Читать книгу: «Моя несносная девчонка»
Глава 1
Заставляла себя идти по дорожке к ночному клубу. Оставалось совсем немного, но я остановилась. Решила передохнуть от боли, сдерживая себя от рычания. Подвернула ногу. Как минимум три раза. Еще бы… в таких каблучищах! У соседки взяла. И это самые нормальные. А еще черное платье позаимствовала. У меня такого «счастья» точно не найдешь. Узкое, короткое, демонстрирующее мои длинные ноги. Ужасное, если кратко. Так что страдала. Но иначе в этот чертов клуб не попасть.
Подошла к входу, высматривая друга, Толяна Храниенко. Охранником здесь подрабатывал, сутки через двое, а в другие дни у нас в мастерской, где трудилась и я.
Да, девушка-механик. И еще какой! С малолетства я с дедом из соседней квартиры на СТО торчала с утра до вечера, а иногда и ночевала, если забывали обо мне. От него и научилась всему. Дед с золотыми руками был, все его уважали и боялись, хоть грубо всегда разговаривал. Больше некому было сопливой девчушкой заниматься. Мать бегала за мужем или работала, пока болезнь не подкосила, а батя видел во мне надоедливую муху.
Скривилась, стараясь не вспоминать. Мы с ним так и не подружились. Отношения давно зашли в тупик. Особенно когда начал гонять маму. Сценарий примерно такой: выпил, погонял, а к вечеру объясняться с полицейскими, которых вызывала я. А сейчас из-за него меня хотели посадить.
Вздохнула. Верила, что смогу договориться с этим мужчиной.
Кроме работы с машинами, еще работала аниматором на детских праздниках. Нравилось. Так что по жизни пчелка. Другого не могла себе позволить.
– Стася!
Обернулась и увидела друга. Толик бодрой походкой направился ко мне. Весь такой расфуфыренный, чистенький, приятно пахнущий. Не то, что на станции. Под мазутой не узнаешь. Только по красному цвету труселей узнавала. Всегда невольно задумывалась: его любимый цвет, поэтому у него их много только в этом варианте или эти красные труселя одни на все случаи жизни? Склонялась ко второму варианту.
– Слушай, ни фига ты красотка! Теперь тебя буду звать Сюша! Да! Или Настюля. Так еще лучше! А ноги зачетные какие! Длинные!
Он дурак. Не обращайте внимания. Я Настя. Просто и нормально без всяких там сюсей. Раздражали эти ласкательные извращения.
– Я ведь могу и в табло зазвездить, – вернула его на землю из космоса, а то мысли не туда улетели.
– А что так сразу? Я же… комплимент пытался сказать. Ну там похвалить…
– Для памяти, – рявкнула и тут же перешла к делу: – Орел здесь?
– А как же! Его уже девки охаживают…
Да уж… Не любила я общаться с богачами. Привередливые и противные до скрипа зубов. Ну а сейчас… придется общаться. Мне. Как-то терпеть, молчать, просить. Не представляла, но верила, что справлюсь.
Если нет… меня посадят. А этот фраер отказался даже выслушать меня, отправив ко мне своих шавок. Натравил свору. Такое ощущение, что платит им за грубые наезды. Кое-как справилась, раскидав по сторонам и сбежав, куда подальше. Это я умела, благодаря отцу лучше всех бегала и пряталась. Виновник же происшествия скрылся, сверкая пятками, радуясь, что скинул проблемы на меня.
Подставил по полной программе.
И спрашивается, за что? На моей шее столько лет сидел после его увольнения.
Ладно, ничего. Справлюсь. Главное – этого орла найти и объясниться.
– Веди, – попросила, осматриваясь по сторонам. У центрального входа на меня пялились двое парней. Нужно уходить.
– Настюх, ты это… хорошо подумала? Туда такие, как ты, не ходят.
– И какие они?
– Легкодоступные… Тут спонсоров ищут, ну и неприятности на мягкое место. А ты же это… – он почесал затылок, – убьешь и закопаешь.
Легонько ударила его по плечу и подтолкнула к верному пути. Нечего тут стоять. Вперед!
– Я разберусь. Видишь, подготовилась… – весело заявила, намекая на свой идиотский прикид.
– А если мне скажут тебя выводить, когда ты это… гонять там начнешь, что мне делать?
– Ммм… – сглотнула, не желая даже представлять себе эту захватывающую картину, – выведешь…
– Ага… Я же не бессмертный.
– Да все будет хорошо. Ты только отведи, а то я вроде как в розыске.
– А батя твой? Ты должна ему сказать, чтобы он признался. Не понимаю, почему он подставил тебя. Это ведь он машину разбил.
– Толь, тебе сколько лет? – уже не выдержала. Не от мира сего, честное слово. Раньше-то мы особо на другие темы не общались, так… несколько слов. Только про машины. Вот наш общий интерес. А сейчас разговорился…
– Мне 25! – гордо заявил, выпячивая грудь. Гусенок.
– А не скажешь, – протянула, подмигивая ему.
– Ну что ты вечно? – обиженно буркнул. – Я не хочу, чтобы ты туда шла. Не для тебя это место.
– Вперед и с песней, Толян. Давай уже! Это ты трепишься тут и деньги в твой карман капают, а мне еще тачку нужно ремонтировать.
– Японку?
– Угу…
– Ну да… тогда пойдем, – сказал и пошел вперед, махая своим. Давал понять, что я с ним.
Охранники мне скалились, ну и я им в ответ. Наверное. Но они не оценили, сразу отворачиваться стали. Не могу я улыбаться по принуждению. Как-то злобно получается.
Двигалась за парнем на автомате. Только бы не думать сейчас и не планировать. Если начну, могу среагировать слишком импульсивно. А сейчас главное – не убежать. Рефлексы у меня работают как надо, особенно в экстренной ситуации.
И вот встали у двери. В коридоре горел тусклый свет. Очевидно, этот ВИП-зал специально для кротов. Внутри еще темнее, чем здесь.
Толик начал подбешивать: шмыгать носом, оглядываться по сторонам. Переживал. Обычно за ним такого не замечала. Но даже если и улавливала, ничего бы не изменилось. Только через него могла пройти на второй этаж для богатых клиентов.
– Тут он, – сказал, рукой показывая на дверь. – Только это… ты с ним там… помягче. Он в клубе золотой клиент.
– Да я только поговорить, – отмахнулась, понимая, что нужно парнишку отправлять.
– Ты так говорила, когда Еремов обиделся на твой отказ и назло гвоздем готовую тачку испортил. Потом он сутки торчал на толчке от твоей водички и выл тебе молитвы, умоляя выпустить.
– Ну, это святое. Я на нее две недели убила, жила на работе, а этот урод…
– Ну да, поэтому мы ему не помогли. И еще… не хотелось рядом с ним сидеть…
Вздохнула. Разговор ни о чем. Видела, еще немного и Толик бросится в ноги с просьбой, уйти отсюда.
– Он в чем?
– Серые брюки и фиолетовая рубашка. Ты поймешь. Бабы… – тут он замялся, когда увидел мою вздернутую бровь, – другие, не ты. Ты это… девчонка. Ага, нормальная. Но этот всем нравится.
– Поняла. Давай. Иди.
Храниенко пожал плечами и поплелся к лестнице, а я осталась. Можно было, конечно, помолиться, поплакать, но времени, как уже сказала, в обрез. Поэтому не думая, толкнула дверь и вошла.
