Читать книгу: «Эксперимент №10»

«Я потерялась где-то между надеждой и отчаянием, прошлым и будущем, там, где ты никогда меня не найдёшь…»

Кин Айко

Пролог

Единственным источником света в лаборатории была лишь полная луна, которая просвечивала сквозь полупрозрачные занавески. В помещении за круглым столом сидели несколько докторов-учёных и профессор Журавлёв, управляющий научным центром иммунологии.

– Что будем делать, профессор? Этот трусливый подонок Нортвес предал нас, – прорычал доктор Лазарев, взволнованно подняв взгляд на Журавлёва.

Все в гробовом молчании ожидали ответа профессора, но тот лишь молча смотрел в середину стола, и напряжённо о чём-то думал. Его блеклые серо-голубые глаза затуманились, а кончики пальцев, скрещивающихся у подбородка, время от времени нервно вздрагивали.

– Хватит с меня этого! – воскликнула Анна Алексеевна, единственная среди присутствующих здесь женщина. Её крашеные белокурые волосы были идеально забраны на затылке в прямой конский хвост, который по неизвестной причине раздражал доктора Лазарева. Поэтому, когда она подала голос, мужчина нервно хмыкнул, смотря с презрением на докторшу.

Хоть Анне Алексеевне был уже 31 год, ни детей, ни мужа у неё не было. Всю свою сознательную жизнь, она подарила науке. Женщина уже давно знала профессора Журавлёва, ещё со времён университета. Он тогда проводил у них лекции по «иммунологии». С тех пор Журавлёв всегда был примером для неё, и не только. Умный, холодный, расчётливый, невозмутимый и хладнокровный. Таким он всегда был в её глазах.

– Профессор, сколько можно думать? – хоть Анна Алексеевна и уважала его, иногда он мог вывести её из себя. Из-за этого она часто корила себя за свою несдержанность.

– Молчать, женщина! – послышался скрипучий, но уверенный голос.

– Доктор Никитин, я всегда знала, что вы сексист, но проблему нужно решать сейчас же! Иначе, потом будет уже поздно, – не менее уверенно процедила сквозь зубы Анна Алексеевна.

– Вы не видите? Профессор сейчас, как раз думает над этим, а вы ему мешаете!

– Да, как вы смеете разговаривать со мной в таком тоне?!…

Она собиралась ещё что-то сказать, но не успела. Журавлёв ударил кулаком по столу. Его терпение лопнуло.

– Заткнитесь вы оба! Мешаете мне думать.

Женщина взволнованно посмотрела на Журавлёва.

– Но, профессор… Что же нам делать… – еле слышно пролепетала она.

«Никому не выходить из здания! Вы окружены!» проорал полицейский в громкоговоритель, а из окна послышались звуки сирены, и лабораторию поочерёдно стали освещать красные и синие лучи света. Доктора уже начали суетиться, но Журавлёв поднял правую руку вверх, призывая остановиться. Он прекрасно понимал, что никто сейчас не сбежит и делать нечего, так что лучше будет просто всем успокоиться. Они знали, что он прав, но не могли смириться с этим. Анна Алексеевна присела на колени, и обхватила себя руками пытаясь унять дрожь. Некоторые из остальных докторов хотели последовать её примеру, но мужественность не давала им этого сделать.

Арка I

2017 год

1 Эпидемия. Агата Белякова

21 апреля.

Такое чувство, будто они следят за мной. Эти глаза, я вижу их везде. Тёмные руки, багряные пальцы… они тянутся ко мне. Я не могу ни о чём думать, мною овладел парализующий ужас, пробирающийся в каждую клеточку моего тела, в каждый уголочек души. Единственное, что мне хочется это крикнуть «помогите», но я не могла выдавить даже звука.

Голову задела массивная ветка, и по мне прокатилась новая волна боли.

Сколько бы я не бежала, кругом лишь кромешная всепоглощающая тьма. Кажется ещё чуть-чуть, и она засосёт меня в свою пучину полную отчаяния.

– Помогите… – еле слышно выдавила я. – Помогите!

Что-то массивное схватилось за моё плечо и изо всех сил стало раскачивать меня.

– Белякова, у тебя вообще совесть есть?! – послышался знакомый, но неприятный голос. – Белякова, ПОДЪЁМ!!!

После столь внезапного пробуждения, я всё ещё дрожала. Ужас, исходивший из моей головы, не мог покинуть ещё некоторое время. Что это вообще было?

Резко вскинув голову, я увидела перед собой очень недовольное лицо какой-то противной женщины, которую нечаянно можно перепутать с ведьмой, но к счастью (или сожалению), я ошиблась. Это всего-навсего моя учительница. Женщина стояла около моей парты. Внимание класса также было обращено на меня.

– Так, Белякова, спать ты будешь дома, а на математике, позволь уж, учиться, моя «дорогая», – саркастически закончила Татьяна Алексеевна, и вернулась за свой учительский стол. Стоящий у доски Дима внимательно на неё смотрел. Его глаза выражали спокойствие, а вот я была совершенно вся на нервах. Беспорядочно пытаясь хвататься взглядом за предметы реальности, школьную доску, парту, шторы, одноклассников, я успокаивала себя, мол: «Всё хорошо, это всего лишь дурной сон. Не беспокойся девочка, ты должна быть сильной!»

– Татьяна Алексеевна, ну, вы же мне поставите 4, да? Я же, вроде, всё правильно ответил, – улыбнулся Дима.

– У нас сейчас алгебра, а ты, видимо, перепутал её с геометрией, раз приплёл к ответу синус и косинус. Да за такой абсурдный ответ, мне жалко тебе и тройки поставить, честное слово, Дмитрий, – ответила учительница. – Всё, два, садись уже.

Понурый парень вернулся на своё место, на первой парте у окна.

Учительница уткнулась в журнал.

– Эй, Дим, слышь, твоей любимой Ксюшечки сегодня нет, – послышался чей-то шёпот, а затем негромкий смех.

– Завались, урод! – отозвался и так недовольный Дима.

Над Ксенией Вавиловой часто издевались в нашем классе. Из-за того, что она маленького роста и учится на пятёрки, парни между собой называли её «Ботан-гном».

Я судорожно отвернулась к окну. Не люблю я всё это, если честно. Эти мальчишки давно пали в моих глазах. Такие жалкие. Ничтожные. Ущербные. Терпеть не могу парней, которые издеваются над девушками, особенно над их внешностью. Ксюша же не виновата, что носит очки, да и мы в 11 классе, казалось бы, взрослые люди…. Может, это одна из причин, почему у меня нет парня?

Лучше думать о чём-то другом, чем о парнях, например над смыслом жизни, в чём же он? Может быть я странная? Возможно. Но какая разница вообще? Смысл жизни, смысл жизни.… В чём же он? Может быть, в том, чтобы завести семью, таким образом продолжать свой род? А может в том, чтобы развиваться и самосовершенствоваться? Так трудно решить. Хотя, думаю, что у каждого он свой. Так ведь?

– Итак, кого бы мне вызвать к доске с сегодняшним домашним заданием…. Так-с, – взгляд «дьяволицы» беспорядочно бегал по классу и наткнулся на меня. Сердце, казалось, пропустило пару ударов. Говорят, глаза – зеркало души? Если это действительно так, то свою душу эта женщина, скорее всего, продала царю преисподней. – Агата! К доске, пожалуйста.

– А-а, я не готова, – честно созналась я.

– Плохо, девочка моя, плохо, два.

Мне всё равно, эта математика в жизни никогда не пригодится. Какая вообще разница, как я учусь, ведь оценки – не показатель ума.

Чья-то рука коснулась моего плеча, вызвав лёгкую дрожь своей неожиданностью.

– Хэй, Белякова, дай листочек, – повернувшись, я увидела Артёма.

Артём – популярный парень, в которого влюблена половина девушек нашей школы, и… я в том числе, поэтому и вырвала, недолго думая, листочек из своей новой тетради. На прошлый День Святого Валентина, я подарила ему валентинку, а он просто выбросил её в кучу мусора, даже не прочитав. Хотя это неудивительно, у него слишком много открыточек в форме сердца, чтобы читать каждую. Однако, на самом деле, мне было очень обидно, вот даже сейчас вспоминаю, грустно становится. Но ещё не всё потеряно, может быть, когда-нибудь я понравлюсь ему.… Возможно, он не успел прочитать её, так как готовился к своему дню рождения 17 февраля. Мне всегда нравилась эта дата, а у меня, кстати, 17 сентября, мы просто созданы друг для друга.

Прозвенел звонок.

– Не забудьте прочитать 48 параграф и сделать номера со страницы 156 и 157! – громко сказала математичка. – Белякова, подойди ко мне.

– Да?

– Агаточка, девочка моя, – она начала говорить надменным голосом, мне сразу захотелось избежать её общества, – почему ты вчера не была в школе? – она нахмурила свои идеально нарисованные тёмные брови, которые ни капли не подчёркивали её рыжевато-каштановые волосы, забранные на затылке в пучок или, как я люблю говорить, кучу.

– Я неважно себя чувствовала, – соврала я. На самом деле я вчера целый день смотрела ныне популярный исторический сериал и ела очень много пиццы. Это было превосходно.

– А где объяснительная? Справка от врача, записка. А? – высокомерно спросила женщина, приподняв подбородок чуть выше. Её перламутровая персиковая помада переливалась на свету.

По телу прошлась нервная дрожь, и я сделала глубокий вздох. Почему меня отчитывает какая-то женщина средних лет? Почему?! За что?! Что я сделала не так?! Не понимаю! Я начала прерывисто дышать.

– Мама и папа уехали к бабушке в деревню, у них там поминки двоюродного брата дедушки. Поэтому… я сейчас живу одна.

– Хорошо, но чтобы больше такого не повторялось! В следующий раз иди к врачу. Одиннадцатый класс, в конце концов, а ты никак запомнить не можешь, – закончила учительница и вышла из класса.

На вид ей было около 35-ти лет, но стервой она уже была редкостной. Наверняка у неё не было мужика уже давно, а если кто-то и был, то он должен был тут же сбежать, как она открыла рот.

Каждый день, вставая с постели, при этом проспав парочку первых уроков, я развешивала мои фиолетовые шторы и открывала окно. С улицы веяло первым настоящим теплом, май всё приближался и приближался. Это не могло ни радовать, но что-то постоянно не давало мне покоя. Казалось, что всё происходящее со мной вовсе не реальность, но и не сон, словно я прибывала в астрале.

Наконец-то я могу одеваться в лёгкую одежду и не париться по поводу учёбы, ведь она вот-вот закончится. Что же я буду делать дальше, когда закончу школу? Вообще не представляю.

3 мая.

Сегодня я проснулась в особо хорошем настроении и пошла в школу. Ничто не сможет испортить столь чудесный день. Яркое солнце напоминает о приближающемся лете и… экзаменах. Я буду сдавать ЕГЭ по математике, литературе и русскому. По идее нужно бы готовиться, но я успешно стараюсь избегать столь пугающих мыслей, они вызывают у меня тревогу. Конечно, стараюсь учиться, но, честно говоря, у меня это плохо получается.

Направляясь в школу, я повернула за угол, и кто-то с силой влетел прямо в меня. Моё падение оказалось весьма болезненным. Затылком с силой ударилась прямо об твёрдую землюшку. Онемение. Сознание буквально на секунду покинуло меня. А потом появилось ярко-голубое небо, белые облака, словно барашки. Я протянула правую руку вверх, в бесполезной попытке дотянуться до них, у меня не получилось. Вот бы оказаться там, среди барашков, где вечно тепло и хорошо, где поля луга и нет совсем никаких проблем и невзгод. Только успела размечтаться, как дрожащий голос вернул меня в столь суровую реальность.

– Извини…

Я повернула голову в сторону девочки. Она смотрела на меня дикими голубыми глазами, а её маленькие зрачки сильно дрожали.

Незнакомка протянула мне руку, и помогла подняться.

– Спасибо, – я тупо улыбнулась, что не могло не шокировать незнакомку. Сейчас я заметила, что у неё ещё и огромные синяки под глазами, царапины и синяки на лице и руках. Боже, что с ней случилось?

– Ещё раз прости… – девочка, опустив голову, убежала от меня, махнув растрёпанными золотистыми, но грязными волосами.

Странная какая-то. Где-то я её уже видела…. Не помню.

Вечером того же дня, я неспешно поедала запеченные роллы с курицей. Как и любой порядочный анимешник, я отлично умела пользоваться японскими палочками, поэтому аристократично взяв один ролл, предварительно наложив на него остренький васаби, я неспешно макала его в соевый соус, а затем ела. Божественный вкус курицы и остроты, отлично дополнял солоноватый соевый соус. Затем, тщательно прожевав пищу, я закусывала красным имбирём. Это было просто великолепно. После чего, я, наслаждаясь каждой секундой, запивала это апельсиновым соком.

– Я убью их всех! – послышалось из телевизора, что отвлекло меня от еды.

Это был новый сериал в жанре детектив. На самом деле, я больше люблю ужасы, комедии или фэнтези, но мне всегда нравилось пробовать что-то новое.

– У тебя ничего не выйдет! – продолжал телевизор, как мой телефон решил загудеть. Интересно, кто может позвонить в 10 вечера?

Мне пришлось привстать, что вызвало дикий дискомфорт, и я потянулась к моему прекрасному самсунгу.

«Мама» – отображалось на дисплее, и стояла фотография моей мамы с летнего отдыха, когда мы ездили купаться на озеро. Она широко улыбалась своими ровными белоснежными зубами, а на её глазах были солнечные очки в большой оправе, что практически полностью скрывали её круглые, как блюдца тёмно-карие глаза.

– Привет, мам, как жизнь? Как дела, вообще? – спокойно спросила я.

– Привет, Агат, – она всегда так меня называла, объясняя, что так красивее звучит, как драгоценный камень, – У нас с твоим папой всё прекрасно, нам на работе дали отпуск на 4 недели. Мы изначально планировали провести здесь не больше недели, но, Агат, здесь столько дел. Бабушки копают грядки, а мы не можем просто так уехать и оставить их одних. Работы на огороде выше крыши, да и твоему отцу здесь очень нравится. Он ведь всё детство здесь прожил, как ты помнишь.

– Да, – кажется, я знаю, к чему она клонит.

– Агат, мы поживём здесь ещё некоторое время, деньги на карточку я тебе уже перевела, но расходуй их экономно, покупай только всё самое необходимое.

– Хорошо, мамуль.

– Почему ты не захотела поехать с нами? Здесь ведь чистый воздух, природа, что тебе там делать в этом городе?

– Ой, мам, ты же знаешь. У меня столько дел, ЕГЭ ведь на носу, нужно готовиться к нему.

– Готовиться можно и на природе, – начала настаивать она.

– В школу ещё нужно ходить, к поступлению готовиться…

На том конце провода послышался громкий вздох.

– Зная тебя, ты дурака, поди, всё время валяешь.

– Нет, мам, это не так. Вот, – я выключила звук на телевизоре, – прямо сейчас сижу математику делаю. Татьяна Алексеевна нам задала на завтра заданий выше крыши.

– Упрямая, как осёл! – с ноткой раздражения сказала она.

– Мама, я не осёл!

– Оль, ну, ты долго? – послышался на том конце провода голос папы.

– Передавай папе от меня «привет», – сказала я, чувствуя конец диалога.

– Хорошо, пока, спокойной ночи.

Мама скинула трубку, и я облегчённо вздохнула. Каждый наш диалог с ней большое испытание для меня. Эта женщина хочет, чтобы я приехала к ним, но, как я могу пропустить время, когда живу абсолютно одна. Это же безумно тупо! Сейчас у меня есть полная свобода, я могу делать всё, что захочу, и никому ничего не должна, что может быть прекраснее этого?

Хоть, возможно, я должна была расстроиться, что они задерживаются, но мне было очень хорошо: моя свобода и ничегонеделание продолжается! Жалко только, что школу я не могу прогуливать. Даже не могу сесть на липовый больничный.

В последнее время с каждым новым восходом солнца всё больше и больше детей заболевают, что же это такое? Они говорят, что началась эпидемия гриппа, ведь все симптомы налицо: головная боль, повышение температуры, кашель и насморк. Сегодня даже не пришла моя подруга Олеся. Странно всё это, она никогда прежде не болела: всегда отличалась крепким здоровьем.

Придя в школу, я заметила, что в классе находилось ещё меньше человек, чем вчера. Заболело уже десять учеников, а одиннадцать, включая меня, ещё ходят на учёбу. Надеюсь, что мою персону этот вирус обойдёт стороной. Я слишком много прогуливала в последнее время, поэтому лишние пропущенные дни мне ни к чему. Хотя, я никогда в жизни ни чем не болела. Возможно, сейчас вы не совсем понимаете меня? Дело в том, что у нас в школе нельзя прогуливать больше 30% всех уроков. По болезни или по каким-то иным обстоятельствам. Бывают индивидуальные случаи, но я, если честно, прогуливаю около 25-28% каждую четверть, чтобы не было проблем. Но в этом месяце я уже практически израсходовала весь лимит пропусков.

– Здравствуйте, дети, – начала классная. – Как вы уже заметили, по нашему маленькому городу с очень большой скоростью распространяется свиной грипп. Вам нужно обязательно быть настороже, ведь с ним шутки плохи. Все, кто не сделал прививку от гриппа, как вы видите, уже заболели, но это не значит, что вы в полной безопасности и можете расслабиться. Это значит, что вы должны соблюдать меры предосторожности: носить медицинскую маску, как можно чаще мыть руки, и так далее.

Забавно: я не сделала эту чёртову прививку, и не заболела.

4 мая.

На следующий день, я пришла в школу за полчаса до урока. В кабинете меня встретила наша классная – Татьяна Алексеевна, кроме неё никого больше не было.

– Здравствуй, Агаточка, ты сегодня рано, а не как обычно, опаздываешь, – холодно заговорила учительница, и казалось, её пронзающий взгляд обращён прямо в душу, в самое сердце. Она когда-нибудь смотрела на меня так? Наверное, да.

– Зд-дравствуйте, – мой голос немного дрогнул, не ожидала от себя такой неуверенности. Я села за свою парту, которая находилась рядом с окном и посмотрела на улицу, наблюдая за тем, как ветер шелестел молодой зеленью деревьев. Сейчас мне хотелось находиться именно там. Хоть небо и серое, и мир, казалось, погрузился в весеннюю депрессию. Самым странным было то, что людей за окном я почти не видела, лишь за редким исключением.

Буквально через 5 минут в класс стали приходить мои одноклассники, удивлённо смотря в мою сторону. Неужели так удивительно, что я раз в жизни решила прийти в школу раньше всех остальных?

День прошёл более-менее нормально, как и последующие, однако с каждым новым днём приходило всё меньше и меньше людей. В конце концов, заболели даже некоторые учителя, а всю школу (и не только нашу, а все учебные заведения в нашем городе) закрыли на карантин. Но это ещё не самое страшное, также было запрещено выезжать из города или въезжать в него, запретили все общественные мероприятия, где собиралось большое количество людей, а на следующей неделе обещали закрыть все торговые центры, кинотеатры, салоны красоты, тренажёрные залы и всё, всё, всё, кроме продуктовых и аптек. Также перекрыли въезд в город. Похоже, моим родителям придётся задержаться…. Что же это значит?.. Это значит, что началось время ничегонеделания! Даже, несмотря на приближающиеся злосчастные экзамены. По телику говорили, что это какая-то осложнённая форма свиного гриппа и люди не могут её вылечить. Пока что из первых пациентов, которые заболели ещё в конце апреля, погибли 10 человек, никто не выздоравливает. Звучит довольно жутко, но это правда. Родители уже сообщили мне, что пока даже не будут пытаться вернуться обратно домой. Просили меня, чтобы я как можно реже выходила из дома, только по необходимости – за продуктами.

10 мая.

К сожалению, мою феерию разрушил утренний звонок. Солнце пробивалось сквозь щель между фиолетовыми шторами, однако свет не достигал кровати (как обычно он меня будит), а отражался на стене напротив, что говорило о довольно раннем утре. Снаружи слышался птичий свист. Телефон замолчал, и я перевернулась на другой бок, решив вернуться в сладкие объятия Морфея.

Но не тут-то было! Эта противная штука зазвонила снова, но уже более настойчиво.

– Что тебе от меня нужно? – проныла я, закрывая уши подушкой и ещё сильнее закутываясь в одеяло.

– Биип! – получила я в ответ. – БИИИП!!!

– Предатель! – я выпуталась из тёпленького одеяла и подняла телефон. «Владыка Тьмы». – Да? Татьяна Алексеевна? «До-оброе» утро.

Интересно, что от меня нужно этой мерзкой женщине.

– Доброе, милочка, – голос её звучал странно-приглушённо. – Ты заболела?

Какое тебе дело, стерва?!

– Нет, – чтоб не раздражала. Госпади, и она для этого мне позвонила в такую рань?!

– Да? – в её голосе послышалось некоторое удивление. – Приди сегодня в школу в медицинский кабинет. Врач должен взять кровь на анализ всех здоровых учеников. Это очень важно. Хорошо?

Нет! Ты что с дуба рухнула? Чтобы Я, да в свой выходной припёрлась в школу, да по собственной воле? Ни за что!

– А, эм, да, конечно, – согласившись, я завершила звонок и кинула телефон в другой конец комнаты.

Какой кошмар! Мне ещё сегодня придётся топать в эту дебильную школу, чтобы сдать свою родную кровушку. Вампирюги!!! Я поднялась с кровати и стала нервно ходить по комнате, время от времени пиная всё, что попадалось на моём пути. Говорила же я себе, ставь телефон на беззвучный режим, а то и вовсе отключай! Никто и никогда не будет тревожить мой прекрасный сон и заставлять делать «суперважные» дела.

– Позвонить в 5 утра!!! – ради этого замечания я не поленилась посмотреть на часы. – И всё ради того, чтобы пойти в школу в мой заслуженный выходной!

Немного успокоившись, я пошла на кухню, готовить свой фирменный кофе из пакетика за 14 рублей. Позавтракав и приведя себя в порядок, я таки направилась в Мордор, прямиком в лапы к Владыке Тьмы. Надела на себя, что первое попалось под руку: чёрную толстовку, джинсы и кроссовки. На улице практически не было людей. Я дошла до школы и зашла в кабинет медика. Пусто. Ну, прекрасно! Тишина стала давить на меня тяжёлым грузом, а сердце быстро забилось. Как только сзади послышались шаги, сердечко сделало кувырок, а в нос мне уткнулась сладко пахнущая тряпочка.

В глазах начало темнеть, веки потяжелели, будто налившись свинцом. Я стала погружаться во тьму.

2 Прошлое. Рин Нортвес

Толстые ремни стягивали руки и ноги, обездвижив меня. Челка лезла в глаза. Я тяжело дышал. Эта тесная комната словно давила на меня. Эти стены, они как будто потихонечку сжимались, сантиметр за сантиметром. С каждой секундой расстояния становилось всё меньше и меньше, скоро стены сомкнутся и расплющат меня.

Когда я шёл сюда, то должен был предвидеть ту ловушку. Так не должно было всё закончиться. Видимо, это расплата за мою глупость и самоуверенность. Я с силой стиснул зубы.

Дурак. Дурак. Дурак.

Влип, так влип. Я усмехнулся собственной недо-шутке.

Я находился в небольшой комнате. Три на три метра, может больше или меньше, я не знаю. Безжизненные серые стены. Все углы заросли густым слоем паутины. Сверху, прямо надо мной висела огромная лампа. Справа от меня располагался небольшой столик с какими-то склянками и инструментами, напоминающими орудия пыток.

Я ещё раз дернулся, пытаясь высвободиться, но все усилия оказались напрасными. Если честно, уж очень мне не хотелось бы испытывать на себе все девять кругов ада по Данте, которые приготовил специально для меня профессор Журавлёв.

Из-за двери послышался топот приближающихся шагов, затем звук отпирающегося замка. На лбу выступил холодный пот.

Дверь скрипнула, и на пороге возник силуэт низкого и объёмного человека. В руках он держал тёмно-синюю папку с бумагами. Его маленькие круглые очки чуть опустились, соскользнув прямо до кончика носа-картошки, а живот внушительных размеров даже не скрывал его белый халат.

– Так, так, так… – проскрипел мужчина. – Кто же у нас здесь? – он внимательно изучал содержимое папки. – Эксперимент №9! Ну, рассказывай, как поживаешь? – доктор ехидно улыбнулся.

– Отпустите меня! – крикнул я.

– Ну-ну, не кипишуй.

– Что вам от меня нужно?!

– Ты и сам прекрасно это знаешь, юноша.

Я стиснул зубы. Конечно, я знал, что они хотят сделать со мной, но всё же надеялся сбежать отсюда. Хоть это кажется абсолютно невозможным, думаю, что мне всё-таки хотелось бы оттянуть момент своей гибели, как можно дальше.

– Отпустите меня, я найду оставшиеся «Эксперименты», и приведу их к вам.

– И мы останемся без Эксперимента №9? Нет уж, мальчишка. Мы поймаем всех и без твоей помощи! Так что помалкивай, – доктор Никитин подошёл ко мне ближе, как я и думал, у него действительно уродливое лицо. – Лучшее, на что ты можешь надеяться – на быструю смерть.

Не знаю, что на меня нашло – я плюнул ему в лицо. К счастью, попал, так как он стоял совсем близко.

Доктор нахмурил свои брежневские густые седые брови. Его глаза резко сузились и превратились в две щёлочки полные ненависти и презрения.

– Что ты сделал, щенок? – он коснулся своей щеки, куда ему пришёлся мой плевок, и резко ударил меня в живот.

Во рту почувствовался железный привкус, я кашлянул кровью.

– Ах ты дрянь! – он продолжал избивать меня. – Уродец! Теперь я точно не буду жалеть тебя, – доктор остановился и ухмыльнулся, пристально смотря мне в глаза. Никитин схватил меня за горло и сжал.

Не прошло и нескольких секунд, как я начал задыхаться. Мне казалось, что ещё чуть-чуть, и я потеряю сознание, но доктор отпустил меня. Я сделал глубокий вдох, наполняя лёгкие воздухом до отказа, хоть его тут и было максимально мало. Подступила паническая атака. Мне хотелось сделать ещё вдох, но что-то в горле помешало, и я начал кашлять, отхаркивая кровь.

– Не вздумай умереть, гадёныш! Ты нужен живым профессору Журавлёву! – крикнул Никитин, и вышел из комнаты, сильно хлопнув дверью.

Кажется, он забыл её запереть? Хотя, какая разница, я всё равно связан.

3 Поезд. Агата Белякова

11 мая?

Я перевернулась на другой бок, пытаясь спастись от ослепляющих лучей солнца, довольно-таки удачно старающихся меня разбудить. Ну, уж нет, я так просто не сдамся! Особенно после этого ужасного сна – НИ ЗА ЧТО!!! А что мне снилось? Будто «Владыка тьмы» заставила меня идти в школу на сдачу крови, а потом кто-то грохнул меня. Бли-ин, голова раскалывается. Хм? Странно. Почему моя наимягчайшая кроватка стала такой жёсткой? Я открыла глаза. Деревянный потолок был виден сквозь железные прутья. Я протёрла глаза, пытаясь развеять остатки кошмара и наконец-то проснуться у себя дома в уютной кровати, но ничего не помогало. «Где я?» – пронеслось в голове. Я опустила голову, чтобы посмотреть на чём я спала. Доски? Я сплю на досках? Что за?

Игнорируя протесты со стороны моего тела и ужасную головную боль, я приподнялась, насколько это было возможно, и оглянулась: То, что я увидела, привело меня, мягко говоря, в шок. Моя «кроватка» оказалась обыкновенной клеткой с толстыми чугунными стержнями, не позволявшими выбраться. Лежала я на деревянном днище, сколоченном из грубых досок – одно неверное движение, и страшная-ужасная заноза гарантирована.

Где я? Что, чёрт возьми, происходит? Головокружение заставило вернуться в горизонтальное положение, но только мне стало легче, как я медленно приподнялась и села, сложив ноги по-турецки.

Клетка находилась внутри сломанного вагона поезда: то тут, то там в обшивке виднелись дыры, в одну из которых и проникал разбудивший меня свет. Некоторые слишком большие дыры были закрыты кусками фанеры. Однако, повернув голову, я увидела достаточно большое отверстие, через которое проглядывал красивый, несущийся куда-то вдаль пейзаж: лазурное небо, по которому беззаботно плыли облака, светло-зелёные поля, тёмные леса и маленькие пригорки, сменявшие друг друга один за другим.

Отвлёкшись от разглядывания чудес природы, я обратила внимание на внутреннее убранство вагона. Вдоль его стены вряд стояли три клетки, в крайней из которых сидела я. В клетке посередине спала девочка. На вид ей было лет пятнадцать. Две светлые косички неподвижными змеями извивались по спине, спадая на пол, тонкие руки были подложены под голову, в качестве подушки. В дальней от меня клетке спал какой-то парень, лицо знакомое, я его уже точно где-то видела…. Вспомнила! Мы с ним ходили на лёгкую атлетику в 6 классе. Он совсем не изменился: те же кучерявые волосы, тот же маленький и круглый нос, такой же старомодный синий вязаный свитер. Подобные он носил ещё тогда. Не на занятия, конечно, но как-то раз он пригласил меня на свой день рождения, когда ему исполнилось 13 лет. Если честно мало чего о нём знаю. А имя у него было очень обычным, что-то вроде Саши …, ну… или… не помню короче. Его тёмно-бордовые волосы были взлохмачены и неряшливо прикрывали лицо.

Поезд ехал без остановки уже на протяжении минут двадцати, наверное, с того момента, как я проснулась. Хотя сложно говорить о времени, когда у тебя нет часов. На всякий случай я проверила карманы, как и думала, у меня забрали все вещи.

Я снова посмотрела в огромный разлом в вагоне, наслаждаясь пейзажем. Это утро могло бы быть добрым, будь у меня хоть кружка капучино с кокосовым сиропом.

– Где я? – послышался голос парня.

– О, проснулся-таки, – протянула я, повернув голову, в его сторону.

– Что происходит? Где мы? – на этот раз обратился он явно ко мне.

– Самой знать бы хотелось. Могу побыть капитаном Очевидностью и сказать что мы в клетках, в вагоне поезда, и нас, кажется, похитили. Возможно, ты спросишь: Зачем? Да кто его знает, на кой мы нужны этим … Чёрт, я даже не знаю кому.

– Помню, как пошёл в школу… Потом помутнение, – его грустные серые глаза уставились на спящую девочку. – Настя?

– Ты её знаешь? – будто констатируя факт, немного удивилась я.

– Конечно, это же Настя. А ещё… ну эм… Мы с ней дружим, – он стыдливо отвернулся.

Ох, не договаривает он. Сильно не договаривает…. Может, они поссорились? Или, может быть,… Моя девчачья фантазия разыгралась не на шутку, но, во избежание неприятных казусов, я решила проигнорировать посылы моего извращенного ума и не допытываться до парнишки. В конце концов, это его личное дело, а я в чужие дела не люблю вмешиваться. Кстати…

– Как тебя зовут? – задала я давно мучащий меня вопрос.

– Лёша, – он, казалось, немного опешил от такого вопроса. – А тебя? Агата?

– Да, а ты… – я не договорила: поезд резко остановился, из-за чего я чуть не упала. Хм, интересно, а почему мы остановились? Может они забирают новых людей для своих тёмных дел? Я ведь права, что вся их деятельность незаконна, не так ли?

Какого пингвина всё это вообще происходит?! Куда это нас везут? Ой, зря, зря я пришла тогда в школу. Надо было сказать, что я заболела, или ещё, что-нибудь придумать. А теперь сиди тут на деревянных иголках под простыночкой, как в морге, и мучайся!

Вдруг резко грянул гром, я только сейчас заметила, что всё небо затянуло тучами. Начал моросить маленький дождь, а мы всё стоим. Блин, надо срочно валить отсюда. А то чувствую я, здесь, что-то неладное.

Моросящий дождик начал усиливаться. Не успела оглянуться, а уже ливень. Надо осмотреться. Так-с. Я хорошенько посмотрела на замок у своей клетки. Хм, тут точно нужен ключ! Я попробовала протиснуть голову между прутьями, но у меня ничего не получилось. Хм, надо подумать. Может попробовать их разогнуть. Я обхватила прутья, и изо всех сил попыталась раздвинуть, но и эта попытка не увенчалась успехом.

– Может, заколкой попробуешь? – смотря на моё безумство, предложил Лёша. Ну, вставишь её в проём для ключа и попытаешься открыть.

Идея парня мне показалась ещё большим безумием, чем мои несчастные попытки выбраться отсюда. Неужели он и вправду такой глупый? Тоже мне, заколкой открыть замок…

Ладно, главное не дрейфить.

– Но у меня нет заколок, если ты не заметил, то я ношу распущенные волосы, – огрызнулась я. Как можно быть таким невнимательным?! Я отвернулась в другую сторону. Не могу больше на него смотреть, он меня раздражает.

– Да? И, правда. Я думал, все девушки носят с собой запасные заколки. В фильмах они всегда так открывают разные замки, – этот гад даже не заметил, что я успела обидеться на него. Вот козёл, и не извинился к тому же. Готова поспорить, у него никогда не было девушки. Вот неудачник!…

Я положила руку на лицо. Боже, какой же он идиот.

Послышался шорох, я посмотрела чуть ниже, кажется, Настя просыпается.

– А? Что? Где это я? – сонно пропищала та.

– Ты в клетке, девочка. А я думаю, как нам отсюда выбраться.

– Что? В какой клетке? – всё ещё не понимала она.

– Как я поняла, нас всех усыпили, и посадили сюда, а сейчас куда-то увозят. Меня зовут Агата, я из 11 «А», приятно познакомиться.

– Но мы, же стоим, – Настя огляделась. – А? Помогите! – она схватила руками прутья клетки, стала её шатать, кричать и плакать.

– Молчи, – сказала я, но она не услышала, – МОЛЧИ, СКАЗАЛА!!! – разозлилась я, на что та приутихла, – Если мы будем действовать тихо, то всё будет хорошо, а то сейчас сюда кто-нибудь придёт и неизвестно, что с нами будет. Конечно, я обычно не тот человек, который беспокоится о чём-то или типо того, просто сейчашняя ситуация располагает.

– А у тебя есть заколка? – обратился к ней Лёша. Казалось, она немного успокоилась, заметив его и начала рыться в кармане своей лёгкой кофточки надетой на сарафан. Девочка достала из кармана самую, что ни на есть заколочку! – Молодец, а теперь передай её мне, – Настя послушалась своего друга. Он лёгким движением вскрыл этот замок, – Бинго!

Боже, как так? У него получилось. Ненавижу ошибаться.

– А ты гово… – только начал злорадствовать надо мной Лёша.

– Заткнись! – буду я слушать, как он был прав, а я нет. Он посмотрел на меня обиженным взглядом, словно: «Я же говорил!»

Лёша вышел из клетки и пошёл открывать Настю, затем меня.

Поезд тронулся. От неожиданности мы упали.

– Ладно, а теперь нам пора валить отсюда! – оглядевшись, я поняла, что мы можем пролезть в одну из этих дыр в стене.

– А ты уверенна, что не опасно прыгать из поезда, когда он в движении? – проследив за моим взглядом, усомнился Лёша.

– Ну, в кино прыгали, – попыталась пошутить я, но, похоже, не всем было смешно, а точнее смешно было только мне. На что парень только хмыкнул. Неловко получилось. – У нас нет выбора, – уже серьёзнее добавила я.

– Выбор есть всегда! – задумчиво ответил он.

– Мне страшно, – Настя бросилась к Лёше на шею. Он обнял ее. Ох! Ну, не при мне же! Чтоб я ещё больше чувствовала свою ущербность в этом мире. Мне никогда и никто не нравился кроме Артёма, но вокруг него всегда крутилось много девиц. Он встречался с популярными девочками, вроде Ларисы Казаковой. Она красивая, постоянно ходит в школу с ярко-красными губами, огромными стрелками и кудрями, регулярно посещает зал, маникюр, педикюр, но, а как же внутренний мир? Неужели «бэд боев» он ни сколечко не волнует? Лариса внутри абсолютная пустышка! Я в этом уверена.

Я уже говорила, что ненавижу её? Однажды, тогда Артём мне только понравился, это было на матче по баскетболу, который проходил у нас в школе полтора года назад. Артём был высоким и любил баскетбол. Дак вот, я сидела на скамейке, если честно, меня заставили прийти и поболеть за команду нашего класса. Артём тогда был новенький. Я, конечно, сразу заметила, что он весьма симпатичный: с темными волосами, большими зелёными глазами, мускулистый, а улыбкой любую может сразить наповал (что он, собственно, и делал). Но, несмотря на бесконечные плюсы, я тогда ещё не влюбилась в него. Я отвлеклась от темы. Баскетбол. Он тогда играл круче всех. Мяч словно подчинялся каждому его движению, как будто летел прямо за ним. Не один игрок из другой команды не мог забрать мяч. Каждое движение Артёма было таким плавным, и одновременно резким, что не могло не радовать девичий глаз, а сердце заставлять трепетать. Да, пожалуй, для такой хикки, как я, влюбиться в Артёма было изначально провальной затеей, но, как говориться «Сердцу не прикажешь».

Мне стало слишком грустно.

– Смотрите, смотрите, тут есть дверь! – крикнула Настя, вернув меня в реальность.

Я резко обернулась. И, правда, дверь. Даже две, с обеих сторон. Лёша подошёл к той, что ведёт в конец поезда и открыл её. На что та проскрипела в ответ. (Странно, и почему она оказалась не заперта?) Я подошла ближе, и сразу же поняла почему. Оказалось, что мы находимся в самом последнем вагоне поезда, а тут выход на небольшой балкончик.

Лёша хотел пойти туда, но толи из-за трусости, толи ещё из-за чего-то не решался, но я не такая, как он. Я оттолкнула его в сторону и выбежала на свежий воздух. Мы ехали на большой скорости, волосы летели прямо в лицо, закрывая обзор. Ненавижу их в такие моменты! Ко всему этому ещё и дождь безжалостно стучал по моей голове, как по барабану.

С балкончика я нагнулась и посмотрела на поезд со стороны (на сколько это было возможно). Он был очень длинный и последнего, то бишь первого, вагона не видно. Я перевела взгляд. Ух, ты! Тут ещё и лестница на крышу. Не хочу скрывать, но я никогда не отличалась «большим умом», поэтому осуждать меня за безрассудства, которые я творю, было бы довольно глупо.

– Не лезь туда! Это опасно! – пытаясь переорать ветер, крикнул Лёша. Буду я его слушать, ещё чего! Мне так хочется экстрима, а такой шанс выпадает раз в жизни.

Я продолжила забираться по лестнице вверх. Ледяные капли беспощадно колотили по мне, и по крыше поезда, с такой силой, что мама ни горюй. Дрожь прошла по всему телу, из-за страха или холода, я сама не поняла. Мои движения стали более скованными. Кажется, с экстримом я переборщила, но в принципе, ничего нового.

Поезд пошатнулся, и я чуть было не упала, но, слава богу, обошлось. Я забралась на крышу, держась за какие-то поручни на ней. Меня стало так сильно трясти, что держаться стало реально невыносимо, и теперь я остро чувствовала страх, сердце бешено заколотилось. Я закрыла глаза. В какой-то момент происходящее мне показалось просто страшным сном. Я сейчас проснусь. Я сейчас проснусь. Я открыла глаза, и снова столкнулась с жестокой реальностью. Ветер с дождём такой сильный, из-за него ничего не видно. Не понимаю, как в мультиках герои бегают по поезду, когда он в движении… Я обернулась назад, Лёша что-то кричал, но ветер здесь настолько сильный, что напрочь заглушал все звуки. Парень схватил меня за ногу. Видимо он хотел, чтобы я вернулась назад. Ну, хорошо, а то мне тут не слишком уютно.

Зайдя обратно в поезд, мы захлопнули за собой дверь.

– Зачем ты туда полезла?! – разозлился юноша.

– Мне хотелось экстрима, – я понурила голову, за то, что он меня отсчитывает. Блин, как доказать парню, что он не прав, когда он действительно прав? (Если вы знаете, то, пожалуйста, дайте мне об этом знать, или напишите книгу. Может быть, её даже кто-то прочитает, я бы прочитала, если бы не положила в дальний ящик. Я так делаю почти со всеми книгами. Ладно, сейчас не об этом!)

– Боже, не игнорируй хотя бы мои позывы к разуму! – он глубоко вздохнул и, кажется начал успокаиваться. – Ты вся вымокла, давай, снимай одежду!

Пару секунд я стояла в оцепенении, обдумывая полученную информацию. Моё лицо залилось краской, и я дала ему пощечину.

– Ещё чего! Извращенец!

– Прости, – он тоже покраснел и начал беспорядочно жестикулировать руками. – Я не это имел в виду, просто, если ты не снимешь с себя одежду, то заболеешь. Может тебе в простынку закутаться?

– Нет, обойдёшься, я и так высохну, – огрызнулась я.

Настя подошла ко второй двери, которая вела в следующий вагон, но та оказалась заперта.

– У меня есть идея! Как только поезд снова остановится, мы выпрыгнем и убежим, – улыбнулась Настя.

– Это хорошая идея, но ведь неизвестно когда этот «поезд из ада» остановится, – сказала я.

Спустя некоторое время тучи рассеялись, и выглянуло тёплое солнышко, придавая этому месту хоть немного уюта. Вдруг мы услышали приближающиеся шаги в соседнем вагоне.

– Быстро на балкон и прыгаем! – протараторила я первую мысль, которая пришла в мою голову. Я встала с кучи сена, которая лежала прямо рядом с клетками, и ринулась туда, но Лёша схватил мою руку и прижал указательный палец ко рту, мол, не шуми. Он что дурак?

Мы услышали звон ключей, неизвестный вставил их в замочную скважину. Лёша взял в руки гаечный ключ (откуда он у него?!) и встал рядом с дверью, так, чтобы вошедший не сразу его заметил.

Дверь слегка приоткрылась, а затем скрипнула. В предвкушении ужаса, я присела за клетку, которая стояла ближе всего к выходу и свернувшись в клубочек, стала ждать с замиранием сердца, когда откроется эта чёртова дверь. Я закрыла глаза, но не полностью. Дверь резко распахнулась и оттуда вышла…

4 Училка. Агата Белякова

Дверь медленно открывалась, и оттуда вышла моя классная руководительница – Татьяна Алексеевна. Леша со всех сил ударил её по голове гаечным ключом, и женщина моментально потеряла сознание и упала на пол, а под её головой образовалась лужа крови. По телу побежали мурашки, словно тысячи маленьких иголок. Нет, это всё нереально. Просто страшный сон, но такой живой, такой настоящий.

– Что ты наделал? Ты же убил её! Нужно было послушать меня, и выпрыгнуть из этого поезда! – закричала я.

Я начала прерывисто дышать. Ворот, казался более тяжелым, чем обычно. Воздух, мне срочно нужен воздух. Всё как в тумане. Нет, это не по-настоящему, это ведь, как в кино. Да быть такого просто не может! С кем с кем, но не со мной!

– И переломать себе ноги? – Лёша сурово посмотрел на меня. – У неё ведь есть ключи от всех дверей, так? Теперь мы можем посмотреть, что тут ещё находится. Разведать обстановку, так сказать.

Возможно, его аргумент был весьма убедительным, но я не могла сказать, что он поступил правильно. Моя бровь невольно дёрнулась, а голова немного закружилась. Я как будто во сне.

Лёша зашёл в следующий вагон, мы с Настей последовали за ним. Вагон оказался не лучше нашего, те же огромные выломанные дыры, заколоченные обезображенными кусками фанеры, тот же жухлый запах мокрой древесины. Пожалуй, единственным отличием от нашего вагона было то, что в этом не было людей, стояли лишь пустые клетки…

– Тут кто-то был, – словно отвечая на мои мысли, промямлил Лёша.

