двери и провел их через череду длинных коридоров и лестниц, освещаемых тусклыми факелами. Наконец, шумная толпа мужчин и женщин остановилась возле входа в зал. Стояли они так достаточно долго, а Изольда в это время вслушивались в каждое слово. Это место казалось ей подозрительным, а внутренний голос прямо-таки кричал убежать отсюда. Однако, она не была бы собой, если скрывалась от признаков опасности.

Двери в зал открылись, заиграла музыка и начался маскарад. По предварительным подсчетам Изольды, в помещении находилось около пятидесяти представителей бомонда и три десятка приглашенных гостей, включая и ее.

Повсюду шныряли слуги с подносами, на которых была еда и напитки. Изольда взяла бокал с вином и стала пристально наблюдать за происходящим. Ее необыкновенный слух, помогал услышать и выявить среди толпы, даже самый тихий диалог. В число ее талантов, также входила возможность одновременно концентрироваться на нескольких людях, дословно запоминая, о чем они говорят.

Пока, к сожалению, ничего интересного не происходило: один лорд, оказывается изменяет своей супруге с местным садовником, глава банковского конгломерата берет огромные взятки, а собака лорда Воруа родила семерых щенят. Это было не то, за чем сюда пришла Иза.

Ее сеанс сканирования толпы, прервал выход на верхнюю лоджию, самого Антэса, организатора сей содомии. Он был одет в красную мантию, с золотыми вставками. Рядом с ним находился высокий седовласый мужчина. От него прямо исходили волны какой-то необъяснимой энергии харизмы. Сам, Воруа выглядел очень молодо, хотя на деле, ему уже было много лет.

– Харум, дорогие гости! – необычно громко объявил Антэс. – сегодня я собрал вас, наших посвященных, чтобы объявить важную и невероятно хорошую новость. Скоро мы разбогатеем настолько, что сможем купить любую душонку этого мира. Скоро, мы сможем переделать все вокруг под себя, как нам захочется. Я и вы будем богами нового мира, нового порядка!

Со стороны толпы послышались довольные возгласы. Иза пригубила вино из бокала и подметила, что в нем присутствуют необычные вкусовые нотки. Похоже она попала на сбор этих чертовых фанатиков, которые после падения империи, произошедшего буквально пару лет назад, значительно усилили свое влияние.

Антэс продолжил:

– Как вы знаете, я очень долго помогал нашим братьям в одном очень важном проекте. Это было секретное задание, но закончив его, я вправе объявить о результатах. Мы построили самую крупную арену, на пустынном аймаре вблизи Зильмерийской империи. Уже заключили контракты на поставки душ. И не простых, а первоклассных воителей. Сегодня я хочу открыть для вас новую арену – Горнило!

В этот момент в зал вошли слуги, неся на подносе огромный торт, являвшийся точной копией Горнила. Из толпы послышались радостные возгласы: – За новый порядок! За светлый и счастливый мир!

Антэс произнес:

– А сейчас отдыхайте мои любимые гости, веселитесь, наслаждайтесь напитками с нарханом и нашими приглашенными друзьями, они исполнят все ваши тайные желания!

Изольда посмотрела на бокал и про себя подумала:

–«Так вот, что за странный привкус вина. Они подсыпали нархан, наркотик, действующий как афродизиак, затуманивающий сознание.»

После объявления Антэса, началась содомия: гости бросались на представителей древнейшей профессии, как голодающий на жирный кусок мяса. Кто-то просто мило общался, кто-то только начинал приставать, а некоторые сразу переходили к делу – совокупляясь прямо в зале, совершенно не стесняясь окружающих.

К Изольде подошёл мерзкий старикан и начал разговор:

– Эх молодость, молодость, как же я любил это время. Ты необычайно красива, доча.

– Спасибо большое…эээ… – произнесла Иза, ожидая, когда незнакомец скажет свое имя.

– Тробладыр. Ты похожа на мою дочку, она такая же златовласая. Не против, если я тебя буду называть дочей?

– Как вам угодно, мистер Тробландур – вежливо ответила Иза.

– Тробладыр, прошу заметить! Я также хочу, чтобы вы меня называла милый папочка. – мерзко улыбаясь сказал старикан.

– Как вам угодно, милый папочка – сказала Изольда, попытавшись изобразить улыбку.

– Как же славненько – сказал Тробладыр, взял за руку Изольду и с силой потащил из зала.

Пройдясь по коридору, он завел ее в первую попавшуюся комнату.

– Моя доча, хочу, чтобы ты поцеловала моего младшего братика – сказал старик и начал снимать штаны.

– Тогда получается он мой дядя – холодно заметила Иза.

– Да неважно. – торопливо сказал Тробладыр, подошёл к Изольде и начал целовать ее губы.

Гремучее сочетание алкоголя, наркотиков и смрадного дыхания папочки, сделали свое дело. У Изольды из желудка, ком непереваренной пищи, стал предательски подыматься вверх.

– Извините… я на секундочку, Трублохер. – сказала Изольда, пытаясь сдержать рвотные позывы.

Она выбежала из комнаты и стала бежать по коридорам в поисках уборной. Однако коридоры были пусты, спросить было не у кого, а комок все ближе и ближе подходил к горлу. Наконец, Изольда остановилась возле приоткрытой двери в комнату и ее стошнило на пол.

В этот момент она услышала разговор двух мужских голосов, один из которых явно принадлежал Антэсу:

–… Серьезно думаешь, что у знатных идиотов Каргата, появилась принцесса, а Иролиск?

– я думаю они блефуют. Все потомки императора были истреблены во время «великой бойни». Никто не мог выжить. Но срочный созыв, всех, для заседания в ЗОС – этого не было очень давно. Нам не в коем случае не нужно объединение. Они захотят бороться с нашей идеей. Они боятся нашего растущего влияния.

Голоса замолкли. Изольда, поняла, что нашла сокровище. Потомок императора, новое объединение всех свободных городов. Такие новости будут очень дорого стоить.

Она развернулась, и пригнувшись, тихонечко попыталась уйти, но встретила твердое препятствие. Иза подняла глаза и увидела седовласого Иролиска.

– Как ты? – удивленно произнесла она.

Иролиск схватил ее за горло и сказал:

– Одна из твоих пташек нас подслушивала.

Антэс пристально посмотрел на Изольду и сказал:

– Все равно, ни одна из шлюх не выйдет отсюда живой. Так, что можешь наконец, проверить его силу.

Иролиск улыбнулся, и начал сжимать горло Изы. Она почувствовала необычную слабость и лёгкость, а затем ее накрыла тьма. Но несмотря на это, она продолжала слышать голоса.

Иролиск отпустил шею, и на пол упала совсем другая Изольда: от былой молодости и красоты не осталось и следа. Теперь, там лежало изможденное тело, покрытое морщинами, золотистые волосы поседели. Она превратилась в старуху.

– Это необычайно приятно, питаться чей то жизненной силой. Мне нравится дары нашего повелителя. – произнес Иролиск.

– Ты полностью ее высосал?

– Ах, нет, просто придушил. Прикажи слугам, что бы выбросили тело за город.

Иза очнулась по среди поля. Она лежала в канаве, а по щекам тарабанил дождь. Было очень холодно. Начали появляться первые сумбурные воспоминания о произошедшем. Она встала и двинулась в сторону города. Изольда понимала, что необходимо на время затаиться, и лишь потом воспользоваться своими сбережениями, которые находились в банке. К сожалению, в банке, владельцем которого являлся Воруа. Проходя мимо большой лужи, она взглянула на свое отражение. И не поверила своим глазам. На нее смотрело изрезанное морщинам, тусклое лицо. Совершенно точно, это была она, но через много-много лет. С ужасом, Иза стала щупать кожу лица, чувствуя мерзкие складки кожи. Ее прекрасные волосы, стали седыми и торчали во все стороны. Во рту не хватало доброй четверти зубов. Изольда зарыдала. Лучше бы она умерла.

***

..... За столом сидел мужчина среднего роста, с небольшой бородкой. Веселые серые глаза, пристально осматривали все вокруг. Он был одет просто. Темная куртка с пятнами грязи, серые штаны и сапоги, заляпанные в болоте. Не смотря на самую обыкновенную внешность, в нем было, что-то необычное. Изольда всегда видела это в людях, на инстинктивном уровне.

Она поставила поднос с едой и пивом, на стол возле мужчины. Игривые глаза уставились на нее и Иза, невольно улыбнулась.

– Вы, наверное, хотели спросить, почему я такой прожорливый? – спросил незнакомец.

– Нет, мне…– не успела сказать Иза.

– Я уже давно наелся, но просто такой вкусной еды, давно не ел. Скажите, кто этот бог, кто так вкусно готовит?

– Я… – смущённо потупив глаза сказала Изольда.

– Вам нравится работать в этом гадюшнике, где собираются не самые приятные лица, которым все равно, что приносят есть? – спросил незнакомец.

– Не очень, но выбора нет.

– Вам значительно повезло. Наш кок, очень плохо готовил, поэтому один мой матрос, зажарил его и съел. Ох, уж этот Коро, не умеет себя сдерживать. – задумчиво сказал мужчина.

Иза, с недовольством посмотрела на него.

– Ой, да я шучу! – фальшиво засмеялся мужчина. – меня зовут Леестард. Нам нужен кок на корабль. Хотелось предложить вам работу.

Глава 5.

Аймар Каргат освещал Дилартан – синеватая и холодная звезда. Тем не менее, благодаря близкому расположению, в крупнейшем городе человечества, практически всегда была теплая и благоприятная погода. Внутри аймара находились огромные залежи кригулового газа, с помощью которого, земля находилась в довольно устойчивом состоянии, уже долгие годы. Так было не всегда: всего лишь пару тысячелетий назад, Каргат, находился не много выше Дилартана, из-за чего климат был на порядок холоднее. В те времена, на небе можно было наблюдать две звезды: Каргат попадал в объятия Эсмеранда, хоть он и был, лишь тусклым зеленым пятнышком, парящим в небосводе. Именно в Каргате, появились первые компании по добыче кригулового газа – вещества, гораздо более легкого, чем окружающее мироздание и дающее возможность летать через космос. Возвышению города, также способствовало удачное расположение – аймар находился на стыке важнейших воздушных течений. Они являлись своеобразными ветрами, с помощью которых, удобство перемещения через пространство, к другим аймарам, значительно возрастало.

Утренний ветерок возвестил начало нового дня, вместе с наглыми птицами норовящими нагадить на палубу Ласточки. Этот корабль – вершина мастерства корабельных зодчих, легендарной верфи Ласка, представлял собой довольно неприметное сооружение, без той степени изысков, которая присутствовала на дорогих моделях. Но не в этом была его особенность. Сердце корабля – его система труб и главное двигатель, обладали возможностью разгонять движение, до гораздо больших скоростей, чем любое другое судно. Ходили легенды, что детища Ласка, обладали душой.

Капитан Леестард потягиваясь и зевая, вышел из своей каюты на палубу. После веселой ночки, во рту было неприятное послевкусие и страшно хотелось пить. Он очень удивился, увидев в столь ранний час Дарью, которая сидела на скамеечке и читала книгу.

– Какой вдохновенный вид, открывается мне. Невиданная красота сидит на скамье. Ах, Дарья, я не могу удержаться от того, чтобы не…

– Сказать глупость, что ты сейчас и делаешь.

– Мы уже на ты? Прелестно, прелестно. Это важный этап наших отношений. Скоро у нас будет первое свидание. Я думаю, что идеальным местом, будет моя кровать. Моя дорогая, ты знаешь, что это самый роскошный предмет мебели, который ты когда-нибудь видела и приобрел его у двух торговцев мертвечиной…

– Леестард, вот мне интересно. Ты идиот или им притворяешься? – прервала Дарья Леестарда.

– А ты видела на этом корабле, кого-нибудь нормального? – парировал капитан. – Кстати, что за литературу читаешь и откуда ты взяла книгу, в этом рассаднике безграмотности. – продолжил Леестард, взмахнув руками, жестом указывая на весь корабль.

– Мой любимый автор, Фреди Курсе. Пишет разнообразные романы о шарообразном аймаре, где происходят разные истории: вот, например эта книга о богатом мужчине, красавчике, который влюбился в торговку сладостями. Но у него есть маленький секрет: он любит жёсткие ласки, нередко переходящие грани разумного. Такой романчик с эротическим оттенком.

– Ой, самые жёсткие ласки, которые можно испытать – это в гостях у мадам Аурелии. Аймар – шар. Это похоже на бред сумасшедшего. Как они ходят по нижнему полушарию? Вниз головой что ли? Аймары могут быть только плоскими. Бредовые книжки читаешь Дашенька. – вполне серьезно ответил Леестард.

– Кто такая Аурелия? – спросила Дарья.

– Лучше тебе не знать. Эта женщина исчадие мира смерти. При встрече с ней, даже самые сладостные ласки, превращаются в жгучие мучения!

– Да уж… Думаю лучше мне не знать всех подробностей. Капитан, после подписания бумаг у мастера Моралеса, мне нужно будет сходить на некоторое время домой, и собрать вещи. Надеюсь, без меня вы не улетите? Хотя…так хотелось, чтобы без меня.

– Дашенька, без тебя корабль никуда не взлетит. – сказал Леестард, глупо улыбаясь.

Через некоторое время, Леестард и Дарья уже шли по улицам Каргата. Капитан предложил воспользоваться летающей каретой, раз у них теперь есть деньги, однако его прекрасная попутчица решила прогуляться по городу. Тем более, скорее всего, это последняя прогулка по ее родному городу. Дарья в уме проклинала момент первого знакомства с капитаном, когда она, скорее от отчаяния, решила предложить работу в гильдии. Если опытные капитаны, по неведомым причинам гибли в Юругуфовой шее, то, как считала Дарья, корабль идиотского капитана, туда даже до него не долетит. Но все эти негативные мысли, были ничем, по сравнению с предательством жениха. Хотя, в глубине души Дарья понимала, что все должно было случиться именно так, и ни как иначе. Она была очень удобным вариантом – примерная девочка с хорошими перспективами и достаточно обеспеченными родителями, помощи которых, Дарья никогда не просила. Она закрывала глаза на его, казалось, невинный флирт, с дамами, нарциссическое поведение и самолюбование. Но, как и многие другие тысячи обманутых женщин, Дарья слепо верила, что своей любовью она изменит характер человека. Эдуардо изменил ей, причем особо не скрываясь, видимо полностью осознавав, что ресурсами богатых родителей Дарьи, воспользоваться не удастся.

Леестард, всю дорогу до гильдии, рассказывал какую-то чушь, а его спутница уныло молчала, что совершенно не смущало капитана. У него частенько, в беседах с людьми, отсутствовало чувство такта, а может он и специально не хотел замечать настроения окружающих.

В гильдии торговцев был выходной день, и Моралеса не было на месте. Однако он дал указание своему первому секретарю, оформить договор. Секретарь, быстро дал расписаться в паре бумажек и договор о доставке письма товарища А, был составлен. В течении дня, курьер должен был доставить «груз», на Ласточку. Когда они вышли из здания гильдии, Дарья произнесла:

– Леестард, здесь мы временно можем распрощаться, как я и говорила, мне надо сходить за вещами домой.

– Улицы опасны, для столь нежного создания как ты, Дашенька. Не соблаговолишь ли сопровождать тебя, в этом трудном путешествии. – сказал Леестард с наисерьезнейшим выражением лица.

Дарья прижала пальчик к губам изображая размышление.

– Ммм… разрешаю понести мои сумки с вещами. – стервозно сказала она.

– Ох, это такая честь для меня. – с иронией сказал капитан.

Они прошли через мостовую и аккуратные улочки, выложенные цельными булыжниками. По всюду были красиво постриженные деревья, ветви которых ломились от ярких плодов. Когда они прибыли к серой коробке, которая звалась домом Дарьи, Леестард заметил, что при свете дня, это место было совсем ничего. В центре приятного дворика стоял огромный фонтан, от струй которого, расходились во все стороны, радужные блики. Они зашли в серое здание. Внутри, было совершенно не так уныло: стены были разрисованы красочными картинами, а по углам стояли экзотические растения. Поднявшись по лестнице, Леестрад увидел длинный коридор, по бокам которого, в правильном порядке, почти на против друг друга, располагались деревянные двери. Возле одной из них лежала куча вещей.

– Ах он навоз бромеглота, уже выбросил мои вещи! – разъяренно воскликнула Дарья и ударила ногой по двери. Леестард стал собирать раскиданные вещи и увидев кружевные предметы нижнего белья, принялся их разглядывать:

– Смотри я такой себе колпак нашел. – сказал капитан, натягивая на голову чулок.

Только Дарья хотела ударить Леестарда, как дверь резко открылась и вышел ее бывший жених – Эдуардо.

– Забирай, забирай вещички жирная корова. А это, кто, новый ухажер? – с издёвкой сказал он.

– Милейший, я бы так не выражался. А то, я буду приходить и гадить каждое утро вам под двери. И да, ещё буду размазывать по дверям. А по выходным, ещё будет приходить моя команда, которая будет пить здесь и гадить вдвойне. – спокойно сказал Леестард.

– Закройте оба свои рты! – крикнула Дарья. – я не хочу выяснять с тобой отношения, просто дай мне нормально забрать вещи.

Неожиданно Эдуардо скривился и попытался нанес удар кулаком, по лицу своей бывшей невесты, однако Леестард сумел вовремя среагировать и подставился под раздачу. Очнулся он, уже лёжа в красивом дворе унылого дома.

– Мне видимо хорошо отрихтовали, мое прекрасное личико – сказал капитан, поглаживая свою голову.

– Леестард…прости меня! Я не думала, что он сорвётся с цепи. Иии… Спасибо тебе. Я не ожидала, что ради меня ты подставишься под удар.

– Помощь тебе доставляет мне неописуемую радость. Такую радость, что у меня зачесалась пятка. Кстати, не соблаговолишь ли, мне ее почесать? – заигрывающим голосом сказал капитан.

– Своими фразами ты умудряешься мгновенно разрушить все чувство моей благодарности! – гневно воскликнула Дарья.

– Ты вынесла все вещи сама? Я удивляюсь твоей силе. И как хрупкая и изящная девушка, смогла меня спустить с этой предательски крутой лестницы? Дашенька, ты таишь секреты.

– Нет никакого секрета. Эдуардо помог вытащить вещи и тебя. Я сказала ему, что ты капитан пиратской команды и очень спешишь. Если ты не успеешь вовремя вернуться на свой корабль, то придет орава молодцов и превратят в мусорную кучу его жилище, а ему самому вставят кое-что в ж…

– Твой острый ум, не знает границ в смекалке. Достойный участник нашей безумной команды. А теперь давай я позову извозчика, дабы довести, до неприличности огромный багаж.

Через несколько часов парочка вернулась на Ласточку. Дилартан на небосводе, уже значительно сдвинулся, Горгун и большая часть экипажа драили палубу, Джо и Рон налаживали систему подачи кригулового газа в сердце корабля – его двигатель. Он действовал не как обычный двигатель, который приводит в движение, а качал газ по трубам, равномерно распределяя его по всему корпуса корабля, что позволяло сохранять равновесие. Сломать систему было достаточно, сложно, ведь даже малое количество газа помогало не упасть в бездну и не повторять подвиг, очередных вечных летунов. Когда экипаж Ласточки полностью выполнил приготовления к полету, собрал все припасы и дождался прибытия груза с письмом, Леестард зашёл на палубу управления. Он никого не пускал туда, без своего разрешения, кроме Рона и вице капитана Джо. Внутри, за штурвалом с различными дополнительными рычажками, уже сидел Рон, который как не странно был трезвым как стёклышко.

– Давай Пропитая Башка, чего рассеялся. Запускай нашу родную птичку в полет. Чувствую, что нас ждёт очень долгое и интересное приключение.

– Есть капитан, нагреваю газ. – Сказал Рон и потянул рычажок. Корабль начал гудеть…

***

Клочок земли, летающий в межмировом пространстве, приближался все ближе и ближе. Военный корабль " Вихреносец", единственный, который остался в распоряжении уже бывшего генерала Версалеса, через несколько часов должен пришвартоваться к земле. Это было могучее судно, флагман Каргатского флота, покрытый толстыми листами стали, ощетинившийся множеством крупнокалиберных орудий. Во время боевых действий, в трюме корабля помещались батальоны элитных бойцов.

Это последний поход Вихреносца. Вернее, последний поход, под руководством Версалеса. Команда состояла из самых преданных генералу людей, которые не захотели его бросать в трудный момент. Однако Версалес понимал, что в настоящее время, маленькая армия ему не к чему и могучий корабль был нужен, лишь для прибытия к дальней точке мироздания. После доставки бывшего генерала, Вихреносец должен был перейти под руководство нового генерала, пятого звена Каргатского флота. Полковник Сайн подошел к Версалесу с докладом:

– Генерал, вы так и не рассказали, зачем мы отправились в такие дали, к этому безжизненному куску земли. Этих мест даже на всех известных картах нет. Мы сейчас находимся за пределами обитаемой зоны.

– Полковник. Конечно, я понимаю твое беспокойство, но это останется секретом. Мне просто нужно оказаться в этом месте.

