Цитаты из книги «Белый Клык», страница 4

возможность подминать под себя верхний, более мягкий, слой снега, пенившийся впереди, точно

ный вопль и вслед за тем протяжный плаксивый

что у него был только один глаз, и притом левый. Он также проявлял явное желание

ден и вспомнил о кусках мяса и рыбы, которые получал за ужином. Здесь не было ни мяса, ни рыбы – ничего, кроме зловещей тишины. Неволя изнежила его, а отсутствие самостоятельности лишило его прежней силы и твердости. Он разучился заботиться о себе самом. Надвигалась ночь. Его чувства, привыкшие к шуму и движению лагеря, к непрерывной смене зрительных и слуховых

высившиеся над землей треугольные рамы шестов

волки немного отступили, – принялся за выполнение плана, обдуманного им

приноравливались к неровностям и как маленький палец инстинктивно поднялся, чтобы избегнуть прикосновения к горячему месту, и в ту же минуту ему представилось

обнюхал его и, почувствовав, что след только

к удовольствию людей, читавших отчеты об этом в утренних газетах

доказательством этого. Это был зверь в образе человека, и такой страшный, что его справедливее было бы причислить к хищникам. В тюрьме он оказался неисправим. Никакими наказаниями нельзя было сломить его злую волю. Он готов был скорее умереть, борясь до последнего вздоха, чем жить, подвергаясь