С помощью небольшой связки ключей, которую парень нашёл в кармане у ведьмы, мы прошли в следующий вагон, который разительно отличался от двух предыдущих. Похоже, здесь кто-то живёт, так как стоит двуспальная кровать, шкаф, письменный стол и тумбочка на которой стояла чашка с прелестным ароматом доброго утра – кофе. Судя по пару, кто-то совсем недавно приготовил его. Рядом с чашкой лежала пачка сигарет и зажигалка – источник резкого табачного запаха.

За следующей дверью, мы услышали приближающиеся шаги и громкий разговор.

– Прячемся! – шепнул Лёша и зашёл в шкаф. Настя последовала за ним, но мне, похоже, там места не осталось. Парень через щёлочку, заметив моё замешательство, указал пальцем на кровать. Я кивнула, и залезла под неё.

–…Да, а я такой говорю: Разворачивай свои карманы, я знаю, что у тебя есть деньги! Ахахахаха… – послышался грубый мужской голос.

Неизвестный приземлился на кровать и начал курить, судя по запаху, ударившему мне в нос, и дыму, а второй мужчина сел на стул. Вывод – их всего двое. По крайней мере, шагов никого третьего не было слышно.

Не люблю этот запах, от него я начинаю кашлять, но сейчас я должна взять всё своё мужество, которое копила годами, в кулак, и задержать дыхание. Ох… Боже, за что мне всё это?

– Кстати, а где Танюха? – спросил один из них, скорее всего, про мою училку, которую мы грохнули.

– Да чёрт её знает, она вроде давно ушла, – протянул второй. – Сходи, проверь.

Не проронив ни слова, тот пошёл в конец поезда.

Блин, что же делать, они же сейчас поймут, что мы грохнули её, а сами сбежали?! Тогда они пустятся на наши поиски. В таком случае, весь наш побег окажется напрасным.

Интересно, зачем мы этим подозрительным людям? Что если нас хотят продать на органы или в рабство за границу? Или что ещё хуже, отправить учиться в другой город, когда в нашем объявили о нежданных каникулах! Да не, бред какой-то. Я сжалась в комок и стала дрожать, пытаясь подавить всепоглощающее отчаяние, и кашель, который вот-вот грозился выйти наружу. Мне срочно нужен воздух!

Скрип двери шкафа. Мгновение. Грохот. Тело, неподвижно лежащее на полу. Лёша не так прост, как кажется на первый взгляд, уже две жертвы за один день. Класс. Я как будто в другой реальности, за что мне всё это?

– Олег, они куда-то… – не успел войти второй, как и его тушка присоединилась к первой. Теперь три.

Я вылезла и растерянно посмотрела на Лёшу.

– Что ты сделал? Ты ненормальный! – я выпучила глаза. Что с ним не так вообще?!

– Дубина, они бы сейчас поняли, что мы пропали, и стали бы нас искать. Так что я выиграл нам немного времени. – Он схватил Настю за руку и бросился вперёд. – Скорее! Не тормози! Они скоро придут в себя. Думаю, все остальные двери должны быть открыты, так что – погнали!

Все последующие вагоны оказались похожими на наш. Кругом стоят клетки, но людей нет. Странно всё это. Мы пробежали довольно далеко в полном молчании, которое лишь нарушал пронзительный грохот колёс и гудок поезда.

Когда я собиралась открыть очередную дверь, Лёша схватил меня за руку. Я недоумевающе на него посмотрела.

– Стой! Прислушайся, – за дверью послышались разговоры. – Дальше мы не можем бежать.

– Но, что, же делать? – спросила Настя. – Как быть? – она выглядела такой напуганной, как котенок, который впервые выбежал на улицу и увидел весь этот страшный мир.

Парень обнял девочку и прошептал на ухо: «Не бойся, я не дам тебя в обиду». На что та прижалась к нему немного сильнее.

О-о-о, опять они начинают! Бесят ведь! Не надо напоминать мне о моём статусе вице-президента клуба форевеэлонеров!

– Голубки, я, конечно, понимаю, что у вас тут мур-амур, но нам надо, что-то делать, – пытаясь привлечь их внимание, сказала я.

Они недоумённо синхронно посмотрели на меня, и засмеялись.

– Эй, ты чего навыдумывала? – улыбаясь, спросил Лёша. – Вообще-то, с Настей мы дружим с детства, она мне, как младшая сестрёнка. Её родители, даже переехали в наш город, потому что сильно сдружились с моими.

– Да, раньше я жила в Архангельске, – кивнула Настя.

– Да? – упс, неловко получилось. Но кто ж знал то. – Ну, в общем, это не важно. Что делать-то будем?

Лёша взял за руку Настю, и осмотрел вагон. Похоже, он обдумывает гениальный план по нашему спасению, но как же я ошибалась. Юноша достал свой драгоценный гаечный ключ и приготовился к атаке. Он сошёл сума! Совершенно!

Поезд остановился. В это же мгновение к нам пришла в головы одна и та же мысль. Что ж, дураки думают одинаково, верно же?

– Прыгаем? – улыбнулась я.

Лёша кивнул. Мы прошли пару вагонов назад, и нашли огромную дыру, в которую можно было бы спрыгнуть и без особых повреждений продолжить свой побег.

Первым, как настоящий мужчина, решился прыгнуть Лёша. Он посмотрел вниз, оценил расстояние и приготовился к прыжку. На раз, два, три… Парень оттолкнулся и полетел вниз. Под рельсами лежали камни, но он перелетел их и приземлился на землю, сделал кувырок и почти ловко встал. Где он этому учился? Прямо, как в каком-то американском боевике.

Что ж, лучше сейчас прыгнуть, а то последней я точно не решусь. Подул холодный ветер, я подошла к самому краю. Голова немного закружилась. Ладно. Была, не была. Я закрыла глаза, и рванула, что есть силы, чтобы приземлиться как можно дальше, а не на камни. Ноги коснулись земли, я присела. Слышала, что так лучше делать, чтобы безболезненно приземлиться, но я не удержала равновесие и упала вперёд, выставила обе руки, но это не спасло, и с силой ударилась плечом. По телу прошёлся холодный пот, а затем резкая, ледяная боль в руке.

– Агата? – вскрикнула Настя.

– Ты в порядке? – спросил Лёша. Я открыла глаза, он протянул руку. – Сможешь встать?

Я отмахнула его руку в сторону, и что было сил, поднялась на ноги.

– Спасибо, я сама.

– Нет, я не могу, – заплакала Настя, но затем обернулась назад. Интересно, что она там увидела…. Хотя, и так всё понятно.

– Что ты здесь делаешь, малявка?! За свои поступки отвечать надо! – из вагона, послышался грубый мужской голос. Это были те, кого грохнул Лёша. Они живы.

– Настя, давай! – уверенно крикнул юноша.

Та, плача, кивнула, но тот тип схватил её за хрупкое запястье. Она резко повернулась, укусила его руку, и прыгнула вниз (весьма дерзкий поступок для такого «ангелочка»). Мужчина взвыл от боли и громко обдал окружающую действительность толстым слоем нецензурного негодования. Поезд тронулся и поехал, а Настя оттолкнулась, и упала прямо к Лёше в объятия.

– Я так испугалась, – расплакалась та. – Я ушибла ногу. Мне больно!

Я присмотрелась к ноге Насти. Боже, да она вся в крови! Сие зрелище вызвало у меня лёгкое чувство тошноты. (Не быть мне медиком.) Интересно, обо что она успела исцарапаться, там же вроде не обо что.

Лёша взял её на руки и побежал в лес. Мне ничего ни оставалось, как последовать за ними.

5 Страх в сердце. Агата Белякова

К нашему счастью поезд больше не останавливался. Он уехал далеко вперёд, и нам удалось сбежать. Те мужчины оказались умнее меня, им в голову не пришла идея спрыгивать с поезда, когда тот в движении. Позже, Лёша мне рассказал, что, если так сделать, то позвоночник может сломаться. Я так полагаю, по сценарию дальше идёт смерть, но пока что, я не хочу об этом думать. Я ещё так молода!

Лёша, с Настей на спине, бежал впереди меня. Я посмотрела на ногу Насти, из неё сочилась кровь. Зрелище довольно жуткое. В горле запершилось, я отвернулась, дабы меня не вытошнило. От вида собственной крови нет столько рвотного рефлекса, сколько панического страха, и даже в некоторой степени шока. Как-то на уроке ОБЖ (Обеспечение Безопасности Жизнедеятельности) нам рассказывали, что если у человека перелом, то он первые несколько секунд будет в шоке, не сразу сможет осознать происходящее, особенно если перелом открытый. Представьте, вы идёте, на вас падает что-то тяжелое, и вашу ногу относит куда-то в сторону? Конечно же, человек не сразу осознает происходящее, на это нужно время. А потом ещё нужно принять это и жить с этим или умирать. Тут уже от человека зависит. Слава богу, это не наш случай (по крайней мере, я надеюсь на это). Со стороны выглядит, как обычная кровоточащая царапина.

Я резко остановилась, Лёша почти сразу заметил это.

– Что случилось?

Когда он повернулся, я посмотрела на Настю. Её лицо выглядело усталым: отёки под глазами, бледная кожа. Она уже не казалась той маленькой весёлой девчушкой, какой была в поезде. Сейчас она больше напоминала взрослую девушку, судьба которой оказалась весьма печальной.

– Мы не можем бежать дальше, пока не обработаем ей рану, – резко крикнула я.

Настя лишь устало открыла глаза. Лёша посмотрел на неё, похоже он не собирается со мной спорить. Ну, и хорошо.

Юноша присел, чтобы Настя смогла слезть с него, но та лишь отцепилась от его плеч и чуть не упала на землю, как я поймала её.

– Аккуратнее.

– Спасибо, Агата, – сказал Лёша, взял свою подругу и посадил на пенёк покрытый мхом.

– Я хочу пить, – пискнула Настя.

– Агата, поищи, пожалуйста, ручей или родник какой-нибудь.

Кивнув, я побежала на поиски воды. Только сейчас я смогла нормально осмотреть лес. Молоденькие листики росли на высоких деревьях. Хотя не было ни одной зверюшки, как я думала раньше, когда смотрела диснеевские мультики. Неожиданно для самой себя, меня посетила мысль, а что же будет, когда стемнеет? Скорее всего, здесь будет самый настоящий мрак. По коже пробежался еле ощутимый холодок.

Интересно сколько сейчас времени, судя по солнцу и моим ощущениям уже не день, но ещё не вечер. Наверное, около трёх или четырёх часов. Резко дунул морозный ветер и вызвал сильную дрожь во всём теле, ведь одежда на мне ещё не успела высохнуть. Зато здесь так свежо, благоухает лесными ароматами, птички поют – красота.

Я прошла чуть дальше, и увидела поваленное дерево, между его веток находилась целая куча паутины, я бы даже сказала – целый паутинник. Наверняка здесь очень много пауков – нужно держаться от этого места подальше!

Хоть это и лес, здесь не так просто найти что-либо. Ярким примером тому является поиск какого-нибудь источника воды. Повсюду лишь стволы поваленных деревьев (Почему их так много?), высокая трава, временами даже крапива. Жуть как её боюсь. Пару раз, когда я пыталась пройти под ветками, то лицом натыкалась на паутину. Бр-р-р. До мурашек (в плохо смысле). Панически боюсь всякой нечисти в форме насекомых. Время от времени мне казалось, что что-то бегает по мне, и каждый раз вздрагивала от ужаса, пару раз даже вскрикнула. Надеюсь, Лёша этого не слышал.

Подумаешь насекомые какие-то, вот реальная опасность, это звери. Вот кого я на самом деле должна бояться!

Сзади я услышала негромкое рычание. Помяни чёрта.… Оборачиваться, ой как не хотелось, но шея сделала это инстинктивно.

Рычание повторилось, и буквально в нескольких метрах от меня стояла большая серая собака с удлинённой мордой. Вау, я ещё таких никогда не видела…. Она так подозрительно похожа на зверя, которого я никогда не видела в жизни, но сто раз в фильмах или сериалах. Большой… тёмно-серый… и рычащий… волк! Да быть такого не может, только не со мной. Он начал медленно приближаться, в его глазах я увидела какую-то… злость?

– Х-хорош-ший м-мальч-чик, – заикаясь, произнесла я.

Он ещё раз рыкнул на меня, медленно продолжая приближаться.

Нужно бежать. БЕЖАТЬ! Ноги стали, словно ватными или каменными, как будто приросли к земле. Я совсем не могу пошевелиться.

– Гр-ррр-ррр….

Я сглотнула, сердце в пятки ушло. Неужели я сейчас умру?

Волк почти вплотную приблизился и опрокинул меня на землю. Он одной лапой привстал мне на грудь, его пасть была почти на уровне моего лица. Я закрыла глаза. Может это и не очень умное решение, но шанс выжить в такой ситуации крайне маленький. Может быть то, что сейчас происходит вовсе не реальность, а мои собственные иллюзии или галлюцинации? Сколько раз мне оказывалось так близко знакомиться со смертью? Как говорила героиня из моего любимого сериала: «Я знаю смерть, у неё много лиц». Видимо это одно из них. Вся моя жизнь пробежала перед глазами, но я боюсь умирать, только не сейчас!

Я ещё раз услышала волчий рёв. Резко открыв глаза, я заметила, что картинка начала смазываться: звёздочки перед глазами, словно пиксели стали закрывать собой всё пространство. По телу прокатилась волна жара, а затем резкая головная боль. Последнее, что я слышала это рычание зверя, а затем и оно начало стихать.

Я умерла, да? Интересно, куда я попала после смерти? Я ничего не вижу, лишь чувствую запал лаванды. Как интересно… Может я в раю? Ведь в аду же не может пахнуть лавандой… я права?

Что-то мокрое коснулось моего лба.

Кажется, я все-таки жива. Не думаю, что мертвые могут что-то чувствовать своим физическим телом.

Тепло. Сквозь сон я слышу чьи-то разговоры. Тёплая постель сильно убаюкивает, да и этот пьянящий запах каких-то трав и масел… Стоп! Какая постель? Где это я? Что происходит?

Я резко открыла глаза и увидела деревянный потолок, покрытый густым слоем пыли и ещё какой-то грязи. Что? На секунду меня охватила паника. Выпучив глаза и, шмыгнув носом, я огляделась по сторонам. Я лежала на краю двуспальной кровати, а у стенки негромко посапывала Настя. Мы находились в деревянном доме, в достаточно большой комнате. С той стороны, где находились наши головы, стояла огромная деревенская печь, покрашенная белой краской. Наверху спал какой-то мужик и что-то бормотал себе под нос (скорее всего, он пьян). Наша кровать находилась рядом со стеной, где когда-то было окно, но по какой-то неизвестной мне причине было заколочено, и сейчас здесь на «подоконнике» стоял стакан с одуванчиками. В противоположной стороне комнаты тоже стояла кровать, на которой спал Лёша. В самом центре этого дома стоял огромный стол с двух сторон окружённый скамейками, на которых сидели какие-то мужики, пили и громко о чём-то разговаривали и смеялись: «…А я вчера ТАКУЮ рыбёху поймал, не поверите…». Дальше мне стало не интересно.

Мой взгляд пал на одного молодого юношу, который сидел и выпивал среди них. На вид он где-то моего возраста, может чуть старше. Но этот парень явно не в моём вкусе: светлые волосы, карие глаза, большие мышцы. Не на что смотреть! Я повернулась к пьющим спиной. Пусть лучше будут думать, что я сплю, хотя вряд ли они сейчас вообще могут думать.

Интересно, как мы здесь оказались? А самое главное, как тот волк не скушал меня? Видимо кто-то спас меня, но кто? Неужели эти пьянчуги? Нет, вряд ли. Ладно, думаю, я очень скоро узнаю об этом.

Послышались шаги. Огромная с шелушащейся кожей холодная рука коснулась моего лба.

Я резко открыла глаза.

– Ты не спишь? – послышался немного странный говор.

Я помотала головой и посмотрела на него. Первое, что мне бросилось в глаза, это ярко-горчичная футболка, а затем я перевела взгляд на лицо. Это был как-то нерусский мужчина, скорее всего узбек, хотя я прежде с ними никогда не контактировала. На самом деле моё окружение никогда не было слишком большим, только мама, папа, да пару приятелей. Когда я осматривала сидящих за столом людей, то его там не видела, поэтому, немного удивилась.

– Это вы спасли меня от волка?

Он кивнул, прикрывая свои добрые карие глаза. Этот мужчина мне уже нравится. Я очень люблю добрых людей, особенно которые спасают меня от смерти.

– Спасибо вам большое, я думала, что умру.

– Эта волчица всего лишь пыталась защитить своих волчат. Ты подошла слишком близко к её выводку.

– Простите…

Узбек усмехнулся.

– Лучше расскажи, что ты делала в лесу? Как вы там оказались?

Я сглотнула. Даже не знаю с чего начать свою историю, да и стоит ли вообще рассказывать её этому незнакомцу? Стоит ли доверять первому встречному, который нас спас?

Заметив моё замешательство, мужчина немного улыбнулся. У него был очень добрый взгляд, и я решила всё-таки рассказать.

– В моём городе произошла эпидемия свиного гриппа, все учебные заведения посадили на карантин, затем мне сказали зайти в школу, сдать кровь на анализ. Я не знаю почему, но решила прийти, – я сделала паузу, головная боль дала о себе знать, я потерла виски, пытаясь вспомнить происходящее. – Потом меня усыпили, и я проснулась в поезде, в клетке. Там мы и познакомились с Настей и Лёшей. Потом мы спрыгнули с поезда и побежали в лес. Так всё и было.

Незнакомец обдумывал мой рассказ.

– Мне пора домой! – резко сказала я, поняв в какой ситуации сейчас нахожусь. – Где мы находимся? Надо вызвать такси.

Он усмехнулся и опустил глаза вниз, внимательно рассматривая малиновый круглый половик.

– Если то, что ты мне рассказа, правда, то тебе нельзя возвращаться. Вам лучше идти на поиски нового дома – убежища, – прошёптал он, наклонившись.

Мужчина сделал глубокий вдох и продолжил:

– Поживите пока здесь, а потом продолжите свою дорогу, – повисло неловкое молчание. – Кстати, меня зовут Авраам, в честь моего дедушки, а тебя? – улыбнулся тот, пытаясь разрядить обстановку.

– Меня зовут Агата, в честь … – задумалась я. – Хрен знает кого.

– Ух, ты! Какая красавица, – за спиной Авраама стоял какой-то другой мужчина.

Я посмотрела на него. Выглядит, как обычный русский мужик, лет сорока, с круглым, от большого количества пива, животом. Светло-русый коротко-стриженый, как в армии, нос картошкой. Среднего роста и телосложения (не считая живот). Одет в тёмно-синие спортивные штаны, с двумя белыми полосками по бокам (аля «Adidas»), белую майку с жёлтым пятнышком, красовавшимся на самой середине, и чёрные шлёпанцы.

Какой странный человек. Он уже мне не приятен. Ненавижу, когда ко мне подкатывают старики!

– Это Тимур, и он хозяин этого дома, – объяснил Авраам. Кажется, он заметил моё недовольство этим персонажем.

– Здрасте, приятно познакомиться, – натянуто улыбнулась я.

– Конечно, приятно, – сказал Тимур, явно не понимая моего сарказма.

– Пааапа, а это кто? – из-за угла кровати, на которой я спала, показался ребёнок лет пяти, такие же светлые волосы и большие испуганные глаза.

– Витька, что ты здесь делаешь, мама же велела тебе ложиться спать.

Мальчик пристально смотрел на меня, и кроме испуга я увидела в его глазах некоторое удивление. Как известно маленькие дети любят всё новое и неизвестное, так ведь?

Я улыбнулась малышу, может быть, хоть так я не буду пугать его.

– Пааап, эта тётя улыбается, она что, больная?

КАКАЯ Я ТЕБЕ ЕЩЁ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТЁТЯ!!! Да и с головой у меня всё в порядке.

Сзади мне послышался смешок – Настя проснулась.

– Нет-нет, она нормальная. Некрасиво так говорить в присутствии такой милой дамы.

– Эта тётя сильно отличается от тех, которые обычно к тебе приходят.

– Малыш, эта тётя пришла не ко мне, а к Аврааму.

Мальчик ещё раз окинул меня любопытствующим, уже более изучающим, взглядом, и выбежал из комнаты.

– Это мой сынок – Витька, – сказал Тимур. – Совсем малой, а уже всё понимает.

– Ясно.

– Ладно, думаю, вам нужен хороший сон, а потом будите нам по хозяйству помогать, – сказал Авраам, и стал выгонять пьяную компанию из комнаты. Светловолосый парень, который был на порядок младше всех остальных, перед уходом посмотрел на меня и подмигнул. Я отвернулась. Вот придурок, ненавижу людей, которые сильно напиваются, или, как ещё говорят, до «белочки». Такие особи неспособны себя контролировать, они могут вытворить что угодно, и даже не осознавать последствия своих действий. Если уж и пить, то в меру!

Когда Авраам всех выгнал, то сам с Тимуром вышли из комнаты, и наступила полная тишина. Пока я не заснула, всё думала о том, что нам дальше делать. Если так рассудить: домой мы вернуться не можем, здесь долго тоже жить не получится. Мои родители… Интересно, они уже приехали из деревни? Даже если это так, я всё равно не смогу вернуться туда, хотя это тоже вряд ли. Сейчас сложно попасть в город из-за эпидемии…

Мысли о неизвестности очень пугали меня. Я слишком привыкла к стабильной и излишне ленивой жизни. Как же всё стало сложно.

Я подняла руку к потолку и посмотрела на неё – вся в царапинах. И откуда же они? Надеюсь, что с нами всё будет хорошо. Я медленно начала погружаться в сон.

15 мая.

Живём здесь уже несколько дней. Недавно мы начали чувствовать себя лучше, и Тимур стал заставлять нас делать всю работу по дому. Мне это ОЧЕНЬ не нравится. Терпеть не могу убираться, мыть пол и посуду. Зато я смогла ближе познакомиться со всеми обитателями дома. Здесь жил Тимур – хозяин. По будням он ездил работать в ближайшее село – строителем. Его жену звали – Наталия. Очень добрая, но грустная женщина. Она много пила и почти ни с кем не разговаривала. Лишь иногда с сыном общалась, читала ему сказки на ночь и пела песни. Голос у неё был, мягко говоря, не очень, но это её не останавливало. Петь она очень любила, особенно песни 80-ых или 90-ых «Белые розы, белые розы, беззащитны шипы, что с ними сделал снег и морозы, лёд витрин голубых». Наталия когда-то работала учителем русского и литературы, но потом, около 30-ти она вышла замуж за Тимура по залёту, и стала домохозяйкой. Когда она родила сына Витю, то отказалась следить за домом, и Тимур нанял Авраама, лучшего друга своего коллеги, который в то время активно искал дом и работу, приехав из Узбекистана. Наталия была весьма грузной женщиной, она совсем запустила себя, только пила целыми днями, да кушала, а её муженёк в это время активно развлекался с деревенскими девушками, которые были совсем не против его общества. Он так же пил с ними, а потом я слышала лишь охи, да вздохи, и сматывалась, куда подальше оттуда. Наталия тоже это слышала, из-за чего пила ещё больше. Несмотря на всю мою нелюбовь к пьянчугам мне было искренне жаль эту женщину, хоть она и сама выбрала себе такую жизнь. Меня она не любила, а вот Лёша ей очень даже понравился. Она периодически приглашала его выпить, составить ей компанию, но парень отказывался. Ему видимо было некомфортно с ней, либо он принципиально не пил алкоголь.

Настю и Лёшу я тоже смогла лучше узнать за проведённое вместе время. Например, недавно Настя мне рассказала один свой секрет, что ей очень нравился один мальчик из её класса, его звали Марк. Их симпатия была взаимна, и она недавно впервые переспала с ним. Настя, краснея, в подробностях описывала, как это было. Сначала романтичное свидание: кафе, кино, потом красная розочка и шоколадка, как они вместе перед «этим» ходили в аптеку покупать средства контрацепции. Как он не мог аптекарше сказать слово «презервативы», заикался постоянно, а она хихикала. Потом они пришли к нему домой, когда взрослых не было, и сделали «это». У каждого из них раньше не было половых отношений. Марк, по словам Насти, был красивый, слегка подкаченный, у него был классный скейтборд и очень дорогие кроссовки из фирменного магазина. Он любил видеоигры и редко общался с людьми, но Настя для него стала сразу особенной девушкой.

Их история мне показалась очень романтичной, даже слишком идеальной, чтобы быть правдой. Мне бы тоже хотелось чего-то подобного. Так же было приятно, что Настя смогла поделиться со мной такими подробностями о своей личной жизни, я почувствовала какую-то связь между нами. Словно, она была моей подругой, причём довольно близкой, раз смогла доверить мне даже то, что не рассказала Лёше, хотя он ей был намного ближе, чем я. Но такое, наверное, странно рассказывать другу, подружке, только если. А ещё она подтвердила мои догадки, и рассказала мне по секрету, что у Лёши ещё никогда не было девушки. Мы вместе по-девичьи хихикали над ним. Однако не знала я, что так приятно иметь подругу. А Лёша, по словам Насти, был просто очень серьёзным, ему было не до всяких глупостей вроде «отношений с девушками», учёба ведь намного важнее, да лёгкая атлетика, которой он до сих пор занимается, а отвлекаться лишний раз было бы глупо. Хоть я совсем с этим не согласна, но тоже не могла похвастаться отношениями с парнями. Я рассказала Насте, что не могу найти себе парня, а очень хотелось этого, она посоветовала мне стать более женственной и обольстительной, но я не поняла её. Она объяснила, что мне стоит заняться собой, начать краситься косметикой и носить более женственную одежду вместо спортивных костюмов оверсайз, я решила, что когда-нибудь обязательно подумаю над этим, но сейчас было бы неплохо просто выжить. Одежда и косметика это всё глупости на самом деле, ведь любить нужно за внутренний мир, а не за внешнюю красоту!

В данный момент я натираю этой чёртовой тряпкой этот долбаный пол. И зачем я такая вежливая? Могла бы и ничего не делать, но нет: надо, же было мне согласиться на это!

– Ой, красавица! Давай старайся хорошо мыть пол, а то та каша, которую ты приготовила мне на завтрак, полностью сгорела, а молоко у тебя убежало. И плиту сейчас за тебя перемывает этот парень…. Лёша, – он покачал головой. – Плохая из тебя хозяйка, ну ничего – научишься. Я тебя научу и полы мыть, и еду готовить, а детишек ты уж сама учись воспитывать. Сделаю тебе, коли хочешь. Сколько? – противно заулыбался он.

Злость кипит во мне безумно сильно, кажется, что я вот-вот взорвусь. Как можно заставлять меня работать? Почему я должна работать? За что этот самозванец издевается надо мной? Терпеть не могу людей, а особенно мужчин. Как же мне надоел этот Тимур со своим тупым юмором. Думаю, его шутка изрядно затянулась и совсем не смешная. Как можно шутить, таким образом, с несовершеннолетней, тем более в присутствии живой жены и ребёнка?!

– Извините, конечно, но я не хочу детей, – съязвила я.

– Как так? Неправильно мыслишь, дорогая, и это плохое мышление мы в тебе искореним, – он немного помолчал и через секунду продолжил. – Ну, хорошо, вечером не забудь грядки выполоть.

Я кивнула, пытаясь подавить рвущееся рычание и гнев, натирая пол тряпкой. Нормально всё с моим мышлением! Это у него, что-то с головой не так! Желаю ему поскорее вымереть.

Солнце уже медленно приближалось к горизонту, а я ещё за день не успела присесть и отдохнуть. Такая жизнь для меня в тягость. Мы жили в доме, как я поняла, на окраине какой-то небольшой деревни (неподалёку от села, где работал Тимур), хотя других жилых комплексов я ещё не видела, но у меня особо и возможности никакой не было осмотреться. Целыми днями одна сплошная работа, а гулять мне не позволяли. Я, как вольный и свободолюбивый человек, чувствовала ужасное ощущение клетки. Как, если бы клаустрофоба посадили в гроб и закопали. Паника, раздражение и гнев не давали мне радоваться жизни. Я не могу так больше!

Из-за отсутствия других домов в зоне видимости, по вечерам было очень тихо, например, как сейчас. Из леса, который находился совсем рядом, лишь слышались звуки кукушки, других каких-то животных и шелест деревьев. В воздухе летали приятные ароматы зелени, свежести и воды, какого-то озера или реки, но ни одного водоёма я здесь ещё не видела.

Глубоко вздохнув, я продолжила доставать очередной сорняк. Колючий и земляной кустик долго сопротивлялся, но мне удалось одолеть его!

На пурпурном небе, янтарное Солнце выглядело ещё красивее. Раньше я часто уходила вечером из дома на окраину города и любила любоваться закатом. Как говорил Маленький Принц: «Когда очень грустно, хорошо поглядеть, как заходит солнце…» А грустно мне было очень часто.

– Отлыниваешь от работы? – усмехнулся Авраам, подошедший сзади.

Я вздрогнула.

– Уже закончила, – сказала я.

– Иди тогда в дом. Лёша уже приготовил ужин.

Внутри дома было достаточно чисто (благодаря нам), а ещё здесь всегда была свежеприготовленная еда. Не знаю, может быть, это такая фишка деревенских, каждый день готовить новую еду, а не есть всё время дошираки и запивать растворимым кофе из пакетика за 14 рублей.

– Сегодня пюрешка с котлеткой! – воскликнула, подбежавшая ко мне Настя.

Мы прошли на кухню и сели за стол.

Я взяла вилку и воткнула её в котлету. Возможно, я сделала это слишком громко и резко, так как на меня все посмотрели. Почувствовала себя каким-то кровожадным монстром, который больше всего в жизни ненавидит котлеты и пытается уничтожить каждую из них.

– Что тебе сделала моя котлета? – посмеялся Лёша.

Настя и Лёша быстро съели еду, и пошли в гостевую комнату готовиться ко сну. Пюре и котлета были очень вкусные. Я уже мысленно начинаю завидовать будущей жене Лёши, если он будет ей такое готовить. Я бы мужу заваривала пюре быстрого приготовления и крошила бы сосиски туда.

Пока все обитатели дома готовились ко сну, я медленно и лениво поглощала каждый кусочек пищи, чтобы она быстрее переваривалась, тело насыщалось, и не толстело. Ведя пассивный образ жизни намного сложнее поддерживать хорошую фигуру, поэтому делаю, что могу.

– Агата, мы легли спать. Когда закончишь, постарайся вести себя тихо, Настя уже вырубилась, – сказал Лёша.

Коротко кивнув, я продолжила есть. Парень ушёл с кухни и оставил меня наедине с моими мыслями и пюрешкой.

Если так подумать, я целый день работала, совсем не отдыхала и не радовалась жизни. Правильно ли прожила день? Отдыхаешь только вечером, и то, сразу нужно ложиться спать. Хотя чем тут заняться? Изучать окрестности довольно опасно, вдруг нас всё ещё ищут? В тот момент, когда мы прыгали с поезда, двое мужчин заметили нас. Чудо, что нам удалось вообще от них сбежать, да ещё и выжить при этом, а не умереть в середине леса от жажды, голода, отравления или нападения диких животных. На самом деле есть целая масса способов умереть в лесу начинающему туристу. Не написать ли мне сборник? Я в это уже не новичок. Я усмехнулась собственной шутке, посчитав её очень смешной.

Интересно, что же нам делать дальше? Не будем же мы вечно так жить. Домой возвращаться опасно, да и в целом в город…

Стоп!

Где мои родители? Может мне попросить телефон и попробовать позвонить им. Папа наверняка приехал бы сюда и спас меня от жизни начинающей крестьянки.

Почему я раньше не догадалась?

Мои мысли прервал стук во входную дверь. Я резко встала, подбежала к двери и из щёлочки принялась наблюдать за происходящим. Из кухни, где я находилась, был отличный угол обзора на прихожую, где располагалась входная дверь. Я видела всех, а меня никто.

На первый стук никто не среагировал, поэтому неизвестный стал более настойчивым, и начал биться с удвоенной силой. Из своей комнаты, которая располагалась по восточной стене ближе к выходу, чем кухня, вышел Тимур и подошёл к двери.

– Кто там? – громко спросил хозяин дома.

Скорее всего, его насторожили поздние гости. Обычно здесь, за окраиной деревни, редко кто может зайти. Тем более поздним вечером, когда уже все ложились спать.

– Откройте, это полиция! До нас дошли слухи, что вы укрываете у себя дома трёх опасных преступников! – отчеканил мужчина за дверью.

О Боже, только этого нам не хватало!

– О чём это вы? – удивился Тимур.

– Алексей Малиновский, Анастасия Малькова и Агата Белякова – три опасных преступника, эти подростки захватили шестеро детей в заложники и требовали у их родителей 3 000 000 $ за выкуп…

Ничего себе, какие мы крутые оказывается. Ну, всё! Я больше не могу слушать этот бред. Похоже у нас проблемы. Надо срочно валить из этого дома! Настя и Лёша уже легли спать, чтобы предупредить их мне придётся пройти через прихожую, то бишь меня сразу же заметят.

Делать нечего, придётся прыгать через окно. Хорошо, что здесь не высоко, так как мы на первом этаже.

Когда я полола грядки, то видела рядом с домом скутер или мотоцикл. Если честно, совсем в них не разбираюсь, но, похоже, выхода нет. Либо я быстро уезжаю, либо меня ловят эти преступники.

Да-да, я уверена – этот мужик далеко не из полиции, наверняка он из той самой организации похитившей нас.

На кухне находилось небольшое квадратное окно.

Лёгким движением руки, я повернула заслонку и отворила его. Я забралась на подоконник и посмотрела вниз, оценивая расстояние. Прыгать было безумно страшно. Хоть тут первый этаж и это мой не первый опыт выпрыгивания, но всё равно показалось, что тут высоко: метра два, думаю, точно есть.

– Отпустите меня! – послышался испуганный крик Насти.

Боже, как же мне стыдно! Я вот-вот собираюсь бросить своих друзей и унести свою шкуру подальше от этого. Если бы я была хорошим другом, то пришла бы сейчас к ним? Может мне спасти себя, а потом их? Но я даже не знаю, куда заберут Настю и Лёшу, и что с ними случится…

– Эй, а где третья? – спросил грубый мужской голос.

Живо!

Падать было страшно, ещё те люди пугали меня ещё сильнее. Я ринулась на землю, как в спасательный туннель. Побег – моя единственная цель. Немного пошатнулась, почти не упала. Поцарапала колено, но это сейчас не важно. Важно просто бежать! Бежать! Бежать!

Не смотря по сторонам, я завернула за угол дома, и подбежала к сараю. Рядом с ним стоял скутер. На самое большое везение в моей жизни, там уже был вставлен ключ.

Я всегда была с техникой на «вы».

Села, почти как на велосипед. Судорожно дрожа руками, я повернула ключ и нажала выделяющуюся кнопку на фоне других с правой стороны «запуск». Громко взвыв, он начал дрожать, почти в такт мне. Что это значит? Если сейчас же не разберусь с управлением, они 100 % поймают меня. Не останется совсем ни капельки надежды. Скорее. Боже. Пожалуйста!

Правой рукой я медленно повернула ручку, и скутер тронулся. Ура! Каждую секунду мне казалось, что вот-вот и я упаду, но, несмотря на все мои опасения, ехала почти ровно. Скутер медленно, но верно продвигался вперёд. Я сильнее повернула правую ручку и ускорилась.

Пока я ехала по двору, чуть не застряла в нескольких ямах, но всё обошлось. Выехала на сельскую дорогу и направилась прямо в сторону леса. Возможно, там мне будет легче спрятаться, а им сложнее меня отыскать. Конечно, в лесу существует много опасных вещей, как тот волк, например, но это сейчас не имеет значения. Нужно срочно спрятаться от «них». Чувствую я, всё это очень подозрительно. Мне откровенно страшно. Такого состояния, как сейчас, никогда ещё не испытывала. Было страшно и в поезде, но рядом были Лёша с Настей, а сейчас я одна и только от меня зависит моя жизнь.

Когда я выехала на сельскую дорогу, то сзади услышала их крики. Не разобрала ничего, но они точно были обращены в мою сторону.

Мне стало стыдно, ведь я бросила Настю и Лёшу. Именно «бросила» своих друзей. Они бы, скорее всего, так со мной не поступили. Однако я знаю что делать. Я должна спасти их, но в первую очередь мне нужно спасти себя. Да, такая вот я эгоистка.

С шумом в ушах и страхом в сердце я помчалась в сторону леса.

6 Побег. Агата Белякова

Такое чувство, будто они следят за мной. Эти глаза, я вижу их везде. Тёмные руки, багряные пальцы… они тянутся ко мне. Я не могу ни о чём думать, мною овладел парализующий ужас, пробирающийся в каждую клеточку моего тела, в каждый уголочек души. Единственное, что мне хочется это крикнуть «помогите», но я не могла выдавить даже звука. У меня дежавю?

Хорошо, что мне удалось сбежать оттуда. Может быть, и не правильно так думать, ведь я кинула моих друзей. Я понимаю, что это не самый лучший из всех моих поступков, но я ничего не могла поделать. Эти люди пришли за нами, и если бы я даже попыталась спасти моих друзей, то, скорее всего, нас бы всех поймали. Хоть я и стараюсь оправдать себя, это всё равно не делает меня не виноватой, я должна была попытаться…

Голову задела массивная ветка, и по мне прокатилась новая волна боли, это всё из-за того, что пару минут назад я упала со скутера. Я тогда сильно врезалась в дерево на большой скорости, и ударилась головой. Надеюсь, ничего серьёзного…

Сколько бы я не бежала, кругом лишь кромешная тьма, луну закрывает густой слой облаков. Несмотря на то, что сейчас середина мая, в последнее время Солнце появляется достаточно редко.

Я свернула направо, уворачиваясь от веток-рук тёмных деревьев, и побежала дальше. Но не тут-то было: я не заметила обрыва и упала прямо в небольшую реку, метров пять в ширину, не больше. Сильное течение понесло моё тело вдоль реки, да и я к тому же не умею плавать! Чёрная вода бурлила вокруг меня, извивалась диким зверем, огромной змеёй. Я захлёбывалась: поток воды ворвался мне в горло и в нос, обжёг лёгкие. В последней попытке спастись, я подняла руку над водой. Роковая ошибка: я не смогла ни за что ухватиться, а наоборот, начала тонуть. Холодная тьма воды пожирала меня, влекла на губительное дно. Это конец? Нет! Хочу жить! Я что, зря сбежала от них?! Я подтянулась, что было сил, и нащупала дно, подтянулась ещё раз, и вот я на береге, на любимой твёрдой земле. Откашлявшись, я поняла, что устала, и моё обессилевшее тело рухнуло. Я закрыла глаза.

– Чего лежишь? – спросил откуда-то взявшийся голос.

– Отстань, я устала, – отмахнулась я, но, кажется, мои слова были больше похоже на хрюканье.

Мне было очень тяжело открыть глаза, поэтому дальше я решила просто не обращать внимания на этого человека. Я слышу шаги по песку. Приблизившись ко мне, незнакомец взял моё тело и куда-то понёс. Мне было слишком тяжело сопротивляться.

– Отпусти меня.

Проигнорировав, он понёс меня дальше. Через некоторое время я смогла открыть глаза, чтобы посмотреть на этого человека. Боже, какой красавчик! Тёмные волосы, лицо с мягкими чертами, не слишком мускулистые руки, и самое главное, большие голубые глаза под ресницами. Я что, в какой-то корейской дораме для подростков? На секунду я была даже рада, что всё это со мной произошло. Боже, начинаю сходить с ума! Заметив мой взгляд, он посмотрел мне в глаза. Я решила прервать затянувшееся неловкое молчание:

– Чего пялишься?

– Знаешь, а ты красивая, – произнёс он, и уголки его губ слегка дёрнулись.

Покраснев, я отвела взгляд в другую сторону, а затем обратила внимание на его левое запястье, на нём был небольшой, но глубокий       шрам в форме квадрата. Боже, я никогда не думала, что самоубийцы режут себе квадраты на венах, странный он какой-то.

Спустя некоторое время он остановился. Мои веки потяжелели, я начала дремать. Через дрёму я услышала звук отпирающегося замка, за ним скрип половиц. Он отпустил меня на что-то мягкое, возможно кровать. Сознание начало окончательно покидать меня, но его всё же достигла короткая фраза, вызвавшая тревогу:

–Да, она у меня…

7 Правда. Агата Белякова

16 мая?

Знакомое чувство. Вокруг, лишь кромешная тьма. Она, как будто затягивает меня в себя. Она хочет полностью испепелить мою душу и тело. Дежавю… Я уже испытывала нечто подобное. Ожидание смерти, не так ли? Оно гораздо страшнее, чем я думала раньше. Вот раз, и тебя сейчас не будет, потому что ты умрёшь, а миру всё равно. Он, несмотря на твою смерть, будет продолжать так же существовать, как сейчас после стольких смертей. Да, пожалуй, если я умерла, в мире всё равно ничего не произошло. Подумаешь, одним человеком больше или меньше. Всякое бывает. А я навсегда останусь во тьме наедине со своими мыслями, воспоминаниями о жизни, сожалениями, несбывшимися мечтами и надеждами. Здесь нет ничего, что казалось бы материальным или выглядело таковым. Абсолютно. Лишь я и мои мысли. Неужели так теперь будет вечно? Как же рай-ад? Где это всё? Ничего не понимаю. А может это то, что называют адом? Мысли одна за другой сменяли себя. Ужас медленно, но верно наступал на меня своей неведомой сущностью. Стало страшно. Очень страшно. Словно сам Князь Тьмы сковал меня своими обжигающе ледяными объятиями. А я навечно в его плену. Пожалуйста, спасите меня! Кто-нибудь.

Слева показался свет. Неужели кто-то услышал меня? Я резко обернулась. Там стоял Артём, тот самый парень, которого я очень любила в школе. Он такой красивый. Идеальные черты лица, ровный нос, челка, небрежно спадающая с лица, изумрудные глаза.

Он посмотрел на меня. Наши взгляды встретились. Я таю. Чувствую себя шоколадом в духовке. Сердце так бешено бьётся. Дыхание полностью сбилось, я почти что задыхалась.

– Эй, Агата, что с тобой? – он подошёл ко мне и взял прядь волос. – Какие мягкие. – Артём приблизился почти вплотную. – Ты такая красивая. Ты мне всегда очень нравилась, я скрывал это от тебя. Прости.

Сердце резко закололо, в глотке пересохло, а из глаз пошли слёзы.

– Глупая, не плачь.

Я обняла его. У него достаточно рельефное тело, так как он спортсмен. Мало того, так он ещё и без рубашки. Я покраснела, вдыхая его собственный запах, а также чувствовался аромат какого-то дорого одеколона. Мне нравился каждый мускул на его груди. Пульс усилился.

– Я люблю тебя, – прошептала я, закрывая веки.

Он резко отстранился от меня. Я открыла глаза.

– Не ври мне, дура! – в его взгляде бушевала злость. – Ты мне противна, ненавижу тебя. Посмотри на себя. Какая же ты страшная. Неужели ты надеялась, что я полюблю тебя?! – он ухмыльнулся. – Вот дура то. Ты думаешь, я смогу полюбить такую страшилу, как ты?! Твои волосы цвета навоза раздражают меня. Да ты ещё и жирная к тому же, – он приблизился. – Фу, а ты видела свои глаза! Не позорилась бы лучше – накрасилась. Я считаю, тебе лучше сдохнуть, тварь! Ненавижу тебя!

Он взял за руку Ларису, которая уже стояла сзади него, и поцеловал её в губы.

– Боже, какая жалкая, – сказала Лара после поцелуя. – Фу, это она влюбилась в тебя?! Аж блевать тянет.

– Не надо. Пожалуйста, прекратите! – в неистовой попытке спастись, крикнула я. Слёзы предательски стекали по лицу.

– Эй ты, предательница! – воскликнул справа Леша. – Да, как ты посмела бросить нас? Ненавижу тебя! Нас уже убили. Всё благодаря тебе. Спасибо огромное!

Настя стояла с ним и просто плакала, стараясь не смотреть на меня.

– Ах, вот ты где! – сзади послышался голос Татьяны Алексеевны. – Я давно хотела выцарапать твои глаза!