– Вы потом вернетесь? Наши бойцы уже привыкли к вашему командованию.

– Эх Сайн… к сожалению, мне это не ведомо. Видишь, как сложились обстоятельства. Я не угоден некоторым людям, стоящих в тени власти. Возможно, я и вернусь в Каргат, но скорее всего уже в роли гражданского человека. Недобрые козни плетутся в клоаке элит. А чем это выльется, мы скоро узнаем. Но ваше дело правое – надо защищать оплот человечества, даже если врагами будем мы сами. О, мы уже почти прибыли. – произнес Версалес.

Глухой звук возвестил о том, что Версалес прибыл к точке назначения. Это была коричневая безжизненная и холодная земля. В ее небе мелькали случайные синие, зеленые проблески, которые появлялись, и в ту же секунду исчезали.

Горячо попрощавшись со своей командой, он взял вещевую сумку и высадился на пустынную землю. Солдаты его очень уважали и любили, потому что он относился по-человечески ко всем: начиная от рядового и заканчивая полковником. Где-то был строг и не примирим. При нем войска несли наименьшие потери. Благодаря череде заговоров, сначала был снят с должности адмирал 3-го звена – Рон, а затем уже через некоторое время и сам Версалес. Для него было загадкой, куда пропал Рон, этот величайший стратег и знаток карт. Ходили слухи, что после трагической гибели своей дочери, он спился и умер в одной из многочисленных таверн Каргата.

Версалес услышал зов, примерно через месяц после того, как его сняли с должности. Верховный очень давно не призывал его для совета. Вполне вероятно причиной стали неудачи генерала, в политической жизни человечества.

Так в раздумьях прошли несколько лиг пути. На горизонте были видны громадные кривые шпили, сделанные, как и все здесь, из красного песчаника. Оставалось лишь пару часов быстрого шага, чтобы наконец оказаться в храме. Местность вокруг, исключала всякую жизнь, земля была растрескавшейся, уходя вниз глубокими разломами.

Наконец он прибыл к титаническому сооружению, которое возвышалось над всем клочком земли, парящим в космосе. Этот храм был создан во времена, когда древо было всего лишь маленьким саженцем. Весь этот аймар был осколком Хелдарса – родины Верховного, теперь парящая обломками в пучине мироздания. Вход в монументальное сооружение, был гораздо ниже уровня земли, и к нему вела широкая лестница из отшлифованного темно-ржавого песчаника, плавно спускающаяся вниз. Сам вход в храм был выполнен неаккуратно и напоминал берлогу. Внутри, стены были разрисованы корявыми рисунками и странными иероглифами. В храме было светло, несмотря на то что отсутствовали фонари и факелы. Затем Версалес вышел к огромному плато, по бокам которого, можно было увидеть различные статуи, многие из которых сильно обветшали.

Версалес здесь не был очень давно, однако с момента последнего посещения этого монументального места, абсолютно ничего не изменилось. Вскоре стали виднеться очертания большой лестницы. Приблизившись ещё ближе, можно было заметить на ее вершине, каменный трон. Вокруг не было не единой души и витала тишина. Видимо он пришел первый. Он удивился отсутствию Верховного и других Назначенных.

Версалес уселся возле лестницы, подобрал ноги под себя и стал ожидать. Спустя некоторый промежуток времени стали приходить другие существа. Многих прибывших, Версалес не видел очень давно и был рад встрече, поэтому радужно и тепло здоровался, с другими он вел себя сдержано. Всего защитников равенства и хранителей древа было десять.

Один из них – высокий мужчина, с волевым подбородком, и светящимися золотом глазами, одетый в мерцающий плащ, стал подниматься по лестнице к трону. Это был Верховный. Он был главным среди назначенных сохранять баланс и оберегать неназванное Древо, а также третий по возрасту. Лишь Конфег, он и Верховный были современниками Катаклизма – остальные родились, уже после этих событий. Только Верховный мог общаться, получать советы и указания от Наблюдателя.

Сев на трон, Верховный заговорил:

– Давно, я вас не собирал. Но обстоятельства не терпят отлагательства. Последнее время меня стал беспокоить, набирающий силу, некий культ, проповедующий идею разлома миров и новый порядок. Изначально это меня не сильно заинтересовало, но вскоре до моих ушей поступила некоторая информация. Версалес! Расскажи остальным, что ты узнал.

– Пока я был генералом я всячески изучал и противоборствовал сектантам Разлома. Как вы все прекрасно знаете, разлом, это процесс естественный. По крайней мере так написано в книжках. А на деле, никто никогда не видел этого события. Меня заинтересовал не конечный результат их деятельности, а способ. Каким-то образом, они нашли или создали, «предмет» или «способ», который может делать такое с душами, на что Колодец Вершителей даже и не был рассчитан. Это нечто может разделять, перемещать, превращать в чистую энергию, а потом эту энергию снова превращать в душу. У них имеется возможность накапливать жизненную энергию, что возможно только в колодце Вечности. Каким образом подобная возможность существует у простых смертных, я не знаю. Влиться в ряды сектантов и выяснить их иерархию, у меня не вышло. Все попытки были тщетны, так как они имеют разветвленную систему разведки. Им заранее было известно, что мы посылаем агента и он впоследствии бесследно исчезал.

– А возможно, что всем этим парадом командует не простой смертный? – сказал древоподобный Названный, по имени Панатенкор.

– К сожалению мы этого не смогли выяснить, верховная группа сектантов настолько скрыта, что, как я уже и говорил, даже лучшие разведчики ничего не смогли поделать. У них имеются огромные ресурсы, как в материальной сфере, так во власти. Благодаря идее нового мира, где нищие станут богатыми, где будет царить свобода, они набрали много приверженцев. Но такие культы существовали всегда, и все они проповедовали о призрачной надежде, о славном будущем. А здесь все видят плоды их действий, в виде огромной червоточины в небе. Надежда из призрачной, превратилась во вполне осязаемую, а главное видимую невооруженным глазом. Еще одним способом привлечения сторонников, являются арены, на которых ежедневно проливается кровь. Во все времена, массы народа привлекали «зрелища». Но арены, также выступают инструментом, с помощью которых растет червоточина. А она в свою очередь разрушает кору древа. – произнес Версалес.

– Не проще ли поубивать кучу народа, рядом со своим "предметом", накачать энергию душ и исполнить свой злодейский план. А так ведь приходится нанимать бойцов, покупать рабов и обучать их мастерству, а это очень долго и дорого. С такими темпами сбрасывание коры может произойти в ходе естественного процесса. Не логично это все, Версалес. – сказал один из Названных по имени Конфег.

– Все просто. Чем больше существо убивает, тем более энергоемкой становится душа. Она так сказать сама растет, а душа погибшего, никуда не исчезает – превращается в чистую энергию, которую можно использовать по разумению. Таким образом, из двух существ получается гораздо больше энергии. – ответил за Версалеса, Верховный.

– Но это не отвечает на вопрос, смысла строительства этих арен. Можно было бы устроить большую войнушку, обладая то такими ресурсами как они. – не унимался Конфег.

– В том, то и дело, что войнушка уже была и грядет новая. Сначала гражданская война, теперь начинается конфликт Каргата с разрушителями. Войны – это хаотические жертвы, а арены – контролируемое и последовательное убийство. Понятно, что войны, это не наше дело. Они крайне несущественно влияют на баланс мироздания. У сектантов, не получилось бы накопить свои ресурсы, без арены. Эти сооружения являются вместилищем алчности и жажды наживы. Это актуально для любого социального существа. Дай им развлечения, кумиров и они будут тебя боготворить, создадут свой идол. Этим идолом как раз и стали секта Разлома. – продолжил Версалес.

Верховный задумался, а затем сказал: – к сожалению, хоть меня и тревожит вся эта катавасия, но есть указания Наблюдателя не вмешиваться, по этому вопросу, в дела смертных. Но спасибо Версалес, за ценную информацию. Возможно, я добьюсь положительного решения Наблюдателя. А сейчас у нас есть и другие важные дела.

В течении нескольких часов, каждый из Назначенных докладывал о происходящих событиях на вверенных им областях. Ничего особенного в их рассказах не было, поэтому Версалес слегка заскучал. Потом, Верховный объявил о расходе совета Назначенных и попросил остаться бывшего генерала. Спустившись с лестницы, его предводитель произнес:

– Ах Версалес, друг мой! Наконец мы с тобой можем поговорить по душам, без посторонних лиц. Я этот глупый сбор, для этого и собирал.

– Почем же ты позвал всех? – удивленно спросил Версалес.

– Да так…нужно было кое-что выяснить. Да и давно я вас не собирал. – уклончиво ответил он.

– О чем, же таком важном, ты хотел со мной побеседовать?

– Ты ведь знаешь о моих не простых отношениях с Наблюдателем. Мне известно о его странном интересе к этим сектантам. Некоторое время назад, он интересовался ими у меня. Но когда я предложил выяснить все об этом культе, он отказался. Более того – он запретил мне выяснять, что-либо о них. Я думаю, даже та ничтожная информация, которую ты озвучил, дойдет до его ушей. В настоящий момент, мне известно, что Наблюдатель, самостоятельно старается выяснить все о культистах, причем в отличии от тебя, ему удалось внедрить агентов. Сейчас перед мной стоит дилемма: продолжить собирать информацию или подчиниться указанию наблюдателя. – улыбнувшись сказал Верховный.

– Я уже знаю ответ на эту дилемму! Его интерес не возникает просто так, а значит, что-то действительно в этих сектантах есть. – ответил Версалес.

– Верно. Мне нужно, что бы ты выяснил, кто их лидер и какие у него цели в действительности. Тебе в этом поможет Дознаватель.

– Что! Только не эта сумасшедшая сука! – воскликнул генерал.

– Понимаю тебя Версалес. Нам она всем не нравится, но Тира умеет находить то, чего не могут найти другие. Мне нужна информация, чтобы предпринять адекватные действия.

– Но она же сумасшедшая!

– Тиру я выбрал, потому что у нее есть невероятное чутье. Да и ты слишком мягкотелый. Она не будет цацкаться в деле сбора информации, ведь мораль ей чужда, в отличии от тебя. Да и у вас будет ещё одно задание.

Версалес от удивления приподнял брови:

– Какое?

– Совсем не так давно я беседовал, с Ходящим в сумраке. Исход диалога я оставлю при себе, но скажу, что его беспокоит происходящее в мире. Не добрые события происходят везде, даже за пределами древа. Некоторое время назад, начались бесследные исчезновения блуждающих – его слуг. Он попросил меня по возможности, что-либо выяснить об одном из его офицеров, который не так давно пропал в пустыне Геллари. Это как раз недалеко от Криненбурга, где сейчас находится Тира – сказал Верховный и передал в огромную руку Версалеса свёрток бумаги. – Это координаты места. Сначала с дознавателем найдите этого блуждающего, а потом занимайтесь основным заданием. А сейчас я тебя отправлю к месту, где находится Тира – произнес Верховный и выпустил из руки изумрудный луч энергии. Пространство начало искажаться.

– Удачи тебе, друг. – произнес Верховный.

Версалес широко улыбнулся и зашёл в портал.

***

Он лежал по середине большой кровати, в настолько темной комнате, что, даже закрыв глаза, ничего бы, кардинально не поменялось. Насколько ему известно, она крайне редко принимала клиентов, а если и кто-то к ней приходил, то все происходило в мрачной темноте. В этой неизвестности был определенный шарм, ведь загадочность приятно изводила, а мысль о соитии предвкушала величайшее наслаждение.

Он – городской охотник за нарушителями закона, ставший богатым благодаря своим достижениям по поимке самых опасных преступников, а также финансовых махинациях. Несмотря на то, что, являясь добропорядочным жителем своего города, хорошим семьянином, у него было одно, довольно мерзкое увлечение: он в своих постельных утехах любил мучить и пытать девушек. Для этого, городской охотник регулярно посещал дом наслаждений мадам Вельгильмины, где различными способами издевался и избивал жриц любви. Жалобы оставались без ответа – мольбы о помощи шлюхи, не стоили и гроша.

Но для него теперь, оставалась одна непокоренная вершина: таинственная леди, прибывшая в дом наслаждений несколько месяцев назад, доставляющая божественные наслаждения в абсолютной темноте. Он весь томимый от предвкушения произнес:

– Главный счетовод отзывался о тебе очень лестно. С его слов, такого наплыва эмоций, он никогда не испытывал. Но почему ты скрываешься в темноте, скромняжка? Я желаю тебя увидеть! Иди сюда моя зайка. – сказал охотник, валяясь на кровати.

Тира ничего не ответив, села на мягкую кровать и приблизилась к охотнику. Она прошлась языком по его щеке, а потом приблизилась к уху. Он сладостно заурчал. Язык медленно прикасался к внутренней части ушной раковины, исследуя каждый сантиметр плоти.

– Ого какой он у те..– не успел сказать охотник. Язык Тиры резко начал продвигаться вглубь, прямо к его мозгам. Охотник начал трястись и сопротивляться, но Тира стала держать его цепко, своими когтистыми руками. Около минуты жертва барахталась, но рок был неумолим и вскоре охотник поддался неотвратимости судьбы, и затих. Тира схватила его за волосы и оттащила к окну.

– Шшш… Никто не должен знать, что мы убили охотника. – пробормотала Тира.

– Я знаю, знаю, но оставлять в комнате его, ни как нельзя. Он начнет разлагаться и неприятно пахнуть. – продолжила она, по всей видимости общаясь сама с собой.

– Может стоит просто оставить труп, где ни будь, подальше от этого места?

– И что бы его никто не опознал – маниакально улыбнулась Тира.

Она облокотила к стене труп, пристально стала смотреть на него, а затем схватила руками за его голову и начала ее сжимать. Послышался громкий хруст, глаза жертвы вышли из орбит, а из всех отверстий потекла жижа с кровью. Тира сжала голову до такой степени, что она превратилась в бесформенную массу.

– Вот теперь тебя никто не узнает. – с чувством удовлетворения произнесла Тира.

Затем она схватила за талию жертву, подняла над полом, и резким ударом об колено, сломала его позвоночник и сложила тело в гармошку, а потом взяла бывшего охотника за шею, перекинула за подоконник и выкинула из окна, причем с такой силой, что тело упало на крышу здания, находящегося в сотне метров от дома наслаждений.

– Ну все, работа выполнена. Благо, что здесь такие огромные окна. – улыбнулась она.

– Ты даже его не помучила его. – затем, состроив недовольную мину произнесла Тира.

Дознаватель, зажгла фонарь в темной комнате и посмотрела в зеркало. На нее смотрела женщина, которую можно было назвать красивой, однако все портили шрамы, ветвями проходившие по всему лицу и телу, создавая ощущение того, она соткнута из различных частей. Возле шрамов на лице, кожа была зеленоватой, что довольно сочеталось с ее большими изумрудными глазами, которые подчеркивали длинные реснички. Губы ее были тонкие, постоянно искривленные оттенками ухмылки. Волосы были средней длины, пепельного цвета, неаккуратно торчали во все стороны, а кое где, клочками и вовсе отсутствовали.

Дознаватель быстро накинула зеленый махровый халат, который подчеркивал ее фигуру: приятно выделяющиеся выпуклости груди, а чуть ниже осиная талия с широкими бедрами. Кисти рук и чуть выше, были угольно черными.

В дверь комнаты постучали.

– Кто смеет меня беспокоить? – нежным голоском спросила она.

– Тира – это Лиза. Ты, наверное, с клиентом. Как освободишься. Пришел огромный мужик, требует тебя видеть, говорит по срочному вопросу.

– Ах, я уже закончила, позови его.

Тира, быстро подбежала к креслу, села в него, закинув ногу на ногу и стала гримасничать: то изображала недовольство, то задумчивость, то гнев.

– Вот! – воскликнула она и изобразила мечтательное выражение лица: подняла глаза к потолку, локоть уперла об кресло и указательным пальцем с длинным когтем, прикоснулась к своим губам.

Замерев, она находилась в таком положении до того момента, как пришел таинственный гость. В двери снова постучали.

– Войдите. – томным голосом сказала Тира.

В комнату вошёл огромного роста и мощного телосложения, мужчина. Он был настолько большой, что еле пролез через дверной проем, а в комнате стоял, сильно опустив голову. За спиной у него торчал странная деревяшка, к концу которой, был приделан небольшой кристалл.

– Харум Тира. – без эмоций произнес Версалес.

Тира наконец вышла из своей позы, широко раскрыла глаза и быстро подбежала к мужчине.

– Ах Версалес, мы так давно не виделись! – воскликнула она.

– Я с радостью не виделся ещё столько же. – холодно заметил он.

Тира засунула свою угольную руку под верхнюю одежду Версалеса и стала водить по его животу.

– Мне кажется ты слегка поправился, но все равно так приятно касаться твоего животика – мечтательно сказала она и пристально стала смотреть в глаза Версалеса, продолжая свои странные действия.

– Ох, все. Ты знаешь зачем я пришел. Я очень не хотел вновь с тобой сталкиваться, но обстоятельства не терпят отлагательств. – повторил любимую фразу Верховного, Версалес.

– Фу, какой ты скучный, ничего не поменялось.

– Ты знаешь зачем я пришел к тебе? Иии…убери пожалуйста свою руку. – все более раздраженно сказал он.

– Конечно знаю Версик. Ты пришел просить моей помощи. – сказала она и убрав руку, снова плюхнулась в кресло.

– Не называй пожалуйста меня так! – сказал, сдерживая гнев бывший генерал. – Тебя прошу о помощи не я, а Верховный. – продолжил он.

– Он лично ко мне приходил, так что я в курсе дела – деловито сказала Тира. – но… это не меняет обстоятельств, ведь ты пришел просить моей помощи – игриво сказала она и завороженным взглядом уставилась на Версалеса, который в это время сел на пол.

– Тебя о помощи просил Верховный. Я лишь выполняю его поручение. И кстати, что это за красное пятно у окна? – спросил он.

– Это вино. Я неуклюжая, пила вино и нечаянно расплескала все на пол.

– А этот глаз, тоже прилагался к вину? – произнес Версалес указав пальцем на глазное яблоко, лежавшее по среди красной лужицы.

Тира ничего не ответила, лишь виновато улыбнулась.

– Когда ты будешь готова выдвинуться в Геллари, на поиски этого проклятого блуждающего?

– Ой, это не простое место. Необходимо подготовиться, прикупить снаряжение, теплую одежду, еду и так далее. Поэтому я думаю, что мы с тобой утром пойдем в лавку, закупаться. А ночью, можешь переночевать у меня в комнате. Если хочешь, даже на одной кроватке.

– Спасибо я лягу на полу. – холодно заметил Версалес и демонстрационно лег.

– Если бы Верховный предупредил о времени твоего прибытия, я приготовила бы романтический ужин при свечах… А потом… – заигрывая произнесла она.

– Не надо мне потом. – прервал Версалес. – но от ужина я бы не отказался – улыбнулся он.

Тира проигнорировала Версалеса, потушила фонарь и плюхнувшись на кровать сразу заснула.

Ночь прошла без происшествий, и когда Версалес проснулся Тира уже была одета по-походному, а ее лицо было покрыто толстым слоем косметики, скрывавшая ее шрамы.

– Давай вставай, мой птенчик милый, пора идти. – сказала она и поцеловала Версалеса в нос, оставив следы пудры.

Версалес поморщился и встал, ничего не сказав. Сексуальные домогательства Тиры, возможно, имели бы какой-нибудь смысл, был бы он человеком. А так, они приносили лишь раздражение. Правда и Дознаватель была одним из существ, не из миров этого древа. Причем настолько далёкого, что Версалес, о нем ничего слышал.

– Тира, а как тебя угораздило попасть в бордель? – спросил Версалес, когда они вышли на улицу.

Она ничего не ответила, лишь шла, задумчиво смотря в землю. Через некоторое время Тира стала разговаривать сама с собой, тихо бормоча себе под нос.

Вокруг раскинулся достаточно мрачный город. Хоть дороги были аккуратно выложены серыми булыжниками, дома, за исключением немногих, являлись полуразваленными трущобами. По всюду на дорогах сидели нищие, просившие милостыню, а по пути часто встречались мрачные уродцы, которых трудно было назвать людьми.

Завернув в один из нескончаемых переулков, наполовину заваленных мусором, эта странная парочка наконец оказалась у рынка. Криненбург – это город отщепенцев, мусорная куча, на окраине человечества. Собственно говоря, этот город сложно было назвать человеческим. По слухам, раньше Криненбург был местом куда отправляли всякие межрасовые гибриды, преступников и просто мерзавцев. Вскоре это место стало городом, рассадником пиратства, преступности и других уродств общества. Рынок соответствовал внешне и самому городу. То тут, то там сновали лознаки, предлагающие всякую мелочевку, цирк уродцев зазывал зрителей, а базарные проститутки зазывали совокупиться, за рванной ширмочкой.

– Эй, красавчик хочешь насладиться моими прелестями – крикнула Версалесу старая, беззубая женщина и показала свои обвисшие груди.

– Отстань от него, старая сука. – сказала Тира, надув губки и схватила Версалеса под ручку.

За грязными прилавками, торговцы продавали разные товары: Начиная с овощей, рыбой с запашком не первой свежести и заканчивая эмбрионами различных тварей.

