Читать книгу: «Строптивая для миллиардера»
Строптивая для миллиардера.
Глава 1
- И побеждает Ольга Любимова! "Мисс "Карпов Групп" - 2026"! Корону надевает наш любимый и уважаемый Виктор Петрович, основатель "Карпов Групп"! - Ведущий затараторил на нашем корпоративном конкурсе красоты.
В груди сердце бешено заколотилось. Неужели я? Я - скромный бухгалтер из третьего отдела, которая вообще не планировала сегодня участвовать? Мир вокруг словно поплыл, звуки аплодисментов стали приглушенными, а в глазах предательски защипало. Я машинально одернула подол своего скромного синего платья, которое еще утром казалось мне нарядным, а сейчас, под этими софитами, выглядело слишком простым на фоне сверкающих конкуренток.
Мысли в голове пролетали одна за одной: "Да ладно, разве я самая красивая девушка в компании?... На Викторе Петровиче идеально сидит белая рубашка, заправленная в строгие черные брюки. О, какая красивая корона с кристаллами “Сваровски” у него в руках.
Он подошёл ко мне сбоку. От него пахло каким-то крутым дорогим парфюмом, отчего у меня на секунду перехватило дыхание. Этот запах хотелось вдыхать снова и снова. Он улыбнулся мне своей белоснежной улыбкой. Я улыбнулась ему в ответ и подставила голову, чтобы он надел корону. Он надел её одним уверенным, идеальным движением.
Затем на сцену вышел второй основатель компании - высокий и брутальный Валерий Кузнецов. Он с широкой улыбкой вручил мне корзину из ста алых роз с ярким ароматом.
Потом он взял микрофон и низким баритоном объявил:
- У нас для десятки победительниц есть сюрприз. - Он сделал театральную паузу. - Это поездка для всей десятки на Мальдивы!
Зал взорвался аплодисментами.
- Ждём всех девушек завтра в девять утра у входа в головной офис компании.
Как только сделали общее фото и мы спустились со сцены, ко мне подошла моя подруга Ленка, жгучая блондинка с длинными густыми волосами чуть ниже поясницы.
- Вот видишь, я же не зря тебя на сцену вытащила! - радовалась она. - Теперь мы вместе на Мальдивы поедем, отдохнём от этих серых будней.
- Спасибо тебе, дорогая! - я обняла подругу.
Мальдивы встретили нас так, будто знали, как мы в этом нуждались. Ласковое море цвета бирюзы, ветер, пахнущий солью и свободой, и солнце, от которого хотелось жмуриться, как кошке. Поселили нас в роскошных бунгало на воде - по двое, и в каждом свой маленький бассейн, где можно плескаться хоть среди ночи. Мы с Ленкой, конечно, заняли один номер на двоих и первым делом выбежали на террасу снимать вид для мамы.
Бунгало тянулись вдоль берега цепочкой, и наши с Ленкой оказались ровно посередине. Ближайшие соседи слева - шумные девчонки из маркетинга, справа - домик, где обосновался Виктор Петрович.
Весь день мы носились по острову на великах, дурачились, фоткались, обгорели и хохотали до колик. А к вечеру влились в общую тусовку - в ресторане у бассейна для нашей команды была забронирована отдельная зона. Там было шумно, весело и по-настоящему тепло: коллеги наконец-то перестали быть просто коллегами, знакомились заново, общались, смеялись.
Лена сразу стала строить глазки Валерию Сергеевичу, второму основателю корпорации, который в этот момент сидел у бара и расслабленно потягивал коктейль и чему-то улыбался.
Смотри, - шепнула мне Лена, - рекламный бог собственной персоной. Интересно, он такой же креативный в постели, как в своих роликах?
Лена! - зашипела я. - он же наш начальник, у нас от него премия зависит, давай без глупостей.
Лена еще раз окинула взглядом его брутальную фигуру в футболке и шортах.
Ну и что? - фыркнула она. - Мы на Мальдивах, детка. Здесь все равны. - И упорхнула к нему за барную стойку.
Я осталась с бокалом безалкогольного мохито. Пить я не планировала - назавтра хотела с утра поплавать с маской, да и вообще я не любительница терять контроль. Лена же, наоборот, с энтузиазмом налегала на коктейли, и к полуночи они с Валерой уже о чем-то оживленно беседовали в шезлонгах, а потом и вовсе исчезли в сторону его виллы.
Я не стала ждать подругу. Уставшая после перелета и солнца, я допила сок, пожелала спокойной ночи паре коллег из отдела продаж и отправилась в наш номер. Заперла дверь изнутри на щеколду, рухнула в кровать и уснула мертвым сном.
Утро началось с того, что я пытаясь перевернуться на другой бок задела чью то ногу. Не сразу поняв в чем дело я открыла глаза и посмотрела чья это была нога, а там…
Глава 2
Рядом со мной на кровати, поверх покрывала, спал посапывая Карпов, основатель компании. На нем были те же шорты и футболка, что и вчера. Обувь аккуратно стояла у двери.
Я вскочила с кровати обернувшись в одеяло, при этом чуть не свалившись и ринулась к выходу. Сердце билось так сильно, будто я стометровку бежала, а не 2 метра до двери преодолела. Я же запирала дверь! И главное - я была абсолютно трезвая, я всё помню! Я легла одна, в пижаме, и никаких мужчин не приводила.
Около двери я увидела сорванную щеколду, затем лихорадочно оглядела себя - пижама на месте, всё прилично. Посмотрела на него - вроде тоже одет. Но что он делает в моей постели?!
В этот момент Карпов шевельнулся, Лениво приоткрыв глаза, он потянулся с видом уверенного в себе хищника, проснувшегося в собственной берлоге, и его взгляд медленно, оценивающе заскользил по мне - от растрепанных со сна волос до босых ног. В этих темных глазах не было ни единой капли смущения, лишь спокойный, всевидящий интерес, от которого у меня внутри всё предательски похолодело.
- Доброе утро, Ольга, - произнёс он низким, хрипловатым со сна голосом, в каждом звуке которого явственно сквозила многолетняя привычка повелевать.
- Доброе? - мой голос предсказуемо дрогнул и подпрыгнул на пару октав, но я заставила себя выпрямиться, судорожно сжимая на груди сползающее одеяло. Паника постепенно отступала, уступая место жгучему возмущению. - Виктор Петрович, вы вообще в курсе, что незаконное проникновение в чужой номер - это уголовное дело, даже если вы миллиардер? Я даю вам ровно десять секунд на то, чтобы покинуть помещение.
Он даже не вздрогнул и тем более не разозлился на мою отчаянную дерзость. Вместо этого Карпов неспешно сел, опираясь широкой спиной об изголовье кровати, и этот обманчиво простой жест вдруг заполнил собой всё пространство комнаты. Его развернутые плечи, пугающая уверенность в себе и исходящая от него безмолвная власть мгновенно заставили меня почувствовать себя крошечной и беззащитной.
- Десять секунд? - он слегка усмехнулся, разглядывая меня со снисходительным интересом. - Звучит сурово. Но, технически, Ольга, - он сделал выверенную паузу, давая мне в полной мере прочувствовать вес его слов, - это мой номер. На моем личном острове. В моем собственном отеле, который я арендовал для своих сотрудников. Вопросы есть?
У меня перехватило дыхание, потому что все заготовленные аргументы вдребезги разбились о его железобетонную логику. Какой может быть закон, если здесь и сейчас он сам и был абсолютным законом?
- Это всё равно не дает вам никакого права вламываться ко мне! - упрямо вздернула подбородок я, отчаянно не желая сдаваться без боя. - Я точно помню, что запирала дверь на щеколду!