– Подождите, мы ещё с ней не закончили! – закричала Лара. Она держала в руках два пятилитровых ведра. – Выбирай, пауки или соляная кислота?

– Пожалуйста, не надо! – я начала захлёбываться в слезах.

– Вот дура, – Лара взяла ведро с пауками, а Артём с кислотой, и они одновременно вылили их содержимое на меня.

Кислота стала выжигать мою кожу, а пауки своим роем стали бегать по мне. Их было безумно много, противные маленькие лапки всюду расползлись по мне, а затем со всех сторон я стала чувствовать паутину…

Я истерично кричала.

– Эй, проснись! – послышался незнакомый голос.

Я резко открыла глаза.

– Помоги! – я увидела дневной свет. Из глаз сильным потоком шли слёзы. Передо мной был какой-то парень.

– Спаси меня, пожалуйста, мне страшно! Пожалуйста! – я кричала и, схватив его за плечи, начала трясти. – Спаси! Спаси. Спаси…

Он вырвался, и обхватил меня руками, пытаясь обездвижить.

– Успокойся, всё хорошо. Ты в безопасности. Тебе ничего не угрожает.

– А пауки?

Я сглотнула и посмотрела на свои руки. Пауков нигде не было, да и ожогов после соляной кислоты. Я лежала на кровати в незнакомой комнате. Значит, это был сон?…. Кроме того, что я кинула Настю и Лёшу, и того, что Артём никогда не полюбит меня.

Парень отстранился, я посмотрела на него. Мне показалось, что у него знакомое лицо.

*Спустя 5 секунд*

– А! Ты вчера достал меня из воды.

– Ну, вообще-то ты лежала на песке, – он немного улыбнулся, но потом немного обеспокоился. – Ты так громко кричала во сне, что мне стало страшно за тебя. Тебе снились кошмары. – Он замолчал. – Рад, что ты пришла в себя.

– Спасибо тебе.

Он обнял меня ещё раз.

Я почувствовала приятный мужской запах.

– Тебе сейчас нужно особое внимание и поддержка, ты неважно себя чувствуешь. К тому же у тебя большая рана на голове, возможно сотрясение мозга.

– Я раньше никогда не болела.

Он отстранился, и посмотрел на меня.

– Знаю, но я не об этом.

– Слушай, а я ведь не знаю твоего имени. И… откуда ты можешь знать об этом?…

– Рин. Рин Нортвес.

– Какое странное имя. Мы же в России живём так-то.

– Странное? Ах, да. Большую часть своей жизни я провёл в штатах. Там сейчас живёт мой отец.

– Америка? Ух, ты! Как классно! А ты умеешь говорить по-английски?

– М-да, видимо, сильно тебе голову повредило.

– Заткнись! Я просто пошутила, – мои щёки покрыл румянец, и я отвела взгляд.

Он улыбнулся, а затем вновь стал серьёзным и добавил:

– Помимо головы, у тебя много синяков и царапин по всему телу. Тебе стоит пожить здесь некоторое время – восстановиться, а потом Антон (мой помощник) отвезёт тебя в Москву. Там мы снимем тебе номер в отеле на месяц. Потом ты найдёшь своих родителей, и всё будет хорошо. Дальше вы сами разберётесь, что будете делать.

– Мне нужно спасти моих друзей.

– Ты говоришь про Анастасию Малькову и Алексея Малиновского? Я сам с ними разберусь, а ты в плохом состоянии. Мы с Антоном уже давно работаем над уничтожением организацией захватившей их. Ты не должна в это впутываться.

– Что это за организация? – я опустила глаза и посмотрела на свои руки. Они все в царапинах. Не думала, что их настолько много.… Стало не по себе, я глубоко вздохнула.

– Лучше расскажи, что с тобой случилось? Всё с самого начала.

– Только при условии, что ты тоже всё расскажешь, и о себе, и об этой организации.

Он кивнул.

Я рассказала ему всё в мельчайших подробностях. О том, как в городе начался свиной грипп, про мою классную руководительницу Татьяну Алексеевну, про поезд, про Авраама и Тимура, и про то, как я сбежала от них…. Во время моего монолога, он ни разу не перебил, внимательно выслушал, лишь изредка кивал, и всё время думал о чём-то.

По его отстранённому выражению лица, я поняла, что история мало чем вдохновила его. Рин сидел на краешке кровати и нервно дрожал левой ногой, а правой рукой подпирал свой заострённый подбородок. Боже, теперь я стала чувствовать себя жалкой.

Мне стало неловко, и я закрыла лицо руками.

– Ты плачешь? – спросил Рин.

– Не смотри на меня, пожалуйста, мне неловко.

Сквозь пальцы, которые я держала у лица, посмотрела на него. Он улыбался, но, заметив мой взгляд, отвернулся.

– Если леди так будет угодно, – ухмыльнулся юноша.

Я смутилась. Казалось, моё лицо стало красным, как помидор.

– … и потом я нашёл тебя у реки… – закончил мою историю Рин.

Я кивнула.

– Хорошо. Тебе принести чай?

– Вообще-то, я бы хотела послушать твою историю. Точнее всё, что ты знаешь об этой организации.

Он усмехнулся.

– Не удалось перевести тему.

– Конечно, а то это нечестно получается!

– Ладно-ладно. – Рин сделал паузу. – Около 20-ти лет назад появилась такая организация, как «СИИС»… – он резко замолчал. – Я позже тебе расскажу. Всему своё время.

– Но…

– Я даю обещание, что всё тебе расскажу, но чуть позже. Просто доверься мне.

19 мая.

Спустя три дня царапины и синяки по всему телу стали заживать, но вот рана на голове… Мне даже страшно смотреть на неё. Хоть Рин сказал, что череп я себе не пробила, всё равно меня пугает подобное зрелище. Ещё я боялась, что получила сотрясение, но вроде тогда рвать должно? Я чувствовала себя вполне нормально в этом смысле.

Каждый день Рин приносил мне еду прямо в постель, поэтому вставать практически не требовалось, разве что в туалет сходить. С душем тут была большая напряжёнка. Рин топил себе баню раз в 2-3 дня, а я пока что не посещала её из-за того, что Рин боялся, что мне может стать хуже. Удар головой это не шутка. Мне очень неприятно ощущать себя грязной.

В целом, здесь было лучше, чем у Тимура, так как мне не приходилось работать.

Как я поняла, кроме Рина, в этом доме никто не жил. Да и места здесь не особо много.

Когда я встретила Рина в первый раз, мне показалось, что между нами пробежала искра, но за последние несколько дней, она так и не повторилась. Хотя мне нравилось, что красивый парень ухаживает за мной. Конечно, в нём, как и в любом живом человеке, есть куча недостатков. Например, он очень надменный, высокомерный зануда. Иногда, при беседе с ним, складывается впечатление, что я дура. Моё шестое чувство никогда не подводит, я уверенна, он хочет выставить меня полной идиоткой, хотя на самом деле это, конечно же, не так!

Вчера вечером Рин рассказал подробнее историю моего происхождения. Главного учёного-профессора звали Павел Журавлёв, закончил школу с отличием и поступил в Санкт Петербург на иммунолога. После окончания, устроился на работу в какую-то клинику в этом направлении. Спустя несколько лет работы, его повысили до главного на отделении по иммунологии, а параллельно он преподавал в университете некоторое время.

Из-за своего дурного характера, или ещё чего, он жаждал признания, хотел, чтобы люди начали уважать его. В какой-то момент ему пришла навязчивая мысль о создании лекарства для бессмертия, но все попытки были тщетны. На земле, да и за её пределами, существовали различные вирусы, которые, в основном, отрицательно влияли на организм. Короче говоря, для того, чтобы человеческое тело не умирало, оно должно уметь противостоять десяткам или даже сотням тысяч различных вирусов. Подводя итог, можно сказать, что бессмертие в данном случае невозможно. Всё не так просто.

Если создать организм, который уже изначально будет мочь противостоять наиболее сильным и часто встречающимся вирусам, то это может значительно увеличить продолжительность жизни всего человечества, «нового» человечества, которое будет жить лет по 200, а то и 300. Хотя старость также считается болезнью, от неё было бы избавиться сложнее. Время убивает человеческое тело, организм как бы изнашивается. Но от старости также можно было избавиться.

В 20-х годах 20 века некий советский учёный революционер пытался найти способ продления жизни с помощью переливания крови молодых людей старикам. Он верил, что это и, правда, возможно. Этот учёный полностью поменял кровь своего молодого сына на кровь 40-летнего атлета, и хилый юноша стал мощным и мускулистым. Сам же учёный-революционер, умер от переливания крови от студента. Так как на тот момент ещё не был открыт резус-фактор и четвёртая группа крови. А что же в итоге было с его сыном? Он родился хилым и слабым, но прожил до 90 лет, ему делали целых 4 переливания крови. Всё дело в том, что кровь молодого и крепкого организма отлично укрепляет более немощный, так же это работает и в обратном направлении. Когда из старого переливают кровь в молодого, молодой преждевременно начинает стареть. Получается, что таким способом можно продлить жизнь, но ненадолго? Всего лишь на пару десятков лет? Журавлёв стал активно проводить подобного рода опыты в своей организации, что на тот момент являлось совсем незаконным.

Около 20-ти лет назад Журавлёв создал организацию и нанял туда 10 лучших докторов, которые были с ним заодно и полностью поддерживали его идею создать новое человечество и поработить старое с помощью некого вируса. Новые люди будут его полноценными жителями, а старые обычные люди будут их рабами, прислугой, пустым местом. (Конечно же, кроме этих докторов и непосредственно самого Журавлёва)

В общем, Павел Журавлёв решил провести свой главный эксперимент по созданию нового человека: он поместил в пробирке яйцеклетку и наделил её веществом, обладавшим особым иммунитетом.

Основанная им компания называлась ООО «СИИС», что расшифровывается как Создание Идеальной Иммунной Системы. В документах, он писал, что опыты осуществляются на крысах, что входило в рамки закона, поэтому существование организации считалось легальным.

Для проведения эксперимента он пригласил 10 женщин, в которых нужно было запустить яйцеклетку, грозившуюся обладать идеальным иммунитетом. Что-то вроде суррогатного материнства. Изначально всё шло достаточно гладко, но одна из девушек оказалась наркоманкой, что недопустимо для проведения данного эксперимента. Журавлёв был в полном замешательстве и предложил крупную сумму денег тому учёному, который найдёт выход. Один из них, Дмитрий Нортвес, предложил свою жену. Они не могли иметь детей, так как он был бесплодный, поэтому учёный оказался не против таких экспериментов. Выхода не было, и Журавлёв согласился. Спустя некоторое время, жена Дмитрия – Ольга, стала привязываться к своему ребёнку, что было весьма подозрительно, так как она являлась всего лишь суррогатной матерью. Они провели тест на отцовство, и оказалось, что отцом ребёнка был Дмитрий. Судя по всему, во время того, когда в неё вводили эту яйцеклетку, Ольга была уже беременна. Дмитрий понял, что его бесплодность – ошибка, и теперь над их ребёнком будут проводиться опыты. Единственное, что он придумал, это рассказать обо всём полиции. Сдать всю их контору. Так он и поступил. Но, когда это произошло, все женщины уже родили своих детей и почти сразу после рождения им в левую руку на запястье вживляли чипы, в том числе и ребёнку Ольги и Дмитрия. Благодаря этим чипам можно было отследить местоположение детей.

Журавлёва приняли за сумасшедшего, с этими его порывали стать «Богом Бессмертия», что смягчило его наказание. Срок пребывания в психиатрической клинике был 12 лет. Остальные учёные отделались условкой (благодаря коррупции). Дмитрий с Ольгой вместе воспитывали сына, а остальных детей сдали в детдом в ближайший город от этой базы – Лологду.

– Ты одна из этих так называемых «Экспериментов».

– Получается, что я приёмная?

Рин кивнул.

– Но я ничего такого не помню!

– Это значит, что тебя удочерили, когда ты была совсем маленькой, – сказал парень.

– Как ты думаешь, сколько детей они уже поймали? – спросила я.

– Уже 8, – немного замявшись, ответил он.

– 8, это значит, что осталась я, и…

– Я, – шепотом ответил Рин.

8 Букет одуванчиков. Агата Белякова

Разные чувства одолевали меня. С одной стороны хотелось разреветься и назвать предателями своих родителей, ведь эти люди врали мне всю жизнь, но с другой стороны они не виноваты. Что они могли ещё сделать? Мама и папа всего лишь приняли меня в свою семью, и растили, как собственную дочь. Может быть, они сами не могли иметь детей, но очень хотели? Всё это так печально.

– Оставь меня, – прошептала я. – Мне нужно побыть одной.

Рин кивнул и вышел из комнаты.

Конечно, я и раньше знала, что с моим происхождением не всё в порядке, но, как я могла подумать, что у меня даже нет родителей? Их не просто нет, их в принципе не существует. Мне всегда казалось, что я сильно отличаюсь от своих родственников, я как бы другая. У меня абсолютно другое мышление, взгляды на жизнь. Мои родители и другие родственники всегда говорили мне, что я расту несуразным ребёнком, что я глупа и ни на что не способна. Внешность у меня тоже относительно другая.

Я перевела взгляд на шкаф, он тёмно-бордовый и покрыт лаком, из-за чего можно было посмотреться в него, как в зеркало. Моё отражение было хоть и затемнённым, но я могла хорошо рассмотреть себя. У меня средний рост, тёмно-русые волосы по лопатки, что не считается чем-то редким в России, и круглые серо-голубые глаза. Но мои родители совсем другие, мама высокая и худая, у неё короткие и кудрявые тёмно-каштановые волосы, а папа достаточно невысокий, примерно ростом с маму, у него почти чёрные волосы и карие глаза. Мои родители всегда были очень серьёзными людьми, они считали, что главное в жизни, это получить качественное образование, и хорошую работу, а затем завести семью и родить детей. В детстве я ходила на множество разных кружков: бальные танцы, спортивная гимнастика, художественная школа, фортепиано, даже лёгкая атлетика, но отовсюду сбежала. Мне никогда не нравилось жить в реальности. Каждый день, когда мне приходилось покидать мой дом – моё убежище, и выходить в этот страшный мир, я страдала. Я ненавижу людей, они всегда безумно пугали меня. Всеми возможными способами я хотела остаться дома, лишь бы не выходить на улицу. Это у меня повелось с самого детства, поэтому, в какой-то момент родители просто опустили руки и забили на меня, решили, что толку мало от такого глупого ребёнка, и просто занимались своими делами. Я всегда любила смотреть сериалы, фильмы или аниме, играть в компьютерные игры. Наверное, самое большее, на что я была способна, это читать реальные обычные книги, которые мне изредка покупали родители, а ещё я писала фанфики. Это была реально моя страсть, моя любовь, о которой я никому и никогда не рассказывала. Ещё иногда мне нравилось ездить куда-то, путешествовать, но присутствие каких-либо людей могло испортить всю поездку. К родителям я уже попривыкла, но другие родственники наводили на меня тоску.

Да что у меня вообще есть? Я не могу вернуться домой, моих друзей поймал какой-то сумасшедший маньяк, у меня нет родителей, я плохо учусь, у меня нет цели в жизни, а я уже почти окончила школу, в личной жизни полный провал…. Совсем негусто. Я неудачница? Меня, вроде, никогда не беспокоили подобные вопросы, но сейчас… всё изменилось.

Из глаз потекли слёзы. Чёрт, когда я стала такой сентиментальной?

20 мая.

Я встала с кровати и не упала. Ура!

За окном светло. Почти каждый из последних дней оказался солнечным, а я ни разу не вышла на улицу. Возможно, я и похожа на хикикомори, но это вовсе не так! Да, большую часть своего свободного времени я проводила дома. Я редко занималась чем-то полезным и продуктивным, но мне нравилось так жить. Несмотря на это, я всё равно ходила гулять, может обычно и одна, но не всегда. Особенно, когда светит солнце, такое бывает не очень часто. Порой нашу Лологду можно назвать более пасмурной, чем Северную столицу России.

Кроме кровати и шкафа в комнате ещё стояли небольшое деревянное зеркало и столик. На последнем из перечисленных предметов интерьера красовалась небольшая вазочка с букетом одуванчиков.

Это Рин принёс? Когда он успел это сделать? Я улыбнулась, это так мило, мне ещё никогда не дарили цветы. Не знала, что это и правда настолько приятно.

Я сделала глубокий вдох, лёгкие наполнились чудным ароматом цветов. В комнате царил сильный запал древесины и ещё чего-то. В старых деревянных домах всегда так пахнет. Мне стало тепло на душе, вспомнилось, когда я была маленькая и ездила в деревню к бабушке… точнее к маме моей мамы. Мы с родителями каждое лето на весь июль ездили туда. Там было озеро и бабушкины прекрасные пирожки с яйцом. Она всегда была такой доброй, но однажды, когда мне было 10, она умерла. Я ходила на её похороны.

Что-то сжалось в груди, лучше сейчас об этом не думать.

9 Я схожу с ума. Рин Нортвес

Солнце стоит высоко в зените. Я возвращаюсь с рыбалки. Сегодня вышел не очень хороший улов, но пару рыбинок на ужин нам двоим хватит.

Агата живёт здесь уже несколько дней. Интересно, когда она выздоровеет? Честно говоря, я бы не хотел, чтобы Агата уходила, но мне необходимо придумать чёткий план по спасению мира от нападок Журавлёва, а её присутствие тормозит весь процесс. Она милая и смешная, поднимает настроение. Иногда, честно говоря, ведёт себя довольно странно, но мне это даже нравится.

Скоро должен приехать Антон, её присутствие здесь будет точно не к месту. Нужно поскорее отправить Агату в Москву.

Не успел я о ней подумать, как эта девушка уже появилась в поле моего зрения. Она зачем-то стояла на крыльце. Сколько ей можно говорить, чтобы она не вела себя так безрассудно?! Хоть мы и в такой глуши, мало ли что может случиться. Эти сволочи сейчас ищут нас. Нам небезопасно появляться где-либо, даже здесь. Особенно Агате, ведь в её левой руке встроен микрочип, по которому они смогут засечь эту непутёвую девицу! Хорошо, что Антон оборудовал этот дом, и внутри не будет ловить сеть, сигнал, да и вообще ничего, но вот снаружи…

Я подошёл ближе, она заметила меня. Сразу же улыбнулась и замахала рукой.

– Рин, Рин, где ты был? – ведёт себя, как ребёнок.

Агата побежала в мою сторону.

Она была в одной тёмно-синей длинной футболке! Моей футболке. Я тут же перевёл взгляд на ноги, они казались не слишком длинными, но красивыми. Плавные изгибы, чуть более округлые ближе к ягодицам. Мне резко захотелось прикоснуться к ним, и не только. Хотелось схватиться, сжать, трогать и трогать, поднимаясь выше. Внутри всё сжалось, почувствовался резкий жар внизу живота. Я разозлился, у меня уже давно не было девушки в этом плане. У этой дуры Агаты совсем ума нет что ли?! Эта идиотка хоть понимает, что она сейчас живёт в одном доме с незнакомым парнем? Сделав глубокий вдох, я закрыл лицо рукой и старался успокоиться.

– С рыбалки? – она заметила рыбу в ведре.

Я кивнул, стараясь не смотреть на неё.

– Что с тобой?

– Ничего, будь добра, оденься, пожалуйста, когда в следующий раз захочешь встать с постели, – я направился в сторону дома.

Агата достаточно симпатичная девушка и вроде неплохой человек, но порой она безумно действует мне на нервы своим безрассудным поведением. Когда мы только встретились, показалось, что между нами что-то произошло, но мне показалось. Какие-то чувства к кому-то я уже давно не испытывал, ведь это очень больно. Интересно, почему она такая и так странно себя ведёт? Может у неё какие-то серьёзные психические расстройства?

Чёрт! Я начинаю сходить с ума.

Я отворил жухлую дверь.

– Ну, уж прости-прости. Просто сегодня такая хорошая погода! Посмотри на это солнышко, оно выглядит великолепно! А эти деревья! Да они же просто мерцают! Я счастлива.

Я посмотрел на неё. Она выглядит, как ребёнок. Такая счастливая из-за какой-то ерунды. В её глазах бегали игривые огоньки, в них царила жизнь. Её волосы, так небрежно лежавшие на плечах, развивались на ветру и немного спадали на грудь. Она красивая.

– Эй, смотри не на меня, а на солнце!

– Ты каждый раз ведёшь себя неадекватно, когда…. Хотя, пожалуй, всегда.

Она надула губки.

– У тебя совсем нет чувства такта!

Я зашёл в дом и закрыл за собой дверь. Пока она занимается всякой ерундой, мне нужно приготовить эту рыбу с картошкой.

Агата ещё не скоро сможет покинуть мои мысли… к сожалению.

10 Разбитое сердце. Агата Белякова

Пройдя несколько метров в сторону выхода, я открыла дверь. Мне всегда было интересно, как выглядит этот дом.

За дверью из комнаты, меня ждала гостиная, в которой стоял лишь маленький диванчик. Неужели Рин здесь спит? Нет, наверняка есть ещё одна спальня, но в доме была лишь небольшая кухня и кладовка.

В скором времени, я поняла, что здесь нет ничего интересного, не Рина, поэтому я решила обойти окрестности.

Выйдя из дома, я не увидела ничего кроме бесконечных деревьев. Оказалось, что этот дом, в котором мы живем, стоит посреди леса, а рядом нет даже намёка на цивилизацию. Хотя здесь был ещё деревянный туалет и баня, но кроме этого, совсем ничего. Зачем Рин вообще из Америки решил переехать в такую глушь? Он что ненормальный? Променял саму Америку на какую-то старую сарайку в центре одного из русских лесов на территории Лологодской области. Да, и где он вообще?

Не пошло и пяти минут, как парень возник на горизонте. Я помахала ему и побежала на встречу. Не знаю почему, но я была очень рада видеть его сейчас. Когда я подошла к нему, то он стал очень странно себя вести. Как будто его что-то беспокоит. Интересно, что?

Он зашёл в дом. Ну, и ладно.

Я решила прогуляться по лесу, дома всё равно жутко скучно. Рин даже книжек никаких почитать не оставил. Буду развлекать себя, как могу…

Яркие лучики майского солнышка пытались пробиться сквозь бесконечные деревья, на которых уже начинали появляться листья. Уже совсем скоро лето. Травы здесь практически не было, наверное, из-за того, что сюда попадает мало солнечного света, плюс здесь повсюду валялись стволы поваленных деревьев и сучья.

Когда я ушла из дома, было 10 мая. Не знаю, сколько длится моё «приключение», но сейчас, наверное, уже где-то двадцатые числа по моим ощущениям времени и погоде.

В последнее время мой мир перевернулся с ног на голову. Все последние события очень сильно выбили меня из колеи. Ещё недавно у меня возникали мысли о подготовке к ЕГЭ и поступлении хоть куда-нибудь, а сейчас я думаю о том, как бы меня не убили чокнутые психи. Охота началась ещё со дня карантина. Как я поняла, эта организация, которая хочет нас поймать и взять к себе на опыты, промышляет какими-то тёмными делами. Я так полагаю, школу мне больше никогда не удастся закончить.

Я глубоко вздохнула. Грустно.

Все эти мысли отвлекают меня от самого важного. Раз уж я наконец-то вылечилась, и чувствую себя более-менее нормально, то просто обязана спасти из плена моих друзей – Настю и Лёшу. Рин в одиночку хочет одолеть Журавлёва но…

Обрыв. Моя нога соскользнула, и я увидела лазурное небо, по которому лениво плыли редкие облачка, а затем резко плюхнулась в воду. Неужели это та самая река, из которой я выплыла ещё совсем недавно?

Течение было не очень сильным, но этого было достаточно, чтобы нести моё тело в неизвестном направлении.

– РИ-ИН! – захлёбываясь, крикнула я. – РИИИН, СПАСИ МЕНЯ!!!

Ледяные потоки несли меня на губительное дно, обжигая кожу. Хватаясь за воздух, я упорно сопротивлялась, но, честно говоря, у меня плохо это получалось. В те редкие мгновения, когда моя голова появлялась на воздухе, я жадно глотала его, чтобы наполнить им свои лёгкие, в которые беспощадно попадала вода, и пожирала их изнутри. Казалось, секунды-минуты длились бесконечностью. Не помню, как в прошлый раз я сама выбралась отсюда. Видимо страх смерти даёт нам какие-то суперневероятные способности, на которые, в обычной спокойной жизни, не хватает навыков, силы, опыта. В такие моменты мы – люди, способны делать нереальные вещи.

Раздались сильные брызги. Небольшой поток воды хлынул мне в лицо и рот. Кто-то с силой схватил меня, и потянул в сторону.

Оказавшись на суше, я прокашляться. Вода, попавшая в нос, дала о себе знать. Мне стало жалко себя и свои лёгкие. Из глаз пошли слёзы.

– Ты совсем идиотка? Зачем ты ушла так далеко? – гневно закричал Рин. – Да, ещё и под ноги не смотришь. Как ты смеешь так наплевательски к себе относиться?!

Если бы такое сказал мне Лёша, я бы сейчас устроила ему взбучку, но…

– Прости, мне хотелось осмотреть окрестности, – жадно глотая воздух, я потупила в землю взгляд, и шмыгнула носом.

Последнее время я становлюсь мягкотелой.

– Ну как? – с вызовов спросил он. – Осмотрела? А теперь в дом!

Я кивнула.

Нежные лучики солнца сушили мою мокрую футболку. Дул лёгкий ветерок. Я полагаю, в лесу никогда не бывает сильного ветра, из-за частоты деревьев на один квадратный метр. Только сейчас я заметила, что на мне нет обуви, и я иду босиком. На ногах уже образовались несколько мелких новых царапин, но страшнее всего был тот факт, что по земле может ползти разная нечисть, вроде пауков или гусениц, которых я ужасно боюсь. По телу пробежала не одна волна мурашек (в плохом смысле).

Я глубоко вздохнула, повсюду веяло множеством лесных ароматов. Больше всего мне нравилось то, что воздух здесь чистый. Интересно, как далеко я нахожусь от дома.… И вернусь ли туда вообще когда-нибудь? Авраам говорил, что в город возвращаться опасно, там меня сразу же найдут.

Воспоминания о Тимуре и Аврааме погрузили меня во мрак. Как они могли сдать нас? Это самое настоящее предательство, ведь Авраам отлично знал, кому и зачем мы нужны.

Пока я находилась в глубоких раздумьях, мы уже успели подойти к дому.

– Агата, мне нужно поговорить с тобой.

– Надеюсь, ты не хочешь спровадить меня отсюда куда подальше? – вызывающе спросила я.

– Завтра приедет мой помощник и отвезёт тебя в Москву, там забронирован номер в отеле на один месяц. Надеюсь, за этот срок ты свяжешься со своими родителями.

– О чём ты? А как же Журавлёв и Настя с Лёшей? – я умоляюще посмотрела на него.

– Я спасу их, посажу Журавлёва за решётку, и на этот раз – пожизненно. Для тебя это слишком опасно, – он улыбнулся. – Посмотри на себя, ты ведь такая слабая и глупая.

Его лицо стало серьёзным. Рин протянул правую руку, схватил моё запястье и с силой потянул за собой.

– Эй, отпусти меня! Мне больно! – чуть не плача, закричала я.

Парень ослабил хватку и остановился.

– Прости, но я не могу позволить тебе остаться здесь, – тихо произнёс он, смотря куда-то вниз.

Не знаю что со мной произошло. Какая муха меня укусила? Когда он замолчал, я резко выхватила свою руку и обняла Рина. Я прижалась головой к его груди, а руками обвила торс. Он такой тёплый и от него приятно пахнет лесом. Мои щёки покрылись румянцем, а юноша стоял без движения. Хорошо, что я не смотрела ему в глаза, было бы очень неловко.

– Агата… – нервно вздохнув, прошептал Рин.

– Заткнись! – взвизгнула я. Мне хотелось выглядеть серьёзно, но мой голос больше напоминал мышиный писк. – Не говори ничего.

Какого чёрта я его обнимаю? Почему он мне так нравится?! Ненавижу его за это!

Рин резко отстранил меня.

– Прости, – виновато сказал он.

По телу пронеслась нестерпимая боль, словно в грудь кто-то со всех сил ударил ножом. Где-то в горле появился комок, а на глаза наворачивались слёзы. Как будто бы он меня отверг. Хотя почему как будто? Я же не признавалась ему в любви, какой ещё отказ? Нужно как-то выкрутиться…

Я нервно и обрывисто засмеялась.

– Ты выглядел таким жалким, что мне захотелось пожалеть тебя, неудачник! – я отвернулась от него. – Мне пора собираться, ведь я уже скоро должна уехать!

По телу пробежала дрожь. Надеюсь, моя игра была убедительной.

– Агата, завтра за тобой заедет мой друг, – глухо сказал Рин.

– Интересно, как он заедет за мной в такую глушь? Даже самый крутой мотоцикл не сможет переехать эти коряги! Уж я-то знаю. К сожалению.

– На западе от моего дома есть дорога, отсюда метров 200 может.… Не переживай, с тобой и твоими друзьями всё будет хорошо, а я после выполнения миссии, уеду обратно в Америку… – серьёзно, но с какой-то лёгкой грустью, ответил он.

– Я и не переживаю! – с наездом сказала я. – А теперь я хочу немного побыть в одиночестве, так что пойду в свою спальню.

– Хорошо, – кивнул Рин, – а я продолжу готовить ужин.

Как только я закрыла за собой дверь, то сразу же позволила себе немного расслабиться. Все накопившиеся эмоции вышли наружу. Из глаз одна за другой посыпались слёзы. Я сжала рот рукой, чтобы он не услышал.

Ненавижу его!

Конечно же, просто сидеть и реветь я не собираюсь. Мне пришлось соврать Рину, чтобы он отстал. На самом деле, как только Рин начал варить картошку, я открыла огромный шкаф и взяла из него чей-то зимний пуховик и вязаный свитер с оленями, положила его на кровать под одеяло. Когда он зайдёт сюда, то подумает, что я сплю, и не сразу догадается искать меня. Тем временем я пойду в сторону дороги и убегу отсюда как можно дальше. Я должна спасти своих друзей, потому что самое крутое, что может быть в жизни, это они. Совсем недавно я поняла эту истину, потому что раньше никогда не имела близких друзей. Хоть мы с Настей и Лёшей пообщались совсем недолго, я поняла, что мы сдружились, стали почти семьёй. Думаю, что друзья – это семья, которую ты выбираешь себе сам, и ни один на свете парень не стоит того, чтобы плакать из-за него или переживать. Пошли все к чёрту, особенно Рин, и Артём тоже, и все-все-все!

11 Наивная девочка. Агата Белякова

Всё шло чётко по плану, когда я стояла и занималась автостопом на дороге. Вылезти незаметно из дома, и добраться до трассы оказалось гораздо легче, чем я предполагала. Рин наверняка сейчас ещё готовит рыбу или картошку на ужин, а когда закончит, и позовёт меня, заметит, что я лежу под одеялом. Он решит, что я на него обиделась, и не будет беспокоить.

Что плохого в том, что я сбежала? Понимаю, он хочет спасти и защитить меня, но ведь я не ребёнок. Могу и сама о себе позаботиться. В первую очередь я должна спасти моих друзей.

Совсем недавно ещё было солнечно, а сейчас уже на небе образовалась целая вереница облаков. Это, конечно, красиво, но очень мне не нравится. Если вдруг я не смогу поймать машину, то дождь будет очень некстати.

Не представляю, в какой стороне находится лаборатория Журавлёва, но мне нужно это выяснить.

Я встала на дорогу и вытянула руку, показывая «класс», или палец вверх, как говорят на YouTube. Где-то слышала, что так делают автостоперы. Если это не так, то выгляжу я очень глупо, хотя какая разница, машин всё равно нет.

Сзади послышался завывающий рёв.

Недолго думая, я встала поперёк дороги, не давая проехать. Это мой единственный шанс, потому что здесь вообще никто не ездит. Я не могу позволить этой тачке так просто уехать от меня.

На огромной скорости ко мне приближалась алая машина. Иномарка «KIARio». В машинах я не очень хорошо разбираюсь, но эту я уже знаю, потому что у моих родителей точно такая же, только синего цвета.

Заметив меня, водитель начал сигналить, но я не отходила ни на шаг, и машина резко затормозила.

– Эй, дура! Жить надоело! – заорал он, открыв окно. Потом ещё сказал пару ласковых на русском-матерном.

– Извините, а куда вы едете?

Мужчина хотел было снова заругаться, но передумал.

– В Лологду, – коротко бросил он.

– Откуда?

– Из Гириллова. Слушай, не многовато ли у тебя вопросов?! Ты дашь мне проехать или так и будешь стоять посреди дороги?! – закричал он.

– Меня не подбросите?

– Нет! А теперь свали или я тебя перееду! – ещё сильнее разозлился водитель. – Нынче здесь ни пойми что твориться.

– А что здесь происходит?

– Свали с дороги, идиотка!!!

Разочарованно вздохнув, я отошла в сторону. Какой же он злой. Не люблю я таких людей. Они вечно недовольны жизнью. Постоянно злятся на всех и вся. Я ведь ничего плохого не сделала, а ещё ему ничего не стоило подбросить меня. Интересно, что сейчас в городе творится? Зато теперь, хотя бы могу представить, где я нахожусь. Если эта трасса в сторону моей родной Лологды, а он едет из Гириллова.

Мужчина немного приободрился и поехал дальше.

Следующая машина приехала не скоро. Прошло, наверное, минут 20, если не больше. Ну, всё! Сейчас я точно не отступлю.

Тучи начали сгущаться ещё сильнее, подул сильный ветер, а затем на меня капнуло. Я уверенно пошла и встала на середину дороги. В этот раз я буду более настойчивой, а может даже навязчивой, но под дождём мокнуть не собираюсь!

В этой машине сидело два мужчины, один на месте водителя, а другой на пассажирском. Хотя я плохо могла их видеть, так как окна были затонированы. Это «Lexus» чёрного цвета, я узнала марку по английской букве «L», на капоте. Машина резко остановилась, оставив около себя облако пыли, и мужчины посмотрели на меня. Тот, который сидел на пассажирском сидении весьма грациозный мужчина, что-то неслышно сказал водителю, который был не только статным, но и полным, и он кивнул.

– Эй, девочка…

– Отвезите меня в Лологду! – настойчиво крикнула я.

Мужчины переглянулись.

Водитель открыл окно.

– Хорошо, заходи, – позвал меня он.

Я широко улыбнулась и села в машину на заднее сидение. Оказалось, что там был ещё один мужчина, которого я сразу не заметила. Он невысокого роста и толстый, с маленькими круглыми очками, которые сидели на конце его огромного носа, а глаза столь крохотные, что их не разглядеть под густыми бровями. Внутри лексуса играла какая-то популярная иностранная музыка, я люблю такую.

Водитель резко развернул руль, и машина повернула в обратную сторону.

– Погодите, а разве вы не в Лологду ехали? Она же в противоположной стороне, разве нет?

– Да, конечно, но прежде нам нужно заехать в одно место – заправиться, – сказал мужчина, на пассажирском сидении, пристально глядя на меня через зеркало. Машина тронулась и мы поехали.

Я неуверенно кивнула и, пристегнувшись, стала смотреть в окно. Тёмно-зелёные деревья, казалось, растягивались бесконечной полосой, а за ними лишь небо закрытое густым слоем серых облаков. Дождь, кажется, остановился. Пока мы ехали до заправки мужчины не проронили ни слова, может они стесняются говорить при мне?

Если честно, когда у тебя нет телефона, сложно отслеживать время, но прошло уже немало. Странно, мы проехали уже одну заправку, но они сказали, что им нужна какая-то определённая. Лексус вроде крутая машина, но разве настолько, что ей нужна какая-то особенная заправка?

– Далеко ещё? – спросила я.

– Мы почти приехали, – улыбнулся водитель, и посмотрел на меня через зеркало заднего вида. Его улыбка мне почему-то не понравилась. По телу пробежали мурашки.

Спустя ещё какое-то время, мы свернули направо, и поехали по неасфальтированной дороге. Машина двигалась намного медленней из-за кочек. На моё стекло упала капля, а за ней ещё и ещё.

Кажется, дождик начинается…

Хотя это всё очень странно, я вспомнила, как обычно выглядят заправки. Они ведь находятся прямо на трассе, для них не нужно ехать в какой-то непонятный посёлок… Минуточку… Кажется у водителя знакомый голос… Где я могла его слышать…?

В моей голове начали всплывать воспоминания: я ужинала в доме у Тимура и Авраама и… Точно! Это же те самые мужчины, которые похитили Лёшу и Настю!!! О, нет!!! Какая же я дура!!!

Ну что ж, выбора нет.

Машина всё ещё находилась в движении. Одной рукой я быстро отстегнулась, а второй открыла дверь и резко выскочила из неё.

Она, конечно же, сразу остановилась, но я не решалась оглядываться назад, а бежала на максимальной скорости обратно в сторону трассы.

– Эй, – крикнул кто-то сзади, – Стоять!

Я игнорировала его и, что было сил, мчалась вперёд. Крупные капли дождя безжалостно барабанили по голове. Волосы быстро намокли.

Сзади раздался выстрел.

– Остановись, или я убью тебя! – крикнул мужчина.

Я не оборачивалась назад, но, несмотря на сильный шум от дождя, чётко был слышен выстрел. Такого сильного адреналина я никогда ещё не чувствовала, вся моя бесполезная жизнь находилась в руках этих бандитов. Что будет, если я умру? Изменится ли, что-нибудь в этом мире? Конечно же – нет, о чём это я? Эта мысль вызвала у меня усмешку, я остановилась и обернулась. В ступоре уставилась на толстяка с ружьём. Руки и ноги стали дрожать, но не от холода. Я сейчас выгляжу такой жалкой. Мне хотелось расхохотаться от всей этой ситуации, но, почему-то, из глаз ручьём потекли слёзы. Боже, что со мной?

Мужчина немедленно приблизился ко мне и больно схватил за запястье. У него были длинные ногти, он царапнул меня, и из руки выступила капелька крови.

Я всхлипнула.

12 Отчаяние. Агата Белякова

Затхлый запах сгнившей тряпки и застоявшейся пыли заполняли помещение, из-за чего было очень трудно дышать. Я находилась в квадратной комнате с грязно-серыми голыми стенами. Не видела, как меня сюда привезли. Точнее, мне не дали это увидеть. Мои руки и ноги были привязаны к стене, тугими ремнями. Не слишком комфортная атмосфера. После такого зрелища мне будут сниться чёрно-серые сны. Точнее будет сказать – кошмары. Слышала, что человек может привыкнуть к чему угодно за 21 день, но не думаю, что к вечному ужасу вообще возможно когда-либо привыкнуть, разве что окончательно сойти с ума и потерять рассудок. Есть такие вещи, к которым невозможно привыкнуть. Никогда. Здесь так страшно. Вечный страх это ад. Наверное, верующие думают, что если будут вести неправильный образ жизни, то попадут в ад после смерти, но ведь жизнь на земле и есть ад. Самый настоящий. Я не хотела, чтобы всё так закончилось. Я просто хотела быть счастливой. Но в плену нет счастья. Точнее его здесь просто не может быть. Страх поглощает всё сознание. В сердце колет. Где-то в горле появился комок, который не даёт дышать. Я жадно глотаю воздух, мои глаза наполнились слезами. Солёный привкус на языке. Надеюсь, Рин спасёт меня. Или не Рин. Ну, хоть кто-нибудь. Нужно было лучше продумать план по спасению моих друзей. Точнее нужно было его, в принципе, придумать.

Дверь скрипнула. Я инстинктивно обернулась. В комнату зашёл мужчина 57-ми лет, у него были тёмно-седые кудрявые волосы, одет в белый медицинский халат. Большие серые глаза с длинными ресницами смотрели на меня с презрением, но в, тоже время в них было что-то ещё. Надеюсь, мне показалось, но, возможно, это были искорки безумия. В руках он держал стопку каких-то листов А4 и перебирал их.

– Так-с, Эксперимент № 10 Агата Белякова…

– …

– 17 лет… Дата рождения 17 сентября…. Так-с…. Вторая группа крови, резус фактор положительный, рост 158 сантиметров, вес 56 килограмм. Учится в МОУ «СОШ №62»… Ведёт пассивный образ жизни и ничем не занимается. Когда ей было 4 года, пошла на спортивную гимнастику, но к 10-ти годам бросила её. После чего стала ходить на занятия по игре на фортепиано, но в 12 бросила. Потом решила заняться танцами, но не прошло и года, как бросила, потом ещё художественная школа и лёгкая атлетика…

– Что вам от меня нужно? – несколько раздражённо выдохнула я.

– … Так-с после 14 она больше ничем не занималась, а лишь сидела дома, и, как известно, друзей не имела. Это всё. По моим данным ты самый слабый образец из всех…. И почему я не убил тебя ещё в утробе.… Мы так долго гонялись за тобой, а эксперименты № 4 и 5 нам упорно отказывались говорить, где ты. Забавно вышло, ты сама к нам пришла. Где ты была?

– …

– Отвечай, дура! – он с силой ударил меня по лицу.

– У Рина… – еле выдавила из себя я.

– У какого такого Рина? По моим данным у тебя нет знакомых с таким именем.

– Мы с ним недавно познакомились.

– Рин… – незнакомец начал перебирать свои бумажки. – Этот человек?

Он показал небольшую фотографию с мальчиком лет 15, тёмные волосы и красивые голубые глаза. Мне стало жутко. Его кожа была бледной, как у трупа. Как будто перед тем, как его фотографировать, они изрядно поиздевались над ним. Его капилляры в глазах полопались, а под ними были огромные синяки. Ещё взгляд, не выражавший абсолютно ничего, кроме отчаяния.

– Отвечай, я сказал! – он снова ударил меня.

– Да, это он…

– Хм, интересненько, значит, подобрал себе новенькое имечко, – он усмехнулся. – Эксперимент №9, ишь какой изворотливый.

– А теперь ты скажешь мне, где его место пребывания, а иначе… – он достал нож из кармана и легко сделал небольшой надрез на моей шее. Из глаз хлынули слёзы. Вновь появился в горле ком. Ужас сковал меня. Сколько бы раз смерть не подходила ко мне настолько близко, всегда страшно, как в первый раз. Осознание того, что ты сейчас умрёшь, не самое приятное в мире чувство. Ноги и руки пробивала дрожь.

– Я шучу, – он улыбнулся. – Конечно же, шучу. Не буду я тебя убивать. Ты так легко не получишь смерть. Если не будешь отвечать на все мои вопросы, то я буду просто делать тебе больно. Поняла?

Я кивнула и всхлипнула.

– Ну-ну, не плачь. Я всего лишь хочу, чтобы ты мне рассказала, где находится домик твоего дружка.

Мужчина взял нож и провёл им по моей щеке, оставляя кровавый след и ужасную, пронзающую каждую клеточку моего тела, боль.

– Он в Лологде.

– Врёшь! – огрызнулся мужчина. – Неужели ты думаешь, что я поверю в эту чушь? – он повторил надрез на второй щеке.

Я вскрикнула.

Не знаю, что мне делать. С одной стороны, если бы я сейчас всё рассказала ему про Рина, то этот сумасшедший деспот оставил бы меня в покое, но ведь, если я сдам его…. Рина точно поймают и упекут сюда же, скорее всего. Но ведь я не хочу этого. Я не могу быть предательницей дважды пытаясь спасти свою шкуру.

– Говори, я сказал! Говори! – сейчас не просто искорки, а самое настоящее безумие в его глазах. Мне страшно, но никто не спасёт меня. Я больше не могу ни на кого рассчитывать кроме себя.

Я опустила голову вниз.

Я должна измениться! Просто обязана! Я не могу быть вечно такой боксерской грушей-предательницей. Нельзя так поступать. Рин столько всего для меня сделал. Он спас меня. Да, именно. В нём я нашла своё спасение. Он просто великолепный человек. Я должна быть преданной ему, ведь потому что… Я люблю его? Боже, не верится, что я думаю о таком. Неужели, я, правда, люблю его? Тот момент, когда он обнял меня. В моей голове весь мир ополчился против меня, но он словно храбрый рыцарь пришёл спасать свою неудачливую принцессу. Несмотря на то, что временами он бывает груб и ведёт себя, как дурак.