Тира подходила почти к каждому прилавку и с интересом рассматривала, трогала и пробовала на вкус.

– Может уже купим что-нибудь? – после десятого прилавка, закатив глаза, сказал Версалес.

Тира снова ничего не ответила, и взяв его за руку потянула к достаточно уютному магазинчику.

Внутри было приятно и чисто, в отличии от той грязи, которая происходила на рынке, а за прилавком сидел маленький старичок безобидного вида.

– Добрый день, Часовщик. Нам с моим другом, было бы не плохо взять что то, для дальнего похода. Хотелось бы услышать ваш совет. – вежливо произнесла Тира, слегка преклонив голову.

– Один рюкзак на двоих, раз у вас такой большой друг, упаковка мясных консерв, галеты и сушенные овощи. – тихонько сказал Часовщик. – Также вам не помешают теплые вещи, если вы хотите путешествовать в пустыне.

Версалес почувствовал в голосе владельца лавки не что странное, будто некая чудовищная сила изливалась из этого тщедушного старичка.

– Без предела рада вам, за столь хороший совет. – сказала Тира и опять слегка поклонилась.

Часовщик, несмотря на свое видимую хрупкость, быстро и умело собрал огромный рюкзак. Версалес собирался достать из кошеля деньги, однако Тира поблагодарила Часовщика, схватила своего компаньона за руку и неожиданно сильно потащила к выходу.

– Тира, мы не заплатили. – возмущённо сказал он, когда они вышли из лавки.

– Этого не нужно, Часовщик не берёт денег и продает нужные товары не всем. Ты бы его оскорбил, предложив оплату.

– Кто он такой? От него веет чудовищно-огромной силой, даже при том, что он ее скрывает. Даже аура Верховного, не так велика. Этот город скрывает тайны.

Тира снова ничего не ответила.

– Тира? Ты так и будешь молчать? – возмущенно спросил Версалес.

Она стала тихо, что-то бормотать себе под нос. Он понял, что путешествие будет весьма трудным. Холькера наконец начала уходить за горизонт, обнажая ночное свечение аймаров. Они шли в сторону пустыни Геллари…

Глава 6.

Благодаря Лантаресу, единственной звезде этого аймара, лазурное небо становилось еще более ярким и оптимистичным, что никак не вязалось с происходящей на земле содомией. Клочок земли парящий в космосе был очень небольшим, но его хватало, чтобы разместить «фабрики смерти» и королеву среди них – величественную арену Горнило, трибуны которой возвышались над землей на многие десятки метров и способные вместить, до сотни тысяч зрителей.

Червоточина на небосводе распустила свои тенеткали, удушливым веером нависая над неприветливой пустыней. Стая огненных ящеров пролетала над головами проснувшихся гладиаторов, мерзко вереща своими противными глотками. Вожак рептилий взмахнул своими огромными кожистыми крыльями, раздался громкий хлопок, и стая резко изменила направление полета. Они стали синхронно ловить мошек, которых в воздухе было величайшее изобилие, самых разных форм и размеров. Некоторые из них были с песчинку, но были и страшные твари, иногда превышавшие размеры людей. Вообще многие живые создания, находящиеся близ Разлома, постепенно изменялись – менялась структура организма. Виной были, как их называли, «странные лучи», в великом изобилии, нещадно бомбардировавшие поверхность аймара. Не обходила эта участь и гладиаторов – давние представители этой опасной профессии, уже почувствовали пагубное влияние червоточины. Некоторая часть из них, тех кто давно живет в этих местах, получила опасные отклонения, а другая – физические преимущества. Среди гладиаторов, кроме людей, встречались представители самых разных рас: разрушители, зильмерийцы и даже маленькие лознаки. Особняком стояли жуткие существа, привезенные из самого загадочного места в обозримом мироздании – бескрайней пустыни Геллари. Все они, по алчному желанию толпы, перемалывались в кровавых бойнях, ежедневно проводившихся на аренах.

Дом бойцов Герем Дата укрылся в глубокой расщелине, вокруг которой не было намека, на какую-нибудь, даже самую редкую растительность. Древняя широченная лестница, вела к высокому каменному забору, где находились хозяйственные помещения и бараки, в которых жили гладиаторы. Все здания на территории были окрашены охряной краской в желтый цвет. Обстановка наводила на новоприбывших, жесточайшее уныние и тоску.

После некоторого времени содержания в одиночной камере, один из охранников вывел Эльзара в общий двор, где уже тренировались в искусстве убивать, другие гладиаторы. Этот двор под открытым небом, представлял собой площадку, покрытую прозрачным песочком. На ней располагались разные станки для отработки ударов, учебные места были отделены от друг друга, специальными указателями. Уже сейчас, ранним утром, несколько десятков бойцов, сражались меж собой, отрабатывали удары и барахтались на песке.

Страж подтолкнул Эльзара вперед, и он впервые босыми ногами (обувь у него забрали), оказался на песке тренировочного двора. Вместе с ним, скромно топчась, стояли и другие новобранцы, в числе которых были Мэрри и Кромвик. Один из молчаливых стражей, жестом построил новичков в одну шеренгу и ушел. Сразу же к ним подошёл громадный мужчина, похожий на человека, но с значительными изменениями: его кожа была покрыта толстыми наростами серого цвета, будто чешуя ящера, большие мутные глаза были без зрачков, одна рука заканчивалась огромными металлическими когтями, а другая держала в руках деревянный меч. Одет он был лишь в короткие штаны, коричневого цвета. По нему было видно, что по всей видимости он был выходцем из Геллари, которая так и пестрила величайшим видовым разнообразием.

Сзади него, шустро и незаметно подкралась женщина маленького роста, с густой копной рыжих волос и веснушками по всему лицу. Тело ее было покрыто удобной туникой бежевого цвета. Она встала рядом с мужчиной, шустро стреляя глазками с одного конца строя в другой. Это были мастера боя – наставники в нелегком труде охотников за смертью.

Мужчина уничтожающим взглядом рассматривал строй, а затем начал говорить низким гортанным голосом:

– Жалкие куски тухлого мяса огнеящера, годные лишь для второсортного супа. Я Задзак, мастер обороны дома Герем Дата. Внимайте моим словам, действуйте как я говорю, и может быть вы проживете чуточку больше, чем ваши опонненты. – грозно сказал Задзак. – Ты! – гневно воскликнул он, указав пальцем на Кромвика. – чего скалишься? Я что-то смешное сказал, грязь под ногтями огнеящера! Выйти из строя! Эй, Кукурун, потренируйся с этим отбросом самой несчастливой жиз…– не успел договорить мастер обороны, так как его прервала рыжеволосая дама.

– Я мастер атаки, леди Эскара Фальнес. Я не столь красноречива, как Задзак – спокойным голосом сказала она, посмотрев на него презрительным взглядом. – К черту эту оборону! В атаке, в лицезрении напуганного лица противника, когда вы нападаете – вся жизнь! Как это приятно, когда на конце вашего оружия, теплится жизнь соперника, кровь фонтаном льется на песок, внутренности сладко вываливаются наружу! – истерично воскликнула она и на последних словах облизнулась.

– Фальнес, ты опять за свое! Думаешь ты самая лучшая наставница, кусок огнеящерового помета? – разъяренно сказал Задзак.

– Бойцы, которые прошли в большей степени, мое обучение, хотя бы кого-то убивают, а не то, что твои идиоты сидят в обороне, пока их не порешат. – воскликнула, краснея как спелый помидор, Фальнес.

– Я может не эксперт в этом вопросе, но мне кажется, что одновременно важно держать удар и метко атаковать. Тогда больше шансов не только выжить, но и победить. – вступил в диалог Эльзар, надеясь привести всех к общему согласию.

Мэрри в бессильной злобе шлепнула себя ладонью по лбу. В этот момент она подумала: почему мужики все поголовно идиоты?

– Штяяя!? – воскликнула багровая Фальнес.

– Кусок печени огнеящера! – заорал Задзак.

Эльзар понял, что сглупил и опустил глаза на землю.

В этот же момент подошла Фальнес, схватила дурмундца за кисть, выволокла из строя и потянула к тренировочной площадке. Эльзар попытался не много сопротивляться, но маленькая Фальнес оказалась неожиданно сильной.

– Наивный выскочка, ишь удумал учить нас! – продолжала злиться наставница по нападению.

Притащив Эльзара к точке назначения, она взяла с специальной полочки, приделанной к стене, два деревянных одноручных меча и спросила:

– Выскочка, умеешь сражаться одноручным оружием?

– Всю жизнь. – сказал он и загадочно улыбнулся.

Фальнес схватила полностью деревянную косу и встала в боевую позицию. Оружие она держала перед собой, замерев в замахе, как самка богомола, готовая прикончить своего брачного партнёра. Эльзар приготовился к обороне, выставив соответствующим образом свое тренировочное оружие.

Атака Фальнес последовала незамедлительно: с криком "сяяя", она ударила хлестко, остриём косы целясь в голову. Дурмундец, хоть и ожидал большой скорости движений наставницы, еле успел парировать удар косы, которая предательски, слегка чиркнула по лбу. Затем продолжив свой полет, тренировочная коса зацепила второй меч, и Фальнес выдернула его из рук Эльзара. Деревянный клинок, заунывно хлопнув, упал на землю.

Дурмундец отпрыгнул и замахнулся своим единственным оружием, целясь в голову Фальнес, но та оказалась проворнее: мгновенно перехватила свою руку ближе к краю древка косы, и больно ударила Эльзара в висок. Он, ошалелый и не понимая, что произошло, упал, ушибившись копчиком об землю.

– Вот так я и думала. Ты совершенно никчемен. В первом же бою на арене, тебе срезали бы голову. Ты точно солдат? Больше похож на торговца овощами или на худой конец мясника. Ужас, как такой хлам покупают на невольничьих рынках. – наигранно сказала Фальнес.

– Я всегда сражался в армии, плечом к плечу с своими товарищами. В строю нет места индивидуализму, как здесь, где единственная цель стоит, чтобы не умереть. Наставница, а в чем смысл выживания на арене? Ведь рано или поздно все равно убьют. Нет совершенно никакой мотивации. – грустно произнес Эльзар.

– Смысл тогда жить, если все мы когда-нибудь умрем? Вся идея существования состоит в том, как мы проживем эту жизнь. – сказала Фальнес и протянула руку Эльзару. – Я буду тебя тренировать. Отряхивайся от пыли, хватай мечи и продолжаем!

Занимались они до изнеможения: Эльзар множество раз падал, получая синяки и ссадины, но всегда вставал и продолжал тренироваться. Фальнес приметила сразу, что дурмундец обладает хорошими навыками, которые, со временем можно развить и улучшить. Эльзар же заметил, что оборона Фальнес была превосходной, несмотря на то что она была атакующим наставником.

В это время другие новички тоже не стояли без дела: Кромвик с своим новым напарником уже во всю тренировался. Пытаясь обороняться, он постоянно падал, не способный отразить точные выпады Кукуруна. В очередной раз, когда Кромвик упал, Кукурун опустился на корточки и с глупой улыбкой, распространяя зловонный запах из-за рта, произнес:

– хррр…хорошечно упал. Разлёгся. Вставай. Надо продолжать. Задзак будет опять громко орать.

И в тот самый момент послышался низкий ор:

– Работать, вы куски селезёнки огнеящера!

Кукурун опасливо поглядывая на массивного наставника, стоявшего в десяти метрах от них, поднял изнеможённого Кромвика.

– Гнусное место. У вас всегда такие вечеринки или нам посчастливилось попасть на день рождение. Или сразу на юбилей? – с сарказмом сказал Кромвик, но с чувством юмора у его напарника было туговато, поэтому Кукурун просто уставился на него стеклянным взглядом.

– Бери топор. Надо махаться или большой босс будет гневаться. – произнес Кукурун и передал Кромвику тренировочное оружие. С унылым вздохом он взял деревяшку и приготовился к бою.

Не далеко от этой парочки, занималась Мэрри с двумя своими напарницами: одна из новичков, высокая и крепко сложенная светловолосая девушка, мощно размахивала двуручным мечом, причем делала это настолько изящно и умело, что уже несколько раз побеждала гладиатора, которая тренировала их. Сама Мэрри практически всегда лежала на песочке и совсем не охотно вставала.

Фальнес тем временем, тихонько подобралась к Задзаку, который в это время контролировал процесс тренировки, подгоняя всех "кусками огнеящера".

– Задзак, эта светловолосая бабища хорошо махается мечом. В ней видна сильная подготовка и сноровка. Я думаю, что ее стоит отметить в списке, для Герем Дата. – тихо сказала она под ухом Задзака, отчего тот вздрогнул.

– Селезёнка огнеящера! Чего подкрадываешься сзади, как убийца к своей жертве! – воскликнул он. – Хороша в бою. Есть, конечно, недочёты в оборонительной стойке, но они быстро устранимы. Что скажешь о этом выскочке, дурмундце, с которым ты позабавилась, только что? Есть в нем хоть не много таланта, бойца? – продолжил Задзак.

– Он неуклюжий солдафон. Плохо двигается, медлителен. Но по нему видно, что вояка бывалый, опыт есть, так что может что-то и выйдет. А если нет, значит будет валяться ошметками на песке. Не велика потеря, новых рабов ещё купят. Ты в курсе, что Герем Дат приказал поставить в паре ещё одного выскочку – Кромвика и эту бабу, которая лежит все время на песочке. – Фальнес указала кривым пальцем на не охотно встающую после падения Мэрри.

– Кусок яйца огнеящера! Я бы скорей вместе, поставил крысу и кота. А тут получается, что самоубийцы. Герем Дат ещё не так давно в этом деле, поэтому ему свойственны ошибки. Думаю, что он вскоре перестанет их совершать, когда начнет терять деньги.

Тренировка продолжалась ещё очень долго, и новобранцы почувствовали во всю, прелести падения, синяков и попробовали на вкус песочек, который так и норовил залезть во все щели.

Через некоторое время Задзак куда-то ушел и Фальнес осталась наблюдать за происходящим, а иногда не только смотреть, но и давать мощные затрещины всем нерадивым ученикам.

– Стоп! Собраться всем в одну шеренгу. Шевелитесь быстрее пыльные дегенераты, а то мамочка сошлет вас в дом удовольствий мадам Лузг. – заорала Фальнес, все больше краснея.

Все, на удивление Эльзара, бегом побежали строиться. Все новички, вяло перебирая ногами, с неохотой добежали до строя.

– Быстрее – быстрее грязные слизни! Эй дурмундец, я тебя в следующий раз, ещё поваляю по земле, если будешь так медленно двигаться. – сказала Фальнес и подождала пока последний встанет в строй. – Перед тем как вы пойдете вкушать яства, приготовленные нашими поварами, хотелось бы сделать маленькое заявление: скоро начнется необычное событие – распорядители всех арен, пришлют в Горнило лучшие команды бойцов. Дом Герем Дата, на правах одного из хозяйских домов, выставит максимальное количество "охотников за смертью". Поэтому практически каждый из вас, поучаствует в скорых суровых битвах за звание "Хозяина миров", которое получит победитель чемпионата. Герем Дат в качестве мотивации пообещал, наиболее отличившимся бойцам не только свободу, но и приличное денежное премирование.

Среди гладиаторов послышался довольные гул. Крайне редко охотников за смертью награждали свободой и если подобное случалось, то становилось крайне знаменательным событием.

Фальнес ушла с тренировочной площадки, а Эльзар находясь в подавленном состоянии шел за толпой более старых гладиаторов, в столовую. К его вялому волочению присоединилась Мэрри и Кромвик.

– Эй Мэрри, я вижу, ты полюбила валяться на песочке. Наверное, старая привычка лежать на кровати, раздвинув ножки, даёт о себе знать. – съязвил ее будущий напарник.

– Да я смотрю, ты сам в десна целовался с своим новым дружком. Наверное, сегодня в бане, вы продолжите свое милое знакомство. – парировала Мэрри и видимо, задела его за живое.

Кромвик хмуро посмотрел на Кукуруна и ничего не ответил.

Дорога вела в подвальное помещение, где под землёй находились широкие коридоры, освещаемые световыми колодцами. Земля под Горнилом была в изобилии изрыта всякими тоннелями, в которых было относительно прохладно, в отличии от горячей поверхности. Через несколько минут, толпа галдящих гладиаторов ввалилась в просторную мрачную столовую, где уже чувствовался запах еды. Внутри находилось несколько десятков деревянных столов, и троица, увидев самый ближайший, уселась за него. Эльзар почувствовал неудобство криво вырезанной скамьи, однако все равно было огромным наслаждением, наконец хоть не много посидеть. Тело, начинало потихоньку ныть, а синяки болеть.

На столах уже стоял котелок с кашей и металлические тарелки. Сначала с недоверием, а потом распробовав, с большим удовольствием, Эльзар стал поглощал обед. Он ожидал худшего, однако каша была недурно приготовлена и в ней даже встречались вкрапления мяса, в виде тоненьких жилистых волокон. Во время трапезы, слуга по имени Жаба разносил за столы кружки и кувшины с водой. Один из гладиаторов, огромный темнокожий буйвол, подставил ногу Жабе, однако последний, ловко, как ни в чем не бывало уклонился от препятствия и продолжил свой путь. Внешность его была необычной, но весьма вписывалась в окружающее общество, очень далекое от общепринятых стандартов.

– Этот чертов демон как будто всегда знает, когда ему подставят ногу или иным образом зацепят. У нас уже традиция этим заняться в обеденный перерыв, но пока никому, не удавалось его опрокинуть. Да, кстати, желтопузики, меня зовут Крол ол Друнг, можно просто Друнг или просто старик. Я самый древний гладиатор, среди этого отребья. – произнес седой мужик, усевшись к ним за стол, четвертым.

– Как же? Горнило не так давно открыло двери для живых трупов. Значит не такой вы уж древний старец, мастер Друнг. – саркастически ответила Мэрри.

– Сильно ошибаешься девочка. Я участвовал в баталиях на самых первых аренах, а сюда прибыл по собственному желанию.

– В смысле по собственному желанию?! – воскликнул Кромвик. – Почему мы не можем по желанию слинять из этой задницы мира?

– Вы ведь рабы, собственность Герем Дата. А я свободный. – самодовольно сказал старик, который действительно выглядел как старец. У него не было кисти руки, и культя была перевязана бежевой тряпкой. – просто мне нравится рев толпы, нравится кромсать, резать, убивать, обожаю, когда кровь врага капает с острия моего топора. – восторженно продолжил он.

– Но как ты, за столько лет не помер. Кстати как рука? – спросил Эльзар и пальцем указал на обрубок замотанный, как оказалось пожелтевшим бинтом, а не бежевой тряпкой.

– Хах, ты наверное думаешь, что в поединке должен быть только один выживший, и то не всегда? Не парнишка. Тогда бы не напаслись гладиаторов, ежели каждый бой заканчивался смертью. Хотя, скажу я вам, сейчас смертей стало гораздо больше. Но скажу я вам, что здесь еще играет роль мой первоклассный опыт бойца. – самодовольно ответил старик. – Моя рученька хорошо – заживает. Через месяц другой, кисть отрастет, и будет как новенькая.

После обеда, гладиаторам был дан короткий отрезок времени, который предполагалось использовать для отдыха. Однако в это время всем молодым бойцам, ворчащий комендант бараков, выдал все бытовые принадлежности, а затем показал им места в женском и мужском помещениях.

Эльзар очень надеялся, что тренировок вечером не будет (если можно было это назвать вечером, с учётом очень длительной продолжительности дня возле Лантареса), однако интуиция его, жесточайшим образом обманула.

Трепетно и с наслаждением маньяка, потрошащего свою жертву, Эльзар расставлял банные принадлежности в своей новоприобретенной тумбочке, стараясь соблюсти идеальную последовательность, как вдруг в коридоре прозвучал громогласный гортанный голос:

– Кусок члена огнеящера! Марш на верх, а то расселись как куры на своих яйцах. Вечерняя тренировка! – крикнул Задзак и забежав в казарму стал скидывать с крайних кроватей гладиаторов.

Унылое настроение Эльзара достигло наивысшей точки апогея, когда он понял, что вечером предстоит снова размахивать деревяшкой.

Их снова постигла участь до изнеможения работать над повышением своего мастерства. В это время Эльзар задумался о том, что ему хотелось бы лучше погибнуть на арене, чем продолжать мучить свой организм. Хотя конечно, за свою жизнь он испытывал и не такие нагрузки, когда участвовал в баталиях. Но в них был смысл и цель, а здесь цель была, просто, не так скоро умереть.

К счастью вечерняя тренировка прошла гораздо быстрее, однако измождённый дурмундец уже фактически не сопротивлялся и регулярно получал палкой, по различным частям тела.

После мучительных занятий наступил долгожданный отдых. Эльзар и Кромвик расположились в казарме на соседних кроватях. К ним подошел тип, внешность которого была весьма необычная: высокий и худощавый с цветом кожи чернее ночи, на огромные уши, висевшие до самых плеч, были нанизаны сережки с разноцветными камнями.