- Мое бунгало - соседнее, а в темноте они абсолютно идентичные, - он лениво пожал плечами и кивнул на сорванный замок так буднично, словно мы обсуждали прогноз погоды. - Мой ключ сработал, а хлипкую щеколду я даже не заметил, решил, что дверь просто заело. Я зашел в темноте и рухнул спать, будучи абсолютно уверенным, что нахожусь у себя. Я распоряжусь, чтобы управляющий всё починил.
Наконец он сдвинулся с места, поднимаясь на ноги так медленно и плавно, что я могла лишь завороженно наблюдать, как его высокая, подтянутая фигура надвигается на меня. Вопреки моим ожиданиям, Карпов подошёл не к оставленным у порога кроссовкам, а направился прямо ко мне, остановившись настолько близко, что я почти кожей ощутила исходящий от него жар и тот самый сводящий с ума запах, принадлежащий только ему, который не передать словами.
Я инстинктивно попыталась сделать шаг назад, но лишь беспомощно уперлась лопатками в закрытую дверь. Мое смелое требование "дать десять секунд" в эту минуту казалось абсолютно смехотворным, однако я из чистого упрямства продолжала смотреть ему прямо в глаза.
- Что вам от меня нужно? - спросила я, изо всех сил стараясь удержать строгий тон, хотя голос всё равно предательски дрогнул вовсе не от страха, а от осознания того, какую невероятную власть он имеет над моим телом.
- Я хочу закончить то, что мы не договорили вчера на сцене, - негромко ответил Карпов, и его тяжелый взгляд на мгновение упал на мои губы, чтобы затем медленно подняться обратно. - Когда я надевал на тебя корону, ты смотрела на меня совсем не как скромный рядовой бухгалтер на своего начальника. Ты смотрела на мужчину, и я прекрасно это видел.
- Вы глубоко ошибаетесь, - прошептала я одними губами, понимая, что отвести от него взгляд уже не в состоянии, словно он поймал меня в невидимую ловушку.
- Я никогда не ошибаюсь в подобных вещах, - его голос понизился, став ещё более интимным и обволакивающим. Подняв руку, он кончиками пальцев осторожно заправил непослушную прядь волос мне за ухо, и это легкое, почти невесомое прикосновение обожгло кожу сильнее огня. - Ты мне очень интересна, Ольга. Не как ценный сотрудник, а исключительно как женщина. А когда мне что-то по-настоящему интересно, я привык изучать это предельно внимательно и со всех сторон, а затем получать.
Он позволил этим провокационным словам повиснуть в напряженном воздухе, который и без того был до отказа пропитан его парфюмом и моим сбившимся, прерывистым дыханием. От одного только его взгляда внутри всё мучительно сжалось в предвкушении, накрывая меня волной острого, горячего желания. Я замерла, словно парализованная, не находя в себе сил даже пошевелиться.
А затем он вдруг коротко усмехнулся, опустил руку и сделал спасительный шаг назад, одним движением разрушая гипнотическое наваждение. Наклонившись, Карпов подхватил с пола свои кроссовки и снова выпрямился во весь свой внушительный рост.
- Кажется, мои десять секунд истекли, Любимова, - в его темных глазах теперь плясали опасные, дразнящие смешинки, ясно дающие понять: он принял мой ультиматум и подыграл мне, но правила в этой игре по-прежнему устанавливает только он. - Я ухожу.
Уже взявшись за ручку двери, он обернулся, и вся былая игривость мгновенно исчезла с его лица, уступив место жесткому тону человека, совершенно не привыкшего слышать слово "нет":
- А теперь одевайся. Раз уж ты так настаиваешь на правилах и выставляешь меня за дверь, мне придется пригласить тебя на завтрак официально. Так что жди приглашения.
- А если я не приду? - бросила я ему в спину, отчаянно пытаясь собрать жалкие остатки своей строптивости.
- Не советую, - он окинул меня таким долгим и тяжелым взглядом, что по спине невольно пробежал ледяной холодок. - Это будет крайне невежливо, да и для твоей дальнейшей карьеры совершенно непродуктивно.
Он вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь, и только сломанная щеколда, вырванная с корнем из деревянного косяка, безжизненно звякнула, повиснув на одном-единственном винте.
Я так и осталась стоять у двери, судорожно вцепившись побелевшими пальцами в скомканное одеяло. Он не стал ничего просить или унижаться до извинений, а просто хладнокровно констатировал факт собственного желания. И самое пугающее заключалось в том, что где-то очень глубоко внутри, в ответ на его подавляющую, абсолютную властность, вдруг робко встрепенулось что-то запретное, волнующее и до безумия польщенное.
Лишь когда шум его шагов окончательно затих вдали, напряжение, сковывавшее все тело, отпустило, и я без сил опустилась обратно на кровать. В бунгало пахло его парфюмом. Закутавшись в одеяло, я попыталась собрать мысли в кучу и понять, что, черт возьми, только что произошло. Но насладиться тишиной мне не дали. За дверью послышались новые шаги - на этот раз легкие и быстрые. И они стремительно приближались к моей двери.
Глава 3
И тут дверь распахнулась, и влетела Лена - заспанная, счастливая, в чужой мужской рубашке на голое тело.
- Ой, привет! - пропела она. - Ты не представляешь, какая ночка была! Валера- просто огонь!
Она плюхнулась на свою кровать и только тут заметила, что я сижу сама не своя завернутая в одеяло.
- Ты чего? - спросила она.
Я открыла рот, но не знала, с чего начать. Рассказывать или нет? И что теперь будет?
- Лена, - выдохнула я. - У нас тут такое было…
- Что? - Лена мгновенно насторожилась, перестав возиться с волосами. - Ты чего такая бледная и вся дрожишь? Что случилось?
Я замялась. С одной стороны, подруга - единственный человек, которому я могу довериться. С другой... Это же Карпов, основатель компании! Если Лена разболтает - мне конец. Но Лена умела хранить секреты, особенно такие пикантные.
- Карпов, - выдавила я. - Виктор Петрович. Он... он был здесь.
- Где здесь? - Лена обвела взглядом бунгало. - В смысле, приходил? Зачем?
- Он... - я сглотнула. - Он спал в моей кровати. Рядом со мной. Проснулся, когда я проснулась.
Лена долго и испытующе на меня посмотрела, потом резко села, запахивая рубашку.
- Чего-о-о? Ты хочешь сказать, он ночевал у нас с тобой, в нашей кровати? - Она подскочила и подбежала ко мне. - Оленька, ты чего молчала? Вы что... того?
- Да какое "того"?! - возмутилась я, чувствуя, как щеки заливает краска. - Я чуть не умерла от страха, Лена! Он же наш босс!
- Подожди, а как он вообще вошёл? Дверь была заперта? Ты сама сказала, что запирала на щеколду.
- Запирала! А он взял и сломал её, смотри! - я махнула рукой в сторону входа.
Лена проследила за моим жестом и увидела болтающийся на одном винте замок.
- Ого, - присвистнула она. - Напролом пошел. Мужик!
- Ничего хорошего! - меня снова начало потрясывать от возмущения. - Я ему говорю про уголовное дело за проникновение, а он заявляет, что это его личный остров, его собственный отель, который он арендовал для сотрудников, и вообще - щеколда просто застряла из-за дешевой фурнитуры! Представляешь наглость?
Лена, которая как раз потянулась за расческой, замерла с поднятой рукой.
- И что ты? - спросила она уставившись на меня не моргая.
- А я его выгнала, - гордо заявила я, вспомнив свою утреннюю смелость. - Сказала, что даю ему ровно десять секунд, чтобы покинуть помещение.