Из глаз ринулись слёзы. Одна за другой. Хоть я и улыбалась, они не переставали идти.

Боже. Как глупо я сейчас выгляжу.

Рин. Он всегда был сильным. Я должна ровняться на него. Я хочу стать достойной его.

Мне нужно быть храброй. Храбрее, чем сейчас. Храбрее, чем Рин. Храбрее чем, я когда-либо была в этой жизни. Какой смысл в том, чтобы жить, если я не готова умереть за то, что я люблю? Точнее, кого я люблю. Да, именно так. Я должна умереть за Рина. Думаю, это будет лучшая благодарность за всё, что он для меня сделал.

Не верю самой себе.

Как я могла влюбиться в парня всего за несколько дней?

Это вообще возможно?

Любовь с первого взгляда?

Возможно.

Я.

должна.

умереть.

Я.

люблю.

тебя.

Рин.

Прощай.

13 Спасти тебя. Рин Нортвес

Не верится, что я так сказал. Думаю, сделал всё правильно. Какой смысл мне говорить ей иначе. Она должна уехать отсюда, как можно скорее. Я хочу защитить её. Ведь она сама не способна о себе позаботиться, как показывает практика.

Тот момент, когда она обняла меня. Я думал, что моё сердце вырвется из груди, а душа уйдет в пятки. Зачем она тогда это сделала? Скорее всего, чтобы соблазнить меня, и манипулировать мной, моими чувствами, я знаю эту женскую игру. Эта девушка не может нравиться мне. Я больше не могу легкомысленно влюбляться. В этом нет ни капельки здравого смысла. Влюбляются лишь полные идиоты, у которых совсем нет никаких дел. Только полные глупцы! А я не такой.

Я глубоко вздохнул.

Любовь неизбежно приводит к бессмысленным страданиям. Хныканью из-за ерунды. Это ведь всё гормоны. Не более. Мои мама и папа очень любили друг друга. Взаимность это, конечно, прекрасно, но и их любовь обернулась трагедией. Это случилось, когда мне было лет 5 или 6. Мы тогда жили в Лологде. Журавлёв тогда ещё сидел в тюрьме, а сброд его сумасшедших докторишек ушёл в подполье. В тот день светило яркое июньское солнышко. Я с друзьями играл в футбол рядом с моим домом. Мы жили на втором этаже. Наш балкон находился прямо напротив двора, поэтому мама могла спокойно наблюдать за мной, и ни о чём не беспокоиться. У нас всегда была крепкая и неразлучная семья. Я очень любил свою маму. У неё были длинные тёмные кудрявые волосы, счастливые глаза, а в уголках глаз еле прослеживались мимические морщинки, и насколько я помню, у неё всегда была улыбка. В тот роковой день… Мяч вылетел прямо на дорогу. Я, радостно смеясь, побежал за ним. Мама наблюдала за мной. Очень чётко слышал её «НЕТ!». Я выбежал на дорогу и подобрал мяч. Справа от меня послышался рёв. Машина стремительно приближалась. Я не успел осознать реальность. Откуда не возьмись, появилась мама. Она с силой оттолкнула меня. Не удержав равновесия, я упал на бордюр. Но мама… Машина с силой толкнула маму, и она отлетела в сторону. Лежала на асфальте. Неподвижно. Истекала кровью. Её грудь еле вздымалась, а глаза наполнились слезами. Водитель даже не остановился, а просто уехал. Последние её слова «Ты в порядке?» Прежде, я никогда не испытывал подобного чувства. Что может быть страшнее потери матери. Она была моим самым близким человеком на тот момент. С папой мы всегда меньше общались, а после этого случая, мы и переехали в Америку. После того, что случилось, я ни на миг не переставал чувствовать себя одиноким и всеми покинутым. Хотя, скорее всего, я просто жалел себя. Что абсолютно недопустимо для настоящего мужчины. Я всегда старался быть сильным. Сильнее чем были мои ровесники, или даже ребята постарше. После смерти мамы, папа много пил, и вообще практически перестал общаться со мной. Думаю, это сломало его. Возможно, он даже считал, что я виноват в смерти матери, хоть и не говорил мне об этом прямо.

Пока я пребывал в размышлениях, картошка подгорела. Надеюсь, Агата не сильно расстроится из-за картошки. Хотя, после нашего недавнего разговора, думаю, еда будет мало интересовать её.

Я глубоко вздохнул, наполняя лёгкие кислородом.

Еда готова, нужно позвать Агату.

Выключил плиту, от картошки приятно пахло специями, и немного неприятно гарью. Я хотел зайти в спальню, но остановился прямо у самой двери, не решаясь открыть её. Стоит ли сейчас заходить? А вдруг, она бы не хотела этого? Нет! Не стоит из-за этого волноваться. Всё нормально.

Я коснулся ручки двери, и аккуратно приоткрыл её. Окно было распахнуто, а белые полупрозрачные шторы развивались от сильного ветра.

Что?

Я перевёл взгляд на кровать, там под одеялом что-то лежало. Это точно была не Агата. Что за очередную глупость она задумала. Сбежала и положила что-то под одеяло? Складывается впечатление, что эта девица вообще никогда не пользуется мозгом. Выпрыгнула из окна и забыла закрыть его, или ветер открыл. В любом случае, она не заперла его снаружи. Защёлка была открыта. Вот глупая! Куда она могла бежать?! Совсем же не знает местности! Минуточку… Я же рассказал ей про шоссе… Неужели… Понятно. Нужно скорее бежать. Надеюсь, ещё не поздно.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Это очень плохо.

Я накинул чёрную кожаную куртку, зарядил пистолет и бросился бежать. Нужно позвонить Антону. Я набрал номер. Прошло всего пару гудков, и он ответил на мой звонок.

– 8 9 5 2 6 приём?

– 5 4 4 3 7 приём!

– У меня срочная новость! Номер 10 сбежала от меня! Возможно, они уже обнаружили её местонахождение, благодаря встроенному чипу. Нам нужно немедленно привести наш план в действие!

– Ты хочешь воплотить план Б512 в действие? Но мы ещё не готовы, я планировал нанять лучших хакеров. Настоящих профессионалов своего дела. План просто идеален. Они очень скоро должны закончить одно дело и взяться за наше. Не руби с плеча. Подождём ещё буквально пару дней.

– Нам придётся изменить план. Так сложились обстоятельства.

– Ты помнишь, как в прошлый раз решил включить импровизацию, и к чему это привело? Повезло тебе, что я тогда смог помочь. Хотя ты должен благодарить даже не меня, а Алину, ведь твоё спасение стоило ей жизни. Почему ты ведёшь себя как последний придурок? – послышалась пауза. – Слушай, теперь я вообще не удивлён, что тебя тогда поймали.

– Но я…

– Лучше бы тебе немного подождать. Не до конца продуманный план, может пойти крахом. А жизнь у тебя одна, и второй попытки не будет.

– Тогда я буду действовать один. До связи.

– Стой!!!

Я выключил телефон и положил его в карман.

14 К чёрту! Рин Нортвес

Жуткие стены. Снова эти проклятые туннели. С ними связаны слишком неприятные воспоминания. Послышалось эхо, а затем чей-то женский крик. Агата…? Стоп! Нужно успокоиться, если буду действовать необдуманно, то всё будет, как в прошлый раз.

Я знаю, где находятся комнаты для всех подопытных. Сейчас я нахожусь в лабиринте, на минус 5 этаже. Хорошо, что у меня есть электронная карта, и я могу определить местоположение каждого из «экспериментов». На этой карте изображён не просто план постройки здания, а так же на ней имеется детектор тепла, который красными точками показывает, где находятся другие люди, а синяя точка это я. Ещё у меня есть 3Dмодель изображения лаборатории, которую я могу посмотреть, сделав голограмму, а также можно увеличить масштаб, по желанию.

Пока я шёл вдоль коридора, не заметил, как на экране прямо из-за угла появилась красная точка. Я запаниковал, плохие мысли приходили в голову: Журавлёв, Никитин, Лазарев, Мухина, Громов. Кто-то из них.

Я тихими шагами поплёлся назад, и, недолго думая, спрятался в первую попавшуюся дверь.

Темно.

Мой пульс усилился. Я достал пистолет и перезарядил его. Направил к двери. Если выстрелю, моё местонахождение будет известно всем. Неизвестный приближался. Кровь прилила к ушам. Сердце так бешено стучало, казалось, что человек из коридора может его услышать.

Стук каблуков.

*Тудум. Тудум. Тудум.*

Я стиснул зубы, зажмурил глаза, задержал дыхание.

…

Неизвестный прошёл мимо.

Облегчение, приятным теплом прошлось по всему телу. Я глубоко вздохнул.

– Кт-то здесь? – сзади послышался голос.

Я вздрогнул и, несколько неосознанно, направил прицел прямо на незнакомца.

– Ты…. здесь пряч-чешься? – кто-то из темноты снова заговорил. Его голос был спокойный, но какой-то прерывистый, что ли…

Вряд ли это кто-то представляющий мне опасность. Из-за густой тьмы я не мог рассмотреть его лица, но судя по голосу, это подросток. Возможно даже кто-то из экспериментов. Я опустил оружие, но на всякий случай держал в руке.

– Эй… – не унимался он.

– Молчи! – пауза. – Тише, пожалуйста. Тот от кого я прячусь, ещё не успел далеко уйти.

– Слушай, а т-ты кт-то?

– А ты?

– Мен-ня зовут-т Лёша.

– Рин.

– Т-ты не видел м-мою п-подругу?

– Нет. Ты первый кого я здесь встретил, – я достал свою карту подземелья. Она светилась в темноте. Когда я убегал от неизвестного в коридоре, то сам не заметил, как оказался в одной комнате с «Экспериментом №4».

– Кто т-ты? И зачем т-ты сюда приш-шёл?

Я привстал и поискал рукой на стене рубильник, чтобы включить свет, но его там не оказалось. По крайней мере, пять секунд поисков не дали результата. Я достал из рюкзака фонарик и посветил на Лёшу.

Он невольно зажмурился от резкого света. Его лицо было грязным, а кожа иссиня-салатовая. Фиолетовые синяки под глазами. Он выглядел хуже трупа. Почти как я, несколько лет назад. Воспоминания дали о себе знать, меня стало мутить. Живот скрутило, мой завтрак сразу же вышел наружу.

– Эй! Что с т-тоб-бой?

Я протёр губы рукавом и достал бутылку воды. Сделал глоток, чтобы успокоиться. Это помогло. Достал из рюкзака перочинный ножик и перерезал жгут, чтобы освободить сначала ноги, а потом руки у Лёши. Всё это время он, молча, наблюдал за мной.

– Т-ты приш-шёл, чтоб-бы спаст-ти…

Я закрыл его рот ладонью. Из коридора снова послышались звуки. Я приблизился к двери, и прижался к ней ухом. Шаги удалялись, но расслабляться не стоит. Моя задача спасти всех «Экспериментов», а потом убить Журавлёва. Мне мало того, чтобы повторно отправить его в клинику. Как выяснилось, лечиться ему бесполезно, он уже наглухо отбитый. Остаётся только убить его.

Когда шаги полностью растворились в тишине, я посмотрел на карту. Поблизости никого не было.

– Так. Слушай меня внимательно. Это, – я показал ему на синюю точку, – мы. Здесь мы сейчас находился. Нужно действовать быстро и крайне осторожно. Прямо сейчас бежим направо до стены. Там практически сразу же на потолке будет люк. Точнее вентиляционная труба. Я тебя подтолкну, и ты туда полезешь. Ползи всё прямо, и ты окажешься на крыше, там тебя встретит мой напарник. Слушай его команды. Понял?

Лёша неуверенно кивнул.

– А т-ты?

– А я останусь внизу.

– Т-ты спасёшь мою подр-ругу?

– Да, и всех остальных тоже.

– Х-хорошо.

Я достал рацию.

– 8 9 5 2 6 приём?

– 5 4 4 3 7 приём! Как у тебя дела? Тебя ещё не поймали?

– Я смотрю, ты ни капельки не сомневаешься во мне, – возмутился я.

– Конечно, нет, – саркастически добавил Антон.

– Выдвигайся, сейчас придёт №4.

– Окей, сейчас буду.

– Ни пуха ни пера.

– К чёрту!

15 Эксперимент №1. Рин Нортвес

Когда Лёша залез в вентиляционную трубу, я направился к остальным подопытным. Мне необходимо, как можно скорее, спасти их. Уж я-то знаю: Журавлёв – самый мерзкий тип из всех, кого мне когда-либо довелось повстречать. Он просто потерял свой разум от своей идеи сделать человечество бессмертным. Неужели этому человеку настолько нужна нобелевская премия и всеобщее признание. Возможно, ему бы даже простили опыты над людьми. Это и есть то, что называется «высшим человеческим эгоизмом». Если честно, я считаю, что сделать человечество бессмертным абсолютно невозможно. Как бы он или кто-то другой не пытался, у них ничего не получится. Это просто закон жизни, который мы должны принять. За жизнью, всегда следует смерть. Жить вечно, можно лишь при условии, что ты никогда не рождался. В таком случае, ты и не умрёшь. Как, например, камень. Однажды, сильные воды отбили его от скалы, и он оказался на берегу океана и пролежал там целую вечность и, скорее всего, продолжит там лежать ещё столько же.

Все мы смертны, поэтому я не могу позволить Журавлёву издеваться над «Экспериментами». Как-никак, а мы тоже люди. Почти не отличаемся от них, в крайнем случае. Журавлёв – исключение. Думаю, он уже давно потерял свою человечность во всех смыслах. Не хочу быть таким же. Хоть моей главной целью является разобраться с этими выродками, я просто обязан спасти все «эксперименты». Ведь я почти такой же, как и они.

Я улыбнулся, почувствовав себя каким-нибудь супергероем из комиксов «Marvel».

Я бежал по бесконечным коридорам. Иногда казалось, что тёмные стены, словно сжимаются. Они пытаются раздавить меня. Уничтожить. Не дать спасти остальных, но я должен. У меня нет выхода.

Послышался чей-то женский крик.

Скрипнула дверь недалеко от меня. Я прижался к стене. К счастью, дверь находилась за углом, поэтому меня не было видно.

Я прислушался.

– Отпустите меня! – кричала девушка.

– Заткнись, безмозглая девчонка! – послышался голос, ненавистного мне, доктора Никитина.

Скорее всего, он хотел отвести девушку в операционную. Это одна из самых худших пыток на моей памяти. К счастью, я там никогда не был, но много знаю про операционную. Там они кладут подопытного на стол и начинают проводить разного рода хирургические вмешательства в организм «Эксперимента». Предполагаю, эта девушка «Эксперимент №1», раз именно ей выпал такой шанс. Так как «Эксперименты» имеют силу своих способностей по возрастанию их цифры. То есть №1 – самый сильный, а №10 – самый слабый.

Я подошёл ближе к повороту, за которым стоял Никитин.

По звуку определил, что они направлялись в противоположную от меня сторону, поэтому заглянул.

Доктор вёз девушку на инвалидном кресле. Руки у неё были привязаны ремнями к подлокотникам, а ноги просто перевязаны между собой грубым жгутом.

– Не надо! Не везите меня туда! – девушка извивалась, пытаясь выбраться, но не могла и двинуться, так как ещё один ремень перевязывал её спину с креслом.

– Молчать! – доктор достал огромный пластырь и заклеил ей рот.

Так.

Пора действовать.

Я достал из рюкзака кусок ткани, склянку с хлороформом и щепку. Последний из перечисленных предметов я прикрепил к своему носу, а ткань облил химической жидкостью.

Теперь мой выход.

Несмотря на то, что мой нос не мог дышать. Я всё равно задержал дыхание. Как можно тише, на цыпочках завернул за угол, молниеносно подбежал к Никитину. Схватил его за голову, и с силой ударил куском ткани по носу. Он попытался что-то вскрикнуть, но у него ничего не вышло. Звук больше напоминал всхлип жирного поросёнка.

Девушка оглянулась. В её взгляде что-то не то. Я думал, что она обрадуется, когда увидит меня, но это было не так. В её глазах затаился страх, она смотрела на меня как-то косо. Со злостью. Мне казалось, что она ненавидит меня. Что с ней не так? Может Никитин ей все мозги вышиб?

– Эй, ты как? – неуверенно спросил я, отклеивая пластырь от её рта.

Она нахмурила брови, а потом отвернулась.

– Нормально.

Ничего не ответив, я подошёл к ней, и стал отцеплять ремни с её ног.

– Оставь меня, – прошептала она.

Проигнорировав её просьбу, я продолжил своё дело. Как оказалось, лодыжки были прикреплены на толстые жгуты. Поэтому я достал нож, и пытался их разрезать. Медленно, но верно.

– Ты что, глухой? Я просила оставить меня! – разозлилась «Эксперимент №1».

Бинго! Одна нога освобождена. Теперь нужно приступить ко второй.

– Перестань, придурок!

Жгут на второй ноге оказался толще, чем на предыдущей. Как-то это странно. Я думал, что они должны быть одинаковыми. Недолго мучаясь, у меня получилось разрезать и второй.

Я подошёл сзади, и разрезал ремень, который связывал её спину с креслом, а с руками я мучился меньше всего. Что тоже немного странно.

– Так-с… – я посмотрел на карту. – Ты должна пробежать прямо, затем свернуть направо, а потом налево до упора в стену. На потолке будет вентиляционная труба. Возможно, ты сейчас думаешь, что тебе сложно будет туда запрыгнуть, но это не так. На стене будут трубы, с помощью них, ты легко туда заберёшься. Пролезешь по трубе всё прямо. Там, в конце тебя будет ждать мой друг, а я сейчас должен разобраться с ним, – я кивнул в сторону тела Никитина. – Нужно что-то сделать, а то он может скоро проснуться.

– Ты совсем дурак? Я никуда не пойду! – девушка сидела в кресле, смотрела на меня слишком высокомерно, а затем и вовсе отвернулась.

Девушки! Любят они мужское внимание. Вроде: «Пожалуйста, попроси меня ещё раз и, может быть, я соглашусь» или «Может, ты мне предложишь больше и я, возможно, соглашусь сделать что-то для тебя». Это игра такая.

– У меня нет на это времени. Действовать нужно быстро!

Она лишь повела своим носиком и не сдвинулась с места.

Я нахмурил брови и резко схватил её за запястье.

– Не трогай меня! – закричала она и с силой пнула меня прямо по руке. – Я останусь здесь!

Я почувствовал адскую боль. Откуда у неё столько силы? Из-за того, что она «Эксперимент №1»?

– Слушай…

– Не хочу ничего слушать! Просто оставь меня здесь! – бирюзовые глаза девушки наполнились слезами.

– Я понимаю… – осторожно начал я, – эти люди могли сломать тебя.… И сейчас ты сама не понимаешь что творишь, но… Тебе срочно нужно бежать отсюда, чтобы сохранить свою жизнь!

– А может, я не хочу жить! Я и до того, как меня выкрали из собственного дома, не горела желанием жить. Сейчас тем более! Я лишь убедилась в неизбежности страданий! – Она сделала паузу. – За всё в этой жизни приходится платить. За то чтобы просто жить, тоже необходимо вносить определённого вида плату. Прежде всего, это страдания. Я больше не хочу страдать! – её лицо стало красным, а слёзы сильным потоком вырвались из глаз. – Я больше не хочу жить! Поэтому, оставь меня!

Ну, дела….

Я аккуратно взял её за обе руки и посмотрел ей прямо в глаза.

– Хэй, – я улыбнулся. – Глупая. Тебе не нужно умирать, чтобы стать счастливой. Прежде всего, тебе нужно успокоиться. Доверься мне! Всё будет хорошо.… Как тебя зовут?

Она внимательно смотрела на меня. Золотистые кудри небрежно спадали на тонкие плечи, а ноги и руки, то и дело впадали в дрожь.

– Ангелина. Можно просто Геля, – девушка опустила глаза.

– А я Рин. И ещё. Поверь, эти люди не собираются тебя убивать. Ты – «Эксперимент №1». Самый сильный из всех.

– Но…

– Тебе пора. Мы ещё поговорим.

Смотря в пол, Геля неуверенно кивнула, развернулась и пошла прочь.

После того, как мы расстались, я больше никогда не увидел её.

16 Ангелина Оводова

Я шла вдоль тёмного и страшного коридора, следуя указаниям Рина, которые должны привести меня к вентиляционной трубе. Вообще не понимаю, зачем ему нужно спасать меня, мы ведь даже не были знакомы?

Тёмные грязные стены, удушающее красное освещение. Как при аварии, только сирены нет. Воздух просто отвратный. Я расстегнула верхнюю пуговицу, но это не помогло. Под землёй совершенно нет кислорода в достаточном количестве, чтобы можно было нормально себя чувствовать. Ноги совершенно не слушались, стали, словно ватными. Бегу со всех сил, а кажется, как будто не могу и с места сдвинуться. Несмотря на боль во всём теле, продолжаю бежать.

Ещё совсем недавно я ходила в обычную школу в одной из провинций России. Я никогда не любила учиться, поэтому постоянно прогуливала уроки. Несколько раз оставалась на второй год. Сейчас заканчиваю восьмой класс вечерней школы, хотя мне уже 18 лет. Друзей у меня не было, как и парня. Поэтому и не было смысла ходить в школу. Мама не вела счёт своим любовникам, ей некогда было заниматься мной. Когда мне было 5, моего папу убили какие-то парни ночью в закоулке. Он тогда часто возвращался поздно с работы пешком. Они зарезали его. Я очень много плакала тогда. Хоть этих выродков и посадили, я считаю, что этого было недостаточно. Ненавижу тех людей. Если бы я только могла встретиться с ними…. К сожалению, они ещё сидят в тюрьме. Мой папа – не единственная их жертва. Без понятия, зачем они это делали. В то время, мама тоже была в горе, но это длилось недолго. Ни прошло и пары лет, как она почти не бывала дома. Утром и днём она работала, а вечером и ночью шлялась с какими-то мужиками.

«Воспоминания из детства. 10 лет назад:

– Алё… Мама, мама! Я хочу кушать!

– Поищи что-нибудь в холодильнике…. Я занята. Сегодня не приду домой.

– Но, мама, в холодильнике лишь остатки майонеза и половина луковицы.

– Не знаю. К подружкам зайди, у соседей попроси. Мама сейчас занята на работе. Не отвлекай!

– Но…

В трубке пошли бездушные гудки»

Раньше я думала, что мама много работает, чтобы мы что-то иногда могли есть. Но сколько себя помню, после смерти папы у меня была болезненная худоба в то время, как мама постоянно носила красивые платья, туфли, делала ногти и ресницы. Выглядела, как женщина лёгкого поведения. Ей больше тридцати, но она ни капли не ответственная мать! Ненавижу её! Когда я стала старше, то поняла такое поведение моей матери. Просто, она забила на своего ребёнка, чтобы гулять с мужиками. Настоящая шлюха!

Но это не самое страшное.

Большую часть своей жизни я была одна наедине со своими мыслями, но потом всё изменилось в более худшую сторону, когда мама вышла замуж несколько месяцев назад. Я наивно предполагала, что всё измениться и дядя Игорь будет мне, как папа. Сначала я даже была капельку счастлива. Мы могли бы стать настоящей семьёй. Мама искренне извинилась за своё поведение, я смогла простить её.

Не так давно, когда у меня было день рождение, 17 декабря, мне исполнялось 18 лет. В тот день моя мама работала допоздна, а дядя Игорь должен был поздравить меня, но…. В тот день… Дядя Игорь начал приставать ко мне. Он трогал меня за локти, хватал за колени. Я попросила этого не делать, но ему было всё равно…. Каждый день после этого случая, когда мамы не было дома, он трогал меня везде…. Сначала это были просто прикосновения. Он просто потихоньку доводил меня. Я впадала в ужас, но это тоже длилось недолго. В конце января он впервые изнасиловал меня…. Этот ублюдок сказал, что он, как добрый и хороший мужчина, сначала меня подготавливал к этому, а только потом взял силой. Ещё он сказал, что мне исполнилось 18, так что ничего страшного. Хах! Смеюсь, но это истерика. До этого у меня никогда не было абсолютно никаких отношений с мужчинами. Дядя Игорь избивал меня. Я сказала, что пожалуюсь маме, тогда он начал фотографировать меня голой, чтобы показать эти фотографии всем моим одноклассникам, маме, а ещё пообещал, что выложит в интернет. Я умоляла его не делать этого. Я просто хотела, чтобы меня оставили в покое, но он говорил, что я молодая и красивая, что ему очень нравятся мои глаза, эмоции, которые он видит в них, когда делает «это». Однажды, когда он в очередной раз пришёл в мою комнату, я приготовила нож и стала угрожать ему, но он выхватил его и порезал меня. Всё кроме лица и шеи. Чтобы мама ничего не узнала. Всё это время я жила в аду. Я постоянно плакала, а в школу и вовсе перестала ходить.

Мне всё это ужасно надоело, и 3 мая я решила сбежать. Утром, я сказала, что пойду в школу, убежала из дома и больше никогда не возвращалась обратно.

Я взяла кое-какие вещи с собой, честно говоря, их было немного. Мне было некуда идти, поэтому я просто бежала. Я не знала куда бегу, моей главной задачей было уйти как можно дальше из этого отвратительного места.

Не заметила как, но я оказалась у школы. Это место мне тоже никогда не нравилось. Люди постоянно делились здесь на группки и болтали ни о чём. Они любили обсуждать друг друга. Театр человеческого лицемерия. Я усмехнулась. Мои одноклассники никогда не издевались надо мной, нет, они просто всегда старались игнорировать моё существование. Считали меня странной, что я из неблагополучной семьи. Они обсуждали мою мать. Учителя часто питали ко мне жалость. Ненавижу их за это!

Я забежала за угол дома, который находился рядом со школой, и сильно ударилась. Осмотревшись, я увидела свою бывшую одноклассницу – Агату Белякову. Мы с ней учились до 5 класса, а потом меня впервые оставили на второй год, а её тогда перевели в 6 класс. Одноклассники тоже считали её странной, но, похоже, она никогда не замечала этого. Всегда витала где-то в облаках. В этом мы с ней немного похожи, но она вроде оптимистичный человек, нежели я.

– Извини…

Агата расправила свои русые волосы, и посмотрела на меня. Интересно, она узнала меня… Хотя имеет ли это значение?

Я протянула ей руку и помогла подняться.

– Спасибо, – улыбнулась она.

– Не за что! Это ты меня прости… – я опустила голову и, не став дожидаться её ответа, побежала дальше.

Скорее всего, Агата не узнала меня. По крайней мере, она не поздоровалась со мной. Да и, судя по выражению её лица, она действительно не помнит меня.

В тот день я первый раз в жизни ночевала не дома, а в каком-то подъезде. Я не взяла с собой телефон, и, честно говоря, у меня не было его. Мама не часто покупала мне что-либо. Большую часть денег она тратила на себя, а после свадьбы с дядей Игорем, ещё и на него, так как он не работал. Недавно я узнала, что она беременна…. Хотят быть счастливой семьёй? Как же! Это сборище ублюдков, лишь травмирует психику своего будущего ребёнка. Пусть они все подохнут! Гррр.

Я являюсь лишь обузой, тяжким бременем.

Не впервой было не ужинать, но на следующий день к вечеру, я действительно проголодалась. Я не ела около двух суток. С собой только бутылка воды была, да и она уже давно закончилась.

Я сходила на рынок и стала выпрашивать еды, меня пару дней подкормили там, но потом, заметил какой-то мужчина и забрал к себе.

Его звали Николай Петухов, ему было около 30-ти лет. Он был женат и имел двоих детей. Мужчина подобрал меня и привёз к себе. Николай сказал, что накормит меня и предоставит ночлег, а взамен, я буду спать с ним. Он пообещал, что не будет резать меня, а так же делать больно. Просто обычный вагинальный, анальный и оральный секс. Я ему буду просто любовницей. Не более. Я согласилась, но попросила, чтобы он не держал меня взаперти, и в любой день я могла уйти, если мне что-то не понравится. Он согласился.

Тогда я переехала жить к нему. Каждый день я спала в тёплой и чистой постели. У меня даже были служанки. Каждый день я ела вкусную еду на завтрак, обед и ужин. Что сначала смутило мой желудок, но позже он привык. Я даже не работала, просто смотрела телевизор, читала книги и играла с детьми, пока их мать посещала тренажёрный зал и гуляла по салонам красоты. Все были очень добры ко мне. Особенно Николай. Хоть я и должна была каждый вечер заниматься сексом с ним. Однажды, когда мне было как-то грустно, он пообещал, что не тронет меня. Николай сказал, что если у меня совсем нет настроения, то он не будет ничего со мной делать. В тот момент я по-настоящему почувствовала себя счастливым человеком. Этот мужчина был слегка полным, но очень добрым. Его волосы почти все выпали, но это, ни делало его не красивым. Стало казаться, что он мне нравится. Возможно, я даже была влюблена в него. В животе будто появились тысячи бабочек, и они все порхали своими крылышками, когда я думала о нём, о моём спасителе. И то, что он делал со мной ночью, не было каким-то больным, унижающим, мерзким. Нет, наоборот. Мне было приятно в какой-то степени.

Однажды, его жена увидела меня, когда я вечером решила прогуляться до реки. Она тогда сильно ударила меня по лицу. Я совсем забыла, что Николай посоветовал мне не сталкиваться с ней. Мы жили в разных корпусах огромного четырёхэтажного дома, неподалёку от реки. Сам особняк находился за пару десятков километров от города.

Это случилось в середине мая, когда Николаю пришлось уехать в командировку. Елена – его жена сдала меня каким-то мужчинам, которые приехали за мной. Сначала я очень удивилась: кому это я сдалась? Но потом я всё поняла. Так я и познакомилась с доктором Лазаревым, который был братом доктору Никитину. Несмотря на их близкие родственные связи, они имели разные фамилии. Я не знаю, почему это так.

В тот день меня увезли на машине в неизвестном направлении, когда я пыталась сопротивляться, то они усыпили меня.

Через некоторое время я проснулась в поезде, в ржавой клетке, не успела прийти в себя, как меня тут же забрал доктор Лазарев. Мою клетку поставили рядом с его комнатой, а конечности прицепили наручниками к прутьям. Сказать, что мне было некомфортно – это ничего не сказать.

Лазарев постоянно заставлял принимать меня какие-то препараты, таблетки, лекарства. Они почти никак не влияли на меня, но временами живот болел, случались приступы рвоты. Не успела я привыкнуть к хорошей еде и комфорту, как всё вернулось в прежнее русло. Я снова ела непонятно что, ко мне снова относились, как к животному, а не человеку. Хотя, пожалуй, даже для животного это будет слишком жестоко. Но в какой-то степени здесь лучше, чем жить с дядей Игорем, здесь меня хотя бы не бьют и не насилуют.

Через некоторое время мы оказались в лаборатории, меня отвезли в комнату, и прицепили к стулу для пыток, оставили там.

Последующие несколько дней я помню плохо, лишь то, что Лазарев, и другие доктора постоянно пичкали меня лекарствами, иногда делали уколы, после которых я чувствовала головокружение и видела галлюцинации. Один раз я даже заболела гриппом, но это продлилось недолго. Первый раз в жизни, когда я чем-то заболела.

Сегодня, ко мне пришёл доктор Никитин, и впервые за всё моё пребывание здесь вывел меня из той убогой комнаты. Я очень надеялась, что сегодня, именно сегодня меня должны убить, но этот Рин….

За всю свою жизнь я поняла одну важную вещь, о которой постоянно думала, смотря дома телевизор в 11 лет: Счастье бывает! Иногда я в него не верила, но оно действительно существует, правда является крайне недолговременным, и за один день реального, настоящего счастья тебе нужно заплатить годами абсолютной невыносимой боли, печали, страданий и отчаяния. Пожалуй, за время пребывания в доме у Николая, я израсходовала весь свой лимит счастья, поэтому мне остаётся только умереть. Во мне есть лишь капелька счастья, я ещё не до конца в отчаянии. Поэтому, пока я хоть немного счастлива, хочу умереть. Я действительно этого хочу. Пусть моя смерть будет красивой, трагичной. Пусть я умру хоть немного счастливой.

Всё своё детство я была абсолютно одна, ничем не занималась, смотрела телевизор или гуляла.

Единственное, пожалуй, что мне хотелось бы познать перед смертью – любовь. Иногда я думаю, что была влюблена в Николая. Он был очень красивый, у него чёрные, как августовское небо, волосы и добрые чайного цвета глаза. Он постоянно улыбался, был доволен и счастлив, что тогда спас меня. Я, правда, любила его, а сейчас на секунду мне показалось, что Рин немного похож чем-то на него. Нет, не внешностью, скорее характером.

Рин. Он тоже захотел спасти меня. Интересно, кто он? Когда я только увидела его, то сильно разозлилась. Кто он такой, чтобы решать, когда мне жить, а когда умирать.

Я продолжала бежать по коридорам, но не тут-то было. Там, где по указаниям Рина должен был находиться люк, его не было. Неужели я что-то перепутала?

От кончиков пальцев пошёл жар, на лбу выступили капельки холодного пота, а руки и ноги задрожали. Меня стало безжалостно знобить. Либо от страха, либо от того чем меня накачали. Я не знаю! Цепкие щупальца ужаса сжали моё сердце. Что же делать? Я даже не знаю жить мне или всё-таки умирать?! Я не знаю. Не знаю!

Веки стали чугунными, клонило в сон. Из последних сил хватаясь за стены, я пыталась идти вперёд. Не знаю где я сейчас, но силы окончательно покинули меня. Тяжело дыша, я упала на пол и свернулась в клубок. Мне было страшно и одиноко. Слёзы, нескончаемыми потоками шли из глаз. Во рту появился солёный привкус. Я лежала на полу и жалела себя, и плакала, а затем снова жалела. Всё это время я влачила жалкое существование. Почему я не могла жить обычной жизнью, как нормальный человек? Мне сейчас грустно. Слишком грустно. Какая разница, что потом со мной будет…. Потихонечку я стала погружаться в темноту, на целую вечность.

17 Эксперимент №6. Рин Нортвес

Когда Ангелина убежала, я решил разобраться с телом доктора Никитина. Я взял его нелёгкую тушку и понёс в ближайшую комнату, где никого не было.

Внутри стояли шкафы с лекарствами, химическими растворами. Я внимательно посмотрел на них и нашёл колбочку, на которой было написано «Hg» (ртуть), и налил ему в рот 0,2 л (примерно, как маленький пакет сока). Но я не был уверен в том, что он умрёт, поэтому ещё насыпал ему немного порошков «Na» и «As». Это натрий и мышьяк. Теперь он наверняка больше никогда не проснётся. А мне нужно на всякий случай прихватить с собой несколько колбочек. Химию я в школе плохо знал. Не слишком её любил, но совсем недавно я выучил таблицу Менделеева наизусть. Такая уж у меня работа.

Я выключил за собой свет и вышел из комнаты. Надеюсь, временно про него забудут. По крайней мере, им скорее будет интересно, куда пропадают «Эксперименты», чем какой-то докторишка.

Нужно посмотреть по списку, кто ещё остался в живых и кто ближе всех ко мне.

Я достал список подопытных и начал читать.

«Эксперименты»

№1 Ангелина Оводова. Напротив её имени я поставил отметку «освобождена».

Так-с теперь №2 Алина Комарова – мертва. Да, это именно та самая Алина – огненная девушка, в которую я когда-то влюбился. Я долго не мог себе в этом признаться, но это так. Её хитрые изумительные глаза, сделали что-то странное с моим сердцем (и не только им).

Мне нечего больше сказать о ней. Я просто любил её, но недавно я начал забывать свои чувства…. Мысли, как будто перепутались…. Я стал думать, что начинаю влюбляться в Агату. Но не думаю, что это то же самое. Такого просто не может больше повториться, ведь Алина спасла мне жизнь.

№3 – некий Артём Нестеров…. Я слышал, что он учился вместе с Агатой. Так, хватит о ней! Нужно посмотреть его местоположение. Я достал планшет и заметил точку, которая находилась достаточно далеко от меня.

№4 – Алексей Малиновский – освобождён, мною, совсем недавно. Он ещё попросил спасти его подругу…. №5 – Анастасия Малькова! Нужно посмотреть, где она находится. Точка располагалась достаточно далеко от меня.

Сзади послышались шаги, я резко обернулся, но было поздно. Тяжёлый предмет с силой приземлился прямо на мою голову. Темнота.

Яркий свет в конце тоннеля. Я знаю, что это значит – я не должен идти вперёд, но ничего не могу с собой поделать. Меня словно притягивает туда.

Я резко открыл глаза.

Надомною висел огромный светильник, а я лежал на операционном столе. Мои руки и ноги были связаны.

Кто-то с силой пнул по столу, прямо рядом с моей рукой.

– Кто ты такой? – наехал незнакомец.

Я проморгался и посмотрел на парня, но он закрыл мои глаза своей рукой.

– Ты глухой что ли? Я спросил, как тебя зовут? – повторил незнакомец.

– Рин. Рин Нортвес.

– Понятно, – спокойнее добавил он. – Я так и думал.

– О чём это ты? Кто ты такой?

Парень убрал руку с моих глаз и отошёл в сторону. Я посмотрел на него. Со стороны ничего особенного, обычный высокий парень, достаточно худой, с белыми короткими волосами, и глазами цвета крови. По телу прошла дрожь, не люблю я этот цвет. Слишком много неприятного с ним связано на моей памяти. Одет парень в дорогой костюм белого цвета, на руке швейцарские часы, а на шее золотая цепочка.

Незнакомец достал сигарету и зажигалку. Он облокотился на стену, и закурил.

– Зачем ты здесь? – он поднёс ко рту сигарету и выдохнул.

– Я здесь не просто так, а на задании. Моя задача – спасти подопытных, а ты препятствуешь мне. Не знаю, кто ты такой и что здесь делаешь, но предполагаю, что ты не работаешь на Журавлёва. Я думаю… ты один из подопытных.

– Ты прав. Меня зовут Андрей Соколов – «Эксперимент №6». Не так давно я сбежал из своей комнаты, в которую меня посадили. Кстати, ты уже успел здесь навести шумиху. От докторов я слышал, что №4 исчез. Это ведь твоих рук дело, не так ли? – Андрей выдохнул клубы дыма.

Я немного прокашлялся.

– Слушай, а тебе не кажется, что это место не предназначено для курения?!

– Да пофиг.

– Ты лучше освободи меня.

Андрей кивнул и перочинным ножиком разрезал верёвки, которые связывали меня с пыточным столом.

– Тогда у меня к тебе один вопрос. Как ты самостоятельно смог сбежать из комнаты? – спросил я, вспоминая, как меня в прошлый раз спасла Алина. Я вообще не могу себе представить ни одного возможного варианта, чтобы сбежать в одиночку. Здесь же в любом случае нужна помощь второго человека.

Андрей устало вздохнул, внимательно посмотрел на меня.

– Представь себе ситуацию: ты лежишь на операционном столе, твои руки и ноги связаны жгутами, рядом с тобой находится столик с некоторыми инструментами и медикаментами. Двери обычно не запирают. Иногда приходят доктора, проверяют состояние, кормят, делают уколы, вливают разные лекарства, заставляют принимать таблетки. Что делать?

– Ничего. Выхода нет, если только у тебя появится помощь извне. Я уже находился в такой ситуации и тогда смирился с неминуемой смертью.

– Но сейчас ты живее всех живых, как я погляжу. Либо я схожу с ума и общаюсь с трупом.

– Меня спасла девушка, но она мертва. Тебя никто не мог спасти.

– Меня никто и не спасал. Ждать помощи бессмысленно. Я спас себя сам.

– Но… как?

– Я так полагаю, предположений у тебя нет?

– Нет.

– При данном раскладе, ты упустил несколько данных. Просто не уточнил их у меня, из-за чего не смог решить эту задачу. Во-первых, меня поймали самым первым из всех…. Ну, после тебя, конечно. Когда я лежал, то много размышлял над всем. Тогда мне никто не объяснил в чём тут дело, что к чему. Я решил, что сам должен всё разузнать. Во-вторых, я очень мало ел. Конечно же, не случайно. Спустя, примерно, 3 недели тело стало худеть…. Хотя сложно сказать по времени, ведь здесь оно длится бесконечно. Я уже давно не видел неба. Не знаю, сколько я здесь, на самом деле. За моим состоянием следил Никитин – тот ещё глупец. Видимо, он слишком самоуверен в себе, раз даже дверь не удосужился запереть. Я сильно похудел, из-за чего из жгутов с лёгкостью смог протиснуть конечности. Так я и сбежал.

– Допустим…. Но тогда другой вопрос: Откуда у тебя этот чёртов костюм? Швейцарские часы… сигареты?

– Вещи мои, я просто забрал их и теперь слоняюсь в поисках выхода. Я знаю, что можно пройти через вентиляционный люк, но, к сожалению, у меня нет карты, а просто так бродить по коридорам опасно.

– И зачем ты оглушил меня?

– Меня мучает жажда и голод, поэтому хожу по коридорам в поисках пропитания, но, если я наткнусь на кого-либо, то безопаснее для меня будет убить его. Мне повезло, что я встретил именно тебя…. И тебе тоже повезло.

– А? – недоверчиво переспросил я, вспомнив, тот удар по голове при нашей встрече.

– Пошли. Ты покажешь мне, где находятся вентиляционные трубы.

Стиснув зубы, я достал планшет с картой.

Этот парень начинает меня раздражать. Складывается впечатление, будто он изображает из себя самого умного, а на самом деле простой хвастун. Не нравятся мне такие личности. Они общаются с тобой высокомерно, считают, что они лучше других, но на самом деле это не так.

– Так-с, – я достал планшет с картой. – Когда ты выйдешь из этой комнаты, тебе нужно повернуть налево, потом идти прямо. Там будет развилка, и по идее, тебе нужно повернуть налево, но справа прямо сейчас движется объект. Под объектом я имею в виду кто-то из докторов. Он сразу же увидит тебя…. Тебе стоит подождать немного.

– И как далеко там нужно будет идти до вентиляционной трубы?

Он меня совсем не слышит или просто издевается?

Я сделал глубокий вздох.

– Там снова надо будет повернуть налево и до упора около двухсот метров.

– Я тебя понял, – сказал Андрей и направился к выходу. – Аdiós!

– Но я же тебе ска…, – не успел я договорить, как парень скрылся за дверью. Я подавил рычание. Вот идиот!

Ладно. Это уже его проблемы, если Андрея сейчас поймают, то сам будет виноват. Раз такой напыщенный индюк!

Мне некогда беспокоиться о нём, осталось ещё 5 человек.

Я достал свой список. Следующей будет Алиса Раевская «Эксперимент №7». Что-то знакомое, я уже где-то слышал это имя…. Не помню. Я посмотрел на карту и понял, что она находится совсем рядом, в соседней комнате. Причём буквально! Я приложил ухо. Прислушался. Ничего. Тишина.

Ладно, судя по детектору тепла на планшете, она одна. Это хорошо. Мне слишком везёт. Странно даже.

Я вышел из комнаты, оглянулся по сторонам, и зашёл в соседнюю.

Темнота. Я нашёл рукой       на стене рубильник, включил свет и обернулся. Зрелище было не из приятных. Я резко закрыл нос ладонью, так как почувствовал удушливый запах рвоты, кала и мочи. Передо мной на операционном столе лежала Алиса. Судя по её виду, пребывает она здесь уже давно. Её длинные запутавшиеся волосы скрывали лицо. Руки и ноги были очень худые – кожа, да кости. Повсюду кровь. Если честно, то я даже не уверен, что она жива.

– Эй… – прошептал я.

Молчит.

– Как ты? – уже чуть громче воскликнул я.

Снова молчит.

Я подошёл к ней, взял запястье и нащупал пульс.

Ничего.

Неужели она действительно мертва?

Сзади послышался топот, а затем резко открылась дверь. Я обернулся. В комнату вошли два охранника, перед собой они держали пистолеты, направленные прямо на меня.

– Рин Нортвес, вы арестованы!

Говорят так, будто они полицейские.