Из-за спины высокого выбежал мелкий (хотя мелким он был лишь в сравнении с своим товарищем) довольно плотно сложенный человечек и объявил:

– Его величество, король арены – Моарег Викинтеш, сильнейший из гладиаторов Герем Дата. Он победил Иссара из Бездны, он могу…

– Хватит, хватит. Я скромен и не люблю кичиться своими победами – загадочно улыбаясь сказал Моарег. – Приветствую вас новобранцы в самом молодом доме Горнила – доме Герем Дата. В нашей семье рады новичкам, ибо нет смысла нам что-то делить, ведь все равно скоро, всех настигнет смерть. Поэтому не надо так скромно сидеть в уголке. – Моарег приложил руку к щеке и шепотом сказал: – У нас есть отличный самогон.

Эльзар и Кромвик переглянулись, а затем пошли за чемпионом дома Герем Дата в дальний и самый темный угол помещения, который был аккуратно спрятан от зорких глаз. Там уже сидела веселая и подпитая компашка охотников за смертью. Они смеялись, рассказывали истории своих сражений, в самых мельчайших подробностях. Посередине стоял огромный бутыль едко зелёной жидкости.

– Моарег ты привел новых пожирателей выпивки! Они ж завтра не смогут даже подняться, от волшебной настойки. – сказал один из компании.

– Вы недооцениваете наш потенциал. – сказал Кромвик и протянул руку за стаканом, чем вызвал одобряющий гул.

Эльзар недоверчиво подошёл, и тоже вслед за Кромвиком взял стакан с едкой жидкостью.

– Парниша, ты не смотри, а пей. – сказал Друнг, который тоже там присутствовал.

Эльзар взглянул на Кромвика, который выпил огненную воду, теперь кашлял, и пытался поймать воздух обожжённой глоткой, издавая странные звуки. Дурмундец, перестав дышать, выпил залпом стакан и почувствовал настолько мерзкий вкус и жжение, что захотелось выплюнуть все на пол, однако с усилием воли, он протолкнул жуткое пойло к своему желудку.

Последующие стаканы зеленого самогона проходили гораздо легче и приятное тепло расслабило Эльзара. В какой-то момент он подумал, что в этом месте было не так уж плохо и стоит радоваться малым жизненным мелочам.

– Кстати, пощемууу Фальнес, эта сучка угрожалааа ссссылкой в …ик.. какой то дом уддвольсвий. Я например мечтаю об уддвольст..ик ..ях. – спросил заплетающимся языком Кромвик.

– Эй, парниша, у тебя больше шансов прожить в сражении с Минотавром, чем в доме мадам Лузг. Наверное, все самые извращённые извращенцы вселенной, собираются в одном месте. Это у них как храм. В течении короткого периода времени, попавшего туда, так от тарабанят, что удовольствий ему, никогда не захочется. Помните Тонда? Его ж продали туда. Закончил он тем, что его верхнюю половину запихали в аквариум к пираньям, а нижнюю тарабанили, пока рыбки его не обглодали. Не повезло ему. Лучше бы не говорил, что у него есть жабры. – рассказал Друнг.

Однако Кромвик уже его не слышал так как уснул на скамейке, мирно посапывая и что – то бормоча.

Последующие дни, хоть были и тяжёлые, но Эльзар понемногу стал привыкать к изнуряющим тренировкам. Фальнес больше прилагала усилий к развитию его потенциала, что давало свои плоды. В одном из тренировочных боёв, наставница получила палкой по зубам и упала, почти мгновенно покраснев как помидор. Эльзар опустился на колени и с виноватым видом подал руку даме, но та с окровавленной улыбкой отвергла помощь.

– У тебя получается все лучше и лучше. Я очень довольна. Скоро сможешь выступать на малых аренах.

– Малые арены? – переспросил Эльзар.

– Конечно. А ты думал, что сразу начнёшь выступать на центральной арене Горнила? Туда только один раз попал Моарег, и то совсем не давно. И кстати, очень даже успешно.

В один из дней, после вечерней тренировки, всех бойцов собрал Герем Дат. Черный, как его называли среди гладиаторов, ходил мимо шеренги в сопровождении своего вечного прихвостня Тодда.

– Мои смертоносные солдаты! Наш дом получил приглашение на проведение боёв, которые пройдут завтра. Как вы знаете, мы долго не участвовали из-за ряда унизительных поражений. Но не в этот раз! Моарег выйти из строя. Готов ли ты подтвердить свое звание сильнейшего? Готов ли ты поднять до небес, честь и славу нашего дома? – произнес Герем, вдохновляющим тоном.

– Я не подведу, командир. – сказал, выйдя из строя Моарег.

– Вы все, будете присутствовать во время проведения боёв и поддерживать чемпиона. Но хочу вас всех настроить. Вполне вероятно, что любой из вас, может выйти на песок. Так, что не теряйте бдительность и будьте готовы. – кинул загадочную фразу Герем Дат и покинул тренировочную площадку.

В день боёв, все гладиаторы освобождались от тренировок и кормились самыми лучшими блюдами, которые только можно приготовить в столовой. Эльзар и Мэрри были в предвкушении созерцания битвы, в большей степени потому, что им было интересно, с чем придется столкнуться в будущем. Кромвик об этом имел понятие, так как до рабства, основным его увлечением были ставки на арене, и как раз из-за своего чрезмерного азарта, он попал в гладиаторский дом. Кромвик одолжил большую сумму денег, в надежде отыграть долги, но в очередной раз, фортуна не была на его стороне.

В течении целого дня, Эльзар наконец смог выспаться и поваляться на кровати, если ее так можно было назвать. Это был грубый блок дерева, на который был постелен соломенный матрас. Но даже это было подарком судьбы, после таких напряжённых деньков. Эльзар не был неженкой и тело быстро начало вспоминать тяжёлые и изнурительные боевые походы, многодневную бессонницу, поэтому процесс перестройки происходил быстро. Кромвик в это время, сначала играл в карты, ведь азарт не покинул его даже здесь, а также опять издевался над Мэрри, всячески ее подкладывая. Складывалось впечатление, что она хоть и злилась, но в глубине души признавалась себе, что это было отличным развлечением от мрачной картины происходящей безысходности.

Вечером всем гладиаторам выдали специальную униформу, состоявшую лишь из одного дополнения к их повседневной одежде – черный плащ, точно такой же, который носил Герем Дат.

Утром, с самого рассвета, все охотники за смертью собрались в тренировочном дворе, получили напутствующие слова от Задзака и строем вышли из врат дома. На некотором расстоянии располагался необычный механизм, выглядевший как огромная тележка. Фальнес открыла железную дверь, и толпа гладиаторов по команде зашла во внутрь. Как только дверка захлопнулась и все уселись по углам (так как сидений было только два), тележка с большой скоростью двинулась по пустыне. Вокруг проносились песчаные барханы и груды щебня, массивные скалы и огромные сооружения. Через довольно небольшой период времени, механизм остановился у врат высоченной каменной стены. Вокруг уже собиралась разномастная и галдящая толпа разнообразных зрителей. Все они прибыли с единственной целью: развлечься и посмотреть на мастерство самой смерти. Гладиаторы Герем Дата вышли из тележки и под гул толпы стали подниматься по вырезанным в стене, ступенькам, вверх. Высота этой арены была впечатляющей. Одновременно здесь могли разместиться десятки тысяч зрителей, что происходило, почти всегда – желающих посмотреть на чужую боль, всегда было в избытке. Гладиаторы Герем Дата разместились толпой в специально размещенной, просторной клетке. Из нее все поле арены, было видно в всеобъемлющем ракурсе. Рядом располагались и другие клетки, где находились бойцы из других домов, прибывшие поболеть за своих. Таким образом гладиаторы были изолированы от друг друга, а также от зрителей, которые часто, очень страстно хотели познакомиться со своими кумирами. Главы дома и их помощники располагались на специально обустроенных парапетах, каждый над клеткой своих гладиаторов. Они также были изолированы от зрителей, однако с другими главами домов, Герем Дат мог вполне общаться.

Через несколько часов, каменные сидения были сплошь заполнены зрителями желающими кровавых зрелищ.

С одной из самых высоких трибун прозвучал громкий звук, а затем с специального балкона, сделал объявление через огромную трубу, распорядитель арены, очень похожий на Тодда.

– Харум друзья! Мы с вами снова собрались, а ощущение словно не расставались. Сегодня состоится ряд боёв, которые покажут силу наших гладиаторов, перед сражением тысячелетия, где сойдутся сильнейшие бойцы миров, во благо великого начала, светлого будущего для нас и наших детей. Кровь, освящает эту землю, этот песок, ведь только благодаря этим жертвам, произойдет то, что произойдет! Благочестивые хозяева домов, такие как Муджук, Лон вон Гва и Герем Дат любезно предоставили своих охотников за смертью.

В это время зрители ревели и кричали, по трибунам сновали продавцы всякой снеди, фанатичные болельщики вывешивали плакаты с своих кумиров. После объявления имен бойцов и их особых заслуг, распорядитель арены продолжил:

– Первый боец – это открытие, новая звезда сезона: охотник за смертью, не проигравший ни одного сражения. Он родился в пустыне Геллари в одном из племен, из которого его впоследствии изгнали на верную смерть. Он слонялся по пустошам и должен был неизбежно стать добычей каннибалов. Но стальная воля и огромная сила помогла ему выжить. Каннибалы сами стали его завтраком и теперь он покажет свое мастерство. Встречайте. Моарег Викинтеш!

На боевую площадку выбежал чемпион Герем Дата. Он не носил защитное обмундирование, только лишь ноги прикрывала металлическая юбка. Чемпион призывно стучал громадным кулаком по своей темной волосатой груди. На шее висело жуткое ожерелье из сушенных голов павших врагов, нанизанных на проволоку. В руках Моарег держал огромный двуручный топор.

– Его противник новичок, выходец из Зильмерийской империи. Прославленный ветеран из клана Заветный Рассвет – Лисшар Ловкий! Посмотрим, что покажет новенький боец из дома Лон вон Гва!

Из ворот выбежал невысокий зильмериец. Как у всех представители его расы, кожа была темно зелёного цвета с вкраплениями деревянистых чешуек, которые начинали образовываться у старых представителей. Поговаривали, что Великий Трутень, лидер зильмерийцев, был сплошь покрыт непробиваемой деревянной чешуей. Лисшар был одет в легкую ржавую кольчугу и вооружен длинными мечами.

– Начать бой! – прогремел распорядитель арены.

Моарег, считая себя фаворитом сразу ринулся в атаку. Размахивая огромным топором над головой, он разрезал воздух с такой силой, что возникал отчётливо слышимый гул. Наконец он приблизился к Лисшару и с огромной силой нанес удар. Но зильмериец был быстр и в мгновение, отклонился от смертоносного топора. Оружие Моарега с сокрушительным ревом воткнулось в землю, раскинув в стороны песок. Однако атака чемпиона на этом не закончилась: он быстро поднял топор и попытался нанеси повторный удар. Казалось бы, ещё мгновение и зильмериец будет располовинен, но произошло неожиданное: Лисшар резко подпрыгнул и вогнал свой меч в шею Моарегу, а затем отошёл. Хрипящий Викинтеш лежал на песке, пытаясь руками остановить кровь, но у него ничего не получалось. Жизнь ушла из него в течении нескольких мгновений. Так бесславно закончил свою жизнь чемпион дома Герем Дата.

Сам хозяин дома, не выражая ни каких эмоций, смотрел как умирает его лучший боец. К нему незаметно подкрался Муджук.

– Владыка Герем, вы, верно, удивлены и разочарованы тем, как мой зильмериец – новичок, расправился с вашим чемпионом. – издевательским голосом произнес он.

– Отнюдь нет. У меня есть козыри в рукавах. Да и я никогда не ставил на Викинтеша.

– Я слышал, что вы не так давно, привезли партию многообещающих новичков. Предлагаю вам пари. – улыбнувшись произнес Муджук.

Факт гибели Моарега расстроил Эльзара. Не потому, что он к нему привязался, хотя он и был славным малым, а потому, что в этот момент он представил себя на его месте.

После этого боя произошло несколько других, правда уже без гладиаторов Герема. Только одно из сражений закончилось смертью, а остальные лишь кровавыми ранами и отрубленными конечностями, раскиданных по всему боевому полю.

К клетке с гладиаторами подошел мерзкий Тодд и тихонько произнес:

– Кромвик и Мэрри ко мне.

Охранник открыл калитку, и недоуменная парочка отправилась вслед за прихвостнем.

– Мастер Тодд, куда и главное зачем, вы нас ведёте? – тревожно спросила Мэрри.

– Кормить тобою ненасытных самцов. – съязвил Кромвик.

– Вам предоставлена сегодня честь, увековечить наш дом в летописях истории.

– Каким образом? – спросила Мэрри.

– Вы будете драться. В паре. Сейчас.

– С ней?! То есть как, сейчас? Нас же не было в списках. – шокировано произнес Кромвик.

Мэрри в это время коварно улыбнулась. Конечно, момент был не подходящий, но она наконец увидела полное поражение Кромвика, который постоянно стремился ее уколоть.

Тодд ничего не ответил и повел парочку в подвальное помещение, где им выдали оружие и доспехи: Кромвик одел лёгкую кольчугу, которая ни от чего не защищала и в руки взял тяжёлый двуручный меч, Мэрри одела кирасу, а в руках у нее уже красовались два одноручных клинка, больше походивших на кинжалы, из-за своей недостаточной длины.

– С кем мы будем драться? – продолжил допытывать Тодда Кромвик.

– Не могу знать. Это вы уже узнаете на боевой площадке. Смотрите сильно далеко не раскидывайте свои внутренности, а то потом ещё собирать, ха ха ха. – истерично засмеялся Тодд, из-за чего в его желе подобном теле, начали подыматься пузырьки.

Сердце Мэрри готово было выпрыгнуть из грудной клетки. Она не первый раз была в экстремальной ситуации, но такой неожиданный поворот событий, когда из зрителя кровавого зрелища, ты становишься его непосредственным участником, с ней происходил впервые.

Шок Кромвика уже прошел, и перед началом боя, у него была холодная голова, но все же, неизвестность очень сильно напрягала.

Охранник открыл ворота, ведущие на боевую площадку, и парочка поневоле, впервые коснулась священного песка арены.

Рев толпы оглушал и Мэрри хотелось развернуться и побежать к воротам, но те уже были закрыты. То там, то тут на песке валялись отрубленные конечности и внутренности, которые ещё не успели убрать. Завтрак стал предательски подыматься к горлу.

– Мэрри ты меня слышишь? – прокричал Кромвик прямо ей в ухо. – Я с тяжёлым оружием буду атаковать прямо в лоб. Ты атакуй по флангам. Старайся хотя бы царапнуть противника. Твоя задача его обескровить. Поняла? Мэрри! Если их будет двое или больше, то бери на себя самого слабого, старайся как можно больше его измотать.

– Да…– слабым голосом сказала она.

Распорядитель арены сделал объявление: – Сейчас произойдет бой новичков, которых любезно предоставил Герем Дат и Муджук. Это будущие чемпионы и чемпионки. Естественно, если они переживут сегодняшний день! Итааакк! Слева от меня – рыцари из дома Герем Дата: сладкая парочка кровожадных убийц из самого мира смерти! Ииии… Боец Муджука – плотоядный монстр пустынь, двухголовый Кразз!

Из противоположных ворот выбежал огромный бугай, который был вдвое выше Кромвика и вчетверо толще. Вид его был устрашающий: полностью голое тело, гигантское бледное пузо, чуть ли не волочилось по земле и было испещрено многочисленными татуировками. В длинных паучьих ручищах он держал дубинки, на которых угрожающе торчали ржавые шипы. Но вишенкой на торте стало присутствие двух голов. Одна из них была мужская и полностью лысая, а вторая со стрижкой «каре» и железной нижней частью лица, по всей видимости была женской.

Кромвик увидев приближающегося, начал терять остатки внезапно нахлынувшей храбрости. Мэрри стояла в ступоре и смотрела на происходящее остекленевшими глазами.

Чудище стало подходить ближе. Мужская голова начала говорить противным голосом, похожим жабье кваканье, из-под метровой толщи болот:

– Вторая, пожалуйста не будем убивать эту зайку? Я хочу после боя совокупиться с ней. – произнес он и указал дубиной на Мэрри.

– Ах ты чертов извращенец! Тебе что, меня мало? – укоризненно сказала женская голова металлическим голосом и посмотрела на Мэрри злобным взглядом.

Кромвик посмотрел на свою напарницу и сказал. – Действуем по моему плану.

Кромвик атаковал противника, надеясь, что спор голов даст ему нужный момент для смертельного удара. Однако Кразз мгновенно отреагировал на эту угрозу и нанес удар одной из дубин. Кромвик смог парировать удар, но понял, что это не лучшая идея, так как запястья от столкновения оружий, предательски хрустнули.

Мэрри в это время, преодолевая свой страх, стала атаковать со стороны мужской головы. Ей удалось слегка чиркнуть по пузу чудовища, но тут же пришлось присесть: дубина пронеслась в том месте, где только что была голова Мэрри.

– Круши их черепа, ха ха ха! – засмеялась в экстазе женская голова.

Кразз из неповоротливого увальня превратился в машину для убийств:

Вихрем ударов он стал гонять убегающего Кромвика, пытаясь его задеть одной из громадных дубин. В какой-то момент, ему это удалось: дубина слегка задела пятку убегающего Кромвика, из-за чего он перевернулся и упал, но быстро поднялся, подобрал меч и побежал. Кразз, сократив расстояние, помчался за ним, стремясь закончить начатое.

Мэрри понимала, что жить ее напарнику оставалось не долго. Нужны было действовать быстро и решительно. Решение пришло бессознательно и на каком-то инстинктивном уровне. Она скинула бесполезную против дубины кирасу, а за ней свою рубаху, полностью оголив верхнюю часть тела, представив толпе, и главное Краззу, свою шикарную грудь. Затем мягким, еле дрожащим голоском произнесла:

– Эй милашка иди я тебя обниму. – крикнула Мэрри, изобразила позу профессиональной танцовщицы и послала воздушный поцелуй в сторону чудища.

Кразз остановился. Из рта его, как верно догадалась Мэрри, далеко не самой умной, мужской головы, потекли слюни. Медленно Кразз стал двигаться к ней, откинув в сторону одну дубину. Хоботок между ног, предательски стал цепляться за песок.

– Иди ко мне… какая ж ты красивая! – гипнотически бормотала мужская голова, чем разум был затуманен.

– Озабоченный ублюдок, стой на месте! Это ловушка, она нас пытается заманить! – прокричала женская голова, пытаясь тянуть своей половиной тела в другую сторону.

Хромающий Кромвик, видя удачный момент, атаковал, но даже с одной дубиной, Кразз с легкостью парировал нападение, так как был неимоверно силен. Женской голове, удалось остановить тело и теперь чудище отражало бесполезные атаки Кромвика. Но все-таки, кое как, Кромвику, единожды, удалось пробиться через мощную оборону, и он смог проткнуть пузо. Кровь и жижа потекла из раны, но это ничуть не останавливало двухголового. Боль начала снимать эффект очарования Мэрри, и мужская голова стала смотреть на кинутую дубину.

Мэрри увидела куда направлен взгляд соперника и стремительно побежала за дубиной. Сделав кувырок, она ухватилась за оружие быстрее Кразза, и при этом успела отхватить клинком, несколько пальцев с тянувшейся руки. Оружие двухголового она откинула как можно дальше.

Кромвик тем временем смог отрубить толстую руку с дубиной. Впервые чудовище взвыло от боли двойным голосом.

Не теряя времени, Мэрри запрыгнула на спину, уже безоружному Краззу и ловкими движениями воткнула клинком сначала в одну голову, а затем в другую. Двухголовый сначала упал на колени, а затем с противным хлюпом упал пузом на песок, чуть не придавив Кромвика.

По трибуне разошелся оглушительный рев. Ошалелая толпа, давно не видела такого зрелища, а великолепная фигура танцовщицы, лишь усиливала общее настроение.

– Неожиданная победа команды Герем Дата! Я ставил на Кразза, но тем и хороша арена, что никогда не знаешь кто победит! – прогремел распорядитель.

– Грудь у тебя действительно отменная. – сказал Кромвик подавая рубашку Мэрри. – спасибо тебе. – продолжил он, потупив глаза. Его напарница схватила рубашку и быстро одела. Она не понимала, что происходит и каким образом им удалось победить.

У Эльзара наблюдавшего за боем, тяжесть схлынула с сердца. Он сильно переживал за своих новых товарищей. Но к счастью, все обошлось.

После того, как утащили труп Кразза, распорядитель арены продолжил:

– Ещё один боец Герем Дата покажет нам свое великолепное мастерство. Представляю вам таинственного новичка. Могул Всепобеждающий! Мне кажется, что после поражения чемпиона, это слишком опрометчивое прозвище! – засмеялся распорядитель.

Тяжёлые ворота открылись и появился он. Не так давно зажившая рана Эльзара вновь зажглась фантомной болью. Могучий разрушитель в маске и сияющей до блеска кольчуге, был до боли знаком дурмундцу. Но кое чего Гнарлу не хватало: в его руках было обычное оружие, а таинственные клинки куда-то исчезли. Он поднимал мечи вверх, и что-то протяжно кричал. Мысли Эльзара крутились в бешенном водовороте, и он думал, каким непостижимым образом, вождь огромной орды, появился в качестве бойца на арене, причем, по всей видимости ликующего бойца.

