Читать книгу: «Рыбий день»

Ранние весенние деньки всё чаще дарили тепло, снег быстро таял и кое-где уже зеленела трава. Один из таких дней выдался особенно тёплым – неужто в избе сидеть, когда вокруг всё пробуждается после долгой зимы?!

Весь день дедушка с воином гуляли по лесу и вернулись уже ближе к вечеру. К тому времени небо заволокло тяжёлыми тучами, поднялся сильный ветер… Похоже, надвигалась гроза.

Друзья шибко проголодались и, пока не пошёл дождь, быстро развели огонь возле хижины. Оставив котелок с водой рядом, зашли внутрь: уж очень хотелось чуток отдохнуть.

Эрн устало рухнул на свою лавку, но облегчение быстро нарушило навалившееся чувство голода. В животе громко заурчало: тело настойчиво требовало пищи. В предвкушении ужина он принялся перебирать в воображении самые вкусные яства, что они с дедушкой готовили.

«Чего бы я хотел отведать нынче более всего? – задался вопросом, ⎯ дедушкину похлёбку, жаркое из грибов с яйцами диких птиц?..»

И вдруг вспомнил, как однажды выловили они редкую рыбёху. Не запомнил он, как называют её в здешних местах. Дедушка так вкусно приготовил её, что чуть пальцы не съели они вместе с ней.

«Да уж, – вздохнул Эрн, – дедушка – стряпуха будь здоров! Не всяк столь умел в сиём ремесле: не зря друг мой пол мира прошёл ⎯ набрался познаний, как разными травками да ягодами мясо али рыбку приправить, как тонкими вкусами поиграть. Помнится, для рыбки той он из травок и ягод чудесную заправку сладил».

Вспомнилось, как искали, собирали травку этой осенью, а потом настаивали её в забродивших ягодах. Рыба, маринованная в этой дивной заправке, поистине божественна! Заправку он углядел давеча в погребе среди горшков, да толку-то! Лишь пару раз удалось им полакомиться этой редкой рыбой: в реках здешних она встречается редко ⎯ попробуй вылови.

«Эх… Ладно… – Эрн сглотнул слюну, – пожалуй, ни к чему распаляться да портить себе грядущий ужин. Видать, придётся стряпать на скорую руку ⎯ без всяких там изысков».

Попытался было отогнать навязчивые мысли, но те всё одно в голову лезли, будто мухи назойливые.

– Эх, сейчас бы той рыбки!.. – не выдержал и мечтательно произнёс он вслух, – помнишь, мы как-то выловили с тобой в нашей реке? Такая вкуснятина!..

– Да-да… – одобрительно закивал дедушка, – хороша рыбка… Ну дак сходи на реку, да поймай, коли хочешь. Ты ж в последний раз выловил. А я – приготовлю, – Мо довольно захихикал, потирая ладонями, – у нас и приправка к ней имеется, давненько глаз мой на неё попадает.

– Ага… легко сказать! – усмехнулся Эрн, – кабы она там была… – добавил с досадой в голосе. – Мясо у неё нежное… и эта тонкая кислинка от добавок твоих… Ой, да ладно… Чего зазря душу травить?

Приподнялся и огляделся, будто из грёз дивных в грешный мир себя возвращая.

– Постой-ка, дружок!.. А не твоя ли неуёмная страсть всю избу заполонила? – засмеялся Мо. – А я-то думаю, откуда ноги растут! Ты гляди-ка, я уж эту рыбку прямо здесь представляю, будто наяву! Даже запах чую! – Он встал со своей лежанки и, протяжно нюхая воздух, подошёл к столу, посмотрел по сторонам, будто выискивая что.

Потом достал большое деревянное блюдо – на нём той рыбкой и наслаждались – поставил на стол, достал кружки, соль, лепёшку, оставшуюся с завтрака, поставил на середину пустой чугунок для похлёбки… аккуратно разложил всё это на столе, будто к знатной трапезе готовится. Сам вдруг замер да глядит на Эрна своим хитрым прищуром. – Вот же она лежит! – он показал на пустое блюдо, – али не видишь?