Лена медленно повернула голову и посмотрела на меня с совершенно новым выражением - смесью шока и абсолютного восхищения.
- Ты… выгнала? Карпова? За десять секунд?
Я кивнула.
- Олька, да ты мой герой! - расхохоталась она. - И что же он сделал в ответ? Неужели не разозлился, не начал кричать? Я думала, такие, как он, не прощают подобного.
- Нет, - я с удивлением поняла, что и сама невольно улыбаюсь, вспоминая финал нашей перепалки. - Он даже не разозлился, только усмехнулся. Сказал, что его десять секунд истекли. А потом… пообещал прислать управляющего починить замок и заявил, что раз уж я выставляю его за дверь, ему придется официально пригласить меня на завтрак. И добавил, что отказ будет стоить мне карьеры.
Лена отложила расческу и серьезно посмотрела на меня.
- Так, подруга, слушай сюда. Мужик, который мог бы взять что угодно силой или властью, вместо этого ломает замок, а потом подчиняется твоему ультиматуму и с улыбкой зовет на свидание… Он не просто так это делает. Он игру затеял. И ты, моя хорошая, в этой игре - главный приз.
- Что за бред, Лен? Какая игра?
- Самая интересная, - подмигнула она. - Охотник и добыча. Только, похоже, он еще сам не понял, кто из вас кто. Так что никаких страхов про увольнение. Готовься к самому головокружительному роману в своей жизни.
Я смотрела на воодушевленную подругу, и ее слова казались полным безумием. Головокружительный роман? С этим циничным, властным, невыносимо привлекательным мужчиной? Нет, это просто ошибка и недоразумение. Но почему тогда, вспоминая его смеющиеся глаза, я не чувствовала страха… а только странное, волнующее тепло в груди?
- Лен, это всё, конечно, похоже на сказку, но я вообще не собиралась с ним никаких отношений строить. К тому же, я о нем ничего не знаю. Он женат? У него есть семья, дети?
- Так, стоп, - Лена подняла руку, прерывая мой панический поток мыслей. - Насчет семьи можешь не волноваться. Валера вчера проговорился, что Карпов уже пару лет как в разводе. Детей нет, бывшая где-то в Лондоне тусуется. Так что формально наш грозный босс абсолютно свободен. Но даже если нет - кто об этом узнает? Мы на Мальдивах, всё тайно, неделя пролетит - и разъедемся.
- Формально свободен, но это не значит, что он ищет серьезных отношений, - возразила я. - Скорее, развлечение на неделю.
- А ты думаешь, он каждую неделю ломает двери в номера к своим бухгалтершам? - хмыкнула Лена. - Оль, не будь наивной. Такие мужики, как он, могут щелкнуть пальцами, и к ним в очередь выстроится весь наш отдел маркетинга. А он пришел к тебе. Значит, зацепила ты его чем-то, кроме своего скромного синего платья на конкурсе.
- Я не хочу никаких привилегий таким способом, - отрезала я. - И вообще, я не такая.
- Дурочка, - вздохнула Лена. - Именно такие ему и нужны. Думаешь, ему интересны те, кто за деньги на все готов? Им подавай вызов, интригу. А ты ему эту интригу с утра пораньше на блюдечке преподнесла, выставив за дверь. Теперь он от тебя не отстанет.
Она посерьезнела и добавила, уже без смеха:
- Но будь осторожна. Эти мужчины опасны. Если будешь слишком долго нос воротить, он может и обидеться. А обиженный олигарх - это, знаешь ли, не просто увольнение. Это может быть что угодно.
От ее слов по спине пробежал холодок. Лена была права. В его власти было сделать со мной все что угодно, и никто бы за меня не заступился.
- Ладно, - пробормотала я, скорее для себя, чем для нее. - Посмотрим. Может, он и правда просто пошутил насчет завтрака.
- Ага, сейчас, - фыркнула Лена. - Такие, как он, не шутят. Они ставят цели и добиваются их. Готовься, подруга. Тебя ждет или большая любовь, или большие неприятности. Но что бы ни случилось, я рядом.
Она крепко обняла меня, и на душе стало чуточку легче. Может, я и влипла в историю, но, по крайней мере, я в ней не одна.
Мы с Леной собрались и пошли в ресторан отеля. Я старалась выглядеть как можно более невозмутимо, но сердце все равно екало каждый раз, когда открывалась дверь. За соседними столиками сидели коллеги. Валерий Сергеевич, заметив Лену, тепло ей улыбнулся, и подруга тут же расцвела.
Вскоре он поднялся со своего места, легонько постучал ложечкой по бокалу, привлекая всеобщее внимание, и объявил своим фирменным раскатистым баритоном:
- Доброе утро, красавицы! Напоминаю расписание: сегодня в двенадцать часов нас ждет роскошная четырехпалубная 70-метровая яхта “Лидия” и прогулка к коралловым рифам. Не забудьте купальники, солнцезащитные кремы и хорошее настроение! Встречаемся на главном пирсе без опозданий.
Зал одобрительно загудел, предвкушая отличный день. А Карпова нигде не было. Я нервно оглядывалась, одновременно боясь и отчаянно желая его увидеть. Но он так и не появился.
"Может, он и правда просто пошутил насчет завтрака?" - с разочарованием подумала я, ковыряя вилкой омлет. От этой мысли стало почему-то обидно. Хотя чему обижаться? Сама же его выставила.
Когда мы вернулись в бунгало, чтобы переодеться для морской прогулки, я заметила две вещи.
Глава 4
Во-первых, на двери стояла новенькая, блестящая щеколда. А во-вторых, на моей подушке лежал один-единственный белый цветок и маленькая записка, написанная твердым, уверенным почерком:
"Свое обещание я выполнил. Теперь ваша очередь. Жду на завтрак. Терраса у скал, через 15 минут".
Подписи не было. Но она и не требовалась.
Я смотрела на записку, и сердце колотилось, как бешеное.
- Ну что там? - полюбопытствовала Лена, заглядывая мне через плечо.
Увидев записку, она присвистнула.
- Терраса у скал, это же самая уединенная и романтичная часть курорта! Он не просто на завтрак тебя зовет, он свидание назначил! Идешь?
- Я не знаю… - пробормотала я.
- Даже не думай отказываться! - отрезала Лена. - Ты должна пойти. Хотя бы для того, чтобы расставить все точки над и. И надень вот это.
Она вытащила из моего чемодана легкое летящее белое платье-сарафан, которое я брала для вечеринки. Пришлось послушно натянуть свой светлый бежевый слитный купальник, чтобы он не просвечивал сквозь тонкую ткань - мы ведь всё равно собирались на яхту, - а уже сверху накинуть предложенный Леной наряд.
Пятнадцать минут спустя, с колотящимся сердцем, я подошла к уединенной террасе. Она была скрыта от посторонних глаз скалами и пышной зеленью. Карпов сидел за столиком на двоих, накрытым к завтраку. На нем была простая белая рубашка и светлые льняные брюки. Увидев меня, он поднялся.
- Я рад, что вы пришли, Ольга.
- У меня не было выбора, - холодно ответила я, садясь на стул. - Вы починили щеколду только для того, чтобы снова меня шантажировать?
Он усмехнулся.
- Я предпочитаю слово "мотивировать". - Он подозвал официанта и заказал нам кофе. - Я хотел нормально извиниться за утренний инцидент. Усталость после перелёта, джетлаг и пара бокалов виски с Валерой сыграли злую шутку. Я действительно перепутал бунгало.
- А табличка с именами вас не смутила? - язвительно поинтересовалась я.