Против Могула вышли два гладиатора из дома Лон Вон Гва, которые на вид, тоже были серьезными войнами. Но Эльзар прекрасно знал, чем все закончится: Гнарл или Могул, был воителем иного уровня, неподвластного простым смертным. Бой оказался чрезвычайно скучным: как и следовало ожидать, он быстро расправился с соперниками, убив одного и тяжело ранив другого.

Распорядитель арены объявил:

– Неожиданный дебют Могула Всепобеждающего! Теперь я могу предположить, что в доме Герем Дата появился новый чемпион.

Глава 7

Пустыня Геллари – это бескрайний аймар, полный безжизненной земли, песка и загадочных явлений. По утверждению многих мудрецов, этот кусок камня, парящий в пространстве, не относится к общей системе миров, а является гораздо более древней и сложной субстанцией. На этом участке суши, который был значительно больше любого другого аймара, происходили необъяснимые события и происшествия. Например, в ночное время, в большей части пустыни, было жарче чем днём, а дневное время иногда шли снега. Да и смена дня и ночи происходила в хаотическом порядке и не поддавалась какому-то рациональному объяснению. Этот мир освещала холодная Холькера, но периодически Геллари попадала в объятия жаркого светила – Лантареса, впрочем, никак не влияя на смену дня и ночи, а также погодные процессы. Создавалось впечатление, что Геллари жила по каким-то собственным правилам и законам, совершенно не взаимодействую с окружающей действительностью. Ещё одним необыкновенным явлением, о котором стоит упомянуть, считалось, сложность перемещения по пустыне, воздушным путем. Приземлиться на окраинах, где располагались селения, было не сложно, но вот дальше, продвигаясь вглубь воздушного пространства Геллари, кригуловый газ переставал проявлять свои известные свойства. По этим и многим другим причинам, освоение пустыни происходило медленно, с взлетами и падениями, а по сути – топтание на одном месте.

Население пустыни также было очень примечательно. Оно состояло из множества столь разнообразных племен и народов, что некоторые до сих пор, не были открыты цивилизованному миру. Даже самые умелые первопроходцы, не смогли пройти от края до края, этого казалось, бесконечного мира.

Хоть и являясь крайне враждебной средой для человека, да и для других народов, это место было притягательно для всевозможных бандитов, пиратов, торговцев и промышленников – занимавшихся добычей полезных ископаемых.

На окраине аймара, в тихом оазисе, было образовано поселение людей, впоследствии ставшее – вольным городом Криненбургом, когда-то входившим в состав империи. В Геллари существовали и крупные колонии разрушителей, зильмерийцев, а также мелкие деревни дурмундцев. Тем не менее белых пятен на карте, оставалось очень много.

Уже много дней, по пустыне путешествует странная парочка, которой остерегаются даже свирепые твари… Версалес понимал, что затея с поиском офицера блуждающих, была обречена на провал. Только, чтобы добраться до точки, указанной на карте Верховного, требовалось порядка двух месяцев, по Каргатскому исчислению. Оставалась надежда только на одно сумасбродное и дикое живое существо – Тиру. Сумасшедшая девица никак не изменила свое поведение, даже в экстремальной обстановке, и все так же проказничала и доставала Версалеса. Он же несколько раз думал плюнуть на все это путешествие и повернуть назад, но дружба с Верховным, заставляла его этого не делать. Временами, на Тиру находили минутки нормальности и с ней можно было поговорить, о чем-то мудром и таинственном. В этом мире ведь так было много неизведанного, даже для столь древнего существа, как Версалес.

– Не делай вид, что ты спишь, мой большой друг. – томным голосом сказала дознаватель, а затем легла на спину Версалеса и стала дышать жарким дыханием, ему в ухо.

– Тира, ты уже второй раз залезаешь мне на спину, тем самым не даёшь мне спать. Что ты хочешь на этот раз?

– Узнать спишь ты или нет.

– Ну вот узнала, дура тупая. Что дальше?

– Ничего страшного, просто толпа маленьких человечков хочет с нами познакомиться.

– Что ты несешь за чушь! – сказал Версалес, поднялся с земли, заодно перевернув Тиру.

Оглядевшись, он неприятно удивился. Вокруг их импровизированного лагеря, стояло огромное скопление небольших трехглазых существ, одетых в маленькие темные балахоны. Выглядели они довольно враждебно, так как многие из них были вооружены копьями и палками с завязанными на концах, камнями.

Вся эта толпа молча, широко раскрыв сотни глаз, смотрела на Тиру и Версалеса.

Назначенный решил прекратить этот фарс и использовать свое оружие: длинный деревянный посох, с кристаллическим навершием. Но… Под рукой смертоносного оружия не оказалось. Оружие бывшего генерала, неожиданным образом пропало, хотя он держал его всегда вблизи своих рук. Затем его взгляд упал на парочку трехглазых, которые рассматривали посох.

Версалес хоть и являлся Назначенным, но простые существа могли уничтожить его смертное тело. Такое уже бывало и процесс восстановления в Колодце Вечности, под руководством Конфега, был очень болезненным и долгим. Совсем не хотелось закончить и в этот раз так.

– Почему ты сразу не сказала, что нас окружили? – возмущённо спросил Версалес Тиру.

– Я тебя разбудила, если ты помнишь. И вообще, посмотри на этих милашек. – Тира улыбнулась, одной из своих дурацких ухмылок, подошла и погладила по голове одного из трехглазых.

Он в свою очередь громко заурчал от удовольствия.

– Так, мне надоел этот балаган. А ну отдайте посох. – Версалес потянулся рукой за посохом, но, трехглазые завизжали и стали накидывать на него, неожиданно появившиеся сети и веревки. Разъяренный Версалес стал раскидывать толпу, однако запутался и упал. Барахтаясь в сетях, он в бессильной злобе смотрел на Тиру, надеясь на помощь, но та продолжала глупо улыбаться и гладить трехглазого, чем оправдывала свое звание полоумной.

Существа, не теряя времени стали тыкать толстокожего Версалеса копьями, дабы успокоить последнего. По всей видимости наконечники были смазаны ядом и вскоре он отключился. И снова ему приснился сон, который преследовал его, уже долгие годы:

… Он стоял на краю огромного обрыва. Расселина была настолько глубокой, что дна не было видно. Версалес посмотрел в небо и не узнал его: багрово красное зарево ослепляло глаза, всюду падали огромные осколки камня, а расселина двигалась все расширяясь и расширяясь…

Он услышал сзади крик и обернулся. Женщина очень похожая на него, тянула Версалеса за руку. Он снова повернулся и увидел пылающий пламенем Каргат. Сон постепенно стал уходить.

Дым начал залазить в нос и в рот, и от страшного першения в горле, Версалес очнулся. Он все также находился в связанном состоянии, а рядом горел костер, в который активно подкидывали дровишки.

Версалес кое как передвинул голову и увидел Тиру. Она сидела на коленях и пускала лиловый дым из огромной трубки. Рядом находился один из трехглазых, одетый в сиреневый пожёванный плащ, который был ему явно велик и видимо был снят с какой-то жертвы.

Версалеса удивило, что среди толпы дикарей, находился один, сильно отличающийся от остальных. Но больше его удивляло то, что Тира, беспечно и умиротворенная курила трубку, обволакивая себя густым дымом, слушала гортанный голос "цивилизованного монстра". Причем удивляло это Версалеса по двум причинам: дознаватель была законченной психопаткой с садистскими наклонностями, что никак не вязалось с ее добродушным настроем, по отношению к этим тварям. А во-вторых, она никогда не была предательницей, но сейчас он был связан, а дознаватель, как ни в чем ни бывало, беседовала с его пленителями, и даже не пыталась помочь.

– Во имя колодца Вечности, Тира помоги мне. Что эти ублюдки собираются делать с нами? – прохрипел Версалес, извиваясь в крепко завязанных сетях и верёвках, как сом, попавший рыбакам.

Тира приподняла глаза и ответила: – Ты очень аппетитный и это заметила, не только я. Поэтому мы с шаманом Орглом договорились о том, что самый вкусный кусочек возьму я. – сказала Тира, а затем язвительно улыбнулась.

–В смысле кусочек? Они что зажарить меня собираются? – рассвирепел Версалес.

– Зажарить и стушить в собственном соку. Я им подсказала ещё парочку приправок, благодаря которым мясо станет невероятно нежным и будет таить во рту. – Она скорчила одну из своих гримас и театрально погладила свой живот. Оргл в это время радостно замахал головой и стал издавать странный звук. – оррррррр…оррррр…

Тира продолжила: – Мне, если ты не против, понравилась ножка. Я очень голодна, поэтому буду с нетерпением ждать встречи моих зубов с этим аппетитным окороком. – она облизнулась своим длиннющим языком.

– Ах, ты чертова сука! Всегда знал, что ты законченная психопатка. Выпусти меня!

– Какой же ты жадный, Версик. Хорошо, выберешь первый самую вкусную часть. – обиженно сказала Тира.

Разум стал покидать тело Версалеса. По всей видимости снотворный яд подействовал с новой силой. Вскоре он почувствовал приятный запах душистого перца, шалфея и парочку незнакомых запахов. Версалес в ужасе очнулся с дикой мыслью, что из-за яда он не почувствовал боль, а пахнет вкусно его собственное мясо. Открыв глаза, Версалес с удивлением обнаружил, что больше не связан. Неподалеку горел большой костер, а племя трехглазых ходило вокруг него в странном танце.

Подогреваемый интересом отставной генерал, встал и двинулся в сторону костра. Там он сразу же заметил Тиру, которая сидела с закрытыми глазами, подобрав ноги под себя, а руки положив на колени. Пустынники уже не вели себя агрессивно и лишь расступались перед могучим Версалесом.

Он присел на против Тиры.

– Извини, ты слишком долго спал. Я съела самый вкусный кусочек пустынного хорька.

– Для чего ты позволила им меня связать? Ведь ты умеешь общаться с трехглазыми, и видимо не плохо с ними ладишь. – спокойно спросил Версалес.

– Ты повел себя агрессивно. Это была их реакцией самозащиты. Да, и твой посох у меня. – серьезно ответила Тира.

Версалес снова удивился. За то время, которое он знал дознавателя, она не была настолько рациональной и адекватной, как сейчас.

– Мы еще не нашли место, указанное в карте Верховного и уже несколько недель, блуждаем по пустыне. Но так и ничего не узнали. Сейчас, мне кажется, что ты взяла след.

– Громко сказано, но все же кое-что я узнала. – сказала Тира и протянула курительную трубку Версалесу. В его руках, она казалась тоненькой соломинкой. Он затянулся. Приятный дым растекся по телу и вызвал всеобщее расслабление. Тира вложила свою небольшую ладонь ему в руку.

…и тут он увидел. Оба солнца зашли за горизонт и лишь слабые лучи из-за края мира, говорили о их незримом присутствии. Он летел не высоко, над землей. Вдали виднелся неестественный для этих мест, холм. Версалес стал слышать гортанный голос:

– Это священное место для нас. Здесь, во времена старой звезды, происходили ритуалы душ и с нами общались Великие. Древнее солнце погибло в горячем котле, потрясшим всю суть мироздания, и мы долго жили в тени, но обогреваемые теплом наших богов. Но сейчас это священное место оскверняют чужаки. Возле пещеры Ронклуа, они зажгли пламя. Женщина с чужой кровью и живущий на шаг впереди…

Взгляд Версалеса перенёсся к вершине холма, где он увидел сидевшее на камне существо. Судя по исходящей энергии от него, это был тот, кого они долгое время искали – блуждающий, в весьма необычной форме. Версалес обладал скудными знаниями об этих существах, одним из которых было, то, что они не имеют постоянной формы и действуют в разных обличиях.

Из высокого куста в сторону существа полетело копьё. Картинка смазалась и Версалес перенёсся в темную пустошь.

Красивая женщина в широкополой шляпе и блуждающий бежали через камни пустыни, а за ними мчалась толпа трехглазых. Версалес отчетливо чувствовал злобу шамана, за то, что чужаки осквернили святое для племени место.

Картина происходящего снова изменилась, и он увидел на земле несколько погибших пустынников, а Оргл показывал рукой в сторону темнеющих гор. Ощущение горя и утраты, всей силой обрушились на Версалеса.

Назначенный вышел из этого сумбурного видения. Тира не изменила своего положения, однако теперь курила другую трубку. Рядом появился шаман Оргл. Теперь Версалес посмотрел на него совсем по-другому. Он почувствовал, что старец очень древний, вполне вероятно старше самого Версалеса.

Внезапно он все понял: аймар Геллари не был порождением коры Древа. Когда оно было нежным ростком, этой земли здесь не было, и вполне вероятно, что Геллари сюда занесло случайное воздушное течение. А может быть орден Назначенных был не внимателен и упустил из виду землю, которая была здесь всегда?

Он посмотрел вдаль и увидел силуэт горы, куда двинулась парочка тех, кого они искали.

На Версалеса пристально смотрел шаман. Внезапно в голове возник отчётливый голос:

– Видимо, чтобы стать обладателем столь могущественного оружия, пришлось заплатить дорогую цену?

– Да… мои воспоминания стали ценой.

– Оправдана ли цена, мой огромный друг?

– К сожалению я не знаю, ибо никогда не применял посох в полную его силу. По замыслу создателя, оно обладает колоссальным потенциалом разрушать.

– Духи мне шепчут, что сила посоха зависит от хозяина. Ты созидатель, и мысли твои говорят о том, что ты существо порядка, ведь хаос чужд тебе. Я уверен, что, когда придет время, оружие раскроет свой потенциал.

– Зачем вы здесь появились? Если ваш мир не детище древа.

– Вопрос наверно не верен, ибо адресован он должен быть вам. Почему вы сюда явились, и почему древо выращено именно в этом месте?

– Я не могу ответить на твой вопрос, так как решение было принято не нами.

– Подумай Версалес вот над чем. Что если, ты и ваш орден, пешки в чьей-то злой игре? И спасение мира, после Катаклизма, является далеко не первостепенной целью? – произнес Оргл и также внезапно прекратил сеанс ментальной связи. Затем шаман развернулся и поковылял к своим соплеменникам, оставив Версалеса наедине с своими мыслями и Тирой.

Она открыла глаза.

– Чем чаще я отдаляюсь от истоптанных троп, тем больше понимаю, сколько вокруг много неизведанных вещей. Иногда мне кажется, что хоть я старше многих поколений империй, но знаю не больше младенца, впервые появившегося из утробы матери. – задумчиво сказал Версалес. – Хочется вспомнить о том, что случилось в те годы, лишившей дома тебя и меня. Хочется услышать голос матери, почувствовать нежность кожи своих детей. Что делает нас теми, кто мы есть? Настоящая действительность или воспоминания прошлого? А может все это бессмысленно, и важно то, что будет по итогу нашего жизненного пути?

– Ты все грезишь о воспоминаниях прошлого. Ничего в них хорошего нет, Верс. Было ужасно плохо. Я считаю благом, что ты не помнишь о крушении наших миров.

– Я знаю, что потерял что-то важное, за право пользования оружием, которое боюсь применять.

– Возможно ты правильно делаешь, что боишься. Ведь и тогда, в те давние времена, мы стали использовать силы, которые не до конца понимали. И ни к чему хорошему, это не привело. Знаешь я думаю, в глубине нашего сознания, мы считали, что могуществу нашему нет края, думали, что стали богами. Но как оказалось, что окружающее мироздание, словно слоенный пирог: Каждую силу окружает сила побольше, за каждой тайной прячется загадка большего масштаба, слой за слоем и так до бесконечности. Возможно, кто-то и руководит этой нескончаемой игрой, но нашему разуму цели этой игры не подвластны. Мы лишь винтик в огромном механизме, и этот механизм часть масштабной машины действительности. – сказала рациональная Тира.

Версалес ничего не ответил. Он увидел рядом с Тирой остатки мяса пустынного хорька, взял их и доел. Затем он снова лег спать. Ночь начала обнимать пустыню Геллари.

Неожиданный шум разбудил Версалеса. Окончательно проснувшись, он почувствовал, насколько поднялась температура. За все время путешествия по пустыне, ночь наступала лишь несколько раз.

Он увидел группу людей, которые двигались через стоянку трехглазых. Впереди шел зловещий мужчина и держал в руках массивные тесаки. Один из пустынников бросился на странника, но тот преспокойно пнул его ногой, от чего трехглазый отлетел в темноту пустыни.

Спавшая Тира мгновенно проснулась, и встала в боевую позицию, распустив веер неожиданно появившихся длинных когтей. Версалес взял в руки посох.

Мужик с тесаками остановился и удивлённо посмотрел на парочку.

Тира с шипением бросилась на брутального мужика, целясь в уязвимые части тела когтями, которые выросли еще больше, и теперь почти касались земли. Но воитель показал неожиданную прыть и уклонился от мгновенного рывка дознавателя, ударив на отмажь по ней. Но и она была не промах: защищаясь от огромного тесака она подставила когти. Эффект от силы столкновения был потрясающий. Звенящий гул на протяжно долгие мгновения оглушил все округе, и был слышен на многие лиги. Мужик опустил тесаки и с удивлением, которое прямо было написано на его лике, спросил:

– Черт возьми, что ты за тварь такая!?

– Сладкий мой, мне кажется, ты не обучен культуре поведения. Тот, кто пришел с оружием, первым должен и представляться. Тем более, когда пред ним стоит прелестная дева. – сладким голосом сказала Тира.

Мужчина промолчали, а одна из пришедших, молодая девушка, тихонько пустила смешок.

Версалес ступил вперед.

– Я генерал Каргатской армии, Версалес. Здесь находимся по особо важному государственному заданию. Ваш черед? И почему вы напали на этих трехглазых. – соврал Версалес.

– Лионхертц. Капитан второго отряда наемников мастера По. Это Регардо, мой заместитель. А эти прелестные близняшки – Лана и Закатная пустошь. – он достал из кармана лист бумаги. – Здесь ордер, выписанный главой Криненбурга, на поиск чудовища погубившего целый лагерь наемников мастера Хромая голова, вместе с ним самим. Закатная пустошь почувствовала в этом месте источник странной энергии и вот мы здесь. Не похоже вы на монстров, а эта милая девушка, даже весьма симпотична.

– Спасибо. – сказала Тира опустив глаза на землю.

Версалес крайне удивился. Он тщательно скрывал свое и Тиры присутствие, и так просто обнаружить их было невозможно. Но девушка по имени Закатная пустошь каким-то образом смогла их почуять и даже более – определить их точное местоположение. Это говорило о ее невероятных ментальных способностях. Версалес все больше и больше удивлялся этой удивительной пустыне.

– Закатная пустошь. Они те кто нам нужен? – спросил Регардо.

Девушка обошла огромного Версалеса водя рукой. Потом провела подобную процедуру с Тирой.

– Нет, я не чувствую этой энергии. Это не они. – произнесла Закатная пустошь.

– Ой как хорошо! – сказала Тира и втянув когти, подойдя к Лионхертцу, стала гладить его плече. Лана на нее посмотрела испепеляющим взглядом.

Лионхертц совершенно не обращая внимание на прикосновения Тиры, спросил:

– Каким же образом, ты смогла своими коготками выдержать удар моих мечей?

– В этом существует какая-то проблема? – холодно спросил Версалес.

– Существует. Это оружие сделано из уплотнённой стали. Оно сжато до таких пределов, что один меч весит примерно, как тот камень. – он указал на булыжник размером с Версалеса.

– Я просто твердо стою на ногах, а когти крашу. – сказала Тира и показала язык Лане.

Версалес хотел было разрядить напряжённую обстановку, как вдруг пришла неожиданная помощь:

– Лион, если они не потрошители наемников Хромой головы, то не стоит терять время. Пойдемте. – сказал Регардо.

Лионхертц пристально посмотрел на Тиру и Версалеса и произнес:

– Думаю, что мой заместитель прав, и я вынужден закончить столь приятную беседу. Возможно, мы когда-нибудь ее продолжим, когда обстоятельства будут более благоприятствовать этому.

– Я буду очень ждать этого момента! – воскликнула Тира, ухмыляясь недовольной Лане.

Лионхертц развернулся и последовал с своим маленьким отрядом в пустыню. Трехглазые, завидев группу головорезов с визгом разбегались в разные стороны. По всей видимости они очень боялись наемников мастера По....

Утро наступило гораздо быстрее обычного и по пустошам стал гулять холодный ветер.

Версалес и Тира покинули стоянку пустынников и двинулись в сторону чернеющих в лиловом небе, горных вершин.

В серой пустыни в основной росли чахлые кустарники, но иногда и встречались гиганты – многолетние мхи и грибы, возвышающиеся над скалами. Иногда встречались оазисы с озёрами, куда попадала вода из глубинных слоев земли.

