Цитаты из книги «Улисс из Багдада», страница 7
Обнаружить глупца, выявить невежду, загнать в угол посредственность — всегда было для меня изысканнейшим из наслаждений.
В то утро тучи, не сумев помешать солнцу взойти, неприязненно толкали его, наваливаясь свинцовой массой, пропуская грязный серый блеск, скудный и светом, и тенью.
Я не хочу, чтобы твоя жизнь прекратилась задолго до смерти.
Здесь у будущего нет будущего.
Бородавки — это цветы, которыми прорастает на коже человека измученная душа.
...хотелось бы нам говорить фразы простые, твердые, окончательные, убеждая себя, что выдаем ломтями саму истину. Но чем дальше продвигаешься по пути мудрости, тем меньше остается этой гордыни: человеку открываются собственные сложности, проступают внутренние линии напряжения.
Хотя она ничего не говорила, она роскошно слушала.
... и в ее молчании сквозило больше ума, чем в наших речах.
...эмбарго — лучший способ наказать и без того несчастный народ, оно усиливает тех, кто находится у власти.
Если бы не набор, выдаваемый раз в месяц властями, — мука, масло, чай и сахар — мы бы умерли от голода. Благодаря пайкам мы всего лишь от него страдали.
На самом деле отец не знал обычных слов, он практиковал крайности, живя на двух равноудаленных этажах языка, на благородном и на тривиальном, и прыгал с одного на другой.