И вот картина маслом: на кожаном диване увидела пятерых: одну полуголую девицу на парне, они усердно целовались; брюнетка только что опустошила стакан с алкоголем и с ненавистью поглядывала на блондинку, потирающуюся о грудь второго мужчины, выглядевшего старше первого, в обозначенной одежде, в то время, когда он пил виски.
Моментально все посмотрели на меня.
Еще бы! Я столько прошла в этих убийственных туфлях, что сейчас выглядела довольно агрессивно. Еще волосы распустила. Кстати, давно постричь нужно. Не представляла, что они так выросли.
В общем… находилась в центре внимания. По крайней мере, Орлов Юрий точно смотрел. Уставился как баран на новые ворота. Второй выглядывал, хотя девчушка пыталась занять его своим телом.
– Девушка, вы не по адресу, – раздраженно крикнула обиженная, оставшаяся без мужчины.
– Я по адресу. Мне нужен он, – сказала, кивнув на Орлова.
Этот наглец пристально осмотрел, словно бактерию разглядывал под микроскопом, а потом бросил:
– Иди ко мне.
Еще бы команду бросил «Ко мне! Фас!».
Не нравился он мне.
– Я не задержусь. Мне бы хотелось с вами переговорить. Лично.
– Такая смелая?
– А что, привыкли к молчаливым и покорным? – ляпнула и тут же захотела дать себе подзатыльник. Вот какого черта я говорю? Я же должна быть милой и очень вежливой.
Орлов медленно поднялся, не реагируя на девушку, потянувшую его за руку, желающую остановить, и направился ко мне. Приблизился и начал сканировать с головы до ног, словно рабыню на базаре выбирал.
– Откуда меня знаешь?
«Да лучше бы не знала! Ты мой настоящий кошмар!» – думала, заставляя себя молчать!
– От тех, кого натравил на меня, – буркнула, начиная наводить его на правильную мысль.
– Я тебя не знаю. Точно не имел.
– Знаешь меня… – как можно спокойнее сказала, стараясь сдержаться и не реагировать на второе предложение.
Имел он… Да я бы ему зубы быстро домкратом выбила. Сказочник!
– Я бы запомнил тебя.
– Ты не согласился принять меня и выслушать. Тогда в машине…
– В машине… – задумался на мгновение. – Сейчас точно скажу…
И тут он подался вперед и молниеносным движением притянул к себе, хватая за подбородок, удерживая, безжалостно атакуя мои губы. Притом противно не было, даже хуже – целоваться он умел. Еще как!
«Что за бред? О чем я сейчас?!»
Отошла быстро, когда его рука вцепилась в мою попу, собственнически сжимая ее. В этом случае я всегда быстро срабатывала.
Вцепилась зубами в нижнюю губу и придавила, ощущая во рту его кровь. Прокусила. Но мое возмущение его не остановило. Он выдал рычащий звук и сильнее прижал, давая возможность в полной мере ощутить его возбуждение.
Появилось ощущение, что он наказывал меня.
Понимая, что не могу выбраться, застыла статуей, никак не реагируя. Ждала… Он понял и успокоился, отпуская меня.
Довольно смотрел, обещая продолжение, чего-то ожидая.
«Без проблем! Кто ждет, тот всегда получает», – думала, уничтожая его яростным взглядом.
– Закончил? – любезно уточнила, сжимая пальцы в кулак.
– Это только начало, крошка. Сейчас едем ко мне, буду наказывать до рассвета за вольность.
«Ты посмотри, какой барин!»
– Ну, тогда… и за это, – выдохнула, моментально срабатывая и ударяя в живот, отчего он согнулся, а я зарядила ему под глаз.
Теперь он меня точно не забудет.
Крики заставили вздрогнуть. Свидетели нашего общения кричали как резанные. Больше всех визжал молоденький паренек. Его девка, все же отлепившаяся от него, нажимала кнопку на столе, вызывая охрану.
«Обалдеть, как я вежливо пообщалась…»
Глава 2
Первая мысль – сбежать. Кое-как себя остановила. Я же сюда пришла пообщаться с этим… орлом. Желторотым.
Посмотрела на мужчину и увидела бурю в глазах. Темную, ледяную. Как он был зол! Прямо кипел от ярости, словно чайник на плите! Была уверена, что желание меня наказывать у него пропало. Если только сразу убить.
Под глазом увидела красное пятно. Синяк будет зачетный. Удивляться не стоит, у меня всегда отлично получались удары. От души.
– Я Стальнова Анастасия, – выдала, тут же наблюдая по его мимике, что он вспомнил. Ну вот! А говорил…
– Конечно, нужно было догадаться. Ты раскидала моих парней и удрала. Невоспитанная пацанка. Тебя в лесу воспитывали? Или в детдоме?
Постаралась не обращать внимания на его замечание. Хорошо ему говорить. Он не обитал большую часть детства на детской площадке и на СТО, чтобы не попадаться отцу на глаза. И его не унижали за поступки родителей. Как тут быть милой и всепрощающей? Приходилось драться. Сразу тумаков получала, а потом они уже боялись. Так что пусть заткнется.
И что с детдомом не так? Не люди для такого буратинки?
Недоделанный баловень судьбы!
– Меня не было в машине. Это мой… отец, – крикнула ему в лицо, удивляясь, как он так быстро подошел. Упустила момент.
– Твоя машина, ты и будешь отвечать. На камерах не видно водителя, – не сказал, а выплюнул с презрением.
– Ну, конечно, что ты еще можешь сказать, когда лень разбираться? Богатенький никчемный муд… – дальше включился режим «эмоции». И когда немного остыла, понимая, что конкретно тут наговорила, потому как все стояли с открытыми ртами и выпученными глазами, подытожила: – Сломать жизнь девчонке легко, когда не ценишь ничего. Правда?
Смотрела и видела одно – богатей до сих пор не мог оправиться от нашего знакомства. Можно не сомневаться, запомнит стопроцентно.
– Уведите ее! – безжалостно бросил этот король, обращаясь к тем, кто стоял позади меня.
Медленно обернулась.
Трое в черной форме с надписью «охрана». И один из них Толян. Он старался не смотреть на меня, любовался стенами. Понимала его.
Когда один, что постарше и помощнее, сделал шаг ко мне, громко сказала:
– Я сама!
Высокий брюнет глянул в сторону Орлова. Тот водил челюстью, о чем-то думая, а потом усмехнулся и кивнул.
– На выход! – отдали мне приказ и я подчинилась. Умею когда нужно.
Шла примерно, пытаясь понять, что сделала не так. Нужно было потерпеть, а потом… когда Орлов притащил бы меня домой и снял свои светленькие штанишки, с невинными глазками признаться во всем, рассчитывая получить чашку кофе и жилетку для слез?
Нет, уж слишком. И навряд ли этот богатей умеет сочувствовать.
Черт.
На улице было свежо. Прохладно, учитывая мое платьице.
Кстати, да. А куда они меня собираются увезти? В полицию?
Определенно.
Ладно, тогда план «Б».
Чуть крутанула ногу и вскрикнула, тут же останавливаясь, корча страдальческую мордочку.
– Что случилось? – грубо рявкнул здоровяк.
– Эээ, Андрей Михайлович, можно мне отойти? – как-то виновато и жалобно выдал Толик, начиная приседать. Может, в туалет захотел? Или сбежать удумал?