Сизо – лиловые облака проходили над их головами, создавая ощущения бескрайности этой земли, что было совсем не далеко от истины. Дальнейший их путь прошел без приключений. Тира, к сожалению Версалеса, не возвращалась к своей адекватной ипостаси и теперь постоянно вела себя странно, что впрочем было нормой для нее. Один раз, когда они пришли к небольшому оазису, дознаватель скинула все свои одеяния, чтобы окунуться в воды озера, Версалес заметил, что все ее тело покрыто ужасающими шрамами с зеленеющими подтеками. Складывалось впечатление, что Тира была собрана из разных частей.

Наконец, через неделю, по Каргатскому исчислению, парочка прибыла к черным горам. Они были настолько темными, что казалось свет обходил их стороной.

Здесь находилось маленькое человеческое поселение, состоящее из нескольких десятков домов. Деревенька казалась почти заброшенной: лишь один мужчина капался в своем дворе и то потому, что не заметил странную парочку.

– Эй дружище, не подскажешь нам, где находится проход через горы? – спросил вежливо Версалес.

Деревенщина посмотрел на них выпученными от ужаса глазами и ринулся бежать к дому. Но Версалес оказался проворнее, успел схватить убегающего за пятку и поднял вниз головой. Мужчина принялся истошно орать, продолжая свое действо около минуты, пока не стал хрипнуть, и в конце концов замолчал.

Тира схватила его за голову рукой, угольные когти которой, уже успели распуститься смертельным букетом. Она облизнула его лицо и сказала:

– Меня зовут Тира. Советую не орать и ответить на вопросы моего большого друга. А иначе, я вот этими коготками аккуратненько разрежу твою бестолковую черепушку, и буду по маленькому такому кусочку, выедать мозги. И знаешь, ты живой, в это время будешь лицезреть сию происходящую сцену. А затем я вспорю твой милый животик, и затолкаю кишочки в ротик и в нос, что бы ты задохнулся. Надеюсь, ты будешь благоразумным. Все в твоих руках.

– Я все скажу, только пожалуйста не лишайте меня жизни! – истерично завопил человек.

– Отлично! Для начала расскажи мне, где мы находимся и почему так испугался нас? – спросил Версалес и опустил на землю бедолагу.

– Это поселение золотодобытчиков из Дурмундии. Сейчас мы все, прячемся по домам. Раз в несколько дней выходит из берлоги ОНА, и забирает одного из нас. Мы страшно боимся и стараемся не выходить из своих домов. Единственное, что нам остается, это дождаться караван из Криненбурга, который придет через несколько недель. А проход…здесь нет никакого прохода. Возможно, в пятидесяти лигах отсюда, возле Каньона висельника.

Тира облизнула палец, а затем спросила:

– Покажи нам, где находится ее берлога.

– Тира, зачем тебе это непонятное создание, которое жрет людей? Нам надо искать путь за горами. Я не думаю, что та девушка и блуждающий, остались здесь.

– Мое чутье подсказывает, что стоит проверить, что эта за тварь. Пошли мой сладкий. – она жестом показала человеку, что бы он показал им путь.

Они подошли к здоровенному холму, покрытому низкорослыми зелёными грибами и проводник, показал пальцем в сторону черной дырки, находящейся на верху. Версалес почувствовал силу исходящую из этого места, и достал из-за спины свой посох. Тира остановила его, уселась на землю и принялась наблюдать за небом, тихонько что-то бормоча под нос. Так, в относительной тишине прошло несколько часов. Версалесу уже надоело ждать и он решил пойти самостоятельно проверить берлогу, как вдруг в нескольких метрах от них, словно взорвалась земля. Инстинктивно, бывший генерал создал посохом силовой щит, вокруг себя и Тиры. Это было очень вовремя. Человекоподобное создание, обмазанное землёй и грязью, рубануло большим двуручным мечем, который с жалобным звоном отскочил от щита. Сквозь тучу поднявшейся пыли, Версалес разглядел напавшего. По всей видимости это была та женщина, которую он видел в видении Оргла. Ее волосы практически опали с головы, кое-где торча небольшими клочками и спутанными комками. На теле ещё имелись остатки одежды, болтающиеся обрывками, на ветру.

Тира почувствовала сильных запах блуждающего, который неотступно преследовал ее весь путь. Тварь жутко верещала и с неутомимой яростью била мечом по незримой преграде. Дознаватель вышла из-за пределов силового щита, выпустила свои угольные когти, и ринулась на противника.

Звон столкновения меча и когтей разнёсся по округе. Две древние воительницы схлестнулись в неистовой схватке, с безумной скоростью стараясь покончить с друг другом, одним финальным ударом. Тира стала осознавать, что противница более чем серьезная. Она старательно уклонялась от меча, но это с каждым мгновением, сделать было все труднее и труднее.

В битву вмешался Версалес. Он атаковал мощным выпадом своего посоха, который с лёгкостью парировала мечница, и контратаковала. Версалесу пришлось создать очередной щит, который громко гукнул от соприкосновения стали. Тира в этот момент стала наносить удары с левого фланга и умудрилась нанести глубокую рану в плече, но одновременно получила мощный тычок ногой в живот. Она согнулась от подобного соприкосновения и чуть не получила мечем по спине, если бы не щит, созданный вовремя ее соратником.

Версалес, не теряя времени воспользовался открытой прорехой в обороне и ткнул посохом в грудь противницы, от чего она выронила меч и плашмя упала на землю.

Падшая женщина не могла двинуться, но ее глаза бешено вращались в орбитах, а тело дрожало, пытаясь освободиться от энергии посоха.

Тира быстро пришла в себя от удара. Она достала из рюкзака Версалеса верёвку и когтями разделила на четыре равных части. Затем, на одной из ее рук, когти, стали стремительно расти, пока не выпали угольными шипами на землю. Через несколько мгновений, новые когти стали вытягиваться из пальцев. Возле каждой конечности женщины, она втыкала глубоко в землю коготь, который стал дальше прорастать в землю. Крепкими узлами, Тира связала руки и ноги жертвы к когтям, и стала ждать.

Через несколько минут онемение стало ослабевать, и женщина стала дрыгать конечностями, пытаясь высвободиться от узлов, но она была плотно привязана к когтям.

– Ах, мерзкие ублюдки, пытаетесь сдержать меня. Ахааа, у вас ничего не получится я освобожусь и съем ваши потроха. Они, наверное, такие вкусные. Сожру твое большое сердце и печеночку. – она повернула голову и посмотрела на Версалеса обезумевшим взглядом.

– Вот зачем она ловила поселенцев – задумчиво сказал Версалес. – Тира, зачем нам нужна эта тварь? Что ты хочешь у нее выпытать? – продолжил он.

Тира ничего не ответив подошла к ней и стала водить пальцами по полуголому телу.

– Ответь на все мои вопросы, и я тебя не только освобожу, но и позволю полакомиться моим большим другом. Я думаю, от пары кусочков мяса он не обеднеет.

Версалес закатил глаза.

– Пошла ты в задницу, ни на какие вопросы я не стану отвечать. – ответила она.

– Плохой ответ и это даже хорошо. – задумчиво сказала Тира.

Она содрала остатки одежды с своей новоиспеченной жертвы и стала вновь водить когтем по ее телу.

– ооо, я так и знала. В тебя влили кровь блуждающего и благодаря этому живительному соку ты живёшь, бездушная тварь. Теперь понятно куда пропал наш разыскиваемый. – задумчиво сказала Тира. – интересно, кто это мог сделать, в этом потерянном месте. – продолжила она.

Тира вновь обломала кончики своих когтей и подложила под мечущуюся в гневе, жертву.

– Ну, что ты не передумала, милая?

– Ахаа, я сожру ваши мозги, когда освобожусь. – прокричала тварь.

Тира пожала плечами. Обломки когтей, которые лежали под тварью стали быстро прорастать, как растение, постепенно пробивать кожу.

– Аааа. – ужасный крик твари пронесся по всему холму.

Падшая женщина все больше пыталась освободиться, но веревки крепко держали ее конечности. Ужасные гримасы искажали лицо, из-за чего оно совершенно перестало быть человеческим.

– Я могу мучить тебя сколь угодно долго, черные ростки не дадут тебе умереть. И я все равно узнаю правду, когда они доберутся к твоим прогнившим мозгам.

Версалес наблюдая за Тирой, заметил разительную перемену в ее поведении. Теперь это была не полоумная девица, а скорее безжалостный палач, который всю жизнь рубит головы.

– Прекрати… – сказала тварь спокойным голосом и впервые, за все время, посмотрела человеческим взглядом на них.

Тира щёлкнула пальцами и боль ушла из ее тела.

– Только… пока я ещё в незамутненном состоянии…будет просьба. – сказала женщина.

– Какая? – вмешался в разговор Версалес.

– Убейте меня…как узнаете все, что нужно.

– Безусловно, в этой просьбе мы точно не откажем. Кто ты? И как тебя звать? – спросила Тира.

– Меня зовут…Скарлет. Я охотница…ловила разных существ, для арен.

– Ты убила Блуждающего. Каким образом смогла поместить его кровь, внутрь себя?

– Когда-то я и сама… была гладиатором. Кровь влили в меня в качестве эксперимента…

– Это удивительно! – воскликнул Версалес. – каким образом у кучки сектантов, кроме механизма работы с душами есть ещё «таинство изменности»?

– Стоп, стоп. Сколько лет назад, по Каргатскому исчислению, в тебя влили эту заразу? – спросила Тира.

– Около сотни.

Версалес поднял брови.

– Но тот Блуждающий, которого мы ищем пропал совсем не давно! – воскликнула Тира.

– Ааа… вы видимо его ищете…меня бы это возможно заинтриговало, если бы не мое нынешнее состояние… Да, я его почувствовала, благодаря крови. Думала …что за такой улов…мне отдадут наконец мою душу…без нее так трудно…тяжело. Ради нее я работала на этого мерзкого ублюдка.

– Мне очень жаль, но тебя обманули. Души самых сильных бойцов, как правило распыляют в общем котле, если можно это так назвать. Они наиболее энергетически ценные. А раз тебя отпустили с арены, значит ты не нужна была как гладиатор. Стало быть, лишь кровь Блуждающего держит тебя в этом мире. – сказал Версалес.

Скарлет всхлипнула, на глазах показались слезы.

– Где же этот Блуждающий? – спросила Тира.

– Я его передала … Зул Гару…он у них в секте важная шишка… насколько я знаю… А после…как я попросила назад душу, он меня превратил в это чудовище. – сказала Елена всхлипывая.

– Куда забрал? – спросил Версалес.

– По всей видимости в Горнило…убейте меня. – тихо произнесла Скарлет.

Тира не стала медлить. Когтем она проткнула голову женщине насквозь, от чего она умерла мгновенно, оставив улыбку на прощание с жизнью.

Версалес посмотрел в небо. Холькера снова заходила. Как быстро закончился день.

– Все дороги ведут в Горнило… – заметила Тира.

Глава 8.

Утро на палубе выдалось неприметным и обыденным. Ласточка мчалась на всех парах, через темное пространство, одаряя всех членов команды, необычайно прекрасным видом мироздания. Вокруг была полная тишина, которая приносила большое наслаждение капитану Леестарду. Он любил покой космоса, наводивший его на философские размышления, так не свойственные его личности, но иногда пробивавшиеся наружу, как гейзер из базальтовой плиты. Сейчас темой думы капитана, стала Ласточка. Кроме чисто бытовых проблем, таких как замена обшивки, починки труб и парусов, ему стало казаться, что Ласточка – это не совсем обычный корабль. Хоть и являясь деревом, железом и другими материалами, он для Леестарда ощущался как живой организм, со своими мыслями, чувствами, воспоминаниями. Это было трудно рационально объяснить, даже самому себе. Просто какая-то странная уверенность, что так оно и есть. Ласточка действительно была очень старым кораблем. По рассказам деда Леестарда, дело которого он продолжал и по ныне, корабль достался прадеду, после азартной игры с самым великим корабельным мастером современного времени – Ласком. Ходили легенды, что лучшие его, штучные корабли, были наделены душой. Со временем, относившийся к этому, как к глупому вымыслу, капитан стал понимать, что толика правды в этом все же имеется. Еще одной особенностью Ласточки была ее исключительность – Леестард совершенно точно знал, что другого такого корабля не существует.

Размышления капитана прервал скрежет щеток о палубу. Горгун, Дори Хряк и ещё несколько членов команды, активно проводили плановую уборку. Они круговыми движениями, тщательно тёрли щетками с серым порошком, соскребая в небытие любые признаки грязи. Капитан, как и обещал, повысил Горгуна до коменданта корабля, однако не снял с него обязанностей по мойке. Горгун особо и не возмущался. Хотя бы немного, но Леестард знал, о каждом старом члене команды, однако Горгун до сих пор, оставался для него загадкой. Даже во время пьяных вечеринок, все попытки, что-то выяснить, были тщетны. На вопросы о своем прошлом, новоиспеченный комендант закрывался в себе и его хорошее настроение резко пропадало. Да и было в нем, нечто необыкновенное: достаточно высокий, темнокожий, лысый, хоть и худой, но весьма жилистый. Наблюдая за его движениями, можно было заметить их необычную изящность и скорость. Всегда над всеми новичками подшучивали: то поставят неожиданную подножку, то привяжут верёвочкой ведро с водой, к двери. Когда кто-то открывал двери, ведро окатывало водой, и жертва, под грохот смеха, становилась мокрой до нитки. Но с Горгуном такой номер не прошел: когда он открыл двери и вода схлынула с ведра, он каким-то непостижимым образом увернулся от этого потока.

А вот и Дарья проснулась. В синем халатике, она вышла из своей каюты. Неожиданная пассажирка, очень порадовала капитана. Дарья была приятной внешности и всегда ласкала его взгляд. Однако, все попытки капитана вести себя галантно и даже аристократично, разбивались о скалы врожденной невоспитанности и неумению чувствовать такт.

– Дашенька, как тебе спалось? Корабельные крысы не слишком шумно бегали? Они сейчас немного громче обычного, знаете, брачный сезон и все такое. – сказал Леестард, растягивая глупую улыбку.

– О боже, у вас здесь есть ещё крысы!– возмущённо откликнулась Дарья.

– У нас не только они водятся, кхагхва!!! Здесь ещё такие здоровенные жирненькие тараканы живут, гхаррр – довольно облизнувшись, сказал матрос Коро.

После услышанного у Дарьи побледнело лицо и Леестард решил разрядить обстановку:

– Дед рассказывал мне легенду, что много лет назад, крыс специально заводили на корабле. Они если ты заметила, весьма породистые: черные корхельские, очень толстенькие. Во время дальних походов их мясо спасло не одну жизнь от голодной смерти.

– Беее…– скорчила недовольную мину прекрасная пассажирка корабля и спустилась к себе в каюту.

– Ну вот, решил пошутить и опять не то ляпнул. Этих женщин не поймешь. – подумал Леестард.

В это время с палубы управления послышался голос:

– Капитан, прямо по курсу виден корабль! – крикнул Рон Пропитая Башка.

Интересный тип, этот Рон. Леестарду казалось, что это не его имя и он просто притворялся знаменитым адмиралом Каргатского союза, Роном Непобедимым. Ну извольте, что делать самому талантливому военному адмиралу, на забытой посудине с контрабандистами? Тем не менее, он был чрезвычайно талантливым штурманом, даже когда уходил в запой, что было практически всегда.

– Что за корабль? – спросил Леестард.

– Пока трудно увидеть знаки различия, но похож на торговый.

– Ладно, направляй судно к ним. У нас в трюме, есть кое-что из нераспроданного, может поторгуем. А если пираты, то догнать они нас не смогут.

Леестард часто улетал и от пиратских кораблей, и от охотников за контрабандистами. Ласточка, оправдывала звание самого быстроходного судна. Корабль все приближался, приближался и вскоре стали видны знаки отличия.

– Отлично. Это вольные торговцы из Криненбурга, для нас они опасны не будут. – сказал Леестард.

Команда, торгового судна, с помощью флажков подала общепринятый знак «торговли и обмена». Леестард жаждал наконец продать куски сушенного мяса, которые им не удалось сбыть в прошлый раз.

Примерно через пол часа, к Ласточке пришвартовалось судно. На палубу корабля ступил, огромный жирнющий человек, с уродливым лицом в шрамах, увешенный ожерельем с сушеными скальпами, и по всей видимости это не была бутафория, сделанная для отпугивания пиратов. За спиной гиганта торчала огромная булава. Устрашающий вид человека, явно не вызывал чувства доброжелательности.

Леестард сглотнул. Стало ясно, что это были не простые купцы, а самые настоящие пираты, маскирующиеся под благочестивых торговцев. Дело могло дойти до неожиданных последствий. Капитан Ласточки решил, во что бы то ни стало, решить вопрос мирным путем и откупиться. Он и его команда были не готовы к прямой схватке с прожжёнными в боях бандитами.

За жирдяем, через специальный мостик, на палубу Ласточки ступили ещё несколько представителей этой команды: все грязные, побитые жизнью, но свирепые и хорошо экипированные превосходным, по всей видимости трофейным оружием. Леестард вышел вперёд:

– Любезные, меня зовут Леестард, я капитан этого прекрасного судна. – несколько дрожащим голосом произнес он.

– Хо-хо-хо, я вижу, что это судно прекрасно, поэтому мы у вас его реквизируем. У вас есть выбор. Или вы отправитесь вечно падать в пространстве, так как будете сброшены с корабля. Либо станете тушёнкой. Знаете, может кто и осуждает каннибализм, но он здорово экономит, благодаря сокращению затрат на еду. Мне второй вариант нравится больше. Кроме вот той самки, которая выглянула из каюты. Да – да, ты. – указал препротивный жирдяй на Дарью. Ой не прячься. Или наоборот – прячься, поиграем в веселую игру. Я давно не развлекался, а тем более с такой аппетитной курочкой…хи-хи-хи…– засмеялся капитан пиратов.

– Может мы договоримся…– боязливо сказал Леестард.

– А ты можешь мне предложить, что то, чего я не смогу забрать? – огрызнулся здоровяк, а сзади него противно заржали его подчиненные.

Леестард усиленно думал, что же такого он может предложить, создав на несколько секунд гробовое молчание, которое прервал капитан вражеской команды:

– Из тебя получится отличная тушёнка, для корабельного супа – обратился он к Леестарду. -а теперь ребята, в атаку – устало махнул рукой, шустро достал булаву из-за спины и нанес удар по капитану Ласточки. Леестард успел среагировать и отступил на шаг назад, поэтому кончик булавы пролетел в нескольких сантиметрах от его лица.

В это время события начинают развиваться стремительно: Дори Хряк, с пронзительным визгом достал мясницкий топор и со свистом запустил в голову одному из пиратов. Топор успешно воткнулся прямо в лоб одному из нападающих, расплескав его мозги по палубе. С корабля пиратов незамедлительно стал течь поток бойцов, которые сразу бросались в бой, против немногочисленной команды Ласточки. Морронд достал длинный меч, смело бросился в гущу врагов и стал отражать, многочисленные удары, быстро и уверенно двигаясь. Однако его атака превратилась в глухую оборону, лишь прерываясь на короткие выпады, так как врагов было слишком много. В это время Леестард, достал из ножен меч и стал отражать атаки жирдяя. Не смотря на свои габариты, капитан пиратов двигался очень быстро и умело наносил удары. Через несколько секунд, слева и справа от Леестарда, двинулось ещё два врага: один высокий, изуродованный шрамами и топором, другой средний, лысый, с зашитой щекой и абордажной саблей. Капитан оказался в отчаянном положении: хоть и был весьма неплохим фехтовальщиком, но победить троих противников одновременно, было весьма проблематично. Поэтому он, отражая выпады противников, медленно отступал к центру палубы. Дарья, оцепенев от ужаса, стала невольницей этих событий. Увидев ее, капитан пиратов воскликнул:

– Ох, какие у тебя формы! Вот это улов. Ради такой зайки, стоит перешерстить не один десяток таких кораблей. Не бойся, нас всего четыре десятка, тебе может даже понравится, ха-ха-ха.

Вице капитан Джо, как обычно мертвецки пьяный, вылез на палубу, держа в руках огромный бутыль с самогоном, который он разбил об голову первого встречного пирата, вырубив последнего. Недавно перешедший в команду лознак, уже лежал на палубе в раздробленном состоянии. Кроме него, уже были убиты два матроса и один тяжело ранен. Положение становилось критическим.

Морронд всё ещё сдерживал примерно четверть нападающих, лишь благодаря Дори Хряку, который довольно умело размахивал мясницким топором и уже успел отхватить одному из нападающих пол руки. Присоединившаяся к бою Изабелла, успела пырнуть ножом нескольких пиратов, пока один из врагов, не подобрался сзади и не вырубил ее. Вражеская абордажная команда превосходила числом экипаж Ласточки, как минимум в два раза.

Леестард отражая удары трёх наступавших противников и порядком подустав, отступал к каюте Дарьи. Один из врагов, с абордажной саблей, неуклюже сделал замах, чем воспользовался Леестард и успел ударить мечем его. Однако удар капитана также получился неуверенным, и он лишь глубоко оцарапал плече нападающего. При этом Леестард тоже открылся, получив мощный удар кованным кулаком по лицу, из-за чего упал копчиком на палубу. Кровь из разбитой брови хлынула на глаза капитана, закрывая обзор.

