Цитаты из книги «В поисках Аляски», страница 45

Я не смогу тебя запомнить, потому что и не знал.

Я не думаю, что даже миг чудовищной боли кажется «быстрым» тому, кто её испытывает.

— Толстячок, ты не понимаешь, кого ты любишь. Ты любишь ту, которая тебя смешит, смотрит с тобой порнушку, с кем можно выпить вина. А плаксивую стервозную истеричку ты не любишь.

— В чём проблема?

— Нет проблемы. Но всегда есть страдание, Толстячок. Домашка, или малярия, или то, что твой парень живет очень далеко, а рядом лежит хорошенький мальчишка. Страдания испытывают все. И этот вопрос беспокоит и буддистов, и христиан, и мусульман.

Глупо, конечно, скучать по человеку, с которым ты ни фига не ладишь. Но не знаю... Всё же хорошо, когда у тебя есть кто-то, с кем в любой момент можно поругаться.

— Ты можешь и читать и разговаривать одновременно?

— Ну, как правило, нет, но ни эта книга, ни ваш разговор особых интеллектуальных усилий не требуют.

— А мне нравится этот роман.

— Ага, наверняка тебе такое нравится. Большой белый кит — это такая метафора всего. А ты живёшь всякими пафосными метафорами.

— А ты прямо все прочитала, что у тебя в комнате?

Аляска рассмеялась :

— Бог мой, нет, конечно. Только треть, наверное. Но собираюсь прочесть все. Я называю это Библиотекой своей жизни. С самого детства я каждое лето ходила по гаражным распродажам, собирая все книги, которые меня хоть чем-то заинтересовали. Так что в моей жизни не бывает таких моментов, когда почитать нечего. Хотя у меня вообще реально много дел: сигареты, секс, качели. Когда состарюсь и стану занудой, смогу уделять литературе побольше времени.

Я, конечно, совру, если скажу, что стал курильщиком только ради того, чтобы ко мне не приставали комары. Я стал курильщиком, потому что, во-первых, я один сидел на качелях, и, во-вторых, у меня были под рукой сигареты, и, в-третьих, я подумал, что если все курят и не кашляют, то я тоже, чёрт возьми, так могу. Короче говоря, веских причин у меня не было. Так что да, давайте выберем в-четвертых: во всем виноваты насекомые.

Чип не считал нужным раскладывать носки в один ящик, майки — в другой. Он верил в равноправие ящиков и пихал в них всё, что лезло. Моя мама умерла бы, увидев такое.

Такие вещи нельзя оттягивать целую вечность. В какой-то момент пластырь просто необходимо отодрать — больно, но потом всё, и становится лучше.