– Иди. Я справлюсь.
Я же стояла, наблюдая, как Толян сваливает. Уже не трясся, очень бодренько бежал, то и дело поглядывая на нас. Обычно так домой сруливал, когда начальника не было.
Заподозрил. Однозначно.
– Ты, бешеная, что стоишь? – продолжил громила.
Вымученно улыбнулась и объяснила:
– Подвернула ногу.
– И что?
– И не могу идти.
– Да я тебя сейчас за волосы…
– А я заяву завтра накатаю. Вы вроде не из полиции, да и им бы не простила.
Начальник охраны элитного клуба скривился и показал на меня парню. Такому высоченному, но щупленькому. Вот светился прям. Сразу захотелось накормить чем-нибудь. Странно, что в охрану взяли. На него дунь, он и улетит.
– Возьми ее на руки!
– Что?! – возмущенно воскликнул парень. В глазах столько ужаса и трагедии. Даже жаль стало.
Хотелось бы сразу заметить, я не слониха. В нормальной физической форме, без жирочка и другого добра. Просто вот парнишка совсем хиленький.
– Нет! – рявкнула, удивляясь начальнику. Сам не видит, что ли? Да я паренька весом-то придавлю, а потом плати всю жизнь за его операции.
– А что тогда? Разве не этого добивалась?
– Я туфельки сниму и сама доковыляю. Можно?
Мужчина бросил взгляд по сторонам, словно оценивал что-то, а потом кивнул. Мне, конечно, было интересно, что он там прикидывал в своей голове, но решила оставить на тот момент, когда буду убегать, чтобы точно понять.
Присела и начала снимать эти убийственные туфли. Тут же задалась вопросом их стоимости. Ладно, куплю Ольге взамен кроссовки нормальные. А то с такими темпами, ноги себе когда-нибудь сломает. Оказавшись в тонких колготках, пусть и на грязном асфальте, счастливо выдохнула.
Вот оно счастье!
Еще бы это тряпку снять…
Но меня не поймут. Воздержусь.
– Чему радуешься, дура? В обезьяннике плакать будешь, – с огромным удовольствием порадовал меня начальник.
– Андрей Михайлович, удержите подарок? – весело спросила, подмигивая ему правым глазом.
– Какой?
– Этот, – крикнула и бросила в него туфлю, попадая в пах.
Он не ожидал такого внезапного нападения, а я тут же развернулась и второму заехала по плечу каблуком, а потом по спине, отчего он взвыл, падая на асфальт, закрывая руками голову.
Немного смутилась. Еще бы! Он так громко завывал. Так больно? Было бы время, себя ударила, чтобы проверить, но его нет. Так что верю…
Бросила туфлю в сторону и рванула вперед.
Бежала очень быстро, пока не оказалась между домами у сеточной стены. Обернулась.
Слышала шаги охранников. Бежали. Пыхтели.
Улыбнулась и отошла, с разбега запрыгивая на сетку. На секунду задержалась на верхушке и спрыгнула на асфальт. Волна раздражающей боли прошла по всему телу, прилетая в голову.
Ничего… Пройдет.
Главное – у меня получилось.
Шикарно улыбнулась и обернулась. Охранники как раз бежали между домами, проклиная меня вслух грязными словечками.
– Не скучайте, мальчики! Я одна, а вас много, – выкрикнула и быстро направилась к остановке. Планировала рвануть в мастерскую. Единственное место, где можно спрятаться. Пока.
* * *
Только вылезла я из осмотровой канавы, как тут же поняла, что в помещении кто-то есть. Приятный освежающий парфюм ударил в нос. У наших пацанов чувствуется иногда, но не такой. От дяди Паши вечно чесноком несет. Всегда ему напоминаю, что вампиров не существует. Такой аромат, что подозревала, у него там бусы из свежего урожая. Когда он рядом, всегда хочется сбегать в пекарню за свежим хлебушком, чтобы корочку натереть и жевать с удовольствием. В детстве любила, а сейчас изжога моментально просыпается. Переела, видно.
Но кто сюда зашел?
Закрытый участок. Специально мне отдали.
А тем более сейчас, когда я злостная беглянка.
Я ведь договорилась с начальником. Он приказал парням молчать и сюда не заходить. Телефон я отключила и закинула в свой ящик для почты.
Только решила ко второму выходу рвануть, как услышала:
– Давай поговорим.
«Вот черт! Орлов! Как он меня нашел?» – подумала, лихорадочно прикидывая, что мне делать. Сто процентов Еремов. Гад. Обиду затаил. А ведь за дело получил. Я просто так никогда не нарываюсь. Дед учил по совести все делать. Как ко мне, так и я.
– Стальнова, язык проглотила?! Хочешь со мной договориться или нет? – грубо рявкнул мужчина, начиная терять терпение.
Появилась надежда. Может, все же совесть проснулась?
Сглотнула и поднялась, двигаясь на голос.
Богатей стоял в белой накрахмаленной рубашечке, черных брючках со стрелками, в дорогих ботинках. Весь такой чистенький, ухоженный, прилизанный. Как будто корова языком постаралась.
То, как он на меня посмотрел и скривился, смутило. Но лишь на секунду. Не стала вестись и оценивать себя. Я без подсказок знаю, что не блистаю тут. Если что, я работаю, машины ремонтирую. На тот случай справка, если не заметил. Это самая подходящая одежда! Я ведь не бумажки перебираю и с кофейком бегаю, виляя задницей. Так что не нравится, пусть не смотрит. Мне плевать. Не стоит всех оценивать в рамках своих идиотских представлений.
– Говори… – сказала, не зная, что от него ожидать. Непонятный тип.
– Скажу так: мне плевать, кто сидел за рулем твоей машиной. Если твой отец… я с него ничего не возьму. Пьяница, алиментщик, две судимости за воровство, официально не работает больше пятнадцати лет.
Все знала, кроме одного: кому батя не платит алименты? У меня есть брат? Или сестра? Не ожидала. Еще матери изменял.
Интересно, она знает?
– И у него алиби. Твоя мать подтвердила.
Побелела. Неужели? Я ведь ей рассказала, как он меня подставил и что мне грозит.
Конечно, я понимала, что она безумно любит непутевого муженька, но кто их содержать будет, если меня упрячут за решетку? Еще одна наивная дура есть? Тогда точно сестра. Нас нужно познакомить!
Но мама…
Пыталась заставить себя не думать, но в груди все тряслось от обиды.
Ладно… Что, в первый раз? Еще никогда мама не вставала на мою сторону. Даже больная, измученная и побитая. Постоянно оправдания искала.
– Что вы хотите?
– У тебя два выбора. Первый: ты будешь отдавать мне долг частями. Мой юрист составит договор и…
– Я согласна, – с чувством выкрикнула, не желая слушать ничего другого. Это единственное, на что я надеялась. Неужели такой добрый? Зря я его ударила. Нужно извиниться.
– Но при этом ты будешь моей девочкой на побегушках.
– Еще раз… кто буду? – спросила, надеясь, что ослышалась. Или этот гусь сейчас сказал…
– Собачкой, – довольно изрек Орлов, и я поняла – мало ему врезала. Нужно было и во второй глаз.
– И что я должна буду делать, с учетом того, что у меня еще будет своя работа? Я ведь должна отдавать долг, – напомнила мужику, а то он как-то не догонял.