В это время в нескольких метрах, от происходящих событий стоял Горгун и держал в руках швабру. Пират с абордажной саблей решил, что с Леестардом будет покончено в следующие несколько секунд, подошёл к Горгуну.

– Смотрю браток, ты ссышься. Ну не переживай, сейчас я с тобой быстро закончу, даже не успеешь понять, как умер. – сказал пират и замахнулся своей саблей, чтобы покончить с новоиспеченным комендантом.

Горгун наблюдал, как медленно летит острие сабли к его голове. Он сильно хотел умереть. Уже давно было пора окунуться головой в мир смерти. Краем глаза он увидел, как Леестард пытается отползти от надвигающегося капитана с булавой. Морронд, обессиленный, еще успевал отражать атаки, но усталость и мелкие раны, замедляли его движения. Несколько его товарищей уже лежали на палубе, и скорее всего, уже никогда не поднимутся… Горгун стал слышать замедленный визг Дарьи и у него вспыхнул воспоминания… Кровь неожиданно вскипела.

Абордажная сабля уже была в нескольких сантиметрах от лица, как вдруг Горгун с огромной силой и скоростью ткнул древком швабры в лоб нападающего. Удар был настолько силен, что половина древка, которая была в руках расслоилась на длинные щепки, а другая насквозь пробила череп врага. Абордажная сабля опустилась, а пират удивлённо, не понимая, что умер, смотрел на Горгуна.

В это же мгновение, капитан жирдяй уже замахнулся булавой, чтобы превратить голову Леестарда в неопознанный объект. Горгун выхватил саблю из рук мертвого пирата и метнул ее. С ужасающим воем, сабля начисто снесла половину головы жирдяя, облив кровью и мозгами капитана Ласточки и застывшую в ступоре Дарью. Однако путешествие сабли на этом не закончилось: пролетев сквозь череп, как горячий нож, через сливочное масло, она воткнулась по самый эфес, в грудь соседнего врага.

Горгун не думал останавливаться. С молниеносной скоростью, он подбежал и выхватил саблю из трупа, направился в сторону Морронда. На него замахнулся один из пиратов, однако за миг упал. Через пару секунд, его тело развалилось на несколько аккуратных частей. Горгун вмешался в гущу схватки и быстро зачистил палубу от врагов. Он с грустью подумал, что, все старания по чистке корабля были тщетны и сегодня предстоит генеральная уборка. В этих мыслях он перебрался по мостику на палубу вражеского корабля и принялся уже там сеять ужас и панику. Сначала пираты пытались организовать некое подобие обороны, но неизменно оружие Горгуна находило свою цель. Вражеская команда таяла на глазах. Часть из них уже бросала оружие в надежде на пощаду, а те, кто посмелее бросались в свой последний бой. Но Горгуна уже нельзя было остановить.

Леестард перебрался на пиратский корабль, а враги бросались ему в ноги, в надежде сохранить свои жалкие жизни. Их осталось не много – всего трое.

Горгун упал на колени и воткнул саблю в палубу. В его пронзительных синих глазах читалась грусть и сожаление. Затем он взял оружие дрожащими руками и начал медленно приближать острие к груди. Леестард мгновенно среагировал, подбежал, упал на колени и схватил Горгуна за руки.

– Не делай этого, друг! – воскликнул капитан. Они встретились глазами: сапфировые глаза Горгуна и серые Леестарда. По щекам новоиспечённого коменданта, смывая грязь и кровь, текли крупные капли слез, а руки еще более судорожно дрожали.

– Капитан…дай мне закончить со всем этим… – грустно ответил Горгун.

– Ты спас мне жизнь. И другим тоже. Я не могу тебе позволить. Ты не должен себя убивать, какими бы ни были твои мотивы. Как я без тебя? – Леестард улыбнулся и продолжил: – кто же будет убирать это бардак!

На лице Горгуна промелькнула слабая ухмылка и он откинул в сторону саблю.

– Вот и славно. Дори, Джо отведите его в мою каюту и налейте самогона. Я скоро подойду.

Леестард вместе с остатками команды обыскал вражеский корабль и обнаружил там множество награбленного имущества, а также огромную осадную пушку крупного калибра. Он приказал своим подчиненным выкатить пушку на палубу, а вражеский корабль буксировать, для дальнейшей его продажи.

На палубе капитана ждали остатки вражеской команды.

– И что мне с вами делать? – сурово спросил он.

– Мы не виноваты – это все капитан Жир! Он нас заставлял делать всякие жестокости, но мы не такие. Пожалуйста пощадите нас. – говорили они.

Леестард почесал голову:

– Ну, сегодня мы будем милосердны. – сказал капитан, вызвав на лицах плененных, гримасы надежды, на положительный исход событий.

Через час, команда Ласточки выкатила огромную пушку, в которую стали по очереди заталкивать вопящих от ужаса, пиратов.

– Пли! – весело крикнул вице-капитан Джо, Дори поджигал фитиль, и пират, превращаясь в фарш, озарял небо.

– Ух какая красота, праздничный фейерверк в честь победы. – произнес Дори.

А в это время Леестард сидел в каюте с Горгуном, разливая уже второй стакан ядреного самогона, который регулярно гнали на корабле.

– Ну что, ты наконец расскажешь о своем прошлом?

***

Лезвие меча ничем не отличалось, от любого другого, аналогичного оружия. До, унылости простое, без каких-либо наворотов и драгоценных камней на эфесе. Но этот меч по своей цене и значимости, превосходил практически любое холодное оружие. Этот тип меча назывался в простонародье «безвременным». Созданный легендарными кузнецами прошлого, в мастерстве своем недоступном нынешним мастерам, они сделали оружие, которое позволяет его носителю, наносить удары, на несколько порядков быстрее. А все почему? Необычная заточка, позволяла оружию, на доли мгновения выходить из этого мира, а когда оно возвращалось, то было несколько ближе к противнику. Этот процесс, был незаметным даже самому прыткому глазу, позволял нанести невероятно быстрые удары, отразить которые, в состоянии были не многие. Острие меча, как-бы прорубало ткань пространства и времени.

Его учитель – Иролиск, отдал ему это сокровище, после того как проиграл бой своему ученику. Он говорил:

– Да…Горгун, твое мастерство превзошло любые разумные пределы и теперь ты сильнейший боец Селитаруса.

…Бой был очень долгим. Он когда-нибудь должно было произойти, несмотря на доброту и гармонию между учителем и учеником. Однако строгая иерархия требовала постоянных поединков, для установления сильнейшего номера.

Селитарус – очень древний орден мечников, который обучает своих членов искусству войны. Пожалуй, это одна из сильнейших школ среди открытого мира. Рыцари этого ордена, не подчиняются какому-либо государству, однако должны служить во благо человеческого рода.

…Бой был жестоким и изнуряющим, но Горгун, не смотря на весомое преимущество в опыте и оружии Иролиска, смог одержать победу и стать номером один. Смущенный учитель подарил свою святыню и более его никто не видел…

Горгун же в гордости, не брал учеников, не желая, чтобы с ним поступили так же, как с его учителем. Он, как и все молодые, был тщеславен.

Штаб Ордена располагался в Каргате – этой жемчужине человеческого мира. Город государство, находившиеся на одноименном аймаре, который, как и мириады других, плавал в межмировом пространстве. Однако именно это место, как говорят, было колыбелью человечества. Сейчас события развивались стремительно: появился совсем необычный культ, проповедующий всеобщее разрушение, во благо нового мира, созданного на обломках старого. Казалось бы, что в этом такого? Подумаешь группа фанатиков верит в конец света. Благодаря сражениям на арене и огромным ресурсам, фанатики смогли захватить умы общества. Сектанты стали просачиваться во все сферы жизни людских королевств, меняя приоритеты и политику благодаря возросшему влиянию и финансам. Ходили слухи о том, что развал империи был создан именно сектантами, хотя официальная версия гласила, что королевская семья была убита, в ходе заговора богатых промышленников.

Штаб Ордена выглядел, как большое четырехэтажное здание с унылым и чопорным фасадом, решетками на маленьких окнах, больше напоминая какую-то провинциальную тюрьму. Здесь находился совет старейшин, решавший все дела ордена. Не смотря на древнюю историю и традиции, Селитарус являлся по сути обычным лагерем наемников, выполняющих, порой грязные заказы, за немалую цену. Их услуги всегда были востребованы для человеческих государств, хотя и регламентировались своеобразным кодексом чести.

Сегодня Горгуна срочно вызвали в штаб ордена, по какому-то очень важному вопросу. Он поднялся на самый верхний этаж, где располагалась особая комната. В ней сидел специальный секретарь, который выдавал письменные поручения совета старейшин. Эти поручения не обсуждались и отказ от их выполнения карался сурово: от простого изгнания, до смерти.

– Мастер Горгун, поздравляю вас с выдающейся победой. На моей памяти, не было таких молодых первых номеров. Иролиск очень долго держался и весьма иронично, что его победил собственный ученик. – сказала восседающая на огромном кресле, девушка секретарь.

– Спасибо огромное, эта победа достигнутая многолетним потом и кровью. – гордо ответил Горгун, уже заученную фразу.

– Вот возьмите, вам письмо. – произнесла девушка.

– Спасибо, всего доброго. – слегка поклонившись сказал Горгун.

Первый номер уже и раньше выполнял задания, но они были довольно мелкими, на его взгляд. Теперь он справедливо считал, что станет выполнять задание, достойное его мастерства.

Выйдя из здания, он незамедлительно открыл письмо и быстро начал читать:

Горгун шил Раг. За годы обучения, ты стал великим мастером. Совет старейшин поздравляет тебя с этим радостным событием. К сожалению, в это очень неспокойное время, совсем нет времени для празднования. Человечеству грозит великая угроза и Селитарусу представлена честь, стать остриём справедливости. Тебе Горгун, необходимо встретиться в здании общего совета с генералом Версалесом. Он введёт тебя в курс дела. Необходимо туда прибыть, сегодня в три часа дня. Без опозданий!

– Пффф, сколько не читаю эти письма, так всегда написана пафосная хрень, о спасении мира – сказал в слух Горгун.

Путешествие к ЗОС (здание общего совета), через половину Каргата, было довольно сложной задачей, учитывая размеры города и заняло большую часть дня. Основным транспортом передвижения служили кареты, а для тех, кто по богаче, полеты на специальных повозках с кригуловым газом.

Прибыв к ЗОС, Горгун заметил необычное скопление народа. Это было странным, так как орган, который должен управлять человеческими городами, после развала империи, практически не работал и был лишь рудиментом, выполняющий чисто символическую функцию. От каждого города, присутствовало несколько избранных представителей, которые путем голосования должны принимать общие решения. Но по факту, решения не принимались давно, а если и принимались, то были очень мелкими и необязательными к исполнению.

Это было красивое здание, хотя и немного обветшалое. Огромный арочный вход обставлен статуями зверей, чудовищ и героев прошлого. Внутри располагался зал, где могли усесться все представители свободных городов в ожидании совета. Однако сейчас он был пуст и дорогу к «совещательному помещению» перегородил закованный в латы охранник.

– Куда? – спросил охранник гулким голосом.

– Туда. – усмехнувшись ответил Горгун.

– Нельзя.

В то время, как Горгун обдумывал, о том, чтобы вырубить несговорчивого стража, сзади послышались тяжёлые шаги. Горгун мгновенно развернулся и увидел самого огромного человека, с которым он когда-либо встречался. Высотой не меньше трёх метров, широкоплечий, под одеждой бугрились мышцы. Лицо его было обрамлено бакенбардами, а голову скрывала широкополая шляпа. Из-за спины торчала деревяшка, похожая на посох, с наконечником в виде небольшого кристаллика.

– Мастер Горгун, я вас уже заждался, в этом лягушатнике. – сказал здоровяк.

– Вы, я так предполагаю генерал Версалес? – ответил Горгун.

– Удивляюсь вашей прозорливостью. – улыбнулся Версалес и протянул руку.

Они обменялись рукопожатиями, причем ладошка Горгуна, буквально утонула в руке генерала.

– Расскажите о задании? – спросил Горгун.

– Чуть позже. Для начала зайдём в лягушатник, что бы ты немного понял суть дела.

Оттолкнув стражника, генерал и Горгун зашли в совещательный зал. Впервые, с момента его создания, он был заполнен таким количеством, самых великих и образованных представителей свободных городов.

– Черномазый ублюдок, мы не примем поправку о новых пошлинах на зерно – прозвучал крик из зала.

– Ах ты сын Каргатской шлюхи, я тебя выпотрошу, а голову закатаю в банку, и поставлю у себя в гостиной. – кто-то крикнул в ответ.

– Как председатель, требую всех успокоиться, вы показываете невоспитанность. – крикнул мужчина с трибуны.

– Заткните этого жаренного петуха! – послышался крик.

Председатель на этот не лестный отзыв, поднял над головой трибуну и запустил ее в толпу. Она, пролетев десяток метров, с грохотом ударилась в чью-то грудь. После того как один из благочестивых участников совета, ударил по лицу другого, началась массовая драка. Они били друг друга, рвали волосы и одежду. Хаос водворился в ряды защитников человечества, всего лишь из-за цен на зерно и на вино.

Горгун и Версалес с удивлением наблюдали за этой картиной. В зал ворвались стражи и стали разнимать бушующую толпу. Понемногу совет ЗОС стал успокаиваться, оставались лишь отдельные словесные перепалки.

– Никогда не понимал, почему народ выбирает для властвования, сплошных идиотов? – заметил Горгун.

Версалес необычайно громким голосом, на весь зал, объявил:

– Братья. Вы с каждым разом показываете, что люди никогда не будут вместе. А перед нами большая угроза. Влияние сектантов все больше и больше. Они разлагают наше общество, а их финансовые возможности, гораздо выше некоторых свободных городов. Разрушители громят Дурмундию, одного из наших союзников и теперь собирают огромную армию, для вторжения на нашу территорию влияния. И посему, я воспользуюсь правом Ор Мартуна.

По залу прошел робкий шепот. Один из людей, вышел в центр зала и объявил: найден наследник империи.

– Кто? Откуда? Какая чушь? Докажите? – стали слышны возгласы из зала.

В зал вошли несколько человек сопровождающих девушку в темно фиолетовых одеяниях, в белой маске. Послышались возгласы, шептания и возмущение. Все эмоции слились в единый гул. Девушка вышла вперёд, стала посреди трибуны и сняла белую маску.

Она была безумно красива, с правильными чертами лица, а иссиня-черные волосы, как будто впитывали окружающий свет, локонами ниспадали на ее лицо.

У Горгуна, екнуло в сердце. Он никогда не испытывал такого странного ощущения.

Версалес продолжил:

– Принцесса Миара, наследница крови Великого императора.

Из толпы вышла группа людей.

– Мы представители славного города Кел Тирана. При всем моем уважении, генерал, я таких сладких девочек могу привести очень огромное количество. Где доказательства, что потерянный род возрожден?

– Доказательства…принцесса, подойдите пожалуйста.

Версалес, несколько оттянул лямку платья Миары, обнажив ее плечико. На нем было неприметная отметина, черного цвета. Несколько вельмож подошли к девушке и стали внимательно рассматривать родимое пятно.

Один из них сказал:

– С большей долей вероятности, эта девушка действительно прямой потомок императора. Конечно, надо провести ещё несколько тестов, но они должны быть проведены в иных условиях.

– Что за вздор! Нарисовать родинку, и я могу, Версалес. Вы генерал Каргатского флота и поддерживаете именно их решения, а не совета. Представители вольного города Кел Тирана, не будут участвовать в этом фарсе. Всего вам доброго.

Группа лиц, стала покидать зал.

– Я вас понимаю – сказал Версалес. – но это единственный способ сохранить цивилизацию, на том уровне которая есть сейчас. Поэтому объявляю голосование. Кто за, что бы принцесса Миара взошла на трон империи и своим поступком, ознаменовала ее возрождение?

Слуги народа подняли свои руки, в своем большинстве.

– Хорошо товарищи. Однако, мы должны сохранять секретность. Конечно, слухи разойдутся, но они будут на уровне бульварных сплетен. У нас много недругов, которые попытаются убить наследницу. Поэтому, пока мы не соберём единую армию, думаю не стоит объявлять о создании империи. И да. Хотел представить принцессе Миаре, ее нового телохранителя. Подойди пожалуйста Горгун.

Все глаза зала впялились на него. Новоиспеченному телохранителю было совсем не по себе, от неожиданного внимания, и он с покорностью подошёл к Версалесу с Миарой.

Принцесса с интересом разглядывала своего нового, худощавого телохранителя. Горгун опустил глаза, стараясь не соприкасаться взглядами с Миарой. На этом заседание ЗОС было окончено.

После этого, примерно через неделю, он и группа стражей уже находились в секретном замке, в котором находилась принцесса. Должно было пройти время, прежде чем она будет объявлена императрицей. Он начал понимать, что Миара стала заложницей своего происхождения: хоть она и была будущей императрицей, решения принимали группа лиц из Каргата и других крупных городов.

Горгун стал замечать, что, видя принцессу, его сердцебиение учащалось. Она действительно обладала идеальной красотой, однако было ещё что-то: как будто некое волшебство кружило вокруг нее.

Первое время они практически не общались. Как глава охраны, Горгун всегда пристально следил за обстановкой в округе и любыми ее изменениями. Но постепенно, они стали неловко общаться, словно стесняясь друг друга. Через время, их беседы стали очень долгими, они до глубокой засиживались в прекрасном саду. За всю свою жизнь, мастер меча не встречал столь хорошего собеседника. Постепенно он стал понимать, что все самое дорогое в его жизни, совместилось в одном человеке…

– Мастер Горгун, вы когда-нибудь задумывались о том, что есть наш путь? Все было предопределено или мы можем изменить судьбу? – начала новую философскую тему, Миара.

– Мечник сам выбирает направление удара. – ответил Горгун.

– Мудрецы говорят о том, что все во вселенной, повторялось бесконечное количество раз и

мы проживали и проживем свои жизни, также бессчётное множество раз.

– Я слышал о такой мысли. Мир бесконечен, причем во всех направлениях. А вероятностей судеб, совсем не бесконечное количество. Все со временем повторяется.

– А если об этом глубже задуматься, получается мы бессмертны, мастер Горгун? Получается нет смысла бояться смерти, раз мы будем перерождены заново? – сказала Миара, широко раскрыв и без того большие глаза.

Горгун впервые встретился с ней взглядом. Казалось, что он сам попал в вечность. В ее глаза можно было упасть. Можно было увидеть, где-то там, далёкие миры, звёзды, глубины вселенной и чужие судьбы…

Он отвёл взгляд и сказал:

– Принцесса…я не мудрец, но думаю, что жизнь только одна. Может быть, где-то там их бесконечность, бесконечность нас и наших разговоров в этом саду. Но это другие мы. Конкретно я и вы живем в этой реальности, и… как только мы перестанем дышать, есть, любить, перестанем чувствовать…наши глаза закроются, а тела остынут, мы перестанем осознавать себя, разум накроет мгла. Тогда уже не будет важно есть ли другие мы, так как ни я, ни вы об этом знать не будете. Мы живём, только в эту конкретную секунду и минуту и ни как иначе… – произнес Горгун глубокую мысль, которую как-то озвучил генерал Версалес.

Теперь их беседы происходили все чаще и чаще. Они рассуждали о многих вещах, шутили, спорили и размышляли. Он с нетерпением ждал нового дня, чтобы заново начать диалог. Так прошло полгода. Пожалуй, самое счастливое время в жизни первого мечника. За столь недолгий период времени, Горгун понял, что для него нет ближе человека, чем принцесса.

Но однажды всему пришел конец.

Горгун проснулся. В сердце бешено стучала тревога. Во дворе крепости он услышал жуткие крики и лязг мечей. Комната его была рядом с комнатой Миары. Схватив меч, он забежал к ней.

– Мастер Горгун, что происходит? – воскликнула принцесса, стоявшая по среди комнаты в халате.

– Не могу знать, принцесса, держитесь за мной. Я думаю, что кто-то хочет захватить вас.

Горгун схватил ее за руку и побежал по длинному коридору в сторону выхода из крепости. Путь лежал через просторный зал.

Фонари не горели, поэтому в зале был виден лишь силуэт человека.

– Сайвар, что случилось – крикнул Горгун, надеясь, что это страж внутреннего крыла крепости.

Но, силуэт не пошевелился. Горгун почувствовал опасность. Он отпустил руку Миары и достал свой безвременный меч.

– Кто ты такой? Покажись? – крикнул Горгун.

Силуэт сдвинулся с места и стал приближаться в их сторону. Теперь стали видно, что это человек в темной маске, вооруженный двуручным мечем. Противник встал в оборонительную стойку.

Горгун сразу же, со всей скоростью атаковал своего оппонента. Казалось, что он вложил всю свою энергию в этот удар. Темный мечник, с лёгкостью парировал этот удар, как будто это был не меч, а всего лишь пушинка.

И начался танец мечей.... С неописуемой скоростью противники наносили друг другу удары. Искры летели во все стороны, озаряя светом добрую половину зала. Горгун никогда не встречал столь сильного соперника. Даже с Иролиском было проще. Он был также быстр, но удары не были такими сильными. Каждое соприкосновение мечей отдавало тяжкой вибрацией на кости Горгуна. Противник и не думал выдыхаться. Человек не мог двигаться так долго с такой скоростью и наносить удары так сильно.

