Читать книгу: «Лиу. Рассказ»

© Елена Немых, 2026

ISBN 978-5-0069-7920-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЛИУ

Сегодня Лян Цичао встал очень рано. В провинции он трудился шичжаном, то есть мэром. Их маленький городок Шуньян в центральной части Китая мало кто знал, он стоял в стороне от основных трасс. И почему-то повелось сваливать все неприятности на секретаря комячейки. А может быть, сам Лян казался всем мягкотелым и слишком вежливым с теми, кто периодически нарушал правила в их городе. И ночью в единственном городском зоопарке прорвало трубу, и ему всю ночь раздавались звонки на мобильный. Голоса кричали:

— Вода залила все вольеры!

— Бедные звери сидят на крышах своих домиков!

— Животные голодают!

— Лян Цичао, вызывайте подкрепление!

Лян отважился задать вопрос:

— А службам спасения звонили?

Спасатели продолжили визжать:

— Да, конечно, но их еще нет!

— Мы вплавь добрались до домиков зверей на лодках, пытаясь их накормить!

— А! О! Вода добралась до нашей комнаты отдыха!

Лян попытался что-то сказать, но не успел, его разъединили, Он выглянул в окно. В неверном свете фонарей, качающихся от ветра, угадывалось желтое такси. Это его жена Ли Юнминь привезла ему рыбацкие сапоги. Лян проводил отпуск с удочкой, вдали от молодой супруги, так он отдыхал. В этот раз он попросил Ли Юнминь привезти их. Она хлопнула дверцей машины и вышла с желтыми, мужскими сапогами в руках. На плече ее поблескивала серебристая сумочка. Еще через минуту она ворвалась в дверь его кабинета. Включив свет, она увидела Ляна уже в черном плаще и такого же цвета шляпе. Она с раздражением бросила сапоги посреди комнаты. Лян смотрел на нее смущенно:

— Юнминь, дорогая! Спасибо, что…

— Куда это ты собрался ночью?! Только не говори, что что-то случилось!!! — Ли завизжала.

Лян пытался ее перебить:

— В зоопарке…

Но Юнминь его не слушала:

— Не ври мне. Эта твоя секретарша с выбеленными бровями и ресницами давно напрашивается на то, чтобы я ей выцарапала глаза!

Лян взял сапоги в руки, вздохнул:

— А при чем тут Гу Дайо? Я должен…

— Да ты специально попросил меня привезти эти дурацкие сапоги для отвода глаз… (подозрительно) Я звонила в зоопарк! Там никто не берет трубку!

Лян кряхтел, надевая сапоги:

— Но там потоп, дорогая… И я виноват, что не поменял там трубы!

Он надел сапоги, посмотрел в зеркало у двери. Выглядел он нелепо, поэтому он решительно скинул плащ и достал жёлтую ветрозащиту из своего платяного шкафа. Ли Юнминь неожиданно бросилась к нему на шею:

— Цичао, если ты опять не будешь в нашей постели сегодня, я опять не забеременею… Я жена тебе или нет?

Ли Юнминь начала рыдать, и Ляну пришлось сесть на кожаный диванчик у входа и посадить Ли к себе на колени:

— Дорогая, конечно, жена! Я так люблю тебя… И я надеялся, что ты забеременеешь во время нашего свадебного путешествия в Париж!

Молодая женщина всхлипнула, сняла с Ляна черную шляпу, надела ее на свою голову:

— Помнишь, как мы купили эту шляпу в Париже?

Он закрыл глаза, вспомнив, как он уехал со своей женой во Францию. Его тогда вызвал срочным звонком глава Коммунистической партии всей провинции Сыкун Ту. Он вошел в кабинет. На привычном месте висел портрет главы страны Си Цзиньпина, Ляну показалось, что он смотрел на него с укоризной. Неужели он провинился и ему объявят выговор? Он мысленно перебирал все свои грехи, но Сыкун Ту двинулся к нему с объятиями:

— Я хотел бы поздравить вас с бракосочетанием с Ли Юнминь.

Сыкун Ту крепко обнял Ляна:

— Отличный выбор!

— А я думал, что вы вызвали меня сюда из-за вспышки чикунгуньи¹…

Сыкун Ту запричитал:

— Даже не вспоминайте об этой заразе! Мы сразу приняли все меры безопасности, и эпидемии в нашей провинции не случилось. Нам одной Ухани хватило с лихвой. Но справились! Вы после самоизоляции женились на Ли Юнминь?

— Да, из-за прививки и познакомились. Встретились в одном медицинском центре!