- В темноте? Нет. Но, признаюсь, просыпаться в вашей кровати мне понравилось гораздо больше, - его взгляд стал серьёзным, и от этого тяжёлого, проницательного взгляда у меня по спине побежали мурашки. - Возможно, моё подсознание просто знало, куда идти. Мы не закончили разговор, Ольга.
И тут, словно сама природа решила подыграть этому безумию, небо стремительно затянуло свинцовыми тучами. Тропический ливень обрушился на остров с первобытной яростью - глухая, непроницаемая стена воды вмиг отрезала нас от остального мира. За какие-то жалкие секунды терраса скрылась под потоками дождя.
- Быстрее, сюда! - сквозь шум бури крикнул Карпов.
Его большие, сильные пальцы властно обхватили мое запястье. От этого неожиданного, горячего прикосновения по коже пронеслась тысяча искр, затмив даже холодные капли дождя. Я не успела опомниться, как он потянул меня за собой, увлекая под спасительный навес небольшого служебного павильона.
Мы оказались заперты в тесном, полутемном пространстве, до краев наполненном густым запахом мокрого дерева, электрического озона и его горьковатого, сводящего с ума парфюма.
- Похоже, мы здесь надолго, - его голос прозвучал низко и бархатисто, вибрируя где-то у меня внутри. Он так и не выпустил мою руку.
- Отпустите... - попыталась выдохнуть я, но голос предательски дрогнул.
- Нет, - твердо, но поразительно мягко ответил Карпов. - Теперь ты от меня никуда не сбежишь.
Он медленно потянул меня к себе, заставляя повернуться. Я вскинула голову. В полумраке его глаза казались почти черными.
- Чего вы от меня хотите? - я сглотнула вязкий ком в горле.
Он молчал несколько долгих секунд, внимательно изучая мое лицо, а потом произнес:
- Я хочу узнать тебя настоящую. Не ту послушную девочку, что сейчас так очаровательно дрожит перед своим начальством. А ту чертовку, которая посмела выставить меня за дверь, дав на это жалкие десять секунд.
Он наклонился так близко, что его дыхание обожгло мою щеку. Я замерла, перестав дышать. Каждое нервное окончание в моем теле натянулось до предела, томясь в пугающем ожидании.
- Я не хочу быть... просто вашим развлечением на неделю, - из последних сил прошептала я, судорожно пытаясь удержаться за ускользающие остатки гордости.
- А кто тебе сказал, что мне хватит недели? - хрипло выдохнул он прямо мне в губы. Расстояние между нами сократилось до немыслимого миллиметра.
И тут прямо над головой оглушительно раскололся гром. Я инстинктивно вздрогнула от испуга и подалась вперед. Его горячая, сильная ладонь тут же легла мне на поясницу, собственническим жестом впечатывая в себя, отрезая все пути к отступлению.
И в следующую секунду его губы властно и жадно накрыли мои.
Это не было робким, осторожным касанием. Это было абсолютное заявление прав. Горячий, требовательный поцелуй, от которого у меня мгновенно подкосились колени. На какую-то жалкую долю секунды мое тело предало меня - разум затуманился от его запаха, а руки сами потянулись к его плечам, отвечая на этот обжигающий напор.
Но тут же в голове вспыхнула красная лампочка, подбросив жестокое и логичное осознание. Я ведь только вчера выиграла этот дурацкий конкурс красоты.
"Я для него просто трофей. Красивая кукла в блестящей короне, статусная галочка для скучающего миллиардера, который решил развлечься на курорте с новой "Мисс компании"!"
Волна жгучего возмущения и уязвленной гордости отрезвила меня похлеще ледяной воды. Я с силой уперлась дрожащими ладонями…
Карпов, явно не ожидавший такого отпора, разжал руки. Я отшатнулась назад, едва не выскочив под ливень. Моя грудь тяжело вздымалась, губы горели огнем, но я упрямо вздернула подбородок, глядя прямо в его потемневшие, ошеломленные глаза.
- Если вы привыкли, Виктор Петрович, что подчиненные падают вам в объятия по первому требованию, то вы ошиблись бунгало! - отчеканила я, стараясь унять предательскую дрожь в голосе.
Его брови медленно поползли вверх, а на губах заиграла опасная, ледяная полуулыбка. Взгляд стал острым, как бритва.
- Ольга... - обманчиво мягко начал он, делая плавный шаг ко мне.
- Нет! - я выставила руку вперед, останавливая его, и сама сделала шаг назад, прямо под холодные брызги дождя. - Я не ваше развлечение на неделю. И я не участвую в корпоративных играх с боссом. Оставьте меня в покое.
Вдали, со стороны пирса, послышался длинный гудок яхты, созывающий гостей.
Карпов даже не шелохнулся, лишь недовольно поморщился, словно этот звук был назойливой мухой, посмевшей прервать его разговор. - Пусть гудят, - спокойно, с ленивой уверенностью хозяина жизни произнес он. - Без меня они всё равно никуда не уйдут.
- Зато я уйду, - отчеканила я.
Этот звук стал моим спасением. Я круто развернулась и, не оглядываясь, бросилась бежать по мокрой дорожке прочь от павильона, унося с собой пылающие щеки и колотящееся о ребра сердце.
Глава 5
Я чувствовала спиной его тяжелый, немигающий взгляд. Он не бросился вдогонку. Но я точно знала - этот мужчина не привык проигрывать.
У пирса нас ждала огромная 70-метровая суперяхта со стремительным, футуристичным профилем. На её сверкающем борту элегантными золотыми буквами было выведено имя — «Лидия». Я невольно зацепилась взглядом за надпись. Странное, простое женское имя для такой махины. Ожидаешь увидеть что-то вроде "Принцессы Океана", а тут... В честь кого интересно он её назвал?
Вокруг суетились коллеги: девчонки из маркетинга делали бесконечные селфи на фоне лазурной воды, руководители отделов о чем-то переговаривались, попивая утренний фреш.
- Любимова, ну наконец-то! - ко мне тут же подлетела Лена, размахивая ярким парео. - Я уже думала, вас там с Карповым этим ливнем прямо в океан смыло! Ну рассказывай, как прошло свидание? - она хитро прищурилась, сканируя меня пристальным взглядом. - Ого... Да ты какая-то растрепанная. И щеки горят. Ну-ка колись!
Я судорожно выдохнула, пытаясь унять колотящееся сердце, и нервно поправила лямку сарафана, молясь, чтобы подруга не заметила мои припухшие губы.
- Я его отшила, Лен, - выпалила я, стараясь перекрывать шум начинающей гудеть толпы.
У Лены округлились глаза. Она замерла с приоткрытым ртом. - В смысле отшила? Снова?! Оля, ты бессмертная?
- Мы попали под дождь, пришлось прятаться под навесом, - я передернула плечами, вспоминая жар его тела и собственнический захват. - Он решил, что если мы наедине, то я тут же растаю и паду к его ногам. А я ясно дала понять, что не собираюсь быть его развлечением на неделю. Развернулась и ушла. Прямо под ливень.
- И что он? - ахнула Лена, явно разрываясь между ужасом за мою карьеру и диким восхищением. - Кричал? Угрожал уволить?
- Сказал, что без него яхта всё равно никуда не уйдет, - процедила я.
- Ну ты даешь, подруга... - завороженно протянула Лена, но допрашивать не стала, потому что на трапе появился Валерий Сергеевич и приветственно помахал ей рукой. - Ладно, потом всё расскажешь во всех горячих подробностях. Идем занимать лучшие шезлонги на верхней палубе!
Яхта мягко покачивалась на бирюзовых волнах, разрезая носом легкую пену. Ветер трепал мои волосы, солнце приятно согревало кожу, но я не могла расслабиться. Я то и дело украдкой бросала взгляды на пирс, ожидая появления Карпова, и гадала, уволят ли меня прямо сегодня или подождут до возвращения в Москву.
