Читать книгу: «Его мечта»

Пролог

Большой загородный дом хранит в себе много секретов. С виду он ничем не отличается от других…

Все дело в его владельце.

Высокий, с развитой мускулатурой – мог бы быть мечтой любой женщины… Если бы не энергетика… От него за километр веяло опасностью, заставляя всех окружающих прятать головы и бежать без оглядки.

В большом загородном доме двое мужчин, разместились в одной из гостиных и провожали очередной рабочей день стаканом крепкого алкоголя.

– Не жалеешь, что отказался от дел с наркотой? – спросил мужчина. – Это весьма выгодно.

– Нет, не хочу, чтобы эта дрянь расползалась по моему городу, – ответил ему владелец дома. – Деньги стабильно поступают и с других сфер. Пацаны в плюсе, ни в чем не нуждаются.

– Прохор будет в бешенстве.

– Он уже психует, – пожал плечами хозяин дома. – Но пока помалкивает.

– Мне кажется, он еще даст о себе знать.

В этот момент в дверь тихо постучали. В комнату вошла женщина лет тридцати. Она была одета в туго облегающую, черную кожаную юбку и красную блузку и глубоким декольте.

– Господа, желаете приятно провести вечер? – томно спросила она.

– Скажи мне, Жанночка, Джулия сейчас свободна?

– Да, господин. Для вас приготовили седьмую комнату. Джулия полностью в вашем распоряжении.

– Спасибо, красотка, – усмехнулся мужчина и покинул гостиную.

– А вы господин, не желаете отдохнуть? – все также томно спросила женщина у хозяина этого дома.

– Иди сюда Жанна, – похлопал он ладонью по бедру. – У меня не так много времени. Ты знаешь, что надо делать.

Жанна знала… Она в этом бизнесе уже почти десять лет. Последние четыре года женщина была управляющей в этом доме.

И если хозяин говорит, что у него мало времени, значит, сегодня все ограничится только быстрым глубоким минетом.

Она знала, как доставить мужчинам удовольствие. Иногда даже наслаждалась своей работой. Ведь в какой-то мере она имела власть над мужчинами.

Но только не перед тем, кто сидел сейчас в кресле. Его она боялась. Поэтому Жанна решила не оттягивать неизбежное, и медленно опустилась перед мужчиной на колени…

Спустя тридцать минут, владелец загородного дома, покинул территорию особняка. Утром у мужчины запланирована встреча, а вечером его ждет маленькая девочка Надя. У племянницы большой праздник – малышка теперь первоклашка.

Ворота за черным автомобилем закрылись – время самого главного клиента подошло к концу.

Большой загородный дом хранил в себе много секретов. Особенно о личностях тех кто, кто его посещал.

И только управляющая Жанна знала, что их клиентами являются только самые богатые и влиятельные люди страны.

Глава 1

София

– Сонька, ты с нами? – спросила меня одногруппница Вика.

Я закрыла книгу, поправила очки и непонимающе посмотрела на девушку?

– Ты о чем? – тихо спросила ее. Мне было неловко, что я настолько зачиталась, что даже не услышала, когда ко мне обратились. А смешки парней совсем не добавили уверенности.

Вика усмехнулась, и взяла мою книгу.

– Серьезно? «Джослин» в оригинале? – снисходительно посмотрела на меня девушка.

– Что? Голсуорси был талантливым писателем. Он даже получил нобелевскую премию по литературе, – возмущенно ответила, аккуратно забирая из ее рук книгу. – Ты что-то хотела?

– А? – девушка пару раз моргнула, словно вспоминая, что же она говорила до этого. – А! Да! В пятницу, вся группа идет в клуб «Затмение». Ты с нами?

– Я могу подумать или ответ надо сразу дать? – в уме уже начала прикидывать, как бы тактично отказаться от посещения этого заведения.

– Да что тут думать? – хлопнул меня по плечу Дима. Да так сильно, что от силы удара я крякнула. – Упс! Сорян! Что ж ты слабенькая такая.

– Надо сегодня сказать, – вновь заговорила Вика. – Пацаны после пар будут столики бронировать.

– Ой! Да что вы ее уговариваете? – возмутилась Лиза. Девушка была невероятно красива. Жгучая брюнетка с такой шикарной фигурой, что даже самые знаменитые модели умерли бы от зависти. Собственно по этому, все студенты мужского пола слюной капают ей в след… И не только студенты. – Без батанов отлично повеселимся. У меня на этот вечер грандиозные планы.

– Это какие интересно? – поинтересовался у нее Дима.

– Хочу подцепить мужика, – просто пожала она плечами. А у меня от ее слов покраснели даже уши. – Мне просто необходим грубый и жесткий секс.

– Так зачем кого-то искать? Вот он я! Владей! – И направился в ее сторону. Однако был остановлен вытянутой рукой Лизы.

– Димасик, я же сказала… Мне нужен мужчина. Понимаешь? МУЖЧИНА!

– Так короче, – отвлекла меня от этой вакханалии Вика. – Ты идешь и точка. Собираемся около клуба в восемь вечера.

Прозвенел звонок и все кто толпился около моего стола – сели на свои места.

Не хочется мне идти в клуб. Не мое это. Эх, а в прошлом году так удачно получалось соскочить со всех мероприятий.

После пар меня ждала Василиса. Я обещала помочь с готовкой.

Поэтому когда прозвенел звонок с последней пары я пошла на парковку. Машину нам с Васькой подарили Сеня и Максим. Но теперь эта старушка в моем единоличном пользовании.

Василиса встретила меня слишком радостно, на мой взгляд. В процессе готовки, она поделилась новостью. Наденька приняла их, не просто, как родных, а именно как маму и папу. Я крепко обняла сестру и не смогла сдержать слезы счастья. Слишком сильно Савины переживали по этому поводу.

Ближе к вечеру гости начали прибывать. Приглашенных оказалось очень много. Киреевы, мама Марка со своим мужчиной, друзья Максима и Марка. Васины подружки. Почти всех я знала. Но ни с кем так и не смогла близко подружиться.

Праздник проходил хорошо. Наденька отказалась снимать бантики и теперь считала своей миссией подойти к каждому и лично их показать.

Веселье набирало обороты. Из дома вынесли колонки, и начались танцы. Я разок станцевала с Максимом, и все остальное время предпочитала отсиживаться на лавочке.

Когда совсем стемнело, к дому подъехали две машины. Я догадывалась, кто это мог приехать… Еще один гость… Гость, которому здесь не были рады, но он был близким человеком Нади. Я не была с ним знакома. Но по рассказам Васи, понимаю, что он пришел бы и без приглашения.

Из одной из машин вышел высокий, нет, я бы сказала, огромный мужчина. Темные волосы в беспорядке, серая футболка облепила торс, и даже кожаная куртка не скрывала мускулатуры. Синие джинсы подчеркивают узкие бедра.

Он кивнул, и вторая машина, ловко развернулась на узкой дороге и покинула нашу улицу.

Пряча что-то за спиной, мужчина направился в нашу сторону. Ох, как он двигался. Ступал так мягко и грациозно… Наверное, так ходят люди, которые имеют власть и деньги.

Чем ближе приближался мужчина, тем больше у меня что-то внутри дрожало. Нет, я не боялась его. Это что-то другое… Что-то новое и непонятное.

Испугавшись, своих чувств – отошла ближе к мангалу. Я не могла отвести от него взгляд, но и не хотела, чтобы он заметил, как я на него пялюсь.

Посмотрев по сторонам, заметила, как резко изменилась обстановка. Все стали какими-то напряженными. Парни стали ближе к своим половинкам. Да и те девочки, кто был без пары, отошли ближе к мужчинам. Они словно искали защиты от неизвестной опасности. Хотя все улыбались, но уже не так искренне. Некоторые так и продолжали танцевать, но «случайно» отошли подальше от мужчины.