– После шести часов и до двенадцати ночи ты будешь бегать за мной, выполняя любые мои команды.
Нда-а-а… совсем мужика разбаловали. Вроде взрослый, а желания как у озабоченного прыщавого пацана в период полового созревания.
– Ничего не перепутал? Ну, там с рабыней, служанкой, нет?
– Есть и второй вариант, – лучезарно сообщил он, демонстрируя белоснежный ряд зубов, который так хотелось проредить.
Я бы постаралась…
– Внимательно слушаю.
– Я буду иметь тебя, когда захочу и где захочу. Пока не наскучишь.
– Имелка не сломается? – спросила, понимая, что терпение на пределе. Но я не могла. Не могла я иначе! Вот кобелина!
– Не переживай, аппарат в отличном рабочем состоянии, – не сказал, а похвастался. Странно, что штанишки свои не снял, чтобы оценила.
– Слушай, а тебе ничего, что я не виновата в аварии? Не смущает? Совесть не просыпается? А ты мне грязь предлагаешь.
– Тебе показать чек стоимости машины? Кто будет возмещать?
– Есть еще третий вариант, – предложила, начиная быстро соображать, как договориться с начальником по деталям, чтобы отремонтировать его тачку. – Я полностью восстановлю твою ласточку, чтобы ты ничего не заметил, и мы расходимся. За мой счет, конечно.
Смех мне его не понравился. Хриплый и такой возмущенный. Он успокоился и некоторое время смотрел на меня, будто имел способность узнавать мои навыки и возможности.
– Женщины только способны на одно – раздвигать ноги и выпрашивать подарки. Ремонтом занимаются профессионалы. Поняла? Чтобы не слышал подобного предложения. Еще бы грязнуля мою машину не пачкала.
Удивлялась своей выдержке. Стояла и просто убивала его взглядом. А в голове летало столько матов, что им не было конца и края.
Нужно успокоиться, понять его, войти в положение. НУЖНО…
Да какое еще положение?! Урод он! Козлина!
– Так что? Мне нужен ответ сейчас. Или… один звонок… и ты поедешь в полицейский участок. И не думай, что получится сбежать. Я подготовился.
Да-а-а… Даже стало жаль женщину, что дала жизнь такому уроду. Вершитель судеб. А главное – девушки для него НИЧТО. Так, капризные ничтожества.
Ладно… Нужно думать.
Да чего думать?
– Первый вариант.
Орлов скривился и странно прищурился.
– Не понял…
– Что непонятного?! Первый – это тот вариант, который прозвучал в самом начале, когда… – начала ему объяснять чуть ли не на пальцах. Но он не оценил, свирепо оскалился и пошел на меня.
Тут же прекратила, теряя мысль.
– Напоминаю: ты будешь у меня на побегушках и еще… отдавать долг.
– Я поняла. С шести до одиннадцати.
– До двенадцати.
– Тогда ты оплачиваешь такси, чтобы я вернулась домой. Общественный транспорт не ходит в это время.
– Ты будешь ночевать у меня. Я выделю тебе каморку.
– Ммм… тогда я сегодня принесу всю робу с работы и еще захвачу две грязные из дома. До сих пор от бензина запах не выветрился. Фан ужасный. И обязательно захвачу свой велосипед, я ведь спортсменка. Без него никак. Ставлю его всегда в комнате. Он у меня под замком. Вдруг батя пропьет. Про вас я тоже ничего не знаю, так что перестрахуюсь. И еще… я коллекционирую баночки от пива. Ну там всякие…
– Ты…
– И я всегда стираю нижнее белье руками с хозяйственным мылом и вывешиваю в ванной на трубе. Работаю ведь с мужиками, нужно быть нейтральной. К тому же…
– Хорошо. Ночуешь у себя и работаешь до одиннадцати, – прямо вот выплюнул мне в лицо.
Шикарно улыбнулась.
Как быстро повелся, а я только начала… Может, не все так критично?!
– Вот и славненько, – тут же посмотрела на часы и заметила: – До шести еще четыре часа, так что прошу выйти и не мешать мне. Не люблю назойливых под ногами.
– Следи за словами.
– Милая и послушная с шести до одиннадцати, а в остальное время чары доброй феи рассеиваются и я вновь стаффордширский терьер. Особенно с вами.
– Смотрю, ты легких путей не выбираешь. Хотя да, работать в грязи… когда можешь чего-то добиться.
– Свое мнение можете оставить при себе, мне абсолютно безразлично. Часики тикают, а это деньги. Ой, я же могу потребовать с вас компенсацию. Минута будет стоить…
С каждым секундой его лицо как-то странно менялось. Он или офигевал, или все же тупил. Потом его нервная система не выдержала, и Орлов пошуровал на выход.
– Договор не забудьте к шести приготовить. Без него не будет чудесного превращения, – напоследок пропела.
– Я уже понял, – грубо рявкнул он, так и не повернувшись ко мне.
– И да… обязательно внесите пункт, в котором будет указано, что если вдруг вы не сможете терпеть меня, то режим «собачки» и долг аннулируются.
Мужчина мгновенно повернулся. Среагировал как на команду «фас».
– К тебе это тоже относится. Не будешь послушной и ласковой, значит, получишь штрафы и наказания.
– Естественно, – согласилась, обдумывая в голове будущую стратегию.
– Не рассчитывай, что достанешь меня, и я выкину тебя за дверь.
«Я сама отлично выйду! Без посторонней помощи…» – подумала, так и представляя себе эту чудесную картину.
– Посмотрим. Жизнь… она непредсказуемая штука. Там видно будет.
Он усмехнулся и исчез за колонной, а я стояла и загадочно улыбалась. Что же… Война так война. Нужно пораньше закончить и основательно подготовиться.
Глава 3
Стучать было бесполезно. Никто меня не слышал. Пришлось открыть квартиру своим ключом.
Вошла и услышала грубый голос незнакомого мужчины:
– И вам хорошо, и мне. Только нужно к нотариусу заскочить, чтобы документы подписать. Он толковый, знает что почем. И я вас всем необходимым обеспечивать буду, что вы уже поняли. Я ведь нежадный человек. Ну а вы оставляете мне квартиру.
Могла бы удивиться для приличия, но нет. От бати можно ждать чего угодно. Меня, случайно, не продал? Да нет, он ведь меня уже определил в тюрьму мотать срок.
– Эта квартира моя. Родители прописаны и проживают, прав никаких не имеют, – громко отчеканила, вламываясь в зал, вглядываясь в карие глаза наглого типа.
Зек, предположила. Весь в наколках, лысый и прокуренный. По возрасту примерно за сорок пять. И как-то нервно дрыгал рукой за столом, дергая вилку в разные стороны.
На мою речь мужчина поднялся со стула и начал лениво оценивать меня.
– Слышь, подруга, ты бы мотала отсюда. Один звонок мусорам, и тебе не понравится расклад.
– Давайте. Чего ждать, когда есть желание? Я как раз жалобу оставлю, что вы занимаетесь мошенничеством, желая оттяпать у меня квартиру.
– Ты не так поняла, деваха. Сопливая еще.
– Проблем со слухом у меня нет, как и со здоровьем, но спасибо.