Он поднялся на борт самым последним, буквально за минуту до отплытия. В темных очках-авиаторах, свежей белоснежной рубашке навыпуск и легких шортах, он выглядел безупречно - расслабленный, недосягаемый и чертовски красивый. Проходя мимо нашей компании, он скользнул по мне совершенно равнодушным, ничего не выражающим взглядом, ни единым мускулом не выдав того пожара, что бушевал между нами всего пятнадцать минут назад.
У меня внутри всё неприятно сжалось. Одно дело - самой отшить его и гордо уйти, и совсем другое - видеть, как легко он принял этот отказ. Словно я для него вообще ничего не значила! Его показной холод резанул по живому.
- Дыши, - Лена ткнула меня локтем в бок, не отрывая взгляда от своего Валеры. - А то посинеешь от напряжения.
- Я дышу, - огрызнулась я.
В этот самый момент к Карпову, который стоял у борта и смотрел вдаль, уверенной, кошачьей походкой направилась Алёна из отдела маркетинга. Та самая длинноногая блондинка, которая на конкурсе заняла третье место. На ней было микроскопическое бикини, щедро расшитое стразами, и абсолютно прозрачная накидка, которая скорее подчеркивала её идеальные формы, чем скрывала их.
Алёна подошла к Виктору почти вплотную, томно оперлась локтем о перила рядом с ним и, ослепительно улыбаясь, что-то заворковала, слегка наклоняясь вперед, чтобы продемонстрировать глубокое декольте. Карпов не отодвинулся. Он чуть повернул голову, снял очки и ответил ей с легкой, откровенно заинтересованной полуулыбкой.
Мои ногти больно впились в ладони. Воздух вдруг стал каким-то тяжелым и вязким.
"Я хочу узнать тебя настоящую", - прозвучал в голове его хриплый шепот из павильона. А теперь он стоит и с улыбкой слушает эту расфуфыренную куклу, позволяя ей тереться о его плечо! И делает это явно напоказ, чтобы наказать меня за строптивость!
- Вот стерва, - процедила сквозь зубы Лена, проследив за моим потемневшим взглядом. - Прямо на абордаж берет. Оль, ты чего застыла? Иди и покажи, кто тут королева! Разберись с ней!
- Еще чего, - мой голос дрогнул от с трудом сдерживаемой обиды и злости, но я упрямо вскинула подбородок. - Я не собираюсь ни с кем соревноваться. Тем более за мужчину, которому, похоже, совершенно всё равно, с кем флиртовать.
Я резко развернулась и пошла прочь от борта, направляясь в сторону бара. Внутри всё кипело от едкой злости - и на этого наглого циника, и, что ещё хуже, на саму себя. Как я вообще могла позволить ему себя поцеловать?! Почему моё глупое тело предательски обмякло в его руках, стоило ему только прикоснуться к моим губам? От одной мысли о собственной минутной слабости в павильоне щеки снова начинали гореть от стыда. Ну уж нет. Больше я не поддамся на эти уловки. Если Виктор Карпов думает, что после того, как я его отшила, я буду преданно страдать в сторонке и ревновать, пока он развлекается с другими, то он крупно ошибается.
Игра так игра. Посмотрим, кому она быстрее надоест.
Глава 6
Я протиснулась к барной стойке, стараясь не обращать внимания на взрывы смеха, доносящиеся с той стороны палубы. Там Алёна продолжала свой спектакль одного актера перед нашим неприступным боссом.
- Апельсиновый сок со льдом, пожалуйста, - попросила я бармена, чувствуя, как от злости дрожат руки.
- С таким решительным видом обычно заказывают текилу. И желательно двойную, - раздался вдруг рядом приятный, с легкой хрипотцой мужской голос.
Я резко повернула голову. На соседнем барном стуле сидел мужчина. Загорелый, светловолосый, с невероятно яркими, смеющимися глазами цвета моря. На нем была белоснежная рубашка с расстегнутым воротом, открывающим крепкую шею, и темно-синие брюки. В его позе читалась абсолютная, почти кошачья расслабленность, которая разительно контрастировала с той тяжелой, подавляющей аурой, что всегда окружала Карпова.
- Сок безопаснее, - буркнула я, забирая у бармена запотевший стакан. - От текилы можно совершить ошибки, о которых потом придется жалеть.
- Ошибки - это самое интересное в жизни, - философски заметил незнакомец, сверкнув обаятельной улыбкой. - Я Марк, кстати. Капитан этого прекрасного судна.
- Оля. Рядовой бухгалтер, - представилась я, невольно отвечая на его улыбку. От Марка исходило такое обезоруживающее спокойствие, что моя внутренняя пружина, натянутая до предела после стычки в павильоне, вдруг немного ослабла.
- Не похожи вы на рядового бухгалтера, Оля. Скорее на сбежавшую принцессу, которой смертельно наскучил этот праздник жизни. - Марк кивнул в сторону разговаривающей толпы. - Хотите покажу место, куда не ступает нога шумных маркетологов и суровых начальников? Капитанский мостик - лучшая обзорная точка на яхте.
Я бросила короткий взгляд на палубу. Карпов по-прежнему стоял там, слушая Алёну. И в этот самый момент, словно почувствовав мой взгляд, он медленно повернул голову. Наши глаза встретились. На долю секунды мне показалось, что воздух между нами заискрил, а его челюсти упрямо сжались.
- С удовольствием, Марк, - громко и отчетливо произнесла я, демонстративно отворачиваясь от босса. - Ведите.
Марк галантно предложил мне локоть, и мы поднялись по узкой винтовой лестнице.
Когда Марк открыл передо мной дверь, я буквально замерла на пороге. После липкой тропической жары и грохочущей музыки на палубе, капитанский мостик этой суперяхты показался мне порталом в совершенно другое измерение. Здесь царила благословенная тишина и приятная, почти хрустальная прохлада от бесшумных скрытых кондиционеров.
Я робко огляделась, чувствуя себя так, словно попала на капитанский мостик космического корабля, а не судна. Никаких привычных деревянных штурвалов из старых фильмов - только гладкие футуристичные панели из темного стекла, россыпь мерцающих сенсоров, идеальная отделка из ценных пород дерева и дурманящий запах дорогой матовой кожи, которой были обтянуты массивные кресла. Каждая деталь, каждый сантиметр этого пространства кричали о запредельном, недосягаемом богатстве Карпова.
Но главное - это вид. Огромные, изогнутые полукругом панорамные окна словно стирали грань между нами и внешним миром. Сквозь это безупречно чистое стекло открывался совершенно сумасшедший, гипнотический пейзаж: бескрайний бирюзовый океан, искрящийся под тропическим солнцем, который сливался на горизонте с небом. От этого ослепительного простора и ощущения полета над водой у меня просто захватило дух, и на какую-то секунду я вообще забыла обо всех своих тревогах.
- Располагайтесь, - Марк указал на удобное кожаное кресло рядом с приборной панелью. - Как вам Мальдивы?
- Прекрасно. Если бы не некоторые... рабочие моменты, - вздохнула я.
Я осторожно опустилась в массивное кресло. Оно оказалось удивительно удобным, словно подстроилось под изгибы моего тела. От гладкой, прохладной кожи пахло дороговизной и новизной - яхта явно была совсем новой. Я откинулась на спинку, чувствуя себя непозволительно уютно в этом коконе чужой роскоши, и сделала спасительный глоток ледяного сока.
Марк понимающе усмехнулся, ловко подкручивая какой-то тумблер на панели.
- Рабочие моменты в виде Виктора Петровича?
Я поперхнулась.
- Это так заметно?