А тем временем гость подошел к Наде и присел перед ней на корточки. Девочка не растерялась и обняла его. Лицо мужчины посветлело и окрасилось скупой улыбкой. Быстро разорвав объятия, она начала, что-то ему рассказывать, при этом активно жестикулируя.

Мужчина улыбался и в какой-то момент вытащил из-за спины большую коробку, обмотанную в подарочную бумагу.

Надюшка взвизгнула, схватила подарок и умчалась к столу открывать.

Мужчина, как в замедленной съемке выпрямился в полный рост. Я задержала дыхание от вида его мускулатуры.

Мне нужен перерыв. От одного его вида, со мной что-то происходило, но я не могла понять что именно. Сумасшествие какое-то…

Тихонько развернувшись, я прошла по дорожке и проскочила в дом. Вошла на кухню и решила, что чашечка кофе мне сейчас лишней точно не будет.

Налила воды в кофеварку, проверила зерна…

– И мне, если можно, сварите кофе, – раздался сзади глубокий мужской голос с хрипотцой.

– Что? – резко развернувшись, уставилась на припозднившегося гостя. Он смотрел мне в глаза, не позволяя отвернуться. По всему телу прошла дрожь и я спрятала руки за спину, чтобы не увидел, как они подрагивают.

– Кофе, – повторил мужчина и сделал медленный шаг ко мне.

– А… Да, конечно, – с трудом развернулась и спросила: – Какой предпочитаете?

– Черный, – прозвучал ответ, прямо над моим ухом.

От тембра его голоса, вздрогнула и слегка прикрыла глаза. Воображение подкинуло, не свойственную мне картинку. Как он обхватывает меня за талию, теснее прижимая спиной к своей груди… Откидывает волосы на одно плечо, а я прогибаюсь, открывая шею… Его губы касаются того места, где бьется пульс, слегка прикусывает…

– Все в порядке? – тихо спросил мужчина.

Я интенсивно покивала головой, делая вид, что соглашаюсь. На самом деле прогоняла дурман из своей непутевой головы.

Стараясь не обращать внимания, на мужчину, продолжила делать кофе. Пока кофеварка работала, я чувствовала, как скользит его взгляд по моему телу. Меня и раньше рассматривали мужчины. Но их взгляды были противными – хотелось ссутулиться и убежать.

Сейчас все было иначе. Мне хотелось выпрямить спину, слегка прогнуться… Но я бы никогда не решилась на такое.

Когда кофе-машина издала сигнал, аккуратно поставила чашку на блюдце и развернулась, чтобы передать ее гостю. Я внимательно следила, чтобы напиток не пролился во время движения. И первое что я увидела, когда подняла взгляд на мужчину – его ширинку. Под джинсами ярко выражалась выпуклость. Слишком большая и слишком очевидная.

Руки затряслись, и мужчина вовремя перехватил посуду.

Развернулась обратно и принялась готовить кофе уже для себя. Когда напиток был готов, я хотела быстро слинять на улицу, подальше от этого мужчины.

– Составите мне компанию? – спросил он, отодвигая для меня стул. Словно ему и не нужно было мое согласие – он и так знал, что отказать не смогу.

Я кивнула и поставила чашку на стол. Мужчина присел напротив.

– Меня Гриша зовут, – сказал он, отпивая напиток.

– А меня София. Я сестра Василисы, – зачем-то добавила.

– Правда? Никогда бы не подумал, – тихо рассмеялся Гриша.

Я уже хотела возмутиться, но посмотрела в лицо мужчине и не увидела там насмешки или издевки… Простая добрая улыбка.

Пожала плечами и улыбнулась в ответ. Опустив взгляд, заметила, что стол совсем пустой. Не хорошо как-то. Его даже за стол не пригласили, не накормили… Наверняка ведь голодный.

Поэтому встала и подошла к холодильнику. Еды мы готовили с запасом, чтобы на всех хватило и не пришлось бегать дорезать. Достала не заправленный овощной салат, колбасную нарезку и мясной пирог. Сняла пленки, заправила салат и поставила все перед мужчиной. Следом перед ним появились хлеб, тарелка и столовые приборы.

– Приятного аппетита, – сказала, присаживаясь за стол. На Гришу старалась не смотреть. Мне хватило ощущать его взгляд на себе.

– Спасибо. Я и в правду голоден, – первым он попробовал пирог. – Мммм. Это нереально вкусно. Где вы его купили?

– Купила? – не сразу поняла, о чем он спрашивает. – Нигде. Я его вчера приготовила. Это Надюшкин любимый. Она изъявила желание сегодняшний праздничный день начать именно с этого пирога.

– И я ее прекрасно понимаю, – проговорил мужчина. – Он божественный.

Я смутилась от его похвалы. Никогда не переживала, что кому-то может моя готовка не понравиться. А так приятно стало.

– Ты на повара учишься?

– Нет, что вы, – почему-то от его предположения стало смешно. – Я будущий филолог.

– Правда? И какие языки изучаешь?

Но ответить ему не успела. В кухню вошли взволнованные Марк и Максим. Они внимательно нас осмотрели и переглянулись.

– Все в порядке? – спросила своих зятьев.

– Да, – ответил Максим. – Лимонад закончился, – он пошел в сторону кладовки.

– И поэтому вы пришли за ним вдвоем?

Я перевела взгляд на Гришу. От былой доброты не осталось и следа. Он вальяжно облокотился на спинку стула, скрестил руки на груди и с прищуром смотрел на Марка.

Савин тоже прищурился и внимательно смотрел в глаза Грише. Между ними словно шел свой, беззвучный диалог.

– Марк, – решила прервать эти гляделки. – Я скоро домой поеду. Предупредишь Васю?

– Почему бы тебе самой этого не сделать, – немного грубо ответил Савин.

Я прикрыла чашку, чтобы никто не заметил, что она давно пуста и ответила:

– Я кофе пью.

– Отличная идея, – сказал Марк. – Пожалуй, я тоже не откажусь от чашечки.

– И мне свари, – крикнул Максим из кладовки. Чего он там так долго? Нефть что ли ищет?

Савин кивнул и достал вторую чашку.

В этот момент я почувствовала прикосновение к своим рукам – меня словно током ударило от одного этого касания.

Перевела взгляд на свои руки и увидела, как их накрыла большая мужская рука, а потом слегка погладила. Перевела взгляд на Гришу.

Он внимательно смотрел на меня. Словно ждал реакции.

Наверное, он не ожидал, что я отреагирую именно так… Но во рту резко пересохло и я не осознанно, облизнула губы.

Рука мужчины, крепче сжалась, зрачок стал шире, а кадык дернулся.

Он слегка наклонился и тихо сказал:

– Спасибо за ужин. Все было очень вкусно, – и на пару секунд на его лице вновь появилась улыбка. Но уже в следующее мгновение все эмоции исчезли…

Гриша встал со стула и, не прощаясь, покинул кухню.

Я начала убирать со стола. Краем глаза видела, как Гриша прощается с Надей. Потом садится в машину и уезжает. Последнее меня особенно расстроило. Странная реакция на незнакомого человека.

– Что он от тебя хотел? – вывел меня из задумчивости голос Максима.

– Ничего, – ответила, не глядя на мужчин. Я встала к ним спиной и начала мыть посуду, хотя все можно было сложить в посудомоечную машину.

– Сонь, послушай, – заговорил Марк. – Соколов очень жесткий и опасный человек. Держись от него подальше. А если увидишь на горизонте – беги без оглядки. От него ничего хорошего не будет.

– Хорошо.

Быстро домыла посуду и покинула кухню. Я еще немного помогла Васе убрать лишнее со стола. Потом со всеми попрощалась и покинула праздник.

Всю дорогу до дома мне постоянно казалось, что за мной едет та черная машина, на которой приехал Гриша. Но, несмотря на позднее время – транспорта, на дороге было много и просто показалось… Или я могла принять желаемое за действительное.