Я потянулся за пояс, чтобы достать свой пистолет, но один из охранников выстрелил. Пуля пролетела буквально в паре сантиметров от моей руки.

Охранники медленно, не отводя от меня прицел, приблизились и одним движением схватили мои руки и сковали их наручниками за спиной. Они грубой силой вытолкали меня на выход, а затем вдоль по коридорам.

Неужели меня снова поймали? Где я прокололся? Андрей уже говорил, что они заметили пропажу №4, но сейчас уже наверняка знают и про №1. Боже, что мне делать?! Нужно срочно сваливать. Немедленно.

Бинго! Я кое-что придумал. Охранники с обеих сторон схватили меня за локти и вели, наверняка, в мою камеру, в которой я был в прошлый раз. В портфеле лежит хлороформ прямо боковом в кармане. Мне нужно просто аккуратно его открыть, чтобы никто не заметил. Я так и поступил, правой рукой почувствовал баночку. Отлично! Склянка на месте. Теперь нужно приоткрыть её. Я нащупал пробку….

– Эй! – воскликнул один из охранников.

Он оттолкнул меня на пол и снял рюкзак.

– Что ты делаешь? – спросил тот же мужик и достал склянку из кармана. Она была немного приоткрыта. – Это мы у тебя изымаем. Тебе это больше не понадобится.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

– Этот гадёныш решил сбежать от нас?! – разозлился второй. – Ах ты!

Он с силой ударил меня ногой по животу. Все мои внутренние органы словно сжались от боли и приготовились к возможному второму удару. На языке почувствовался привкус железа. Рот переполнялся кровью, и я немного выплюнул, чтобы отдышаться…. Защекотало горло, и я начал кашлять.

– Успокойся, он нужен нам живой.

– Ничего с ним не произойдёт! – второй охранник продолжил меня избивать.

Я задыхался. Кашлял кровью. Казалось, она залила всё моё горло. В глазах всё расплывается, а звуки искажаются, как будто я под водой.

Не сопротивляясь, я лежал на бетонном полу.

Интересно, он убьёт меня сейчас? С одной стороны, так было бы даже лучше. Я очень не хочу, чтобы надо мной проводили опыты. Точнее продолжили проводить. Я очень хорошо помню, как это было. У меня не было ни единого шанса уйти отсюда нормальным человеком, со здоровой психикой, но я ушёл. Меня спасли. Я должен был всех спасти. Антон был прав, когда говорил, что я недостаточно подготовился, чтобы вновь вернуться сюда. Импровизация – это не моё. Нужно было тщательнее готовиться, но теперь придётся поплатиться за мою ошибку. Единственное, пожалуй, о чём я жалею это то, что не спас Агату. Нужно было начать не с №1, а с №10. И двигаться вверх по списку. Промах один за другим.

Я уже не понимаю, что там у них происходит. Моя реальность полностью исказилась. Слышу какой-то шум, и, кажется, меня перестали избивать. Кровь в ушах. Я ещё раз прокашлялся, но всё ещё не могу ничего увидеть или услышать. Просто лежу и ничего не понимаю. Медленно начинаю погружаться во тьму, теряя сознание.

18 Воспоминания. Рин Нортвес

– Рин! – послышался чей-то безумно знакомый голос.

– …

– Рин, просыпайся!

– …

– Рин, блинчики уже готовы, ты долго собираешься спать?

– Мама?

– Ну, конечно, а кто же ещё?

Я открыл глаза. Передо мною стояла мама. Она была молодая и красивая в лёгком белом платье с ромашками. Её глаза светились счастьем, а ещё она широко улыбалась. Тёмные локоны, волнами спадали с плеч.

– Рин, что-то не так?

В лицо подул тёплый летний ветерок. Я оглянулся. Я лежал на деревянной скамье в беседке в саду. Этот сад – одно из самых красивых мест, которые я когда-либо видел. Тут и там располагались дорожки, словно в изумрудном лабиринте. Повсюду росли цветы, розы в основном. Сзади меня, за пределами сада раскинулось огромное поле, словно море, ведь берегов не было видно. А по бокам лес. Я уже был здесь когда-то.

На глаза навернулись слёзы о потерянном «вчера». Словно само счастье прикоснулось ко мне.

Кажется, я начинаю догадываться, что всё это значит. Я как-то слышал, что перед смертью человек вспоминает всю свою жизнь. Она проносится за одну единственную секунду перед глазами. Но сейчас прошло явно больше одной секунды. В любом случае, мама не может быть вдруг жива…. Стоп! А если всё что произошло, было всего лишь страшным сном? Журавлёв, Никитин, «Эксперименты», лаборатория, Агата? А мне сейчас 5 или 6 лет, а мамочка жива? Что если это так?

– Мама, где это мы?

– Мы в нашем летнем домике, Рин. Ты в порядке? Ведёшь себя странно.

– Всё хорошо…. – кивнул я, почувствовав ком в горле.

– Блинчики уже готовы, кофе тоже. Твой отец сейчас на рыбалке.

– Рыбалка?

Я резко встал и побежал знакомой дорогой к озеру. Не знаю зачем я это делаю, но мне кажется, что нужно идти туда. Не понимаю для чего, просто надо и всё.

Не разбирая дороги, я мчался через цветочный сад. Мимо нашего двухэтажного домика. Прямо в противоположную от поля сторону. Открыл калитку.

Вот и оно! Передо мной раскинулось озеро. Яркое солнце отражалось в нём, создавая волшебный блеск. Идеальная гладь воды. Ясно на небе и в душе. Ни единого облачка. Дует лишь лёгкий ветерок.

Как и ожидал, папы здесь нет.

– Рин, куда ты так быстро убежал? – послышалось сзади.

– Мама, а где папа? Ты сказала, что он ловит рыбу…

– На самом деле, он ещё не пришёл сюда, в наш райский семейный уголок. Он ещё находится в вашем мире.

– В каком это мире? – не сразу понял, о чём она говорит. Ведь мне 5 или 6, и мы сейчас на даче в нашем летнем доме. Ничего не случилось. Всё хорошо.

– Твой папа сейчас находится на Земле в Америке, а ты между жизнью и смертью. Я знаю – тебе тяжело, и всегда было, ведь ты рос без матери. Прости, что я не смогла оказать тебе должной заботы. Но я не жалею о содеянном, ведь ты сейчас жив, а это самое главное. Ты был самым дорогим человеком в моей жизни, ты был частью меня и я люблю тебя, – она приставила указательный палец к губам. – По секрету скажу, что тебя я люблю больше твоего отца, а его я люблю очень сильно.

Она по-доброму улыбнулась.

В горле снова появился ком, в голову ударила резкая боль, из глаз одна за другой посыпались слёзы. Я почувствовал укол вины. На самом деле, я всегда его чувствовал, но старался не думать об этом. Я даже ни разу не пришёл на могилу моей матери, ведь считал себя виновным в её смерти. Я каждый день винил себя в этом. Повёл себя, как последняя сволочь. А мама…. мама…

– Прости…. Прости меня, пожалуйста! Я был полным глупцом! – сквозь слёзы, закричал я.

Мама тут же подбежала ко мне и обняла.

– Ну что ты, милый. Я никогда не винила тебя. Ты ни в чём не виноват. Ты был ещё слишком мал, а я сделала, то, что должна была сделать любая мать.

– Я тоже люблю тебя, мамочка, – я крепче прижался к ней. Такой родной тёплый запах чайной розы, мягкие волосы. Мои слёзы не переставали идти, и я зарыдал в голос.

– Рин, успокойся, – её рука коснулась моей головы и медленно провела по волосам. – Ты уже такой взрослый… Я очень соскучилась по тебе, но ещё не время. Сейчас ты должен продолжить жить, но однажды мы встретимся вновь. Надеюсь, это будет ещё не скоро, и ты будешь намного старше, чем я сейчас.

– Мама? – я посмотрел в её большие любящие голубые глаза.

– Рин, тебе срочно нужно проснуться! Немедленно! – немного грубо прокричала она.

Я кивнул и побежал в сторону озера. Не знаю почему, но мне казалось, что именно там я должен сейчас быть. Разогнавшись до предела, я прыгнул в воду. В ней отражалось лишь лазурное небо и редкие пушистые облака. При падении, в некоторых местах я заметил между облаками маленькие огоньки. Звёзды? Как они могли появиться на небе средь бела дня?! Мне казалось, что моё падение длилось целую вечность. Я медленно приближался к небу. Коснулся рукой просторной глади воды, и… я погрузился полностью. Вода холодными потоками обвила меня. В какой-то момент мне показалось, что я могу дышать под водой, но нет. Я начал задыхаться.

19 Провал. Рин Нортвес

Сквозь веки я видел свет. Такой яркий. Но не успел осознать реальность, как в горле что-то запершило, и я немедленно закашлял.

– Очнулся.… Я уже устал ждать, – послышался знакомый голос.

В лёгкие ударил удушающий запах табака.

– Ты мог бы не курить, хотя бы в такие моменты!

– Это всего лишь привычка. Я курю всегда, когда хочу успокоиться, – сказал Андрей.

Я проигнорировал его. Не понимаю, как он меня спас, а главное – зачем? Я заметил, что сижу на каменном полу. В неизвестной из многочисленных комнат в этом железобетоном лабиринте. Пол в некоторых местах покрыт кровью. Даже не хочу знать, что здесь творилось, но судя по запаху, кто-то недавно умер. Почувствовав, что начинает тошнить, меня тут же вырвало. Боже, нужно скорее уходить отсюда. Вот бы вдохнуть хоть глоточек свежего воздуха и выпить хоть стакан воды. Интересно, сколько я уже нахожусь под землёй?

Голова немного кружилась, но я встал и пошёл в сторону выхода.

– Стой. Я их вырубил, но это ненадолго. Охранники наверняка уже проснулись и прямо сейчас ищут нас. Не хочу тебя пугать, но нам сейчас ОБОИМ нужно выбираться отсюда, иначе нас поймают.

– Но как же остальные? Я должен вызволить отсюда ещё целых…. – я на секунду задумался. – ПЯТЬ человек!

– Это неважно…

– ВАЖНО! – неожиданно для себя самого я перешёл на крик, но Андрей не выражал абсолютно никаких эмоций. Что это? Спокойствие, сдержанность или полное отсутствие каких-либо эмоций.

– Это неважно, – повторил он. – Ты можешь вернуться сюда чуть позже, если тебе так хочется. Продолжать эту затею сейчас будет глупо и бессмысленно. Тебя почти сразу поймают, а так ты точно никого не спасёшь.

– Но я должен…. Лёша попросил спасти его подругу, а ещё… Агата….

Андрей закрыл глаза и прерывисто вздохнул.

– Всё понятно с тобой.

– Что понятно? – с вызовом спросил я.

– Ты вернёшься сюда позже.

20 Андрей Соколов

Меня зовут Андрей Соколов, мне 17 лет. Родился я…. Простите, я имел в виду, что усыновила меня довольно обеспеченная семья. Елизавета Владимировна – женщина, которую я называл матерью, была бесплодна, поэтому они с мужем Степаном Сергеевичем взяли меня из детского дома. В каком-то смысле мне очень повезло, многие люди мечтают о такой жизни, как у меня, но я никогда не чувствовал себя счастливым.

С раннего детства я понимал, что не такой как все. Я носил дорогие костюмы и часы с ранних лет. У меня никогда не было свободного времени, я всегда был занят. За всю свою жизнь я выучил 4 иностранных языка (английский, немецкий, французский и испанский). Освоил конную езду, умею играть на фортепиано и скрипке, занимался фехтованием, стрельбой из лука, рисованием, а каждые выходные мы с семьёй ездили играть в гольф. Ходил я, конечно же, не в обычную школу для всех детей, и даже не в гимназию, как можно подумать, а ко мне приходил заниматься репетитор. Я знал на пятёрку все предметы, которые мне преподавали. Начиная от молекулярной физики, заканчивая французской литературой. Так же я всегда должен был хорошо выглядеть, ведь мы часто посещали различные мероприятия вместе со стальными «сливками общества».

На самом деле мы жили в столице, а не в этой провинции, в которой мы находимся с Рином прямо сейчас. Лологда навсегда осталась для меня родиной, но большую часть жизни я прожил в Москве. Каждый новый год мы праздновали в Швейцарии, катались на горных лыжах. Их я освоил в совершенстве и катание на сноуборде. Осенью и весной мы часто ездили в Европу на мероприятия, различные выставки, показы.

Забыл сказать, моя семья владела несколькими крупными кампаниями. Степан Сергеевич имел сеть отелей по всему миру, гостиниц, ресторанов, а также имел несколько акций, которые также приносили немалый доход. «Отец» был известным крупным инвестором. Ему постоянно поступали деньги с различных компаний, в создание которых он однажды вложился. Ну, а Елизавета Владимировна была знаменитым дизайнером, очень часто она ездила в Париж. Если честно, я не люблю этот город. Когда я был маленьким, то считал Елизавету своей матерью, и очень любил её. Но Париж украл её у меня. Мне часто казалось, что Париж она любила больше чем меня. Именно поэтому я всегда презирал этот отвратительный город, хоть его часто романтизируют.

Со мной постоянно сидела няня и кто-то из многочисленных репетиторов. Друзей, как вы уже догадались, у меня не было. Я вообще никогда просто так не гулял, всюду передвигался исключительно на машине класса «люкс» с личным водителем. Какое-то время кроме няни, репетиторов, прислуги и семьи я вообще никого не видел, пока не пришёл на одно из мероприятий людей из высшего общества. Там я и встретил её…. У неё были длинные черные, как ночное небо, волосы, а многочисленные круглые заколочки напоминали звёзды. Я запомнил большие глаза цвета моря, длинные ресницы…. Моя первая любовь…. Её звали Светлана Горничева. Когда мы впервые встретились, ей, как и мне, было 11 лет.

Я первый подошёл к ней.

– Здравствуй.

– П-привет, – чуть робко ответила она. По её заиканию я сделал вывод, что она не такая избалованная девочка, какими обычно бывают дочери богатых родителей.

– У тебя красивые глаза.

Её щёки тут же покрылись лёгким румянцем.

– Благодарю, – девочка опустила глаза в пол, теребя в руках свой нежно-голубой клатч, под цвет пышного платья.

– Как тебя зовут? Меня Андрей. Мой отец владеет сетью отелей и ресторанов «Никс».

– Моё имя – Светлана. Мой отец тоже владелец отелей и ресторанов. Называется «Виолетта».

В тот день мы бегали между гостями и играли в салочки и прятки. Она была так прекрасна.

Она вела себя как принцесса, а я сказал, что хочу быть её принцем, тогда она стала бы королевой. Светлана постоянно улыбалась. Я любил её улыбку и до сих пор люблю. Но в тот же вечер, Степан Сергеевич запретил мне играть с ней. Сначала я не понимал почему. Виделись мы тайком со Светланой на всех мероприятиях, которые не пропускали наши родители. Позже я узнал, что и её отец не признаёт меня. Как оказалось, наши отцы являются прямыми конкурентами, из-за чего терпеть друг друга не могут.

Мы виделись с ней примерно 1-2 раза каждый месяц, иногда реже. Мы много болтали, шутили и веселились. Когда нам было по 15 лет, мы решили сбежать от наших семей. Мы взяли с собой кое-какие деньги, минимальные запасы еды. К счастью, наши родители ничего не заподозрили.

В тот день я долго не мог найти её в толпе бесконечных «статуй» красивых людей. Тут и там мелькали яркие светильники. Золото, бриллианты, мужчины в дорогих костюмах, женщины в платьях, разговоры про инвестиции…. Я так устал от всего этого. Мне безумно всегда хотелось чего-то другого. Деревянный домик у речки рядом с лесом и любимая девушка за моей спиной…. Каждый раз, когда я думал об этом, сердце, словно обливалось кровью, в груди чувствовалась бесконечная пустота. Абсолютная, бесполезная пустота.

Отец, планировал передать мне своё наследство, а его, увы, совсем не мало, как и ответственности за всё это.

– Привет, мой отец сейчас разговаривает с президентом шоколадной кампании «Пэтрис». Скорее пошли, у нас не будет другого шанса, – послышалось за моей спиной.

Я лишь коротко кивнул, и мы побежали в сторону выхода. Затем вышли из общего зала, пустились по коридорам, а потом оказались прямо в саду. Наши родители не разрешали туда ходить, хоть там были и другие гости вечера. В саду мы заметили, что были только пары, поэтому на нас никто не обратил внимания. Женщины и мужчины флиртовали друг с другом, но не мы. У нас были совсем иные отношения…. Не такие поверхностные, как у них.

На свежем воздухе стало намного легче, дышать проще. Уже меньше чувствовалась вся эта напыщенность и наигранная доброжелательность. Все лишь стремились выглядеть хорошо, вести себя прилично, говорить красиво. Необходимо понравиться всем и каждому. Чтобы завести партнёров, заполучить выгодную сделку, сотрудничество, жениться или же выйти замуж. Хотя это, то же самое, что и сотрудничество, потому что любовью и чувствами тут и не пахло.

Сад был очень красив, аккуратные дорожки, одинокие фонари. А чуть выше над головами красовались звёзды. Вечные, бесконечные. Она то и дело восхищалась ими, прыгала, как маленький ребёнок. Её темно-синее, как вечернее небо, платье кружилось, не успевая за ней.

– Это просто восхитительно! – воскликнула она, выбежав из огромных золотистых ворот.

– Подожди! – крикнул я, но она лишь ускорилась.

– Не догонишь, не поймаешь! – крикнула Светлана и побежала, смеясь, как часто делала в детстве.

Но я так просто не хотел упустить её, поэтому пришлось ускориться, чтобы хоть немного поспевать за ней.

Минут пять мы бежали без остановки. Я немного запыхался.

Перед нами раскинулся океан, а справа горы.

– Ух, ты, это же просто невероятно! Андрей, посмотри в воду, в ней отражаются звёзды!

– Это ты невероятна.

– Что? – она растерялась.

– Знаешь, когда я впервые увидел тебя, то сразу же беспамятно влюбился. Светлана, я люблю тебя, – прошептал я, глядя ей прямо в глаза.

Она внимательно слушала меня. Казалось, что для неё мои чувства оказались полной неожиданностью. Неужели она не догадывалась?

– Я не буду торопить тебя с ответом. Можешь не отвечать мне взаимностью. Для меня самое важное это видеть тебя каждый день, остальное не имеет значения.

– Нет! – испуганно выкрикнула она. – Не нужно ждать! Я люблю тебя! Всегда любила! Хочу быть только твоей.

Сказать, что я был удивлён, это ничего не сказать. Не помню, что тогда на меня нашло, но я больше не стал сдерживать себя. Я резко схватил девушку одной рукой за её запястье, а второй коснулся её подбородка и поцеловал. Прямо в губы. Это был мой…. наш первый поцелуй. Она поддалась мне. Вкушать её губы, как пить самое дорогое вино Каберне Совиньон, только намного лучше.

Через некоторое время она отстранилась от меня.

– Давай искупаемся? – предложила Светлана.

– Вода же холодная.

– Ты тоже холодный….

– О чём… это ты?.. – не успел я договорить, как она уже сняла с себя платье, туфли и побежала в воду. – Подожди!

Несколько секунд я тупо стоял в оцепенении и смотрел на неё. Точнее на её тело. Идеальные ровные дуги талии, стройные ножки, попа, которую скрывало шёлковое бельё. К моим щекам, ушам и низу живота подступил резкий жар. Я ещё никогда прежде не видел девушек в одном нижнем белье, только на картинках и роликах в интернете. Мне ничего не оставалось, как последовать её примеру. Сняв с себя туфли, костюм, часы, очки, я побежал к ней. Нельзя её одну туда отпускать.

– Эй, что ты имела в виду? Тебе не понравилось?

Она лишь хихикала и брызгала меня ледяной водой. Я совсем не понимал её, откуда такая выдержка. Да любой морж бы ей позавидовал.

– Эй, прекрати!

– Ты такой смешной, – улыбнулась она, и перестала брызгать.

– Слушай, что ты имела в виду? – не дослушав мой вопрос, она нырнула в воду. – Прекрати уходить от ответа таким глупым способом!

Что-то коснулось моей ноги, я испугался и упал прямо в воду, чуть не захлебнувшись и не ударившись головой о каменное дно. Я полностью погрузился в воду. Безумно холодно. Приподняв голову над поверхностью, я жадно глотал воздух.

– Знаешь, ты всегда казался мне таким холодным, – начала Светлана. – Когда я опрокинула тебя, только что…. (Это была ты?) я хотела тебе показать, как я себя чувствовала. Я не хотела тебя обидеть…. Просто ты так медленно заходил в воду.

– Почему ты называешь меня холодным? Это совсем не так, – я внимательно на неё посмотрел.

– Я всегда любила тебя, но мне постоянно казалось, что это не взаимно. Ты никогда не показываешь свои чувства. Всегда такой хладнокровный.… Как эти взрослые. Они никогда не показывают своих настоящих чувств, лишь наигранно смеются и улыбаются, когда им это выгодно…. А ты немного похож на них, только ты вообще никогда не выражаешь никаких эмоций. Не наигранных, ни настоящих. Я всегда пыталась понять тебя, неужели ты и в правду такой бесчувственный, безэмоциональный. Я не уверенна в твоих чувствах.

Я растерянно на неё смотрел. О чём это она? Неужели она не верит в то, что я говорю правду?

– Ты думаешь, я тебя обманываю?

– Нет, дело не в этом. Возможно, тебе кажется, что ты любишь меня, но на самом деле это всё ложь, – сказала она и, бросив на меня короткий взгляд, устремилась в ледяную гладь воды, прямо навстречу звёздам.

21 Кофейня. Андрей Соколов

В тот волшебный вечер нам так и не удалось сбежать. После того диалога мы ещё некоторое время купались в океане, а потом пошли в сторону гор. Там мы нашли небольшой сарай, в котором переночевали, а на следующий день нас обнаружили полицейский собаки. Мы были такие глупые. Думали, что просто убежим и всё, нас никто не найдёт. Какие же мы были наивные. Чувствую, что Рин сейчас примерно на том же уровне.

После того как мы сбежали из подземелья, помощника Рина уже не было и нам нужно было пешком дойти до города, но это было далеко, около 80 километров. К счастью, нам повезло, на дороге стояла фура. Водитель отошёл в кустики, и мы в это время забрались к нему в салон и спрятались за креслами. Фура ехала в сторону Лологды. Когда мы поняли, что уже в городе, то резко заговорили, чтобы водитель выгнал нас из салона, что, собственно, он и сделал. Хоть мужчина и был крайне недоволен, нам было всё равно, ведь он довёз нас до города. Мы были рады, что смогли сбежать из того ада.

Я и Рин сидели в небольшой кофейне в самом центре города. Говорят, что это здание в 19 веке строилось как гостиница для обеспеченных гостей города. Мне очень нравится изучать историю, а также архитектуру. Могу сказать, что это здание по своему внешнему виду сильно скопировано с Питерских построек. Также стиль напоминает европейскую архитектуру. Вроде французских зданий или итальянских. Хотя, возможно, я сильно преувеличиваю.

За окном сновали машины туда-сюда. Время уже приближалось к вечеру, но огней ночного города пока что не видно. Думаю, дело во времени года. В конце мая очень поздно темнеет. Хотя это очень жаль, ведь мне нравится наблюдать за сияющим ночным городом. Рекламные вывески, фары, рестораны, магазины или торговые центры. Это всё так привычно смотреть из окна какого-нибудь московского или питерского ресторана, но Лологда в конце мая это уже что-то совсем иное и необычное для меня. Заходящее солнце не было видно на небе из-за обилия облаков. Ещё утром, когда мы выбрались из подземелья, шёл дождь, но ближе к полудню закончился.

Здесь было не слишком много людей. Возможно, это связано с эпидемией. Я не привык к такому, ведь в ресторанах всё по-другому. Помимо нас в кофейне сидели лишь две красивые девушки, которым обеим было чуть больше двадцати. Возможно, они пьют кофе перед завтрашними парами или они только закончили работать, судя по их более-менее деловому стилю в одежде. Кроме них сидел один мужчина средних лет, с ноутбуком. Могу предположить, что он работал прямо сейчас. И мы. Больше никого не было.

К нам подходит симпатичная официантка с рыжими кудрями и довольно большим бюстом.

– Ваш кофе, пожалуйста, – она держала две деревянные дощечки, на которых стояли по чашке кофе и лежали чайные ложки, – Двойной капучино с ванильным сиропом, и Американо.

– Спасибо, – сказал Рин.

Передо мной стояла чашка моего любимого простого Американо. Как только девушка отошла, Рин сразу же стал добавлять сахар в свой кофе.

Я в недоумении посмотрел на него. Кто же поймёт этого сладкоежку, ему не кажется, что это перебор? Рин проследил за моим взглядом.

– Тебе тоже нужен сахар?

– Нет, спасибо. Я люблю чистый кофе.

Рин раздражённо вздохнул.

– Ладно, сейчас не об этом. У нас…. я имел в виду у меня, так не получилось ничего сделать. Извини, что впутал тебя во всё это.

– Я сам себя впутал.

– Почему ты в тот раз спас меня? – спросил он.

– Я сразу понял, что у тебя ничего не получится…. Знаешь, но ты спас хотя бы меня. Молодец.

– Да, но.… Куда могла пропасть Ангелина? Антон отправил сообщение, что она так и не дошла до него.

– Без понятия.

Во время все операции Рин постоянно писал Антону, своему помощнику и другу. Думаю, это очень удобно. Эти парни действительно могли бы спасти всех, если бы были чуточку умнее. Рин в частности…

– Рин, я понимаю, что ты хочешь спасти остальных и посадить этих преступников за решётку, но зачем тебе это? Понимаешь, велика вероятность того, что они вновь тебя поймают…. Твоё чувство справедливости погубит тебя, просто знай об этом.

– Но….

– Ты про Агату? Девушка, в которую ты влюблён? Можешь забыть о ней. Новую найдёшь. Девушки приходят и уходят. Жизнью ради одной рисковать не стоит, – я сделал глоток американо.

Рин поник. Сапфировые глаза смотрели вниз, куда-то сквозь стол, в пространство. Он молчал несколько секунд.

– Ты не прав. Говоришь так, будто я вышел просто погеройствовать и всё. Неужели ты совершенно ничего не понимаешь?! – Рин с презрением перевёл взгляд на меня.

– Ты сам прекрасно знаешь, что я прав и прекрасно всё понимаю. А прямо сейчас я задел твоё чувство гордости, хотя оно у тебя и так несильно развито, – я ухмыльнулся.

– Ты кретин! Можешь не помогать мне. Я сам совсем разберусь, – Рин залпом допил оставшийся кофе и вышел на улицу.

Я долго смотрел ему вслед. Он шёл не оглядываясь. Возможно, ему неприятно снимать розовые очки, но такова правда. Рину стоило бы уже принять действительность и продолжить жить дальше.

Хотя я прекрасно могу понять его, мне тоже было очень неприятно, когда меня разлучили со Светланой. Это произошло сразу после того, как нас обнаружили после побега. Как я уже говорил ранее, наши отцы ненавидели друг друга. Когда они узнали о том, что мы сбежали, то сразу же между нами оказался железный занавес. Мои приёмные родители больше никогда не брали меня на подобные мероприятия, а через год они нашли мне невесту – Веронику. Недавно до меня дошли слухи, что Светлана тоже помолвлена. Конечно, ни я, ни она не могли жениться до совершеннолетия, поэтому временно мы оставались женихами и невестами. Конечно же, это были браки по расчёту, о любви и речи не шло.

Отец Вероники владел банком или чем-то таким. Мне было всё равно.

Первое время я очень тосковал по Светлане, тогда я впал в самую настоящую депрессию. Апатия. Я ничего не хотел делать. Просыпаться, вставать с кровати было огромным мучением. Мне казалось, что даже я перестал быть «холодным», как сказала Светлана. Я постоянно плакал. Через некоторое время я снова стал бесчувственным, сильнее, чем раньше. Я словно надел на себя каменную броню, защищающую меня от чувств. Абсолютно любых. Живя в богатой семье, имея целое состояние в наследство, не остаётся другого выхода. Раньше я не понимал этих взрослых. Почему они делают вид, что такие бесчувственные, зачем притворно улыбаются и смеются. Теперь я всё понимаю. Это и есть цена, которую мне нужно заплатить за право на наследство. За право на красивую жизнь. Ведь я стал ценить деньги.

Чуть позже, когда мне исполнилось 17 лет, мой отец устроил в нашем ресторане огромное мероприятие. Пожалуй, это было первое, после того случая. Там я пообщался с Даниилом Макаровым, ему было чуть больше двадцати. Он рассказал, что его тоже в 18 женили. После этого, его обязали сделать своей жене наследников, а потом он мог сколько угодно изменять ей. Чем, собственно, постоянно и занимался. Да, такие люди всегда искали любовь и чувства на стороне, но они не понимали, что любовь и деньги вещи не совместимые. Не одну из его проституток не интересовал он, как человек. В смысле они хотели его денег, а самые отчаянные мечтали забеременеть, но Даниил не давал им такой возможности. У любого богатого человека всегда большой выбор девушек. Они могут иметь практически любую из них. Женщины, девушки очень падки на деньги. Да, и все люди в принципе.

Так вот, я немного отвлёкся. Вероника – моя невеста. У неё были длинные медные волосы, обычная полноватая фигура. Она была симпатичной, может быть даже красивой, но не в моём вкусе. Хотя мне повезло с ней в каком-то смысле. Мы даже подружились. Я рассказал ей про Светлану, она сказала, что никогда никого не любила. Ей очень повезло. Она сказала, что тоже хотела бы испытать такое чувство, как «любовь». Глупая! Не нужно ей этого испытывать. Она богатая, а значит, не должна иметь чувств. Они причиняют лишь боль.

3 мая, вечером я решил подышать свежим воздухом, покурить. Обычно я выхожу просто на балкон, но в тот раз мне захотелось прогуляться.

Я вышел из нашего особняка и направился в сторону пруда. Ходили слухи, что там утонул родной брат Степана Сергеевича.

Я закурил сигару и вдохнул в себя расслабляющий никотин. По телу прошло приятное тепло, я полностью расслабился, а затем кто-то ударил меня по голове. Я сразу же отключился, очнулся лишь в пыточной. Именно так я там и оказался, хорошо, что могу больше не беспокоиться об этом. Рин спас меня, и я благодарен ему.

Единственное, что меня сейчас беспокоило, это что мне делать дальше? Возвращаться – точно не вариант, эти люди очень быстро снова найдут меня, хотя я могу нанять хорошую охрану…. Возвращаться не хочу. Действительно не хочу. Интересно, мои приёмные родители ещё ищут меня. Недавно я узнал, что Елизавета беременна. О да, произошла огромная удача, и она оказалась не бесплодной. Она может иметь детей, теперь они могут забыть обо мне. Вырастят Виктора и будут радоваться жизни. Да, они ему и имя уже придумали. Соколов Виктор Степанович. Неплохо, между прочим. Моё имя им никогда не нравилось, они говорили, что оно звучит не аристократично, но сменить не могли. Так как до 4-ёх лет я жил в детдоме и меня называли именно так.

У меня нет денег, жилья. Единственное, что пришло мне в голову, это продать часы в ломбард. Они, вероятно, стоят целое состояние, этого должно хватить на первое время.

22 Больница. Рин Нортвес

Я решил покинуть эту кофейню, больше не хотел оставаться здесь ни минуты. По всему телу прошла дрожь от усиливающегося раздражения. Хотелось рвать и метать. Если бы этот несчастный билет от автобуса, который я тереблю в руках, был бы Андреем, то я бы порвал его на клочки. Хотя я и так это сделал. Да, как этот напыщенный лягушонок посмел сказать такое?! Что значит забыть обо всех и думать только о себе?! Зачем мне жизнь неудачника, который сбежал от проблем и ненавидит себя за это до конца своих дней?! В сознании всплыл образ Агаты. Может быть, она бросила тогда Лёшу и Настю, потому что рассуждала точно так же, как и Андрей. Хотя она вроде жалела и хотела их спасти. Эта идиотка не понимала, что она подвергла опасности себя, когда шла спасать их. И что в итоге? Она никого не спасла, а я должен спасать на одного человека больше.

Голову пронзила резкая боль, я вспомнил терпкий запах смерти в комнате Алисы. Я ударил себя кулаком в грудь. Я не допущу смерти больше ни единого человека! Они выживут все, кто сейчас пока что жив. Нужно подготовиться основательно и вернуться туда. Но прежде, нужно выяснить обстановку в городе, ведь здесь недавно прошёл этот чёртов вирус.

Справа от меня возник свет, я остановился.

Чёрт!

Находясь в своих мыслях, я совсем забыл, что иду по городу и перехожу через дорогу. Я попытался сделать шаг, но у меня ничего не получилось, ноги словно ватные. Машина со стремительной скоростью приближалась ко мне. Хотя в голове, эти считанные секунды длились до ужаса бесконечно.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Знакомая ситуация…. Тогда мама спасла меня, но сейчас некому. Я один в, практически, незнакомом городе, в котором у меня нет знакомых или друзей.

Сознание помутнело от страха. Я в красках представил, будто машина с силой толкнула меня, и я почувствовал себя тряпочной куклой. Полностью потерял контроль над телом и отлетел в сторону. Совсем ничего не соображаю. Начал терять сознание, истекая кровью, миллилитр за миллилитром уходят, затем литр, но…. Нет! Я должен жить…. должен. Сначала мама мне подарила эту жизнь, затем отдала свою за мою. Потом Алина отдала свою жизнь за мою. А потом меня так просто сбивает машина? Что за ерунда?! Не верю сам себе. Для того, чтобы я сейчас жил умерло два, целых ДВА человека. Ради одного.

Нет. Нет. Нет.

Толчок. Фары уже казались буквально в метре от меня, но кто-то с силой оттолкнул меня вперед. Я отлетел на асфальт. Расцарапал колени и локти в кровь. Ударился головой. Машина со скрипом затормозила.

Я оглянулся назад. Рядом со мной лежал Андрей. Машина не задела его, но он также продолжал неподвижно лежать на асфальте. В ушах шум. Я попытался крикнуть, но совсем не услышал себя.

– Андрей!!!! – ничего не слышу, но он должен отозваться. – Андрей!

Я коснулся его плеча и покачал его. Он слегка приоткрыл глаза, пытался подняться, а затем резко схватился за голову. Я заметил рану у виска, кровь просачивалась сквозь светлые пряди волос, а стёкла в очках треснули. Идеальный белый, словно жемчуг, костюм сейчас больше напоминал одежду бомжа или алкоголика, всё было в грязи и крови.

– Эй, парни, вы чего на дорогу выбежали?! – послышался приглушённый взволнованный голос мужчины. Это водитель машины, сбившей нас?

Последнее, что я помню, это сирену скорой помощи, голоса врачей, беспокойство водителя. Мы так подставили его…. В смысле я. Как же противно на душе.

Я очнулся уже в кровати. Огляделся по сторонам: светло-зелёные стены, как в русском подъезде покрашены лишь наполовину, а выше побелка. Я слабо помню, как жил в России, но эта идея красить стены, таким образом, мне не слишком нравится. Белое махровое одеяло пахло хлоркой, да и в целом помещение было заполнено таким запахом. Я отложил одеяло в сторону, на мне был надет больничный халат. Слева от меня лежал Андрей на соседней койке. Кроме нас в палате никого не было.

За окном уже стемнело. Интересно, какой сегодня день? У меня нет телефона, денег, вообще ничего. Рюкзак остался в подземелье и моя карта-планшет, и все вещи тоже. Это плохо. Ведь, когда кто-то заметит мои вещи, они изучат их, поймут, что мы имеем. Хорошо, что у меня есть такой друг, как Антон. Он всегда придумывал интересные идеи и способы для любых задач, которые я обычно называл проблемами.

Резко невыносимо закружилась голова. Нужен свежий воздух. Я попытался встать, но тело дало знать о недавнем падении. Царапины словно горели. Я чувствовал измождённость не только из-за сильного толчка, но и из-за того, что совсем недавно в подземелье меня избивали два здоровых мужика. Не представляю, как Андрей справился с ними. Нужно будет потом спросить у него.

Несмотря на боль во всём теле, или в том, что от него осталось, я встал и подошёл к окну. К моему счастью, мне удалось открыть его, оно было не заперто и решётки тоже не было. Немного удивительно. Хотя, я раньше никогда не бывал в больницах, поэтому не знаю, как должны выглядеть нормальные палаты в России.

Я поставил локти на подоконник и попытался расслабиться. Закрыл глаза, вдохнул в себя тёплый ночной воздух летнего вечера. Да, скорее всего уже наступило лето, я полагаю. Или, по крайней мере, остались считанные дни последнего весеннего месяца. Как же приятно иногда расслабиться, ведь это так редко удаётся. На самом деле мне не хочется туда возвращаться, но… Агата. Неужели она единственная причина вернуться туда. А как же все остальные…

– Эй, ты в порядке? – Андрей проснулся.

– Это я должен был у тебя спросить, – я повернулся, и посмотрел на него. Он выглядел немного рассеяно. – Удивлён, что ты решил спасти меня, но я рад, что с тобой всё в порядке. Последние люди, которые хотели спасти меня, поплатились за это своими жизнями.

Я отвернулся и продолжил смотреть в окно. Бесконечные маленькие домики, самый большой торговый центр этого города видно неподалёку. Вид довольно красивый, хотя небо очень светлое, почти что белые ночи, как в Санкт Петербурге. Я никогда там не был, но очень хотелось бы.

– Да, мне повезло, – усмехнулся Андрей, встал и подошёл ко мне.

– Знаешь, я хочу прямо сейчас бежать отсюда. Мне нужно спасти их.

– Ты не обязан этого делать, – Андрей сделал затяжку, и выдохнул клубы дыма. Откуда он достал сигареты? Сколько можно курить? Мне это уже надоело.

– Я знаю, – раздражённо сказал я и закашлял.

Андрей не заметил этого, или сделал вид, и продолжил курить.

Я подошёл к двери и приоткрыл её. Никого нет поблизости. Лишь пустынные полумрачные коридоры. Сейчас ночь. Наверное, все спят. Я закрыл дверь и подошёл к своей кровати. Рядом на тумбочке лежала моя одежда: чёрные джинсы, тёмно-синяя футболка и потрёпанная кожанка. Я переоделся.

– Подожди, я пойду с тобой, – сказал Андрей, потушил бычок сигареты о подоконник, выкинул его в окно и тоже стал переодеваться в свой грязный белый костюм.

– Что? Почему ты передумал? – я недоумевающее посмотрел на Андрея.

– Без меня ты ни за что не справишься, ведь ты тот ещё дурень, – ухмыльнулся он.

Я сузил глаза и смерил взглядом этого напыщенного болвана, а затем усмехнулся.

– Что ж, если ты готов подставить свою эгоистичную задницу ради спасения других, то я буду рад твоей помощи.

Я подождал Андрея у двери, пока он переоденется, а потом мы вместе вышли в коридор. Под покровом ночи мы бросились бежать. Света было мало, местами лампочки мигали. Ночью большая часть докторов отсутствует, но всегда остаётся один дежурный и медсёстры. Поэтому мы бежали тихо, но стремительно. Запах хлорки убивал мой нос, неготовый к таким испытаниям.

Бегая по пустынным коридорам, мы искали лифт. Вскоре он сам нашёлся. К счастью, ни одного человека мы не встретили. Мы зашли в лифт и Андрей нажал кнопку с цифрой «1». Как я понял, наша палата находилась на 10 этаже.

Когда в лифте на чёрном фоне красным высветилась цифра «1», мы оказались на первом этаже и дверь открылась. Мы вышли.

Из-за поворота показалась медсестра, она сразу же заметила меня. Андрей шёл сзади меня, поэтому я с силой оттолкнул его обратно в лифт, пока тот не успел закрыться. Он ничего не успел сказать. Надеюсь, Андрей понял, зачем я так сделал. Хотя он умный или делает вид…. Неважно. Теперь нужно как-то выкручиваться самому.

– Рин Нортвес? – произнесла медсестра тонким голосом. Женщине на вид чуть больше тридцати, у её короткие чёрные волосы, а в руках она держала какие-то бумаги. – Вам нужно вернуться в свою палату, утром за вами должен приехать ваш доктор и отвезти вас в вашу частную клинику.

– Какой ещё доктор? – удивился я.

– Как какой? Ваш личный доктор – Журавлёв Павел Анатольевич. Он позвонил нам сегодня утром, сказал, что вы были больны и лежали в клинике под его присмотром, но потом пропали. Павел Анатольевич очень волнуется, что ваше состояние ухудшится. Ведь сейчас в городе стоит странный вирус.

По телу прошла дрожь. Я не мог даже вздохнуть. Как??? Как он нашёл нас??? Откуда? Чёрт!!!

– Успокойтесь. Вам нужно вернуться в постель, а завтра утром уже поедите обратно. Всё будет хорошо, вы обязательно выздоровеете, – мило улыбнулась она.

Медсестра подошла ко мне и взяла за руку. Она повела меня в сторону лифта, но я с силой вырвался и побежал, что есть мочи. Не знаю куда, но я должен бежать. Скорее.

– Остановись! – крикнула она, но я её, естественно, не послушал.

Я просто бежал туда, откуда она пришла. Вижу дверь. Раздвижная алюминиевая, а за ней улица, свобода. Я бежал, даже не заметил стойку с вахтёршей и пропускной режим, который я перепрыгнул. Вахтёрша что-то крикнула мне в след, но я не услышал. Сбил дверь с пути, вылетел на воздух. Боже. Я бежал не останавливаясь. Они сейчас наверняка вызовут кого-нибудь, и за мной будет погоня. Нужно срочно спрятаться где-нибудь. Я находился на территории больницы. Она была ограждена забором, но мне не составило труда перелезть через него. Хорошо, что там не было колючей проволоки. Мне очень повезло.

Рядом с больницей была дорога. Остановка. Остановился автобус, я пулей влетел в него и сел в самый конец. Надеюсь, у меня есть мелочь, чтобы заплатить за проезд.

В автобусе закрылись автоматические двери, и он тронулся с места. Кроме меня в салоне было несколько человек, не очень много. Кондукторша разговаривала с водителем.

Наконец-то смог расслабиться, только сейчас заметил, как сильно устал бежать. Я глубоко и часто дышал.

Автобус проехал несколько остановок. Мелочи я так и не нашёл, кондукторша не подходила ко мне. Повезло.

Когда автобус доехал почти до конечной остановки, я решил выйти из него.

Я вышел из автобуса, на меня сразу же дунул сильный ветер, принося с собой запах свежеиспечённого хлеба. В животе заурчало. Сегодня вечером я пил кофе, а когда в последний раз ел, уже не помню.

Напротив остановки, на которой я вышел, стоял торговый центр. Туда я и пошёл. На лифте поднялся на четвёртый этаж, там находился кинотеатр. Я посмотрел на время «23:47» понедельник, 22 мая. Нужно где-то переночевать и поесть. Что же делать?

Так-с, нужно как-то связаться с Антоном.

Я подошёл к женщине, стоявшей у гардероба, и попросил телефон, позвонить. Она на секунду задумалась, а потом дала мне его. Я набрал знакомый номер.

– Да?

– Привет. Это Рин. Я сейчас нахожусь в торговом центре «Пальма».

– Хорошо, я сейчас приеду через 10 минут.

– Спасибо.

23 Истина

В кабинет профессора Журавлёва П. А. зашёл мужчина средних лет – Доктор Тихонов. Он неуверенно закрыл дверь и, зажмурив глаза, глубоко вздохнул. Мужчина смотрел ровно в пол, не решаясь взглянуть на своего руководителя.

Павел Журавлёв не выдержал и заговорил первым.

– Что вас привело ко мне? Плохие новости?