– Зато с полицией есть. А я не шутил, один вот звоночек…
– И я не шутила. Мне полиции больше нечего бояться, а вот заявление можно оставить на тот случай, если решите прибрать чужое. Если уж со мной что случится, чтобы шли правильно по следу… – сообщила, загадочно улыбаясь.
– Что?! – гость повернулся к моему отцу, до такой степени пьяному и побитому, что невольно скривилась. Опять вляпался.
Да что за наказание такое?
– Да она врет, – промычал он, махая на меня рукой. – Приходили за ней вчера.
– Это вчера, а сегодня новый день. И я не вру: это моя квартира и мне очень не нравится, когда в ней чужие.
– Да за решеткой она… будет. Куда ей… Тачка богача в хлам… – хрипел кое-как батя, уткнувшись лбом в стол с закрытыми глазами. Почти спал. Скоро упадет на пол.
Мужчина продолжал сканировать меня, что-то прикидывая в голове. Особенно настораживало, когда он злобно скривился. Очень страшно выходило.
– Прошу вас уйти, – повторила я, проклиная все на свете. От этого уйти будет сложнее…
– А ты, я смотрю, ничего так.
Стало не по себе от его слов и от его грязного липкого взгляда. Но судьба научила с такими людьми быть осторожной. Тем более подвыпивший. Прирезать может. С пьяными лучше вежливо и по делу. Они невменяемы, алкоголь затуманивает разум. А этот еще и опасный.
– Если не уйдете, я вынуждена буду звонить в полицию.
– И что? Что потом, кукла?
– А вы себя на мое место поставьте. Порадовались бы?
– Смотрю не из робкого десятка, да? Ну что же… сильно не зазнавайся. Сегодня у тебя есть все, а завтра… ничего.
Не сказал, а пообещал. И видела, что может и хочет.
Гнида.
– Уходите.
– Да уйду я. Уйду, – грубо рявкнул и пошел на выход, на секунду останавливаясь, чтобы посмотреть мне в глаза.
Не двигалась, не отворачивалась, просто смотрела. Ждала, когда он свалит, и желательно без резких движений в мою сторону.
– Еще увидимся, – услышала и поняла, что проблем у меня стало больше. И все по одной причине – батя.
Вспомнишь, оно и всплывет. Послышалось бурчание, а затем возмущенный рев:
– Ты куда? А как же помощь? Ты же обещал.
Мужчина как-то истерично засмеялся. Он небрежно вытащил из кармана брюк набитый кошелек и вытащил несколько красных купюр. Некоторое время стоял, а затем бросил на пол.
– Не боись, я слов на ветер не бросаю.
Сказал не ему, а мне. Я так расценивала.
Ушел он тихо и спокойно. И дверь нормально прикрыл. Я же стояла с какой-то непонятной обреченностью. В груди сжималось сердце от поганого предчувствия.
Вроде молодая, но людей я всяких видела. И хоть дед учил, но иногда учишься только на своих ошибках. Сейчас я допустила где-то ошибку. И вроде не оскорбила, но все же он не отступится. У него планы на мою квартиру. Будет думать.
Стальнов собирал дрожащими руками купюры и заталкивал их в карманы, но у него не получалось. Выпадали.
Как же он мне был противен.
Проклятье!
– Кто ты такой, чтобы мою квартиру отдавать? – спросила с рычанием, желая его выкинуть. Но это бессмысленно, мать вновь его притащит, а перед этим изведет обидами и словами.
– Да ты… да ты… теперь… того, ага, сядешь, – промямлил он, наконец засунув деньги в карман. Справился, чему был рад, поэтому улыбался во весь рот, показывая гнилые зубы.
Вот. У всех отцы как отцы, а мне даже стыдно его так звать. Не понимала, что вот в ЭТОМ ЧУДОВИЩЕ такого хорошего нашла мать? Ну что? Она ведь его боготворила.
– Я не «того», уладила вопрос. Так что… – меня трясло, – пошел вон!
– Настя! – подала слабый недовольный голос мать, сидя на диване, неестественно скрутившись.
Я нахмурилась. Странно как-то сидела и еще шалью укрылась. Тут так душно, дышать нельзя, а она с головы до ног укрылась. Повела головой и медленно поплелась к ней.
– Настя… – мать выставила руку, желая сказать, но ей было тяжело. Она часто задыхалась, когда быстро говорила. Ей нужно медленно и с расстановкой.
В глаза бросился красный след на щеке. Такой же я Орлову вчера влепила, только сильнее. Сегодня он был под штукатуркой, но я точно видела отличный фингал. А тут… совсем недавно.
Мразь. Опять ударил.
Потянулась к ее шали, желая содрать, чтобы посмотреть, что еще есть, но тонкие пальцы матери оттолкнули мою руку.
– Оставь меня!
– Покажи!
– Не твое дело, а наше, – сдавленно вскрикнула и отвернулась. – И ты… не должна была выгонять Алексея.
Закрыла глаза на мгновение, заставляя себя молчать. Я же хотела, чтобы она меня выслушала, но если взорвусь, она расплачется и не будет неделю говорить со мной, словно я злейший враг. Молча прошла к другому концу дивана и села.
Устала. Как же я устала от этого домашнего дурдома!
– Мам, посмотри на себя.
– Все нормально…
– Ты похудела… – бросила взгляд на ее хрупкое тело, – на пять-семь килограмм. Опять! Ты бледная, а еще…
– Я знаю!
– Я ведь все покупаю, записываю на процедуры, а ты…
– Ничего не хочу.
– Мам…
– Нет!
– Давай я отвезу тебя в больницу и…
– Не хочу!
– Мам, ты долго так не протянешь.
– Если меня здесь не будет, ты его выкинешь! – со слезами на глазах выкрикнула она, сильнее закутываясь в шаль.
Ну, конечно, кто бы сомневался. Вот она причина! А то, что я при ней могу его выкинуть, она и не рассматривала как вариант. Еще бы, она ведь грудью ляжет за него.
Что же за любовь такая больная? Уже трясло от нее…
– Твое безразличие к себе ни к чему хорошему не приведет. У тебя такой букет болезней, что…
– Настя, прекрати! Я все знаю. Ты лучше… помоги отцу.
– Нет, – перевела внимание на него, мечтая проводить за дверь. Туда… я с радостью ему помогу! И плевать мне, кто там что сказал.
Когда я уже смогу прийти домой и отдохнуть? Просто вот лечь и отдохнуть…
– Больше некому. Я хотела устроиться техничкой, но эти ведра… такие тяжелые. Я не могу поднимать их.
Устало поднялась и подошла к окну. Вечерело, скоро Орлов явится. Сказал, что заберет с работы и отвезет домой. Но я не хотела, чтобы кто-нибудь видел, что у меня творится в квартире. Даже посторонние люди. Это наше дело.
– Саша хороший…
Не стала оборачиваться. Я это постоянно слышу, когда наступает момент «икс».
Бесполезно. В жизни не встречала такой упертой женщины, как моя мама. Все у нее вертится и кружится около мужа. Саша, да Саша… Один он неповторимый трутень.
– Мы должны в магазине. Сегодня Саше не хотели продавать продукты.
– Мам, продукты покупаю я, а твой Саша пиво и водку, – напомнила ей и неосознанно провела по подоконнику пальцем.
Черт, сколько пыли. Нужно помыть.
А когда?!
Сейчас.
Но времени нет.
И мать будет в пыли?