Глава 2

София

Примерно с нового года, я ненавижу приходить домой.

Когда Марка выписали из больницы, Василиса собрала вещи и переехала жить к мужу. И если, в свое время, переезд Сени я пережила спокойно. То смена жительства Васи для меня стала ударом.

Я привыкла, что сестра всегда рядом. Знала, что дома меня ждут или мне есть, кого ждать. А с января меня встречала только тишина.

Моя адаптация заняла несколько месяцев. Точнее принятие суровой действительности. Теперь мне предстоит жить одной в этой большой квартире. Трудности были не в самостоятельности. Наоборот… В нашей семье в основном я занималась домашними делами.

Сложно было психологически принять, что теперь я одна. Возможно, если бы Вася не была моей близняшкой, мне было бы легче…

Первые месяцы, каждую ночь плакала в подушку. Мне так хотелось, чтобы девочки вернулись домой… Я понимаю, что они встретили своих половинок, они счастливы. Поэтому молчала, о том, как мне тяжело и больно.

Когда я уже свыклась с тем, что живу одна. Неожиданно получила новое потрясение. Савины купили дом на той же улице, что и Максим. Теперь девочки жили через дом друг от друга. А я была на противоположной стороне города.

Они постоянно ходили, друг к другу в гости. Как я это поняла? Просто стала замечать, как изменилось их общение. Они стали ближе… Или просто я отдалилась? Не знаю. Но бывает такое, что вот мы общаемся, а потом Вася говорит: «Ой, Сень, помнишь, я тебе рассказывала…» Они продолжают говорить, а я не могу понять о чем. И вот таких моментов становится все больше.

Я боюсь, что однажды они просто обо мне забудут или посчитают не нужным пригласить на праздник, ведь мне добираться далеко. Кто-то скажет, что это все бред маленькой девочки… Возможно. Но этот страх не беспочвенный. Они уже устраивают спонтанные ужины на две семьи.

Вот и сегодня, после праздника, я опять почувствовала себя одинокой. Сделала глубокий вдох и повернула ключ в замочной скважине.

Квартира встретила меня тишиной… Снова.

Быстро сняла обувь и побежала в гостиную. Пульт от телевизора, заранее положила у входа в комнату. Теперь включаю любой канал и делаю громче.

Квартиру заполняет звук музыкального канала, и я могу спокойно заняться домашними делами. Главное не допускать мысли о том, что я одна.

Позже, лежа в кровати, стараюсь не вслушиваться в давящую тишину. Прикрываю глаза и стараюсь абстрагироваться.

В памяти всплывает обладатель шикарного тела и его умопомрачительная улыбка.

Переворачиваюсь на бок и обнимаю подушку. Это дает старт фантазии… Какого это, обнимать такого шикарного мужчину? Вот так, лежать с ним в кровати? Обводить пальчиками контуры его пресса?

Некстати, вспомнила слова Марка: «Он жестокий и опасный. Беги от него»

Шумно выдохнула и встала с кровати.

Я и не планировала ему навязываться или искать встречи. Ни к чему это. Сколько ему лет? Тридцать? Тридцать пять? Я прекрасно понимаю, что такому мужчине нужна сильная, храбрая, роковая красотка.

Прошла на кухню и налила стакан воды.

В голове все также всплывал его образ… А еще слова Лизы: «Я хочу жесткого и грубого секса!»

Руки затряслись, и стакан чуть не выпал из рук.

Мне надо отвлечься. Есть только один способ, который мне поможет выкинуть Гришу из головы.

В холодильнике нашла пачку слоеного теста и баночку клубничного варенья.

Вскоре вся рабочая поверхность была осыпана мукой. А противень постепенно заполняли треугольники будущей выпечки.

Пока слойки выпекались, я помыла стол, шкафчики, холодильник, микроволновку, чайник, пол… В общем, занесло меня.

И главное – ни думать, ни вспоминать.

Перед тем, как вернуться в кровать, поставила будильник на полчаса раньше – машину за меня никто не заправит. Чувствовала себя уставшей, что позволило быстро уснуть.

Четверг начался раньше будильника. Просто соседка, бабушка Тамара решила встать пораньше посмотреть новости. Мдаа, просыпаться под курсы валют, то еще удовольствие.

Зато я спокойно приняла душ, выпила кофе и без спешки оделась.

Слоек получилось многовато для меня одной. Поэтому оставила себе пять штучек, а остальное разложила в два пакетика.

Закрыла входную дверь и позвонила в соседнюю. Потом еще раз… И еще…

Вскоре послышались шаги, и дверь открыла моя соседка-будильник.

– Доброе утро, бабушка Тамара. Как здоровье? – спросила соседку. У нас с ней были теплые отношения. Когда училась в школе – ходила к ней заниматься. Тамара Вениаминовна, проработала учителем математики тридцать пять лет. Такое соседство стало для меня спасением. Благодаря ей, такой закоренелый гуманитарий, как я, получила аттестат с пятерками по алгебре и геометрии.

– Да, ничего, Софушка, – улыбнулась женщина. – А ты что в такую рань? Случилось чего?

– Нет, что вы. Я вам вкусняшек приготовила, – с этими словами протянула один из пакетов с выпечкой.

– Ой, а чего это там? – она заглянула в пакет и улыбнулась. – С вареньем? Вот спасибо. Сегодня Колька оболтус придет, вот его и угощу.

Колька оболтус – ее ученик. Мальчишка, ходит к ней заниматься. Но или математика не его, или просто ленивый, но туго ему даются предметы… Причем все, кроме труда и ОБЖ.

А так как у нас типичный спальный район, об этом знали все. В том числе и продавщица из ближайшего продуктового магазина.

Попрощавшись с соседкой, побежала вниз по лестнице.

Был еще один человек, которого я хотела угостить.

Федор Матвеевич, был мужчиной не высоким и худощавым. Он один растил маленькую внучку. С женой он давно развелся. Где родители Киры неизвестно. Просто в какой-то момент, дочка привезла Матвеевичу девочку погостить, уехала, и больше не возвращалась.

Стоит уточнить, что дядя Федя работал дворником. Возраст хоть позволяет устроиться на более оплачиваемую работу, да только не спешат трудоустраивать калеку. Да, у Федора Матвеевича ампутирована левая нога. Не знаю, что произошло, но, сколько его помню – он всегда носил протез.

Когда я первый раз принесла ему угощения – думала он меня метелкой побьет. Пришлось спешно объяснять, что это не из жалости, а от уважения – что ни смотря на трудности, не сломался.

Вот и сегодня пакетик слоек перекочевал в руки мужчине и, пожелав друг другу хорошего дня – побежала на парковку.

Весь день прошел быстро и суматошно. По университету пришлось помотаться. Потом по работе загоняли, хотя последнее время больше работаю дома.

Устала, как собака, но зато почти не оставалось времени на фантазии о Грише… Почти.

Пятница встретила проливным дождем, которому я обрадовалась. Ведь это отличный шанс не пойти в клуб. С этими мыслями я и стояла перед одногруппницей:

– Ну Вик! Ну какой клуб? Дождь весь день льет, холодно, сыро.

– Так! Сонька! Ты мне зубы не заговаривай. Делай что хочешь, но чтобы в восемь была у клуба, – больше она ничего слушать не стала, развернулась и пошла в аудиторию.

Ладно, схожу на часок и сразу домой.

Вечером оказалось, что у меня есть проблема… Точнее проблемище… Типично женская. «Нечегонадеть» называется.

Перерыла весь шкаф, но так ничего подходящего и не нашла. Расстроено села на кровать. И почему я не смогла более настойчиво отказаться?

Посмотрела на бардак, который устроила в процессе раскопок и расстроилась еще больше.

Взгляд остановился на синем платье, когда-то подаренным Сеней. По задумке оно было длинным и свободным, но после стирки оно село и отправилось охранять самый дальний угол шкафа.