Тихонов решился посмотреть на Журавлёва. Профессор выглядел непринуждённо. Казалось, он пребывает в хорошем настроении, из-за чего, доктору стало ещё страшнее. Как говорится, в плохой новости виноват, прежде всего, вестник, а потом уже кто-то другой. Поэтому, чтобы не оттягивать момент, он решил выпалить всё, как на духу:

– Кто-то взломал нашу сеть с видеокамер и перехватил изображения, из-за чего нам не сразу удалось заметить шпиона, который пробрался на нижние этажи и стал вызволять экспериментов. Пропали №4 – Алексей Малиновский, №6 – Андрей Соколов и №10 – Агата Белякова, а также рядом с одним из хранилищ нашли труп №1 – Ангелину Оводову, а внутри лабораторной кучу разбитых склянок и труп доктора Никитина в обезображенном состоянии. Он выпил много яду, – Тихонов кашлянул. – Точнее его заставили выпить. Возможно, когда он сопротивлялся, то уронил шкаф с препаратами, пошла реакция и Ангелина отравилась запахом, проходя рядом. Позже мы выяснили личность шпиона, при помощи нашей охраны. Им оказался Рин Нортвес – «Эксперимент №9», который пару лет назад сбежал от нас. Похоже, он с кем-то в сговоре и пытается нам помешать.

Профессор выслушивал рассказ, молча, не перебивая. Он внимательно смотрел в одну точку, куда-то в пустоту. Взгляд был направлен на доктора Тихонова, но глядел точно сквозь него. Журавлёв был далеко в своих мыслях. Тихонову даже показалось, что профессор не слушал его рассказ, а лишь присутствовал в комнате и думал о своём.

– Есть хорошие новости? – спросил Журавлёв, продолжая смотреть «сквозь» доктора.

– Да, сэр. Сегодня около 10 вечера нам пришло сообщение от доктора Фирсова, что им доставили №6 и №9. Их сбила машина, но они живы. Сейчас находятся без сознания.

Тихонов замолчал. Он продолжал надеяться, что Журавлёв простит его.

– Отлично, теперь мы сможем перехватить их. Это нужно сделать немедленно! – приказал Павел Анатольевич.

– Хорошо, я сейчас же созвонюсь с Фирсовым….

– Да, и даже не вздумайте их упустить. Это очень удачная возможность…. Если вы её прошляпите, то я вам клянусь, что от вас не останется даже мокрого места, – холодным уверенным тоном воскликнул Журавлёв.

Тихонов кратко кивнул и быстро покинул кабинет профессора.

Павел посмотрел на рамку с фотографией, стоявшей на его столе. Там была изображена Маргарита – его любимая дочь. Когда она умерла около четырёх лет назад, ей было всего лишь 12. «Такая молодая, она ещё совсем ребёнок» – с грустью думал о девочке профессор. Павел знал, что все, что он делает, это ради неё. Журавлёв просто обязан воплотить свои мечты в реальность. Он просто не может не стать основоположником вечной жизни. Ему хотелось бы воскресить её, вдруг это возможно?

Мать Маргариты – Эльвира, никогда не разрешала отцу видеться с его дочерью. Они познакомились, когда вместе лежали в психиатрической клинике, около 17 лет назад. У Эльвиры не было никаких проблем с психикой, просто её мачеха упекла в психоневрологический диспансер, чтобы избавиться.

У Журавлёва с Эльвирой был бурный роман, все знали об их отношениях. Врачи пытались помешать, но у них ничего не вышло. Павлу очень нравилась Эльвира, у неё были белые кудри, отличная фигура и миловидное лицо. Она была бы генетически идеальным человеком, чтобы родить ребёнка для Журавлёва. Он знал, что с такими характеристиками, как у неё, у них может выйти отличное потомство. Во-первых, дети будут красивые, во-вторых, здоровые. К сожалению, и у таких детей не получится жить вечно.

Через некоторое время врачи узнали, что Эльвира беременна, пришлось отправить её в другую клинику, а потом на обследование. Врачи знали, что Журавлёв серьёзно болен. Поэтому врачи очень беспокоились за ребёнка Эльвиры, но беременность и роды прошли успешно.

Журавлёв был болен СПИДом. Какая ирония…. Он ведь был одним из лучших иммунологов. К сожалению, в мире ещё не изобрели никакого лекарства от этой болезни, но ведь Павел тоже был учёным. Конечно же, он совершил множество попыток изобрести лекарство, но всё оказалось бесполезным.

Всё обернулось прахом, поэтому Журавлёв решил исполнить мечту своего детства. Он хотел, чтобы его признали! Все признали: родители, которые не обращали на него внимания, задиры из школы, которые макали Павла головой в унитаз, а потом списывали домашку, старший брат, который избивал его, как боксёрскую грушу. Журавлёв ненавидел их, он мечтал доказать всем, что они ошибались, и всё это время он был лучшим.

Профессор знал, что все его подчинённые уважают его, и в то же время боятся. Он рад, что всё было именно так. Поэтому сейчас, он был счастливым человеком. Для безграничного счастья осталось лишь стать властителем нового мира, но это дело за малым. Он уже изобрёл такой вирус, который способен уничтожить всё человечество. По всей области, где он жил уже начала распространяться неизвестная болезнь, от которой лекарство было лишь у него. Осталось ещё немного, и он сможет выйти в свет. Тогда, уже никто не сможет посадить его в психлечебницу или тюрьму.

Осталось лишь собрать все «Эксперименты», и подчинить их или убить, тут как получится. Пока есть хоть один из них на свободе, они способны противостоять Журавлёву, ведь у этих подростков есть скрытые способности, о которых они пока не знают, но вскоре могут догадаться.

24 Подземелье. Агата Белякова

– Агата, очн-нись! – послышался чей-то знакомый голос. – Ну, давай ж-же, у нас мало вр-ремени!

Вокруг меня витала лишь кромешная тьма, в которой я не могла видеть даже своих собственных рук. Нет ничего кроме тьмы, она полностью окутала меня. Не знаю, сколько прошло времени с тех пор, как я оказалась здесь: час, два, день или больше. Время абсолютно исчезло для меня в какой-то момент. Мгновения боли кажутся вечностью. Но меня ещё не покинула надежда, что Рин придёт за мной. Я знаю – он спасёт меня. Я знаю, знаю это. Поэтому я должна продолжать жить, а то он придёт, а меня уже нет, так быть не должно. Я хочу извиниться перед ним.

Перед глазами показался силуэт человека, он подсвечивался, как… Бог? Неужели я умерла? Нет. Я не хочу, чтобы всё вот так закончилось. Я ещё ни разу не видела море, горы, красную луну…. Я ещё так молода. Мне всего 17…. Из глаз потекли слёзы. Бог дотронулся до моего лица и провёл по щеке.

– Пожалуйста, не забирай меня к себе…. Я хочу жить! – прошептала я.

– Эй! Агата! Что ты там б-бормочешь?! – отозвался он. – И если ты х-хочешь жить, то тебе нужно с-срочно прийти в себя и бежать с-со мной. Скорее! – уже более настойчиво сказал он.

– Что? Куда бежать? В рай?

– Не знаю, мне к-какой-то парень сказал, что отсюда есть в-выход через люк.

– Люк?

Я полностью открыла глаза, передо мной стоял Лёша. Его глаза отражали тревогу. Волосы были в обезображенном состоянии. Казалось, за то время пока мы не виделись, он постарел сильно, лет так на 5 или 10.

– Что? Ты и есть Бог? Неожиданно…. – пролепетала я.

Он недоумённо уставился на меня.

– Что с тобой? Ч-чем тебя накачали? Ну, т-ты и бредишь….

Леша отошёл в сторону, и мне в глаза ударил сильный свет. Я резко зажмурилась.

– Вставай! Я уже ср-резал все ремни. Нам необход-димо сматываться отсюда как м-можно быстрее!

Я открыла глаза, передо мной была всё та же ненавистная комната. Я ненавидела в ней просыпаться. Каждый раз…. Ко мне приходили разные доктора. Они делали мне уколы, поили таблетками, микстурами. Однажды, меня даже резали…. Я узнала об этом позже, проснувшись от резкой боли в ребрах и животе. Они наложили повязку.

При воспоминаниях из глаз вновь потекли слёзы, по телу прошла сильная дрожь.

Я была очень эмоциональным человеком. Хоть меня здесь и сломали, я не переставала плакать. Очень часто вспоминаю те дни, до того момента, как оказалась здесь. Я просыпалась каждый день и смотрела сериалы, читала интересные комиксы. Почти не выходила из дома, но мне казалось, что я несчастная. Меня всегда мучила внутренняя пустота и одиночество. Но я никогда не знала, что мне может быть так плохо, как здесь. Тот ад, который я испытывала в прошлой жизни, был ничто по сравнению с этим. Каждый раз как я приходила в себя…. После очередной порции лекарств у меня болел живот, нестерпимо ныли руки, ноги, а голова… её как будто сплющивало время от времени. А когда я засыпала, то вновь и вновь проживала этот ад, словно день сурка. Ничего не менялось. Интересно, сколько я уже здесь?

Лёша схватил меня за локоть, заставив подняться. Грубо. Но он делает всё правильно, а я, как безвольная кукла, подчиняюсь ему. Мне тяжело стоять на ногах, поэтому я одной рукой опираюсь о крепкое плечо Лёши.

– А где Настя? – хриплым голосом спросила я.

Юноша тут же изменился в лице, оно истощало страх…? Отчаяние?… Печаль.

– Она погиб-бла, – прошептал Лёша, его глаза были опущены вниз, поэтому я не могла посмотреть в них.

– Как?! – лишь выводила из себя я.

– Я н-не знаю. Когда я зашёл в комнату, г-где её держали, то сразу почувствовал з-запах разлагающейся п-плоти, а затем…. – он вздрогнул, – Там б-была она. Она лежала на кушетке. Глаза были от-ткрыты. Ужас – последняя её эмоц-ция. Казалось, перед смерт-тью она много плакала. Я…. Н-не смог спасти её.

Я внимательно смотрела на Лёшу, он отвернулся от меня. Видимо, не хотел показывать своё лицо. Он плакал, наверное. Ведь Настя была самым дорогим для него человеком. Если честно, мне тоже хотелось плакать. Настя… Она не должна была умереть! Она была такой хорошей подругой. Доброй, словно ангел. У неё была вся жизнь впереди!

Из моих глаз вновь пошли слёзы.

– Нам н-нельзя здесь задерживаться. Ид-дём.

Я кивнула, и мы направились в сторону выхода.

25 Встреча. Рин

Мы с Антоном только прибыли в нашу штаб-квартиру. Там уже находился Лёша. Он занимался своими делами, читал книгу Игоря Прокопенко «Тайны пришельцев» о космосе и инопланетянах, что-то из научной фантастики. Когда мы пришли, он налил нам чай со смородиной. Леша, Антон и я сели за столом на кухне. Леша выставил небольшую пачку с крекерами и шоколадные конфеты. У меня потекли слюнки. В связи с последними событиями, показалось, что я не ел их уже 100 лет, не меньше.

– Налетай, – первым нарушил молчание Лёша, посмотрев на меня.

Чёрт. Неужели у меня всё на лице написано?

– Где Андрей? – спросил Антон.

– Он остался в больнице. Меня засекла медсестра, и пришлось бежать, – я сделал паузу. – Утром за нами должен был приехать Журавлёв. Он каким-то образом снова вышел на нас. Я совсем не понял, как ему это удаётся, каждый чёртовый раз?

– Возможно, у него есть какие-то люди, которые работают в больнице. Всё-таки вас положили в областную больницу, – сказал Лёша.

Антон что-то ответил ему, но я не услышал, меня отвлёк другой звук. Я сидел спиной к двери, и мне послышался какой-то звук сзади. Кто-то приближался ко мне. В квартире лишь я, Лёша и Антон. Разве есть кто-то ещё? Я резко обернулся, и от увиденного был, мягко говоря, в шоке. Передо мной стояла АГАТА! Как?! Девушка лишь сонно зевнула и потянулась. Агата была в коротких шортах и объёмной футболке. Мне резко захотелось прикоснуться к её телу…. На мгновение наши взгляды пересеклись.

– Рин? – она взволнованно посмотрела на меня.

– Агата…. – я успел произнести лишь её имя, как девушка уже с широкой улыбкой набросилась на меня.

– Рин! – она отстранилась и посмотрела мне в глаза. – С тобой всё в порядке! Я так рада! Я боялась, что они найдут и убьют тебя. Меня пытали…. Но я им ничего не рассказала. Клянусь, это правда! – на глазах девушки появились слёзы.

У неё были немного взлохмаченные волосы, всё те же серо-голубые глаза. Я не мог поверить в её существование, как если бы передо мной стоял сам Владимир Ильич Ленин. Но это была Агата! Когда она успела сбежать оттуда? Я не понял, как мои глаза оказались на мокром месте и, не выдержав наплыва надвигающихся эмоций, я бросился обнимать её. Боже мой, как же я переживал. От её волос пахло сандаловым маслом и, кажется, лавандой.

– Агата…. Агата. Агата. Агата. Прости меня. Пожалуйста. За всё, что я тогда тебе наговорил. Прости, – я улыбнулся. Наконец-то я поверил в её существование. Вот она. Стоит прямо передо мной. Я ещё раз вдохнул её нежный запах.

– Рин, – прошептала она. – Успокойся, всё хорошо. Чтобы там ни было, я давно простила тебя. Уже даже не помню, из-за чего мы тогда поругались.

– Это Лёша зашёл за ней, перед тем как спастись самому, – сказал Антон.

Я перевёл взгляд на Лёшу. Он равнодушно отвёл его и раздражённо вздохнул.

– Спасибо тебе, – сказал я.

Он спас Агату, рискуя своей жизнью. Это достойно уважения. Должно быть он хороший человек. Но к моему удивлению он даже не взглянул на меня, отвернулся и ушёл с кухни.

– Что это с ним? – я недоумённо проводил его взглядом.

Антон хмыкнул и усмехнулся.

– М-да, парень. Ну и Санта-Барбара тут у вас, – сказал Антон.

Агата так же в недоумении проводила Лёшу взглядом, но затем сразу внимательно посмотрела на меня. Её взволнованный взгляд заставил вздрогнуть.

– Рин, где ты был? – спросила девушка. – У тебя запёкшаяся кровь на лбу, а ещё все руки в царапинах.

Она взяла мою руку и стала осматривать её. От прикосновений этой девушки мне становилось не по себе, но я старался держаться спокойно.

– Наверное, поцарапался, пока перебирался через забор.

Она обеспокоенно посмотрела на меня и ещё раз обняла. Я тоже её обнял.

– Кхем…. – послышался голос Антона. – Уже ночь и я хочу спать, а сейчас нам нужно срочно придумать новый план. Может, вы позже пофлиртуете?

Меня бросило в жар, а щеки залились краской. Я не решался посмотреть на Агату. Не сейчас!

Она отпрянула и внимательно посмотрела на Антона.

– Что вам известно о дальнейших действиях Журавлёва? – спросила девушка.

– Нам известно, что первой его задачей является собрать всех экспериментом для какого-то оружия массового уничтожения человечества. Он хочет поработить себе весь мир. Но мы не должны допустить этого, – ответил Антон.

– Так-с, в таком случае, как будет работать его «оружие», если уже некоторые из его так называемых «экспериментов» погибли? Причём, его же подчинённые их и убили… – спросила Агата.

– Если честно, я не знаю… – прошептал Антон.

– Возможно, он использует их ДНК? – предположил я.

– Сомневаюсь, если бы это было так, ему бы не пришлось ловить вас всех. Достаточно было бы достать ваши ДНК, под каким угодно ложным предлогом. У них бы с этим не возникли проблемы. А вот поймать вас гораздо сложнее. Да ещё и всех. Да ещё и с их охранной системой, – усмехнулся Антон.

– Сейчас там под наблюдением находится, – я достал из кармана лист, – №3 – Артём Нестеров, №5 – Анастасия Малиновская, №8 – Артур Фадеев…. Кажется, это всё. Девушка №7 – Алиса Раевская – так же умерла. Я нашёл её тело. И ещё я не знаю на счёт Андрея. Надеюсь, ему удалось сбежать.

Агата растерянно посмотрела на меня.

– Артём? – с лёгкой ноткой грусти прошептала она.

У меня оборвалось сердце. Что?! Почему она это спрашивает? Неужели она его знает, и у них что-то было? Значит, мне показалось, что между нами что-то происходит? Боже, какой же я дурак! Нет-нет. Я опять запутался. Неужели я такой легкомысленный? Сейчас нельзя об этом думать! Есть заботы, которые намного важнее моих чувств. Я должен спасти всё человечество! Да и к тому же, возможно я ошибаюсь, и между ними ничего не было. Может быть, я должен спросить у неё? Нет! Не сейчас!

– Твой бывший? – бесцеремонно спросил Антон.

Я аж закашлялся.

– Нет, – ответила Агата, и отвернулась. – Просто мой знакомый.

Конечно же, она врёт! Выдаёт себя всем своим существом. Что-то точно было.

– Ладно, – отозвался Антон. – Сделаю вид, как будто я тебе верю.

– Пора ложиться спать, – сказала девушка. – Я займу спальню, а вы все разместитесь в гостиной, там много места, вам должно хватить.

Как только она договорила, то сразу же убежала. Что она скрывает? Я не мог отвести взгляда от коридора, ведущего к гостиной, куда убежала Агата. После неё остался лишь еле заметный запах лаванды и сандалового масла. Я сделал глубокий вдох.

– М-да парень, твоя Агата та ещё штучка, – Антон зевнул и встал. – Пожалуй, она права. Меня уже в сон клонит.

Сказал он и тоже ушёл. Я остался на кухне один наедине со своими мыслями и недопитой чашкой смородинового чая. Что? Что я упускаю? Я не должен сейчас думать о своих чувствах, тем более, если они не взаимны. Мне необходимо сосредоточиться на главном. Как спасти остальных подопытных и посадить в тюрьму Журавлёва. Завтра. Нужно будет обязательно вернуться в больницу и узнать на счёт Андрея. Хотя я вообще не представляю, что с ним делать. Его либо уже завтра утром должен забрать Журавлёв из больницы, либо он сбежал. Но где мне его тогда искать? Ох…. Да, и ещё… Артём? Не сейчас!

Я потряс головой, как бы отгоняя ненужные мысли, которые не хотят покидать мою голову.

Ладно, лучше подумаю об этом завтра, а сейчас действительно нужно ложиться спать, а то я так точно сойду с ума.

26 Чувства. Агата

Не желая больше находиться на кухне, я бросилась бежать. Неважно куда. Я должна уйти подальше от всего. Это невыносимо. Эмоции вновь переполняют меня.

Я забежала в спальню. По правую руку посередине стены стояла двуспальная кровать с белыми простынями, рядом стоял шкаф и туалетный столик, а слева была белая полупрозрачная занавеска, влетела прямо мне в лицо. Ветер. Балкон оказался открытым, и я забежала прямо туда, закрыв за собой все двери. И дверь спальни, и балкона. Я села на пол, притянула к себе колени и крепко сжала их.

Слезы непроизвольно полились сильным потоком. Я зарыдала навзрыд, покусывая кулак, чтобы не было звуков. Не хочу собрать сейчас здесь всех на свете, чтобы каждому захотелось утешить меня. Хочу побыть в одиночестве и разобраться со своими чувствами.

В данный момент, я даже не могу понять саму себя. Раньше я точно знала, что люблю Артёма, а сейчас…. А самое странное и неожиданное, это то, что он тоже является одним из экспериментов. Как и я.

С недавнего времени, мне стало казаться, что теперь я влюблена в Рина, но с чего бы такие чувства? Может быть, мне просто показалось? С чего это я решила, что у меня есть вообще такое право, как любить кого-то без его на то согласия. Нет. Я не должна обманывать себя. Худшая ложь, это ложь самому себе. Но почему я тогда убежала? Неужели, я ещё не привыкла быть отвергнутой всеми в этом бездушном мире? Да, пожалуй, у меня нет прав любить кого-то, но раз я уже нарушила это правило, то должна хотя бы защищать. Защищать того кого я люблю. Чтобы не случилось. Даже если он меня не любит. Это не важно. Важно, бороться за счастье человека, которого ты любишь.

Я глубоко вздохнула, слёзы поутихли.

Но когда я сегодня зашла на кухню и увидела там Рина, то была так рада. Безумно счастлива, что он выжил и что с ним всё в порядке. Очень рада. Мне даже показалось, что он тоже был рад меня видеть. Хоть мы и в прошлый раз поругались, мне было всё равно. Пожалуй, сейчас не самое лучшее время, чтобы рассуждать о своих чувствах.

Я улыбнулась.

Мы должны сейчас думать о том, как спасти планету, от проделок Журавлёва и его прогрессирующей шизофрении. Хотя как можно решать проблему глобального характера, когда тебе всего 17, а сердцу хочется любви?

На улице послышался крик птиц, а затем шелест крыльев. Подул сильный ветер. Я встала и подошла к открытому окну. Внизу три этажа, а мы на четвёртом. Падать будет больно, я даже возможно выживу, но останусь навсегда инвалидом. О чём я только думаю! Я посмотрела выше, на небе блестели звёзды и ещё полная луна. Все фонари были выключены, лишь спутница Земли освещала этот мир сегодня ночью. Спасибо тебе, Миссис луна. Я улыбнулась. Я говорю с космическими объектами сидя на балконе. Может, я схожу с ума? Или уже сошла…. На луне что-то блеснуло. Я присмотрелась внимательнее. Что это могло быть? Неужели, как я и мечтала за мной наконец-то пришли инопланетяне?

«Агата?» послышалось в моей голове. Нет, я точно схожу с ума! «Агата! Агата!» Голос стал звучать более настойчиво.

– Да? – я решила поговорить с шизофреническим голосом из своей головы.

«Агата, ты меня слышишь?»

– Да….

«Отлично! Я пришла передать тебе очень важную информацию. У меня совсем мало времени, так что слушай внимательно и не перебивай!»

Я кивнула и закрыла глаза, чтобы шумы внешнего мира не мешали мне воспринимать информацию и запоминать каждое слово. Такое чувство, будто это действительно очень важно сейчас.

«Агата, ты же знаешь историю о профессоре Журавлёве? Так вот, при создании «Экспериментов» он ввёл ДНК с идеальным иммунитетом, из-за чего нас не так-то просто убить. Прямо сейчас вы с ребятами должны знать, что каждый из вас может обладать одной суперспособностью. Именно по этой причине Журавлёв не может начать свой план по захвату мира, ведь вы можете ему противостоять. Изначально он планировал, что вы будете подчиняться ему, но если бы вы с самого рождения остались с ним, то всё так бы и было, но к счастью, всё пошло иначе. У этого мира ещё есть шанс на спасение, всё в ваших руках!»

– Суперспособности? – удивилась я.

«Да. Сейчас я смогла достучаться до твоего сознания, только потому, что ты испытывала сильные чувства. Ты хотела защитить дорогих тебе людей. А сейчас ты можешь воспользоваться своей суперспособностью!»

– Но как? Как я могу это сделать?

«Твоя суперспособность вселяться в тела людей и управлять ими, но только на несколько секунд, максимум – минута. Ты можешь вселиться в тело любого живого существа, видеть его глазами и управлять действиями. Для этого тебе нужно посмотреть на определённый объект, и как бы представить, что ты это он…. Попробуй прямо сейчас!»

Я посмотрела вниз. Там шёл человек. Мужчина, лет тридцати, в костюме. Я внимательно посмотрела на него. Точнее будет сказать, прямо нагло уставилась. Он остановился, схватился за голову, а мне показалось, что я как бы перенеслась туда вниз. Я оглянулась вокруг. Справа от меня находилась детская площадка, слева дом, а впереди дорога и магазин. Я находилась в теле этого человека! Интересно, а он мог это почувствовать? Мне стало очень любопытно, я посмотрела наверх на балкон четвёртого этажа, но было очень плохо видно, я ничего не смогла разглядеть. Я разочарованно вздохнула, но тут что-то словно ударило меня по голове. Я резко закрыла и открыла глаза. Надо мной был потолок. Потолок балкона. Я лежала на полу.

«Когда ты вселяешься в тело другого человека, то твоё падает прямо на землю. Будь с этим аккуратнее. Со временем ты научишься управлять своей силой и выбранный объект может даже не почувствовать твоего присутствия в своей голове»

– А этот мужчина? Что он почувствовал, когда я вселилась в его тело?

«Его сознание отключилось. Он как бы уснул, всё происходящее казалось ему сном…. Прости, кажется, я больше не могу здесь находиться. Надеюсь, ты справишься….»

– Постой!

«Верь в себя и свои силы!»– голос стал звучать намного тише.

– Я ещё не узнала кто ты? Эй!

Но ответа я так и не услышала. Лишь абсолютная тишина в моей голове. Что это было? Может, я сплю? Я ударила себя по лицу, а затем ущипнула. Нет, сейчас я бодрствую.

Я резко встала и посмотрела вниз. Никого не было. Может я окончательно сошла с ума? Нужно завязывать с ночными прогулками и ложиться спать. Я вышла с балкона, не закрыв за собой дверь, и нырнула под прохладное одеяло. Здесь я чувствую себя как в раю, пахнет свежими постельным бельём. Обожаю этот запах! Я уткнулась в подушку и закрыла глаза. Моё сознание стало медленно покидать меня, и вскоре я уснула.

27 Невидимка. Андрей

Рин со всей силы толкнул меня в лифт, и дверь тут же закрылась. Что это было? Хотел, было, я наехать на него, но сразу понял: там кто-то был. Сквозь дверь лифта послышался женский голос. Возможно, это дежурная медсестра. Хотя неважно кто. Мне в любом случае пора сматываться.

Тяжело дыша, я нажал первую попавшуюся кнопку в лифте. Это оказался восьмой этаж. Высоковато. Я на секунду задержал дыхание, пытаясь оправиться от шока. Лифт дёрнулся с места и направился вверх.

Я упал на пол и начал глубоко дышать. Так. Сейчас нужно придумать план. Думаю, Рин и без меня справится. В данный момент мне нужно думать только о себе. Возвращаться в свою палату точно нельзя, если даже они Рина не поймают, то точно решат проверить меня и будут внимательно следить за мной. Такого исхода событий мне точно не нужно.

Дверь лифта открылась. «Восьмой этаж» – послышался электронный женский голос.

«Да знаю я….» – раздражённо фыркнул я.

Я выбежал. Не горел даже дежурный свет. Коридор был окутан тьмой, как в фильме ужасов. Хотя здесь ещё ничего. Самое страшное это подземелье в лаборатории профессора Журавлёва. Уж там любой нормальный человек сойдёт с ума.

Дверь лифта автоматически закрылась. Я вздрогнул. Немедленно нужно придумать план. Скорее всего, врачи сейчас начнут меня искать, поэтому нужно немедленно покинуть больницу. Интересно, здесь есть запасной выход на случай, если будет пожар и нельзя пользоваться лифтом? Я бросился бежать по коридору. Начал задыхаться – здесь совсем нет воздуха. Стены медленно пытались сомкнуться и раздавить меня. Кости не выдерживают, ломаются, внутренности разрываются, кровь вытекает, льётся литр, а затем ещё и ещё…. Я остановился, у меня закружилась голова, я упал на пол. Неужели эта клаустрофобия появилась после пребывания в подземелье? Я попытался встать, но ноги не слушались меня. Послышались крики сзади. О, нет! Неужели доктора так быстро нашли меня? Топот. Я пополз дальше по коридору. В этот момент мой разум отключился, я ничего не понимал. Действовал согласно инстинктам. Бежать, чтобы меня не поймали. Я не хочу больше оказаться в том месте, больше напоминающем ад, нежели что-то ещё.

– Помогите…. – попытался выдавить я.

«Андрей!» – послышался добрый девичий голос.

– А?

Мои щёки стали мокрыми от слёз.

«Внимательно выслушай меня. Времени очень мало. Я могу помочь тебе. Ты – один из «экспериментов», поэтому наделён суперспособностью. Ты можешь становиться невидимым. Прямо сейчас доктора ведут твои поиски по всей больнице. Тебе нужно воспользоваться своей силой, чтобы тебя никто не заметил. Они пройдут мимо, как бы они не хотели тебя увидеть, у них ничего не получится!»

Ничего не понял, но надеюсь, это действительно поможет мне. Кто-то включил свет, бежали несколько докторов и медсестёр. Я закрыл глаза. Крики не прекращались, двери палат стали открываться и оттуда выходили другие пациенты. Самым странным было то, что я лежал прямо посередине коридора, но никто не обращал на меня внимания, словно, я какой-то призрак. Что за бред? Неужели получилось?

Я попытался встать. При свете эти коридоры уже не так наводили ужас, как в темноте. Медленно, но верно, у меня получилось встать на ноги. Держась за стену, я пошёл вперёд. В конце коридора обнаружил лестницу. Отлично! То, что нужно.

Мимо пробегали доктора и медсёстры, но никто не видел меня. Словно я тень, невидимка. Это просто потрясающе! Та девушка помогла мне! Она пришла на мой крик о помощи. Интересно, кто она такая? Где она появилась, так и не понял, ведь на тот момент в коридоре я был совсем один.

На лестничной площадке пахло плесенью, с потолка сыпалась побелка, а на ободранных болотно-зелёных стенах красовались рисунки половых органов, неприличные надписи и жесты, но были и нормальные в своём меньшинстве. Я усмехнулся.

Медленно спускаясь с лестницы, словно призрак, я вышел на улицу. Рядом со входом стояло несколько охранников и медсестра, они громко разговаривали о чём-то. Один, самый низкий и толстый, меня заметил

– Эй, парень! – крикнул он, все сразу же посмотрели в мою сторону.

Не шибко думая, я развернулся на 180 градусов и побежал, что есть мочи. К моему изумлению, забор оказался ломаный и мне, без проблем, удалось сбежать от них.

28 Секретная организация. Рин

Тёмные деревья закрывали небо своими багряными листьями, вызывая дрожь во всём теле. Сначала я подумал, что наступила осень, но нет, это всего лишь кровь. Я стоял посреди леса. Невыносимый запах железа и ужаса наполнял воздух. Я попытался отодвинуть ветку дерева, чтобы понять, где я сейчас нахожусь, но за ней увидел лишь луну. Она тоже была красной. Она была так прекрасна, что я не мог перестать смотреть на неё, пока что-то не коснулось моего плеча.

Я вздрогнул.

– Не бойся меня, – послышался женский голос.

Я обернулся назад. Буквально в метре от меня стояла девочка лет двенадцати с белокурыми косичками в светлом платье, её ноги были босыми.

– У тебя такой рассеянный вид, – она улыбнулась.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я.

– Интересный вопрос, – она улыбнулась по-доброму. – Извини. На самом деле я пришла к тебе совсем ненадолго.

– Ко мне….?

Она кивнула.

– Рин, ты сейчас спишь.

По телу прошёлся холодный пот. Да не может быть, чтобы я сейчас спал! Неужели это осознанный сон и я могу делать всё что угодно? Давно о таком мечтал!

– Рин. Это очень важно. Ты должен выслушать меня. Я почти израсходовала всю энергию, так что мне нужно для начала поведать историю, а остальное расскажет Агата утром. – Она сделала небольшую паузу. – Павел Журавлёв хочет собрать все «эксперименты» не для опыта, как вы думаете, а для того, чтобы уничтожить их и создать новые более совершенные, без сознания и собственной воли. На самом деле они уже готовы. Но сейчас не об этом. Журавлёв…. Нет, точнее папа хочет убить вас, чтобы вы не помешали ему при завоевании всего мира. Он хочет подчинить себе всё человечество при помощи вируса. Вакцина будет лишь у него одного, у людей не будет выбора, они будут все подчиняться ему ради новой дозы вакцины, ведь это перейдёт в зависимость в какой-то момент времени. Если его план начнёт действовать, то вскоре жизнь на планете Земля перестанет существовать. Это я увидела в будущем, а ты можешь мне просто поверить, так оно и будет, если вы всё не измените. Да, он хочет создать новое человечество, но они больше не будут людьми. Если честно, мы тоже уже не слишком люди….

Образ девочки начал медленно таять.

– …. прости Рин. Я исчезаю. Просто знай, вы должны остановить его немедленно, уже совсем скоро станет слишком поздно.

– Подож…. – у меня было ещё столько вопросов, но всюду была лишь тьма. Тот свет, что излучала эта девочка, полностью погас, оставив после себя лишь чувство полного опустошения.

Я резко открыл глаза и вскочил с дивана. Солнце просачивалось сквозь белую прозрачную занавеску. На часах 9:18. Слева от меня на диване лежал Антон, а справа на полу на кушетке спал Лёша.

Этот странный сон как будто наполнил меня какой-то энергией. Немедля, я пошёл на кухню и поставил чайник. Нужно привести мысли в порядок.

Желание тут же начать что-то делать, просто распирало меня. Хотелось бежать куда-то. Кто была эта девочка из сна? Секунду, кажется, она что-то говорила мне… Точно! Она один раз назвала Журавлёва – папой! Неужели она действительно его дочь? Да быть того не может! Но план по спасению оставшихся пленных нужно придумать, а после посадить Журавлёва за решётку или убить его. Нельзя такому человеку на свободе разгуливать. Это слишком опасно для общества.

Пока я пребывал глубоко в своих мыслях, чайник подал голос, довольно громко, он мог разбудить кого-нибудь, так как я не моментально его выключил. Как же я обожаю всю эту утреннюю рутину. На кухне вообще не оказалось занавесок, поэтому солнца здесь было много, что не могло ни поднимать настроения. Я достал из шкафа большую полностью черную кружку, насыпал туда две чайных ложки чёрного кофе, 4 ложки сахара (да, я тот ещё сладкоежка) и залил кипятком, а сверху добавил немного Лологодских сливок. На мой взгляд, они самые вкусные.

Я сел за стол и стал наслаждаться ароматом утреннего кофе. Вдруг кто-то открыл дверь, это была Агата. Она сонная стояла посреди порога и тупо на меня смотрела. У неё были взлохмачены волосы, а одета была в короткие шорты и майку. Моя фантазия снова разыгралась, я пытался её представить без этой майки и шортиков. Я резко отвернулся, надо успокоиться.

– Чайник вскипел, – я нарушил молчание.

– А? – девушка зевнула. – Хорошо.

Она кивнула, а затем стала заваривать себе кофе. Сложно было не обращать на неё внимания.

– Слушай, ты можешь надеть на себя что-нибудь? – несколько раздражённо спросил я.

– Что? Зачем? – Агата посмотрела на меня и наклонила голову в бок.

– Просто так!

Кажется, она снова ничего не поняла и продолжила делать себе кофе. Боже, какая же она глупая! Удивляюсь её везению. Сначала эту девушку дольше всех не могли поймать, а потом она сама же к ним и пришла, а теперь ей удалось сбежать. Что вообще за охранная система у них там, если даже она смогла выбраться оттуда.

– Рин, – начала она, я снова хотел повернуться, но заставил себя смотреть в чашку кофе. – Эй, ты меня слушаешь?

– Слушаю! Говори уже, – огрызнулся я.

– Вчера ночью я слышала голос. Он…. Подожди, я хочу кое-что попробовать.

Она не договорила. Что Агата хочет попробовать? Я не успел у неё спросить, как почувствовал внезапное головокружение. Поставил кружку с кофе на стол, закрыл глаза и отключился.

Чувствую себя как во сне, та же кухня. Я посмотрел на Агату. Она лежала на полу. Я хотел спросить, что случилось, но не мог выдавить и слова. Будто это тело больше не принадлежало мне. Я мог видеть глазами, но всё смазанное, нечёткое, а ощущение такое расслабленное. Словно сила земного притяжения обошла меня стороной. Но не прошло и одной минуты, как я снова почувствовал всю тяжесть. Сделал несколько глубоких вдохов и пришёл в норму. Агата встала, и посмотрела на меня.

– Что это было? – спросил я толи её, толи самого себя.

Но она лишь громко взвизгнула и захлопала в ладоши.

– Получилось!

– Что получилось? – не понял я.

– У меня есть суперсила! Только что, я вселилась в твоё тело. Что ты почувствовал?

У меня не было слов. От части, показалось, что она немного сошла с ума от ранее происходящих событий, и теперь несёт какой-то бред сумасшедшего, но с другой стороны я и сам сошёл с ума и решил поверить ей. Что ещё за суперсила? О чём это она? Мы что, в каком-то дешёвом графоманском фанфике? И ещё… Она вселилась в моё тело! Как так получилось, что столь глупая девушка владеет такой мощной суперсилой?! Как Бог мог так ошибиться?

– Но это не всё. Вчера ночью у меня в голове возник голос девочки. Она сказала мне, что остальные эксперименты тоже владеют суперсилой, – после недолгого молчания сказала девушка.

После её слов, я сразу же вспомнил свой сон. Неужели наши видения как-то связаны между собой, а может голос, который слышала Агата и есть голос дочери Журавлёва? Всё это очень странно….

Агата взяла свою кружку с кофе и села за стол напротив меня.

– Интересно, какой суперсилой владеешь ты? – спросила она.

Если честно, я вообще без понятия. Я даже не уверен, что это правда. Хотя при нынешних обстоятельствах, такое вполне возможно. К тому же, во сне девочка сказала, что Агата должна что-то рассказать мне. Может она именно это имела в виду?

В ответ на её вопрос, я лишь пожал плечами.

– Слушай, а ты попробуй посмотреть на меня пристально. Вдруг что-нибудь да получится.

Эта идея мне не очень понравилась, но всё же стоит попробовать.

Я смотрел на свой кофе, но затем перевёл взгляд прямо на неё. Несколько секунд мы, молча, смотрели друг на друга, я был удивлён, что она смогла так легко выдержать такой долгий контакт глаза в глаза. По телу побежали мурашки. Я почувствовал желание, которое меня влекло к этой девушке. Тяжело было ему сопротивляться, своему естеству. Меня пленял её глубокий взгляд. Сначала я не мог понять, о чём она думает, вдруг тоже чувствует это непреодолимое желание, как и я. Хотелось резко встать и схватить её ноги, такие красивые, нежные. Глубоко вдохнув, я ещё раз посмотрел ей в глаза, но понял… Агата лишь испытывает исключительно интерес, какую это я имею суперсилу? Нет у неё никакого желания. Если бы я сейчас резко взял её силой, ей бы это мало понравилось, вероятно, она бы стала сопротивляться мне. Эх… Какая жалось. Неправильно это всё, я не должен поддаваться своим инстинктам. В какой-то момент я почувствовал, что готов делать все, что угодно, только бы заполучить её. Какой ужас! Это так неправильно! Хватит!

Я раздражённо повернулся в другую сторону.

– Вот блин. Ничего не произошло, – вздохнула Агата. – А я так надеялась.

– Доброе утро, – зевнул Антон, только что появившийся на пороге кухни с телефоном в руках. – Слушай, Рин, здесь звонок. Просят позвать тебя.

Антон протянул мне телефон. Интересно, кто же это мог быть? Неужели отец как-то узнал, где я? Да ещё и номер Антона где-то откопал…. Я глубоко вздохнул и приставил телефон к уху.

– Да?

– Рин Нортвес? – послышался грубый мужской незнакомый голос.

– Да, а кто меня спрашивает?

– Меня зовут Михаил. Я из секретной организации по охране человечества. Не так давно в городе Лологда возник неизвестный вирус, который повлёк за собой карантин. Часть людей уже эвакуирована из города, в основном это женщины и дети, – мужчина резко замолчал, послышалось чей-то шёпот на заднем плане, Михаил продолжил говорить. – Недавно до нас дошли сведения, что этот неизвестный вирус распространила одна организация «СИИС». Так же мы узнали, что ранее на всех членах организации висел условный срок, а главный представитель лежал в психиатрической клинике. Нам необходимо задать вам несколько вопросов. Это очень важно, поэтому я бы хотел встретиться с Вами лично, как Вы на это смотрите?

– Хорошо. Где и во сколько? – не раздумывая, спросил я.

– Сегодня в 12:00. Я скину вам адрес по SMS. До свидания.

На том конце провода послышались противные гудки. Я отдал телефон Антону. Все присутствующие на кухне внимательно смотрели на меня, ожидая объяснения, кто и зачем звонил мне, но я молчал.

– Ну….? – протянула Агата. – Не томи!

Я устало вздохнул. Телефон в руках Антона громко завибрировал.

– Сегодня ровно в 12:00 мы должны встретиться с представителями секретной организации по охране человечества.

– Хм. Думаю, стоит прийти, – начал Антон. – Но знаешь, я бы не стал так доверять неизвестному мужику, представившемуся членом секретной организации.

– Ты прав, – кивнул я. – Лучше я пойду один, а ты будешь сидеть в засаде. И…. возьми на всякий случай пистолет. Я надеюсь, что он не пригодится, но лучше не рисковать.

– Я тоже буду сидеть в засаде, – отозвалась Агата.

– Нет! Ты останешься здесь, – резко сказал я.

– Ну,…– несколько замялась она. – Почему??? Почему ты так не доверяешь мне? Да, и вообще, в отличие от тебя, я обладаю суперсилой! – она самодовольно улыбнулась.

Чёрт! Ведь она права. Но я не могу рисковать её жизнью….

– Пусть она тоже с нами пойдет, – вообще нисколько не опасаясь за её жизнь, предложил Антон. – А по дороге вы мне расскажете про суперсилу. Будет интересно послушать.

– Идёт! – улыбнувшись, воскликнула Агата и дала «пять» Антону.

Ненавижу этих двоих! Сейчас у меня складывается такое ощущение, будто они строят козни против меня.

29 Переговоры. Рин Нортвес

11:57

Дул сильный сырой ветер. За всё время пребывания на улице мы не встретили ни одного человека, что показалось нам весьма странным. Несмотря на массовую эвакуацию, многие заведения в городе ещё работали: общественный транспорт, например. А теперь ни единой души. Будто этот город вымер за последнюю ночь. По моей коже пробежал лёгкий холодок.

Я сидел на качели на детской площадке в одном из спальных районов этого города. За мной наблюдал Антон в нескольких десятках метрах вместе с Агатой. Надеюсь, их не заметят. Вот бы всё прошло гладко.

Сзади что-то коснулось моего плеча. Я резко обернулся. Передо мной стоял мужчина лет 30-35 с идеально уложенными гелем волосами, в костюме. На глазах у него были солнечные очки, а в левом ухе датчик. Мужчина был один.

– Рин Нортвес?

– Михаил? – вопросом на вопрос ответил я.

– Ты один?– удивился мужчина.

– Мне бы хотелось узнать, как вы вышли на меня? – я прищурил глаза.

– Вчера, ближе к вечеру, нам удалось обнаружить местоположение организации «СИИС». Когда наши специалисты прибыли в назначенное место, то никого не обнаружили. Они скрылись практически моментально. Также мы узнали, что ты и твой помощник взламывали сеть их видеокамер. Нам удалось выйти на ip вашего рабочего компьютера, к которому был привязан номер телефона, на который мы позвонили сегодня утром.

По мне прошёл холодный пот.

– Мы обнаружили несколько тел, а также бумаги с некоторой информацией об экспериментах. Так же о тебе, как о самом уникальном.

– Просто в моём создании возникла ошибка. Я не самый уникальный.

– Не имеет значение. Мне нужно, чтобы ты рассказал все, что знаешь об этой организации, чтобы мы могли продолжить поиски преступников. Так же я предположил, что вы не принимаете вакцину, но при этом спокойно живёте в этом городе. Я прав?

– В смысле? – не понял я. Какая ещё вакцина? О чём он?

– Здесь и сейчас невозможно дышать воздухом. Обычный человек почти сразу же умирает от этого «гриппа». Поэтому все люди, живущие ещё в этом городе, принимают вакцину, которую нам поставляет «СИИС».

– И… вы тоже?

Михаил кивнул.

– Поэтому наши расследования ведутся под строжайшим секретом.

– Тогда у меня другой вопрос: чьи тела вы нашли в лаборатории?

Мужчина открыл записную книжку и стал читать.

– Артём Нестеров, Анастасия Малькова, Алиса Раевская, Артур Фадеев, Ангелина Оводова.

Я не мог поверить своим ушам.

– Все умерли…. – прошептал я. – Неужели?

– Так или иначе, мы должны остановить эту шарашкину контору. Ты должен помочь нам. Насколько нам известно, из документов, которые мы там обнаружили, на тебе проводили опыты больше чем на всех остальных. Они поймали тебя ещё пару лет назад, это было ещё до того, как решили поймать всех остальных.