Темный мечник отошёл и снова стал в боевую стойку и произнес:

– Не ожидал я увидеть первого война Селитаруса. И лучше бы не видел. Вы обмельчали. Раньше были великие бойцы. А сейчас против меня стоит ничтожество.

– Что ты такое?! – тяжело вздыхая от усталости прокричал Горгун.

Темный мечник опустил меч и снял свою маску. Под ней, шевелились мерзкие щупальца и не было видно ни рта, ни глаз. Он не стал отвечать на вопрос Горгуна и надел свою маску.

Первый мечник подумал, что Миара успела убежать, однако повернувшись увидел, что она стоит у входа, с ужасом наблюдая за происходящим.

– Принцесса беги! – воскликнул Горгун, однако она не пошевелилась и продолжала находиться в ступоре.

Горгун отвёл взгляд от нее и стал смотреть на противника. Он во что бы то не стало должен ее защитить. Темный мечник с молниеносной скоростью атаковал Горгуна, который занёс меч над головой, чтобы также нанести сокрушительный удар. Но не успел. Блеск меча и темный мечник уже стоял сзади, а кисти рук Горгуна, вместе с мечом упали на пол. Из культяпок мощным потоком хлынула кровь. Он упал. Сзади Горгун услышал, как что-то тяжёлое падает на землю. С усилием перекатившись на другой бок, он с ужасом увидел в полуметре от себя ее голову. Все те же широко открытые глаза, однако уже не было в них видно, вселенной, звёзд и других миров. Лишь пустота…

Темного мечника нигде не было. Горгун стал громко кричать. Но не от боли. От сожаления, страха, ужаса. Он обнял ее голову, окровавленными культяпками и начал рыдать. Слезы текли по его щекам, смывая грязь и кровь…

***

После головокружительного выступления новичков в лице Кромвика и Мэрри, Задзак вытащил из погребов бочку зелёного самогона, для празднования. Со слов Друнга, после каждого хорошего выступления на арене, в казарме происходили веселые попойки. Однако у Эльзара было очень плохое настроение и отмечать победу ему совсем не хотелось. Конечно, он был рад за своих новоиспечённых друзей, которых поддерживал всем сердцем и верил, что они уничтожат противника. Но его тревожило появление нового бойца в гладиаторском доме, по прозвищу Могул Всепобеждающий. В лице нового чемпиона он узнал древнего вождя разрушителей – Гнарла, нанесшего ему рану в войне за Дурмундию. Голова Эльзара раскалывалась от потока угнетающих вопросов: каким образом Гнарл в новой для себя ипостаси, появился в доме Герем Дата? Помнит ли он о том бое, где они обоюдно ранили друг друга? И наконец, где древнее оружие, которым так ловко орудовал вождь?

Угрюмые размышления дурмундца прервал тихонько подошедший к кровати пьяный Кромвик.

– пощему грусиишь Эльз. Идём попием с нами. Зазак сказал, что если…ик…если ты через мину…ик..ту не принесешь свою задницу, то он скормит твои куски лищинкам огнеящера. – сказал, дыша ужасающим перегаром Кромвик.

Эльзар оглянулся на веселую компанию и понял, что отделяться от коллектива, хоть и вынужденного, не стоит. Ничего не ответив Кромвику, он последовал к дальнему концу казармы, где на полу сидели почти все гладиаторы и наставники, играли в карты и распивали вонючее пойло. Он совсем не удивился тому, что таинственного Могула с ними не было.

Пьяная и покрасневшая Фальнес сразу же всунула в руки Эльзару деревянную кружку, до краев полную ядовито зелёным зельем. За тот недолгий период времени, что наставница по атаке тренировала дуртмундца, они не плохо сблизились друг с другом, что позволяло Эльзару достаточно свободно общаться с ней.

– Давай Эльз, за тобой штрафной. Пока ты там раскисал в уголочке, мы здорово обогнали тебя в поглощении этого восхитительного пойла.– сказала Фальнес. – только сначала тост – добавила она.

Дуртмундец посмотрел в огромную кружку с мерзко воняющей жидкостью, по какому-то дикому недоразумению ставшей «амброзией» в гладиаторском доме, глубоко вздохнул и сказал:

– Я уже поздравил Кромвика и Мэрри с их славной первой победой на песках арены, которые уверен будут продолжаться и продолжаться. Но также мне хотелось вспомнить о павшем Моареге, с гордостью защищавший звание чемпиона дома. Почтим же его память.

Несколько молодых гладиаторов подняли кружки хваля замечательный тост. Но потом воцарилась тишина, которую прервала Фальнес:

– Хм… наверное ты не знаешь, но у нас не принято вспоминать или как-нибудь восхвалять павших. У каждого из нас, на пути стоит смерть и поэтому не стоит лишний раз напоминать о ней. Моарег умер и вряд ли ему чем-то помогут наши тосты. Эльз, а ты чего положил волшебное пойло. Сказал, значит теперь пей.

Эльзар еще раз вздохнул и опрокинул в глотку ядреную жижу. Она обожгла все внутри и горячей лавой потекла в желудок. На мгновение он потерялся и чуть не упал.

Фальнес его придержала от падения.

– Я поговорила с Геремом, и он согласен с моим мнением, что ты уже готов для арены.

– Хм…Фальнес, я не могу понять одного: в чем смысл этих выступлений на полях сражения? У нас нет никакой мотивации. Рано или поздно каждого здесь ждет смерть, а другого варианта не дано.

– Всегда можно поддаться и сразу сдохнуть, если тебя устраивает такой вариант. Только знаешь…о тебе ведь никто не будет вспоминать, когда мы будем пить чудесное зелье. Ты пропадешь из памяти, как многие из тех, кто уже погиб. А о мотивации…Хороший боец получает отличные премиальные, на которые можно развлечься в доме наслаждений, купить хорошую выпивку и самое главное – выкупить свою свободу.

– Что-то я не слышал о таких. – скептически ответил Эльзар.

– О задница огнеящера. Ты здесь находишься всего пару недель и знаешь столько, сколько знает слепой котенок. Мне кажется или я начинаю говорить словечками Задзака? Знаешь кто купил свою свободу на арене?

– Кто же этот счастливчик? – спросил дуртмундец, а затем выпил еще одну кружку зеленого самогона.

– Этот счастливчик, а точнее счастливица стоит перед тобой. – сказала Фальнес, гордо подняв свою голову.

–Оого, так почему же ты не на свободе …ик… не нежишься на зеленых лугах, наслаждаясь обществом красивых юношей…ик..– договорить фразу Эльзар так и не смог, так как его густо стошнило зеленой жижей, вместе с ужином.

Фальнес сильно похлопала его по спине и последние остатки ужина покинули желудок Эльзара.

– Ничего страшного. У всех по началу такая реакция на волшебное пойло, но постепенно все привыкают и входят во вкус. Со временем тебе даже понравится.

–Из …кхаа…чего делают эту …кхее…дрянь? – задыхаясь спросил он.

– О, я точно не знаю. Этот самогон варит Задзак, по какому-то секретному рецепту, одним из ингредиентом является перебродивший помет огнеящера, что как ты понимаешь, не удивительно. А отвечая на вопрос, почему я здесь, могу сказать, что другой жизни я не знаю. С самых малых лет моя жизнь была связана с Катаварктусом – другой ареной, которая в те времена не контролировалась сектантами. И сейчас – я не рискую жизнью, мне хорошо платят, и я занимаюсь тем единственным, что я умею в жизни.

– Понимаю… Фальнес, можно у тебя кое-что узнать?

– Говори – резко сказала она.

– Это касается Могула Всепобеждающего. Откуда он появился у Герем Дата? Почему он отсутствует с нами в казарме? – тихонько произнес Эльзар.

– Говоря откровенно, мы с Задзаком и сами не знаем откуда он взялся. По моим догадкам он появился благодаря каким-то махинациям этого мерзкого создания Тодда. Хотя это всего лишь догадки. Я видела его способности…иии.. они действительно потрясают. Этот гладиатор классом на много выше, чем Моарег и достоин выступать в центральных боях на самом Горниле. Почему тебя он так заинтересовал?

– Просто стало интересно, Фальнес не бери в голову. Пойду на улицу, подышу свежим воздухом.

Сумерки уже опустились на пустынные ландшафты Горнила и теперь Эльзар мог насладиться глотками воздуха, избавленного от тяжести дневной жары. Он уселся на песок облокотившись на остатки древней стены и попытался подумать над происходящими событиями, но дрянной самогон давал о себе знать и путал мысли в голове. Эльзар находился в доме гладиаторов очень мало, но складывалось ощущение, что он живет здесь долгие годы, а старая жизнь расплылась где-то там, в туманной дымке и более ее не вернуть.

– Если задуматься, а что я потерял, лишившись привычного образа жизни? Семью, детей? Ничего такого у меня не было. Лишь старые боевые шрамы, остаются памятью. – сказал вслух Эльзар, сам себе.

– Решил поразмышлять над смыслом жизни гладиатора, на пьяную голову. – сказал знакомый голос, с другой стороны стены.

– Харум Жаба. Извини, мы как-то договорились с тобой поболтать, но я подзабыл об обещанном.

– Об этом можешь не переживать, здесь у меня редко бывают собеседники, хотя и раньше ими особо был не богат… Хотя я и не знаю, что было раньше, так как не помню.

– Расскажи мне свою горькую историю, когда и как ты попал в это проклятое место? Расскажи, к кому ты народу относишься. Я повидал многое за свою жизнь, но подобных тебе никогда не встречал.

– Это будет совсем не долгое повествование. – Жаба глубоко вздохнул и продолжил. – В это обиталище порока я попал несколько месяцев назад, благодаря торговцам разумным товаром, из пустыни Геллари. Уже тогда я не помнил о своем прошлом, но для торгашей я оказался чрезвычайно ценным товаром, по причине о которой я узнал позже. Они назвали меня «блуждающим», представителем какой то таинственной и крайне редкой расы. Моя зеленоватая кровь оказывается обладает особыми чудодейственными свойствами, чем как я и предполагаю, воспользовался синий слизень.

– Что Тодд сделал с тобой? – спросил Эльзар.

– Через трубки перекачали почти всю мою кровь в раскуроченный труп того, кого вы сейчас называете Могулом.

Эльзар едва не воскликнул от удивления, но вовремя сдержал себя. Доверять здесь, особо никому не следовало. – Значит они как-то достали тело Гнарла, возможно убили его. – подумал Эльзар.

– Почему же ты не умер, от произведенной операции? – спросил дурмундец.

– Для Тодда это тоже стало загадкой. Он уже проводил подобные действия, но мое выживание стало отклонением от смертельной практики. По указанию Герем Дата, меня стали использовать в качестве прислуги. Сейчас в моем теле практически нет крови, но я по непонятным причинам продолжаю существовать. И…иногда вижу нечто такое…только по секрету Эльз?

– Все останется только, между нами, об этом не волнуйся. – сказал Эльзар.

– Я иногда вижу события, могущие произойти через некоторое время. Как правило я заглядываю на несколько минут вперед и вижу то, что произойдет со мной. Иногда я вижу странные сны, похожие на отрывки моего прошлого, а возможно, это просто игры утомленного разума. По правде говоря, я бы тебе ничего не говорил, если не бы не почувствовал от тебя странную энергетику, которой нет у обычных людей. Не спрашивай, что это означает, ибо я тебе не смогу ответить на этот вопрос. Коснувшись тебя, я впервые увидел не те события, которые произойдут со мной, а с другим существом.

– Что же ты увидел?! – недоверчиво спросил Эльзар.

Жаба рассказал о своем видении, при первой встрече с Эльзаром.

– Ого. Видимо это очень далекое будущее, которое никогда не сбудется. Полезный у тебя талант, Жаба. Но всегда ли сбываются твои видения?

– Всегда сбываются. – ответил он.

Их диалог прервал Кромвик, тихо подошедший к старой обветшалой стене.

– Эл…з, да..ик..ай к нам. – еле ворочая языком сказал Кромвик, а потом его стошнило.

– Пошли с нами посидишь, Жаба? У нас есть волшебное пойло, под цвет твоей кожи. – ухмыльнувшись сказал Эльзар, схватил под руку Кромвика и потащил в казарму.

Жаба пожал плечами, словно это была не лучшая идея, но последовал за своим недавним собеседником.

В казарме изменений не произошло: все так же, с неугасаемым энтузиазмом, пьянка продолжалась, литры зеленого самогона уходили в недра глоток, а карточные игры сопровождались хохотом и бранью. Фальнес увидев Жабу и Эльзара вместе, смерила их презрительным взглядом, но ничего не сказав, налила обоим по штрафной кружке.

Подождав пока дурмундец, оклемается от выпитого, она подошла и тихонько шепнула ему на ушко:

– На пару минут заскочила к Герем Дату, и он сказал, что через два дня тебя ждет первое выступление на арене…

***

К сожалению, Верховный предоставил короткий путь в Криненбург, но совсем позабыл о способе возвращения назад из пустыни Геллари. Поэтому Версалесу и Тире, пришлось снова протоптать практически весь обратный путь, пешком. В ходе путешествия с ними практически ничего не произошло, кроме нескольких стычек с хищными пустынными тварями, ставших отличным подспорьем к скудному пропитанию. Находясь в десятке лиг от города, они сложили костер, грелись от дневного холода и готовили еду. Сейчас была очередь Версалеса готовить завтрак, что он и делал, точнее пытался, так как совершенно не умел готовить.

Тира в это время сидела, уперевшись на треснутый гранитный булыжник и наблюдала как ее спутник освежевывает подземную лису, а вернее портит мясо.

– Ох безрукий ты болван, живёшь тысячелетия, а ещё не научился аккуратно разделывать мясо, не выкинув самое вкусное. В прошлый раз, из-за твоих навыков мясника я осталась голодной. А ну дай мне лису. – когти Тиры мгновенно выросли, и она ухватилась за труп лисы.

– У меня отлично получается, полоумная идиотка. – в гневе ответил Версалес и стал держать лису.

Тира тянула очень сильно, хоть и была гораздо мельче Версалеса. Некоторое время они растягивали жилистую лису, пока она не разорвалась на две части. Голова осталась у Версалеса, а лапы у Тиры. Остальная часть мяса разлетелась кровавым фаршем по округе.

– Ну вот из-за тебя, мы останемся снова голодными. – устало сказал Версалес.

– Снова! – зашипела Тира. – в прошлый раз, мы по твоей вине не пообедали! Когда уже мы встретимся с Верховным, чтобы наконец разбежаться. А я так надеялась, что из нас получится славная пара, но ты ужасный свинтус. – уже с ироничной ухмылкой продолжила Тира.

– Да и хорошо! Я уж и не знаю, кто сможет выдержать твое ночное бормотание и постоянные разговоры самой с собой. Совсем не понимаю, как тебя могли включить в помощники к Назначенным.

– Ну вот, уже начинается приуменьшение моих способностей. Наверное ты забыл, но благодаря мне мы узнали, где может находиться этот проклятый блуждающий. – сказала Тира сладким голоском, совсем не подходившим для этой фразы. – и вообще.– продолжила она и подошла на расстояние вытянутого когтя к своему напарнику. – вызови Верховного, коль он тебя смог призвать для выполнения этого бессмысленного задания.

– это односторонняя связь и я не в силах призвать нашего лидера. Если бы так можно было, я уже давно заказал бы портал к хорошему роднику, где можно наконец искупаться. – устало сказал Версалес, глядя на останки лисы, которые уже растаскивали и уносили жуки – трупоеды.

Он прилёг на практически безжизненную землю и в таком состоянии находился несколько часов. Тира с недовольным выражением лица сидела и смотрела на Версалеса. Она же и прервала долгую минуту молчания:

– Я совсем забыла, что нам нужно попасть в Горнило и выяснить, что же творится в этом проклятом месте.

– Да… Так, что встреча с Верховным не так уж и нужна, хотя и не помешала бы. Мы будем очень долго добираться до Зильмерийской империи, и дальше…– не успел договорить Версалес, как вдруг в воздухе стала появляться едко зелёная воронка, которая вращалась и быстро увеличивалась.

Через мгновение воронка исчезла, а на ее месте появился Верховный. Одеяния его не много изменились и теперь он был одет в ярко оранжевую мантия, которая переливалась в лучах Лантареса.

– Версалес дорогой друг, ты так упорно обо мне думал, что я почувствовал тебя, далеко от этих мест. Узнали что-то о приключениях пропавшего безымянного? А, Тира здравствуй. Ты рада, что я вытащил тебя из тьмы безделья и подарил тебе интересные приключения и прекрасного спутника? – спросил он.

Тира встала и подошла к Верховному и глядя прямо в глаза, стала поглаживать его плече.

– Ты даже не представляешь, как я рада этому волшебному приключению, Верховный. Теперь вместо, того, что бы меня ублажали мужчины, я ношусь в поисках какого-то ублюдка, который исчез от взора своего папочки. Но…есть и положительные стороны, правда Версик? – она приложила коготок к губам и повернулась к Версалесу. – наконец наша сладкая парочка снова вместе, осталось только тебя научить разделывать мясо. – продолжила она.

Лицо Верховного растянулось в глупой улыбке. Тира так и не отпустила его плече, а ее коготки медленно начали вонзаться в плоть.

– Тира, мне кажется, ты несколько напряжена. – сказал Верховный.

Она отпустила его плече и размахивая руками, разразилась гневной тирадой:

– Я не трахалась уже полтора месяца, пока блуждала по этой пустыне, и как ты думаешь, какой я сейчас должна быть!

– Да-да проклятье плоти… – задумчиво сказал Верховный. – но не долго осталось потерпеть. Я вас вытащу отсюда и доставлю в Приграничье. Мог бы прямо сейчас предложить свою или Версалеса кандидатуру, но по известным причинам, у нас ничего не выйдет.

– Я об этом прекрасно знаю! Было бы по-другому, я уже бы удовлетворила свои потребности, не спрашивая вашего разрешения. Ладно, раз ты нас перенесешь по ближе к цивилизации, то может я ещё с вами поработаю. – устало ответила Тира.

– "Выбора у тебя нет, Тира, в любом случае ты с нами в одной упряжке" – подумал Версалес.

– Рассказывай, мой дорогой друг, что же вы выяснили?

Версалес рассказал о произошедших ранее событиях. Верховный несколько минут молчал, а затем произнес:

– Всегда считал, что в нашей жизни, мы двигаемся к своей звезде, как, не пытаясь от нее убежать. И который раз убеждаюсь, что в действительности так и есть. Я размышлял над тем, стоит ли вмешиваться в дела смертных, ведь всегда есть шанс нарушить баланс. Но после того, как я узнал о необычном интересе Наблюдателя к эти сектантам, а также, то, что вы мне рассказали, сомнения перестали меня томить. Задача остаётся без изменений: выясните все про них и сразу после этого доложите.

– Ты выяснил почему Наблюдателю так стали интересны эти сектанты. Ведь раньше его вообще мало, что волновало? – спросила Тира.

– С учётом, мягко говоря, наших не столь дружественных отношений с Наблюдателем, я не могу выяснить у него такую информацию. Его интерес возник недавно, когда он при встречах, стал спрашивать всю известную мне информацию. А когда я предложил выяснить больше, он отказался и предостерёг, чтобы мы – Назначенные, не лезли. Поэтому вам необходимо быть максимально скрытными, что бы он ничего не узнал.

– Как мы вообще сможем попасть в Горнило? Ведь я уж точно личность известная… Меня точно узнают. – спросил Версалес.

– Придумайте что-то…подкупите кого надо. В общем, любой ценой нужно выяснить все про них. Я, к сожалению, не очень хорошо знаю про Разломы миров, но думаю, что этот катаклизм сильнее повлияет на баланс, чем просто сектанты.

– Почему так важен этот блуждающий? – вмешалась в разговор Тира. – и что это вообще за твари такие? Я слышала, что они служат владыкам нижнего слоя, но им подчиняется очень много всяких тварей.

– Когда блуждающий находится в своем доме – нижнем слое, он находится в бестелесной форме. Проявляясь в нашем мире, он может проявить любую случайную форму разумной расы, ну или ту, которую выберет их повелитель. То есть, они могут выглядеть абсолютно по-разному. Зачем так нужен этот представитель Ходящему в сумраке, мне не ведомо. Но портить отношения с ним я не желаю, поэтому стоит ему помочь, тем более что дело очень важное. Нижние миры, это почва питающая Лиарес.

– Лиарес? – переспросил Версалес.

– Именно! – улыбнулся Верховный. Я определился с названием древа. С этой минуты, наш безымянный мир обрёл имя. А сейчас, дабы не терять ни минуты драгоценного времени, я вас перенесу в Приграничье. К сожалению, дальше не могу, так как почти закончился запас нигелиума. Оттуда, я думаю вы найдете способ добраться до Горнила.

Верховный достал золотистую шкатулочку из кармана, открыл ее и высыпал черный порошок себе на ладонь. Затем он рассеял порошок возле себя, после чего воздух вскипел и образовалась крутящаяся воронка, которая накрыла Тиру и Версалеса.