Молча развернулась, планируя идти в ванную, и увидела, что отец уже спит на полу. Начал громко храпеть.
– Помоги ему лечь на диван, – устало попросила мать, кое-как поднимаясь.
– Пусть там спит, – буркнула, не собираясь его поднимать.
– Откуда в тебе столько злости? – вдруг громко с обидой крикнула она.
Забыла про мытье и все на свете. Не верила своим ушам. Это она про меня?
– Это я злая, мам? Я?! Та, что содержит, кормит, бегает около тебя? Да я…
– Он твой отец! Ты должна!
– Да?! Тогда напомни, когда это он был мне отцом? В детстве? Нет. Точно не помню. Если только диктатора, не желающего видеть маленькое ничтожество у него под ногами. Пацан-то не получился у него, а виновата я. Но это ладно, поехали дальше. Может… когда меня учить нужно было? Тоже нет. Я сама себя учила. Тогда… когда? Точно! В свидетельстве о рождении. Вот он где мне отец!
– Уходи! – с презрением бросила она и медленно поплелась в кухню. Шла кое-как, совсем ей было тяжело.
Выдала звук, похожий на рычание, и крутанулась на носках, разворачиваясь к дивану. Ладно, сделаю, а то ведь сама его потащит.
Через пять минут я наконец-то вышла из зала, выключая свет под храп Стального, отдыхающего на диване. Не жизнь, а кайф у некоторых.
Открыла ключом свою крохотную спальню и поторопилась к комоду, чтобы взять чистые вещи. Не успевала.
Планировала так много сделать, а только получится принять душ. Но это тоже очень много.
* * *
Сидела на лавочке через пять домов от моего в ожидании Орлова. Место встречи. Не хотела перед соседями палиться. Отца вечно песочили, мать обсуждали, еще меня там не хватало. Всегда старалась быть нейтральной: ни доброй и ни грубой, чтобы не цеплялась на язык. Так проще жить.
Черную машину увидела сразу. Седан BMW 3-Series (G20) нечасто к нам заглядывает. Схватила рюкзак и, подавив зевок, направилась к обочине. Стоило машине остановиться, открыла заднюю дверь, как вдруг услышала:
– В салоне сидят дамы, так что прыгай на переднее сиденье.
Промолчала, я ведь «добрая» теперь. До одиннадцати точно. Дала себе минуту на успокоение и села спереди, украдкой глянув на этого умника. Вроде за день второй раз видимся, а красовался уже в другом костюме. Ладно я, из дома, а он с работы. Но не удивилась. Сто процентов, как пришел от меня, сразу же избавился от вещей вплоть до трусов и отправил в прачечную. Или выкинул, что скорее всего.
– Отдохнула? – лениво протянул, словно я вернулась с путешествия, где только занималась тем, что загорала на пляже.
Оставила без комментария.
– Где договор? – меня этот вопрос интересовал.
– Можно и поучтивее. Не учили?
Только села, а воспитанный мажор меня уже достал. Решил меня добить своими понятиями, какая должна быть настоящая женщина? С мозгами. Остальное… по ситуации.
– Так где? – спросила, поеживаясь от холода. Морозило. И вроде не холодно на улице. Весна в самом разгаре. Вероятно, когда ночью босиком полуголая бегала, немного перестаралась. И на станции вечно дубак.
– Насколько помню, ты младше меня на несколько лет, так что можем на «ты», – предложил он, всматриваясь в лобовое стекло.
– Воздержимся от этого, – ответила, начиная читать бред, который назывался договором. В первых строках свой адрес и паспортные данные увидела, а я ведь ничего не давала. Мда-а-а…
– Почему же?
– Не вижу причин, – дошла до момента, что я должна быть доброй, почтительной, корректной и захотелось его выкинуть. Смогу ли я?
Естественно! Буду самой доброй! Только чего мне это будет стоить? Нервов.
– Ты всегда такая грубая?
– Юрий, у вас же есть на меня досье, так зачем вопросы, когда уже все знаете, а если нет… то решили? Мы можем и в тишине доехать.
Парень кивнул. Не мне, а себе. Словно соглашался с чем-то, о чем решил вперед. Какой-то странный, если быть честной.
– Мне вот интересно, так… для удовлетворения любопытства, а к таким, как ты, нормальные парни подкатывают?
Стало неприятно. Вроде не уродина и не матерщинница, да и не дура. С чего он решил, что я скучаю без внимания? Другой вопрос – есть ли у меня время. Именно отсюда нужно отталкиваться.
– Нормальные – это кто? Зажравшиеся, омерзительные мажоры или адекватные и приятные парни?
Орлов усмехнулся и выдал:
– А что… есть смелые из тех и других?
– Очередь, так что приходится встречаться по расписанию, – бросила, дальше пролистывая договор, пока не дошла до условий. Удивилась. Он вписал пункт о прекращении договора, если я ему стану омерзительна и неприятна.
Пусть не сомневается, СТАНУ! Хотя неприятно читать подобное о себе…
– Ты обманываешь меня, – с недовольством бросил он.
– А вы лезете не в свое дело. Или это моя работа? Вы тогда предупреждайте. Я анекдоты почитаю, истории напридумываю, чтобы весело было. Так сказать, приготовлюсь.
– У меня достаточно знакомых и друзей. Не нуждаюсь в собеседниках. Один звонок и… примчатся.
Ого… это он так про друзей или собачек сказал?
– Да ну? Здорово, что есть… – слишком восторженно потянула, сожалея, что не умею скрывать эмоции. Хотя… я же не нагрубила, но теперь он точно знает, что не верю ему. Богатеи всегда уверены, что у них много друзей, а что случись… и тебя выкинули из лодки. Не соответствуешь.
А друзья… они не только в радости, но и в беде с тобой. Особенно в последнем. Вспомнила о Женьке, девчонке с косичками, таскающей мне пироги и чай в термосе, когда в ливень сидела в крохотном домике на детской площадке, дожидаясь, когда мама меня заберет. И хоть мы с ней очень разные, да и по возрасту имеется разница, но очень хорошо понимали друг друга.
Да, может, я не права, но это мое мнение.
– Я похож на затворника? Я люблю праздную жизнь.
– А я и не считаю вас затворником…
– Тогда кем? Если считаешь, что у меня нет настоящих друзей?
– А в мои обязанности входят честные ответы или приятные? Не вижу пунктика по этому моменту. Не хотелось бы неприятных ситуаций.
– Это же надо… – он крутанул головой, словно удивляясь чему-то, а потом весело так поддел: – Сомневаюсь, что ты можешь говорить приятно.
– Если мне приятен человек и я не жду от него удара в спину, то с удовольствием.
– Есть такие?
– Перед ответом все же уточните ответ.
– Можешь… ответить честно, но с уважением.
Задумалась. Это как?
– Поняла. Тогда второй вариант.
– Грубая девчонка. И зачем мне это? – буркнул себе под нос, очевидно, не понимая, что сказал это вслух.
– Когда поймете, просветите и меня.
Глава 4
Проехали ворота через пост и завернули за угол, двигаясь по прямой, пока не остановились около огромного крутого дома. Таких на территории было несколько.
– Выходи, – бросил Орлов и вышел. Еще секунду сидела, а потом заставила себя открыть дверь. Есть такое слово «НУЖНО».
Дома для состоятельных, как я поняла. Детская площадка, парковая зона, бассейн. И это только то, что могла видеть со своего места. Хорошенький район. Не для простых людей.