– Да…. Я там был, но сбежал. На самом деле мне не очень многое известно. Знаю лишь имена всех докторов и всё.

– Хорошо. По нашим данным доктора покинули этот регион. Остались же только Журавлёв Павел и 2 его сообщника: доктора Лазарев и Фирсов. С помощью одного из «экспериментов», нам также удалось обнаружить лабораторию.

– Кто вам помогал? – я очень удивился. Неужели кто-то из наших ещё живой?

– Его зовут Андрей Соколов. У него есть какая-то суперсила…. Я предположил, что вы тоже можете делать нечто подобное.

Я не мог поверить своим ушам. Андрей жив?! Как же хорошо всё получилось с ним, а ведь я уже был уверен, что его поймал Журавлёв и убил вместе с остальными.

Этот мужчина не похож на преступника, похоже ему можно доверять, он действительно на одной с нами стороне.

Позже я рассказал ему все, что знаю про суперсилы, про то, как нас держали в подземелье, все, что мне известно про самого Журавлёва, про создание «Экспериментов», про моего отца и про себя. Михаил внимательно слушал и постоянно что-то записывал в толстом блокноте, а так же я заметил диктофон в его кармане на груди рубашки. Он слушал, не перебивая, пока я не закончил.

– Похоже, мы можем вам доверять, – послышался Антон, выходящий из кустов, а следом за ним шли Агата и Лёша.

– Наконец-то вы вышли. Плохое укрытие, если честно. Я сразу вас заметил, – сказал Михаил, не отрываясь от своего блокнота.

Антон высокомерно перевёл на него взгляд, а затем отвернулся.

30 «СООЧ». Рин Нортвес

Позже мы приехали в офис секретной организации, где работал Михаил. Это было обычное здание, где якобы продавали пластиковые окна. Так они себя маскировали, а может, и правда этим занимались. Я чувствовал себя здесь несколько неуютно, каким-то подростком среди взрослых дядей и тётей в деловых костюмах. Им всем было за 30, а нам по 17, кроме Антона. Он был самый старший, ему 18.

Михаил хотел нас познакомить с его напарником Евгением. Мы зашли в лифт и стали подниматься на 5 этаж, Лёша встал рядом со мной. Он посмотрел на меня как-то недовольно, агрессивно, я бы даже сказал. После того случая с Агатой, он больше со мной не разговаривал и даже старался не смотреть в мою сторону. Я предположил, что ему тоже нравится Агата, ведь он, перед тем как спасти себя, пошёл спасать её. Невзаимная любовь это просто ужасно, но я ничего не мог с этим поделать. Я даже не уверен, что у нас с ней всё взаимно. Никогда не понимал, что на уме у этой странной и необузданной девушки.

Мы поднялись на 5 этаж, нас встретила девушка и лучезарно улыбнулась Михаилу. Похоже, это его секретарша. Выглядела она очень хорошо.

– Оксана, Евгений сейчас на своём месте? – вежливо уточнил Михаил.

– Да, Михаил Викторович, в данный момент он пьёт кофе.

– Этот бездельник никогда не работает в моё отсутствие, – нахмурил брови мужчина.

Я перевёл взгляд на Антона и был очень удивлён. Он единственный из нашей компании подростков чувствовал себя здесь, как рыба в воде. Шёл рядом с Михаилом и так внимательно всё изучал, будто понимал всё, что происходит.

На самом деле, я несильно удивился, он всегда был таким с момента нашего знакомства. Мы тогда познакомились в компьютерном клубе, я улыбнулся. Славные времена.

Мы шли по светлым коридорам. С одной стороны стена была полностью стеклянной, это были окна с видом на город. Красиво достаточно, особенно сейчас, когда за окном идёт дождь.

Оксана провела нас до кабинета Евгения, тот и правда пил кофе, когда мы пришли.

– Катенька, – мужчина держал её руку, – посиди ещё немного, не уходи.

– Кхэ-м, – Михаил кашлянул в кулак, пытаясь обратить на себя внимание.

Тощая девушка в миниюбке, которая сюдя по всему была «Катенькой», округлила глаза, отошла подальше от Евгения и поклонилась Михаилу.

Евгений – лысый мужчина тоже в дорогом костюме, с часами таки решил посмотреть в нашу сторону.

– Мишаня, какими судьбами?

– Хочу тебе представить «Экспериментов», – он махнул рукой в нашу сторону.

– Здрасте, – он даже не посмотрел в нашу сторону, «Катенька» всё ещё находилась в кабинете…

– Жень… Может, хотя бы уделишь внимание нашим дорогим гостям? – приподнял бровь Михаил.

– Ох, – мужчина в сером костюме закатил глаза, «Катенька» вышла из кабинета. – Меня зовут Евгений, можно просто Жека, я взламываю сети, профессиональный…. Нет. Лучший хакер нашего города.

Я посмотрел на Антона. Женя явно ему не понравился. Антон слишком любил своё дело и считал себя лучшим хакером.

– Ты, конечно, хорош, но прекрати хвастаться, – улыбнулся Михаил. – Благодаря Евгению, мы узнали, что Вы – Антон взломали их систему видеокамер.

– Да, так вы вышли на ip моего компьютера…. – равнодушно сказал Антон. – Вы уже говорили.

– До того, как Катенька принесла мне кофе, я выяснил новое местоположение Журавлёва. Он сейчас находится в областной больнице, где вы – Рин лежали вместе с Андреем. У Журавлёва есть там собственный кабинет.

– Почему он не покинул нашу область вместе с остальными докторами? – спросил я.

– Сложно сказать, но есть предположение…. Он сейчас себя очень плохо чувствует, так как болеет СПИДом. Кажется, ему осталось недолго….

– ЧТО?! – хором воскликнули мы.

– Видимо, ты не такой хороший хакер, раз не знал этого… – Евгений самодовольно ухмыльнулся, смотря на равнодушного Антона.

Мы были в шоке. Так же нам Евгений и Михаил рассказали, что этот вирус уже распространился по всей области, из-за чего было перекрыт полностью весь автотранспорт, а также железнодорожный и авиа. Люди со всего мира пытались помочь нашей области, но никто не мог создать противоядие, из-за чего для того чтобы жить, жителям приходилось просить помощь у самого Журавлёва, который давал им вакцину действующую около суток или двух, в зависимости от организма. Принимали её каждый день. Поставка шла в крупные города области, и ближайшие посёлки городского типа, деревни же постепенно начали вымирать. А их было достаточно много на территории области. Также с недавнего времени болезнь стала распространяться и в близлежащих областях.

– Нам пора покончить с этим! – заявил я, и все кивнули.

31 Победа. Рин Нортвес

Позже к нам присоединился и Андрей. «Эксперимент №6» сказал, что его суперсила заключается в том, что он может становиться невидимым. Я, конечно, злился на него, но был очень рад, что он в порядке. Хоть у Андрея и сложный характер, человек он хороший.

Мы с Лёшей так и не выяснили, какие у нас суперсилы.

Когда наша компания вместе с Михаилом ехали на машине в больницу, у Лёши закружилась голова, а затем он на пару секунд потерял сознание. Все очень разволновались.

– Эй, Лёха! – воскликнул Антон. – Очнись, мы уже почти приехали.

Лёша приоткрыл глаза, взволнованно осмотрел всех, а затем остановил свой взгляд на Агате.

– Агата, тебе нужно остаться в машине! – твёрдо сказал он

– О чём ты? – она улыбнулась. – Как ты себя чувствуешь? Что с тобой случилось?

– Не знаю, какое-то помутнение сознания. Такое чувство, будто с тобой случится, что-то… плохое, – он грустно опустил глаза.

– Глупости, какие! – улыбнувшись, воскликнула Агата. – Всё будет в порядке, мы почти победили его. Осталось дело за малым.

Михаил припарковал машину рядом с входом.

– Выходим, – скомандовал мужчина.

Я начал волноваться за Лёшу и схватил его за плечи:

– Не переживай, парень, я присмотрю за ней.

– Хм, – Лёша нехотя посмотрел на меня и отвернулся, ничего не ответив.

– Да, Лёша, всё будет в порядке. Тебе не стоит переживать, – Агата пыталась подбодрить его, но получилось плохо.

– У нас 3 цели, – перебил Михаил. – Журавлёв, Фирсов и Лазарев. Журавлёв находится сейчас вероятно в своём кабинете, а остальных двух нужно будет поискать. Из нашей компании суперсилы есть лишь у Агаты и Андрея. Теперь нужно решить, как мы разделимся.

– Я и Агата пойдём искать Журавлёва. Я сам лично хочу покончить с ним, – стараясь изо всех сил скрыть злость, начал я.

Журавлёв причинил столько неприятностей. Да, и не только мне. Все мы здесь от него пострадали. На самом деле, весь город сейчас болеет этим новым неизвестным вирусом «Инфлюэнция», и даже многие из соседних областей. В скором будущем, от вируса, чьё авторское право принадлежит Журавлёву, заболеет весь мир. Ах да, забыл упомянуть, от «Инфлюэнции» многие умирают, даже, если они принимают вакцину. Так как вирус очень мощный, и не каждый живой организм способен справиться с ним.

Журавлёв это называет естественным отбором. Как можно быть настолько бесчувственным?!

– Хорошо, – кивнул Михаил. – В таком случае, я и Андрей пойдём искать Фирсова. Есть предположение, что он находится в докторской в отделении Кардиологии.

– А мы с Лёшей можем поискать доктора Лазарева. Хотя, я даже не уверен, что он сейчас здесь, – предположил Антон.

– Договорились, – сказал я, все кивнули и разошлись по коридорам больницы.

Мы с Агатой шли напрямик на 6 этаж в личный кабинет профессора Журавлёва. Остальные ушли в другие стороны на поиски своих целей.

Агата бежала впереди меня по этим бесконечным коридорам больницы. Они были хоть и светлые, но всё равно, сильно напоминали подземелье, где нас держали. Хоть сейчас должно всё закончиться, но мне кажется, что это далеко не конец. Наша задача не убивать Журавлёва, а всего лишь поймать. Мы не должны пока что этого делать, потому что нам может понадобиться информация об избавлении от этого вируса, дабы не вымер целый регион.

За то время, что мы провели вместе с Агатой, я искренне благодарен Журавлёву. Если бы не он, мы бы вряд ли смогли встретиться. Сам того не заметил, как она стала близким для меня человеком. Мне бы хотелось, чтобы после того, как всё это закончится, мы продолжили общаться. Не как люди с общей проблемой, которым угрожает смертельная опасность, а как обычные подростки, которые просто дружат, или… не только дружат.

Я очень волновался. По правде говоря, в реальной жизни я его не видел, только на фотографиях, которые мне показывал Антон или записи с камер видеонаблюдения. Не более.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил я у Агаты.

– Всё в порядке, – улыбнулась она. – Если честно, я очень рада, что весь этот кошмар наконец-то закончится.

– А что ты хочешь делать, после того, как всё закончится?

Она резко остановилась и посмотрела на меня.

– Не знаю, а ты?

Я продолжил бежать, и она последовала за мной.

– Думаю, я полечу обратно в Калифорнию. Хотя, честно говоря, мне бы хотелось переехать в Нью Йорк.

Я посмотрел на неё, но девушка отвела глаза.

– Понятно, – как-то грустно сказала Агата.

– Поехали со мной? – неожиданно сам для себя спросил я.

– Что? – она посмотрела на меня с каким-то блеском в глазах.

– Полетишь вместе со мной в Нью Йорк? Мы могли бы жить вместе, – улыбнулся я.

–Что… – лишь успела произнести она, как мы подбежали к месту назначения.

Мы с Агатой стояли напротив кабинета Журавлёва. Я с ноги открыл дверь, и мы зашли. Павел Анатольевич сидел спиной к нам и даже не соизволил повернуться. Агата как-то резко подошла к нему и направила пистолет у самого виска.

Откуда он у неё? Ведь только один Михаил взял с собой оружие.

– Умри, нечисть, – огрызнулась девушка. Она собиралась нажать на курок, но профессор резко вывернул её руку и забрал пистолет.

Он встал и посмотрел на меня.

Журавлёв схватил Агату за шею и приставил к виску пистолет. Я резко остановился, ещё шаг и он выстрелит в неё! Всё было, как в тумане. Действия происходили слишком быстро, я не успевал соображать, что происходит. На лбу выступил холодный пот. Агата не смотрела на меня, её взгляд был направлен куда-то в правый нижний угол, а глаза наполнялись слезами. Нет! Я не могу дать ей умереть!

– Отпусти её! – словно прорычал я. В горле появился ком, я захотел разреветься от эмоций переполнявших меня, но не мог. Я же мужчина. Нужно быть сильным.

Время как будто остановилось. Я стоял без движения и понял странную вещь.… Время, и в правду остановилось, но как? Я же не один из экспериментов и не могу владеть суперсилой. Я же обычный человек, Журавлёв ведь всё напутал… Мерзкая ухмылка профессора, расстроенная Агата…. Я подошёл к ним, кончиками пальцев дотронулся до её щеки и стёр слёзы с её лица, а затем прикоснулся губами к её губам. Это был лёгкий невинный поцелуй, но я почувствовал тепло. Возможно, это всё в последний раз. Её губы такие холодные, словно мёртвые, с привкусом соли.

«Прости меня, пожалуйста»

Я выхватил Агату из его рук и побежал. Заморозка не может быть вечной, поэтому нужно скорее убираться отсюда. Я прошёл буквально пару метров, как время снова продолжило идти. Агата также безжизненно лежала у меня в руках, а сзади послышался выстрел. Я обернулся. Журавлёв лежал в луже крови. Он выстрелил себе в голову и упал. Агата же сразу пришла в себя.

– Эй! – я убрал волосы с её лица, глаза были закрыты, а уголки губ слегка приподнялись.

– Спасибо, что хотел спасти меня, – еле слышно прошептала она. – Я люблю тебя.

– Агата! Не говори так! Пожалуйста, очнись. Скажи что-нибудь. Эй!

Губы замерли в слабозаметной улыбке.

– Агата! Агата! Агата! Очнись! Ну, пожалуйста…. – комок в горле вырос. Больше невозможно сдерживаться. Я зарыдал навзрыд. Нет! Только не это! Пожалуйста! Агата! Очнись!

Я сделал ей искусственное дыхание. Ещё раз. Надавил на грудь. Тщетно.

Ничего не помогало. Она заснула. Всего лишь на целую вечность. Нет. Всё не должно быть так. Зачем она переместилась в тело этого старого ублюдка и застрелила сама себя? Я бы сам это сделал. И Агата, ты бы осталась жива! За что ты так со мной?!

Я всегда думал, что смерть это нечто невообразимое. Мне всегда казалось, что однажды я буду счастлив, и я был счастлив ещё минуту назад, ту минуту, которую я заморозил. Я хотел бы быть всегда рядом с тобой, только с тобой. Ты – всё, что мне нужно, только, пожалуйста, не умирай! Ты должна жить. Ты не можешь умереть. Нет. Это не правда. Это не может быть правдой. Нет. Не делай этого. Агата, я тоже люблю тебя.

Она ещё тёплая. Где пистолет? Может, нам предназначена участь Ромео и Джульетты? Я тоже должен убить себя и тогда мы будем вместе. Теперь уже навсегда. Агаточка. Подожди, я сейчас приду к тебе.

Прижимая её безжизненное тело к себе, я подошёл к Журавлёву и вырвал пистолет из рук – весь перепачкался кровью. Я поднёс пистолет к виску. Закрыл глаза. Нажал на курок. Пустота. Я открыл глаза. Ничего не произошло. Ничего. Я в обнимку с Агатой сижу в луже крови. В пистолете не было пуль.

Из глаз вновь хлынули слёзы. Огромным потоком. Во рту чувствовалось железо с солью. Я упал. Агата! Я прижал её ближе. Агата!

Послышался топот.

– Рин! Агата!

– Эй, вы убили его?

Все посторонние шумы внешнего мира слились в один. Словно под водой.

– Что случил….

Доктор Лазарев беспорядочно бежал по коридорам. Только тут – в подземелье, он сможет спрятаться хотя бы на время. Судя по тишине, никто больше не гонится за ним. Возможно, Лазарев поступил неправильно, когда бросил Журавлёва, но какая ему разница. Эти мелкие недоумки сейчас всё равно прикончат его, а Лазарев хочет жить. Он хочет жить вечно.

Мужчина забежал в личный кабинет доктора, захлопнув дверь. Он сел на пол, тяжело дыша. Успокоившись, Лазарев достал из кармана медицинского халата ампулу, открыл её и собирался выпить эликсир бессмертия, но не успел. Некто выхватил сей предмет из его рук и выпил это сам. Лазарев поднял голову вверх и увидел юношу в очках с татуировкой «IO» на щеке.

Вырезка из новостей:

«Скончались около 100 000 человек на территории Лологодской области и за её пределами в результате заболевания нового типа гриппа «Инфлюэнция», сообщает корреспондент агентства Рос Пресс. Общее число жертв этой болезни достигло двух миллионов человек.

Заболевание вспыхнуло более 100 дней назад в городе Лологда в Лологодской области, где располагалась таинственная база некого иммунолога Павла Анатольевича Журавлёва. Врачи областной больницы говорят о том, что именно он изобрёл и запустил этот злосчастный вирус «Инфлюэнция». Также Журавлёв изобрёл вакцину, действующую ровно сутки, но с недавнего времени специалисты секретной службы смогли разработать вакцину, которая поможет полностью устранить это заболевание. Многие добровольцы уже успели опробовать данный препарат. Например, одна гражданка – Софья Петровна комментирует: «Неделю назад мне предложили опробовать на себе эту вашу вакцину. Ну, я и решила, что мне терять? Пожилая уже всё-таки…. Попробую! Попробовала. На следующее же утро все симптомы этого гриппа, как рукой сняло. Сейчас чувствую себя гораздо лучше». Софья Петровна и многие другие рекомендуют всем вакцинироваться. Это можно сделать абсолютно бесплатно в любом медицинском учреждении.

Полиция хотела задержать Павла Анатольевича Журавлёва за создание и распространение этого ранее неизлечимого вируса, но позже оказалось, что он скончался в областной больнице. По нашим данным очевидцы признались, что видели, как он застрелил сам себя: «Я просто лежал в больнице, так как меня сбила машина пару дней назад. Проходил мимо кабинета, как вдруг услышал выстрел. Зашёл в кабинет и увидел его в луже крови, сразу же позвал на помощь врачей» – пациент Нортвес Александр Дмитриевич.

Говорят, что у Павла Анатольевича были союзники, но официальных данных и доказательств нет, поэтому делу больше никто не числится.

Уважаемые граждане, вы можете сделать бесплатно вакцину и успокоиться, с Вами была Мухина Анна Алексеевна. До новых встреч!»

Арка II

2022 год

32 Другая сторона истории. Антон

Прошло 5 лет с тех пор, как я стал бессмертным. Многое изменилось, но одно было неизменным. Я также любил программирование и всё с этим связанное. Честно говоря, я всегда мечтал стать бессмертным. Наверное, с тех пор, как родился. Естественно, у меня был план: я хотел стать программой, чтобы информация, занесённая в мой мозг, стала программой. Хотя, предполагаю, что любой человеческий мозг владеет таким количеством знаний, что не один носитель не потянет такого количества Гб и Тб. Хотя сейчас XXI век и технологии стремительно развиваются, так что не думаю, что у меня возникли бы проблемы в этом плане.

Но, всё пошло гораздо лучше. Теперь моё тело сможет существовать вечно. Если честно, я ещё не совсем понял, как это работает, но могу сказать во что:

За эти 5 лет я ни разу не болел;

Выгляжу очень хорошо, даже, если не сплю и не ем несколько дней (работы много навалилось в последнее время);

Стал физически сильнее (гораздо);

Любые раны на мне заживают моментально (без преувеличения).

Как-то я ходил в гости к своему знакомому, и у него была кошка. Я хотел погладить её, но она сразу зашипела и расцарапала мне все руки. Раны заживали буквально на глазах. У меня были огромные царапины, но через 10 минут буквально всё зажило. Даже следов не осталось. Я был в диком шоке. Это просто нереально.

Похвастаться бы кому, да нет у меня друзей и семьи. Я ведь ещё не рассказывал вам свою историю? А она интересная, между прочим, послушайте.

Мою мать звали Эльвира, и она была сумасшедшей. Когда я родился, это случилось 10 октября 1998 года, мой отец бросил нас. Он сказал, что она женщина лёгкого поведения и нагуляла меня. Как было на самом деле, я никогда не знал, ведь не общался с матерью. Тамара – моя тётя, её сестра, рассказывала мне, что когда отец ушёл от нас, Эльвира перерезала себе все руки. Она хотела покончить с собой…. А то, что у неё был маленький сын на руках, это ерунда, не то о чём стоит беспокоиться…. За такое не прощают, она была готова к тому, что двухлетний я умру с голоду, и вообще ей было плевать, что со мной будет.

Но Тамара пришла навестить нас через пару дней. Она и спасла меня, усыновила, а Эльвиру положили в психбольницу. Да, это сука выжила, к сожалению….

Её сестра Тамара была бесплодной и все мужчины из-за этого бросали её. Как несправедлив Бог, если это его рук дело, если он вообще существует. Хотя, я бы скорее сказал, как несправедлива природа, жизнь. Тамара – была отличной заменой матери, она добрая, заботливая. Я искренне любил её.

С самого детства мне нравилось сидеть в компьютере. Когда мне исполнилось 11, я зарегистрировался в социальной сети «вконтакте». В 12 лет я научился взламывать чужие страницы и придумал кое-что. Способ заработка. Я писал с чужих страниц, что мне нужны деньги в долг или на лечение кого-то. Многие верили мне и пересылали по номеру карты или на электронный кошелёк. Ха, наивные идиоты, думал я. Таким образом, я и начал зарабатывать. Вы назовёте меня мошенником? Так и есть, но суммы были не большие. Максимум 1000 рублей. Не так уж и много. Вы, скорее всего, думаете, что это подло с моей стороны? А не подло сливать свои деньги в Интернет? Не подло давать в долг человеку, с которым ты не общаешься уже давно? Не подло, быть идиотом? Они бы всё равно прошляпили эту 1000 рублей в пустоту, пусть лучше отдадут мне. Я лучше знаю, куда их потратить. Эти деньги мне реально нужнее. Человек, которому нужны деньги, не будет сливать их в Интернет, и давать в долг одноклассникам или друзьям друзей. Глупость наказуема. Если я не заберу их деньги, это сделает кто-то другой. Я не считаю себя нисколечко виноватым. Это просто глупо.

Когда мне исполнилось 15, я закончил 9 класс и переехал жить в Москву. Там я поступил в московский колледж «Синергия», специальность – Информационные системы и программирование. Зарабатывал всё также, только суммы потихоньку увеличивались. Первое время жил в общежитии, но очень скоро смог снимать квартиру-студию в самом центре (в пределах Садового кольца).

На втором курсе, я уже смог разрабатывать сайты и продавать их, был разработчиком простейших компьютерных игр. Надо было как-то выживать. Крутился, как мог.

Не помню, когда именно это произошло. Я всегда знал, что моя родная мама лежит в психушке, а воспитывает меня тётя. Эльвира забеременела вторым ребёнком – моя сводная сестра Маргарита. Я знал, что ни ей, ни Журавлёву нельзя доверить ребёнка, но я сам был ещё совсем маленьким и никак не мог позаботиться о сестре. Девочка умерла через несколько лет.

Журавлёв был известным, как «Бог Бессмертия». Конечно же, никто и никогда не воспринимал его идеи всерьёз, но не я. Я знал, что этот мужик не такой простой псих, каким кажется на первый взгляд. Признаюсь, я не любил его, но сама идея, которой он горел, вдохновляла меня.

В 2012 году Журавлёва отпустили на свободу, его опекуном стала Тамара. Она пыталась общаться с ним, но он изо всех сил игнорировал её и всегда скрывал своё местоположение. Я тогда спросил тётю, почему его положили в клинику. Она рассказала, что он в своё время, в 1999 году проделал один эксперимент, о нём тогда писали в газетах. В своём эксперименте он создал искусственным образом оплодотворённую яйцеклетку, наделённую особым иммунитетом. Человек, который должен был родиться, был очень сильным, мог долго жить, а также имел суперсилу. Это было всё безумно интересно.

Я забыл сказать, что практически всегда был сталкером. Через Интернет я следил за Журавлёвым, за Эльвирой, за своими разными знакомыми. Мне нравилось всё контролировать и наблюдать за всем. Это мне внушало чувство уверенности и внутреннего спокойствия. Я знал, что Журавлёв, после того, как вышел из клиники, продолжил своё дело. В своей лаборатории он создал целую армию этих «недоэмбрионов». Для нового эксперимента, ему не нужны были живые женщины, чтобы выносить плод. Он делал это в капсулах. Звучит очень жутко, а выглядит ещё хуже. Я видел это всё своими собственными глазами, хоть и никому и никогда не говорил об этом.

В 1999 году на свет родились эти «эксперименты». Хотя первая девочка родилась ещё в конце 1998 года. Разница в их рождении ровно месяц. Я знал, что им в руку были вживлены чипы, и за ними можно было следить, если взломать программу на компьютере доктора Лазарева (что, собственно, я и сделал). Один из «экспериментов», самый необычный, номер «9», жил в Америке. Самый интересный, потому что было непонятно, настоящий он живой человек или всё-таки искусственно-созданный. Естественно, за остальными «экспериментами», которые жили в России, я следил регулярно и систематически. Фиксировал всю информацию о них. Я хотел знать абсолютно всё.

В один осенний вечер 2014 года, мне пришло уведомление, что «Эксперимент №9» прибыл в Россию. Мне просто необходимо было узнать кто он такой. Интерес был слишком сильный. Я тогда проследил за Рином, он пошёл в компьютерный клуб в Москве. Естественно, я последовал за ним. Начал первый общение. Сделал вид, что это типа случайно мы начали разговаривать. Он так и не понял, что я специально хотел начать с ним общаться. Рин рассказал мне, что жил раньше в Лологде, когда был маленький и хотел выяснить всё о своём происхождении. Это было просто невероятно, какая удача. Я как раз тоже хотел всё выяснить о его происхождении. Наши цели совпали, и мы отправились в Лологду. Я рассказал ему про то, что Эльвира (моя мама) и Журавлёв лежали вместе в психиатрической клинике. Что Павел Анатольевич, как раз занимался разведением людей с идеальным иммунитетом, а отец Рина там работал на него. «Как неожиданно», сделал вид я.

Я рассказал Рину про чип, вживлённый в руку. И мы вместе достали его, чтобы им было невозможно отследить местоположение Рина. Мне, конечно, тоже, но Рин и так всё время докладывал, где он. Очень удобно.

Мы же с ним подружились, добавили друг друга в социальных сетях. Я приезжал к нему в гости в Калифорнию.

Пошло 2 с половиной года и в Лологде Журавлёв начал что-то мутить. Я понял, что всё это плохо закончится и надо позвать Рина на помощь. Я серый кардинал, который сидит за компьютером и управляет процессом, а он бы сделал всю грязную работу. Так и должно было быть, но что-то пошло не так. Всех «экспериментов» поймали, остались лишь Рин и Агата, и когда она сбежала, Рин сошёл с ума и забил на наш с ним план. Мне нужно было делать вид, будто я переживаю за эту операцию, хотя на самом деле мне было плевать. Что будет с Рином или Агатой, с остальными «экспериментами»…. Главное, чтобы всё было в порядке со мной.

Когда я следил за лабораторией Журавлёва, то узнал, что помимо «нового» человечества, он разрабатывает антидот бессмертия для себя. Он ведь болел СПИДом, хотел выздороветь. Как бы смешно это не было, но когда их корабль пошёл ко дну, все докторишки, прежде глубоко преданные, Павлу Анатольевичу, разбежались, кто куда. А самое прикольное, что и ампулу с лекарством для вечной жизни у него украли. Доктор Лазарев хотел её выпить, но опоздал, это сделал я. Мне нужнее, мне важнее. Я важнее их всех вместе взятых.

В тот день мы разделились все. Михаил и Андрей поймали доктора Фирсова, и он сел в тюрьму. Я и Лёша пошли искать Лазарева, нашли его. Я сделал вид, что не знаю, почему он мёртв. Следователи сказали, что кто-то ударил его по голове тупым предметом, но кто это был так и не нашли. Агата и Рин должны были найти Журавлёва. Рин тогда рассказал мне, что они нашли его, и Агата переместилась в его тело и застрелила сама себя. Так как эта её способность была ещё не до конца исследована, то по ошибке и сама девушка погибла. Рин был крайне подавлен. Мне было всё равно. Так всё и закончилось. Рин улетел обратно в Америку, и мы почти перестали общаться. Он в депрессии какой-то был, не знаю. Из-за Агаты может…. Он ведь хотел её, но так и не получил. Она была ничего, конечно, но не настолько, чтобы переживать за неё.

После тех событий я вернулся обратно в Москву, закончил колледж. Поступил в университет на ту же специальность сразу на второй курс. В 2020 году закончил бакалавр и поступил в магистратуру. На тот момент, я уже бросил мошенничество, так как легко мог создавать любые сайты, программы, компьютерные игры разной степени сложности, социальные сети. Настраивать сайты и программы, в которых появлялись ошибки. Денег всегда и на всё хватало.

Сейчас уже 2 июня 2022 года, четверг. Я вспоминал весь день событий, которые происходили 5 лет назад, и мне захотелось проведать Лологду. Как там всё сейчас? Не думаю, конечно, что что-то изменилось….

33 Перерождение. Агата Белякова

«Моя смерть – самое яркое событие в твоей жизни»

– Кин Айко

Выстрел в голову.

Моё последнее воспоминание?

Я стреляла себе в голову…. Что было дальше? Не могу вспомнить.

Врачи сказали, что я провела в коме около двух недель, у меня был геморрагический инсульт, разрыв сосудов, кровотечение в мозг. Первое время после комы у меня наблюдались нарушения речи, памяти, движений, глухота. Родители на тот момент были уже в городе. Когда я пришла в себя, они были рядом. Половину событий, которые произошли со мной, я так и не смогла вспомнить. Только одно: мои родители удочерили меня. Хотелось поговорить с ними об этом, но как-то тяжело было думать, рассуждать о чём-то. Решила оставить этот диалог на потом. «Потом» так и не наступило.

Родители очень переживали за меня, навещали каждый день. Я чувствовала полную апатию ко всему, ничего не хотелось.

Примерно через полгода я более-менее пришла в себя, так как геморрагический очаг был совсем небольшим. Полностью восстановилась речь, координация движений, глухота прошла. Хотя память работала как-то странно. Новые события, которые происходили в моей жизни, я помнила хорошо, а вот, то, что было до инсульта, вспоминаю с трудом. Особенно последние события.

Жизнь продолжала идти дальше, а я должна была умереть, но выжила. Такое чувство, что в матрице произошла ошибка. А может Богу, так было угодно? Я не знаю.

До нового года я восстанавливалась. Меня заставляли ходить к психологу, хоть мне этого и не хотелось. Хотелось умереть. Но прошло время, и я пришла в себя, пересмотрела всю свою жизнь и стала думать, что делать дальше.

Когда наступил новый год 2018, я поняла, что мой интеллект несколько упал и с этим нужно что-то решать. Я тогда взялась за учёбу и кое-как смогла закончить её. Много прочитала книг по истории, сдала ЕГЭ и поступила на заочное отделение в местный институт моего провинциального города на исторический факультет. В вузе я не стремилась заводить друзей. Если честно, мне было всё равно на всех абсолютно, хоть некоторые и пытались со мной общаться.

Осень 2018 года я устроилась работать в одну небольшую кофейню бариста, готовила вкуснейший капучино. Прошло пару лет и меня уволили, так как кофейня обанкротилась, мне пришлось искать новую работу. Тогда я нашла одну вакансию «помощник литературного редактора», зарплата копейки, но звучит очень интересно и я попробовала подать заявку и меня взяли. Я была очень рада этому, вроде как. Честно говоря, я ко всему относилась достаточно равнодушно.

Тогда что-то щёлкнуло во мне, и я прошла в Интернете курсы по повышению самооценки и уверенности в себе. Я очень сильно изменилась. Во-первых, за время болезни и депрессии я сильно похудела, почти на десять килограмм. Во-вторых, я научилась краситься и стала делать это ежедневно, рисовала стрелки. В-третьих, я покрасила волосы в багровый цвет. В-четвёртых, немного накачала губы. Ах да, ещё я поменяла свой стиль. Теперь в моём гардеробе много облегающей одежды красных, чёрных и белых цветов. Другие, я редко использовала.

Сегодня уже 3 июня 2022 года, пятница. Надя позвонила мне на телефон. Трубку брать не хотелось, но из вежливости всё-таки пришлось…

– Да?

– Агата! Привет, сегодня такой прекрасный день! Пошли в бар?

– Нет.

– Ааа, – протянула она. – Но я же так хочу. Не будь бабулькой, которая никуда не выходит за пределы своей квартиры. Тебе нужно погулять, развеяться.

– Мне?

– Всем нужно! А мне не с кем пойти…

– Это обязательно?

– Конечно же! Я тебя никогда не прощу, если ты не согласишься, потому что я очень хочу.

– Ох. Ладно, но ненадолго.

– А! – взвизгнула Надя в трубку. – Золотце, ты супер!

– Да, ладно.

– О, с нами ещё Сашка пойдёт!

– Что? Ты же говорила, что тебе не с кем пой…? – хотела спросить я, но на том конце провода уже послышались гудки.

Эта девушка не оставляет мне никакого выбора.

Пришлось приводить себя в порядок. Я приняла душ, сделала тканевую маску. Нарисовала графичные стрелки, прикрепила пару камушков в уголки глаз, накрасила губы блеском. Надела на себя обтягивающее короткое чёрное платье и каблуки (бар всё-таки, нужно выглядеть соответствующе). Пару раз брызнула своими любимыми духами, которые пахли сандаловым маслом и цветочным мёдом. Очень приятный и ненавязчивый запах.

Скрипнула дверь моей комнаты.

– Детка?

– Что, мам? – спросила я, расчёсывая свои волосы.

– Ты куда-то собралась? – несколько взволнованно спросила она.

– Да, в бар. Надя звонила.

Мама глубоко вздохнула.

– Ладно, иди, – улыбнулась она.

Я не смотрела в её сторону, слишком внимательно рассматривала своё отражение в зеркале. Я стала такой другой…. Не скажу, что мне это не нравится. Очень даже наоборот. Я стала… красоткой.

21:55

Солнце ещё не зашло за горизонт. Оно было прекрасно, как и всегда, но его было не видно, так как девушки были в центре города. Там вообще ничего не видно, слишком много зданий.

Агата тяжело вздохнула. Хотелось бы сейчас оказаться где-то в другом месте. На берегу океана, например, или в альпийских горах. Но пока пришлось довольствоваться тем, что есть. Прекрасный вечерний город Лологда.

– Эй, Агата, приветики, – лучезарно улыбнулась Саша.

– Привет, – ответила я.

– Девочки, – начала Надя, – сегодня мы должны здесь с кем-нибудь познакомиться.

– Может не надо?

– Надо, Агата, надо.

Я обречённо вздохнула.

Мы зашли в бар, здесь сильно пахло кальяном. Очень приятно, люблю этот запах. Фруктовый или ягодный. Сладковатый такой.

Все столики были заняты и мы сели за барную стойку. Повсюду стояли бутылки с алкоголем, играла очень громкая музыка, кто-то смеялся, кругом витал дым в воздухе. Я немного напряглась.

– Эй, – громко крикнула Надя бармену, и тот обернулся. – Что, как жизнь, братишка?

Он не был её братом, это просто стиль общения.

– Хай, красотка. Всё путём, как сама?

– Мы с девочками пришли выпить и потанцевать.

Надя была одета в красное короткое платье, а на голове у неё были крупные белые кудри.

– Ну, тогда вы по адресу, девчонки! Могу вам предложить коктейль «Tokyo colors». Он на основе мартини, не слишком крепкий.

Надя посмотрела на нас, и мы с Сашей одновременно кивнули.

– Наливай! – крикнула Надя и повернулась к танцполу. – Хочу танцевать, девочки.

– Сейчас выпьем хоть немного, – улыбнулась Саша.

Полочки у барной стойки были очень красивые, цветные полупрозрачные бутылки. Я внимательно всё разглядывала, сиропы, мартини, водка, ликёр….

– Готово! – воскликнул бармен и выдал нам по коктейлю.

Я взяла трубочку и сделала глоток. Приятный, сладковатый, алкоголь почти не чувствуется. Не успела я сделать и нескольких глотков, как Надя выпила уже всё.

– Эй! – снова крикнула она. – Пошли танцевать? Я должна сегодня уйти отсюда не одна.

– Ты забыла о нас? – усмехнулась я.

– Девочки, я вас люблю, конечно, но так неинтересно.

– Вы можете идти, а я ещё немного выпью, – сказала я.

Они улыбнулись и пошли танцевать. Надя очень хорошо двигалась, улыбалась всем парням, а Саша была гораздо скоромнее. Она не особо чувствовала музыку, просто качалась из стороны в сторону.

Музыка становилась всё громче, коктейль слаще, дыма больше…. Вся эта атмосфера немного давила на меня.

– Агата?

Я перевела взгляд и увидела парня примерно моего возраста. На носу у него были очки, а одет он был в чёрные брюки и белую рубашку. Лицо незнакомое.

– Это реально ты?

– Мы знакомы? – нехотя спросила я.

– Ты что, забыла меня? – вопросом на вопрос ответил он.

– Возможно…. – я отвела взгляд и продолжила пить коктейль.

– Как ты? Мы так давно не виделись?

– Всё в порядке, – я не хотела смотреть в его сторону. – И всё-таки кто ты?

– Пошли, потанцуем? – предложил он, и, как на зло, в баре заиграла медленная музыка. Все одиночки стали расходиться, остались лишь парочки.

– Оу, нет. Я не танцую, – натянуто улыбнулась я.

В эту секунду кто-то толкнул меня сбоку, и я упала прямо в объятия этого парня.

– Оторвись, Агата! – крикнула Надя. Эта девчонка совсем с ума сошла!

Парень аккуратно взял меня за руку и повёл на танцпол. Он одной рукой держал мою руку, а второй коснулся моей талии. Я же положила руку ему на плечо. Вроде так правильно в вальсе?

– Но предупреждаю, я не умею танцевать, – улыбнулась я.

– Ничего, я тоже.

Мы стали просто медленно двигаться под музыку.

– Тебе интересно, кто я? – спросил он.

– Да.

– Тогда, как закончится эта композиция, я расскажу тебе.

– Ладно.

Музыка была медленная, все парочки танцевали. Так как одиночки разошлись по столикам, то многие стали курить кальян, и в итоге пара в помещении становилось намного больше, а кислорода всё меньше. Голова стала немного кружиться, я чувствовала себя как во сне. Казалось, меня сейчас вырвет.

– Мне не интересно, кто ты, пока, – лишь сказала я, вырвалась из его объятий и побежала на улицу.

Мне нужен воздух. Нужен свежий воздух.

Покинув помещение, я сделала глубокий вдох.

Ах, как хорошо. Лето, тепло, солнце уже зашло за горизонт.

Рядом с входом стояло такси, и я села в машину. Назвала адрес своего дома и уехала прочь. Наконец-то я могу успокоиться и дышать свободно.

34 Интрига. Антон

Это невероятно. Агата жива.

Я не мог поверить своим глазам, когда увидел её в том баре. Сначала я подумал, что мне померещилось, но это правда была она. По общению я это понял. Да, она очень сильно изменилась, взять только эти волосы красного цвета…. Та энергия, которую излучала эта девушка, действительно могла покорить кого угодно, но не меня.

Но вот что странно, почему я ничего не слышал о ней? Когда она застрелила Журавлёва, они с Рином были в больнице. Может ей сразу оказали медицинскую помощь, и она смогла выжить? Почему тогда все решили, что она мертва?

Это всё очень странно.

Я решил найти её в Интернете, но Агаты вообще нигде не было. Я проверил все социальные сети, её старые страницы. Вводил её имя по-новому много раз. Раньше ведь я знал её старый адрес, я отследил ip всех, кто там сейчас живёт, но Агаты среди них не было. Судя по всему, она переехала со своей семьёй. Но куда?

Бинго! С ней ведь были две девушки. Их явно будет проще найти.

Одну из них звали Надежда, а вторую Александра. Их объединяет то, что они обе учатся на историческом факультете на 4 курсе в местном университете. Вероятно, Агата учится с ними. У них только прошла сессия, судя по расписанию…. В любом случае я отследил их адрес по ip и теперь смогу допросить их.

На следующий день, суббота 4 июня, я подъехал с самого утра к дому Нади. Они жила в самом центре города. Вышла из подъезда и отправилась на работу официанткой. Я зашёл в этот ресторан и сел за столик. Она подошла ко мне:

– Доброе утро, что желаете заказать? – она улыбнулась. Вероятно, не узнала меня.

– Капучино на миндальном молоке, пожалуйста, – вежливо ответил я.

– Сейчас будет, – она подошла к барной стойке и попросила бариста приготовить кофе. В ресторане почти никого не было, только я и ещё парочка людей.

Не прошло и пяти минут, как девушка вернулась ко мне с кофе.

– Что-то ещё? У нас много вкусных десертов, то, что нужно с утра!

– Да, я бы хотел поговорить кое о чём?

Она тут же изменилась в лице, испугалась что ли….

– Что-то не так?

– Оу, нет, всё в порядке. Просто… Вчера я видел тебя в баре вместе с одной девушкой с красными волосами….

– Что? Вы следили за мной?

– Нет, нет, – я беспорядочно замахал руками. – Просто случайно зашёл сюда и узнал вас, это же вы были, да? А то, что я зашёл именно сюда, это чистая случайность.

– И что вы хотели от Агаты? – подозрительно спросила она.

– Нет, вовсе ничего. Просто она вчера убежала, и я даже не успел попросить её номер телефона. Не могла бы ты мне дать его? Может она есть в социальных сетях?

– Нет, там она не сидит. Её вообще нигде и никогда нет. Даже в реальной жизни, когда мы ходим тусоваться, кажется, она отсутствует.

– Этого не может быть!

Я не мог поверить своим ушам! Как человек в 2022 году может не быть в социальных сетях? Может она это делает настолько тайно, что даже подруги её об этом не знают? Это же просто невозможно. В 2022 году все живут в Интернете. Заказывают еду, одежду, смотрят фильмы и ролики, знакомятся. Всё там происходит.

– Да, она слегка странновата. Может, я и могу дать вам её номер, но для начала, скажите, какие у вас планы на неё? – Надя подозрительно приподняла одну бровь.

– Ну, – я не знал, что придумать. – Она симпатичная, и мне понравилось танцевать с ней. Хотелось бы продолжить знакомство…

– Так вы холост? – она перевела взгляд на мою правую руку. – Кольца нет.

– Да, я холост. Хотелось бы познакомиться с Агатой поближе и пригласить её куда-нибудь.

Глаза Нади сразу же засияли. Да, именно это она и хотела услышать. Сейчас я стараюсь развивать свой эмоциональный интеллект, считывать людей. Чтобы было проще общаться с ними, ведь я редко этим занимался.

– Конечно, в таком случае, я дам вам её номер телефона, – девушка достала свой смартфон. – Записывайте.

Я достал телефон и записал номер, который продиктовала Надя.

– Спасибо, – сделал глоток кофе. – За кофе тоже.

Она кивнула и отошла от меня, так как её позвали новые гости ресторана, которые только что зашли.

35 Кто он? Агата Белякова

Вечер, 4 июня суббота. Я принимала ванну с эфирными маслами, пила прохладный липтон и курила электронную сигарету с запахом чёрной смородины, как мне позвонил телефон. На самом деле, я редко им пользуюсь, но родители заставили купить его, чтобы они могли звонить и не беспокоиться за меня.

Незнакомый номер?

Я ответила:

– Да? – я выдохнула клубы пара.

– Агата? – послышался мужской незнакомый голос.

– Кто это?

– Мы встретились в баре. Забыла уже?

Я скинула звонок. Только этого мне не хватало. Парень из бара. Мы были раньше знакомы, но я совершенно его не помню. Зачем он звонит мне? Что ему от меня нужно? Откуда у него мой номер?