- Скажем так, у Карпова сейчас такой вид, будто он готов торпедировать собственную яхту, - рассмеялся Марк, опираясь бедром о панель управления. - Вы первая девушка на моей памяти, которая предпочла общество скромного капитана вниманию великого и ужасного основателя "Карпов Групп".
- Я просто не участвую в гареме, - фыркнула я, чувствуя, как щеки снова заливает румянец. - Пусть Алёна с ним развлекается. Ей явно больше нужен этот... карьерный рост.
- Алёна - это пустышка, - отмахнулся Марк, бросив на меня удивительно проницательный взгляд. - Вите такие быстро наскучивают. Ему нужна та, кто не побоится бросить вызов. Та, что выставит его за дверь, если он перейдет черту.
Я замерла, едва не выронив стакан. Откуда простой капитан так хорошо знает вкусы нашего миллиардера? Да еще и называет его по имени?
Я хотела задать этот вопрос, но не успела.
Дверь на мостик резко распахнулась, с грохотом ударившись о переборку. В дверном проеме возникла высокая, знакомая фигура.
Глава 7
На пороге стоял Карпов. Вся его показная расслабленность исчезла без следа. Сейчас он напоминал разъяренного хищника, который выследил того, кто посмел посягнуть на его территорию. Темные глаза метали молнии, губы были сжаты в тонкую, жестокую линию, а грудь тяжело вздымалась.
- Какого черта здесь происходит? - его голос прозвучал тихо, но в этой тишине было столько первобытной угрозы, что у меня по спине пробежал мороз.
Я инстинктивно вжалась в кресло, ожидая, что сейчас разразится буря и бедного капитана уволят с волчьим билетом прямо посреди океана. Но Марк... Марк лишь лениво повернулся к вошедшему боссу и лучезарно улыбнулся.
- Экскурсия для самых красивых пассажирок, босс. Показываю устройство радаров. Присоединишься?
Я замерла, не веря своим ушам. Этот капитан точно сумасшедший! Так дерзко улыбаться Карпову?
Виктор сделал несколько тяжелых, чеканных шагов и остановился прямо напротив меня, полностью игнорируя Марка. Он оперся руками о подлокотники моего кресла, нависая надо мной, запертой в ловушке его мощного, горячего тела. Его терпкий аромат мгновенно заполнил всё пространство, вытесняя запах морской соли.
- Тебе не интересны радары, Ольга, - процедил он, глядя мне прямо в губы темным, потяжелевшим взглядом. - И экскурсии тоже.
- Откуда вам знать, что мне интересно, Виктор Петрович? - я изо всех сил старалась, чтобы голос звучал ровно, хотя сердце бешено колотилось в груди. - Вы были слишком заняты Алёной, чтобы заметить моё отсутствие.
- Ревнуешь? - уголок его губ дрогнул в победной, хищной ухмылке.
- Мечтайте! - я уперлась ладонями в его каменную грудь, пытаясь отодвинуть, но это было всё равно что толкать скалу. Под тонкой тканью рубашки бугрились литые мышцы.
- Марк, - не оборачиваясь и не сдвинувшись ни на миллиметр, бросил Карпов. - Оставь нас.
Я в панике посмотрела на капитана. Пожалуйста, не уходи! Не оставляй меня с ним один на один!
Но Марк, к моему полному изумлению, не бросился выполнять приказ с извинениями. Он скрестил руки на груди и с насмешливым прищуром посмотрел на разъяренного босса.
- Напоминаю, капитан здесь я, - спокойно и с вызовом произнес Марк. - И по морским законам я решаю, кто находится на мостике. А девушка, кажется, не горит желанием оставаться с тобой наедине.
Карпов медленно, очень медленно выпрямился и повернулся к капитану. Воздух на мостике сгустился так, что его можно было резать ножом. Два сильных, уверенных в себе мужчины смотрели друг на друга, словно сойдясь в невидимом поединке. Я затаила дыхание, ожидая взрыва.
- Не доводи меня, - тихо, с убийственной угрозой произнес Карпов. - Ты знаешь, я могу вышвырнуть тебя за борт прямо сейчас.
- Попробуй, - усмехнулся Марк, ни на миллиметр не отступив перед разгневанным миллиардером. - Только кто яхту поведет, ты? С твоим маниакальным контролем мы прямо в первый же риф врежемся.
Я смотрела на них широко распахнутыми глазами. Что за дикая субординация? Почему Карпов терпит такую неслыханную дерзость от наемного работника? Любого другого он бы уже стер в порошок одним взглядом!
Виктор резко шагнул к штурвалу, грубо отстранив Марка плечом.
- Я сам поведу. А ты свободен.
- Как скажешь, Витя. Как скажешь, - Марк примирительно поднял руки вверх, но в его глазах плясали откровенно веселые черти. Он направился к выходу, но у двери обернулся и подмигнул мне: - Если этот деспот начнет буйствовать, кричите, Оля. Я приду на помощь.
И тяжелая дубовая дверь за ним мягко закрылась.
Мы остались вдвоем. Только я, мое оглушительно колотящееся сердце в абсолютной тишине мостика и разъяренный миллиардер, чьи костяшки пальцев побелели от напряжения, когда он властно сжал штурвал своей яхты.
Молчание затягивалось, становясь невыносимо тяжелым, словно грозовая туча, готовая вот-вот разразиться молниями. Я сидела в кресле, боясь пошевелиться, и неотрывно смотрела на широкую спину Карпова. Он управлял яхтой уверенно, его движения были скупыми и точными, но в каждом развороте плеч сквозила сдерживаемая ярость.
- Зачем ты пошла с ним? - наконец нарушил тишину его низкий, рокочущий голос. Он даже не повернулся ко мне, продолжая смотреть на линию горизонта.
- С кем? С капитаном? - я нервно сглотнула, заставляя себя звучать непринужденно. - Он оказался приятным собеседником. В отличие от некоторых, он не ломает замки на моих дверях и не пытается загнать меня в угол.
Карпов резко крутанул штурвал, и яхта заложила крутой вираж. Я еле успела вцепиться в подлокотники кресла, чтобы не вылететь на пол.
- Осторожнее! Вы нас перевернете! - вскрикнула я.
- Не переверну, - холодно отозвался он. - Я всегда контролирую ситуацию.
Он наконец переключил управление на автопилот и медленно развернулся ко мне. В его потемневших глазах читалась такая собственническая ярость, что мне захотелось вжаться в спинку кресла и слиться с кожей обивки.
- Ты сбежала от меня под ливнем, гордо заявив, что не хочешь быть развлечением, - он начал медленно наступать на меня, шаг за шагом сокращая расстояние. - А через час я вижу, как ты мило воркуешь с другим мужчиной. Ты играешь со мной, Любимова?
- Я с вами не играю! - возмутилась я, вскакивая на ноги, чтобы не оказаться снова зажатой в кресле. Но это была плохая идея. Теперь мы стояли лицом к лицу, и мне приходилось задирать голову, чтобы смотреть в его глаза. - Это вы играете! Я видела вас с Алёной. Вы же сами ей улыбались! Позволяли ей вешаться вам на шею на глазах у всех, словно вам это доставляет огромное удовольствие!
Слова вылетели прежде, чем я успела прикусить язык. Я в ужасе замерла, осознав, как жалко и обиженно это прозвучало.
Карпов вдруг остановился. Вспышка первобытной ярости в его глазах мгновенно погасла, уступив место чему-то куда более опасному - темному, обжигающему торжеством. На его жестком лице медленно расцвела победная, хищная полуулыбка, от которой у меня внутри всё перевернулось.