Решила рискнуть и примерить. Платье облегало, словно вторая кожа. Бюстгальтер с пуш-апом неприятно давил, и я решила его сменить на тканевый. Длинна, после стирки, стала выше колен. Туфли на небольшом, устойчивом каблуке – в принципе получилось неплохо.

Не то чтобы мне хотелось быть нарядной… Просто не хочу чувствовать себя белой вороной.

В назначенное время подъехала в клуб. Почти вся наша группа уже собралась. Мы еще немного подождали опоздавших и все вместе вошли в «Затмение».

Громкая музыка слегка дезориентировала, но я старалась держаться ближе к Вике, чтобы не потеряться в этом хаосе.

К нашему приходу, администрация сдвинула несколько столов, так что все могли комфортно разместиться.

Ребята начали наперебой обсуждать кто, что будет пить. Я решила ограничиться бокальчиком белого вина.

Благодаря Вике, со временем я почувствовала себя более спокойно. Девушка постоянно втягивала меня в разговоры. А я даже удивилась, что многие мои одногруппники оказались приятными и веселыми собеседниками.

– Дамы и господа, цель обнаружена! – игриво сказала она. – Я хочу его!

Она ткнула пальчиком куда-то в сторону бара. Затем поправила грудь, встала с диванчика и небрежно приподняла платье, открывая длинные ноги. Подмигнула нам и соблазнительной походкой направилась к цели.

Я смотрела ей вслед. Любопытство требовало узнать, кто же стал ее избранником на эту ночь.

Толпа расступалась перед ней и вот она подошла к высокому темноволосому мужчине, который в этот момент стоял к нам спиной и разговаривал с барменом.

Лиза присела на стул около него, слегка наклонилась и что-то сказала. Мужчина повернулся и у меня перехватило дыхание.

Это был Гриша.

– Ничего себе! Вот это Лизка дает! Шикарный мужик! Я б и сама такому дала! – со всех сторон послышались шепотки одногруппниц.

Я хотела отвести взгляд, но не могла. Мне не хотелось признавать, но они хорошо смотрелись вместе. Внутри появилось неприятное режущее чувство, а на глазах выступили непрошеные слезы.

Лиза продолжала ему что-то говорить, а он рассматривал клуб или посетителей. Но вот его взгляд остановился.

Одногруппница решила привлечь его внимание и пальчиком коснулась его плеча.

Мужчина перехватил ее руку, отодвинул от себя и что-то ей сказал. Лиза испуганно округлила глаза и кивнула.

Гриша встал со стула и направился в нашу сторону.

– Ох ты ж ё… Девочки, он идет сюда! – послышался восторженный голос Насти.

С каждым его шагом сердце все больше отбивало чечетку, воздуха не хватало. Приходилось заставлять себя делать очередной вдох.

Когда он подошел к нашему столику, я была на грани обморока.

Он хмуро обвел взглядом присутствующих, посмотрел на меня, а затем протянул руку и сказал:

– Потанцуем?

Машинально ухватилась за его ладонь, а он помог мне встать.

Гриша привел меня в самый центр зала. Мы встали в стандартную позицию: рука в руке, его ладно на спине, моя – на его плече.

От близости Гриши, голова кружилась. А еще был страх – случайно отдавить мужчине ноги.

– Так не пойдет, – сказал он мне ушко, – Ты слишком напряжена.

Соколов притянул меня еще ближе к себе, и я оказалась буквально впечатана в мужское тело.

Гриша двигался плавно, а я ничем не отличалась от бревна, но старалась повторять движения за ним.

Его рука заскользила по спине до шеи, а потом вниз, останавливаясь только у самой попы.

Это будоражило, разжигало огонь внутри, а дыхание стало прерывистым.

Гриша наклонился к моей шее, опаляя ее дыханием.

– Скажи мне, Соня, – тихий шепот с рычащими нотками, разогнал мурашки по телу. – Скажи мне кто он?

– Кто? – спросила хрипло, слегка открывая для него шею.

– Кто тебя обидел? Я видел, что ты чуть не плакала. Просто скажи мне.

– Тебе показалось, – ответ вышел слишком томным.

– Нет, Сонечка. Мне точно не показалось, – он слегка прикусил шею, а я задрожала и не смогла сдержать стон.

Гриша резко развернул меня и прижал к своей груди. Спиной почувствовала, как он возбужден.

Наверное, мозг совсем отключился, и дальше я действовала на инстинктах. Откинула голову на его плечо, прикрыла глаза и медленно двигалась.

Соколов положил руки мне на живот, провел вверх, слегка задевая грудь, а потом вниз до самого бедра.

В его руках я расслабилась. Сама не поняла, как наслаждение от касаний затопило меня с головой.

Он обхватил меня за затылок и повернул голову к себе. Медленно наклонился и провел языком по моим губам.

Это было так чувственно, так интимно… Я потянулась к его губам. Руку закинула мужчине на шею и сама притянула его к себе. Мне просто жизненно было необходимо почувствовать его поцелуй.

И он не разочаровал. Накрыл мои губы своими.

Он словно завоеватель, и я подчинилась его власти, его силе. Поцелуй был сладкий и обжигающий одновременно. Я плавилась, рассыпалась на атомы… Мне хотелось большего. Быть еще ближе к нему.

В тот момент, мне казалось, что он мое спасение. Спасательный круг в океане одиночества. И я хваталась за него, чтобы больше не быть одной, не бояться входить в собственную квартиру, больше не плакать в подушку.

Гриша первый разорвал поцелуй, провел губами по щеке, к самому ушку.

– К тебе или ко мне? – тихо спросил.

Я не сразу поняла, о чем он говорит.

А потом… Потом все искры, что летали между нами, осыпались пеплом.

Я разорвала объятия, буквально выпуталась из его рук. Опустила глаза в пол – я не могла на него смотреть, мне было больно. Сделала шаг назад и покачала головой.

Резко развернулась и побежала к нашему столику. Оставаться в клубе больше не хотелось. Схватила сумочку и быстро пошла на выход.

Около «Затмения» всегда стояли свободные машины такси. В одно из них я и заскочила. Назвала водителю адрес и прикрыла глаза, пряча от свидетеля свои слезы.

Я не обижалась на Гришу. Не было и ненависти. Я его понимала. Он взрослый мужчина со своими потребностями.

Я презирала себя. Зато, какой доступной оказалась – вела себя, как одноразовая девушка на ночь.

Сейчас я была рада вернуться в свою квартиру и в свое одиночество. Таким, как я, здесь самое место.

Глава 3

Григорий

«Это, бл*дь, что сейчас было?»

Смотрел вслед убегающей девушке и ах*евал. Но догонять не стал. Мне надо подумать…

Не пацан сопливый, еще на вечеринке у Нади, понял, что девчонка зацепила. Я ее из машины заметил. А потом наблюдал, как она по кустам прячется и подсматривает. Ну, детский сад, честное слово.

На кухню за ней поперся, а она мне стол накрыла.

Странная у нее реакция на меня. Обычно люди разбегаются от меня, в глаза боятся смотреть… А эта – накормила.

А когда кофе варила… Черт. Лицо покраснело от смущения, руки подрагивают. Когда ближе подошел, клянусь, почувствовал сладкий запах ее возбуждения. Так и хотелось нагнуть ее над столом и лично проверить насколько она мокрая. Ох, как я кайфанул от этой картинки. Правда потом пришли два мудазвона и испортили всю малину.

А сегодня в «Затмение» пришлось идти. Позвонил владелец, и сообщил, что кто-то из моих пацанов, наркоту у него толкает.

Бармен попросил подождать шефа. Потом шмара эта подсела. А я давно баб по клубам не цепляю – проблемными они все с утра становятся. Последние годы только в «Загородный дом» мотаюсь напряжение скинуть.

Соньку увидел и к ней пошел. А она с пацанами сидит, вот только глаза на мокром месте и трясется вся.

«Какая гнида ее обидела?»

Не призналась.