Откинув тревожные мысли, я вдохнула ещё раз электронную сигарету, а затем погрузилась в воду с головой. Играла медленная музыка, такая приятная. Люблю принимать ванну так, расслабляться. Родители сейчас в гостях, и я могу ни о чём не беспокоиться.

Через пару дней, когда я шла вечером с работы, этот парень снова подошёл ко мне. На нём была серая толстовка с капюшоном и джинсы. Тот прикид, в котором он был в баре, шёл ему больше. Вообще, он довольно симпатичный, сегодня, как и в прошлый раз, надел очки, но эта татуировка на лице цифры IO, немного напрягала.

Как он находит меня каждый раз?

– Ты сталкер что ли? Прекрати преследовать меня. Отношения меня не интересуют, – сказала я и ускорила шаг.

– Меня тоже не интересуют отношения! – воскликнул он.

– Что тогда тебе нужно? – спросила я.

– Почему тебя нет в социальных сетях?

– Серьёзно?

– Да, ведь это странно.

Мне не хотелось общаться ним. Рассказывать свои взгляды на мир и прочее. Хотелось уйти поскорее, и я просто сбежала. К счастью, он не стал догонять меня.

На следующий день вечером, когда я закончила работать, этот парень уже поджидал меня.

– О нет, снова ты.

– Снова я! – улыбнулся он.

– Если ты хочешь просто переспать со мной, то забудь. Этого тоже не будет. Найди себе кого-нибудь другого.

– Я не хочу спать с тобой.

– Что?

Возможно, вы сейчас не поймёте меня, но как девушке, как женщине мне было очень обидно, после того, что он сказал. Как будто я плохо выгляжу. А ведь я привлекательна и даже очень. Никакой парень не смеет отрицать этот факт.

– Да, пошёл ты! – огрызнулась я.

36 Непонимание. Антон

Сам не знаю, зачем я это делал, но было интересно. Очень хотелось узнать, что с ней случилось, как она сейчас живёт, что помнит с того случая. Но судя по всему, помнит она мало.

Когда Надя мне дала номер Агаты, я позвонил ей и смог отследить её местоположение. Откуда сигнал исходит. Узнал о ней всё, что было в моих силах. Она сейчас учится в университете на 4 курсе на заочном отделении на историческом факультете. Работает в издательстве помощником литературного редактора. Естественно, узнал её адрес, но это мне мало что дало. Ни одну из социальных сетей она не вела. Как это вообще возможно?

Она послала меня и быстрым шагом пошла домой. Я был немного расстроен из-за непонимания. Мы же какое-то время хорошо общались, хоть и друзьями никогда не были. Она так жёстко реагирует на меня.

– Ты стала жестокой! – крикнул я ей в след, но она лишь показала мне средний палец и даже не посмотрела в мою сторону.

Я глубоко вздохнул. Что не так с этой девушкой?

В среду и четверг я также продолжил следить за ней, но уже не показывался. А она каждый раз оглядывалась по сторонам после работы. Видимо, всё-таки ждала меня.

И тут мне пришла мысль: что, если со стороны я выгляжу, как какой-то больной сталкер, который втюрился в девушку? Тем более, что она даже не помнит меня. Сейчас я для неё просто незнакомец, который ходит за ней попятам. Хах, тогда не удивительно, что она так реагирует. Что тогда стоит сделать мне?

Прошла пара недель. Я также продолжал следить за Агатой вживую. Обычно, я всегда это делаю через компьютер, но с ней пришлось иначе. Для чего слежу, сам не знаю. Просто интересно.

На работе пока не появлялся, всё делаю через компьютер, я же фрилансер. Агата же каждый день ходила на работу. У неё была отличная фигура: худенькая, но попа и грудь присутствовали. Мне нравилось наблюдать за ней. Она всегда хорошо выглядела и от неё всегда вкусно пахло.

Через какое-то время, она перестала оглядываться по сторонам. Видимо решила, что я больше не преследую её.

Естественно, я преследовал не только её, но и всех оставшихся в живых «экспериментов». Рин сейчас работал в Нью Йорке в магазине техники «Digital future», Лёша был медбратом в областной больнице города Лологда, а Андрей работал по специальности аналитиком-международником в Москве. Параллельно подрабатывал в интернете копирайтером и переводчиком. В ближайшем будущем планировал открыть свой бизнес и сейчас ходил на курсы по развитию бизнеса.

Мне пришло электронное письмо:

Так как слежка вживую отнимает слишком много времени и сил, то я не успел отследить, когда и зачем Рин приехал сюда. Оказалось, что его магазин техники «Digital future» решил открыть в России свой филиал и Рина, как русскоговорящего, попросили с этим помочь.

«Привет, давай встретимся. Только я сейчас в Лологде. Не хочешь проведать свою родину? >.<’ » – написал я.

«Можно. Только я смогу приехать ближе к выходным, когда посвободнее буду. Может 24 июня в пятницу?» – написал Рин.

«Хорошо. Напиши, как приедешь»

37 Рояль в кустах. Рин Нортвес

Я летел в самолёте через Атлантический океан рейсом «Нью Йорк – Москва». Прошло 5 лет с тех пор, как я был в России последний раз. Время летит так быстро и незаметно. Агата погибла у меня на руках, что сейчас с Лёшей и Андреем я вообще не знаю, а с Антоном ты тоже почти не общались с того момента по моей инициативе, но я соскучился по нему. Мы же были не просто напарниками по общему делу, а друзьями. Я и Антон играли в компьютерные игры, смотрели вместе фильмы, обсуждали всё на свете. На самом деле, Антон был моим единственным настоящим другом за всю мою жизнь. Нет, я и с другими общался, но Антон был моим лучшим другом.

В Америке люди другие, с другим менталитетом, не как в России. Я не скажу, что они хуже или типа того. Нет. Но русские, как-то роднее. С ними проще общаться, так как один менталитет. Хотя, когда ты долго живёшь в другой стране, твой менталитет также меняется, но всё равно, корень остаётся прежним.

Я решил написать Антону:

«Хей, это Рин. Как ты? Я сейчас в России, не хочешь пересечься?»

Спустя пару минут он ответил мне:

«Привет, давай встретимся. Только я сейчас в Лологде. Не хочешь проведать свою родину? >.<’ »

Лологда? Именно там я родился. Всё-таки, я ведь «эксперимент», раз смог научиться владеть суперсилой. Я умею замораживать время. Точнее сделал это один раз и больше никогда не повторял. После тех событий, навсегда хотелось забыть этот город и всё что с ним связано.

Я тогда потерял любимого человека.… Её звали Агата, она была любовью всей моей жизни. К сожалению, с тех пор я так и не смог завести отношения, так как слишком сильно скучал по Агате. Да, она умерла, и я должен был продолжить жить дальше, но именно всё что касается отношений.… Мне было слишком тяжело думать об этом.

«Можно. Только я смогу приехать ближе к выходным, когда посвободнее буду. Может 24 июня в пятницу?» – ответил я.

«Хорошо. Напиши, как приедешь»

Я прочитал и ничего не ответил. Стоит забыть прошлое и жить дальше. Я приеду в Лологду, и всё будет нормально, всё будет в порядке. Не стоит ни о чём беспокоиться.

Открытие магазина шло полным ходом. Я следил за процессом и был живым переводчиком, ведь здесь работало много чисто русскоязычных людей, а также англоязычных, которые без меня не могли общаться друг с другом.

«Digital future» – сеть супермаркетов цифровой и бытовой техники: смартфоны, планшеты, ноутбуки, телевизоры, фотоаппараты, широкий выбор и приемлемые цены. Очень популярные магазины в Америке во всех штатах, также в Европе довольно часто встречаются, а вот на востоке их вообще нет. В Японии, как-то пробовали открыть филиал, но он быстро прогорел и закрылся. На востоке полно своей техники, поэтому американские бренды не вызывают особого интереса.

Сегодня 23 июня, четверг. Последний рабочий день на этой неделе. Обычно мы всегда работаем до пятницы, но так как я попросил один отгул, то и основную работу приостановили. Только отделочники будут заниматься ремонтом.

Ранним утром следующего дня я поехал в Лологду. Приехал около пяти часов вечера и сразу же заселился в гостиницу. Покушал в кафе и решил прогуляться по центру. Город такой же, как и раньше. Да, изменились некоторые детали, но в целом всё также.

Те же здания XIX века, какие были и 5 лет назад. Магазины и кафе в основном те же. Здесь, как будто время остановилось. Даже рестораны сменяют друг друга в одних и тех же местах, в зданиях позапрошлого столетия.

Я позвонил Антону:

– Хай, – поздоровался я.

– Привет. Я освободился, можем пересечься в ресторане «HOME1892». Он находится в самом центре.

– Давай, скоро буду, – сказал я и положил трубку.

Раньше никогда не ходил туда, но я люблю новые места.

Прошло около 20-ти минут, и я дошёл пешком до этого ресторана. Интерьер был довольно симпатичный, с одной стороны довольно современный, но с другой очень напоминает XIX век, когда было построено это здание. Я зашёл в зал. Пахло вкусной едой, кажется, мясом и чем-то сладким. Светло-зелёные стены, а на них картины обнажённых женщин и мужчин эпохи Возрождения. На столах стояли живые цветы и стеклянные баночки со свечами. Выглядело это всё очень красиво и уютно.

В углу рядом с окном сидел Антон и внимательно рассматривал меню. Я сразу узнал его, хоть он и сильно изменился с нашей последней встречи. На нём был синий костюм, а сам парень слегка пополнел, но всё также любил носить очки и недовольное лицо.

Я подошёл ближе к Антону:

– Здоров.

– Привет, – он даже не посмотрел на меня, всё также изучал меню.

– Я недавно поел, поэтому просто выпью вместе с тобой.

– Хорошо, – сказал Антон. – Что лучше заказать, пасту с морепродуктами или с курицей?

– С курицей.

К нам подошла официантка:

– Добрый вечер, вы уже определились с заказом?

– Да, мне, пожалуйста, пасту с морепродуктами, белое сухое вино в бутылке и два бокала.

– Ещё что-нибудь будете?

– Нет, спасибо, – сказали мы почти хором, и девушка ушла на кухню.

Антон глубоко вздохнул:

– Я так устал от всего. Совсем времени ни на что не остаётся, кроме работы.

Только сейчас заметил, что он довольно хорошо выглядит. Его кожа на лице стала чище, зубы белее, мускулы появились. А он времени зря не терял, занимался собой. Ведь раньше он совсем хиленьким был. Даже бороду отрастил голливудская стрижка «бретта». Если по-простому, то у него рядом с ушами идут бакенбарды, по всей челюсти волосы и над губой бородка.

– Неплохо выглядишь. Смотрю, бороду отрастил.

– Да, есть такое, – нисколько не скромно ответил он. Я усмехнулся

– Как жизнь вообще, что нового? – спросил я.

– Хм…, – задумался Антон. – Работаю, заканчиваю магистратуру на программирование. И…. думаю о переезде в другую страну, в Европу, может быть или лучше выбрать восток. Южную Корею, например. Сложно сказать, это пока мои мысли. Недавно ходил оформлять загранпаспорт. Как сам?

– Здорово! А ты времени зря не теряешь, – начал я. – Недавно «Digital future» – магазин техники, в котором я работаю управленцем в Нью Йорке, решил открыться в России. Вот, сейчас открываемся. Там в данный момент проходят ремонтные работы. Я контролирую процесс и играю роль переводчика.

– Как себя чувствуешь в Лологде, после событий пятилетней давности?

– А я как раз хотел не затрагивать эту тему, – усмехнулся я.

– Может, встретимся со всеми «экспериментами»? Как встреча одноклассников? Что думаешь?

Он серьёзно?

– Эм. Ну…. Я даже не знаю где сейчас все. Лёша со мной вообще никогда не ладил, а с Андреем тоже отношения были не очень. Я ни с кем из них не общался с тех пор, если честно. Андрей писал мне иногда, он я не отвечал ему. Не думаю, что это хорошая идея.

О чём вообще думает этот парень?

– Ты забыл кое о ком.

– В смысле? О ком? – не понял я.

– Ещё ведь есть Агата. Она жива. Ты не знал?

Я не мог поверить своим ушам. Он что, совсем с ума сошёл? Антон же знал, как сильно она была дорога мне. Зачем он говорит, будто она жива? Зачем ворошит прошлое?

– Я серьёзно, – Антон внимательно смотрел на меня.

Официантка пришла в этот момент и принесла пасту с морепродуктами и белое сухое вино. Антон сам открыл и разлил его по бокалам. Я сделал несколько глотков. Алкоголь приятным теплом разошёлся по телу, а я всё пытался переварить то, что Антон сказал мне, но так и не смог.

– Агата умерла у меня на руках.

– А недавно ходила в бар…

– Какой бар?

– Тебе название сказать? – Антон приподнял бровь.

– Нет. Я не об этом. Она ведь умерла, – я всё ещё не мог поверить ему.

– Короче, я предлагаю нам всем собраться и вместе выпить. Что думаешь?

–Я согласен. Но не думаю, что твоя «Агата» придёт.

– Спорим?

– На 100 долларов? – предложил я.

– По рукам, – мы пожали друг другу руки.

38 Встреча «экспериментов». Антон

Вчера вечером 24 июня мы с Рином договорились собрать всех, и я хотел доказать ему, что Агата жива. Естественно у него шок, он мог поверить своим ушам. Я тоже не сразу поверил, что это была она. Из-за того, что она меня избегала и не хотела со мной общаться, я так и не успел спросить у неё, как она выжила.

Я написал Андрею и Лёше о встрече. Они очень удивились, но согласились придти. Андрей даже из Москвы купил билет. Он сейчас там живёт и работает.

Агату я хотел позвать лично, поэтому решил позвонить ей на телефон, договориться о встрече и предложить там, но она заблокировала мой номер. Пришлось купить новый, но она не ответила и тоже заблокировала его. Я бы пришёл к ней на работу, но сегодня суббота и у неё выходной. Обычно она не выходит из дома, а чем занимается там, я не знаю. Это так неприятно. Обычно, я привык читать людей, как открытые книги, ведь я мог в любой момент подключиться к экрану их смартфона, компьютера, планшета. Узнать, что находится в их личной галерее, какие приложения они используют. Благодаря моим хакерским навыкам, я мог знать всё о всех людях, но Агата другая. К сожалению, я ничего не мог узнать о ней кроме сухих фактов. Но даже не мог узнать о том факте, как она выжила, ведь врачи в больнице отказались предоставлять мне эту информацию, а находится она у них только на бумажных носителях, не в компьютере. Факт такой скрытности – напрягал меня.

Я снова стал стоять у неё под окнами, ждал, когда она выйдет на улицу. Сегодня, я просто обязан привести её на нашу встречу, а то Рин реально посчитает меня за сумасшедшего.

Во-первых, я с ещё одного номера, который Агата не успела заблокировать, написал ей о встрече, о важности её прихода, адрес. Во-вторых, положил несколько листов А4 с тем же сообщением в её почтовый ящик. В-третьих, написал на асфальте под окнами огромными буквами, сообщение о встрече.

Текст был везде один и тот же:

«Здравствуй, Агата. Это твой тайный поклонник. Приходи сегодня 25 июня в ресторан «Shappy» в 19:00. Очень важно!!!»

Люди могут подумать, что я влюблённый идиот, но мне всё равно. Главное, чтобы Агата сегодня пришла на эту встречу.

Я дописывал на асфальте надпись, как из подъезда вышла Агата в домашней одежде, в коротких шортах и футболке. Она очень недовольно смотрела на меня. Совсем без макияжа, с мокрыми волосами, пахла мёдом и сандаловым маслом.

– …привет, – тупо сказал я. Очень не ожидал, что Агата выйдет ко мне.

– Что тебе от меня нужно? Хватит уже преследовать меня! Объясни, зачем мне иди сегодня в ресторан с тобой? И ещё, зачем ты это пишешь везде, даже мои родители уже увидели твои приглашения. С таким твоим напором, я скоро вызову полицию, – она говорила медленно, но уверенно, твёрдо так.

– Ты же говорила, что ничего не помнишь.

– В смысле, я тебя не помню.

– Да, и остальных «экспериментов» наверняка тоже.

– Каких ещё «экспериментов»? – она посмотрела на меня, как на идиота.

– Давай, ты придёшь сегодня в 19:00 в ресторан, и я тебе всё объясню. Ты сама всё поймёшь. И зачем я тебя преследую тоже.

– Я не хочу никуда идти.

– Тогда надписей на асфальте будет больше, писем в почтовом ящике тоже и SMS на телефон, конечно. Я могу быть очень настойчивым, но, к сожалению, это всё, что я сейчас могу.

Она закатила глаза, но согласилась, хоть и ничего не ответила мне. Просто я понял это, что она придёт.

18:54, 25 июня 2022 года, ресторан «Shappy»

Я забронировал столик ещё вчера. Самый первый пришёл я, за полчала до назначенного времени. Без 15 минут пришёл Рин, затем Лёша. Когда стукнуло 19:00 подошёл и Андрей, а вот Агаты на горизонте было не видно.

– Доброго вечера, не ожидал, что вы все сможете прийти, – начал я.

– Доброго, но я к вам ненадолго, – сказал Андрей, не отрываясь от своего смартфона. – Работа, сами понимаете.

– Расскажите, кто и как живёт? – предложил я.

– Это очень странно, что все смогли прийти, – начал Лёша. – Но я рад. Рад, что мы все живы. У меня скоро свадьба. Моя невеста беременна, я скоро стану отцом.

– А если будет дочка, то папулей, – вырвалось у меня.

Все усмехнулись.

– Это круто, наверное, я тебя поздравляю! – сказал Андрей.

– Спасибо.

– Кстати, кое-кто не пришёл, – ухмыляясь, Рин смотрел на меня.

– Ещё только, – я посмотрел на часы, – 19:13, она опаздывает.

– Кто? – спросил Лёша

– Агата, – ответил я.

– Какая Агата? Та, которую мы все знали – погибла 5 лет назад, – растерялся Лёша

Все тревожно смотрели на меня. Да уж, ну и поставила она меня в неловкое положение. На самом деле, мне всё равно, но всё же… Я надеялся, что она придёт.

– Почему ты такой грустный? – спросил Рин. – Ах да, ты же проспорил 100 долларов. Как глуп…

Я не дослушал, что говорил Рин, так как открылась дверь ресторана и на пороге появилась девушка. У неё были длинные роскошные багряные локоны, красное платье, которое обтягивало её привлекательную фигуру, её змеиный взгляд пленил меня в очередной раз. Она снова нарисовала себе стрелки.

– Агата! – воскликнул я и почти подпрыгнул из-за стола, чтобы поприветствовать её. Все открыли рты от удивления. Видимо, они пытались найти подвох, но без сомнений, это была именно, она. Да, девушка сильно изменилась, но не настолько, чтобы мне никто не поверил, что это та самая Агата. Андрей и Лёша улыбались, девушка явно очаровала их первым же появлением. Самая же странная реакция была у Рина. Я знал, что он был влюблён в неё, но сейчас Рин смотрел на неё с каким-то…. ужасом. Что это с ним? Почему он так реагирует на неё?

Девушка подошла к нашему столику.

– Ты обещал мне всё объяснить! – Только появилась, опоздала на 20 минут и сразу же наехала на меня.

– Агата! – Лёша тут же бросился обнимать её. – Как я рад, что ты жива, не представляешь!

– Мы знакомы? – она легонько отодвинула его от себя.

– Агата? – тихо спросил Лёша с грустью в голосе.

– Я вижу тебя первый раз в жизни, а ты сразу лезешь обниматься. Это некрасиво, между прочим, – она приподняла бровь.

– Извини, – Лёша опустил гвзгляд.

– Агата, я хотел тебе представить всех. Это – Лёша, Рин и Андрей.

– А тебя то, как зовут хоть? Так и не сказал ведь…

– Разве? Я – Антон.

– Отлично, Антон. И зачем здесь нужна я. Ты думаешь, у меня нет других дел, кроме как по ресторанам ходить?

– А капельку вежливее не вариант общаться? – с вызовом спросил Андрей.

– Не вариант, – она одарила его взглядом хищного зверя, готового к нападению.

Рин, молча, встал и вышел. Что это с ним? Он настолько переволновался? Возможно, он не может справиться с переполнявшими его эмоциями. Я бросился за ним.

39 Чудовище. Рин Нортвес

Воздуха в помещении становилось всё меньше. Голова начала беспощадно кружиться. Это не могло быть правдой.

– …А капельку вежливее не вариант общаться? – с вызовом спросил Андрей.

– Не вариант, – она одарила его взглядом хищного зверя, готового к нападению.

Всё. Я так больше не могу. Рвотный рефлекс подошёл уже к самому горлу, я вышел из ресторана, и меня вырвало рядом с лестницей.

Я бросился вниз, на улицу. Мне срочно нужен свежий воздух.

Она…. Эта девушка внешне по чертам лица похожа на Агату, но это не она. Эта новая Агата – чудовище. Нет, та никогда не была такой. У этой красные волосы, моего нелюбимого цвета, красное платье того же цвета крови. Она выглядит так вызывающе. Опасно. Та Агата была доброй и милой, а это какой-то монстр.

– Ты в порядке? – моей спины коснулся Антон.

Мы стояли у входа в торговый центр, где находился этот ресторан.

– Нет.

– Уже тоскуешь по сотне долларов? – Антон ухмыльнулся.

– Ты обещал, что придёт Агата, что она жива, но пришло какое-то чудовище.

– Что?! – послышался женский голос.

Я обернулся. Оказалось, что Антон пришёл не один, эта девушка в красном стояла рядом с ним.

– Воу! Полегче, парень. Она вообще-то тут.

Девушка в красном ничего больше не сказала, а побежала куда-то по дороге. Антон последовал за ней.

Нет. Это не Агата. Это кто-то другой. Антон просто решил обдурить меня.

– Что здесь происходит? – спросил Лёша. Он больше не относился плохо ко мне.

– Я назвал её чудовищем, и она ушла.

Откуда-то появился Андрей и громко засмеялся:

– Ну, ты даёшь, парень! Это ж надо было так!

– Она, конечно, была груба, но не стоило её чудовищем называть, – улыбнулся Лёша.

Андрей закурил сигарету, и повеяло табаком. Он не изменился с тех пор. Правда, костюм уже не белый, а синий. Но в целом, Андрей выглядит точно также. Да, и Лёша тоже, а вот Агата…. Нет, это не она.

40 Делаю, что хочу. Агата Белякова

Когда я зашла в ресторан, то один парень начал глубоко дышать, в ужасе смотрел на меня, и… его стошнило перед входом. Антон побежал за ним, и мне ничего не оставалось, как идти за этими двумя.

Мы спустились вниз по лестнице. Незнакомый парень был настолько быстр, что мы с Антоном не поспевали за ним. Он остановился у выхода из торгового центра.

– Ты в порядке? – Антон подошёл к нему, а я стояла сзади них.

– Нет.

– Уже тоскуешь по сотне долларов? – Антон ухмыльнулся.

– Ты обещал, что придёт Агата, что она жива, но пришло какое-то чудовище.

– Что?! – не выдержала я.

Это я какое-то чудовище? У этого парня всё в порядке с головой? Он умом тронулся?

Безумец резко обернулся, услышав меня.

– Воу! Полегче, парень. Она вообще-то тут.

Всё. С меня довольно. Нет ни единой причины оставаться здесь. Среди этих недоумков.

Я резко развернулась и пошла вдоль проезжей части. Злость переполняла меня. Надо было что-то сказать ему, поставить на место этого чокнутого. Наверное, я не сделала этого, потому что он реально сошёл с ума. А к больным нужно относиться со снисходительностью. Поэтому, я просто пошла к реке, хотелось прийти в себя после этого неудачного знакомства.

Дойдя до реки, я глубоко вздохнула и присела на бревно, которое служило мне скамейкой.

– Агата, как ты? – спросил Антон, который всё это время, оказывается, шёл за мной. Что неудивительно, у него была такая дурацкая привычка – преследовать меня.

– А ты, как думаешь? – казалось, что мой голос вот-вот сорвётся. Это невыносимо.

Он протянул мне баночку с вишнёвым сидром. Я взяла, открыла её и сделала большой глоток. Антон присел ко мне на бревно и придвинулся поближе. Я немного отсела. Не люблю, когда люди слишком близко ко мне. Обожаю социальную дистанцию.

– Не думал, что Рин так отреагирует на тебя, – сказал Антон, смотря на воду.

– Кто он вообще такой? – спросила я.

– Ну, он…. Понимаешь…. У вас были вроде отношения. Вы планировали вместе уехать в Нью Йорк….

– С ним? – я громко рассмеялась, не могла поверить своим ушам.

Я помню, что лежала в коме с инсультом, но причину тогда так и не выяснили. По каким-то неизвестным обстоятельствам, я уже была в больнице. Может, мне было плохо, в то время была эпидемия неизвестной болезни: особой группы вируса «Инфлюэнция». Думаю, я им болела. Мои родители тогда жили за городом у бабушек в деревне. Но, честно говоря, последнее, что я помню, это как нас в школе посадили на карантин. Я сидела дома, а затем…. Пустота.

– Я серьёзно, – Антон улыбнулся.

– Ты мне врёшь, – я улыбнулась и продолжила пить сидр. Алкоголь ударил в голову, я снова начала смеяться. – Он же психованный какой-то. Если я встречалась с ним, то вероятно у меня были проблемы с головой. Неудивительно, что я пережила инсульт, а затем кому.

– У тебя был инсульт? – улыбка сошла с лица парня, и он выпучил глаза. – Вот это да!

Я снова засмеялась.

– Да, у меня был геморрагический инсульт, после чего я пролежала в коме около двух недель. У меня были речевые нарушения, слуховые, нескончаемое головокружение и потеря памяти. Хотя забыла я не много, только то, что было незадолго до инсульта…. – я не могла перестать смеяться. – Этого паренька я предпочла бы не вспоминать.

Продолжая пить, я чувствовала, что не могу остановиться. Алкоголь сильно вскружил голову. Обычно я люблю социальную дистанцию и стараюсь не приближаться к людям, но в этот момент мне так захотелось близости…. Я внимательно посмотрела на Антона, он ведь симпатичный и добрый вроде. Я пододвинулась ближе к нему и посмотрела прямо в глаза. Карие глубокие…. Перевела взгляд на губы, они такие манящие. Я схватила его лицо обеими руками и поцеловала в губы, но парень никак не отреагировал.

Баночка с сидром была ещё не допита, но я выкинула её в сторону и громко засмеялась.

– Вот это да! – я упала на землю. – Как же хорошо.

– Эй, ты в порядке? – Антон как-то растерянно посмотрел на меня. – Я понимаю, ты под градусом, но я в шоке.

– Отстань. Я делаю, что хочу, но походу я переборщила. Мне нужно ехать домой. Вызови такси.

– Я сам тебя отвезу, – Антон подошёл, взял меня на руки и пошёл. Я почувствовала себя принцессой из сказки. Это было так мило с его стороны. Кажется, потом я заснула.

41 Я влюбился? Антон

Я ещё не рассказывал вам о своей личной жизни? Что вообще в ней происходило за всю мою жизнь? Честно признаюсь, у меня никогда не было отношений. Всегда было не до этого. Работу и учёбу я ставил выше всего остального. Хотя, как и любому живому человеку, мне хотелось физической близости. Я смотрел на девушек, которые учились вместе со мной, но они не особо меня привлекали. Так как были похожи на серых мышей. Они были скучные и однообразные. Меня больше привлекали девушки из Интернета, красивые, яркие, уверенные. В реальной жизни я мало видел «таких». Обычно они не учились вместе со мной, а шли просто по улице, например, или сидели в кафе.

Однажды, когда мне было 17 лет, и я учился ещё в колледже, то переспал с одной девушкой на дне рождении однокурсника. Мы не были ранее знакомы, оба выпили и это само как-то получилось. Она не была особо привлекательной, просто на нас так подействовал алкоголь, да и интересно было попробовать. Потом через пару лет это повторилось в подобном формате, но девушка была уже другая. Ни к той, ни к другой я ничего не чувствовал. Это было просто мимолётное желание, не более.

Вчера, когда Агата напилась и полезла целоваться, захотелось чего-то подобного. Но была проблема. Я знаю Агату, и с ней, как с теми двумя не получится. Да, и я уважал её, всё-таки мы с ней ранее уже общались. Плюс, Рин ведь любил её раньше. Да, сейчас он считает её чудовищем, но вдруг это просто состояние аффекта. Было как-то не по себе.

Я привёз Агату к себе в квартиру, которую снимал, пока жил в Лологде и положил к себе на кровать. Не хотелось спасть с ней вместе, но выбора не было. Оставался только пол. Думал, стоит ли её раздеть, всё-таки спать в платье не очень удобно, но я не стал этого делать. Ведь даже спасть с ней рядом было невыносимо. Я очень хотел её. Смог заснуть только под утро, но ненадолго. Когда она проснулась и увидела, что мы спим вместе, то сразу начала кричать и драться со мной. Мне снилось, как мы занимаемся сексом, а в реальности, она просто избивала меня подушкой, назвала извращенцем и уверенно отрицала, что сама полезла целоваться со мной. Сказала, что я сам во всё виноват и сбежала.

Это хорошо, наконец-то я смог расслабиться и лучше себя почувствовать. Надо перестать преследовать её и лучше вообще с ней больше никогда не встречаться. Это невыносимо. Теперь я знаю, как она смогла выжить. А ведь я в тот момент даже не задумался следить за ней, как за остальными.

Вспомнилась вчерашняя встреча со всеми. Тоже как-то хреново всё закончилось. Я глубоко вздохнул и попытался не думать об этом. Всё пошло не по плану. Я решил позвонить Рину:

– Привет, как ты?

– Good morning, – Рин зевнул. – I’m okay.

– Отлично, но не забывай, что ты русский.

– Иди на х.., – замялся он.

– О, а вот это уже по-русски, – я улыбнулся. – Какие планы на сегодня?

– Надо уезжать в Москву. Завтра на работу.

– Если ты в порядке, то хорошо. Тебе вчера плохо было…

– Давай не будем об этом. Я не готов это обсуждать. Хочу забыть обо всём.

– Ладно, пока, – я сбросил вызов.

Я встал и распахнул шторы. Комнату осветили первые лучи солнца. Лето красота. Хорошо, что окно не закрывал, в комнате хоть воздух есть. Эх, пора идти завтракать.

42 Размышления. Агата Белякова

Изо всех сил я мчалась к себе домой. Платье было не в самом лучшем состоянии, оно помялось, волосы и макияж тоже, но это не самое страшное…. Самое страшное, это что я провела ночь дома у неадекватного сталкера и делила с ним постель.

Хотелось плакать и кричать от возмущения. Да, как он мог так со мной поступить?! Ещё и сказал, что это я полезла целоваться…. Но это не могло быть правдой.

Надеюсь, у нас ничего не было…. А если было, то я сейчас должна что-то почувствовать? У меня ведь раньше не было подобного рода опыта.

К счастью, мой дом находился недалеко от его (хотя не уверена, что это прямо какой-то большой плюс).

Я зашла в дом и аккуратно закрыла дверь, чтобы родители не услышали меня. Не хочу, чтобы они думали, будто я не ночевала дома.

К счастью, они спали. Я пробралась на цыпочках в свою комнату и переоделась в домашнюю одежду. Макияж размазался. Я выдохнула. Какой кошмар. А что, если Антон прав, и это именно я пыталась его поцеловать. Не могу сказать, что не думала об этом. В смысле, я же никогда и не с кем не целовалась, но мне так этого хотелось. Интересно было бы попробовать. Я улыбнулась. Мне всё равно на Антона. Он вообще никто, а я могу делать всё что захочу и не обязана оправдываться за это.

Прошло несколько дней. Антон больше не появлялся на горизонте, а я гордо решила забыть о нём. Кто он такой, чтобы думать о нём? Правильно – никто!

Я ходила на работу, а вечерами читала, ещё в последнее время начала учить английский язык. Если честно, мне уже надоел этот город, и я задумывалась о переезде. Мне уже 22 года, осенью 23, пора что-то менять. Правда, учиться ещё год оставалось, но потом точно нужно уехать жить в другую страну. Хочу быть свободной, как птица в небе, не хочу быть привязана к какому-то человеку, стране, городу, родителям. Я создана для большего. Я могу сделать всё что угодно, никакие преграды мне нипочём.

Проснувшись утром уже в июле, на телефон мне поступил телефонный звонок:

– Приветики! – воскликнула Надя.

– Привет.

– Ты не поверишь, какая у меня для тебя новость! – она взвизгнула. – Я выхожу замуж!!! Валера сделал мне предложение!

– Ух, ты! Я поздравляю тебя! А кто такой Валера?

– Агата! Как так можно! Пока ты в том баре общалась с красавчиком в очках, я танцевала с Валерой. Он такой классный, ты не представляешь!

– Вау, как у вас всё быстро! Месяц только прошёл с тех пор.

– Да ну, чего тянуть то. Он красивый, богатый, с машиной и квартирой в центре города…. Кстати, а как у тебя с тем парнем в очках и с татуировкой на щеке? Он тогда на следующий день пришёл ко мне в ресторан и попросил твой номер…

– В каком смысле? – я не поняла. – Он следил за тобой?

– Я не знаю, – протянула Надя. – Он сказал, что случайно зашёл и узнал меня. Хотел познакомиться с тобой поближе, вот я и дала ему твой номер.

– Класс! Но нет, он просто сумасшедший сталкер. Вечно следил за мной. Не хочу вспоминать о нём.

– Оу…. Прости, я не знала, что он такой. Надеялась, найти тебе парня.

– Всё в порядке, Надя. Я рада, что ты выходишь замуж. Когда свадьба?

– Через месяц. Ты приглашена, обязательно приходи. Отказ не принимается.

– Я обязательно приду поздравить тебя, – улыбнулась я. – Ладно, до скорого, мне пора собираться на работу.

43 Наличие и отсутствие. Антон

Дни сменялись один за другим. Я прокручивал все ситуации, которые произошли со мной. Вспоминал Агату, Рина, Андрея, Лёшу, потом снова Агату…. Было невыносимо. Мне очень хотелось продолжить общаться с ней. Я по привычке следил за ней после работы. Она была, как всегда прекрасна, шла домой. Иногда оглядывалась по сторонам, но меня никогда не замечала. Я всё-таки профессионал.

Рин больше не отвечал на звонки. Сбрасывал их. Одному оставаться не хотелось, но и друзей, как таковых, я не имел. Нужно просто забить на Агату и продолжить жить дальше. Я так никогда не делал. Ведь я следил за всеми своими знакомыми, которые мне были хоть, малость, интересны.

Привычка следить за ней не могла покинуть меня, и я решил уехать из Лологды. Как говорил Рин: это город проклят для меня. Здесь всё время происходит какой-то ужас. То психованный доктор с экспериментами, то девушка, которую я не могу отпустить…. Всё время творится какое-то безумие. Через несколько дней я переехал обратно в Москву к себе домой. Здесь можно наконец-то расслабиться и ни о чём не думать, особенно об Агате.

Случайно зашёл в Интернете на страницу Нади – подруги Агаты. Увидел, что она собирается выходить замуж 2 августа. Интересно, Агата туда приглашена? Мысли снова стали угнетать меня. Я же всегда был программистом до мозга костей, почему я думаю о девушке? Это же нелогично, думать о том, что оказывает на меня негативное воздействие. Буду лучше думать о «O» и «I»: что на языке программирования означает «наличие» и «отсутствие».

IO OI IO OI….

Становилось легче, спокойнее.

IO OI IO OI….

44 Свадьба. Агата Белякова

Повсюду висят шарики белого и тёмно-фиолетового цвета. Куча гостей, которых я не знаю. Три длинных стола с большим количеством яды и напитков, сцена. Там стоит ведущий и предлагает людям поучаствовать в различных конкурсах. Все смеются, и я в том числе. Большинство пришли парочками, кто-то даже взял с собой детей.

Не знаю зачем, но я тоже пришла. Возможно, это было из вежливости.

Надя сидела очень красивая в середине стола. Она была слегка полновата, но платье очень хорошо на ней сидело, выгодно подчёркивало достоинство фигуры и скрывало недостатки. Макияж был очень красивый с фиолетовой гамме. Два цвета этого вечера это белый и тёмно-фиолетовый. Например, я пришла в тёмно-фиолетовом платье, как и все девушки, кроме невесты, она в белом. Костюм жениха тоже был фиолетовым, хотя я бы назвала это цвет баклажановым. Валера – её жених тоже был хорош собой, высокий, накаченный, блондин с голубыми глазами, всё как любит Надя.

На самом деле, мы не подруги, но хорошо общаемся, и я искренне рада за неё. Надеюсь, Валера хороший человек и у них всё будет замечательно. Надя – прекрасная девушка и достойна лучшего.

Все общались между собой, играла громкая музыка, а я почти весь вечер находилась глубоко в своих мыслях, и конечно, ела. РПП всё ещё не покинуло меня, но аппетит в последнее время стал гораздо лучше, чему я очень рада.

Все уже напились, кроме меня, и начали себя несколько неадекватно вести, как обычно это бывает на свадьбах. Настроения пить алкоголь не было, поэтому я была абсолютно трезвая и почувствовала, что пора уходить. Взяла свою сумочку, хотела попрощаться с Надей, но ей было не до меня. Пришлось уйти так.

Ресторан, в котором мы сидели, был совсем рядом с рекой. Мне захотелось посидеть у реки и посмотреть на заходящее солнце. Наблюдать за тем, как садится небесное светило – прекрасное времяпрепровождение. Оно вдохновляет на что-то…. особенное.

– Эй, – сзади послышался знакомый приятный мужской голос.

Я обернулась и очень удивилась. Передо мной стоял Антон, я уже забыла о нём. Так странно, он уже давно не появлялся.

– Привет, – спокойно сказала я и повернулась обратно к солнцу.

– Я скучал…

– Как странно, – я усмехнулась.

– Думаешь? – грустно спросил он.

– Да, думаю это странно. Мы ведь всегда были чужими людьми друг для друга. Странно скучать по чужим людям.

– Ты никогда не была для меня чужой, – Антон подошёл ко мне совсем близко.

– В смысле? – я не поняла и посмотрела ему в глаза.

Он стоял такой грустный, никогда его таким не видела. Раньше казалось, что ему всегда и всё было безразлично. А теперь он стоит с обнажённой душой передо мной и это казалось очень странным.

– Ты особенная. Я изо всех сил пытался забыть тебя, но это было глупо, ведь это невозможно. Такая как ты, появляется один раз в жизни, и если я упущу свой шанс, то его больше не будет.

– Какой шанс, Антон? О чём это ты?

– Шанс завоевать тебя. Шанс быть с тобой. Мне это необходимо, как воздух, – он подошёл почти вплотную, присел на колени и поцеловал меня в губы. Уверено, с силой, как будто этим жестом, хотел показать, что я должна принадлежать ему.

Первая моя мысль была оттолкнуть его и убежать, как можно дальше, но аромат его шеи, такой приятный запах мускуса, вкус его губ…. Хотелось растянуть это мгновение. Я ответила взаимностью на его поцелуй, и он перешёл во «французский».

– Антон, – прошептала я. – Что это всё значит?

Но парень не захотел отвечать на мой вопрос и продолжил целовать меня.

45 Любовь. Антон

Её хрупкая, как фарфор осиная талия, нежная бархатистая шея, волосы, от которых исходит приятный сладковатый аромат сандалового масла. Мне нравилось в ней абсолютно всё. То как она плавно двигается, говорит, танцует, смеётся, плачет, ругается. Снова говорит, смеётся и плачет. Она всегда, безусловно, совершенна. Да, понимаю, что не для всех. Но для меня… она лучшая. Очень бы хотелось узнать, какой она будет в постели. Хотелось прикасаться к ней.… «Мечтаю коснуться тебя!» Трогать везде, где можно и нельзя.… Хотелось сделать ей приятно. Когда мы целовались, и наши языки сплетались, я ощутил это желание такое сильное, нестерпимое. Хотелось прямо там сорвать с неё всю одежду и выкинуть её куда подальше. Она ей точно не нужна, когда она со мной.

– Антон, – промурлыкала она, отстранившись от меня. – Что это значит?

Я снова резко схватил её шею и продолжил целовать. Одной рукой я касался её щеки, а другой талии. Так хорошо рядом с ней. Рука хотела забраться под платье. «Что это значит?» Такой сложный вопрос, я сам не знаю, что сказать. Она мне нравится? Я хочу её? Люблю? Наверное, что-то из этого. Возможно, всё вместе.

Моя рука, которой я держал её за талию, спустилась ниже, и я коснулся её бёдер…. Всё это невозможно терпеть. Я резко отстранился и отошёл от неё на несколько метров. Нужно перевести дух и прийти в себя.

– Антон? – она смотрела на меня широко распахнутыми глазами.

Начала подходить, но я махнул рукой, призывая остановиться.

– Пожалуйста, не подходи. Иначе, я могу не сдержаться.

Она продолжила идти, уверенно смотря мне в глаза. Она не моргала, не опускала их. Смотрела прямо в мою душу, как кобра, готовая напасть на свою добычу в любой момент. Её взгляд завораживал, я не мог оторвать глаз.

– А кто сказал, что нужно сдерживаться? – спросила она, ухмыльнувшись.

– Но…. – слова закончились. – Я думал, что ты не хочешь этого.

– Я разве так говорила? – так же уверенно спросила она. Подошла совсем близко, но не решалась сделать что-то ещё.

– Поехали ко мне? – неожиданно для самого себя, спросил я.

– Поехали, – она ухмыльнулась. Я захотел поцеловать её, но она резко отстранилась.

46 Он и я. Агата Белякова

1 год спустя.

С тех пор, как Надя вышла замуж, прошёл целый год. Надя недавно родила ребёнка и звонила мне из Лологды, спрашивала как мои дела….

Живу я просто отлично. В день её свадьбы мы очень сблизились с Антоном в прямом смысле этого слова. Я призналась, что хочу переехать в другой город, более крупный, чем Лологда. Парень предложил мне переехать к нему в Москву, у него здесь своя квартира. В итоге, мы вместе переехали в столицу и стали здесь жить.

Совсем недавно я закончила учёбу и получила диплом о высшем образовании. В ближайшее время мы планируем переехать жить в другую страну. В какую точно, пока не решили.

Теперь я работаю в более крупном издательстве, уже полноценным редактором. Переехав в другую страну, я также смогу не менять работу. Можно выполнять свои обязанности удалённо, и это очень удобно.

Как складываются наши отношения? О, у нас всё прекрасно. Мы безумно любим друг друга. Недавно, когда стукнул год нашим отношениям, Антон сделал мне предложение. Я знаю, что он безумно меня любит. Он ценит меня, и каждый день заботится обо мне. Я очень ценю Антона и в ответ делаю всё возможное для него. Рада, что мы есть друг у друга. Наши отношения начинались довольно странно. Я вспомнила Рина, и всё, что было до инсульта. Считаю, что поступила правильно. Может, Рин и любил меня, но никогда не уважал, относился так, будто я совсем недалёкого ума. Да, возможно на тот момент, я и не была достаточно зрелой. Сейчас я совершенно другой человек.

С тех пор, мы больше ни с кем из «экспериментов» не встречались. Наша история подошла к концу. Не знаю, как живут они, а вот Антон знает наверняка. Он поделился со мной, что любит следить за всеми из своего окружения.

Антон не сразу признался в своей любви, но я-то сразу всё поняла, когда он впервые поцеловал меня.

Наши отношения нельзя назвать идеальными, мы иногда ругаемся, ссоримся, но всегда миримся и занимаемся страстным сексом.

Вы спросите, как можно описать наши отношения? Я бы лучше спела. Снова улыбаюсь.

Здесь должна звучать песня «Him & I». Перевод:

«Положа руку на сердце я клянусь,

Что никогда не совру своему любимому.

Он сказал: "Будь верной", я клянусь, я попытаюсь.

В конце концов, есть только он и я.

Он сумасшедший, да и я такая же.

Между нами безумная любовь.

Я его, а он мой,

В конце концов, есть только он и я, он и я.»