Эрн сел, с недоумением посмотрел на стол, потом на Мо:

– Чо, издеваешься? – улыбнулся он, поняв, что старик поглумиться задумал, – я и так голодный, аки зверь, а ты дразнишь человека почём зря!

– Нет, ты только взгляни! – продолжал Мо с таким восторгом, словно и верно на столе что-то есть, – ох, какая крупная-то!.. Хороша, хороша!.. Ай да молодец, что поймал! И как умудрился-то?! А аромат!.. О-о-о… – он закрыл глаза и с наслаждением вдохнул воздух над столом. – Чудесно запеклась, родимая: кожица золотистая, горяченькая…

О, ты погляди-ка! – он будто расстроился, – здесь малость пережарилась. Наказывал же – печь её на отборных сухих дровах надобно, а ты опять невесть чего в огонь накидал! – он посмотрел на Эрна с укором. – Ну да ладно… – тут же махнул рукой, – всё одно вышла чудесно!

Взгляни, ⎯ хоть и мало что от хвоста осталось, но какой хрустящий! Ну что… отметим удачу? – дедушка достал припасённый кувшин со своей наливочкой, поставил его на середину стола да так хлопнул в ладоши, что воин вздрогнул.

– Давай-давай… мучай меня, – он с улыбкой смотрел на баловство своего великовозрастного друга: тот вёл себя точно дитя малое.

– А это ещё что такое? – дедушка склонился над мнимым блюдом, что-то внимательно рассматривая, – хм… а правого плавника-то нет! Странно…

– Как так?.. Почему нет? – подыграл Эрн, изобразив озадаченность.

Дедушка вдруг замер, стал серьёзным, погрузился в раздумья… перевёл отсутствующий взгляд куда-то в угол. Эрн хорошо знал этот странный взгляд, потому тотчас затих в ожидании.

– А хошь историю одну поведаю? – Мо отодвинул блюдо и с многообещающей задумчивостью взглянул на Эрна.

«Не иначе что-то вспомнил из былого», ⎯ подумал тот.

– Выкладывай, – воин оживился, с довольным видом забрался на лежанку с ногами, как частенько делал, слушая дедушкины истории.

– Добре, – только кипяточек занесу в дом ⎯ уж потерпи малость, надо бы сбитня сладить к лепёшкам.

Мо вышел, но тут же вернулся с котелком, быстро набросал в него трав, ягод, уселся на скамью у стола и начал свой рассказ:

– Так вот… ⎯ Мо неожиданно замолчал, обратив хитрый пронзительный, будто вопрошающий взгляд на Эрна, ⎯ да так, что у того мурашки по спине пробежали. Затем отвёл взгляд и также внезапно продолжил:

⎯ Давеча стайка крупных рыб в поисках пропитания заплыла в нашу речушку. Одной дружной семьёй завсегда держались они: народились, выросли и многие вёрсты вместе проплыли родимые. Покуда росли, стая-то знатно поредела, но нынче так подросли да опыту набрались, что не всякому хищнику по зубам. Четверо их осталось, – вздохнул дедушка. – Рыбка-то не хищная, но крупная, сам знаешь, – он показал руками длину с две свои ладони. Да и рыбаков в здешних местах – дай бог одного на десять вёрст встретишь, коли повезёт.

Жили себе не тужили да так все вместе и держались. Хорошо им стайкой в чистой воде, что с гор стекает, резвиться, друг о друга боками тереться. А весной река полна талыми водами, да вся живность мелкая пробуждается в спешке. Любо-дорого глядеть на них да радоваться, как дружной семьёй в благодати пребывают. Так и плавали родимые по реке в поисках заводей, богатых пищей.