Двигалась за Орловым, ощущая себя не в своей тарелке. И куда привез? Я потом как назад? Тут хоть поблизости остановка есть?
– Сегодня ко мне должны будут приехать гости. Я хочу, чтобы ты приготовила… – богатей перечислял блюда и еще что-то непонятное на французском языке, а я ждала, когда он наговорится. И когда только вышли из лифта и направились по коридору к нужной квартире, он, наконец, замолчал.
– На десерт…
– Я не умею готовить, – так, между прочим сообщила ему, давая понять, что это норма для меня. НЕ УМЕЮ И НЕ ХОЧУ.
Конечно, все не так плохо обстояло с готовкой, дед научил, да и сама старалась, но готовить для этого мажора и его друзей не собиралась. Пусть в ресторанах заказывает, а я вот точно не его повариха. Не желала, чтобы этот козел в моей еде ковырялся вилкой и оскорблял. Тогда точно не выдержу.
– Что?! – в его глазах было искреннее непонимание. А как он хотел? Не может быть всегда так, как он хочет. Ну, по крайней мере, со мной.
– Не могу. Хотя… лапшу быстрого приготовления и всякие кашки я отлично завариваю кипятком, яичницу умею жарить, прямо вот объедение получается, ну и картошку отварить или на сковородке, когда все остальное надоест. Правда, иногда сырая получается или наоборот. Но я не слишком привередливая.
Красавчик застыл как вкопанный. Видать, убила информацией. Переварить никак не мог.
– Ты женщина? – ядовито спросил, испепеляя взглядом.
Сдержалась от мгновенного ответа, пришедшего в голову. Посчитала до пяти и выставила руки вперед, подмигивая при этом, начиная вести ладонями по телу, чтобы четко видел изгибы.
Вроде все на месте. И по его открытому рту поняла, что до него тоже дошло.
Скривилась и с сочувствием предложила:
– Еще я могу посоветовать вам хорошего окулиста и терпеливого психолога, раз уж все так печально.
Мои слова привели Орлова в чувство. Моментально подтянулся и сложил руки на груди. ЦАРЬ. Как минимум.
– Вы, бабы, и так ни на что не способны, а ты еще элементарное не можешь.
Мда-а… КОЗЛИНА. Лишний раз напомнить себе об этом не будет перебором. Бывают же такие упыри.
– Я очень способная, – лучезарно заявила и пошла на него. – Могу шикарно заехать вам по лицу, что даже пластический хирург удивится, когда будет пытаться исправить ваш сломанный нос.
– Читала договор? – поинтересовался Юрий, на всякий случай делая шаг назад.
– А я разве сейчас недостаточно вежлива и корректна? Даже чересчур! У меня уже зубы сводит от своей доброжелательности.
Все, мажор теперь точно понял, что на сегодня лимит по унижениям он превысил. Сглотнул и спокойно произнес:
– Ты… можешь заказать еду из ресторана?
– Если только буду тыкать пальцем в приложении.
– Понятно. Тогда я сам.
– Как вы добры…
– Угу, сам удивляюсь… – буркнул Орлов и пошел к своей двери, открывая ключом.
И вот оказались в квартире. Роскошная. Другие комментарии не нужны. Современная, в интерьере преобладали черно-белые тона. Смотрелось хорошо. Даже страшно было идти. Тут только в бальном платье и на носочках, и лучше не дышать, чтобы случайно не испачкать и не сломать.
– Что встала? Можешь приниматься за работу.
– И что делать?
– Хоть что, главное – чтобы я тебя не видел.
– Да без проблем! – на радостях аж пискнула и поспешила к двери.
Уже надоела!
Рывок, и тут же оказалась прижата к двери. Пока я офигевала от сильных рук на своей талии, удивляясь наглости мужчины, он злобно процедил:
– Куда собралась?
– Ну как же? Не попадаться вам на глаза.
– Ты должна быть в моей квартире.
– У меня не получится тихо, я шумная. Так что с целью исключить…
– А ты постарайся! Или и на это не способна? Только угрожать?
Смутилась. Неужели, я такая?
– Обязательно, как только уберете свои восемьдесят килограмм.
Он моментально отодвинулся, будто сам не верил, что припер меня к стене. Как и я. И вроде на вид средний, а вес приличный. Кости тяжелые?
Отошла и стала ждать. В животе заурчало. Отошла еще дальше, злясь на себя. Могла и пирожок купить.
Кстати, а когда я ела?
С утра сухарики чаем запила. Вроде все. А дома ничего не было. Нужно будет за продуктами сходить. Только когда?
Ладно, еще несколько часов вытерплю, а дома пирог поставлю. Завтра будет что перекусить на работе.
– Тряпки, ведра в кладовой. Я Зое дал отпуск. Так что будешь выполнять ее обязанности.
– Она тоже в долг работала?
– Нет, за зарплату. Еще вопросы будут или отлынивать дальше планируешь?
Забросила сумку на вешалку и стала смотреть, где тут кладовая. Нашла и озадачилась. Столько всего нового и непонятного. Пылесосы, круглые и овальные роботы, притом больше пяти и все ждали команды. Ну… с техникой я-то быстро разберусь, а вот почему тут больше двадцати чистых пряток и рядом с каждой своя бутылочка этого не понимала.
Одной никак?
Пипец…
Самое сложное решила оставить на «потом». Сразу с техникой, а потом посмотрю по составу бутылочек.
Села на пол и приступила к изучению, забивая в интернете, чтобы быстрее понять принцип работы.
Через двадцать минут в квартире все гудело, шумело, пахало, а я наяривала тряпками, стараясь ничего не пропустить. Надеялась, что как только справлюсь, он меня отпустит. В квартире было шесть комнат, два коридора, ванная, туалет, две гардеробные и три кладовые. На все у меня ушло два часа.
За это время Орлов принял душ и завалился на диван в зале, откуда вышел, когда я пришла туда вместе со всем своим жужжащим взводом.
Когда все выключила и убрала, особенно этот моющий пылесос, которым откровенно восторгалась, вдруг услышала голос Орлова:
– Нет, полная дура. Да. Странно, что еще знает, где кнопки включаются. Ожидал тупых вопросов, но она все роботы подключила без пульта. Думаю, что долбила по ним. Не девка, а мужичка. Ну, прикинь, еще что-то там ремонтирует. И убирает погано… Да что там смотреть? Быстро. Зоя на комнату по часу тратила, пылинки сдувала, начищала по сто раз, а эта за два часа справилась.
Больше не стала слушать, поплелась в кухню.
Что в комнате убирать целый час? Языком если. Тем более с такими помощниками. И, между прочим, на каждого робота я скачала в интернете программу. Что сложного? Не хотела к нему идти и спрашивать.
Нет, конечно, мне плевать, что он там думает про меня. Просто… поняла, что он не отпустит раньше. Смысла спрашивать не видела.
Подошла к окну. Темнело. Через час будет совсем темно. Нужно определить, где нахожусь и где тут остановки. Но когда увидела, что мне еще около сорока минут идти через какой-то пустырь и лес, совсем поникла. Богатеи на маршрутках не ездят.
Положила телефон на подоконник, как вдруг услышала:
– Настя!
Хотела быстро пойти, но тут подвернула ногу и случайно налетела на столик для кофемашины. С ужасом в глазах наблюдала, как она пошатнулась и полетела на пол. Не успела поймать.