Девчонка вообще вся напряженная была. Неужели боится? Посмотрел ей в лицо. Ох ты ж бля… Смущается. Опять этот румянец. Никогда не думал, что от этого возбуждаться буду. А тут прям накрыло.

К себе спиной прижал. Тело ее через платье ласкал. А когда «случайно» груди коснулся – думал вообще озверею. Через ткань четко прощупывался затвердевший сосок.

Взглядом обвел танцпол. Не хватало, чтобы на нее еще пялились. Вон, один быстро глазенки свои отвернул – смекалистый.

Для закрепления эффекта Сонькину голову повернул и по губам языком прошелся. Пришлось сразу отстраниться, а то кинул бы палку прям в штаны. Вот смеху-то было бы – грозный Сокол обкончался в трусы от одного недопоцелуя.

А чертовка была другого мнения. Эта ведьма сама ко мне потянулась. Ну как тут устоять?

Вот и я не сдержался. Набросился на нее, как голодный зверь. Хотя почему, как? Член очень «проголодался» и именно по этой красотке.

В мечтах я уже «разложил» ее на всех поверхностях своей квартиры. А может Соня другого мнения?

– К тебе или ко мне? – спросил ее хрипло.

Глядя, как девушка убегает, понял… Соня действительно была другого мнения. И оно не совпадало с моим.

Вернулся к бару, оказалось, что шеф уже появился и ждет меня.

Отлично, надо временно выкинуть чертовку из головы и заняться делами.

Владельцем ночного клуба «Затмение» был мой близкий друг Алексей Иванов. Мы с ним еще в детском доме познакомились. Потом оба попали к Джафарову.

Кстати о нем. Мужик хоть и криминальным воротилой был, но мировой. Я реально был ему благодарен.

Альберт Назимович, кроме того, что умело, нарушал закон в пользу своего финансового состояния – оказывал благотворительную помощь детским домам.

В одном из них он меня и заметил. Нет, он не вербовал детей. Наоборот подкидывал деньжат приютам. А за теми детьми, на которых пал его выбор, наблюдал, как развивается характер, а потом и как устроился после выпуска.

Вот и за мной наблюдал. Честно скажу, ненавижу вспоминать те полгода после выпуска. Выживал на хлебе и воде, ночевал, где получится. Это сейчас есть программы для детей-сирот, а раньше нас просто отпускали в свободное плаванье.

Я пытался заработать себе на жизнь честным путем, но ярлык «детдомовец» работал против меня.

А потом на улице ко мне подошел мужик в деловом костюме и предложил работу за еду и жилье.

Я бы взбрыкнул. Но приближалась зима, и я уже находился на грани отчаяния. Поэтому согласился.

Вначале убирал территорию вокруг его особняка. Потом ангары. Так я и убедился, что Джафаров далеко не простой бизнесмен.

Реакции от меня не последовало, поэтому появились другие задачи. Туда посылку отвезти, там с человека деньги выбить и ну и по мелочи. Но уже работал за деньги.

Леху тоже Джафаров к себе пристроил. Но если я нормально относился к такой деятельности, то другу претило.

Поэтому, поднакопив деньжат, отдал их Иванову и отправил раскручивать свой бизнес.

Джафаров его отпусти, но пообещал следить, чтобы не вздумал язык распускать.

А Леха и не планировал – жизнь важнее.

Прошел по служебному коридору, остановился около двери с надписью «Биг босс». Мда, Леху скромняжкой точно не назовешь.

– Здарова, мужик, – сказал владелец «Затмения», когда я вошел в кабинет. – Что-то ты шустро освободился. Стареешь? В скорострелы подался? – рассмеялся друг.

– Не понимаю о чем ты, – сделал лицо кирпичом и сел на диван.

– Ну да… Я про ту красотку, которую ты трахал языком на танцполе. Я когда вас увидел, думал ты ее прям там, на глазах у всех, нагнешь, – продолжал он ржать.

А во мне такая ярость поднималась. Во-первых— ни одна падла не имеет права так говорить о Соне. А во-вторых – в голове билась только одна мысль: «кто еще там видел ее возбужденной и кому следует выбить глаза, чтобы не зыркали на чужое?»

– Рот закрой, пока к стоматологу за протезами не пошел,– с плохо скрываемой яростью прорычал, глядя на друга.

– Даже так? – удивленно спросил он, серьезно меня рассматривая.

– Именно. Давай к делу. Что у тебя там?

– Нихера хорошего, – включил матерого бизнесмена Леха. – Сам посмотри.

Друг взял ноутбук и пересел ко мне на диван. Открыл программу с видео наблюдением и в следующее мгновение экран разделился на много небольших окошек. Танцпол, бар, коридоры – Леха везде камеры натыкал.

– Зацени, – указал пальцем на одно из окошек.

На экране хорошо просматривался коридор, который вел к туалетам. Был там и небольшой закуток, который можно принять за «слепую зону». Именно здесь парочки и предпочитали уединяться. Что собственно произошло и в этот раз.

Парень с приспущенными штанами прижал к стене девушку. Ее ноги закинул себе на пояс и ритмично вколачивался в ее тело. Камеры в клубе были высшего качества. Поэтому когда Леха приблизил, а девушка так удачно откинулась на стену – получилось отлично рассмотреть ее формы.

– Уверенная четверка, – с усмешкой отметил друг.

Мне ее сиськи, как-то вообще побоку были, а вот на лицо посмотрел внимательнее. Девушка-то знакомая оказалась – та самая шмара, которая ко мне у бара подсаживалась.

– Давай к делу, извращенец, – сказал Лехе, глядя с каким интересом он рассматривает парочку.

– Я извращенец? – возмутился владелец клуба. – Напомни мне показать тебе одно видео. Посмотрим, кто из нас еще извращенец.

Я не стал ничего говорить, только наблюдал, как друг что-то меняет в настройках программы.

На экране теперь отображалось одно окно и судя по дате – это сохраненная запись.

Запись была сделана в том самом закутке. Подошел парень в капюшоне и встал около стены. Через пару минут к нему присоединился еще один. Он протянул руку ожидающему. Обменявшись парой слов, они вновь пожали друг другу руки и по очереди разошлись.

– Вот тут смотри, – сказал друг и опять защелкал в настройках.

Он приблизил картинку и замедлил видео. После второго рукопожатия четко видно, что покупатель прячет в карман пакетик с белым порошком.

– Это еще не все. Смотри сюда, – Леха опять что-то нажал, и теперь перед нами была съемка из бара. Барыга сел на свободный стул, сделал заказ и скинул капюшон. А я тихо выругался.

– Знаешь его? – я кивнул. – Детдомовский?

– Нет. Мать есть – нормальная женщина, работящая. Пацан старший, есть еще сестра, она вроде больна чем-то. Надо пробить информацию. Скинь мне видео.

– Наказывать будешь? – спросил друг, выполняя мою просьбу.

– Естественно. Я четко дал приказ – больше никакой наркоты.

Джафаров мечтал избавиться от этой «ложки дегтя» в своем бизнесе. Особенно после того, как эта гадость убила его сына. Но у него не получалось – ни от него одного это зависело.

А у меня получилось. Просто мне терять нечего, а значит и надавить не получится. Действовал радикально. Но это дало результат.

– Прежде, чем ты умотаешь, хочу тебе еще кое-что показать, – с усмешкой сказал друг.

В этот раз было четыре окна и все с танцпола. Друг вбил дату и время и начал перематывать до нужного ему момента.

– На, любуйся, – рассмеялся Леха и пересел за свой рабочий стол, оставляя меня одного с ноутбуком.

На экранах толпа молодежи, танцевала под последние хиты.

Вначале ничего особенного не происходило, а потом тусовщики стали расступаться, пропуская меня вперед.

Останавливаюсь  в центре зала и поворачиваюсь.  Из-за моей спины выглядывает Сонька. Веду ее в танце, а она мелкая такая, мне даже до плеча недостает.