- Так вот в чем дело, - его голос упал до низкого, вибрирующего шепота, который скользнул по моей коже горячим бархатом. Он сделал еще один плавный шаг вперед, окончательно загоняя меня в ловушку между своим мощным телом и приборной панелью. - Моя строптивая девочка просто приревновала.
- Ничего подобного! - я отчаянно вздернула подбородок, чувствуя, как пылают щеки. - Мне абсолютно всё равно, с кем вы проводите время! И вообще, - я лихорадочно попыталась сменить тему, - кто этот капитан такой, что смеет так с вами разговаривать? А вы... вы, который увольняете людей за косой взгляд, просто позволяете ему вам хамить!
Карпов тихо рассмеялся. В этом смехе не было веселости, только искренняя снисходительность. Он поднял руку и костяшками пальцев невесомо провел по моей пылающей щеке. Я вздрогнула от этого контраста: жесткий, властный мужчина и такое нежное, почти трепетное прикосновение.
- Марк - это отдельная заноза в моей заднице. Исключение из правил, которое тебе пока не стоит пытаться понять, - хрипло ответил он, не отрывая взгляда от моих губ. - Но мы сейчас говорим не о Марке, Оля. Мы говорим о том, что ты убегаешь от меня при любой возможности, а потом сходишь с ума, когда рядом со мной оказывается другая.
- Я не...
Договорить он мне не дал. Рация на приборной панели вдруг ожила, разразившись громким треском и голосом одного из матросов: - Капитан, мы подходим к рифам. Бросаем якорь?
Глава 8
Карпов недовольно скрипнул зубами, словно его вырвали из транса, и убрал руку от моего лица. Нажав кнопку на рации, он коротко бросил: - Бросайте. Капитан сейчас спустится.
Он окинул меня долгим, тяжелым взглядом, в котором ясно читалось невысказанное обещание: "Мы продолжим этот разговор", и, круто развернувшись, вышел с мостика. Я обессиленно оперлась о панель, судорожно втягивая в легкие прохладный воздух. Этот мужчина сводил меня с ума.
Яхта бросила якорь в невероятно красивой лагуне. Вода здесь была настолько прозрачной, что с верхней палубы виднелись пестрые стайки рыб и коралловые заросли.
Когда я спустилась вниз, праздник был в самом разгаре. Играла ритмичная музыка, коллеги с визгом прыгали с борта в теплую воду, кто-то вооружился масками для снорклинга. Лена, уже щеголяющая в ярком бикини, тут же перехватила меня и потащила к свободным шезлонгам.
- Олька, ты где пропадала? Я уж думала объявлять спасательную операцию! - она критично оглядела мое лицо, пока я стягивала через голову свой белый сарафан, оставаясь в закрытом бежевом купальнике. - Так, всё понятно. Опять искры летели? Валера сказал, что Витя пошел разносить капитанский мостик.
- Мы просто... обменялись мнениями, - уклончиво ответила я, аккуратно складывая сарафан на спинку шезлонга и совершенно не желая вдаваться в подробности того, как Карпов загонял меня в угол.
- Ну-ну. Смотри, твой босс-деспот, - Лена кивнула в сторону носа яхты.
Виктор стоял у поручней в одних плавательных шортах. Мое сердце предательски екнуло. У него было тело античного бога - широкие плечи, рельефные мышцы, кубики пресса и кожа, покрытая легким золотистым загаром. В отличие от остальных, он не суетился, а просто смотрел на воду с тем же ледяным спокойствием, с каким, должно быть, уничтожал конкурентов на деловых переговорах.
Я заставила себя отвернуться, надела маску для снорклинга, и с разбегу прыгнула в воду следом за Леной.
Прохладный океан мгновенно остудил разгоряченные мысли. Мы плавали около часа, дурачились, разглядывали кораллы и на время я почти забыла о нависшем надо мной напряжении.
Но стоило нам подняться на борт, как реальность ударила наотмашь.
Мы с Леной насухо вытерлись пушистыми полотенцами, и я поспешила снова натянуть свой легкий белый сарафан. Официанты уже начали разносить прохладительные напитки и легкие закуски. Я стояла у бортика, всё ещё промокая мокрые кончики волос полотенцем, когда ко мне подошла Алёна. В одной руке она держала бокал с кроваво-красным вином, а в её глазах плескалась такая неприкрытая ядовитая злоба, что я невольно напряглась.
— Знаешь, Любимова, — громко, так, чтобы услышали стоящие рядом коллеги, начала она, — я всё думала, как такая серая мышка из бухгалтерии могла обойти нас всех на конкурсе? А сегодня утром пазл сложился.
Разговоры вокруг нас начали стихать. Люди оборачивались. Лена напряглась и сделала шаг ко мне, но я остановила её жестом.
— О чем ты, Алёна? — холодно спросила я.
— Да ладно, Любимова, — она растянула губы в издевательской усмешке. — Строишь из себя недотрогу, а сама сегодня утром провожала Виктора Петровича из своего номера. Я всё видела.
Мои щеки вспыхнули от унижения. Толпа коллег зашушукалась.
— Ты несешь бред, — процедила я, стараясь держать лицо, хотя внутри всё тряслось от обиды. — Ничего не было.
— Да ну? — Алёна картинно взмахнула рукой. — Ой!
Она сделала нарочито неловкое движение, и всё содержимое её бокала выплеснулось прямо на мой белоснежный сарафан. Огромное красное пятно мгновенно расползлось по тонкой светлой ткани на груди, словно кровь, намертво въедаясь в волокна.
— Какая незадача, — фальшиво протянула Алёна. — Но тебе не привыкать отмываться, верно? Впрочем, Виктор Петрович не любит дешевок. Мы-то с ним давно знакомы, я знаю, о чем говорю. Ты для него — забава на пару дней.
Я стояла, задохнувшись от возмущения, не зная, броситься ли на неё с кулаками или расплакаться прямо здесь, на глазах у всего офиса. Мой красивый наряд был безнадежно испорчен, как и моя репутация.
Но ответить я не успела.
— Что здесь происходит?
Глава 9
Этот голос, тихий, но пропитанный абсолютной, уничтожающей властью, ударил по толпе, словно хлыст. Все расступились, образуя коридор. Карпов шел к нам, и от его вида мороз пробирал по коже. Он уже надел рубашку, но не застегнул её. Взгляд его темных глаз был прикован к красному пятну на моем платье, а затем медленно поднялся к побелевшему лицу Алёны.
Алёна моментально сменила тон. Её надменная ухмылка трансформировалась в испуганно-кокетливую улыбку.
- Ой, Виктор Петрович... Тут такая неловкость вышла. Оля случайно налетела на меня, и вино пролилось. Я как раз извинялась...
- Закрой рот, - отрезал Карпов. Это было сказано так ровно и безэмоционально, что Алёна поперхнулась воздухом.
Он подошел вплотную ко мне, достал из кармана чистый белоснежный платок и молча, собственническим жестом промокнул мокрое пятно на моем сарафане. Каждое его движение сквозило такой демонстративной заботой, что коллеги на палубе даже дышать перестали.
Затем он медленно повернулся к Алёне.
- Ты думаешь, я не видел, что ты сделала? - его голос понизился до зловещего шепота. - Ты думаешь, я позволю тебе устраивать дешевые спектакли на моей яхте и оскорблять мою...
Он сделал микроскопическую паузу, но этого хватило, чтобы у меня замерло сердце.
- ...мою сотрудницу? - закончил он с ледяным спокойствием. - Ты уволена, Алёна.
Над палубой повисла звенящая тишина. Слышен был только плеск волн и крик чаек.
Я стояла ни жива ни мертва, чувствуя, как пылают щеки под десятками направленных на меня взглядов. Коллеги поспешно отворачивались, стоило мне поднять глаза, но я физически ощущала их мысли.
