Цитаты из книги «Шум времени», страница 7

увлекается альпинизмом и лыжами, а его от ощущения предательского снега под лыжами охватывает неукротимый

В детстве он боялся мертвецов: вдруг они поднимутся из могил и утянут его в холодный, черный мрак, где глаза и рот забьются землей. Этот страх мало-помалу отступил, потому что руки живых оказались еще страшнее

Правда, сейчас опять вернулась неопределенность. Неопределенность – это эвфемизм, если не хуже

Судьба. Этим величественным словом просто-напросто обозначается нечто такое, против чего ты бессилен. Когда жизнь объявляет: «А посему…», ты согласно киваешь, полагая, что с тобой говорит судьба

Быть русским человеком – значит быть пессимистом; быть советским человеком – значит быть оптимистом.

Как говорил Чехов, если вам подают кофе, не старайтесь искать в нем пиво.

Он надеялся остаться в тени, но, к своему отчаянию, стал знаменем

Другие смыслили поболее, выражали поддержку и в то же время разочарование. Эти не понимали того простого факта, что в Советском Союзе невозможно сказать правду и после этого остаться в живых. Эти воображали, что знают механизмы Власти, и хотели, чтобы ты с ней боролся, как – по собственному убеждению – боролись бы сами на твоем месте. Иными словами, они хотели крови. Хотели мучеников, чтобы доказать порочность режима. Только вот мучеником пред

раничить искусство конкретной функцией.

Сухощавый, весь на нервах очкарик, из тех, которые слушают, обвешал себя чесночными дольками на нитках