Такой грохот прозвучал, что, показалось, дом рухнул. Подлетела и начала смотреть. Внешне вроде все нормально. Нужно только проверить, как работает.
Да что ей будет? Мощная, материал хороший, да и высота небольшая. Как слону дробина.
– Даже не сомневался, что сломаешь что-нибудь, – услышала голос Орлова. Столько презрения и ненависти! Он стоял в проеме, с яростью всматриваясь в мое лицо.
– Вроде… целая, – прошептала, представляя его мысли обо мне. Даже жалко стало мужика. Такое «исчадие ада» притащил к себе домой. Раньше женщины были ничтожества, теперь монстры.
Ну, так пусть увольняет! Что не делается, то к лучшему. Я ведь согласна деньги отдавать, зачем этот бред?
– Да что ты понимаешь, гусыня?! Завтра вызову мастера! Он скажет, что и как. По делу. А ты… отойди от нее!
Развернулся и ушел.
Три секунды смотрела ему вслед, сжимая руки в кулаки, напоминая себе, что я должна этому козлу огромную кучу денег. Нужно молчать. Молчать и терпеть. Но… раз такое дело…
Коварно улыбнулась и быстро поставила на стол кофемашину. Сняла контейнер для воды и развернула с обратной стороны. Достала отвертку из кармана и выкрутила четыре винтика, тут же убирая боковую крышку, желая заглянуть в двигатель, который руководит парочным блоком. Через пять минут у меня в джинсах была спрятана важная деталька, а я усердно вкручивала на место все винтики, прислушиваясь к звукам.
Ну, раз не работает, значит, не работает. Что уж теперь? И мастер его… ничего не сделает, если только действительно шарит.
После… обязательно поставлю на место, а пока… так будет. Для порядку. Была уверена, что после рассказа Орлова обо мне, заумный мастер обязательно что-нибудь придумает и сдерет с богатея деньги. Так бывает, когда клиент очень хочет, чтобы нашли какую-нибудь проблему. А так… пусть голову ломает.
Поставила на место и улыбнулась. Вот, даже настроение поднялось!
Радовалась недолго. В дверь позвонили.
– Открой! – услышала приказ.
Нахмурилась и прошла к двери.
Гости?
Когда уже этот вечер подойдет к концу…
Увидела девчонку. Вот совсем соплячку под огромным слоем штукатурки. Примерно четырнадцать лет. Ну, может, пятнадцать. Совсем зеленая и полуголая. Ее леопардовое платье даже тряпкой сложно назвать. Лоскутками, так правильнее. И еще эти стремные в крупную клетку чулки просто выкашивали.
Зачем явилась… очень даже понятно.
«Этот ушлепок еще и девочками увлекается?»
Нда-а-а…
Дверь закрыла и медленно пошла на нее, не забывая про приветствие:
– Что нужно?
– Слышь, ты, швабра, дай пройти.
Черт, даже не поняла, как схватила ее за шиворот и к стене толкнула, перекрывая ладонью горло.
– Ты, сопля, рот закрой, пока я не помогла. В этом случае и зубов не будет. Поняла?
По ее бешеным движениям и кивочкам решила, что дошло. Чуть отпустила.
– Я… я…
– Ну, что забыла у взрослого мужика?! – все же мне хотелось знать. Ей бы в школе учиться, ума набираться. Гляди-ка, явилась звезда на приключения.
– Да я к Орлову. Меня… меня Смолин послал, – с обидой просипела, сжимая свое горло.
Вот что там трогает? Что жмет?! Я чуть прижала. Ничего страшного не произошло.
Неженки не наряжаются столь откровенно.
– А мама знает, чем занимаешься?
– Да кто ты такая? – с наездом закричала и пошла на меня, начиная пихаться, почти драться.
И в этот самый неудачный момент дверь начала открываться, отлетая на меня. Пришлось резко развернуться, тут же отпихивая девчонку, но она не поняла и полетела на меня, нарываясь на мой кулак.
Случайно.
Немного…
Наверное.
Хотя с моей тяжелой рукой…
Девушка громко взвыла, и мне пришлось запихнуть ее в квартиру, как и офигевшего Орлова, закрывая дверь.
– Ты что натворила? – прорычал он.
– Это случайность, – буркнула и подошла к девушке, у которой все лицо было в черной туши, коричневой тоналке. И это все грязное дело капало на пол. На мой чистый пол.
«Я только все убрала!»
Схватила ее за шиворот и потащила в ванную, выставляя руку, оповещая Орлова:
– Все хорошо. Девчонку только приведу в порядок.
Закрыла раковину пробкой и настроила теплую воду. Покалеченная гостья это время верещала. Прямо-таки визжала, хрипела и завывала.
Честно, ужасно раздражало. Блин, словно ее режут. Дернула красотку к раковине и лицом плюхнула в воду, усиленно помогая смыть все это безобразие. Кто знает, может, она в шоке от своего вида? Авось перестанет.
Она барахталась, но уже не выла. Успокоилась.
Когда вытащила ее, последний разок смыла все сопли, слюни и давай вытирать полотенцем.
А там… и четырнадцати лет нет.
– Трындец! – эмоции били через край. – Тебе сколько лет?
– Отвали!
Посмотрела, что Орлова нет, и хорошенько так тряхнула ее за плечики. Мозги навряд ли появятся, но взбодрить не мешало.
– Я сейчас полицию вызову, и будешь объяснять, почему ты в таком развратном виде припорхала к взрослому мужику. И маме позвоним…
Увидела страх в ее глазах. Только не поняла, кого больше боится: маму или полицию.
– Мне сказали! И деньги обещали! – обиженно заверещала, пытаясь вырваться. Слишком активная.
– Дубина! – рявкнула и повела головой, не зная, что делать. Успокоить или врезать разок. Нет, слишком. А вот успокаивать я не умею.
Тогда остается…
– Настя, отойди! – услышала грубый голос Орлова.
Отошла, давая полюбоваться красоткой. Она же прикусила губу и как-то истерично заплакала.
Играла? Не сомневалась.
– Кто послал?
Моментально успокоилась, забыла про спектакль и жалобно посмотрела на меня.
А на меня что смотреть? Я точно не посылала.
– Ну! – Орлов так крикнул, что и я вздрогнула, а девка так вообще странно затряслась. Оказывается, не такой он капризный слюнтяй, может быть суровым мужиком.
Кстати, а кем он работает?
– Смолин. Он сказал прийти… – девушка хлюпала носом и втягивала в себя, – прийти, а потом… он…
– Пошли! – процедил Юрий и схватил девчонку за руку, потащив в гостиную. Хотела с ними, но тут услышала:
– Свободна!
– Могу идти? – не верила словам. С чего это он так подобрел? Чего удумал?!
– Да. Чтобы через минуту не было здесь.
– А она? – не удержалась от вопроса. Хоть дура, но переживала за нее.
– Не твое дело! – услышала жесткий ответ, наблюдая, как Орлов потащил ревущую девчонку в гостиную.
Оперативно поспешила к двери, по дороге хватая сумочку, но тут остановилась.
Откуда я знаю, что этот бешеный сделает с ней?
Хотя, с другой стороны, зачем мне это нужно?
Устало посмотрела на дверь и села на пуфик.
Ладно, подожду…
Бесплатный фрагмент закончился.