Сыкун Ту перебил его, видно, что история про Covid-19² ему неприятна. Он полез в карман пиджака и достал два билета:

— Дорогой Лян, Коммунистическая партия Китая решила вас премировать поездкой!

Мысли Ляна понеслись быстрее, и вот он опять гулял по Парижу вместе с молодой женой. Они сфотографировали Эйфелеву башню, поели вкусные брюссельские мули³, прошлись по Монмартру и французским магазинам. Денег в кошельке к концу поездки осталось немного, но он увидел эту чёрную фетровую шляпу и сразу в неё влюбился Потом они оказались с Юнминь в кровати, при чем Цичао шляпу так и не снял, пока она сама не слетела после очередного сексуального кульбита. Он так надеялся, что жена забеременеет. Но дома, уже после поездки, она вышла из их общей ванны с белой полоской теста и грустно сказала:

— Нет, Цичао, у меня одна полоска. А я так хотела девочку!

Лян Цичао открыл глаза и приземлился из грёз о потомстве в своей резиденции. Ли Юнминь стояла уже в дверях и строго смотрела на него:

— Не задерживайся!

Дверь захлопнулась, но зазвонил телефон, и Лян Цичао отвлекся от своих грустных мыслей. Он добежал до стационарного телефона и схватил трубку. Директор, пожилая, но ответственная Ванлао На рыдала на другом конце провода:

— Дорогой Цичао, я целый год писала вам о ржавых трубах в зоопарке. И вот это случилось. Подключите центр! МЧС!

Она замолчала, а потом закричала еще сильнее:

— О…а…Вода пришла и в мой кабинет!

Трубка захрипела, и связь оборвалась. Лян тут же набрал номер службы Министерства по чрезвычайным ситуациям Пекина. Оттуда ехать почти 100 км, но другого выхода он не видел:

— Алло! Говорит шичжан Шуньяна! У нас ЧП, прорвало водопровод в нашем зоопарке, все вольеры и кабинеты сотрудников залиты водой! Нужна срочная помощь!

Трубка захрипела в ответ, и связь прервалась. Лян быстро оделся, накинул пальто, и опять упрямо водрузил на свою голову широкополую шляпу из Парижа. Он вышел в коридор и двинулся к выходу. Городок Шуньян считался небольшим и очень провинциальным. Зданий красивых в нем можно было не найти, но этот особняк строили еще русские эмигранты. Когда-то здесь ютился кинотеатр. Как русские попали сюда, было неясно, они большой частью жили в Харбине, Шанхае. Но сейчас никаких поселенцев из России в Шуньяне не наблюдалось. Лян родился в этом городе и отлично помнил, как бегал сюда смотреть кино еще школьником. К началу нулевых здание совсем обветшало, и его отдали на нужды города. Здесь сначала поселилась детская школа, потом ей дали новое здание. И так как Ляна Цичао к тому моменту назначили шичжаном, он настоял о переезде в этот старый особняк. Он шел, поглядывая на облупившиеся стены, а потом вздохнул и пошел вниз к массивной двери. Он взялся за ручку, петли скрипнули, и Лян в свете висящего вверху фонаря увидел… панду. Нет, скорее детёныша панды: чёрно-белого медведя-кота, по-китайски — «сюнмао». Чёрные меховые ушки стояли торчком, такого же цвета круги вокруг угольков глаз смотрели внимательно. Мысли зароились в голове у Ляна: панда сбежала из затопленного зоопарка? Кто-то решил пошутить и привезти детёныша в мэрию? Он открыл рот, с минуту думал и спросил:

— Откуда ты взялась? Сбежала из зоопарка?!

Панда подняла вверх мордочку и зарычала. Лян смотрел на нее ошарашенно:

— Но я не понимаю твой язык, баобао⁴!

Панда махнула лапой, и вдруг ворвалась в резиденцию Ляна. Она бежала вверх по мраморной лестнице, и шичжану ничего не оставалось, как пытаться догнать её:

— Сюнмао, сюнмао⁵! Стой, диверсант!

Но панда бежала резво и быстро вбежала в его кабинет. Лян ворвался за ней и оторопел. Прямо на столе, посреди комнаты, сидел мальчик, весьма упитанный, с шапкой чёрных, лохматых волос на голове, хитрыми прорезями узких глаза, на вид лет восьми. Он держал в руках банку с мёдом. Лян смотрел то на мальчика, то на мёд, и вспомнил, что забыл вчера банку на столе, после переговоров с местными пчеловодами. Рядом с мальчиком на столе валялась… черно-белая шкурка. Лян пытался что-то сказать, но не мог выговорить ни слова, а странный гость вдруг запустил руку в банку, достал мёд ладошкой и начал слизывать прямо с пальцев!