Толпа вокруг оживленно танцует под ремикс, а мы словно находимся в своем мире. У нас своя песня, одна на двоих.

Движения плавные, мои руки скользят по ее телу. Черт это нереально заводит. А потом я поднял голову на того ушлепка, который пялился на Соню. На моем лице было написано «Не подходи! Расчленю и по кускам попрячу». Теперь понятно, почему он так испугался.

Дальше, вообще атас! Собственническим движением прижимаю Соньку к себе и провожу языком по губам.  Со стороны это выглядит еще эротичнее. Мать, моя женщина, как она извиваться начала в моих руках. Не удивительно, что мне башку снесло.

Надо срочно к ней съездить. Пока не решил, о чем будем говорить, но чувствую что надо.

Посмотрел на Леху –  сидит важный, руки на груди скрестил и улыбается.

– Что? – раздраженно спросил его.

– Ничего. Вот думаю, неужели и тебя торкнуло.

– Не понимаю о чем ты, – непринужденно ответил ему, доставая флешку. – Скинь и это видео.

– Сейчас не получится – не умею куски вырезать. Тебе я только запись показал. Завтра айтишник придет – сделает.

Нахмурился. Не нравился мне такой расклад. Бесит, что кто-то на Соньку пялиться будет. Похоже, девчонка даже не догадывается, насколько сексуальна.

Леха, видя мою перекошенную рожу, еще больше заржал.

– Иди уже, Отелло!

Попрощавшись с другом, направился на парковку. И только, выйдя на улицу, понял, что уже слишком поздно и Сонька спит уже давно.

Достал телефон, написал Дрону задание: пробить номер телефон и точный адрес моей чертовки. Пацаненка этого в ангар привезти и полное досье на его семью.

На сегодня все дела закончены, поэтому поехал домой. Единственное, что мне сейчас нужно – это сон. В идеале – с мелкой, обнаженной чертовкой.

Глава 4

София

Утро субботы началось… Просто началось.

Я открыла глаза и смотрела в окно. А там небо затягивало тучами. И говорило мне: «Как тебе не стыдно? Приличная девушка, а вела себя как дешевка».

Накрыла голову одеялом. До чего я докатилась? Набросилась с поцелуями на взрослого мужчину. Конечно, он принял меня за девушку на одну ночь.

Так стыдно…

Хорошо, что хотя бы вовремя остановилась. А если бы согласилась на его предложение…

Почему-то я уверенна, что это была бы лучшая ночь в моей жизни. Но вот утро…

Мне кажется, после жаркой ночи, у доступных девушек может быть только два варианта. Или она тихо одевается и покидает мужчину, пока он спит. Или этот же мужчина, утром просит ее покинуть квартиру, еще денег на такси дает. Как по мне, второй вариант более унизительный.

Поэтому, не смотря на то, что вчера произошло – я рада, что проснулась в своей кровати. Одна…

Тишина квартиры давила, а воспоминания пробуждали желание остаться в кровати, закутанной в кокон из одеяла, как минимум… Навсегда.

Но так я только усугублю свое состояние…

Поэтому я обрадовалась, когда позвонила Вася, и попросила взять на выходные Надю. Они с Марком едут в командировку, и вернуться только в понедельник после обеда.

Комната сестры оставалась не тронутая с ее отъезда. Вначале я там постоянно прибиралась, чтобы пыль не скапливалась, а потом все завесила клеенкой. Снимала ее только когда Надя оставалась с ночевкой.

Вот и сейчас освободила в комнате мебель, и сделала генеральную уборку.

Потом работа закипела на кухне: борщик, курочку с картошечкой запекла и конечно любимый Надюшкин пирог.

Когда я размышляла, что бы еще для племяшки приготовить, в дверь позвонили. Для сестры было рановато, поэтому, прежде чем открыть – посмотрела в глазок.

И резко отскочила на несколько шагов. Руки затряслись, в горле пересохло. От волнения даже услышала свое сердцебиение.

Шаг назад… Еще один… И еще. Тихонько в комнату проскочила и дверь закрыла.

Звонок повторился.

Отошла и от двери, на кресло с ногами залезла и подушкой прикрылась. Словно это может меня спрятать от человека, который стоит в подъезде.

Нет, это был не страх. Кого-кого, а этого человека я не боялась.

Мне было стыдно попадаться ему на глаза.

Звонок повторился еще раз.

Прикрыла глаза и попыталась унять дрожь во всем теле.

Звонок повторился, но теперь сопровождался ударами в дверь.

Гриша… – сердце екнуло, когда в квартире опять наступила тишина.

И зачем Соколов пришел? Про то, как он узнал, где я живу, даже не задумываюсь. Когда-то он собрал целое досье на Василису. Уверена, что адрес проживания там стоял одним из первых пунктов.

А может, надо было открыть? Но как мне в глаза ему смотреть? Стыдно…

Как назло вспомнились его руки на моем теле. Как ласкал и крепко обнимал. А поцелуй… Ох!

Непрошеные слезы опять покатились из глаз. Ну что со мной происходит? Почему я не могу быть, как все нормальные девушки моего возраста.

Вот Васька, вообще  на спор поцеловала первого встречного парня. И ничего – жива, здорова и счастлива. Ну и что, что парень этот в будущем стал ее мужем. Но ведь смогла.

А я даже дорогу у прохожего спросить стесняюсь.

Однажды я забыла ключи от дома, и мне пришлось ехать к Василисе в спортивный центр. А в том районе я ни разу не была. Она по телефону объяснила куда идти, но пока доехала – забыла. У людей побоялась спрашивать. Так и стояла под дождем на остановке, пока у сестры тренировка не закончилась. А могла быть уже давно дома.

Вася винит себя в том, что я такая… Она всегда была моим щитом. От мальчишек защищала, в школе перед учителями меня оправдывала, например, если я тетрадь дома забывала. Говорит, что этим она не дала мне пройти свою школу жизни… Кто знает? Но я ни в чем не виню ее. Мы такие, какие есть – и этим все сказано.

Гриша перестал стучать и звонить. А я так и сидела, обнявшись с подушкой.

Потом все же вылезла из своего убежища и вернулась на кухню.

Осмотрела холодильник… И сама не заметила, как через пару часов на столе стояли: наполеон, запеканка, блины и жаркое.

Готовка всегда меня успокаивала. Вот и сейчас я уже так не волновалась из-за прихода Соколова. Но вопрос, зачем он приходил – остается актуальным.

Вася привезла Надю в назначенное время. Я крепко обняла девочек.

– Что случилось? – спросила сестра, осматривая мои кулинарные творения.

– Я вчера с группой в клуб ходила, – пожала плечами.

– Правда? Молодец! И как погуляли? – сестра явно обрадовалась этому событию.

– Нормально. Но я недолго была. Пообщалась с ребятами и домой поехала, – ну не говорить же сестре, что вчера у меня был страстный вечер в компании человека, которого она ненавидит.

– Все равно, ты молодец, – обняла меня Василиса. – Продолжай в том же духе!

– Ты хочешь, чтобы я стала тусовщицей? – посмеиваясь, спросила сестру.

– Да ну тебя, – махнула она рукой, и повела в свою бывшую комнату. – В сумке я собрала для Нади немного игрушек, сменные вещи. В боковом кармане ее документы. Надеюсь, не пригодятся, но на всякий случай кинула.

Затем она пошла в коридор и вернулась с одеждой, которая висела на вешалке под чехлом.

– Это ее школьная форма. Уроки начинаются в половину девятого, но за пятнадцать минут надо быть уже в классе. Домашнее задание она сделала, но надо повторить стих – она тебе покажет какой именно. И еще сделать пару заданий в рабочей тетради по дополнительным занятиям – я тебе их карандашом отметила.  Так, вроде ничего не забыла, – растерянно осмотрела она комнату.