По идее, я должна была испытывать триумф - стерва, так жестоко унизившая меня, получила по заслугам. Но вместо этого меня накрыло волной липкого, ледяного ужаса. Я только что своими глазами увидела того самого безжалостного Карпова, о котором шептались в кулуарах нашей корпорации. Человека, который стирает людей в порошок одним негромким словом, даже не повышая голоса.
И эта его крошечная, нарочитая пауза перед словом "сотрудницу". Он не просто защитил - он заклеймил меня. Публично заявил права. Теперь ни один человек в компании не поверит, что я добилась чего-то сама. Для всех я отныне - фаворитка босса, из-за которой увольняют людей.
От этого осознания к горлу подкатил тошнотворный ком. Я обхватила себя руками за плечи, мучительно дрожа то ли от холодного морского ветра, то ли от пережитого шока.
- Что? - Алёна побледнела так, что её загар показался грязным пятном. - Витя... Виктор Петрович, вы шутите? Из-за какого-то пятна? Мы же... у нас же с вами было...
- У нас с тобой ничего не было и быть не могло, - безжалостно припечатал Карпов, размазывая её репутацию в пыль перед всем коллективом. - Твоя расчетная книжка будет ждать тебя в Москве. Катер заберет тебя на берег через пятнадцать минут. Иди собирай вещи.
- Вы не имеете права! - взвизгнула она, теряя остатки самообладания.
- На этой яхте и в этой компании я имею право на всё. Пошла вон с моих глаз.
Алёна, всхлипнув, развернулась и побежала вниз по лестнице. Коллеги поспешно отводили взгляды, делая вид, что их безумно интересует горизонт или пустые бокалы в руках. Никто не хотел попасть под горячую руку разъяренного босса.
Я стояла, дрожа то ли от холодного ветра, то ли от пережитого шока.
- Пойдем, - Карпов властно взял меня за локоть.
- Отпустите, - я попыталась вырваться, чувствуя, как на глаза наворачиваются предательские слезы стыда. - Вы сделали только хуже! Теперь все думают...
- Мне плевать, что они думают, - отчеканил он, не ослабляя хватки. - Пошли вниз, пока ты не простудилась.
Он потащил меня за собой, игнорируя мои слабые попытки сопротивления.
Его пальцы, сомкнувшиеся на моём предплечье, казались раскалёнными стальными тисками. Он не спрашивал, не объяснял — просто властно тащил за собой, и я спотыкалась на каждом шагу, с трудом удерживая равновесие на мягких коврах. Спина Карпова, обтянутая тонкой тканью влажной от морского ветра рубашки, была напряжена так, словно он готовился к броску.
Мы стремительно пересекли главную палубу. Коллеги жались к полукруглой библиотеке с открытым камином, отчаянно делая вид, что их безумно интересуют коктейли и линия горизонта. Никто не посмел поднять глаза, когда Карпов протащил меня через вымощенное мрамором лобби мимо шахты стеклянного лифта.
Оставив позади гостевую зону, он свернул в коридор, уводящий в носовую часть яхты. Здесь начиналось его личное пространство. Возле массивной двустворчатой двери из выбеленного венге с кожаными вставками он на секунду остановился, не глядя ввел код на скрытом замке и втолкнул меня внутрь.
Глава 10
Тяжелая створка захлопнулась с глухим щелчком. Шумоизоляция работала безупречно: гул разрезающего волны яхты, крики чаек и музыка, доносящаяся от бассейна на корме, исчезли в ту же секунду. Наступила та самая звенящая тишина, в которой стук моего сердца был слышен не только мне.
Это была мастер-каюта — гигантские апартаменты, занимавшие всю ширину палубы от борта до борта. Протащив меня через примыкающий личный кабинет, Карпов наконец остановился в самой спальне. Я едва успела заметить огромную кровать размера «кинг-сайз», застеленную идеально белым бельем, панорамные окна, в которых плескался бирюзовый океан, и приглушенный свет из светящихся полос на потолке.
Воздух здесь был прохладным от кондиционеров и густо пропитан его фирменным запахом. И теперь в этом огромном пространстве мы остались абсолютно одни.
Я наконец-то с силой вырвала свою руку из его хватки.
— Вы с ума сошли?! — мой голос сорвался на крик. — Что вы только что наделали?!
Карпов медленно повернулся ко мне. По его лицу было непонятно о чем он думает, только в глубине темных глаз всё ещё полыхали опасные искры.
— Я убрал мусор с моей яхты, — спокойно, даже лениво ответил он, засовывая руки в карманы брюк. — И избавил тебя от общества неадекватной истерички. Ты должна сказать мне спасибо, Оля.
— Спасибо?! — я нервно всплеснула руками, чувствуя, как к горлу подкатывает жгучий ком обиды и унижения. — За то, что вы публично уничтожили мою репутацию? Вы хоть понимаете, как это выглядело со стороны? Эта ваша пауза… Ваше "оскорблять мою… сотрудницу"! Вы заклеймили меня перед всем офисом!
Я задыхалась от слов, которые рвались наружу. Вся моя жизнь, годы упорной учебы, бессонные ночи над бесконечными квартальными отчетами, попытки доказать отцу, что я чего-то стою сама по себе, без чьей-либо протекции… Всё это только что было растоптано одним его властным жестом.
— Теперь каждый человек в компании уверен, что я сплю с боссом! Что я получила корону на конкурсе через постель! Вы...
— Выставили тебя моей любовницей? — его низкий, вибрирующий голос безжалостно разрезал мою истерику.
Он шагнул ко мне, заставляя инстинктивно отступить. Один шаг, второй — пока моя спина не впечаталась в прохладную деревянную панель из светлого дерева. Карпов не остановился. Он подошел вплотную, упираясь ладонями в стену по обе стороны от моего лица, наглухо отрезая любые пути к отступлению.
— Вы уничтожили всё, ради чего я работала! — я вскинула подбородок, пытаясь выдержать его взгляд, но снизу вверх это делать было катастрофически сложно. — Мою репутацию, мое имя...
— Пусть думают, что хотят, — процедил он, склоняясь так близко, что его сбивчивое дыхание обожгло мою щеку. — Мне плевать на компанию. Плевать на этот чертов конкурс и на то, что там шепчут идиоты с бокалами шампанского.
Я глядела в его темные глаза не отрываясь.
— Вы не имели права так со мной поступать, — мой голос предательски дрогнул, превратившись в отчаянный шепот.
— Не имел, — легко согласился Карпов. Жар его тела ощущался сквозь тонкую ткань моего платья, хотя мы даже не соприкасались. — Но если бы я оставил тебя там еще хоть на минуту... Если бы позволил кому-то из этих стервятников и дальше смотреть на тебя так, как они смотрели... клянусь, я бы швырнул кого-нибудь за борт. И поверь, испорченная репутация стала бы твоей наименьшей проблемой.
Он медленно поднял руку. Его пальцы — те самые, что минуту назад безжалостно сжимали мое предплечье, — теперь почти невесомо, пугающе нежно скользнули по моей шее, забираясь под волосы. От этого контраста по по всему телу прошли мурашки, и сердце йокнуло в груди.
— К тому же, — его губы оказались в миллиметре от моих, а голос упал до хриплого полушепота, — они ошибаются только в одном. Ты пока не в моей постели.
Я непроизвольно улыбнулась. Это была нервная, почти сумасшедшая реакция, но в ней крылось и что-то еще — странное, пьянящее осознание того, что этот человек, привыкший подчинять себе целые корпорации, сейчас теряет контроль. Его прорвало из-за банальной, первобытной ревности.