— Вау, как же это вкусно! — мурлыкал он.

Лян с шумом сел на стул, ущипнул себя, но мальчик не пропадал. Шкурка панды валялась на столе, и самого детёныша нигде не наблюдалось: очевидно — на столе сидел тот, кто вылез чудесным образом из черно-белого мехового облачения. Но как это возможно? Лян выдохнул, вдохнул, и потом аккуратно задал вопрос:

— Мальчик, ты из зоопарка? Как тебя зовут?

— Какой вкусный мёд! Эти дураки в зоопарке пытались меня кормить гречневой кашей. Представляешь? Меня! Кашей…. Это при том, что я ем только бамбуковые ростки, предпочтительно из провинции Фуцзянь, в Сычуане они не много горчат. Как хорошо, что эти дураки перевернулось на свой лодке вместе с кашей!

Мальчик слез со стола, схватил свою шкуру и бросил её на диван:

— Меня зовут Лиу⁶! А эту маскировку, душную и вонючую, я не люблю! Но что делать, не всё готовы видеть в нас тех, кто мы есть на самом деле…

Шичжан Лян смотрел на него, не отрываясь:

— А кто вы на самом деле?

— Всё панды — люди, — отрезал мальчик и подошел к полке, где стояли сувениры. Ляну очень часто дарили безделушки и, он завёл для них отдельное место. Мальчик заприметил стеклянный шар, с гелем внутри, в котором плавали бабочки. Лиу перевернул его и засмеялся, а Лян отважился задать ещё вопрос:

— Что? Все панды — люди?

— Да, мы надели шкуры, потому что нам было холодно в лесу, мы так маскируемся.

Мальчик переворачивал шар, то вверх, то вниз, бабочки хлопали крылышками, летая в искрящейся вязкой жидкости и вызывая бурю эмоций у маленького китайца. Лян открыл рот и хотел задать ещё вопрос:

— А почему остальные люди?

Он не успел договорить, потому что в дверь громко постучали. Мальчик от неожиданности выпустил из рук стеклянный шар, и он немедленно разбился о пол. Бабочки разлетелась по всему кабинету, а Лиу мгновенно оказалась рядовой своей шубой, быстро нацепил уши, вздернул ноги и руки в меховые лапы, и одним движением, защелкнул боковую молнию, которая шла от нижних конечностей до самой мордочки, а потом до ушной раковины. Он опять превратился в панду. В дверь постучали ещё настойчивей:

— Лянлао! Это — Гу Дайо, ваш секретарь!

Лян подошел к двери и распахнул ее. Гу Дайо когда-то работала в бывшем кинотеатре, размещавшемся в здании резиденции Ляна, билетером. Закрытие лишило ее работы. Незамужней Гу Дайе стукнуло как раз 40, и Лян сделал ее своим личным секретарём. Она молодилась, выкрасила волосы, брови и даже ресницы в белый цвет и всячески ухаживала за шичжаном, пытаясь понравиться. Гу Дайо варила Ляну домашнюю еду, возила в химчистку его пиджаки, держала в чистоте ботинки шефа, да и всю резиденцию сохраняла в чистоте. Сейчас вид у нее был встревоженный. Она вошла в кабинет и, увидев панду, всплеснула руками:

— Вы спасали зверей лично? Какой кошмар случился в зоопарке!

Лян не знал, что ответить:

— Ну, да, — неуверенно промямлил он. — Спасал. В 9—00 я наметил экстренное заседание по этому ЧП, вам надо всех обзвонить!

Он махнул на панду:

— Этого малыша зовут Лиу, и он — настоящий подарок! Кстати, он голоден и ему надо добыть ростки бамбука.

Панда радостно закивала головой. Гу Дайо смотрела на неё, не отрывая глаз. Создавалось ощущение, что перед секретарём Ляна находился не бамбуковый медведь, а гремучая змея из джунглей. Лян порылся в кармане, достал несколько юаней:

— Держите, этого должно хватить, и да, обратите внимание на производителя. Ростки лучше покупать из Фуцзяня…

Гу Дайо смотрела на босса оторопело:

— Откуда вы знаете такие тонкости?

— Мне сотрудники нашего зоопарка подсказали, когда я забирал этого малыша, он был голоден, плакал, как ребёнок и я не удержался. Решил забрать! — соврал Лян.

— Так вы уже там были? Мне звонила директриса, Ванлао На, и так рыдала в трубку, что я поняла: её всё покинули, оставив одну справляться с бушующей водой.