– Мам, ну что ты переживаешь? – сказала Надя, заходя в комнату. – Я ведь уже большая. Да и телефоны есть – звони мне по видео постоянно.

– Хорошо, солнышко, – Вася крепко обняла Надюшку и поцеловала ее в щечки. Потом объятия достались и мне.

Сестра еще пару раз прощалась, повторяла наставления, пока ей не позвонил Марк. И только после этого она покинула квартиру.

– Ну, принцесса, чем займемся?

– Не знаю, – протянула она. Ага, конечно, не знает. Так я и поверила. – Может в кино сходим? Там новый мультик вышел.

– Почему бы и нет. Давай ты борща поешь, а я пока переоденусь.

Конечно, она согласилась. Чтобы посмотреть новый мультфильм, она бы и рыбий жир съела.

Собралась я быстро. Но Надя с обедом справилась быстрее – вот что значит правильная мотивация.

Пока устанавливала автокресло, Надя подпрыгивала от нетерпения и постоянно меня поторапливала. Вначале Вася оставляла детское сиденье, когда привозила ко мне Надю. А потом часто получалось, что племяшку надо с секции забрать, а сестра не успевала. Поэтому мы купили второе, которое я хранила в бывшей комнате Василисы.

Когда ехали в кинотеатр, задумалась. Хорошо, что Надя эти выходные проведет у меня. Меньше буду думать о Грише и о своем позоре. Возможно к понедельнику я смогу отпустить эту ситуация и спокойно пойти на учебу.

В любимом кинотеатре Нади, который, как ни странно принадлежал Савиным, действительно показывали мультфильм.

Вначале меня приняли за Василису и администратор начала суетиться вокруг нас, словно сам президент их посетил. Но я быстро успокоила женщину всего одной фразой:

– Я София.

Этого хватило, чтобы женщина выдохнула и оставила нас в покое.

Мы решили скоротать время до начал сеанса за бокалом… Молочного коктейля – для Нади и большой чашкой кофе, для меня.

«Ты где?» – пришло сообщение с неизвестного номера. Я решила не отвечать. Возможно, просто ошиблись номером.

За соседним столиком Надя увидела одноклассницу и попросилась к ней подойти.

Пока девочки общались, у меня зазвонил телефон – опять неизвестный абонент.

– Алло, – решила все же ответить, чтобы объяснить человеку, что он ошибся.

– Ты где? – спросил знакомый голос.

– Привет, – тихо ответила Грише.

В этот момент к нашему столику подошел официант:

– Напитки для прекрасной леди, – улыбаясь, поставил наш заказ.

– Соня, – вкрадчиво сказал Гриша. От рычащих ноток, которые прослеживались в его голосе, у меня побежали мурашки. – Ты где?

– В кино с Надей.

– Название скажи, – строгость в его голосе не пугала, но будоражила и без того натянутые нервы.

– Юпитер, – даже не подумала ему перечить.

Гриша больше ничего не сказал, а просто сбросил вызов. Странный он. Злиться чего-то. Может на «работе» проблемы? Так, а зачем звонил тогда?

Надюшка практически залпом осушила свой коктейль  и теперь поторапливала меня.

Не стала расстраивать девочку, поэтому вскоре вы входили в кинозал.

Места мы выбрали самые лучшие – в центре зала. Администрация оставила по одному свободному месту рядом с нами. Видимо хотели сделать иллюзию вип-мест.

В середине мультфильма у меня завибрировав телефон.

«Выйди в холл» пришло сообщение от Гриши.

«Я с Надей. Не могу ее оставить одну»

«Видишь мужика у входа? Это мой человек. Он за ней присмотрит, но подходить не будет. ВЫХОДИ!»

Подняла взгляд от телефона и действительно у входа стол мужчина. Поразмыслив пару секунд, решила выполнить его «просьбу». Шепнула Надюше, что сейчас приду и тихонько встала. Проходя мимо мужчины, заметила, как он едва заметно мне кивнул и вновь сосредоточил свое внимание на девочке.

Выйдя в коридор, успела пройти только несколько метров, как кто-то дернул меня за локоть и втолкнул в слабо освещенное помещение.

– Отпустите, – пискнула, пытаясь вырвать руку из крепкого захвата.

– Ага, разбежался, – послышался сзади голос Гриши и я расслабилась.

Он обнял меня со спины, обхватил руками за талию, а носом в макушку прижался, дышал часто и даже как-то тяжело.

Ладонями обхватила его руки и спиной на него облокотилась. И так хорошо стало… Спокойно.

Несколько секунд мы так и стояли, а потом Гриша развернул меня и к ближайшей стене прижал.

Одну руку на шею положил, а большим пальцем щеку погладил.

– А теперь рассказывай, – хмуро сказал он.

– Что?

– Все рассказывай. В кафе с кем была? – Гриша был слишком сосредоточенный… И злой: глубокая складка между бровей, ноздри слегка раздуты, губы плотно сжаты.

– В кафе? С Надей, – я откровенно не понимала к чему этот допрос.

Но кое-что узнала о себе: я его не боюсь. Робею, но не так, как перед чужим человеком. А еще, после объятий,  перестала испытывать стыд за прошлую ночь.

Пока я размышляла, Гриша достал телефон и кому-то позвонил.

– Что у тебя? – спросил собеседника, при этом ко мне вплотную прижался, лицом в шею уткнулся, а рука чуть сильнее сжалась на шее.

– Шеф, девка к кафе с Надей сидела. Никого с ними не было. Только официант подходил, – доложил мужской голос в телефоне.

– За девку ответишь. Фицика мне этого, потом покажешь, – бросил Соколов и отключил вызов. Теснее меня к себе прижал.

– Не соврала, – прошептал Гриша. Слегка отодвинул волосы и поцеловал в шею, одобряя мою честность.

– Зачем тебе официант?

– Ответишь, где была утром? – вопросом на вопрос ответил мужчина.

Мне не хотелось отвечать, но я понимала, что Гриша если захочет, то узнает все сам.

– Дома.

– Почему не открыла? – хрипло спросил он.

– Боялась, – честно ответила ему.

Соколов на мгновение крепче сжал меня в объятиях, а потом его руки соскользнули с моего тела и мужчина отошел от меня.

– Ты не должна меня бояться, – горько сказа Гриша. Он запустил пальцы в волосы и еще больше их взлохматил. – Кто угодно, но только не ты. Тебя я никогда не обижу и другим не позволю.

Он выглядел расстроенным. Кажется, сейчас мужчина приоткрыл свою душу. Совсем чуть-чуть, но это уже что-то. Особенно для такого человека, как Григорий Соколов.

– Я тебя не боюсь. Ты же видишь это? – тихо ответила, обнимая себя за плечи. Без его объятий стало слишком холодно. – Мне было ужасно стыдно за вчерашнее. Я не из тех девушек, которые легко прыгают в постель к мужчине. Мне вообще с людьми сложно сходиться. А вчера такое… Сама тебя поцеловала. Вот и пряталась, потому что в глаза боялась посмотреть.

От того, что мне пришлось открыться чужому человеку, на глаза навернулись слезы. Мне хотелось спрятаться в самый дальний и темный угол кинотеатра. Чтобы никто не видел меня, никто не слышал, и никто не знал о моих переживаниях. Но Гришу расстроили мои слова, поэтому я просто обязана была ему все объяснить.

– Сможешь доказать? – спросил мужчина.

– Что?

– Докажи, что не боишься меня, – сказал, складывая руки на груди и отходя еще на пару шагов от меня.

– Как?

– Не знаю, – пожал он плечами. – Придумай что-нибудь.

Я закусила губу, осмотрела шикарную фигуру мужчины. Под моим взглядом его плечи напряглись.

Сделала медленный шаг в его сторону.  И еще один. Гриша не шевелился. Стоял и смотрел, как я преодолеваю себя, свои комплексы. Знал ли он об этом? Сомневаюсь.

Когда подошла к Соколу совсем близко, аккуратно положила руки на его локти. Медленно заскользила по тугим мышцам к широким плечам. Встала на носочки, но так и не дотягивалась до него. Поэтому покрепче обняла его за шею и притянула к себе. Мужчина подчинился, а я оставила на щеке мимолетный поцелуй, потом в краешек губ. С каждой секундой его дыхание становилось тяжелее. Потом прижалась к его губам. Гриша не поддавался, не помогал. Я целовала его губы, прося открыть их для меня. Но мужчина оставался безучастным.

Мои руки опустились – в прямом и переносном смысле. А может я не так все поняла? Опустила голову, пряча выступившие слезы. Хотелось сказать «прости», но ком в горле мешал. Развернулась и пошла на выход из этой каморки.

Гриша резко развернул меня к себе и впился в мои губы обжигающим поцелуем. От его напора ноги подкосились. В следующее мгновение почувствовала спиной опору. Но я все равно обхватила шею мужчины, прижимаясь теснее.

Его руки заскользили по моему телу, пока не остановились на попе. Сокол сжал ее сильнее, вызывая у меня стон наслаждения. А потом приподнял, заставляя обхватить его торс ногами. Он оторвался от губ и стал покрывать мое лицо и шею поцелуями.

– Чертовка! Что же ты со мной делаешь? Одним касанием в бараний рог скручиваешь. А потом заставляешь рвать и метать от ревности. Это сумасшествие какое-то. Наваждение… – бормотал он между поцелуями.

Я гладила его тело и наслаждалась: голова, шея плечи, спина. Каждое прикосновение к нему заставляло искры из глаз лететь.

– Наваждение… – тихо согласилась с мужчиной.

Тишину каморки развеял звонок Гришиного телефона. Не отпуская меня, он  ответил на вызов.

– Слушаю, – его голос было не узнать. Слишком хриплый и интимный.

Из-за шума в ушах я не смогла расслышать, что говорит собеседник.

– Понял, – ответил и сбросил вызов.

Гриша продолжал держать меня на руках. Смотрел в самую душу, а я не могла оторвать взгляд от него.

– Сонь, я не знаю, как нам быть? – сказал тихо мужчина. А я напряглась. Не очень хорошее начало. – Ты ведь знаешь, кто я? Чем занимаюсь?

Я кивнула. Конечно, знала. И так же знала, что по его приказу сделали с Марком. А еще знала, как сильно сестра, его за это ненавидит.

– Я не могу предложить тебе простых отношений. Не смогу сводить тебя в ресторан или в кино. Понимаешь? Пока я не решу свои проблемы, нельзя чтобы кто-то узнал о тебе… Но и отказаться не могу. Может и хотел бы… Хотя так и следует поступить, но не могу.

– Моя семья тоже не одобрит наши отношения, – тихо призналась ему. – Что же нам делать?

– Ты бы согласилась… Смогла бы, чтобы наши отношения были тайными? Знаю, это звучит ужасно, и ты не заслуживаешь такого.

Я задумалась. Что выбрать: тайные встречи с Гришей или ненавистное одиночество?

– Давай попробуем… Тайно, – последнее прошептала еле слышно.

– Ты понимаешь, что такие отношения могут затянуться? Я не знаю, сколько мне понадобиться времени, чтобы все уладить. Месяц, два, полгода… Ты сможешь так? Если не уверена, лучше сейчас откажись. Потому что потом я тебя уже просто не смогу отпустить, – он сделал глубокий вдох. – Да кого я обманываю. Я уже не могу тебя отпустить. Как засела в голове с первой встречи, так и не отпускаешь.

Обняла его крепко и в шею уткнулась, чтобы не показать, как сильно меня тронули его слова.

– Давай попробуем, – шепнула на ушко. – Я буду ждать столько, сколько понадобиться.

«Только бы ты спас меня от одиночества» – подумала, но вслух не сказала.

– Тебе пора идти, – сказал Гриша, опуская меня пол. – Надя начинает переживать, что тебя долго нет.

Он крепко обнял меня, а я прижалась в ответ к этому сильному мужчине.

– Я позвоню тебе, – сказал он мне в макушку. – Иди, а то застрянем тут еще на несколько часов.

Встала на носочки и поцеловала Гришу в губы.

– Буду ждать.

Быстро выскочив из каморки, перевела дыхание и пошла в сторону кинозала.

– Откуда у тебя этот синяк? – спросила племяшка, когда мы были уже дома. Девочка поедала любимый пирог и рассматривала меня.

– Какой синяк? – удивленно переспросила ее.

– Вот здесь. На шее, – она указала в район своей ключицы. – У мамы однажды тоже такой был. Она сказала, что ударилась, когда в кладовке убирала. Ты тоже ударилась?

Встала и прошла в ванную. Когда мы пришли из кино, я быстро помыла руки и побежала переодеваться. Даже в зеркало не посмотрела.

Сейчас понимаю, о каком синяке она говорила. Всю шею покрывали мелкие отметены, но они не бросались в глаза. А вот тот, что чуть выше ключицы, был слишком яркий и заметный.

Что там Надя сказала? Что у мамы тоже такой был? Ну-ну! Ударилась она, как же.

Гриша так и не позвонил. Но писал много сообщений. А мне очень хотелось услышать его голос. Но лежа в кровати, я все равно радовалась каждой весточке от него.

В кинотеатре он так и не сказал, что собирался сделать с официантом. А я и не вспомнила. Пришлось сейчас выпытывать. Соколов не признавался. Но я была настойчива. Тогда он попросил прислать фотографию, во что я сейчас одета.

Ночь на дворе и он прекрасно знал, что я лежу в кровати.

Подошла к большому зеркалу, направила телефон и сделала несколько снимков. Короткие пижамные шортики и майка, показались слишком откровенными. Выбрала лучшее фото и быстро нажала «отправить».

Сообщение было прочитано. А потом пришел ответ. Наверное, я покраснела от макушки до самых пяточек.

Гриша прислал фотографию. На снимке было видно только то, что находилось ниже пояса. Он сидел в кресле, ноги уходили под стол, а в самом центре снимка – ширинка… С большим и очень заметным бугром.

Я нервно сглотнула и прикрыла глаза.

Прав оказался Гриша – это какое-то наваждение.

Мы еще немного переписывались, а потом я уснула, так и не прочитав очередное «входящее».

Утром Надя попросилась в парк, который находился не далеко от нашего дома. Пока тепло, там работали аттракционы. Но с наступлением холодов «царство веселья» закрывалось.

Позавтракав, мы решили пройтись пешком. Погода была отличная. Поэтому в парке оказалось очень много народа.

Надя резвилась, как могла. Кажется, она испробовала все аттракционы, подходящие ее возрасту. А некоторые – дважды.

– Девушки, хотите проверить, насколько вы храбрые? – к нам подошел парень лет шестнадцати. – Приглашаем в комнату страха, – и протянул нам листовку.

– Мне кажется, это не лучшее развлечение для детей, – с сомнением приняла брошюру.

– Она для детей. Там нет ничего такого. Приходите, – он улыбнулся и пошел дальше.

– Сонь, ну давай зайдем. Это же так интересно.

– Надюш, мне мама потом голову оторвет за это.

– А мы ей ничего не скажем, – заискивающе сказала девочка. – Это же так классно. Я вот ничего не боюсь! Ну давай зайдем? Ну пожалуйста.

Надя продолжала упрашивать и я сдалась.

Комната страха находилась дальше от остальных аттракционов. Наверное, поэтому они запустили промоутера.

В комнате страха было темно. Только в углах была разноцветная подсветка. Это скорее напоминало музей ужасов. Со стен свисали пауки, в углах стояли фигуры монстров, проходы закрывали муляжи паутины.

Вот за один такой муляж Надя зацепилась сережкой. Мы остановились. Я присела перед ней на корточки и аккуратно начала распутывать.

В следующее мгновение почувствовала сильный удар по голове, а дальше темнота.